Рой

– Да к тому, что мое сердце, – Игорь постучал пальцем в грудь, – чует примерно то же самое. А потому, знаешь… следят, не следят – боюсь, уже не имеет значения.

– Даже боишься?

– Боюсь! – вскричал Рябинин, разом отбросив всю свою иронию. – Боюсь, Леха! Я ведь, знаешь… я ведь самого-то главного тебе пока не сказал.

– Ну, говори.

– Знаешь, – Игорь понизил голос, подался к Алексею корпусом, – я и себе-то боюсь признаться в главном. А главное: я подозреваю, что у них, в лаборатории у Мерецкого, – чтоб ему жопа с ушами приснилась! – что-то произошло. Даже догадываюсь, что: частичная утечка этих наноустройств. Вырвались они и вышли из-под контроля. А это дело такое, что ничего, ровно ничего нельзя предсказать.

– Да уж… чем дальше в лес, тем больше… волков, – пробормотал Алексей, совместив в памяти и свое пугающее видение, и шквал странных звонков в МЧС, и ночные причуды близ самого института. И остро пожалел, что отвязался от старушки, не узнав ни адреса, ни телефона! Хотя… хотя теперь это, наверно, уже не важно.

– Слушай, – задумчиво протянул он, – а в чем это может проявиться? Как выразиться?

– А черт его знает! – прозвучал честный ответ. – Самое паршивое, что мы ничего не знаем об этих созданиях. Ноль! Можем только гипотезы строить. И я уверен, что и мудрецы эти наши…

– Мерецкой и компания?

– Они самые. Ни черта они не знают, что сотворили! Ну, может, все и обойдется, не спорю, только шум попусту поднимется… Но если сейчас с рук сойдет, так потом не сойдет, помяни мое слово. Добром не кончится!

– М-м… – Алексей подумал, хорошо приложился к кружке. – Слушай, но ведь ты говоришь, эти самые наноустройства… они разумом не обладают? Какой от них может быть вред?

– Смотря какую программу в них вложили – я же не знаю, что там у этих чудиков на уме было! Может, вообще ничего, тогда нанороботы – просто пыль, которая может лишь загрязнить воду, воздух, почву. Хотя и это не радует. А может, их запрограммировали поражать клетки человеческого организма, например, создать тромб, чтоб закупорить сердечный клапан. А?.. Или пожирать клетки, изменять их, вызывать раковые опухоли!

Он допил пиво и продолжил:

– Понимаешь, для этого не нужен интеллект, просто программа, и главное – вложить ее в эти устройства. А они там насобачились на таких вещах…

– Стоп! – воскликнул Алексей. – Все. У меня это самое… отказ системы. Слишком много всего. Надо отдохнуть.

Меркурьев отлично знал, что самое лучшее сейчас – выспаться, а наутро, на свежую голову, еще раз прогнать полученные накануне сведения и попытаться выстроить логическую цепочку. И принять решение.

Слегка захмелевший гость собирался поехать к себе домой, но Алексей отговорил его от этой затеи. Резонно подумал, что сейчас не лучшее время шататься поддатому по ночному городу. Разложил диван в гостиной, кинул постельные принадлежности, а сам устроился в спальне.

Сил хватило лишь на то, чтобы скинуть джинсы и футболку. Он плюхнулся на кровать и тут же уснул.

И даже предположить не мог, что ждет его…

4

В тот вечер, как обычно, на дежурство в биологическом институте заступила ночная смена – четверо охранников из «Витязя».

Частное охранное агентство «Витязь» еще в начале девяностых организовали трое ушедших в отставку офицеров госбезопасности. Первый штат набрали из уволившихся в запас срочников, переманили к себе спецов из ментовки… Отбор был строгий – на работу брали только бывших военнослужащих и представителей силовых структур. Причем в случае со служивыми предпочтение отдавали десантникам, морпехам и вэвэшникам, ну и, само собой, спецназовцам.

Артур устроился в «Витязь» два года назад, после службы в погранвойсках. С тех пор ни разу не пожалел о своем решении. Наоборот, сагитировал своего приятеля Мишку из десантуры. Тот сейчас сидел в каптерке с Русланом, а Артур и еще один из их смены, Сергей, совершали обход территории института.

Дело привычное: ходишь по двору вокруг здания, проверяешь ворота, осматриваешь забор, отвечаешь на вызовы по рации, докладываешь, что все в порядке. Потом тебя сменяют, и приходит твой с напарником черед отсиживать задницу в помещении для охраны.

Сегодня Артуру не больно-то хотелось возвращаться в каптерку. Все из-за напарника, Сергея. Тот пришел на работу сам не свой. Обычно разговорчивый, любитель почесать языком и поприкалываться, в этот вечер он лишь молча кивнул в ответ на приветствие и отошел в дальний угол.

Артур попытался расшевелить его:

– Серый, ты чего смурной такой? Случилось что?..

В ответ лишь тишина. Артур разволновался и стал напирать:

– Да не сиди ты как чурбан! Давай колись – может, поможем чем тебе…

Тот промычал что-то неразборчивое.

Тут ребята не выдержали:

– Ну че ты до него докопался? Не видишь – у человека херово на душе, а ты к нему с расспросами лезешь… Давай лучше смену принимать.

Принимать так принимать. Опись объектов, пульт сигнализации – все в норме. Ключи – в особом ящике…

– Кто-нибудь в здании есть?

– Да эти, бля, секретные в своем подвале, все никак не наработаются, – буркнул парень из уходящей смены.

– Передовики, – рассмеялся Артур. – Все нормально у них там?

– Да вроде… А что?

– Да нет, ничего.

Тут Артур немного покривил душой. В прошлую смену ему показалось, что уж как-то слишком нервно забегали ученые из подвала наверх, к начальству, и обратно… Но хер с ними, в конце концов, это не его дело! Его дело – умную рожу не строить, службу нести да бабки получать, а бабки в «Витязе» хорошие, за что и спасибо.

Приняв смену, Артур с Серегой вышли на обход, разделились: один двинул по северной стороне, другой по южной. Артур шагал, осматривал объекты, а на душе было как-то муторно. И все из-за Сергея… Нет, что-то с ним не то! Артур вспомнил странно неподвижное, точно маска, лицо сослуживца, прежде всегда такое живое, улыбчивое… Точно подменили парня! Как будто не он… И глаза. Пустые какие-то, как у наркомана. Господи, неужто?! Не похоже, конечно, на него, да ведь в жизни много чего бывает, что лишь на хрена лысого похоже, да и то сбоку… Нет, сейчас увидимся, надо будет спросить!

Рослая фигура Сергея показалась из-за корпуса. Артур сделал к товарищу несколько шагов – в полутьме лицо напарника показалось каким-то неестественно белым, безжизненным. И только тут заметил в его руке пистолет.

У Артура похолодело в груди. Мысли заметались: застрелиться хочет?! Неужели все так плохо? Или?..

Додумать не успел. Сергей вскинул руку. Черное отверстие «Ижа» уставилось в лоб Артуру. Он успел разглядеть лишь выражение лица стрелка – пустой, отсутствующий взгляд, и вскрикнуть:

– Серега!..

А в следующий миг ствол изрыгнул пламя.

Пуля вошла в глаз, разворотила мозги и застряла в затылке. Мертвое тело рухнуло на землю.

Звук выстрела подбросил охранников в каптерке. Руслан схватил со стола рацию, нажал кнопку вызова:

– Первый, прием… Что у вас там? Первый, третий – отвечайте… Артур, ответь!.. Серега, вы живы?! М-мать!

Все кинулись к выходу, вытаскивая на ходу пистолеты. Держа оружие наготове, быстро осмотрелись, короткими перебежками двинулись к правому краю здания. Когда завернули за угол, глазам предстало страшное зрелище: бездыханное тело товарища в луже крови и склонившийся над ним Сергей с пистолетом в руке.

– Серый! Ты что? – выкрикнул Руслан. – Какого хрена? Брось оружие! Слышишь – сейчас же!..

Держа его под прицелом, охранники осторожно приближались. Тот резко распрямился, вскинул руку с пистолетом.

Тут же грянули выстрелы. Руслан и Миша нажали на спуск одновременно.

Две выпущенные из пистолетов «Иж-71» пули попали в цель, отбросив безумного Сергея на пару метров. Какое-то время оба охранника просто стояли, тяжело дыша. Затем Руслан подскочил к поверженному, успел заметить рваную рану на шее и расплывающееся темное пятно на животе… и сзади раздался чмокающий звук.

Охранник резко обернулся и остолбенел. Его напарник стоял на коленях. Секунда – и он повалился ничком. Руслан увидел, что из спины упавшего торчит рукоять здоровенного кухонного ножа, каким режут хлеб в столовке. И – темная фигура человека.

В первое мгновение Руслан не узнал нападавшего, а думать потом было некогда: рука сама взметнулась, палец дважды нажал на спуск.

Оба выстрела попали в цель. Человек как-то неестественно обмяк и свалился, точно из него разом выдернули все кости.

Не убирая оружие, Руслан приблизился к распростертому на земле телу…

– Мать честная! – потрясенно вскричал он.

Это же ассистент профессора из подземной лаборатории! Как его там – Ринат… Ринат Абдуллин, или Абдулов… Всегда курить стрелял у охранников, как будто своих не было…

Да что ж такое творится-то, мля! Нужно срочно вызывать «скорую» и ментов. А еще – звонить в контору. Да, по всем правилам: первым делом – в контору.

А как там Мишка? Руслан подбежал к лежащему возле здания товарищу. Нагнулся, взял за запястье – пульс был, слабый, но был.

– Держись, Мишаня! – бормотнул Руслан.

Что делать? Если выдернуть нож из спины, то кровь скорее всего хлынет сильнее. Нет, сначала следует позвонить, а потом уж заняться раненым – в помещении охранников имеется аптечка с бинтами, лейкопластырями, антисептиками…

Руслан дернулся было в каптерку, но тут дверь, ведущая в холл института, распахнулась, и в дверном проеме появилась еще одна фигура в лабораторном халате и шапочке. В руке поблескивало лезвие разделочного топорика. Человек размеренным шагом, словно лунатик, двинулся к охраннику.

Тот крикнул:

– Эй, ты! Стой на месте. Говорю, стой на месте, урод! Щас мозги вышибу!

Бесполезно. Ученый, – а это был еще один из лаборатории Мерецкого – шагал как заведенный автомат, неотвратимо и целеустремленно.

Руслан подхватил валявшиеся рядом пистолеты. Быстро проверил: тот, что забрал у мертвого Артура, стоял на предохранителе и, как видно, в ход пущен не был. Руслан убрал его в кобуру. Второй был на боевом взводе. Сколько там успел выстрелить сбрендивший Серый? Ах да – разок только шмальнул и прямо в глазницу, зараза! Значит, еще семь патронов остается. Да еще четыре в руслановской волыне. Мать твою! Еще у Мишки в магазине шесть маслин…

– Ладно, сучара, – злобно пробормотал он, – получишь ты свои законные…

Руслан подскочил к наступавшему на него врагу и, пока тот замахивался топориком, шмальнул в него из своего «Ижа» – всадил остаток обоймы прямо в рожу.

Тот повалился наземь, а Руслан отбросил ненужный теперь ствол и метнулся в каптерку. Схватил городской – в трубке тишина. Да что за блядство такое сегодня?! Он злобно швырнул трубку. Может, в институте хоть один аппарат исправен?

Тут он хлопнул себя по лбу: вот мудак так мудак! А сотовый тебе на что – орехи колоть? Так, где у нас мобильник? А, ну да, во внутреннем кармане куртки. А куртка в стенном шкафу, в прихожей. Он обернулся…

И обмер. В дверях комнаты стояли две молчаливые фигуры.

Так, опять гребаные ученые из таинственной лаборатории. Да что они там все, с катушек съехали, что ли?!

В руке одного он заметил большущий топор красного цвета – с пожарного щитка, стало быть, снят. Другой, чуть позади, держал в руках что-то длинное и тяжелое, явно металлическое, похожее на обрезок трубы.

Ну, держитесь, гады!

Охранник подобрался, достал два пистолета, снял с предохранителя, передернул затворы – все как положено. Вскинул обе руки с зажатыми в них стволами…

Грохот от выстрелов в замкнутом помещении был еще тот. Руслан палил с двух стволов, позабыв о счете. Когда продырявленные враги повалились на пол, охранник опустил оружие. Осталась одна мысль: сколько выстрелов произвел? Кажется, пять… или шесть? Точно – шесть. Сколько ж у него боеприпасов теперь? Семь, что ли… ну, шесть – это верняк. Почему-то не хотелось вытаскивать обойму, проверять – вдруг еще кто-нибудь вломится…

Ладно, теперь отбросить пистолет с пустой обоймой – видно было, как затвор встал. Переложить в правую руку другой ствол. Дальше что? Дальше надо перевязать Мишку, не то загнется пацан.

Про свой мобильник он начисто забыл.

Да, а сколько их там может быть – этих козлов из лаборатории?.. Точняк, у них у всех крышу снесло! Как, отчего – пока не важно. Важно другое – выжить самому и попытаться спасти напарника. Так… Четверых он уложил. Обычно оставались семеро во главе с шефом – профессором Мерецким. Значит, еще трое – двое ученых и сам ихний босс. Если и они того… то ему будет туговато – мало патронов на эту кодлу. Ведь попасть еще надо. А вдруг их там не трое, а больше? А если у них и стволы есть?..

Он прихватил из шкафчика несколько бинтов, пузырек с перекисью водорода, переступая через трупы, приблизился к входной двери. Что, если там его уже ждут? Детина с топором или тесаком. Или чем похуже… Ну, делать нечего – все равно идти надо, товарища выручать. А потом поискать исправные телефоны в здании института.

Руслан набрал полную грудь воздуха, стиснул рифленую рукоять безотказного до сих пор «Ижа» и резко распахнул дверь… Никого! Ни рядом, ни во дворе. Ну и слава те, Господи!

Что есть мочи припустил к раненому. Присел возле него, еще раз осмотрелся – ни души. Пощупал пульс – еле теплится жизнь-то в товарище. Ухватился за рукоятку ножа, сцепил зубы и потянул…

Когда закончил дело, вновь потрогал запястье – пока живой. Так, с этим вроде разобрались. Теперь срочно в институт – искать телефон. Какая-то мысль не давала покоя, маячила на заднем плане – но сейчас не до нее, потом вспомнит.

Руслан вернулся в каптерку, прихватил с собой топор. Вышел, осторожно приблизился к входу в институт. Сквозь стеклянные двери ничего не было видно – внутри мрак. Там могут ждать другие. Нет, сто пудов они там где-то. Но все равно надо внутрь. Побежит в жилые районы – потеряет время, друг помрет. Нужно к телефону.

Руслан еще пару секунд «накручивал» себя, потом решился и рванул дверь на себя. Тенью скользнул в сторону, оружие наготове. Так, вроде никого здесь. Запах только какой-то резкий – химией тянет или еще чем… Некогда разбираться, надо по-быстрому в будку дневного охранника, слева от входа.

Стараясь не шуметь, он подбежал к застекленной комнатке вахтера, толкнул дверь – та подалась. Вбежал… Твою мать – как у негра в жопе! Темень, хоть глаз выколи!.. Ну ладно, тут где-то сбоку от двери выключатель… Ага, вот он, родимый. Щелк – свет люминесцентных ламп залил тесное помещение.

А вот и телефон! Руслан схватил трубку… и зарычал от досады. Не работает! Скотство! А может… ну конечно! эти суки свихнувшиеся и перерубили кабель. И что теперь?

Как он не услышал их приближения? Черт его знает – нервы на пределе. А они тут как тут – вон, двое в дверях толкутся. Морды как у призраков, в руках то, что по определению относится к холодному оружию. Ладно, хоть не к огнестрельному.

Атака, выстрелы. Комнатка маленькая, один прям на Руслана прет, второй напирает, н-на, падла, лови маслину рылом! А вот еще, и еще!..

Попадали, как кули с дерьмом. Руслан выщелкнул обойму, тупо посмотрел – ну да, пустая. Вон и затвор встал. Все, отвоевался!

– Сучары! – Голос его злобным рыком вылетел из будки.

Он закашлялся – воздух в комнатке был пропитан пороховой гарью. Поудобнее перехватил топор. Вышел наружу и решительно потопал наверх, на второй этаж. Теперь уже не скрывался. Снова подбавил адреналину в кровь, заорал:

– Зарублю, пидоры гнойные!

На втором никого. Руслан недолго повозился с дверью в приемную – вскрыл топором. Бросился к телефону – так и есть, обрубили, падлы, кабель. Значит…

Тут дверь снаружи кто-то захлопнул, послышался шум передвигаемой мебели или чего-то тяжелого.

Охранник подскочил к двери, с размаху саданул ногой – тщетно, чем-то подперли, точно тяжелым. Вернулся к столику, подхватил топор.

– Щас порубим на дровишки, – точно обезумевший, бормотал он, – а вас, тварей, на колбасу!

Сколько рубил – минуту, две, больше? Лезвие с хрустом вгрызалось в деревяшку, жаль, не фанерная дверь-то… Ну все – путь свободен. Руслан на взводе выскочил в коридор, готовый проломить башку любому, кто сунется. Но было пусто.