Он побежал на первый этаж. Везде воняло, но теперь не химией. Запах бензина, очень резкий, а еще… еще – что же это? Неужто газ?! Точно, так только газ может пахнуть, вот когда утечка бывает, только сейчас куда сильнее! Очень густой запах.
Он на мгновение замер. Ептыть, это что же получается – они решили все тут взорвать к такой-то матери?!. Ох ты…
Руслан ринулся вниз, даже топор откинул в сторону. Скорее наружу, скорее! – единственная мысль, других нет. Он уже был в холле, почти добежал до выхода, как вдруг темнота разорвалась ослепительной вспышкой и его швырнуло вместе с дверями во двор.
Оглушительный грохот – это последнее, что он услышал в своей жизни. Внезапно, словно озарение, мелькнула мысль о мобильнике – он же, мудак такой, забыл о своем сотовом телефоне в кармане куртки. Зачем же в институт-то побежал?! Му…
Тут все оборвалось и полетело куда-то в темную пропасть.
Второго взрыва, потрясшего ночной город, он уже не слышал…
Глава 3
Какие-то… какие-то места все непонятные. Хотя нет, постой-ка, вот эту улицу он знает. Ну точно – где-то в Старом городе. Так, а это что у нас?.. Алексей огляделся: сомнений не оставалось – он в Старом городе, в районе, примыкающем к юго-восточной его окраине…
Вообще город похож на неправильную гантель: на севере – более молодой Чернореченск, на юге – Старый город, а перемычка, соединяющая их, – это Центральный проспект со своими микрорайонами. Старый город с аппендиксом – Белой рощей на юго-востоке, как бы деловой центр. А в Чернореченске преобладают спальные районы.
…Ну вон, за тем домом, пара проулков, и можно выйти на дорогу, что ведет в Белую рощу. Дорога не дорога, улица не улица, скорее – шоссейка, по обеим сторонам которой частная застройка. Убогие домишки, какие никто пока не сносит… А вот и она, Белая роща – построенные в конце восьмидесятых стандартные девятиэтажки, похожие друг на друга, как кости домино. Занимают они чуть больше двух третей белорощинской площади, а одну треть, на отшибе, отхватил биологический институт.
И чего это он поперся туда? Ведь явно же в чертов институт направляется! За последние пару-тройку дней все мозги засраны: нанотехнологии, биотехнологии, еще хрен знает какие технологии…
Меркурьев миновал последний проулок и оказался на той самой шоссейке, что вела к Белой роще, а значит, к треклятому институту. Постоял в нерешительности, задумчивый весь такой, сделал шажок, другой, ну и… потопал, резво так потопал по пыльной обочине. Хоть бы дождик прошел, что ли – прибил бы пыль, а то вон как клубится под ногами, словно поземка. Только подумал и точно накликал: закапало, а потом и полило… Сверкнула молния.
«Щас громыхнет, – усмехнулся Алексей, – первая майская гроза как-никак!»
И грянул гром…
Будто оружейный завод взорвался – земля под ногами заходила ходуном. Алексей даже присел на корточки – и на хлещущие сверху струи внимания обращать перестал, так его оглоушило.
«Вставай давай, поднимайся!..»
Это еще кто?
Кто-то трясет его за плечо: «Просыпайся, Алексей, давай же!»
Меркурьев резко сел в постели. Проморгался. В полутьме комнаты долговязая фигура склонилась над ним, трясет нещадно.
Наконец дошло: это ж Игорь, биолог из института, которого он приютил на ночь.
– Что?! А?..
– Идем скорее на балкон, сам увидишь…
С этими словами гость выбежал из комнаты. Алексей соскочил с кровати, натянул джинсы и поспешил вслед.
Выскочив на балкон, Меркурьев обомлел: на юго-востоке полыхало так, что ночное небо светилось. Зарево пожарища завораживало, притягивало взор и… и тут Алексея пронзила мысль – это ж вроде как…
– Наш институт горит, – в подтверждение его догадки промолвил лаборант. – Доигрались товарищи ученые…
– Ну ни хрена себе! – только и смог вымолвить Алексей, а уже в следующий миг принял решение – хватка журналиста давала о себе знать.
– Собираемся и на всех парах туда, – заявил он товарищу и кинулся в спальню за одеждой.
Когда спустя минуту они выбежали на лестничную площадку, то нос к носу столкнулись с бравым майором-эмчеэсовцем. Вид у него был слегка помятый, видно, с вечера приложился к бутылке человек, а посередь ночи подняли с постели…
– Леха, а ты-то куда в такую рань? – сиплым со сна голосом поинтересовался Ракитин.
– Да туда же, куда и ты. – Алексей представил своего товарища: – Знакомься, это Игорь Рябинин, ученый-биолог, как раз с биологического института, который сейчас пылает… Ты ведь туда, сосед, намылился, разве нет?..
Тот утвердительно кивнул в ответ.
– На тачке?
Николай опять кивнул:
– Сейчас служебная заедет за мной.
Подъехал лифт, и они продолжили разговор, спускаясь вниз.
Алексей решил не терять попусту время и сразу перешел в наступление:
– Слышь, Коль, вот какое дело – нам обязательно туда надо, и по-быстрому. Возьми нас с собой? Игорь-то, может, что-то подскажет, он ведь там все ходы-выходы знает и вообще… А я тоже на днях там все облазил, да и пишу вот об этом институте… точнее, писал.
Майор потер слегка опухшее лицо, помассировал веки, затем тряхнул бритой головой:
– Лады, давайте со мной.
Возле крыльца Ракитина уже поджидал уазик. Все мигом загрузились в него, машина рванула с места и понеслась по пустынным ночным улицам. С проспекта въехали на территорию Старого города и сразу взяли влево.
Когда вырулили на шоссейку – ту самую, что недавно снилась ему, Алексей понял, что дело обстоит еще хуже, чем выглядело с балкона. Впереди полыхало так, что ночи как не бывало, – казалось, что и лес горит. Им навстречу с ревом пронеслись несколько пожарных машин – вероятно, набирать воду.
Чем ближе подъезжали, тем страшнее представлялась картина разбушевавшейся огненной стихии. Вокруг зоны пожара все было оцеплено милицией, а на краю поля, отделявшего территорию института от первых жилых домов, сгрудилась техника – виднелись красные бока мощных пожарных машин, автомобили МЧС, милицейские «луноходы» и «газели» «скорой помощи»… Пока разворачивались, Алексей насчитал с десяток пожарных КамАЗов и «Уралов», из пузатого чрева которых на огонь обрушивались тонны воды.
Когда-то, еще в начале своей журналистской карьеры, Меркурьеву довелось готовить материал о работе местных укротителей огня, благодаря чему он стал сносно разбираться в технических характеристиках и назначении пожарной техники. Сейчас он цепким взглядом знатока подметил, что в тушении используются в основном автоцистерны с большой емкостью – то есть вместимостью примерно восемь-десять кубометров каждая. Использовали именно воду, никаких тебе воздушно-механических пен. Оно и понятно – пены обычно применяют при тушении нефти и бензина. Тут другое дело… Хотя, может, они кое-что недоучли. Здесь должно быть много всякой химии.
Водитель подрулил к нескольким милицейским и эмчеэсовским «газелям», возле которых толпилось начальство – этих сразу можно было отличить от рядовых сотрудников и бойцов. Пузатые, надутые, важные… что-то кричат, оживлено жестикулируют. Толку сейчас от их приказов никакого – командовать мы все могем, а вот что-то делать реально… Алексей органически не переваривал этот тип людей – разномастных бугров и бугорков, ну разве что своего шефа уважал, но тот был исключением из правил – всем бы такого босса, как его главвред, хех!..
Они выскочили из машины. Николай сразу устремился к начальству, журналист с биологом скромно держались позади него.
Уже на подходе к группе людей в форме и камуфляже Алексей притормозил соседа:
– Слушай, Николай, не стоит говорить начальству, кто я на самом деле… – И, заметив, что тот нахмурился, поспешил добавить: – Никто не просит тебя врать. Просто скажи, что я с Игорем, а он – сотрудник института.
Майор пару секунд поглядел на него, затем молча кивнул и шагнул к своим. Козырнул высокому мужику с генеральскими погонами – начальнику областного управления ЧС и ГО, поздоровался с остальными.
Заметив спутников Ракитина, генерал тут же рявкнул:
– Почему посторонние на объекте?!
Майор заступился:
– Сергей Петрович, это сотрудники института, они могут нам помочь – подсказать, что там было, кто там был…
– А! Тогда добре. Давай их сюда, а то, пока институтские командиры приедут, тут все уже закончится.
– Руководство института вызвали уже? – поинтересовался Ракитин.
– Вызвали… – недовольно пробурчал генерал, – дрыхнут себе, а тут институты взрываются!.. Ну так что, хлопец, – обратился он к подошедшему Игорю, – кто там мог этой ночью кемарить?
– Помимо охранников, еще целая группа ученых, – скороговоркой выпалил взволнованный биолог, – они работали в подземной лаборатории, фактически жили здесь, ночевали в здании. Обычно семь человек…
– Та-а-а-к… – протянул тот, – значит, с охранниками одиннадцать душ… – И мрачно добавил: – Мертвых душ.
– Думаете, никто не уцелел? – на всякий случай поинтересовался Ракитин.
– Коля, ты и сам должен понимать, кто ж уцелеет при таком раскладе? От здания остались одни развалины. Пожар-то по пятому номеру проходит – там пламя такое бушевало, что наверняка все металлическое расплавилось… Пожалуй, категория D. Вряд ли кого найдем в живых под обломками. Скорее, даже от тел одни уголешки остались.
Слушая разговор спецов, Алексей чуть не присвистнул: пятый номер вызова – это самый сложный пожар, на его тушение бросаются все имеющиеся силы, пятнадцать и более пожарных отделений. А каждое отделение – это группа пожарников количеством пять—десять человек на одной автоцистерне. Категория D означала, что горению подверглись даже металлы.
Майор поплевал на ладонь, поднял вверх, огляделся и изрек:
– Слава богу, ветра нет, а то бы…
– Во-во, – оживился насупившийся было генерал, – верно подметил. Поднимись сейчас ветер, и все – кранты лесу, да и микрорайону тоже. Так вот целые поселения и сгорают. А вспомни, сколько прошлым летом лесов погорело!..
– Н-да, – задумчиво промычал Ракитин.
– Ну, профессор, – обратился эмчеэсовский начальник к Игорю, – что там могло взорваться? У вас там что – боеприпасы хранились?..
– Ничего такого, – помотал головой биолог и опасливо покосился в сторону все еще бушующего пламени.
– А что ж тогда разнесло все по кирпичику? Есть соображения?..
– Н-ну… – замялся Игорь, – они ведь химики – ученые из этой группы. Может, что-то там экспериментировали со взрывчатыми смесями. Не знаю…
– Химики хреновы! – в сердцах выругался старший от эмвэдэшников, судя по погонам – полковник. – Вот и нахимичили…
– А ты что скажешь, хлопец? – генерал-эмчеэсовец глянул на Меркурьева.
– Я слышал, там работали над каким-то секретным проектом… – осторожно вымолвил Алексей. – Кажется, он связан с заказом военных. Но точно я не знаю, конечно, – не мой уровень.
Генерал нахмурился:
– Секретный, говоришь… Ну так сейчас подойдет ваше руководство – вот и выясним, что там такое секретное было… Было да взорвалось – все ваши секреты гребаные разлетелись по округе. Горят вон алым пламенем…
Неподалеку взвизгнули тормоза, из иномарки выпрыгнул лысый мужичок в ветровке и засеменил к ним. Игорь узнал во вновь прибывшем зама директора института по научной части. Как его там… ах да – Семен Ильич. Надо же – ботаник ботаником, а тачка-то приличная, новенький «лексус». Видать, недурно платят оборонщики институтским шефам.
– Так-так, – грозно воззрился на профессора осанистый Сергей Петрович, – эт-то кто у нас?
Шеф Игоря с испугом посмотрел на генерала. Затем завороженно уставился на зарево пожара.
– Это профессор Кудрявцев, Семен Ильич, – поспешил пояснить Алексей, – заместитель директора института.
– А! Вот вы-то нам и нужны, – оживился Сергей Петрович. – Что предварительно можете сказать о причине возгорания?
– Я… н-не знаю… – Кудрявцев начал сильно заикаться, чего за ним ранее не наблюдалось.
– Ладно, облегчу вам задачу: причиной пожара явился взрыв. Что там у вас хранилось и могло сдетонировать?
– Взрыв?! – Казалось, институтский зам был озадачен еще сильнее.
– Взрыв, взрыв… – почти добродушно подтвердил генерал.
– Да не было там у нас ничего такого… – наконец взял себя в руки профессор. Немного подумал и решительно кивнул: – Нет, ничего взрывоопасного. Чисто биологические разработки – в области генетики.
– А вот ваши сотрудники, – генерал кивнул в сторону Меркурьева и Рябинина, – утверждают, что в институте велись некие секретные разработки, работала специальная группа – днем и ночью, в отдельной лаборатории. Что скажете?
– Гм… ну да… это правда, но их разработки касались нанотехнологий. Знаете, что это такое?
– Примерно представляю. Всякая там микроэлектроника, крохотные роботы, что ли?..
– Ну, примерно так. Но они не могли…
Ученый замялся.
– Или могли? – вкрадчиво поинтересовался генерал.
Профессор растерянным взглядом обвел окружающих, словно искал поддержку, затем увидел кого-то и возбужденно объявил:
– Вон наш заместитель по общим вопросам подъехал. Он же, кстати, и вопросами безопасности занимается. – И поспешил сообщить: – А шеф сейчас во Франции, на конгрессе по биотехнологиям, вернется только через пять дней…
– Все ясно, – кивнул генерал и повернулся к коллегам из смежных ведомств: – Мне звонили из администрации. Губернатор отсутствует, находится с дружественным визитом в соседней области. Так что возглавит штаб по ликвидации последствий чрезвычайной ситуации его заместитель. Прошу всех ответственных лиц проехать со мной. Штаб временно будет находиться в нашем управлении.
Все двинулись к машинам. Майор кивнул приятелям – мол, пошли, подброшу к дому.
У самой кромки поля Алексей приметил съемочную бригаду с телевидения и, к своей радости, узнал среди них свою пассию Свету. Помахал ей и обернулся к Николаю:
– Ты езжай, Коль, а мы с телевизионщиками будем. В случае чего они нас подвезут.
Тот кивнул и поспешил к служебной машине, а Меркурьев поманил за собой Игоря и направился к коллегам с ТВ.
Увидав Алексея, Светлана искренне обрадовалась.
– Приветик! – подскочила она к Меркурьеву, чмокнула в щеку. – Ужас, что тут творится! Ты давно приехал?
Поделиться книгой: