Лунные дорожки или Приключения принца Эно

– Ты слишком суетлива, обезьяна, – протрубил бегемот. – Истинные приключения происходят в нас самих. А чтобы замечать их, нужно иметь истинное спокойствие.

– Где ж вы его столько заимели?

– Спокойствие нельзя поймать в окрестном лесу. Оно вырабатывается изнутри. Оно крепнет и устанавливается. Истинному спокойствию надо долго учиться. Но потом его уже никто не может потревожить…

– Даже лесные мышки?

– Тьфу ты, какие мышки? О чем ты думаешь, обезьяна, бедное суетливое существо?

Обезьяна знала, о чем она думала.

– Эй, бегемот! Спорим, твое великое спокойствие прогонят пять лесных мышек через пятнадцать минут?

– Спорь сама с собой, мне не до этих глупостей, – проворчал бегемот и погрузился во что он там погружался.

– Ага, – сказала обезьяна. Она залезла на дерево и сбросила на бегемота разных листьев и веток, совсем закрыв его шкуру. Он не шевелился. Тогда она смоталась куда-то, и вернувшись, набросала поверх листьев на его огромную спину грозди лесных орехов. Опять – никакого эффекта. Желтая Обезьяна поскакала по деревьям, пока не заметила на поляне лесную мышку.

– Эй, мышенция! – закричала она. – Чисто из дружеских соображений! Хочешь орехов?

– Мням-мням, хочу! – сказала мышка, не переставая грызть (она никогда не переставала). – Мням-мням, где?

– Айда, покажу! Не будь жадиной! Захвати друзей!

Мышка взяла своего друга-мужа и своих друзей-деток и поспешила за обезьяной, а та привела ее к орехам, рассыпанным по спине бегемота.

– Без обмана! – заорала Желтая Обезьяна с дерева. – Чисто из дружеских соображений! Мышенция! Ты знаешь, что такое дружеские соображения?

Но мышь не отвечала, вовсю занятая разгрызанием орехов. Желтая Обезьяна еще посмотрела на это пару минут, а потом заметила:

– Это неумно! Даже я в таких случаях делаю кой-какие запасы.

И мышка, и ее друзья, приняв обезьяний совет, дружно принялись рыть норки для запасов. Прямо под собой. Обезьяна кинулась прочь. А через минуту она, как и весь окрестный лес, услышала рев бегемота и треск падающих деревьев. Эти звуки потом долго не прекращались.

– Бегемот ищет свое спокойствие, – заметила обезьяна. – Зачем только ломать для этого деревья?

– Ведь истинное спокойствие, – сказала она вечно обалдевшему дятлу, – нельзя поймать в окрестном лесу.

– Внутрях, – сказал дятел и, примериваясь, постучал по стволу дерева. – Чем глубже, тем они вкуснее.

– Рубишь, – подмигнула ему обезьяна.

– А то, – согласился дятел. – В день, когда я не рубал, я не жил.

И застучал, углубляясь внутрях.

Пес и волчица

Любимая собака короля (она стоила двести сто миллионов тысяч) однажды на охоте увидела волчицу. Охотники отстали, но уже слышен был вдали топот их коней, а волчица не убегала, она стояла на пригорке и насмешливо глядела на пса. Любимая собака короля (ну то есть пес, прекрасной охотничьей масти) замер под ее взглядом. Она смотрела на него и молчала, а он изображал, что страшно устал от бега и не может даже лаять. Потом, так же молча, она скрылась в кустах, а он погнался за рябчиком или оленем, в общем, за кем-то ценным в охотничьем смысле; только из головы его она уже не выходила. И вот спустя несколько дней и ночей любимый пес короля ночью, через окно и сад выбрался из дворца и пустился в лес, зная, что могут растерзать, бешеным бегом пересек поляны и просеки, уловил запах – и снова нашел ее. Была луна, когда чувства обострены, она лежала под кустом, и он сел перед ней и залаял. Он пролаял ей, что влюблен и не может, что молод и богат, что во дворце им дадут любую комнату, а дичь подадут на серебряных мисках. Он пролаял, что мог, своим красивым громким голосом, а она ответила ему: «Ты очень красив. Беги обратно, рожденный собакой». И пес почувствовал, как будто холодное железо входит в его грудь, и принялся уговаривать ее, а она слушала – видно было, что ей нравится слушать – про мягкие диваны и плюшевые игрушки, про снег за окном в деревянной раме… И потом сказала, встав и потянувшись: «Очень, очень красивая у тебя шерсть. Беги обратно. Но если хочешь – оставайся. Я позабочусь, и тебя возьмут в стаю. Ты сильный зверь, ты будешь хорош на охоте. И наверное, не только там…» И огонь вспыхнул в глазах двух зверей, а потом медленно погас в собачьих. Он сказал: «Мое место там». А она легла и сказала: «Иди на место».

Через месяц с чем-то пес, оголодав и осунувшись, перекусавший докторов и нянечек, улизнул из дворца и опять прибежал к волчице. Глаза впали и блестели уже лихорадочно; даже прекрасная шерсть свалялась, да по дороге поднабрала колючек. «Что с тобой?» – спросила волчица. «Ничего, – пролаял пес. – Пустяки. Мне тяжело без тебя. Пошли со мной! Мы будем жить не во дворце, я все придумал, есть прекрасная конура в парке. Я умираю без тебя!» Но холодный свет зажегся в глазах волчицы и она сказала: «Поди прочь, слюнтяй! Показывай людям свои фокусы! А я-то думала, ты пришел жить в лес!» И сама ушла, чуть прихрамывая. У нее была повреждена лапа. Луна была на исходе.

Пес, обезумевший, кинулся прочь, и во дворце принялся жрать, мигом выздоровел, и прыгал перед королем, делая вид, что ловит птицу. Король на радостях устроил большую охоту. Псари понеслись, и любимый пес короля впереди их всех. Он мигом направил охоту в ту часть леса, выследил запах, понесся, и вот увидел волчицу, а та не могла или не хотела убегать так быстро, и он схватился с ней, свился в клубок, стиснул лапы, и даже когда их окружили охотники, не отпускал. Король лично накинул на волчицу веревку и оттащил в сторону пса. Он уже прицелился, чтобы пристрелить зверя, но пес опять бросился и закрыл ее своим телом. И вот то ли король что-то понял, то ли увлекся игрой света в глазах пойманной волчицы, но он приказал отвезти ее во дворец, и там посадить в клетку.

И поставили эту клетку в том самом парке, куда пес звал волчицу из леса.

И конечно, сам пес пришел к клетке, когда стемнело, принес отборное мясо и повторил свой зов, а в ответ получил рычание и презрение. Так и продолжалось: волчица сидела в клетке, король иногда подходил любоваться ее – как ему казалось – сильными лапами; а пес излаялся перед ней уговорами и угрозами без всякого результата, продолжая таскать ей мясо. Он не раз думал просто выпустить ее из клетки, и так, наверное, и сделал бы, если бы не знал – или ему казалось, что знал – что в ту же секунду она разорвет его в клочья.

Как Желтая Обезьяна едва не стала королевой и что из этого вышло

Желтая Обезьяна и раньше иногда ходила в город – вначале очень осторожно, а потом совершенно спокойно. Сойти за человека ей было – раз плюнуть.

– Раз – плюнуть, – объясняла она подружкам, – два – натянуть цветные тряпки. А самое главное – это держать хвост между ногами.

Это было ее любимой поговоркой в городе:

– Главное – держать хвост между ногами!

В этот раз она решила поторговать в городе бананами. Она собрала штук 15 бананов, надела свои очень цветные тряпки и пустилась в путь, ориентируясь на шпиль дворца.

А в самом дворце в это время король поддался-таки на уговоры министров и советников и согласился жениться. Но уж зато все советы избрать жену из семей окрестных правителей он начисто отверг. По правде говоря, жениться ему по-прежнему абсолютно не хотелось. И он вспомнил о старом традиционном способе выбирать себе жену по конкурсу талантов. Похоже, король решил развлечься за счет женского пола. В общем, глашатаи по всему королевству сзывали цветущих дам во дворец на всевозможные конкурсы ума, глупости, красоты, имунной совместимости, а самое главное – на конкурс той – хотя бы единственной – кто докажет королю, что жениться действительно стоит. На этот последний конкурс вначале пускали всех, потом – только победительниц всех предыдущих; но тут проваливались все претендентки. Вначале короля очень развлекали эти беседы (он проводил их с глазу на глаз), потом порядком надоели. Говорили все девушки одно и то же…

– Может, оно все и правильно, но почему от этого так тоскливо? -

спросил король последнюю претендентку на этот день, вычеркнул ее имя из списка, сказал «до свидания» и остался один в вечереющей комнате. Из окна был виден кусок дворового парка с клеткой, в которой сидела волчица («А с ней что делать? Тоже ведь надо что-то придумать…» – вздохнул король) и город Гренабль до самой рыночной площади.

Вдруг в противоположной части комнаты зашуршала портьера и из-за нее вышла… милая такая… ну да, Желтая Обезьяна, собственной персоной. Не могла же она пропустить такую развлекаловку – и махнула во дворец через крышу и задний двор.

– Здравствуйте, – вежливо сказала она и одернула юбочку («Главное – держать хвост между ногами!»). Здесь принимают в качестве королевских невест?

– А, – обернулся король. – А вы…? А я думал… Ну хорошо, проходите… Ничего, если я не буду зажигать свет? Нет, в качестве невест здесь никого пока не принимают. Качества не хватает. А вы по конкурсу?

– Конкурсирка я, – кивнула обезьяна. – Конкурсуюсь.

– Ну что ж, – вздохнул король, опять уставившись в окно. – Давайте, доказывайте.

– Что доказывать?

– Ну как – что надо жениться!

– Надо жениться?

– Жениться.

– Зачем?

– Как зачем? – король развернулся. – Да вы садитесь. Это же тема конкурса. Вы не знаете?

– Тему знаю, – согласилась обезьяна. – А зачем жениться – не знаю.

– И я не знаю, – откликнулся король. – По-моему, никто не знает. Все наслушались сказок, а в сказках знаете как: они поженились и жили долго и счастливо. И что там дальше в этих сказках происходит – совершенно никому не известно.

– Ну почему, – сказала обезьяна. – Иногда известно. Давайте, я вам расскажу.

– Что вы говорите? Ну, давайте.

– Вам какую сказку продолжить?

– А что хотите. Вот знаете какую – я тут недавно вспоминал – «Принцессу на горошине». Я, кажется, здорово похож на этого самого принца – все жду черт знает кого…

– Ага, – сказала обезьяна. – Ну, слушайте.

Король откинулся в кресло, и пока сумерки сгущались над городом, Желтая Обезьяна рассказала ему

Продолжение сказки "Принцесса на горошине"

– Ай-ай-ай, что вы говорите, – качал головою король. – Какая прелесть… Пятьсот двадцать восемь детей… Это здорово! Знаете, вот это бы мне понравилось: пятьсот двадцать восемь детей. Это то, что нужно. Ради этого можно и жениться, а? – и он обернулся и подмигнул Желтой Обезьяне, хотя в темной комнате было трудно ее рассмотреть. Она в ответ, именно этим и пользуясь, скорчила прекрасную рожу.

– Да нет, ваше величество, мне кажется, что жениться вовсе не стоит.

– Да как же не стоит? – удивился король. – Вы же сами… Да ведь, кстати, и сказок таких нет, чтоб герой не женился. Вот вы хоть одну такую сказку знаете?

– Конечно, знаю, ваше величество, – откликнулась обезьяна, и рассказала королю сказку про

Один лист

– Нет, ну это нечестно! – сказал король. Нет, лист – это нечеловеческий персонаж. Конечно, он похож немножко на меня… Но я все-таки так не могу… сам по себе… вот этих самых… Пятьсот сорок четыре… Ну и потом – а как же любовь? Как же любовь, я вас спрашиваю?

– Что вы имеете в виду, ваше величество?

– Ну, любовь! Это не то, что вас там ухватил усик за ногу… простите… Это внутри! Это как роза, растущая внутри!

– Ничего себе образ, – сказала про себя Желтая Обезьяна. – Роза, растущая внутри! Надо будет запомнить.

– Ну? Что же вы молчите?

– Любовь, ваше величество, – раздумывая, медленно сказала обезьяна, – выбивает пробки и не способствует семейной жизни.

– Ах, вот как! Хм… Нет, давайте без философии. У нас вечер сказок!

– Вы знаете сказку про любовь?

– Ну, ваше величество, конечно, знаю. Вам короткую или длинную?

– Мне? – король вдруг посмотрел на часы. – Ах, черт, у нас скоро заседание министров и советников… Давайте короткую, у нас с вами еще есть десять минут.

– Совсем короткую, – согласилась обезьяна. – Такая любовь…

Такая любовь

– Ну и вы мне теперь скажете, что не нужно жениться? – победоносно сказал король? – Вот что: я старше вас, кое-что повидал на своем веку, я знаю, что такое неженатая жизнь… Так что слушайте меня внимательно!

– И король встал и зажег свет, сам на какое-то время ослепнув. Вы мне подходите, я возьму вас в жены. Сильно допекать я вас не буду, по балам не затаскаю, а родите вы мне пятьсот семьдесят этих самых… Ну или сколько сможете. Да…А по вечерам будете мне рассказывать сказки. Как эта…Шахререза… Шахараразадень?

– Шухерезадница, – подсказала обезьяна.

– Ну, ты это… – король погрозил ей пальцем. – Не разыгрывайся… Пока… Шахерезада, вспомнил я. Значит, будешь Шахерезадой. Согласна?

– Ваша воля, – склонилась обезьяна в изящнейшем поклоне, – закон для меня. Хотел бы я знать, что она напридумывала себе, какие грандиозные шалости проносились у нее в голове, пока король вел ее по дворцу и парку, чтобы представить заседанию советников и министров как победительницу конкурса невест!

Но вдруг, у клетки с волчицей, обезьяна остановилась.

– Ваше величество, – обратилась она к королю, – почему она у вас в клетке?

– Ерунда, – ответил король, – охотничий трофей. Пойдем, мы уже опаздываем.

– Отпустите ее! – сказала Желтая Обезьяна.

– Потом поговорим, – пробурчал король. – Пойдем!

– Сделайте мне подарок, ваше величество, – твердо сказала обезьяна. – Отпустите ее. Прямо сейчас!

– Нет, – так же твердо ответил король. – Сейчас это просто невозможно, да и потом… Эй, что ты делаешь? Она разорвет нас!

А Желтая Обезьяна прыгнула к клетке и в мгновение ока разомкнула запоры и распахнула дверь. Сама же взобралась на клетку и заорала:

– Свободу узникам!!!

Хвост ее вылетел из-под платья, но она уже была в экстазе, сделала несколько сальто-мортале и перепрыгнула на дерево, улюлюкая. Волчица в это время выскочила из клетки, а король заорал страже оцепить парк и пристрелить зверя. Как только раздался первый выстрел, волчица исчезла, а на ее месте возникла женщина, светящаяся серебряным светом.

Все обалдели.

Первым пришел в себя король и крикнул:

– Не стрелять!!!

А потом сделал несколько шагов по направлению к той, которую узнал мгновенно. Король развел руками и молчал.

– Ты… – бормотал он. – Неужели ты… Как же ты могла… вот здесь… Почему ты мне ничего не…

– Где мой сын? – спросила Лунная женщина.

– Он ушел… – еле вымолвил король. – Мы поссорились… Он ушел…

– Куда?

– Не знаю… За границу моего королевства…

– Ах, вот как! – ее сияние вспыхнуло, и грозные тени заполнили парк. – Самое лучшее, что у тебя было, ты не сохранил! Ты выгнал его!