Выбор Невменяемого

— Даже в таких местах пробовали, где мы и не подозревали наличие несущих расщелин. Нигде не получилось…

— Но ты сам в это веришь? — Мальвика опять встала и вплотную подступила к таги.

— Что не получилось?

— Нет! В то, что герцог старался вас вывести изо всех сил?

Деморт надолго задумался, прогоняя в своей памяти все мысленные образы и воспоминания. А потом хоть и вздохнул тяжело, ответил твёрдо:

— Верю! Верю, несмотря на его навязчивые идеи о троне и явное сумасшествие. — Тем более, что сам…, - он чуть запнулся, но таки продолжил: — …Видел, как он плакал над трупами наших товарищей. В тот момент он был уверен, что за ним никто не подсматривает…

— Ладно, допустим, он старается и ищет выход. Но почему он отказывается провести меня в зеркальный тоннель?

— Туда нельзя! — в испуге воскликнул таги.

— Ты там был? — быстро затараторила маркиза. — Так проведи меня сам! Ну чего ты так занервничал? Испугался гнева на свою голову? Так мы всё равно все здесь умрём, так чего бояться? Проводи меня! Пока никого нет! Ну, пожалуйста! Мне только посмотреть: вдруг чего придумаю.

Она даже меч отложила в сторону и ладошки просительно сложила на груди. Но опытный колдун на этот раз рассердился основательно, Не говоря ни слова, он подхватил свои инструменты и отправился на нижние уровни. Нисколько не сомневаясь, что женщина поймёт его превратно и скорей всего обрадуется такому поведению. Так и получилось. Глупая маркиза, подхватив свой меч и устремившись следом, принялась льстить, восхвалять смелость и дальновидность Деморта так, словно тому предстояло сию минуту водрузить на свою голову корону Сорфитовых Долин, а от её слов зависело, станет ли она его любимой супругой.

Но скорей всего именно эти выводы об умственной неадекватности пленницы, и подтолкнули опытного колдуна к идее и в самом деле отправиться к тому таинственному месту, куда так стремилась попасть эта наивная глупышка. Они прошли по узкому проходу, в котором и Мальвика протискивалась с трудом и вышли в гигантскую треугольную пещеру. Широкое основание треугольника, в котором располагались пышущие жаром пещеры, упиралось в Подошву гигантской горы, левитирующией на таинственных силах планеты и называемой Соплом, а узкая вершина переходила в тот самый, не менее таинственный зеркальный тоннель. О нём на поверхности не ведала ни одна живая душа, не имелось даже единственного описания в книгах или трактатах. Да и про эту, противоположную Порогу часть Подошвы, в Мире Тройной Радуги не догадывались.

Куда ведёт сияющий зеркальной поверхностью тоннель, ведал только герцог Ботиче, и, как оказалось совсем недавно, его ближайший сподвижник Деморт. Но и он не повёл попрыгивающую от нетерпения Мальвику в створ сверкающей тайны. А просто остановился перед ней, вытянул вперёд руки и стал говорить:

— Туда нет хода никому. Только Растел может изредка туда проникать, да с огромными, на грани смерти спаренными усилиями, провести вовнутрь ещё одного Эль-Митолана. Сам я туда не пройду, тем более не смогу провести кого-то. Хотя видел и знаю что внутри.

Маркиза выглядела явно разочарованной, но голос так и подрагивал от возбуждения:

— Что?! Что там внутри?!

Прежде чем ответить, таги повернулся в противоположную сторону и сам переспросил:

— А там что?

— Желоба, ведущие к огромным колодцам. Те в свою очередь ведут к кипящим недрам планеты. И оттуда снизу поднимается та сила, которая держит в статическом положении всё Сопло. Эти знания, я получила уже здесь.

— Радует, что ты соображаешь и вполне правильно воспримешь, осознаешь то, что я тебе расскажу дальше. — Деморт опять развернулся к зеркальному тоннелю и голос его упал: — Потому что там — смерть!

Скривившая личико Мальвика, молчала недолго:

— Ха! Подумаешь! Нашёл чем пугать! Тут куда не пойдёшь — всюду одно и то же! В желоб побежишь — изжаришься! За Порог сунешься — разорвёт! Продолжу учиться фехтованию у сумасшедшего маньяка — так обязательно однажды он мне голову срубит! Как говорится: куда не вращайся — со всеми прощайся. Так что ничего не может быть хуже смерти, но и она просто случается только раз, в самом конце жизни. Вот так! И чего ты так на меня уставился?

— Да потому что ты — глупая и взбалмошная девочка. Ведь бывают вещи и пострашней смерти. Не знаешь о таком?

Девушка припомнила, как чуть не погибла во время случайного ареста и пребывания в тюрьме Плады. И немного взгрустнула:

— Увы, знаю. Но всё равно, если бы я тогда умерла, хуже бы уже не было…

— Значит это не та Смерть. Бывает стократ хуже.

— Объясни!

Таги задумался, глядя на пленницу с жалостью и печалью:

— У тебя есть близкие люди?

— Ха! — воскликнула маркиза, в первую очередь вспомнив о своей пропавшей матери и неизвестном отце, но сразу же поникнув, когда перед её глазами побежали другие, самые преданные и искренние друзья. Да и не только они, сразу в памяти возник один портрет в одном очень прекрасном замке. И уже совсем иным тоном призналась: — Конечно, есть.

— И если бы тебе сказали: войдёшь в зеркальный тоннель — все твои друзья и близкие погибнут, ты бы вошла?

— Нет! Естественно, что нет! — экспансивно воскликнула девушка. — Но одно дело просто сказать, а совсем другое объяснить мне истинную опасность и развеять все мои последние сомнения. Так что, выкладывай! И не пытайся спрятаться за голословными утверждениями.

— Кто бы сомневался в твоей настойчивости, — проворчал таги, указывая себе под ноги. — Садись, буду передавать тебе собственное воспоминание. Обо всём что увидишь, можешь спрашивать, постараюсь ответить. И меч отбрось, железо мешает…, - дождавшись, пока Мальвика усядется на пол, приступил к ней сзади и положил ладошки на глаза: — Расслабься…, постарайся увидеть мои руки, не открывая ресниц, не спеши… Отлично! Вначале ты увидишь некое упоминание Тройной радуги. Как только получится — скажешь…

— Уже вижу! — тут же ответила девушка. Таги удивлённо пошевелил бровями, но продолжил в прежнем менторском тоне:

— Теперь постарайся мысленно проскользнуть между полосками цвета…

— Проскользнула! Всё вокруг так зелено…

— Всё, дальше не двигайся! Теперь замри и жди картинку…

И молодая маркиза впервые в своей жизни увидела воспоминания другого человека. Причём довольно чёткие, различимые в малейших деталях воспоминания. Словно и она сама всё наблюдала собственными глазами. Зеркальный тоннель, завораживающий мириадами изломанных изображений, окончился и идущий впереди герцог Ботиче замер перед странным, удивительно выпуклым и слегка подрагивающим образованием. Потом поднял руки и начал беззвучно шевелить губами.

— О чём он говорит? — догадалась спросить Мальвика.

— Объясняет — что именно мы видим. Вон то, огромное кольцо сзади выпуклости — это створ тоннеля, который связывает под землёй чуть ли не весь наш континент.

— Я знаю! — радостно воскликнула девушка. — Тот самый, вторую оконечность которого открыли в королевстве Спегото. И именно в том месте, где герои из Энормии отыскали подземное царство вьюдорашей.

— Точно, — подтвердил таги, — Я тоже помню твои рассказы об этих героях и об их экспедиции. Хотя мы об этом так подтверждений от герцога и не услышали…

— Он ведь утверждает, что ему это неинтересно.

— Вот именно! — степенно продолжил Деморт. — Но лишь одно обстоятельство Растел подтвердил: что весь тоннель, начиная с участка под Зачарованной Пустыней — затоплен пресными водами.

— И я думаю, если перемирие с драконами уже наступило, то в Альтурских водах начали проход нового отводного тоннеля. Если вода уйдёт, то значит и в Сорфитские Долины из королевства драконов появится возможность путешествовать по рельсам на каретном составе.

— Только не говори об этом при герцоге, — тон таги стал строгим и безапелляционным. — Он ненавидит драконов и приходит в бешенство, при одном только упоминании о них, а судя по тому настроению, с которым он в последнее время возвращается с поверхности, там и в самом деле заключено некое перемирие с этими крылатыми пиратами. Но продолжим, потому что изображение я тебе не могу передавать вечно… Видишь эту выпуклость? Так вот она и сдерживает ту самую Смерть.

— Однако!..

— Трудно поверить, но это так. В данном месте находится самая нижняя часть всего Великого Пути и собравшиеся там воды давят с невероятным давлением, равное которому лишь на полутора километровой толще океана. За неведомыми нам магическими силами, как раз и находятся те самые воды, и если хоть что-то, — таги покосился на лежащий в стороне меч, — Если хоть мимолётная царапина нарушит целостность этих неведомых сил, вода рванётся в зеркальный тоннель, раздавит всех обитающих в подошве в кашицу и хлынет по отводным желобам в недра планеты. Сама подумай, что при этом произойдёт?

