Питер Пэн и Ловцы звёзд

Вдоволь насмеявшись, Сланк снова толкнул мальчиков. Питер полетел вперед, как крикетный шар; Джимми покатился за ним. Когда они таким образом добрались почти до носа корабля, Питер обернулся и увидел, что Молли до сих пор смотрит им вслед. На «Гдетотаме» уже подняли почти все паруса, и корабль двигался к выходу из порта. Питер взглянул на темную воду за бортом и прикинул расстояние до берега. Но он никогда в жизни не пробовал плавать, а сейчас, похоже, для первой попытки был неподходящий момент да и место. Кроме того, Джимми так вцепился в его рукав, что, если прыгнуть за борт сейчас, они оба пойдут ко дну.

Нет, возможности бежать не было никакой. Им все-таки предстояло плыть в Рандун.

ГЛАВА 4

«Морской дьявол»

Напротив порта, на другой стороне залива, уже почти в открытом море находилось нагромождение скал — столь вероломное, что ни один капитан, знающий эти воды, ни за что не направил бы туда свой корабль. Каждый год множество судов разбивалось об эти скалы и тонуло, дно здесь было усеяно их обломками: мачты, кили, носы. Место это прозвали Кладбищем ангелов, и оно внушало большинству матросов такой страх, что они даже не смотрели в его сторону. Именно поэтому скалы были идеальным укрытием.

Вот и сейчас среди мокрых от морской воды утесов притаился корабль — длинный, низкий, черный как смоль, с тремя мачтами, поднимающимися к небу. На фордеке стояли два человека, один приземистый и коренастый, второй высокий.

— Видно ее? — спросил коренастый.

На нем была тельняшка и синие шерстяные штаны, не доходящие до лодыжек; его босые ноги были темными, словно покрытыми смолой.

— Нет пока, — ответил высокий, поглядывая в подзорную трубу.

Это был чрезвычайно неприятный тип, с лицом, изрытым оспинами, с большим красным носом — будто кто-то приклеил вместо него брюкву рекордного размера. Длинные черные волосы сальными сосульками спускались на воротник красного мундира, отнятого у военного моряка за несколько мгновений до того, как несчастного бросили за борт. Глаза у высокого тоже были черные, глубоко посаженные, пронзительные. Над ними нависали такие лохматые брови, что хозяину приходилось их приподнимать, чтобы приложить к глазу подзорную трубу. Но самой примечательной чертой его лица были усы, длинные, черные, любовно ухоженные; от основания до навощенных острых кончиков в них был почти целый фут. Они и дали ему имя, наводящее страх на всех, плавающих по морю, — Черный Ус.

— Там идет эта дырявая калоша «Гдетотам», — сказал высокий. — Нет, ну до чего дурацкое имя для корабля, а?

— Верно, дурацкое, — согласился коренастый моряк.

— Заткнись! — велел Черный Ус.

— Есть, капитан!

Черный Ус сделал несколько шагов вправо, потом снова поднес подзорную трубу к глазу.

— Вот она! — воскликнул он. — «Оса»! Видна как на ладони. Да, это и правда достойный соперник «Морскому дьяволу». Так значит, она воображает, будто способна ужалить нас, а? Перегнать нас?

Черный Ус расхохотался, и приземистый моряк подхватил его смех, так же как и дюжина пиратов, находившихся недалеко от капитана, хотя они и не знали, над чем он там смеется. Команда «Морского дьявола» накрепко затвердила: если Черный Ус смеется — смейся и ты, если он рычит — рычи и ты, если он дохнёт в твою сторону — мчись в укрытие. Поговаривали, будто Черный Ус любит есть крыс, приправляя их морской солью.

Когда Черный Ус решил, что услышал достаточно смеха, он вскинул руку, и команда мгновенно смолкла. Он повернулся к приземистому моряку — боцману Сми, продержавшемуся на этой должности вот уже целый год, дольше, чем кто-либо из его предшественников. Всех прочих капитан вышвыривал за борт гораздо скорее.

— «Штаны» наготове? — спросил Черный Ус.

— Так точно, капитан, наготове.

— Ну, теперь мы посмотрим, чей корабль быстрее. Верно, Сми?

— Так точно, сэр, — сказал Сми. — Если только «штаны» не лопнут.

«Штанами» называлось тайное оружие Черного Уса: особые паруса, сшитые парусными мастерами на его корабле по образцу широких матросских штанов. Черный Ус не раз замечал, как они здорово ловят ветер, — вот и решил сделать подобные паруса для своего корабля. Хотя их пока не испытали в открытом море, но Черный Ус был убежден, что его изобретение произведет настоящую революцию в пиратском деле. Он приберегал «штаны» для подходящего случая, когда корабль будет идти с попутным ветром и нагонять добычу.

— Не лопнут, — сказал капитан пиратов. Он сплюнул на палубу, потом повернулся к матросам, стоявшим неподалеку.

— Мы еще посмотрим, чей корабль плавает быстрее всех, — верно, парни? А когда мы с этим справимся, «Оса» уже никуда никогда не поплывет!

Пираты радостно заорали в ответ, и не только потому, что им так полагалось. Они знали: вскоре у них на корабле окажется сокровище и они могут рассчитывать на свою долю в нем. Черный Ус заметил их алчные взгляды.

— Сокровище, парни! — выкрикнул он. — Сокровище, равного которому еще не перевозили по морю!

Пираты снова разразились воплями, на этот раз еще более громкими.

— Во всяком случае, так утверждают некоторые, — сказал Черный Ус и, повернувшись, взглянул на клетку, стоящую на палубе.

В клетке сидел человек в мундире морского офицера. Заслышав голос Черного Уса, он забился в угол, трясясь от страха.

— А если этот подлый пес соврал, — добавил Черный Ус, буравя взглядом перепутанного пленника, — клянусь, он пожалеет, что вообще родился на свет.

— Сокровище на «Осе»! — воскликнул пленник. — Я это слышал собственными ушами!

— Молись, чтоб так оно и было, — сказал Черный Ус. — Или я тебе эти уши отрежу.

И, не обращая внимания на нытье пленника, Черный Ус отвернулся и вновь поднес к глазам подзорную трубу.

— Они поднимают паруса, — сказал он. — Вели ребятам приготовиться — идем за ними.

Сми передал приказ, и пираты тут же принялись за дело.

Черный Ус не обращал на них внимания. Он по-прежнему не отрывался от подзорной трубы.

— Ты моя, «Оса», — пробормотал он, и на губах его появилась редкая гостья — улыбка. — И ты, и все, что на тебе, — мое.

ГЛАВА 5

Капитан Пембридж

В отведенный им закуток мальчишек проводил костлявый, с ввалившимися глазами матрос по имени Голодный Боб. Он прошел с ними вниз по трапу, потом по узкому коридору и остановился перед низким проемом.

— Вот, парни, — сказал он. — Это ваш новый дом.

Питер нырнул в проем, остальные последовали за ним. То, что они увидали, было ужасно даже по сравнению с тем, что мальчишки имели в приюте: крохотная, темная каморка без окон, освещенная лишь масляной лампой с потрескивающим фитилем. Воняло дымом и протухшей рыбой.

В каморке ничего не было, кроме стоявшего в углу глиняного горшка с надколотым краем.

— Мы будем спать здесь все вместе? — спросил Питер. — Но здесь же тесно!

— О, вы еще порадуетесь, что можете прижаться друг к другу, — сказал Голодный Боб. — Так куда теплее.

— Но здесь воняет! — потянул носом и сморщил рожицу Джимми.

— Неужто правда? — спросил Голодный Боб и принюхался. — А я и не чувствую.

Голодному Бобу самому было далеко до благоуханного цветка.

— Ну да ничего, привыкнете.

Он указал на выщербленный горшок.

— Вон в тот угол я буду ставить ваш обед. Есть будете раз в день, и поторапливаться, чтобы вас не опередили крысы.

Мальчишки, не евшие со вчерашнего вечера, очень обрадовались возможности перекусить. Они тут же столпились вокруг горшка.

— А где же тарелки и ложки? — спросил Прентис.

Голодный Боб чуть не рухнул на пол от смеха.

— Тарелки! — взревел он. — Ложки!

— А как же нам тогда есть? — спросил Прентис.

— Да как и все мы, — сказал Голодный Боб. — Руками.

Мальчишки с сомнением заглянули в горшок. В нем плескалась какая-то темная жидкость. Выглядела она совершенно неаппетитно, но все были голодны. Толстый Тэд, который, когда речь заходила о еде, всегда оказывался в первых рядах, зачерпнул пригоршню этой жидкости вместе с плавающими в ней мелкими сероватыми комочками. Он понюхал свою добычу, сморщился, потом пожал плечами и сунул этот комочек в рот. И тут же выплюнул.

— Оно живое! — закричал Толстый Тэд. Мальчики посмотрели на комочек, упавший на пол.

И правда, тот извивался.

— Это червяк! — не унимался Тэд. — Он кормит нас червяками!

Голодный Боб подобрал червяка и посмотрел на Толстого Тэда.

— Так ты не будешь это есть? — спросил он.

Толстый Тэд решительно замотал головой.

— Тебе же хуже, — сказал Голодный Боб.

А затем на глазах у мальчишек, разинувших от изумления рты, сунул червяка в рот, задумчиво разжевал и проглотил.

— Личинка моли, — сказал он. — Я предпочитаю мушиных, но и моль тоже ничего.

Толстый Тэд отвернулся. Его затошнило.

— Ты ешь червяков? — спросил Питер.

— На этом корабле я ем все, что удается найти, — сказал Голодный Боб. — Вот как-то раз съел кусок веревки. Мы тогда два месяца были в море. Мистер Сланк приказал меня выпороть, но дело того стоило. Вкусная была веревка. И вы, ребята, лучше ешьте что дают, много вам не перепадет.

— Но как же… — удивился Питер. — Червяки же…

— Если вам не по нраву червяки, — сказал Голодный Боб, — то вам лучше не знать, что еще наш кок туда кладет. Червяки — это еще лучшее в похлебке.

Том снова заглянул в горшок и ахнул.

— Там что-то плавает! — воскликнул он. — Это… это же мышь!

— Неужто правда? — переспросил Голодный Боб, заглядывая в горшок. — Ну и ну, в самом деле! Должно быть, кок сегодня расщедрился. Обычно мышей он подает только по особым случаям вроде Рождества.

Томас отскочил от горшка.

— Я не голоден, — сказал он.

— И я, — подхватил Джимми, а за ним и Прентис. Толстого Тэда тошнило.

— Сэр, мы не можем это есть, — сказал Питер.

— Как хотите, — откликнулся Голодный Боб, забирая горшок. — Значит, я отлично пообедаю. Но через день-два вы по-настоящему проголодаетесь и будете вылизывать этот горшок до блеска.

— Вряд ли, — возразил Питер. — Послушайте, сэр, но ведь должна же быть на этом корабле нормальная еда.

— А то! Конечно, есть, — подтвердил Голодный Боб. — Да только не для нас с вами.

— Но, сэр, — продолжал настаивать Питер, — пожалуйста, если вы можете…

— Послушай, малый, — перебил его Голодный Боб. — Ты только даром тратишь время, уговаривая меня. Я тут ничего не решаю. Я палубная крыса, а не капитан.

— А если я попрошу капитана? — поинтересовался Питер.

Эта идея показалась Голодному Бобу еще смешнее, чем вопрос о ложках.

— Попросить капитана? — расхохотался он, задыхаясь от смеха. — Попросить капитана? Ну, давай! Попроси у капитана Пембриджа обед получше!

Хихикая и приговаривая «Попросить капитана!», Голодный Боб исчез, прихватив с собой горшок с варевом. Мальчишки посмотрели на Питера, явно полагая, что он должен знать, как теперь быть. Нельзя сказать, чтобы Питеру это очень понравилось.

— Ну, ладно, — наконец произнес он. Мелюзга по-прежнему не сводила с него глаз.

— Ладно, — повторил Питер. — Я скоро вернусь.

— Питер, ты куда? — спросил Джимми.

— Схожу к капитану, — отозвался Питер. Он очень сомневался в том, что это хорошая идея, ведь Сланк приказал ему держаться подальше от кормы, но считал себя обязанным сделать хоть что-нибудь.

— А вы ждите здесь, — велел он своей команде и нырнул в проем.

Поднимаясь по трапу, Питер услышал наверху чьи-то пьяные вопли. Выбравшись на палубу, он огляделся и увидел, что вопли несутся с середины палубы. Там в окружении полудюжины матросов и Сланка стоял краснолицый, очень толстый человек в слишком тесном для него мундире и отдавал странные приказы.

— Стоп бизань! — рявкнул толстяк.

— Слышали приказ капитана Пембриджа? — крикнул Сланк. — Стоп бизань!

Голос его был суровым, но Питер заметил, что Сланк улыбается.

— Есть, сэр! — отозвались матросы и с ухмылками принялись возиться с разнообразными веревками, завязывая и развязывая всяческие узлы.