Алькатрас и Пески Рашида

«Скверно, — подумалось мне. — Рой и Джоан были вообще-то славные. Из них бы отличные родители получились…»

Глава 2

Ну что? Полагаю, вы уже теряетесь в догадках насчет начала предыдущей главы? Ну помните — злые Библиотекари, всякие там алтари, сложенные из устаревших энциклопедий и ваше собственное: «Как же так! Алькатраса собрались принести в жертву!!!»

Прежде чем мы до этого доберемся, позвольте объяснить вам кое-что. Я в своей жизни чем только не занимался. Был студентом. Шпионом. Жертвой. Растением в горшке. Ну а в данный момент представляю собой нечто весьма отличное от всего перечисленного. Нечто гораздо более пугающее и зловещее.

Я — писатель.

Вы, может быть, заметили, что я и книгу-то начал с динамичной сцены, дышащей опасностью и напряжением, а потом плавно перешел к скучному описанию своего детства. Почему? Да все потому же. Решил еще раз доказать вам: ну не особенно приятный я тип, вот и все.

Стал бы хороший человек начинать повествование с такой вот завлекательной сцены, а потом заставлять на протяжении всей книги ждать, чем она кончится? Стал бы хороший человек вообще писать книгу, открывая истинное лицо мира невежественным жителям Тихоземья, тем самым ввергая в хаос их жизни? Стал бы хороший человек писать книгу с целью доказать, что Алькатрас Смедри, величайший герой Свободных Королевств, — всего лишь малосимпатичный подросток?

Ну конечно же нет.

На следующее утро я проснулся в самом мрачном расположении духа. Проснулся оттого, что на первом этаже кто-то колотил в дверь. Я слез с кровати и накинул халат. Часы показывали десять утра, но я совсем не чувствовал себя отдохнувшим. Вчера я засиделся допоздна — все думал. Потом Джоан с Роем пытались попрощаться со мной. Я им не открыл. Пусть все идет своим чередом, а без соплей как-нибудь обойдемся.

В общем, я не очень-то обрадовался тому, что меня разбудили. Будь моя воля, спал бы, наверное, до полудня. Зевая, я спустился вниз и отворил, полагая, что увижу за дверью помощника, присланного мисс Флетчер меня забирать.

— Доб… — начал было я, но жизнерадостный голос перебил меня на полуслове, так что если вышло похоже на «дерь…» — право, я не хотел.

— Алькатрас, мальчик мой! — вскричал стоявший в дверях человек. — С днем рождения!

— …рое утро, — договорил я наконец.

— Мальчик мой, ругаться нехорошо, — упрекнул человек и вошел в дом, чуть ли не отпихнув меня с дороги.

Это был немолодой мужчина в безукоризненном черном смокинге и странных очках с красноватыми стеклами. Голова у него была практически лысая, если не считать полоски белых волос на затылке. Они топорщились и выглядели довольно неухоженными. А еще у него были пышные седые усы, и, когда он повернулся ко мне, улыбка собрала морщинами его лицо, но глаза горели от возбуждения.

— Ну, мальчик мой, — сказал он, — и как это тебе ощущается — быть тринадцатилетним?

— Да примерно так же, как и вчера, — ответил я, продолжая зевать. — День рождения у меня был вообще-то вчера. Вам, наверное, мисс Флетчер неправильную дату сказала. Я еще не собрал вещи, вам придется подождать.

И я устало двинулся по лестнице вверх.

— Погоди, — сказал старик. — Твой день рождения был… вчера?

Я кивнул. Этого типа я никогда прежде не встречал, но у мисс Флетчер было несколько помощников. Всех знать я был не обязан.

— Рокочущие Роунсы! — вырвалось у него. — Так я опоздал!

— Нет, — сказал я, продолжая карабкаться по ступенькам. — На самом деле вы приехали рановато. Говорю же — придется подождать.

Старикан кинулся за мной вверх по лестнице.

Я хмуро обернулся.

— Может, вы там, внизу, подождете?..

— Быстрее, малыш! — воскликнул он. — Я не могу ждать! Скоро ты получишь по почте пакет, и тогда…

— Погодите-ка. Вы что, знаете об этой посылке?

— Конечно знаю! Мне ли о ней не знать! Так ты… хочешь сказать, что уже получил ее?

Я кивнул.

— Болезненные Бруксы!.. — вскричал он. — Парень, где она? Где?

Я нахмурился.

— Ее что, мисс Флетчер послала?

— Мисс Флетчер? Никогда не слыхал об этой особе. Посылку, мальчик мой, отправили твои родители!

Никогда не слыхал об этой особе?.. Тут до меня дошло, что я и не поинтересовался, с кем разговариваю. Мало мне неприятностей, еще и психа в дом впустил.

— Ох, проклятье! — Старик сунул руку во внутренний карман и вытащил еще одни очки, на сей раз с желтыми стеклами. Быстро надел их вместо красных и огляделся. — Вот она! — крикнул он и бросился наверх по ступенькам, уже натурально меня оттолкнув.

— Эй; погодите-ка… — начал было я, но он не остановился.

Я побежал за ним, неслышно ругаясь. Старикан был для своего возраста потрясающе шустрый. Он уже стоял на моем пороге.

— Так это твоя комната, мальчик мой? — спросил он. — Сюда ведет множество следов. А что случилось с дверной ручкой?

— Отвалилась, — пояснил я. — В самый первый вечер, что я тут жил.

— Как странно, — пробормотал он и толкнул дверь. — Так, где же коробка…

— Погодите, — потребовал я, останавливаясь у входа. — Вы бы лучше ушли, а то полицию вызову.

— Полицию? — удивился он. — Но зачем?

— Потому что вы без спроса шаритесь по моему дому. В смысле, бывшему дому, но это неважно.

Он заметил:

— Но ты же меня впустил.

Я подумал и сказал:

— А теперь хочу выпустить.

— Но с какой стати? — не унимался он. — Мальчик мой, ты меня разве не узнаешь?

Я поднял бровь. Каким образом я должен был его узнать?

— Да я же твой дед, парень! Я твой дедушка Смедри! Ливенворт Смедри, Окулятор Драматус! Только не говори, будто не помнишь меня! Я ведь при твоем рождении присутствовал…

Я недоуменно моргнул. Потом нахмурился. Потом склонил голову к плечу.

— Присутствовали при…

— Да, да! — сказал он. — Тринадцать лет тому назад! Ну, разумеется, с тех пор ты меня ни разу не видел…

— Ага, — кивнул я. — И предполагается, будто я должен вас помнить?

— Естественно! У всех Смедри великолепная память. Так вот, что касается коробки…

Дедушка?! Лжет, конечно. У меня родителей и тех нет, а тут дедушка появляется. С какой такой стати, интересно бы знать?

Теперь-то, оглядываясь назад, я понимаю, до чего это была глупая мысль. Дедушка есть у каждого человека. Даже целых двое. И если вы их ни разу не видели, это еще не значит, что их не существует на свете. Дедушки в этом смысле похожи на кенгуру.

А еще временами я думаю, что все-таки должен был вызвать полисменов и предъявить им этого седовласого вторженца. Ибо в конечном счете он оказался первопричиной всех бед, постигших меня начиная с того дня. Увы, увы, я не выкинул его вон.

Вместо этого я бездеятельно наблюдал, как он прячет желтые очки и вновь вытаскивает красноватые. И вот наконец он запеленговал коробку у меня на столе и рядом с нею — развернутую бумагу с надписью. Засек — и устремился прямо к ней.

«Уж не он ли ее и отправил?» — подумалось мне.

А он сунул руку в коробку и вытащил записку, причем, как мне показалось, коснулся ее со странным благоговением. Прочел, с любовью улыбнулся — и поднял на меня глаза.

— Так где оно?

Вот такой вопрос на засыпку от деда Смедри, или кем он там на самом деле мне доводился.

— Оно — в смысле что?

— Наследство, парень! Твое наследство!

Я кивнул на посылку.

— В коробке…

— Но в ней ничего нет! Только записка!

— Как так? — изумился я, подходя ближе.

Коробка и в самом деле оказалась пуста. Мешочка с песком как не бывало.

Я спросил:

— Что вы с ним сделали?

— С чем?

— С мешочком песка.

Старикан благоговейно перевел дух.

— Так оно и вправду дошло, — прошептал он, округляя глаза. — Там действительно лежал мешочек песка?

Я медленно кивнул.

— Какого цвета был песок, парень?

— Ну… — Я замялся. — Такого… песочного…

— Голодные Геммельсы! — ахнул он. — Я опоздал!.. Похоже, они опередили меня! Быстрее, парень! Соображай! Кто заходил сюда, в комнату, после того, как ты получил посылку?

— Никто не заходил, — буркнул я раздраженно. Все происходившее меня довольно-таки напрягло, голова шла кругом. Я уж молчу, что не выспался и даже позавтракать не успел. А еще у меня все мышцы ныли после физкультуры на прошлой неделе. Хотя вы, наверное, думаете, что все это неважно.

— Никто? — повторил старик. — Точно никто сюда не входил?

— Точно! — отрезал я. — Ой! Хотя… она заходила. Ну эта. Мисс Флетчер…

— Да кто наконец эта мисс Флетчер, о которой ты все время твердишь?

Я пожал плечами.

— Моя кураторша…

— Как она выглядит?

— Очки, — начал я перечислять. — Физиономия такая… надменная. Ну, еще волосы железобетонным пучком на затылке…

— Очки… — медленно повторил дед Смедри. — А оправа у них, случаем, не роговая?

— Обычно да…

— Характерные Хоббсы! Да она ж Библиотекарь! Скорее, малыш, нам надо спешить! Живенько одевайся! А я у твоих приемных родителей чуть-чуть еды пока украду.

— Погодите, — начал было я, но вторженец уже ссыпался по лестнице.

Он действительно торопился, как на пожар.

Я так и остался стоять, не в силах выговорить ни слова.

«Неужели мисс Флетчер, — думалось мне, — стырила мое наследство, присланное в посылке?.. Фу, глупость какая. На что бы ей сдался дурацкий мешочек песка?»

Я тряс головой, тщетно силясь выудить из всего случившегося хоть какое-то рациональное зерно. Отчаявшись, в конце концов полез в свой платяной шкаф. В том, чтобы одеться, по крайней мере, просматривался какой-никакой смысл. Я натянул джинсы, потом футболку и, наконец, любимую зеленую куртку.

Я как раз заканчивал с этим, когда дед Смедри ворвался ко мне, таща два запасных портфеля Роя. Из одного торчал листик салата, а второй вроде бы подтекал кетчупом.

— Вот! — Дед вручил мне тот, что с салатом. — Здесь наш обед. Никаких гарантий, что вскоре мы сможем остановиться и поесть как следует!

Я взял портфель, по-прежнему недоумевая.

— Вы… запаковали туда еду?