ТРИ КОЛЬЦА - ПОЛНОЕ

- Нет, главный раз в десять больше… Был… А это так - обычный торговый центр. Ты пока вон, часы с пола собери и фляжки. Тут отдел мужских подарков раньше был при входе. А я с мужиками пока в подвал спущусь, посмотрю, как там.

Через минуту где-то внизу раздались звонкие удары, а затем - дребезг разбитого стекла

Минут пятнадцать я осторожно, чтобы не истрепать перчатки, разгребал залежи стекла и костей и складывал добычу в крепкий холщёвый мешок.

- Илюха, иди сюда! - донёсся издалека радостный голос отца.

Я бросил взгляд на ещё не собранный хабар и пошёл на голос. Длинная лестница со странными ребристыми ступенями, уходящая вниз, в глубину подвала, где метались отсветы фонарей.

- Давай смелее, сына. Поможешь мелочь собирать.

Я включил свой фонарь и последовал совету отца. Обширное помещение с низким потолком размерами не уступало, пожалуй, ангару в Думаново. И всю правую сторону занимали шкафы.

- Да, Илюша это и есть нормальный книжный магазин.

Я сравнил увиденное с книжной лавкой в Медном и слегка обалдел. Я не мог поверить, что пространство, на котором с лёгкостью встанут два, а то и три, "камаза", занято одними книгами.

- Пойдём, посмотрим вместе, - отец крепко взял меня за локоть и подтолкнул к шкафам.

"Отечественная фантастика", - гласила большая табличка на одном из шкафов.

- Па, это что, целый шкаф фантастики?

- Не шкаф, а ряд.

- Это как же всё прочитать-то? - оторопел я.

- А всё подряд читать не нужно. Только хорошие книги… - задумчиво пробормотал отец. Затем, словно очнувшись, продолжил уже другим тоном. - Ты иди, мужикам пока помоги, а я тут покопаюсь. Вдруг чего стоящее найду.

И действительно нашёл, мы потом ещё раз ездили, уже специально за книгами

- Илья, кружку давай! - пока я предавался воспоминаниям, ребята уже сварганили костерок и даже вскипятили воды и заварили "северный чай" - смесь из иван-чая, зверобоя, и ещё десятка трав, добавляемых по воле "изготовителя". "Травяной" мне всегда нравился больше, чем "морковный" и, судя по запаху, долетавшему от прикрытого крышкой котелка, все присутствующие разделяли мои вкусы. "И чабрец есть, прям, как я люблю!" - подумал я, доставая из рюкзака кружку. Из того самого "книжного" магазина, кстати. Может это она, лежа под моей головой, воспоминания навеяла? Как знать…

Заурчал мотор, и к нам на втором "тигре" подъехали остальные ребята.

- Илья, ты с Андреичем связаться не хочешь? - поинтересовался высунувшийся из окна пассажирской двери Саламандр.

Отхлебнув из кружки, я ответил:

- Не, пока не хочу - торопиться уже некуда. Чай допью, на пожарище, - кивок в сторону горящего вертолёта, - станцую, и вот тогда уже можно будет.

- Как знаешь… Ты командир… - в недоумении протянул Серёга. - А тебе втыка не будет?

- Устанут втыкать. Лучше кружку давай, а то чай закончится.

Все моё нежелание общаться с Виталь Андреичем прямо сейчас проистекало оттого, что у меня возникло ощущение, словно мы упустили из виду нечто важное. Что-то такое, что должно развернуть перед нами картинку во всей её красоте… Но эта малость пока ускользала от меня.

Ни Тушканчик, ни Саламандр упрашивать себя не заставили, а вылезли из машины и присоединились к чаепитию:

- Вот, кому вареньица к чаю, - спросил Сергей, достав из рюкзака стеклянную банку. - "Венгерское", на сахаре.

В наших краях "венгерскими" называли все стеклянные банки с металлической винтовой крышкой. Отец объяснял, что давным-давно, когда он ещё был ребёнком, в таких банках к нам в страну из Венгрии привозили всякие консервированные компоты, вот и прилипло, как говорится, на века. Интересно то, что эти банки в какое-то время стали весьма ценной добычей - уж больно удобно в них домашние заготовки делать. У нас, Следопытов, в них даже продукты для сухих пайков расфасовывают. Понятно, что наиболее опытные на "охоту за банками" не ходили, а вот молодняк в дачные посёлки посылали. Похоже, что Саламандр сам недавно из категории "баночников" вышел, но вот наличие у него варенья на сахаре - это интересно!

- Откель у тебя сахарок-то?

- Сменял в том году, - ответил Саламандр, свернув крышку на банке. - Я с купцами на Плёс ходил, а там мужики с низов были, сахаром торговали. Вот я для матери и взял десять кило.

- А, ну если с низов, тогда понятно… А откуда конкретно, не помнишь?

- Помню, из-под Чебоксар народ, говор у них ещё такой необычный.

- Ну, это тогда не с "низов", а из самой, что ни на есть середины.

- Да для меня, Илья, всё, что южнее Костромы - уже низовье, - пошутил Салмандр и протянул банку с крыжовенным вареньем.

Некоторое время все наслаждались деликатесом, затем Мистер Шляпа облизал ложку и спросил Тушканчика:

- Вань, слышь, а ты где этими ракетами пулять научился?

- У псковских десантников, нас ещё Бес учиться к ним отправлял. В тридцатом году. Да вон, хоть у Занозы спросите, он тоже ездил. Только раньше.

Саламандр развернулся ко мне:

- Это в каком же году, получается? - потом, сопоставив широко известные факты, округлил глаза: - Ты что, в войне двадцать шестого года участвовал?

Я кивнул.

- Ух, ты! И как, тяжело там было?

- Сейчас полегче, - уклончиво ответил я и соскочил с не очень приятной мне темы: - Ладно, вы пока чай допивайте, а я схожу посмотрю. И ещё, Сергей, дай отбой Гедевану…

***

Керосиновое пламя изрядно закоптило стены вокруг места падения вертолёта и подожгло древесные обломки, но влажная земля не дала пожару распространиться вширь. Задумчиво обходя пожарище по кругу, я заметил некоторую неправильность в окружающей обстановке. Как будто что-то тяжёлое упало сверху на большой куст бузины и загнуло ветки. Подойдя поближе, обнаружил труп человека в тёмном комбинезоне странного покроя. "Это я удачно зашёл!" - всплыла неизвестно где слышанная фраза.

Человек был мёртв - это к бабке не ходи. У живых голова растёт под другим углом, а вот кусты из грудной клетки не растут. Кровь свежая, ещё не успела свернуться и побуреть - стало быть, он - из пассажиров сбитого нами вертолёта! "Как там Андреич говорит? "Случайно в кустах оказался рояль"? Именно что рояль, и именно в кустах!" - продравшись сквозь поломанные ветки и прошлогоднюю крапиву, я принялся быстро, но тщательно обыскивать тело. "На комбезе эмблема нашита, но не разобрать, что нарисовано - всю кровью заляпало. Пистолет хороший - "двести двадцать шестой" "Зиг-Зауэр" в странной нагрудной кобуре, два магазина в подсумке, плитка какой-то еды, если судить по жирным пятнам на бумажной обёртке. А это что такое?" - в небольшом нагрудном кармане с молнией я нащупал твёрдую прямоугольную пластинку размером с половину ладони. Движение руки - и вот трофей у меня в руках.

"Вот оно что!" - гордая надпись "SдPO" и номер, выдавленные на металле, объяснений не требуют.

- Саламандр! - кричу я во всё горло. - Связь с Гедеваном есть?

- Да! - доносится из-за развалин.

"Если уж потомки гордых ярлов и конунгов так явно нарисовались в нашей глухомани, то это совсем неспроста! Ведь визит такого "бляхоносца" - совсем не то, что секретная операция, провёрнутая под личиной местного бандита, а прямо таки казус бэлли! " - плюнув на остальные трофеи, я кабаном проломился через кусты и подбежал к машинам.

- Валера, это парни с тремя шапками! - о том, что рация в трофейной машине работает без шифровки, я помнил.

- Есть доказуха? - деловито поинтересовался Гедеван.

- А то! Бляха собачья. Оригинал.

- Ещё что-нибудь есть? - в голосе собеседника я уловил азартные нотки.

- Нет, тут авиационный керосин полчаса горел. Но, судя по шкурке на тушке - всё в масть!

- Понятненько! Ты через сколько подскочить сможешь?

- Куда?

- Я в Степаньково, на опорном пункте. Биг Ви сейчас к нам выехал, так что связь не очень надёжная с ним. Но обещался быть у нас часа через два.

- Понял тебя. Через четверть часа будем. И ещё, пришли сюда группу, тут всех сторожей нехорошие люди ухайдокали.

- Уже давно выехали, да и ребята от Старицы в вашу сторону едут. Так что собирай манатки - и ко мне.

"Ага, но вначале мне ещё одно дело закончить надо!"

- Шляпа, сканер для "жучка" давай сюда! Имущество моё искать будем.

"Отрадно, что у гостей не было маниакальной тяги к сувенирам, - сигнал привёл нас ко второму "тигру", где на полу между рядами сидений так и валялся чехол с моим луком. - А то утащили бы с собой в вертолёт - и капец бы пришёл "рогатому другу"! Надо только закладку вытащить, а то не люблю на привязи ходить".

***

В конце концов, я решил, что в качестве премии за спасение собственной жизни выдам сам себе "маленький" "тигр" - тот, в который пятеро влезают. Никто из присутствующих не возражал, и, пригласив к себе Тушканчика, я уселся за руль. Движок завёлся на раз-два-три, и наша маленькая колонна, меся колёсами грязь, медленно покатила в направлении Волги.

- Илья, откуда здесь шведы? - нарушил молчание Мур.

- Вот и мне, Ваня, удивительно… - продолжая рулить, я отхлебнул из чашки, поставленной мною в специальный (подумать только!) держатель на кожухе коробки передач. - А более всего мне удивительно, что они так издалека зашли. Прям, как Андреич говорит, вельтполитик! - в этом слове я сделал ударение на последний слог.

Тушканчик хмыкнул, давая понять, что смысл этого выражения знает. Надо сказать, что "дядя" Виталий обычно упоминал "мировую политику", если нам приходилось сталкиваться с какой-либо организованной внешней силой. А тут вообще в игре люди не только из другого "государства", но ещё и не русские.

Я отхлебнул ещё чая и спросил Ивана, припомнив его детское прозвище:

- А скажи мне, "товарищ из МУРа", ты бы где хотел побывать?

- Сейчас? В бане. Неделю в бане не был, представляешь?

- Я в глобальном смысле…

- А, ты про это… - протянул он. - Это, как мы в детстве играли, что ли? "Поездка в отпуск в Турцию или Египет", да?

Тогда, в период Длинной Зимы, старшие ребята рассказывали нам, малышне, "как они ездили с папой и мамой на Юг", и до хрипоты спорили, где лучше - в Геленджике или Анталье. И позже, во время рейдов, натыкаясь периодически на рекламные проспекты и туристические путеводители, я почти всегда прихватывал их с собой. Естественно, если эти рейды были экономическими, а не боевыми. И потом, на отдыхе, мы продолжали с друзьями детскую игру, трансформировав её в "вопросы и ответы о нынешнем положении там". "Там" могло быть промёрзшей насквозь Финляндией или раскалённым солнцем Алжиром, фешенебельным югом Франции или неформальным Бали. Если честно, то к возобновлению игры меня подтолкнули отец и Андреич.

- Да, примерно так.

- Прямо так не отвечу, но в Испании побывать всё ещё хочется, - усмехнулся Иван. - На корриду посмотреть хочется и на то, как апельсины на деревьях висят. Отец мой из Калифорнии родом был.

- Боюсь, что от неё немного осталось… Помнишь, как нам полковник Матвеев в тридцать первом году лекцию читал?

- А то! Он же её потом сколько раз переписывал по нашим материалам? Семь или восемь, уже не помню.

- Верно, так и было. Так помнишь, что он про Калифорнию твою рассказывал?

- И никакая она не моя… Я русский!

- Вань, а я что, что-то другое говорю? "Твоя" - это в том смысле, что ты туда попасть хочешь. Не дуйся, как мышь на крупу.

- Я не дуюсь, но подколки надоели уже, честное слово! И про базы военные в Калифорнии я помню, и про мексиканцев, и про то, что большинство беженцев туда поедут - тоже. Но хоть ты, Илюха, мою детскую мечту не трожь!

- Хорошо, не буду, - покладисто согласился я. - Вернёмся, однако ж, к теме разговора: как думаешь, отчего это скандинавы к нам опять полезли? Раньше лезли, потому что у них слишком холодно было и места бесплодные, но сейчас-то чего?

Мур почесал переносицу:

- Да за тем же, мне кажется. Чего у них там растёт-то? На норвежских камнях и финских болотах? Вот то-то же… Просто с другого конца зайти решили. А может, на винтокрылых наших нацелились. - Тушканчик о месте базирования вертолётов не только знал, но и принимал участие как в создании системы охраны, так и в распускании слухов. Смешно, что информация, распространяемая таким способом, колебалась в диапазоне от "да нет у тверских никаких, на хрен, вертолётов - сгнило всё давно уже" до "штук сто есть - и все с ракетами!"

- Мне такая идея тоже в голову пришла.

- Ну да, я как услышал, что тебя похитить хотели, так про это и подумал. Наверняка они там просчитали, что сын Беса может много знать. К тому же, из "семьи" ты, пожалуй, единственный, кто в "одиночки" ходит.

"Семьёй" между собой Следопыты называли отца, Андреича, меня и ещё семь человек, имевших отношение к превращению, нашего Братства в то, чем оно являлось в настоящее время. Причём я был единственный, кто попал в этот список по реальному "праву крови" - то есть мы с батей были в "семье" единственными родственниками. Я потому и позвал Ивана к себе в машину - для тщательных раздумий мне оппонент нужен был. Прямо как в том американском сериале про супер-врача. А Тушканчик для этого как нельзя лучше подходит - хорошо информированный, опытный, давно меня знает, в общем - как раз то, что надо!

- Слушай, а почему в пятёрке Саламандр у вас командует, а не ты? Что за выверты? - спросил я после недолгого молчания.

- А это новая идея у наших педагогов родилась, при подготовке молодёжи давать им в подчинение старых Братьев. Считают, что в рейде разные люди могут под начало попасть. И потом, ты же знаешь, я командовать не люблю.

- А, понял… - протянул я. - А потом с тебя ещё отчётик в обязалово стребуют, так?

- Верно, и это - тоже.

- Вань, на постоянку ко мне в группу пойдёшь? По этому делу. Чую, Андреич припашет меня по-полной, а ты так удачно мне подвернулся.

- Конечно! - голос Мура был полон энтузиазма. - Всегда с тобой любил "гулять". У тебя нюх на добычу.

- Это не нюх, а "аналитический ум" называется! Пора бы уже запомнить! - наставительно сказал я, и мы оба рассмеялись.

- А почему трёхбашковые в деле, как считаешь?

- Думаю, у них техники больше осталось рабочей, - и он показал рукой на рацию. - Новая, видишь? И вертолёт этот. Мне схема видится такой: они наняли "диких гусей", причём сыграли их втёмную, вроде этого твоего "Вихря", технику и людей для её обслуживания дали шведы, ну и использовали "домашнюю заготовку" в лице поддельного "Дуба". Не думаю, что они настоящего только сейчас убрали, скорее всего, пару лет эту карту разыгрывают.

- Ну да, значит что-нибудь на Побережье планируют. Наши летуны у них как кость в горле. Вспомни, в двадцать шестом каким проклятьем их вертушки были.