Кольцо викинга

Поднялся, зевая, нащупал мыльницу телефонной трубки и глянул на мигающий огонек часов. — "Семь — десять". Обалдел, что ли? Профессор, — попытался вновь рухнуть на матрас Игорь. — Дай поспать.

Однако раздумал. Выполз из палатки и уставился на сидящих у костра товарищей.

— Чего не спится? — поинтересовался он, разминаясь.

— Мы, это, решили докопать, — отозвался Вовка чуть извиняющимся тоном. — Ну, мало ли. Может, найдем чего. Жаль бросать.

— Дело хозяйское, — отозвался Игорь, наливая в кружку кипятка. — Не жаль рук, копайте. Он присел на обломок сосны и хлебнул растворимого кофе. — Я не буду. Без толку. Кстати, сон дурацкий приснился, — он замолчал, припоминая детали, и вдруг наткнулся взглядом на держащую стакан руку. На тыльной стороне ладони, между большим и указательным пальцем виднелся маленький ожог. Совсем крохотный.

— Что за сон? — отозвался Михаил, скорее, чтобы поддержать разговор.

— Забыл… — удивленно пожал плечами Абрек. — Напрочь.

— Это бывает, — согласился Кубик. — Я перед соревнованиями, бывает, такое вижу? Думаю, запомню, утром все по полочкам разложу, а проснулся, ничего. Бывает. А то, вот…

Но Игорь, уже не слушая очередную спортивную байку приятеля, встал и медленно подошел к тому месту, где в странном сне горел ярко красный кровавый огонек.

"Здесь. Точно. Два кустика и сухая проплешина травы, размером с ладонь".

— Мужики, есть предложение. Копать там не стоит. Если умник сказал, что ничего толкового в ней нет, так какой смысл? Время тратить. Лучше — здесь.

— Почему? — Михаил озадаченно уставился на говорящего. — Хотя, что там и правда чего ценного найдем, это не факт. Но почему ты считаешь, что тут нужно? Ты ведь вообще против был?

— Какая разница? — Абрек усмехнулся. — Приснилось. Устроит ответ?

— А, ну тогда, конечно. Но можно ведь и одновременно, — не мог успокоиться Кубик. — Мы там, ты здесь.

Негромко стукнуло, словно подломился сухой сучок, а следом послышался шорох осыпающейся земли и глухой стук камней. — Чего это? — вскинулся Михаил и двинулся к месту раскопок.

— Ни фига себе… — удивленно протянул он, заглянув в яму.

Довольно глубокий, метра в полтора раскоп теперь оказался наполовину засыпан обвалившимся пластом земли. Грунт, кажущийся плотным и твердым, необъяснимым образом умудрился ссыпаться на дно.

— Да, теперь точно, никакого желания нет, — разочарованно протянул Вовка из-за спины товарища. — Ну его, к нечистому. А я как раз спускаться хотел. Представляю, такие булыжники по ногам…

— Да, уж… — Леший с досадой сплюнул в яму. — Ни хрена не радует.

— Знаешь, что, — построжел Абрек. — Вылазь от греха. Лучше вот в этом месте проверь, — на всякий случай предложил он.

Михаил поколдовал с прибором и прошелся в указанном месте.

— Глухо. Как в танк. — отозвался поисковик, опуская штангу. — С таким же успехом можно наугад в любом другом месте копать.

Охладев к раскопкам, он положил прибор и вернулся к костру: — Поесть бы не мешало. А то вчера с этой ямой и забыли.

— Вот и займись, — с облегчением согласился Игорь. — Придумай чего-нибудь.

Он примерился и воткнул отполированное частым использованием лезвие лопатки в грунт. Дело пошло ходко. Сам не заметил, как углубился по колено. Расширил ямку и с новой энергией принялся выбрасывать землю на бровку.

Вовка не выдержал через пару минут: — Эй, ты. Дай мне, — он потянул лопату из рук подуставшего землекопа. — Отдохни. Глупость, конечно, но, по сути, не глупее, чем наше вчерашнее ковыряние.

Через две смены, когда из ямы торчала только половина туловища Абрека, лопата вдруг стукнула о что-то твердое. "Камень? Не похоже, слишком звонко", — решил тот и принялся расчищать место вокруг. А еще через минуту из земли показалось нечто полукруглое, ржавое, похожее на металлическую крышку от казана или маленький щит.

— Эй, камрады, гляньте, — позвал Абрек отвлекшихся друзей.

Первым подошел к месту раскопок Михаил.

Он близоруко прищурился, и вдруг рухнул на колени: — Ох ни… — только и смог произнести обалдевший ученый.

Вовка отнесся к находке куда более сдержанно: — Точно говорю. Мент, он и есть мент. Смотри, нашел. Чего только?

Раскопав больше, Игорь понял, что находка, и впрямь, не что иное, как крышка закрывающая большой котел. "Сантиметров семьдесят в диаметре", — прикинул он, пытаясь сковырнуть ее с казана. Однако толстое железо прикипело насмерть.

После долгих попыток, кое-как, ударяя с разных сторон, удалось расшатать.

— Ну, помолясь… — он сунул в щель лезвие лопаты и резко нажал. Хрустнуло, и крышка отлетела в сторону.

На фоне ржавого кружевного железа лежащая внутри темная рвань впечатления не произвела.

— Да, уж… — разочарованно протянул Кубик, вглядываясь в рассыпавшийся от ударов хлам. — Одно достоинство, что ему хрен знает сколько лет. А так, мусор и мусор.

Игорь осторожно зацепил верхний слой мусора и убрал в сторону. А вот тут охнули все. Под истлевшей кожей обнаружилась темная, тусклая куча монет. Плотно утрамбованные неправильной формы кругляшки казались монолитной массой.

— …Мать моя, — выдохнул Игорь и взглянул на приятелей. — "Немая сцена. Ревизор", — он отбросил лопату и потянулся к карману куртки за сигаретой.

— Такое дело, — наконец прорезался голос у Михаила. Он сполз в раскоп и дрожащей рукой вынул слипшиеся в комок монеты.

— Сохран идеальный, — едва дыша прошептал ученый, разве что не уперевшись носом в находку.

— Ладно, давайте вынимать, — добил окурок Абрек. — Вова, принеси нам брезент.

Выкладывать добычу пришлось долго. За многие века хранения серебро окислилось, поспособствовала и стлевшая кожа, но сами монеты отделялись легко. И имели вполне приличный для старинного клада вид.

Игорь протер один из отделенных кругляков, всмотрелся в узор арабской вязи.

— Да, уж. Вещь старинная, цены немалой, — глубокомысленно произнес он и бросил в общую кучу. — Восток — дело тонкое.

И напоролся на возмущенный взгляд Михаила. — Осторожно, — скрежетнул севшим горлом сидящий в яме приятель. — Аккуратно нужно.

— Да. А ведь Мишу зацепило, — хмыкнул, в принципе не особо впечатленный находкой, Кубик.

— Эй, Леший, ты не шуми, — решил он взять быка за рога. — Нашел-то все это богатство, если, конечно, оно что-то стоит, Абрек. Так? Чего делать с ним? — глянул он на Игоря. — Государству отдать?

— Не-а, — легко отозвался владелец и улыбнулся. — Фигу им. Или пусть сначала Толик-рыжий за мой ваучер кусок своего холдинга отдаст. Или чего там еще обещали? А так… умоются.

Михаил осторожно опустил монету в котел.

— Мы обязаны сообщить о находке, — категорично заявил он. — Здесь артефактов на три экспедиции. Несомненно, это могильник крупного вождя. Там, наверняка, закопан и сам конунг. Здесь его добыча, а правее должны быть останки воинов, если кто-то погиб вместе с ним. Оружие, утварь, да много чего.

— Интересно, — Вовка озадаченно почесал в затылке. — Выходит, двадцать пять процентов? И куча вопросов? Ну, я так не играю, — он вопросительно глянул на заводилу.

Игорь озадаченно поднял бровь, скривив гримасу: "Как ему объяснить, что есть условие? И вообще, расскажу про сон, на смех поднимут".

Он помолчал и, наконец, ответил: — Я считаю, нужно разделить поровну, но реализовывать целиком. Скинуть чохом надежному покупателю и забыть. Все. Точка. Место тоже забыть.

— Слышал? — Кубик присел возле ямы. — Миша, тебе говорю, слышал?

— Это как вам будет угодно, — глянул тот из глубины. — Я считаю своим долгом ученого сообщить о находке. Никаких других вариантов. Да, потаскают. Но законные наши двадцать пять процентов дадут… Наверное…

— Ага. Ответ понятен, — разочарованно выпрямился спортсмен. — Могут дать, могут не дать, а могут и вовсе крайними сделать. Знакомо.

— Ладно, — понимая, что товарища не переупрямить, решил не обострять отношения Абрек. — Жаль, но, ежели он уперся, это уже все. Даже забери мы свою долю, этот "Шлиман" нас без колебаний сдаст, из любви к науке. Тогда уж точно ни копейки не обломится, да еще статью огребем.

— Но, не будем о грустном… — он, и впрямь, не очень расстроился уменьшением суммы гипотетической выплаты. Не было счастья, не стоит и привыкать. Тревожило отчего-то другое. Если это был не сон, тогда… что?

Вытащив добычу на поверхность, осмотрели место раскопок: "Ничего".

Однако, взвесив клад на руках, решили, что монет никак не меньше пятидесяти килограммов.

— Конечно, серебро, само по себе, стоит гроши. Будем надеяться, что сами монеты хоть сколько-то ценны, — хмыкнул Абрек, умываясь.

— Эй, "Джордано", — примирительно позвал он все еще сидящего около монет Михаила. — Хватить мордой светить. Никто твой артефакт не отберет. Успокойся. Лучше скажи примерную стоимость. Только без этих пошлых слов о бесценности в глазах науки. Рыночную стоимость.

— Ну, не знаю… — протянул Михаил. — Слышал только, что подобный на Псковщине, весом примерно в тридцать килограмм, оценили в пятьсот тысяч.

— Тоже неплохо, — разделил на троих бонус Владимир. — По тридцатнику на нос. Я ноутбук новый куплю.

— Да, действительно, — согласился Абрек. — Хоть что-то. Это в рублях? — решил он все- таки уточнить у вернувшегося к изучению монет Лешего.

— А? Чего? — вскинулся тот. — Нет… в долларах, кажется, или в евро, я точно не помню.

— Ох, ни хрена себе. Какая разница? — уже с другой интонацией озвучил новость Владимир. — Тридцать тысяч евро — это серьезно.

Глава 5

Увлеченные разбором находок приятели с удивлением обнаружили, что уже темнеет.

— Все, хватит, — скомандовал Игорь стряхивая пыль. — Предложение будет следующее. Сейчас спать, а завтра с утра выезжаем. Как бы там ни было, раз наш бессребреник решил все сдать, копать без ведома властей, считаю лишним.

Слабую попытку протеста Михаила дружно отвергли.

— Ты говори спасибо, что тебе за твои принципы еще в глаз не дали, — резонно пояснил Вовка, крайне расстроенный перспективой сдачи находки. — Ложись и не возникай.

Обиженный исследователь покачал головой, побурчал что-то себе под нос, но послушно двинулся к "уазику".

— Вот паразит, даже спать с нами под одной крышей не хочет, — добродушно усмехнулся Абрек, устраиваясь на жестком ложе палаточного брезента. — Ну и ладно…

Он сладко зевнул и уже в полудреме пробормотал: — А все же целое куда лучше…

Разбудил спящих непонятный шум и сдавленное мычание.

Игорь рывком выскочил наружу и закрутил головой, пытаясь понять, что случилось.

Звуки доносились от места раскопок. Не разбирая дороги, приятели выскочили на холм и остолбенели. Из довольно глубокого раскопа, который еще вчера стоял наполовину засыпанным землей, сейчас торчала лопата и виднелась голова их неугомонного товарища.

Возбужденный близостью возможных открытий, он решил заняться землеройными работами один.

Игорь заглянул внутрь и увидел, что Мишка скорчился на дне раскопа.

— Раз, два, три, — они вытянули безвольное тело наружу и поняли, что товарищ не дышит. Вовка рванул ворот рубахи и приложил ухо к груди: — Не дышит? Что за хрень?

Попытка сделать искусственное дыхание и массаж сердца не помогла.

— Что с ним? — удивленно уставился Кубик после десяти минут безуспешных попыток вернуть пострадавшего к жизни.

— Похоже, сердце… — с сомнением пробормотал Абрек, глядя на синюшные губы приятеля. — Травм-то нету.

Он обхватил голову: — Дернула нас нелегкая связаться с этой затеей. Ладно, чего уж тут. Нужно везти в город. Там разберутся.

Уже не вспоминая о раскопках, в тяжелом, муторном настроении дождались утра, скидали вещи в машину и, уложив на них тело приятеля, тронулись в обратный путь.

Дорога прошла в тягостной тишине. Въехав во двор городской травмы, "уазик" остановился. Игорь склонился над лежащим в салоне товарищем: — Эх, Мишка, Мишка… Что ж такое? Провел рукой по холодной руке, и тут из сжатой ладони умершего выпал предмет. Игорь автоматически наклонился и поднял темное колечко. Гнутое и покрытое налетом, оно выглядело совсем неброско. Повертел в руках и бездумно сунул в карман куртки.

Выяснения и разбирательства заняли полдня. Благо, что у них достало ума выгрузить из "буханки" мешок с серебром, а также инструменты.

"Ни к чему давать ментам повода, — резонно рассудил Игорь. — А так, рыбаки и рыбаки".

Исследование показало, что Михаил скончался от обильного инфаркта.

— Да, вроде, и не болело у него никогда сердце, — удивленно произнес Владимир, узнав диагноз.

— Так у половины не болит, — отозвался врач в помятом халате. — Только здесь и выясняется… что было.

Следователь с явным облегчением забрал справку, объяснительные и, торопливо попрощавшись, уехал.

— Не знаю, как тебе, а мне этот клад уже поперек горла стоит, — произнес Кубик, когда товарищи хмуро шли прочь от мрачного заведения. — Ну его. По крайней мере, пока.

— Согласен, — скупо кивнул Абрек. — В "буханку" заброшу, а машину в гараж к Гоше верну, пусть там…

Договорились, что Владимир с утра отправится к родным Михаила, живущим в пригороде, а Игорь займется погребением.

Придя домой, он лишь скинул грязную одежду и, не умываясь, завалился на диван. Голова гудела, словно пустой котел, по которому долго колотили чем-то тяжелым.

"Да оно и понятно, — списал на потрясение от внезапной смерти товарища Абреков, закрывая глаза и слушая, как стучит в висках кровь. — Съездили, отдохнули".

Заснул сразу, будто накрыло тяжелым, непроницаемым колпаком. Но, к счастью, никаких сновидений сознание не выдало. Проснулся Игорь от неприятного ощущения, что стало трудно дышать. Раскрыл глаза и с удивлением осознал, что помеха для вполне реальна и это не что иное, как кусок веревки, обмотанный вокруг его тела. Грубо говоря, лежит он связанный, словно куль с мукой. Причем лежит в своей постели, а рядом с ним, на уровне лица, чьи-то светлые брюки.

Дернулся, норовя освободиться, и одновременно увидел и владельца пижонских порток.