Молодая маркиза соображала очень хорошо, хотя и стала это делать вслух:

— Понятно, что никто из нас не выживет. Потом может покачнуться само сопло, если вода поколеблет идущие снизу силы планетной левитации. Хм…, конечно может получиться неслабое землетрясение… Хотя…, если воды упадут вниз, то… Точно! Там ведь невероятная жара. Вода нагреется…, скорей даже сразу вскипит, пар рванёт вверх и… Деморт, я боюсь ошибиться, но неужели Сопло может так подкинуть, что оно и в самом деле перевернётся вверх Подошвой?

— Да, моя маленькая, ты сильно ошиблась. Очень сильно! Сопло не перевернётся, оно…вылетит от удара за пределы нашей планеты и протаранит луну Марга. Потому что вода, упавшая в раскалённые недра, произведёт взрыв такой невероятной силы, что вся наша планета расколется на несколько частей. Вот тогда и наступит не просто наша с тобой гибель, а Смерть для всего живого. Именно потому и нельзя никому из смертных проходить по зеркальному тоннелю и беспокоить работающие на пределе силы Древних.

Долго сидела Мальвика на полу, так и не открывая глаз. Хотя таги уже давно убрал свои ладошки, и картинка в сознании исчезла. Но в первых словах прозвучала какая-то странная надежда:

— Значит, у нас и в самом деле есть какие-то шансы выбраться на поверхность…

— С чего ты так решила?

— Да потому что герцог Ботиче не совсем с ума сошёл. Опасается за весь мир и не желает прихода Смерти.

Тяжёлый вздох за спиной, заставил девушку резко обернуться:

— Что?! Что я не так сказала?

— Увы! Раз я тебе уже обо всём рассказал, то следует договаривать до конца! — миниатюрный таги положил руку девушке на плечо, словно пытаясь влить в неё часть своего мужества: — Растел и в самом деле сильно болен неизлечимым сумасшествием. Потому что он дал страшную клятву: если его при жизни не посадят на престол Сорфитских Долин, то после его смерти магическая запора на конце Великого Пути падет, и воды беспрепятственно хлынут в недра планеты.

Долгое время девушка взирала на колдуна выпученными глазами, после чего сумела поразить глубокой логикой размышлений:

— Но если союз с драконами заключён, то таги уже давно роют отводной тоннель. Воду уберут, откачают с Великого пути и ничего страшного не произойдёт. Скорей даже за нами оттуда выйдут спасатели.

— К сожалению, у спасателей не получится выбрать воду. Вся система каким-то образом замыкается на русло реки, которая завершается Лазурным водопадом. А убрать такой объём воды в отводные тоннели — ни практически, ни теоретически невозможно.

— Но тогда следует немедленно и наглухо перекрыть непосредственно сам зеркальный тоннель. Ведь окружающие Подошву породы — самое прочное вещество на планете. Оно всё выдержит.

— И здесь ты ошибаешься. То, что ты сейчас видишь перед своими глазами — не просто дыра в породе. Перед нами магическое образование, существующее в определённом подпространстве. Вот потому его и трудно пройти. К тому же вспомни, сам тоннель раз в пять меньше по диаметру, чем Великий Путь. Но благодаря магической зеркальности, любая жидкость в нём проскочит с десятикратным ускорением, пропуская в мгновение ока через себя любой объём рвущейся воды. Так что задержать что-то, а уж тем более наглухо перекрыть магический пробой — не получится.

И всё равно Мальвика не сдавалась:

— Тогда его надо перекрыть совместными усилиями многих Эль-Митоланов.

— Герцог утверждает, что и такая магия здесь будет бессильна.

— Тогда надо перекрыть приток воды из бассейна реки у Лазурного водопада.

— Легче эту реку осушить…

— Так что нам остаётся делать?..

Таги скорбно кивнул:

— Надеяться, что герцог Ботиче будет жить вечно…

— Но ведь бессмертных сущностей не бывает! Ему никакая регенерация тканей не поможет! Он всё равно погибнет если не от случайности, то от старческого маразма!

— Вот потому, моя малышка, я и пытаюсь сосредоточиться на вырезании портретов в камне, — печально резюмировал Деморт, — Больше ни на что у меня надежды не осталось.

Мальвика вскочила на ноги, схватила свой меч и со злостью несколько раз рассекла воздух. Дав таким образом выход негативным эмоциям, она и сама рассмеялась как сумасшедшая:

— Ерунда, это всё! В любом случае выход из нашего положения должен быть!

— Ну так подскажи его, раз такая умная! — стал раздражаться таги, от такой непроходимой тупости самоуверенной и наглой девчонки. — Втолковываю тебе, талдычу одно и то же — а ничего не доходит!

Он развернулся и поспешил к узкому тоннелю, ведущему на жилые уровни. Но маркиза Баризо его обогнала и перегородила дорогу своим телом:

— Значит так, выход есть и мы его сейчас будем обсуждать.

— Ага! Прямо здесь?

— Нет, отправляемся к нашему оружейнику и ты прикажешь ему починить мой меч. И уже там…

— Ха! А ты его сама не можешь попросить?

— Могу. Но он меня не слушается. Взъелся на меня за нечаянно поломанный точильный камень и теперь ведёт себя по отношению ко мне премерзко. Грозится меня убить.

Деморт не удержался от сарказма:

— Кто бы сомневался…

— Поэтому ты ему прикажешь вначале оправить моё оружие, а потом я начну обсуждение. Оружейник — второй разумный после тебя, которого здесь больше всего уважают. Поэтому без его помощи у нас ничего не получится.

— Про себя, как я понял, спрашивать бесполезно? Ну да, чего это я… А если он не согласится?

— Тогда я ему и второй камень поломаю, но уже об его тупую голову!

Судя по горящим глазам девушки, она и в самом деле перед такой мелочью не остановится. Поэтому таги, уже предчувствуя близкий конец если не всему, то уж своей меланхолии точно, со вздохом безысходности спросил:

— Что же ты придумала?

Мальвика присела на корточки, заглянула колдуну прямо в глаза, и заговорщески прошептала:

— Раз мы не можем отсюда выбраться, или у нас не получится влиять на давление воды, то мы просто обязаны взяться за самого герцога! Да, да! Нечего на меня так смотреть, глазки потеряешь! Хоть он и сумасшедший, но если мы все договоримся и будем проводить единую линию поведения, то и на полностью сошедшего с ума можно повлиять окружающей обстановкой. Я точно это знаю, потому как помню специальный медицинский трактат на эту тему. Мало того, тотальное воздействие окружающей среды подвергает влиянию сущность неполноценную разумом намного быстрее, чем сущность полностью разумную и адекватную. Понятно?

— Э-э-э…, - от такого напора и что самое главное, воистину здравого зерна в прозвучавших рассуждениях, Деморт даже растерялся: — И где же ты такой трактат нашла?

— Сейчас всё и расскажу. Но вначале, начнём затачивать мой меч. За мной!

И она первой устремилась к оружейной мастерской. Тогда как таги, мотая на ходу головой и пытаясь осознать, почему эта малявки им командует, с удивлением сообразил, что его ноги сами вприпрыжку несут его тело, так и не дождавшись команды от очумелого сознания.

«Да! Что-то случится! — разволновался колдун, проживший уже сто пятьдесят лет и умеющий предвидеть последствия подобных заговоров. — Или мы все умом с этой егозой подвинемся, или…»

Дальше его изощрённые фантазии не шли. Оставалось только надеяться на уникальность размашисто шагающей впереди женщины и на её твердолобую настойчивость. Ну и на то, что она и в самом деле смогла отыскать такой странный трактат, прочитать его и досконально запомнить.

Глава седьиая

Первые «потери»

Ранним утром погода немного наладилась. Дождь, по крайней мере, перестал, хотя порывистый, леденящий ветер так и перекатывал по небу косматые, растрёпанные тучи. Но обстановка в городе продолжала накаляться.

Вернувший к постоялому двору Спин, потребовал от Галиремы, Невменяемого, Татила, как единственного представителя Сорфитовых Долин и Цашуна Ларго, обязательного участия в народном вече, которое с раннего утра стало собираться на центральной площади:

— Надо немедленно выступить перед народом и раскрыть ему глаза на творящиеся здесь сгоревшим бургомистром безобразия, — настаивал лидер боларов. — Да люди и сами всё прекрасно чувствуют и понимают, надо только слегка подтолкнуть их в нужную сторону и пресечь попытки некоторых прохиндеев использовать ситуацию в собственных корыстных целях. Полетели немедленно!

Поэтому Кремону ничего не оставалось, как согласиться с другом. Разве что перед самым отлётом он попросил хозяина заведения: