Помоги проекту - поделись книгой:
— Какое вам дело? — Неожиданно для него Маргарет начала вести себя крайне воинственно.
— Нам поручено провести расширенную презентацию в доме клиентов, — начал разъяснять он, поспешно стараясь замять агрессивную выходку девушки и переключить внимание робота на другую тему.
— Тогда я буду сопровождать вас, — сказал робот.
— В этом нет никакой необходимости, — возразил он.
— Если вы пойдете с нами, то испортите презентацию, и мы подадим на вас в суд, — вдруг добавила Маргарет.
Сообщение о том, что он ведет расследование, произвело на нее странное впечатление. Вечно рискуешь, работая с любителями, подумал он. Да вот еще эти дурацкие роботы. Они постоянно вмешиваются в чужие дела и создают проблемы. Сконструированные по идиотским чертежам и обладающие паршивым характером, если так можно выразиться, они вызывают у людей только отвращение. Утешало, что не он один ненавидит роботов. Он сжал руку Маргарет и сказал:
— Верно. Наши спонсоры будут недовольны.
— Все же необходимо разобраться в этом деле, — упорствовал робот, пытаясь обогнать их и преградить дорогу.
Пришлось обходить препятствие. Тогда робот закричал:
— Оставайтесь на месте для проверки на благонадежность.
Однако они продолжали идти по покрытому ковром коридору. Он скрестил пальцы, уповая на то, что путь ведет к квартире 16-Д.
— Стойте, — приказал робот, и на его лбу тревожно замерцал красный свет.
Они уже находились у двери. Он постучал костяшками пальцев, отчаянно соображая, что делать дальше. Пребывание инкогнито здесь явно не получится, но надо как-то выкручиваться.
— Отойдите в сторону, — велел робот.
— Заткнись! — крикнула Маргарет.
Робот положил стальные руки им обоим на плечи, пытаясь оттащить от двери. Его ноги, плотно вдавленные в ковровое покрытие, вероятно, оставляли на поверхности безобразные следы. В конце концов дверь отворилась.
— Здравствуйте.
На пороге стоял небритый лохматый мужчина в домашнем халате. Он глядел на них, щуря глаза, будто только что включил свет.
— Они утверждают, что явились по вашему приглашению, сэр, — проговорил робот.
Мужчина не произнес ни слова. Просто стоял и пристально рассматривал посетителей.
— Нам крайне необходимо поговорить с вами, — начал он, стараясь сбросить с себя железную руку, — речь идет о пиве.
Последние слова он произнес не очень уверенно и с замиранием сердца заглянул в дверной проем. Он добрался до своей квартиры на Ленте. Усталое воображение все же дополнило увиденное и нарисовало принадлежащие ему комнаты. Хотелось получше рассмотреть интерьер, однако свет был слишком тусклым.
— Мы также хотели обсудить вопрос продажи новых авторучек. — Маргарет пыталась сдерживаться, но чувствовала себя обязанной принять участие в разговоре.
— Примите мои извинения, сэр, но я задержал этих людей для выяснения личностей, — упорствовал робот.
— Сотрудничайте с властями, — пронзительно закричал он.
Человек в халате искоса глянул на них и наконец улыбнулся.
— Пожалуйста, — умоляла Маргарет.
— Авторучки, да? — спросил человек.
— Да-да!
В голосе девушки слышалось отчаяние.
— И пиво тоже, — поспешил вмешаться он.
— Ну конечно, — пробормотал мужчина. — Какой же я болван. Совсем забыл. Входите, пожалуйста.
— Сэр, ради вашей собственной безопасности…
— Все в порядке, — обратился хозяин к роботу. — Я ждал их. Пусть войдут.
Робот ослабил хватку. Человек в халате повернулся и шаркающей походкой направился внутрь помещения. Они последовали за ним, все трое, проходя по плохо освещенным комнатам, катастрофически заполненным кипами старых газет, грязной посудой и полупустыми пакетами. Тем не менее именно эти комнаты сняты на видео. Куда ни взгляни, все напоминает о съемке, проводимой здесь. А вот и та самая стена, возле которой произошло убийство. Вне всяких сомнений. Хозяин повернулся к роботу.
— Пожалуйста, подождите за дверью.
— Но я мог бы сопровождать…
— Да все нормально. Покиньте помещение. Если понадобитесь, вас позовут. Закройте дверь с той стороны.
Наблюдая за удаляющимся роботом, он на мгновение испытал радостное чувство от сознания того, что справедливость все же восторжествовала. Человек в халате повел их на кухню и жестом пригласил присаживаться за стол.
— Садитесь, пожалуйста. Извините за беспорядок. Вы, кажется, хотели выпить пива?
— Не совсем так. Если уж пить пиво, то только марку «Старинное аристократическое». Лишь этот брэнд дает полное удовлетворение. Однако мне хотелось бы обсудить с вами кое-что еще, пока вы будете наслаждаться чудесным напитком…
О черт, что он несет?
— Успокойтесь. Садитесь. Чем вас угостить?
— Дайте чего-нибудь перекусить, — не выдержал он. — Любую еду лучше всего запивать пивом «Старинное аристократическое».
Маргарет тем временем отпустила его руку, присела и начала распространяться о ручках. Хозяин открыл холодильник, также забитый всякой всячиной, как и квартира в целом. Все это знакомо по видеозаписи. Вот только такой запущенности раньше не наблюдалось.
— Вы, бедняги, трудитесь в поте лица ради этих ужасных нашивок. Тем не менее я не имел бы счастья видеть вас, если бы не они! Ну что ж. Откровенно говоря, гостей я не ждал. Как насчет сыра? Может быть, хотите воды?
Он поставил на стол тарелку с раскрошенным куском чеддера и вынул нож для резки масла. По всему блюду валялись крошки, а углы сыра основательно подсохли, стали полупрозрачными и приобрели оранжевый оттенок.
— Итак, вы занимались рекламой и решили нанести мне визит. Почему такая честь?
— Дело обстоит несколько иначе…
Маргарет взяла нож и начала обрезать края, отделяя более или менее съедобные части.
Он больше не мог сдерживать себя и набросился на еду. Но и с полным ртом продолжал говорить, прилежно развивая две главные темы: реклама пива и расследование убийства.
— Не хотите ли… м-м… извините, открыть красивую высокую бутылочку лагера «Старинное аристократическое» и поудобней расположиться для просмотра видеокассеты, которую я принес с собой? Я хочу, чтобы вы посмотрели один эпизод. У меня есть по этому поводу несколько вопросов.
Человек в халате рассеянно кивнул, не проявляя большого интереса. Потом пристально посмотрел на Маргарет.
— Обязательно покажите мне вашу пленку. Она о пиве? Рад буду взглянуть, но спешить нам некуда. Пока отдыхайте и развлекайтесь. Мне нужно отлучиться.
Он ушел в гостиную и стал осматривать многочисленный хлам, сваленный там. Печально было видеть, во что превратилась некогда роскошная квартира. Маргарет отрезала еще один кусок сыра и прошептала:
— Вы думаете, он что-то знает?
— Понятия не имею. Парень производит хорошее впечатление. По крайней мере вреда от него никакого. Посмотрим, как он отреагирует на видео. Наблюдайте за ним, когда начнется просмотр.
Он жадно схватил кусок сыра. В этот момент вернулся человек в халате.
— Привет, друзья. Развлекаетесь?
Халат широко распахнулся. Они оба удивленно уставились на обитателя квартиры. Скорее всего он сделал это не сознательно, а по неряшливости. Нетактично было бы заострять на этом внимание. Тем не менее теперь что-то настораживало их в человеке. Хозяин подошел к столу и взял нож у Маргарет. Какое-то время он держал руку девушки в своей, а потом надел ей на запястье что-то вроде браслета. Да это же наручники!
— Подождите минутку, насладитесь бокалом отличного лагера, — услышал он свою идиотскую фразу. Роняя изо рта сыр, вскочил на ноги. Человек пристегивал другую руку Маргарет к спинке стула. Он хотел вмешаться, однако хозяин сделал ему подножку и толкнул в грудь. Разбрасывая клочки бумаги и куски сыра, он повалился на пол.
— Вас мучает жажда! — неистово закричал он, испытывая горячее желание рекламировать свой товар. — Выпейте пива!
Попытался встать. Маргарет отчаянно нахваливала свои авторучки. «…Автоматически наполняющиеся баллончики…» Теперь человек в халате двигался быстро и уверенно. Пнул ногой сумку с видеокассетой, потянулся к его уху и сорвал нашивку. Он вновь почувствовал легкий укол и смог лишь выкрикнуть:
— Еще пива!
Потом все окутал сумрак иного мира за Прозрачным Барьером. Маргарет осталась по другую сторону, так как еще сохраняла нашивку. Его слова постепенно превратились в крик, слышимый лишь внутри головы. Так будет, пока он не вернется на свою родную улицу. И зачем только ему понадобилось покидать ее? Прошло совсем немного времени, и он увидел смутные очертания человека в халате, который как раз впускал в квартиру робота. Железные клещи схватили его за плечо, а хозяин ухмыльнулся и начал раздеваться. Робот потащил его прочь из комнаты. Он кричал — никто не слышал ни звука. Сопротивляться было бесполезно. Маргарет и видеокассета остались в квартире.
Аэрозоль
Совершено ограбление квартиры. Прибыла полиция. Четверо полицейских и собака. Трое совсем молодые — практически мальчишки. На ремнях висят гудящие и потрескивающие рации. Самый старший командовал, юнцы беспрекословно подчинялись его приказам. Собака тихо сидела на одном месте. Они спросили, какие вещи пропали. Мы отвечали, что толком пока не знаем — точно исчезли телевизор и факс. Один из них записывал показания. У него заметный тик, глаз постоянно дергается.
— Что еще украдено? — спросил старший полицейский.
Мы не знали. Вот тогда они и принесли небольшой контейнер без этикетки и принялись обрызгивать помещение. Правда, сначала натянули что-то вроде респиратора собаке на морду. Сами оставались без масок. Нам тоже не предложили никаких защитных средств. Беспокоились лишь о собаке.
— Отойдите в сторонку, — велели они.
Опрыскивали комнату по кругу, постепенно приближаясь к углам. Брызги попадали как на нас, так и на полицейских.
— Что это такое? — осведомились мы.
— Аэрозоль, — объяснил старший, — он делает пропавшие вещи видимыми.
Аэрозоль повис по всему дому словно затяжной дождь. Вскоре в разных местах проявились, слабо светясь, украденные грабителями вещи. Свечение по цвету напоминало окраску лосося. На столе обнаружился образ шкатулки, где хранились драгоценности, подаренные нам матерью Эдди. Нежно поблескивали образы телевизора и факса. На полках аэрозоль указал на отсутствие украденных плейера, фотоаппарата и пары запонок. От них исходило то же самое свечение. В спальне лежал вибратор Эдди, который светился как урановый стержень. Мы разбрелись по квартире в поисках вещей. Полицейский с тиком записывал появляющиеся предметы. Эдди назвала вибратор массажером. Собака в маске следила за происходящим слезящимися глазами. Я не чувствовал постороннего запаха.
— Как долго продолжается действие препарата? — спросили мы.
— Примерно один день, — ответил полицейский, обрызгивающий комнату. — Вы видите пропавшие вещи, но не можете ими пользоваться. На самом-то деле они исчезли.
— Попробуйте прикоснуться, — сказал старший, указывая на светящуюся шкатулку.
Мы попытались, но там ничего не было. Наши руки прошли через видимые, но отсутствующие объекты.
Они спросили о соседях. Мы ответили, что доверяем всем в доме. Полицейские осмотрели запасной пожарный выход. Собака чихнула. Они сделали несколько снимков. Похоже, грабители проникли через окно. Эдди положила книгу поверх светящегося вибратора на тумбочке возле кровати. Он все равно просвечивался, как бы вырисовываясь на фоне книги. Мы спросили, не хотят ли они осмотреть комнату на предмет отпечатков пальцев. Старший полицейский покачал головой.
— Злоумышленники были в перчатках, — сказал он.
— Откуда вы знаете? — спросили мы.
— Резиновые перчатки оставляют осадок в виде порошка, — ответил он. — Вот почему собака чихает.
— Ах так.
Полицейские продолжали фотографировать.
— Не хотите ли чего-нибудь выпить?
Старший отказался. Один из юнцов признался, что у него аллергия, такая же, как у собаки. Остальные полицейские рассмеялись. Эдди налила себе мартини. Полицейские пожали нам руки и удалились, оставив дежурный номер телефона. Шкатулка, запонки и прочие похищенные предметы все еще светились. Вдруг Эдди заметила, что полицейские оставили пульверизатор. Она взяла в руки баллончик и сказала:
— Не нравятся мне эти полицейские.
— Ты хочешь сказать, что они слишком молоды?
— Нет. Они всегда выглядят моложаво. Просто на улице это не так заметно. Там ты обращаешь внимание на форму, а в помещении становится ясно, что они едва достигли возраста, когда можно голосовать.
— Что ты собираешься делать с баллончиком? — спросил я.
Она вертела контейнер в руках.
— Ничего. А тебе полицейские не показались странными?
— Ты имеешь в виду того, который шепелявил?
— Он не шепелявил. У него дергался глаз.
— У одного из них тик, а еще один заикается. По-твоему, это странно?
Эдди продолжала рассматривать баллончик.
— Положи на место эту штуковину, — попросил я.
— Не беспокойся. Сама не знаю почему, но в них чувствуется что-то необычное. Как ты считаешь, они сами проявляют фотографии, Арон? Разве в полицейском участке есть специальная лаборатория?
— Вполне возможно.
Поделиться книгой: