Беззвёздная ночь

Лицо Бренора снова перекосилось от ярости, но Реджис выпрямился во весь рост (хоть это и нелегко было заметить) и несколькими словами загасил уже готовое разбушеваться пламя.

— Неужели же ты на моем месте усомнился бы в воле и силе Кэтти-бри? — спросил он, напоминая дворфу, что его дочь уже не ребенок, да и не понаслышке знакома со многими опасностями дальних странствий.

Бренор не нашелся что сказать. Он хотел придушить Реджиса, однако понимал, что так он просто изольет свою горечь, самого-то хафлинга не в чем винить. И что теперь делать? И Дзирт, и Кэтти-бри уже успели далеко уйти, а где их теперь искать, Бренор даже не представлял.

Но в этот момент у него и сил не было. Он уставился в каменный пол, и весь его гнев мигом испарился, а на смену ему опять пришла прежняя черная тоска. Не сказав больше ни слова, король вышел. Ему надо было хорошенько обо всем подумать, а, если он собирался помочь своей ненаглядной доченьке и дорогому другу, думать нужно было быстро.

Пвент вопросительно посмотрел на Реджиса и Бастера, но они лишь покачали головами.

* * *

Чутким ухом Дзирт различил легчайший шорох, вероятно, шаги хищной кошки. Он стоял не шелохнувшись, весь обратившись в слух. Если это действительно была кошка, она все равно уже учуяла его и знала, что кто-то вторгся на ее территорию.

Дзирт быстро осмотрелся. Туннель был неровным, он то расширялся, то сужался, пол был усеян ямами, трещинами и выступами, а в стенах имелись естественные ниши и углубления. Потолок тоже то понижался, то поднимался. В тепловом спектре стены казались неоднородными, и Дзирт понял, что наверху много карнизов и выступов. Гигантская кошка вполне могла броситься на него сверху.

Думать об этом было не слишком-то приятно, но что делать? Возвращаться бессмысленно, потому что для этого нужно преодолеть крутой подъем и подняться на верхний уровень, а там еще долго блуждать в поисках новой дороги вниз. Времени на это не было — ведь от него зависит жизнь друзей.

Дзирт прижался спиной к стене и, чуть пригнувшись, медленно двинулся вперед, держа наготове одну саблю, а Сверкающий Клинок до времени оставив в ножнах. Ему не хотелось обнаруживать себя свечением, хотя он и знал, что охотники Подземья отлично видят и без света.

Занеся ногу для следующего шага, Дзирт почувствовал, что позади пустота — это была неглубокая, но довольно широкая ниша. Следом в стене была другая, поуже и более глубокая. Убедившись, что в ней никого нет, Дзирт вошел в нее и обернулся, чтобы как следует оглядеться.

С навеса на противоположной стене прямо на него, не мигая, смотрели светящиеся зеленые кошачьи глаза.

Дзирт тут же выхватил Сверкающий Клинок, и его гневное голубое сияние озарило тьму коридора. Когда глаза его привыкли к нормальному спектру, дроу разглядел очертания громадного темного зверя, уже прыгнувшего на него. Он едва успел отскочить. Кошка — у нее было целых шесть лап! — легко коснулась камня и молниеносно развернулась, сверкнув глазами и обнажив белые клыки.

Она была похожа на пантеру и по размерам напоминала Гвенвивар. Шкура у нее была густого смоляного цвета. Дзирт не знал, как поступить. Была бы это обычная пантера, он попытался бы успокоить ее, внушить, что он не враг и пройдет мимо ее логова, не причинив ей никакого вреда. Но перед ним стояло шестиногое чудовище. К тому же из-под лопаток у кошки росли странные, похожие на щупальца отростки с острыми костяными наконечниками, сейчас злобно шевелившиеся.

Тихо рыча, прижав к голове уши и оскалив огромные клыки, зверь пошел на него. Дзирт пригнулся пониже, выставив клинки перед собой, и уперся ногами в пол, чтобы в любой момент увернуться.

Кошка остановилась. Дзирт напряженно смотрел, как она подбирает средние и задние ноги, готовясь к новому прыжку.

Все произошло мгновенно: Дзирт сделал шаг влево, но зверь замер, и дроу тоже остановился, но сразу же прыгнул вперед и сделал выпад. Клинок должен был войти пантере как раз между глаз.

Но лезвие только рассекло воздух, и Дзирт не удержал равновесия. Он машинально кинулся вниз и сделал кувырок, едва успев увернуться от щупальца, пронесшегося как раз у него над головой; зато другое слегка оцарапало ему бедро. Он бешено работал саблями и как-то сумел отбиться. Потом вскочил и побежал, оставив кошку в нескольких футах позади.

Снова став в защитную стойку, Дзирт почувствовал некоторую растерянность. Бесспорно, зверь был умен — эльф даже не ожидал, что животное может быть таким хитрым. Но он не понимал, как мог промахнуться. Удар был точен. Даже обладай пантера сверхъестественной реакцией, она бы не успела так быстро отпрянуть. Вдруг справа возникла когтистая лапа, и он, защищаясь, замахнулся саблей в уверенности, что отрубленная конечность сейчас упадет на камень.

Но опять промахнулся, а потом едва успел, сам себе удивившись, увернуться. Но на сей раз ранение в бедро оказалось чувствительным.

Тварь бросилась на него, вытянув вперед лапу. Дзирт скрестил сабли, но нацеленные на него когти пронеслись футом ниже скрещенных клинков.

Только великолепная реакция спасла дроу. Громадная лапа не порвала его лишь потому, что параллельно с ее движением он бросился на пол, прямо под оскаленную кошачью морду. Сам себе он показался домовой мышью, пытающейся пробежать под брюхом у кота. Но, в отличие от последнего, у этой твари было целых шесть лап, и любой из них она могла его убить.

Дзирт брыкался и отбивался локтями, и ему удалось нанести довольно сильный удар. Ослепленный собственными лихорадочными движениями, он ничего не видел. Только оказавшись позади кошки, он сообразил, что в слепоте и есть его спасение. Дроу вскочил и сразу сделал кувырок головой вперед, едва избежав двойного удара когтей.

Он нанес свой единственный удар, пока был слеп!

Кошка обходила его кругом, рыча от ярости, не сводя с дроу ярко горящих зеленых глаз.

Дзирт, чтобы проверить свою догадку, плюнул ей прямо в морду. Промахнуться он не мог, а зверь не сделал ни малейшей попытки уклониться, но тем не менее послышался явственный шлепок о каменный пол. Кошка попросту была не там, где казалась.

Дзирт попытался припомнить, чему их учили в Академии Мензоберранзана. Один раз он слышал о таких существах, но они были столь редки, что учителя упоминали о них лишь вскользь.

Кошка бросилась вперед. Дзирт прыгнул навстречу, под неминуемый удар ее лап. Наугад он полоснул саблей парой футов правее, где, как ему казалось, было в этот момент животное.

Но оно оказалось слева, и сабля только со свистом рассекла воздух. Теперь Дзирту было несдобровать. Он прыгнул вперед и почувствовал, как мощная лапа вцепилась в стопу — как раз в ту, что пострадала во время поединка с Энтрери. Он рубанул Сверкающим Клинком, и раненая кошка отдернула лапу. Они упали вместе, сплетясь телами. Дроу ощущал горячее дыхание твари и с огромным усилием вывернул запястье, чтобы перекрестьем сабли защитить руку, которую она могла бы оторвать.

Он закрыл глаза — зрение только сбивало его с толку — и с силой ударил чудовище по морде навершием Сверкающего Клинка, потом вывернулся и отпрыгнул. Кошачье щупальце настигло его и полоснуло по спине, но он успел сделать кувырок вперед, поэтому боль была не очень сильной.

Снова вскочив на ноги, Дзирт помчался вперед что было сил. Добравшись до первой неглубокой ниши, он скользнул туда; зверь гнался за ним по пятам.

Дзирт сосредоточился и обратился к своим внутренним магическим способностям. Его накрыл шар непроницаемого мрака. Сияние Сверкающего Клинка и горящие глаза чудовища исчезли.

Сделав два шага в сторону, Дзирт бросился вперед, так как не хотел выпустить зверя из темной сферы. Он почувствовал, как рядом взметнулась лапа, просвистела по воздуху совсем близко и после нацелилась на него под другим углом.

Дроу с размаху полоснул по ней саблей и довольно усмехнулся, когда почувствовал, что лезвие прошло плоть насквозь.

Тварь взвыла от боли, и теперь Дзирт точно знал, где она. Подходить слишком близко было нельзя, но сабли давали ему некоторое преимущество. Подняв Сверкающий Клинок для защиты, он бешено заработал другой саблей, нанеся животному еще несколько неглубоких ран.

Разъяренная кошка прыгнула на него, но Дзирт предугадал это и бросился на пол. Потом перевернулся на спину и сделал выпад обоими клинками вверх, всадив их довольно глубоко в брюхо зверя.

Кошка тяжело осела и ударилась о стену. Даже не дав ей приподняться, Дзирт бросился вперед. Сабля вонзилась зверю в голову. Кошка дернулась, пытаясь вырваться, растопырила лапы и широко распахнула пасть.

Острие Сверкающего Клинка вошло ей под челюсть и скользнуло ниже, рассекая шею. Тяжелая лапа шлепнула по сабле, едва не вырвав ее из руки Дзирта, но дроу, понимая, что от этого зависит его жизнь, держал саблю изо всех сил. Кошка дико забилась, но Дзирт, отступая, не подпускал ее к себе.

Раненый зверь теснил его, и оба вывалились из шара непроглядного мрака. Дзирт сомкнул веки. Он почувствовал, что кошачье щупальце сейчас вцепится в него, и изменил направление движения, внезапно навалившись на Сверкающий Клинок всем своим весом. Щупальце огрело его по спине — он едва успел выставить локоть, чтобы когти не скользнули вперед, к лицу.

Сверкающий Клинок на пол-лезвия вошел в тело зверя. Из кошачьей глотки вырвался какой-то булькающий звук, тяжеленные лапы забили по бокам Дзирта, разрывая плащ и царапая тонкую мифриловую кольчугу. Кошка попыталась извернуться, несмотря на раненую шею, и впиться зубами Дзирту в руку.

Дзирт остервенело размахивал саблей, рубя кошку по голове.

Длинные щупальца с когтями крепко вцепились в него и не выпускали, зубастая пасть была всего в дюйме от его живота. Один коготь вошел между кольцами кольчуги и сильно уколол его в бок.

Но Сверкающий Клинок без устали взмывал вверх и со свистом опускался.

Оба противника, сплетясь, свалились на пол бесформенной грудой. Дзирт упал на бок и, глядя в злобно горящие глаза зверя, вдруг испугался, что обречен, хотя и отчаянно пытался вырваться из-под тяжелого тела. Но внезапно хватка животного ослабла, и дроу понял, что тварь мертва. Извиваясь, он выбрался из-под нее. Даже после смерти глаза кошки продолжали светиться зеленым огнем.

* * *

— Лучше не лезь туда! — предупредил Реджиса один из стражей у дверей тронного зала Бренора. Хафлинг чуть приостановился — такого страха он не видел еще на лице ни одного дворфа.

Дверь с грохотом распахнулась, и оттуда вывалился целый отряд дворфов в полном вооружении и амуниции. Торопясь, они натыкались друг на друга и падали. Вслед им несся целый поток ругательств, изрыгаемых их славным королем.

Один из стражей стал торопливо закрывать дверь, но Реджис бросился вперед и протиснулся внутрь.

Бренор расхаживал около трона, время от времени с силой ударяя по нему кулаком. В кресле для посетителей сидел генерал Дагнабит, командующий войсками Мифрил Халла; вид у него был мрачный. Позади Бренора в полном восторге скакал Тибблдорф Пвент, предусмотрительно отпрыгивая в сторону, когда король круто разворачивался.

— Жрецы — тупицы! — рявкнул Бренор.

— После смерти Коббла не осталось никого, равного по силам… — начал было Дагнабит, но Бренор его не слушал.

— Жрецы — тупицы! — ожесточенно повторил он.

— Точно! — с готовностью поддакнул Пвент.

— Мой король, ты отправил два поисковых отряда в Серебристую Луну и еще один на север, — попытался урезонить его Дагнабит. — И половина моих солдат обследует нижние туннели.

— Так я отправлю туда же и остальных, если эти не найдут ход вниз! — заорал Бренор.

Никем не замеченный Реджис, стоя у двери, начал понимать, в чем дело. То, что он видел, его определенно радовало. Бренор снова был похож на прежнего Бренора и готов был перевернуть все вверх дном, лишь бы найти Дзирта и Кэтти-бри. В нем опять бурлила жизнь!

— Но там не меньше тысячи туннелей, — настаивал Дагнабит. — Можно потратить неделю на их изучение, а потом убедиться, что они тупиковые.

— Так отправь туда тысячу дворфов, — взъярился Бренор. Он снова прошествовал мимо трона, но потом круто остановился, заметив хафлинга, так что Пвент налетел на короля сзади.

— Ты на что пялишься? — выкрикнул Бренор, видя изумленный взгляд Реджиса.

Реджис хотел ответить: «На своего старого друга», но не смог и дернул плечом. Глаза Бренора гневно вспыхнули, и хафлинг испугался, что тот сейчас кинется на него и придушит. Но король успокоился и опустился на трон.

Реджис осторожно подошел поближе, внимательно следя за Бренором и почти не слушая увещеваний трезвомыслящего Дагнабита, говорившего, что нагнать давно ушедших друзей сейчас невозможно. Реджис уже понял, что генерала не особенно тревожит судьба Дзирта и Кэтти-бри. Это его не слишком удивило, поскольку суровый дворф не питал особой любви к тем, кто не принадлежал к его народу.

— Была бы у нас эта чертова кошка, — начал Бренор и вновь бросил гневный взгляд на хафлинга. Реджис заложил руки за спину и склонил голову.

— Или хотя бы треклятый медальон! — орал Бренор. — Куда, Девять Проклятых Кругов, я сунул этот треклятый медальон?

Реджис моргал и вздрагивал, слушая, как бушует король, но все равно пребывал в уверенности, что поступил правильно, когда помог Кэтти-бри и отдал ей Гвенвивар.

И, несмотря на вероятность в любую минуту получить от Бренора зуботычину, он был страшно рад видеть своего друга вновь полным жизни.

Глава 9

НАЗАД ПУТИ НЕТ

Они медленно продвигались вверх по каменистой тропе, чаще ведя коней в поводу, чем сидя верхом. Кэтти-бри изнывала от их черепашьего шага. Этой ночью она видела свет костра вдалеке и была совершенно уверена, что там — Дзирт. Она сразу же бросилась к лошади, готовая скакать на свет, но Фред остановил ее, заявив, что волшебные подковы нисколько не спасают лошадей от изнеможения, и напомнив об опасностях ночных переходов в горах.

Кэтти-бри вернулась к своему костру совершенно подавленная. Она хотела было вызвать Гвенвивар и отправить ее по следу Дзирта, но передумала. Чужой костер горел светлой точкой где-то высоко, за много миль от них, к тому же она ведь не знала наверняка, был ли там Дзирт.

Но теперь, поднявшись выше в горы и неуклонно, хотя мучительно медленно приближаясь к тому месту, где ночью горел огонь, Кэтти-бри начала раскаиваться, что ничего не предприняла. Она видела, как Фред, почесывая подбородок, озирается, вглядываясь в ничем не примечательный пейзаж, и пожалела, что свет костра не указывает им путь.

— Мы туда доберемся! — уверял опрятный дворф, посматривая на ее унылое лицо.

Утро незаметно сменилось полднем; еще немного, и тени удлинились.

— Надо сделать привал, — объявил Фред, когда спустились сумерки.

— Останавливаться нельзя, — не согласилась Кэтти-бри. — Если это был костер Дзирта, значит, он и так уже обогнал нас на целый день, несмотря на ваши хваленые волшебные подковы!

— Прошу прощения, но я вряд ли разыщу пещеру впотьмах, — огрызнулся дворф. — Вполне возможно, что мы обнаружим великана или, скажем, тролля, насчет волков я даже и не сомневаюсь, но вот пещеру?..

Однако, видя, что Кэтти-бри сурово свела брови, Фред пожалел о своем саркастическом выпаде.

— Ну ладно, ладно! — воскликнул он. — Продолжим поиски до тех пор, пока не станет совсем темно.

Они двигались дальше, пока девушка не перестала различать идущую рядом с ней лошадь, а пони Фреда чуть было не оступился на краю ущелья. Тогда даже упрямой Кэтти-бри пришлось сдаться.

Когда лагерь был разбит, она нашла высокую сосну и вскарабкалась на самую ее вершину. Девушка решила, что если снова увидит костер, немедленно тронется в путь или, по крайней мере, пошлет вперед пантеру.

Но в эту ночь никакого огня она не видела.

Едва забрезжил рассвет, они снова пустились в дорогу. Примерно через час Фред радостно всплеснул беленькими ладошками, решив, что напал на знакомую тропку.

— Мы почти у цели, — обнадежил он девушку.

Тропинка ушла вверх, потом спустилась в каменистую, заросшую лесом ложбину, вновь поднялась вверх на скалистый, овеваемый всеми ветрами утес. Фред привязал пони внизу к дереву и объявил Кэтти-бри, что они почти на месте, надо лишь подняться по пологому склону. Но, потратив два часа на подъем, дворф обнаружил, что перепутал вершины.

Уже далеко за полдень они поняли, что Фред был прав, сказав утром, что они почти у цели. Тогда от пещеры их отделяло не более полумили. Но разыскать какую-то определенную пещеру в горах — задача не из легких даже для дворфа, а ведь Фред был здесь только однажды, да и то почти двадцать лет назад!

Но в конце концов, когда тени вновь удлинились, они вышли к нужному месту. Внимательно осмотрев вход и кострище, Кэтти-бри покачала головой. Огонь горел здесь две ночи назад, и угли лежали аккуратной кучкой, как и сложил бы их лесной странник.

— Он был здесь, — уверенно заявила Кэтти-бри, — две ночи тому назад.

Девушка поднялась и откинула на спину каштановые кудри, укоризненно глянув на Фреда, будто это он был во всем виноват. Потом перевела взор вниз, словно пытаясь рассмотреть то место, откуда она увидела свет.

— Мы бы все равно не добрались сюда той ночью, — оправдывался дворф. — Хоть бегом, хоть верхом, но…

— Мы могли бы ориентироваться на свет, — перебила его Кэтти-бри.

— Ну да, только долго ли? Это просто удача, что в какой-то просвет между скалами мы заметили огонь. Но едва мы оказались бы в ущелье, то потеряли бы его из виду или гора заслонила бы свет. И куда бы ты пошла тогда, упрямая дочь Бренора?

Гневный взгляд Кэтти-бри оборвал тираду Фреда. Он лишь глубоко вздохнул и безнадежно махнул рукой.

Но девушка понимала, что он прав. Едва только они углубились в горы после той ночи, еле различимые тропки сразу стали необычайно путаными, они спускались вниз и убегали вверх, петляли между скальными выступами. Чтобы попасть к пещере, им пришлось бы преодолеть не меньше двадцати миль по такой дороге, и Кэтти-бри понимала, что даже Гвенвивар не удалось бы нагнать дроу.

Но разумные доводы не слишком-то утешили ее. Она поклялась разыскать Дзирта и вернуться с ним домой, но теперь, стоя у входа в мрачную пещеру в совершенно незнакомой местности, девушка понимала, что стоит лицом к лицу с безграничной тьмой.

— Надо возвращаться к леди Аластриэль, — сказал Фред. — Может, среди ее друзей — она ведь дружна со многими — есть такие, кто поможет найти дроу.

— Ты о чем это?

— Это было смелое предприятие, — ответил Фред. — И твой отец будет тобой гордиться, но…

Кэтти-бри подскочила к дворфу, отпихнула его с дороги и вбежала в пещеру, где чернел вход в подземные туннели. По дороге она наступила на острый камень, но сдержалась и не вскрикнула, боясь, что покажется Фреду смешной, нелепой и бестолковой. Однако именно такой она себя и чувствовала, пока шарила в сумке в поисках трута, огнива и масленки.

— Кстати, знаешь, ты ей очень нравишься, — как бы между прочим заметил Фред.

Девушка остановилась и оглянулась на силуэт дворфа, вырисовывавшийся на фоне серого неба у входа в пещеру.

— Я имею в виду Аластриэль, — пояснил он.

Кэтти-бри не нашлась что сказать. Рядом с царственной госпожой Серебристой Луны она чувствовала себя очень неуютно. Вряд ли Аластриэль делала это намеренно, но в ее присутствии Кэтти-бри казалась себе ничтожеством.