То, что людьми принято называть судьбою, является, в сущности, лишь совокупностью учиненных ими глупостей.
Каждый имеет для другого лишь то значение, какое тот имеет для него.
Каждый усматривает в другом лишь то, что содержится в нем самом, ибо он может постичь его и понимать его лишь в меру своего собственного интеллекта.
Когда люди вступают в тесное общение между собой, то их поведение напоминает дикобразов, пытающихся согреться в холодную зимнюю ночь. Им холодно, они прижимаются друг к другу, но чем сильнее они это делают, тем больнее они колют друг друга своими длинными иглами. Вынужденные из-за боли уколов разойтись, они вновь сближаются из-за холода, и так все ночи напролет.
Уединение избавляет нас от необходимости жить постоянно на глазах у других и, следовательно, считаться с их мнениями.
Ценить высоко мнение людей будет для них слишком много чести.
Люди подобны часовым механизмам, которые заводятся и идут, не зная зачем.
Говорят, физически человек обновляется каждые семь лет. А духовно не обновляется ли человек еще чаще? Сколько человек умирает в одном человеке, прежде чем сам он умрет?
Кто не предъявляет своих требований, о том никто не заботится.
Я пришел в мир, чтобы видеть, а не совершить.
Мы все — рабы того лучшего, что внутри нас, и того худшего, что снаружи.
Изучать людей, наблюдая своих современников, все равно, что рассматривать горы — в лупу; изучать их, глядя в даль прошлого, все равно, что смотреть на них в подзорную трубу.
Люди боятся скелета человеческого… На самом же деле страх перед скелетом совсем не страх смерти. Человек, к стыду своему и славе, не так страшится смерти, как унижения. А скелет напоминает ему, что внутри он бесстыдно смешон и довольно уродлив.
Ад — это другие.
Господь сотворил нас великими, мы же превратили себя в ничтожных.
Последовательная смена людей есть один человек, пребывающий вечно.
Человек человеку бог.
Люди не могли бы жить, если бы боги не дали бы им дара забвения.
Каждый из нас одинок в этом мире. Каждый заключен в медной башне и может общаться со своими собратьями лишь через посредство знаков. Но знаки не одни для всех, а потому их смысл темен и неверен. Мы отчаянно стремимся поделиться с другими сокровищами нашего сердца, но они не знают как принять их, и потому мы одиноко бредем по жизни, бок о бок со своими спутниками, но не заодно с ними, не понимая их и не понятые ими. Мы похожи на людей, что живут в чужой стране, почти не зная ее языка; им хочется высказать много прекрасных, глубоких мыслей, но они обречены произносить лишь штампованные фразы из разговорника. В их мозгу бродят идеи одна интереснее другой, а сказать эти люди могут разве что: «Тетушка нашего садовника позабыла дома свой зонтик?»
…Человек не то, чем он хочет быть, но то, чем он не может не быть.
Среди людей обычность одинаковых достоинств не более поразительна, чем многообразие особых недостатков. Уж конечно, и наиболее распространен не здравый смысл, а доброта.
Легче познать людей вообще, чем одного человека в частности.
Человек звучит гордо, но сидит тихо.
Все на день: и кто помнит, и кого.
Вовсе необязательно соглашаться с собеседником, чтобы найти с ним общий язык.
Бывают дни, когда человек вселяет в меня ужас.
Без носа человек — черт знает что: птица не птица, гражданин не гражданин, — просто возьми, да и вышвырни в окошко!
В каждом человеке намешано всего понемножку, а жизнь выдавливает из этой смеси что-нибудь одно на поверхность.
…нормальный человек не может не страдать комплексами.
Люди казались ему такими, каковы они на самом деле, т. е. насекомыми, поедающими друг друга на маленьком комке грязи.
Одно из забавных свойств человеческой природы заключается в том, что каждый человек стремится доигрывать собственный образ, навязанный ему окружающими людьми. Иной пищит, а доигрывает.
Листьям в дубравах древесных подобны сыны человеков.
Возможности человека не измерены до сих пор. Судить о них по предыдущему опыту мы тоже не можем — человек еще так мало дерзал.
С людьми бывает то же, что с благами сего мира: чем ближе их знают, тем меньше их ценят.
Считайте всех людей честными людьми, но живите с ними как если б они были мошенниками.
Человек очень силен, когда довольствуется тем, что он есть, и очень слаб, когда хочет подняться выше человечества.
Способности человека, насколько учит нас опыт и аналогия, безграничны; нет никакого основания полагать даже какой-нибудь воображаемый предел, на котором остановится человеческий ум.
Человек — индивидуальное животное, способности которого ограничены, желания же бесконечны.
Человек должен вмещать в себя, по возможности, все, плюс — еще нечто.
Человек может оставаться собой лишь в том случае, если он неустанно стремится над собой возвысится.
Я человек, и ничто человеческое мне не чуждо.
Самый лучший человек тот, который живет преимущественно своими мыслями и чужими чувствами, самый худший сорт человека — который живет чужими мыслям и своими чувствами. Из различных сочетаний этих четырех основ, мотивов деятельности — все различие людей, вся сложная музыка характеров. Люди, живущие только своими чувствами, — это звери.
Человека можно уничтожить, но его нельзя победить.
Кто не изучил человека в самом себе, никогда не достигнет глубокого знания людей.
Что человек на Руси ни делает, все равно его жалко.