Ночь волков

Атинора Амир

Когда девушка вошла в комнату, куда поселили ее подопечную, Шарра стояла перед шкафом спиной к ней и перебирала новую одежду. Молодая воительница хорошо помнила эти комнатки. В таких жили все девочки и девушки, которые обучались в школе. Помещение было небольшое, десять шагов в длину и столько же в ширину. Места хватало только на низенькую кровать, стол да шкаф. Еще оставалось немного пространства посередине комнаты, пол застелен ковром, на котором были разбросаны подушки, чтобы можно было сидеть и пить чай за маленьким низеньким столиком.

- Я, конечно, понимаю, что во дворце своих родителей ты привыкла к другой одежде, но в Школе принято носить форму, - окликнула девочку Атинора.

- Я это уже знаю. Кассанра много чего мне рассказала. Но это все так сложно, - это была не жалоба, скорее просто констатация факта.

- Нет, не сложно, просто непривычно, - на всякий случай решила приободрить собеседницу арфатинка. - Одевайся. Тогда мы сможем немного прогуляться, и я покажу и расскажу еще много чего интересного и полезного.

Критически осмотрев свою подопечную, девушка пришла к выводу, что новая одежда новой ученице чрезвычайно подходит.

- Очень тебе к лицу, - улыбнулась Атинора, - красиво оттеняет глаза.

- Я так никуда не пойду, - Шарре явно не нравилось увиденное в зеркале. - Я почти раздета. Это неприлично для принцессы.

В чем-то девчушка была права. Воительница прикинула, что после тяжелых и сковывающих движения платьев, которые сейчас были в моде Артиона, туника-хари, легкая, с широкими рукавами, присобранными на запястьях, почти не чувствовались на теле. Нежно-голубой оттенок восхитительно сочетался с серебряными волосами девочки. И ведь форма ей действительно шла! Но что было, пожалуй, самым главным преимуществом, в ней было не жарко.

- Ты же говорила, что Кас тебе уже довольно много рассказала? - чуть ехидно поинтересовалась старшая из девушек.

- Ой! - малышка смутилась.

- Вот именно, что "ой". Не забывай, ты не во дворце, а в совсем другой стране. То, что было привычным и приличным для вас, многим здесь покажется очень и очень странным. Я могу дать тебе шикарное платье с длинной многослойной юбкой, в какие принято одевать в Артионе, а потом можно будет делать ставки, как долго ты в нем проходишь под солнцем Арфатина. Ну что? - девушка выжидающе посмотрела на девочку.

- Идем, - пошла на попятную воспитанница после пары минут раздумий и повторного внимательного изучения своего отражения.

Атинора с улыбкой смотрела, как Шарра поплелась к выходу. И тут же быстро стерла усмешку с лица, когда малышка обернулась. Ей совершенно не хотелось, чтобы собеседница думала, будто это ее вид заставил арфатинку улыбаться.

- Итак, если ты перестала смущаться своего внешнего вида, я начну нашу экскурсию. Школа занимает внушительную территорию. Большую ее часть покрывает лес. Левое крыло занимают комнатки учащихся, там теперь живешь и ты. Комнат ровно сто. У нас никогда не бывает большего колличества учениц за семь лет. Это делается для того, чтобы всем уделялась равная доля внимания. Если в Школе Огненного Солнца бывает до пятисот учеников за такой же период времени, то…

- Школе Огненного Солнца? - малышка явно пыталась припомнить, не упоминала ли Кассанра подобное название

- Да. Наша Школа - Школа Лунного Зверя. А в той учатся мальчики и юноши. Там действуют другие правила. Правила поведения Касс же уже тебе объяснила? - Атинора дождалась кивка спутницы и продолжила. - Всем преподается одинаково, но знания и умения приобретают те, кто этого хотят. Другие же просто бездельничают: прогуливают лекции, заседают ночами в трактирах. Главное, чтобы они оплачивали то время, пока они живут в Школе. Мы живем по другим законам: те, кто не хочет учиться, тотчас уходят отсюда, ну а те, кто отстают, всегда могут рассчитывать на помощь, если сами хотят этого, сама понимаешь.

- А почему такие названия необычные?

Атиноре определенно импонировала ее заинтересованность.

- Существует легенда о сотворении всего сущего. Когда-то Бог Акдаш, за гранью нашего мира, узнал, что огромное количество злобных тартоенов… Ну, это такие большие твари, разумные и злобные. Из-за нескольких пар рук они напоминают пауков, я не знаю эквивалента на вашем языке. Огромное количество тартоенов, оседлав диких небесных лошадей с огненными хвостами, решили завоевать небесные владения. Взяли Боги оружие и направились им навстречу. Долго и мужественно сражались Великие с этими тварями и, наконец, победили их, превратив всех в пыль. Уничтожили они и все лошадей, кроме одной. Уже без своего всадника, летела она через небесные чертоги, огненным дыханием уничтожая все, что попадалось ей на пути. Увидела это жена Акдаша Фьернат и попробовала остановить нарушительницу границы упорядоченных миров. Но Богиня была повелительницей воздуха. Не смогла ее стихия удержать противника. Тогда Прекрасная дева поняла, что муж ее уже не успеет ей на помощь, а самой ей не удастся остановить разрушителя. Тогда, она призвала к жизни могучую кошку. Она была создана из пряди волос Богини, и поэтому ее шерсть светилась ярким серебром, а в черных глазах можно было увидеть тьму бездны. Богиня дала ей имя Силвар, что означает Серебрянная Воительница. И приказала Силвар защищать себя. А дальше был долгий бой двух волшебных созданий, но, наконец, кошка победила. Но эта победа дорого далась ей. Из многочисленных ран сочилась светящаяся кровь и мелкими осколками-брызгами застывала на черном небосводе. Именно их мы можем видеть иногда по ночам в небе. Вы называете Кровь Силвар звездами. Также у нее не хватало кончика хвоста. Именно он освещает землю ночью.

- Это луна?

- Да. Когда Боги вернулись и увидел огромную кошку у ног своей подруги и любимой, то очень удивились. А когда узнали, что произошло, возрадовались, что Силвар оказалась рядом с Фьернат. Тогда, чтобы подобного нашествия не повторилось, они создал диск, сияющий ярче тысячи огненных лошадей. И сказали, что пока он будет бодрствовать, огненное солнце будет защищать сотворенные им планеты от тартоенов. А затем поняли, что сделал ошибку: ведь и ему нужно иногда отдыхать. Не бывает ничего вечного. Но если давать солнцу передышку, кто же тогда защитит их от злобных созданий? И тут Силвар, ластящаяся к ногам своей создательницы, привлекла внимание Акдаша. Он даровал Силвар бессмертие, но поставил одно условие. Она должна выходить на небо только тогда, когда диск будет отсутствовать. Он хотел избавить ее от черных полос на ее серебристо-белой шерсти, от следов, которые оставила магическая тварь, когда ее огненный хвост хлестал Воительницу по спине, но так и не смог стереть эту память об ужасном сражении. Вот так Великий разделил время на ночь и день. Днем, если враги подлетали, они сгорали в огненном дыхании солнца, а ночью их уничтожала Воительница. Так понравились богам изящное и грациозное животное, что решили они создать подобных ей животных в мире, которым они опекались. Вот только на этот раз решила повторить эксперимент Богиня, покровительствующая Огню, и придала шерсти огромных кошек цвет своей стихии. Но так как именно Фьернат сотворила их прародительницу, таргалы подчиняются только женщинам.

- Какая красивая легенда, - восторженно прошептала девочка.

- У нас вообще много легенд и историй, которые могут тебя заинтересовать, - воительница понимала, что Шарра, как и любой ребенок, готова была слушать сказки хоть весь день напролет.

- Ты можешь еще какую-нибудь рассказать? Пожалуйста! - девочка просительно заглянула в лицо старшей подруги.

- Потом, и только если ты будешь послушной и прилежной ученицей. А сейчас мне надо рассказать тебе про Школу. Не кривись, я знаю, что Кассанра тебе уже многое успела поведать. Возможно, в чем-то я повторюсь, но сейчас буду показывать еще и наглядно. В правом корпусе находятся комнаты, в которых живут те, кто уже закончили обучение, но решили остаться в Школе, или те, кто временно не путешествуют. В среднем корпусе - столовая и залы для обучения. Если пойти по аллее и пройти через парк, мы придем в заповедник. Да, именно туда мы сейчас направимся. Заповедник незримыми границами делиться на территории, каждую из которых занимает определенный вид животных. В самом сердце его находиться площадка Воссоединения. Она представляет собой три соединенных между собой кольца, в которых и происходит Ритуал. Именно там мы находим наших младших братьев и сестер. Когда ты приходишь туда, то должна встать в одно из колец, в другое войдет тот зверь, который захочет связать с тобой свою жизнь. А в третьем появляется Богиня. По этому поводу я больше ничего не скажу, потому что не знаю, как тебе это объяснить. Да и никто другой не расскажет тоже.

- Но откуда зверь знает, кого выбирать?

- За годы ученичества они успевают присмотреться к каждой и выбрать себе пару. Шара, здесь нет прислуги, девушки обязаны сами выполнять всю работу: стирку, готовку, глажку, уборку, уход за территорией и младшими, - на этом этапе Атинора ожидала бурных протестов. Но девочка только задумчиво поинтересовалась.

- Кассанра мне еще говорила про занятия танцами, этикету и филологии. Зачем всему этому учить, если вы не готовите невест на выданье?

- Так, - воительница присела на лавочку и похлопала рядом, предлагая воспитаннице опуститься рядом. - Послушай. Когда мы заканчиваем обучение, то по сути становимся элитными наемниками. В любом походе тебе придется обслуживать себя самой. И в твоих же интересах делать это хорошо. Относительно слов Касс, то тут все тоже не сложно. Далеко не всегда наши задания заключаются в эскорте нанимателя из одной точки Аннерин в другую. Порой мы выполняем функцию личных телохранителей высокорожденных. И тогда можем сопровождать их на деловых встречах или балах. Мы обязаны правильно себя вести. Есть еще масса нюансов, но их тебе изложат позже учителя. Тебе понятно?

- Да, - кивнул ребенок.

- Уверенна, у тебя эта наука сложностей не вызовет, - усмехнулась старшая, - ведь едва ли не с самого рождения тебе рассказывали о правилах хорошего тона.

Девочка немного приободрилась, услышав такие слова из уст наставницы и закрутилась, выражая нетерпение продолжить прогулку.

- Пойдем, - Атинора поднялась, поманив за собой и Шарру, которую не пришлось упрашивать.

- Какие звери здесь живут? - почти мгновенно спросила артионка, с интересом рассматривая густой тропический лес вокруг.

- Таргалы, варги, росомахи, пантеры, леопарды, - принялась перечислять Атинора. - Кстати, пока не забыла. Это место имеет очень интересное свойство. Варги и росомахи - северные животные, и им было бы очень тяжело выжить в нашем климате, а уж тем более в наших джунглях. Но благодаря милости нашей покровительницы на территории Школы растут хвойные леса, где живут эти хищники. Это просто поразительно, но это так.

- Это хорошо, - откликнулась девочка, стараясь найти знакомые деревья.

- Хоть что-то привычное, да? - уловила ход ее мыслей молодая воительница.

Пара часов, ушедшие на длительную прогулку по извилистым дорожкам лесов, пролетели незаметно для обеих.

- А почему я не видела ни одной из учащихся? - Спросила Шарра, когда они вновь вернулись на территорию жилой части Школы.

- Они приедут к началу занятий - это приблизительно через две недели, - тут же откликнулась Атинора. - За это время ты должна выучить наш язык. Подозреваю, ты сейчас думаешь, что невозможно с нуля освоить его за оставшееся время, но поверь, скоро ты сможешь довольно сносно общаться и писать. Почему ты молчишь?

- Помнишь, я говорила про моих старых занудливых учителей? - смущенно потупилась девочка.

- Да, - Атинора кивнула. Она прекрасно помнила далеко не восторженные отзывы северянки про предыдущих преподавателей, и, если честно, девушка слегка это беспокоило. Шарра, будучи отпрыском королевской фамилии, может не проявить должного усердия в учебе, а в Школе подобное не приветствовалось.

- Так вот, они постарались, что бы я выучила хотя бы основы языка государства, с которым у нас столь тесные эко-но-ми-чес-кие отношения. О! - малышка явно была горда собой.

- Почему ты мне раньше не сказала, что понимаешь нас с Кас, когда переходили на арфатинский? А я тут перед ней распинаюсь, уговариваю ее! Ух, ну и бесенок же ты! - всплеснула руками воительница.

- Не сердись, пожалуйста, - девочка мгновенно зажалась, как только ее собеседница немного повысила голос. И хотя это было проявлением облегчения, а не раздражения, ребенок этого не уловил.

- Я не сержусь, я радуюсь. Ты просто не представляешь, какая гора с моих плеч свалилась, - мягко улыбаясь, объяснила Атинора.

Когда они практически дошли до корпуса, одна из проходящих женщин поздоровалась с воительницей. Услышав слова приветствия, Шарра заинтересовалась:

- Что ты сказала? Про судьбу что-то.

- О, наконец-то, то-то мне казалось, что я забыла тебе что-то рассказать, - Атинора задумалась, решая, с чего начать объяснения. - Помнишь, еще на корабле мы обсуждали, какие уважительные обращения приняты в этой стране?

- Перед тем как назвать любого мужчину по имени обязательно надо использовать уважительноо "тар", а женщину - "кадар", - дословно воспроизвела слышанное ранее Шарра.

- Молодец. Совершенно верно. Но в Школе приняты определенные правила приветствия. Сейчас объясню почему. Школа - это, как бы королевство в королевстве. Когда мы проезжали по городу, ты видела хотя бы одну женщину с мечом, но без зверя? Конечно, нет. В Арфатине женщинам кроме кухонного ножа запрещено носить любое другое оружие. Это лишь мужская привилегия. Исключение из этого правила - мы. Женщина при встрече с мужчиной или с женщиной, которые выше ее по положению, должна преклонить колени. Подобным жестом почтения мы одариваем лишь богов. Поэтому придумали определенные приветствия. На фразу "Ты свободна" ты должна ответить: "Пока судьбе не покорна". Причем первым или первой к тебе должны обратиться именно старшие. Таким образом, с одной стороны этот знак внимания показывает, что младшая воительница как бы признается старшей равной, а с другой - символизирует, что и старшим есть чему поучиться у молодых. Сама фраза тоже имеет огромное значение. Мы считаем, что пока мы боремся с судьбой, а не просто плывем по течению Великой Реки Жизни, мы достойны свободы и независимости, и заслуживаем уважения. А если перестанем сопротивляться, то станем похожими на тех женщин за стенами Школы. Запомнить это очень легко, а пользоваться очень важно. Вот мы и пришли.

- Когда мы с тобой опять увидимся? - Шарре явно не хотелось оставаться в одиночестве.

- Через пару часов я к тебе зайду. Пора начинать уроки. И еще. Это были последние слова, которые я сказала тебе на артионском. Тебе нужно тренироваться. Пока.

Атинора сдержала свою "угрозу" и последующее время, до приезда учениц Школы, разговаривала с Шаррой исключительно на арфатинском. Так что к началу учебы девочка вполне прилично могла общаться на языке королевства, которое стало для нее новым домом на ближайшие десять, а может и больше, лет. К слову, десять лет - это минимальный срок обучения девушек в Школе, после этого они приходили в Круги Воссоединения, где Богиня связывала их судьбу с младшим братом или сестрой. А вот путей дальнейшего развития событий было уже несколько. Во-первых, девушки могли отправиться домой, прошедших выучку воительниц охотно брали в отряды, расквартированные в более ли менее крупных городах Арафат, которые хранили покой мирных граждан и поддерживали порядок, устраивая облавы на разбойничьи шайки на дорогах, если таковым хватало ума завестись. При всем том, что в Арфатине женщине была отведена роль подчинения, считалось честью, если в отряде была воительница. К ним относились почти как к третьему полу.

Во-вторых, можно было остаться в Школе, на это было несколько причин в свою очередь. Некоторые из младших братьев и сестер достигали зрелости довольно долго. Таргалам на это требовалось не меньше шести лет, например, и часто выпускницы оставались в Школе на весь этот срок. Если младшие успевали достичь зрелости к моменту, когда приходилось покидать родные стены, тем большей была вероятность, что их не убьют в первой же стычке. Оставшись в Школе, они приносили пользу, либо проводя дополнительные занятия с группами учениц, либо патрулируя городские улицы. Власти с удовольствием принимали выпускниц элитной Школы в состав городской стражи.

Само собой, все это Атинора рассказала и Шарре. Молодая воительница понимала, что ей как никому будет сложно после выпуска. Уж очень она будет выделяться даже среди воительниц.

Глава 2

Шарра Ай'Варизар

Близилось время завтрака. За прошедшее время я уже успела определить для себя любимое место за столом, отведенным для новичков. Отсюда открывался замечательный вид из широкого окна, да и обзор зала был великолепный. Десять столов, по одному для каждого курса, были расположены вдоль прямоугольного зала столовой, а перпендикулярно им установили учительский. Не раз и не два я ловила себя на мысли, что за спинами преподавателей должен был бы располагаться большой камин, украшенный изящной лепниной, но на юге это было бы лишь украшение, нежели потребностью, а посему взгляд каждый раз натыкался лишь на растения в больших деревянных кадках, сейчас обвешенные белоснежными цветами.

Мне, как прибывшей в школу одной из первых, была возможность облюбовать местечко заранее. Когда прибывали ученицы, времени на подобное придирчивое изучение местоположения уже не оставалось. Точно так же дело обстояло и с комнатой. Кассанра еще в первый день подсказала, как лучше выбрать помещение. Окна выходили на запад. Прямые лучи горячего южного солнца в помещение не попадали благодаря развесистым кронам нескольких деревьев, росших у самого окна. И в часы, когда, как мне поначалу казалось, даже камни начинали плавиться, в комнате было довольно прохладно.

Жизнь моя на протяжении этих двух недель кардинально отличалась от жизни во дворце родителей. Правда, теперь звали меня Саардар, что означало на древнем забытом языке Арфатина "серебряные звезды, вплетенные в волосы". Так за мой оттенок волос меня прозвал Аратан, один из преподавателей, и под таким именем теперь знали все в Школе. Мой любимый учитель, Аратан, был единственным мужчиной в Школе. Этот улыбчивый старичек преподавал языковедение. Он знал более тридцати языков и наречий разных стран, некоторые из которых уже даже были стерты из памяти поколений. Он же как-то раз сообщил, что мое новое имя было одним из многочисленных наименований Богини Фьернат. Меня даже заинтересовал вопрос, а не обидится ли покровительница Школы на столь вольное обращение с ее именами, но преподаватель утешил, что древняя империя, в которой Фьернат так называли уже не существует, так что лишь избранные смогут понять его значение.

Итак, одним погожим днем сидела я за столом в столовой и очень волновалась. А все из-за того, что сегодня был день, когда в Школу прибывали все ученицы. Именно сегодня я должна была увидеть всех тех, с кем мне предстояло учиться ближайших несколько лет.

Вошедшая в столовую Атинора ободряюще улыбнулась и направилась к учительскому столу, за которым к этому времени осталось только пара свободных стульев.

Спустя несколько минут, которые показались мне целыми часами, двери раскрылись, и в проеме показалась Тартая, за которой следовали ученицы, все, как одна, в нежно-голубой форме. Некоторое время все рассаживались за столами. Было видно, что ученицы старших курсов занимают места, которые были облюбованы ими еще в прошлые годы, приветствуя знакомых улыбками. Новички же садились произвольно.

По обе стороны от меня опустились две похожие как две капли воды девочки, тут же синхронно повернувшие головы в мою сторону.

- Ты северянка, не так ли? - в унисон спросили близняшки.

- Да, - отрицать подобное даже смысла не имело.

- Меня зовут Вазари, ее Майра, - сказала та, что сидела слева.

- А тебя? - спросила девочка справа.

- Сардар, - выговаривать это имя все еще было непривычно.

- Это ведь арфатинское имя. А ты северянка, - заметила Майра.

- Да, моя мать долго жила в Арфатине. Ей настолько понравилось это имя, что так она решила назвать дочь, когда она, то есть я родилась. Она была знакома с кадар Тартаей. Отец был не против. После смерти родителей дядя привез меня сюда, - мне неприятно было обманывать, но Атинора не единожды объяснила, что лучше было бы, если бы все в Арфате знали меня под новым именем. Она множество раз заставляла меня повторять это, так что придуманную легенду я выдавала, уже не задумываясь.

- Наш отец, - произнесла Вазари, - советник правителя. Его зовут тар Таир. Если честно, он совсем не хотел, чтобы мы стали воительницами. Но когда у матери родились в этом году еще две дочери-близняшки, он согласился.

Мне эти две неугомонные южанки очень понравились. Во дворце Артиона у меня не было подруг, но я очень надеялась, что здесь это измениться.

А потом начались дни занятий. Уроки, тренировки, уход за территорией и за теми обитателями заповедника, кто нуждался в человеческой помощи.

У тара Аратана я изучала языки Тандары, территория которой находилась рядом с Арфатином, древние руны Артиона, которые я не раз встречала в книгах библиотеки родового дворца, эльфийский, а так же оттачивала арфатинский. Усваивать эти знания мне удавалось чрезвычайно легко, чем немолодой преподаватель нарадоваться не мог. По его словам, все остальные девушки приходили сюда, чтобы махать железками, а не приобретать знания.

Это превратилось в своеобразную игру - каждый раз сдавая выученный урок, я ожидала услышать эту похвалу, высказанную немного бурчливым тоном. А еще он был одним из немногих, кто знал правду о моем прошлом. Оказалось невероятно сложным постоянно врать о себе, так что общение с ним было своеобразной отдушиной. Наверное, именно его подкупающая доброта и внимание, безобидный вид и радушие способствовали тому, что я не перестала шарахаться от мужчин, после пережитого. Ну что еще добавить - низкий поклон.

Но на уроках, к которым так презрительно относился Аратан, я также старалась быть одной из первых. Каждый раз, беря в руки меч, вспоминала про свою мать, вновь и вновь клянясь себе научиться владеть оружием, чтобы больше никогда не терять дорогих мне людей. Когда другие девочки мечтали побыстрее отложить клинки и смыть с себя грязь и пот, я продолжала повторять заученные движения, доводя их до автоматизма. Через несколько лет, когда основной базис был заложен, я попробовала экспериментировать, придумывая на их основе собственные связки и переходы, которые должны были сбить противника с ритма, вывести из равновесия.

Шить я тоже научилась очень даже неплохо. С первых дней я про себя называла иголку крошечным мечом, и подобный настрой, видимо, на самом деле помогал сосредотачиваться на задании кадар Аиври, присматривающей за ученичецами.

А вот работа на кухне стала воистину каторжным трудом. После нескольких неудачных попыток научить меня хотя бы сносно готовить, главный повар предоставлял мне заниматься разве что самым простейшим: чистить продукты да мыть посуду. И нельзя сказать, что я не старалась! Даже очень. В память запали слова Атиноры про необходимость научиться всему, чтобы выживать в любых условиях, и неспособность освоить простейшие навыки удручали. И если иголка вполне приравнивалась к оружию, то, как ни парадоксально, с кухонным ножом такой трюк самовнушения не удавался.

Верховая езда также не стала особенным препятствием на моем ученическом пути. Я испытывала к благородным красивым животным такую же глубокую привязанность, как и к другим младшим братьям и сестрам. И лошади "платили" мне тем же, легко подчиняясь малейшему натяжению повода и движению коленей.

С Майрой и Вазари мы вскоре стали закадычными подругами. Эти две девушки приняли меня третьей в свой неразлучный тандем. Наверное, именно поэтому время, проведенное в Школе, стало едва ли не лучшими воспоминаниями на всю будущую жизнь.

О том, как сильно я отличаюсь от своих подруг внешне, уже даже успела подзабыть. Впрочем, ненадолго. На пятом году обучения девушкам разрешалось выходить в город самостоятельно. Вот тогда-то всеобщее внимание мгновенно напомнило мне об иностранном происхождении.

Длинные серебристые волосы струились ниже пояса, а если учесть, что я была выше подруг более чем на полголовы, не уступая ростом большинству мужчин этой жаркой страны. Немалое количество восхищенных взглядов, как местных мужчин, так и тех, кто приезжал в столицу Арфата, по причинам торговли или в поисках приключений, как ни странно, раздражало и сильно смущало. Поэтому я предпочитала редко покидать территорию Школы. Не тянуло меня туда, где было шумно, где грохотали повозки, где кричали продавцы, стараясь привлечь внимание покупателей к своим товарам, где из таверн, особенно в вечернее и ночное время, доносились пьяный смех и крики посетителей. Мне не нравились взгляды, которыми окидывали меня женщины, торгующие на улицах своим телом и любовью: оценивающие, завистливые, злобные, а иногда и заискивающие, что смущало наибольше.

Куда значимое удовольствие доставляли выезды на природу. Довольно часто мы с подругами садились на лошадей, брали еду да подстилки и отправлялись в какой-нибудь далекий уголок заповедника, чтобы отдохнуть и посплетничать. Сестры всегда были в курсе всех дел, благодаря положению их отца при дворе. Они охотно посвящали меня во все тонкости жизни при дворе Арфатина. Сплетничали о знаках внимания тех или иных молодых людей, и кому эти знаки были адресованы. И, конечно же, мечтали. О том, что мы будем делать, когда закончим обучение, о дальних странствиях и приключениях.

Впрочем, так продолжалось не слишком долго. Я взрослела, появлялось желание нравиться противоположному полу. Взгляды окружающих уже не раздражали, а льстили. Постепенно пришло понимание, что я довольно выгодно выделяюсь на фоне темноволосых женщин Арфатина, и меня считают экзотичной и красивой. Пожалуй, только жесткая дисциплина, прививаемая с первых дней обучения, и плотный график занятий не давали подросткам думать только о противоположном поле и любовных приключениях.

Однажды, когда выдался свободный день, мы выбрались на прогулку в город: прошлись по шумному базару, постояли возле прилавка, на котором продавалось оружие, но, разочаровавшись в его качестве, направились дальше. Потом вышли на улицу, что вела к главным воротам и пристани, и направились в порт посмотреть на корабли, пришедшие из разных королевств.

И вот тут то и произошло событие, круто изменившее мою планируемую жизнь в качестве наемной воительницы. К тому времени я почти убедила себя, что нужно продолжать двигаться вперед без оглядки на прошлое, которое уже и не вернуть. Когда мы дружно остановились возле очередного лотка, чтобы полюбоваться на украшения, изготовленные золотых дел мастерами Тандары, послышался гомон толпы. Приближающаяся кавалькада всадников явно чем-то отличалась от обычных отрядов городской стражи, круглосуточно патрулирующих улицы - такого ажиотажа они бы не вызвали.

Повернувшись, я застыла, во все глаза рассматривая человека, скачущего сразу за послом, о чем свидетельствовала форма сопровождающих его воинов-северян. Я думала, что забыла многое из своей прежней жизни. Оказалось, что глубоко заблуждалась. Мимо нас, гордо подняв голову, на лошади проезжал мужчина, в лицо которого я со страхом смотрела однажды темной летней ночью почти семь лет назад, солдата, обещавшего маленькой девочке, которой я тогда была, десять конфеток. Сейчас я смотрела на одного из убийц матери.

Развернулась на месте, и, пробормотав какое-то невнятное оправдание удивленным подругам, я направилась в Школу. Схватив сабли, ставшие моим излюбленным оружием, я до изнеможения тренировалась в зале. И каждый раз, когда наконечник одного из клинков глубоко входил в соломенного противника, я мечтала, что когда-нибудь увижу, как оружие также вонзается в плоть этого человека.

Той же ночью мне приснился сон о событиях злополучной ночи смены власти в Артионе. Кошмар о событиях, детали которых должны были бы уже стереться из памяти за прошедшие годы.

На следующий день тренировку я начала с теми же мыслями, что и накануне, каждый раз представляя, на месте манекена того солдата-предателя.

- Все. Я не буду заниматься с тобой, пока не объяснишь причину, по которой ты допускаешь ошибки, которые редко бывают даже у второкурсниц, - Тартая отложила меч и сложила руки на груди. - Я очень внимательно тебя слушаю.

Я со вздохом опустила плечи, позволяя наконечнику меча коснуться пола. Я прекрасно знала, что преподавательница от своего не отступит, пока не получит ответа. Терпения ей было не занимать. Если я собиралась выполнить задуманное, то играть в молчанку было не лучшим решением. Пришлось начать говорить о том, что случилось накануне в городе.

- Во мне проснулись все воспоминания. Всю ночь я раз за разом переживала события, приведшие к смерти моей матери. И мне все равно, что этот человек в свите посла - я найду его и убью. И у меня мало времени - они скоро возвращаются к себе в королевство. В моекоролевство! - последнюю фразу я уже едва не кричала. Мне было безумно обидно за все. Что боги так нечестно поступили со мной, лишив семьи, дома, принадлежащего мне по праву титула.

- Утерянное тобой королевство, - жестко прервала мои размышления Тартая. - Как ты собираешься их найти?

- Ненависть меня поведет… - договорить снова не удалось.