Люди и комиксы

— Вы смеетесь надо мной.

— И не думаю. Если вы в состоянии раскрывать преступления по ту сторону Барьера, почему я не могу совершать их? — Смех дельца напоминал лай гиены. — Нет, серьезно, — продолжал он, — если хотите поменять вашу кассету на пленку без момента убийства, я готов предоставить кредит на следующую запись. Вы заплатите ровно половину стоимости…

— Благодарю вас, но я сохраню мою.

Он обескуражен, голоден, однако не может себе позволить злиться. В любом случае какую еще помощь он ожидал получить от дилера? Дело-то крупное и не по зубам простому посреднику.

— Удачи, Шерлок Холмс, — говорит делец. — Кстати, не стесняйтесь повсеместно обсуждать эту тему. Пусть вас ничего не сдерживает. Мой бизнес ничуть не пострадает. Скорее наоборот. Люди любят убийства. Только вот лучше бы мы имели осязаемую плоть, а не промелькнувшие тени. Жалкие обрывки, так сказать.

— Что ж, хорошо. Огромное вам спасибо за помощь. Всего наилучшего.

Торговец помахал рукой в знак прощания. Он ответил тем же и вновь стал пробираться среди автомобилей, изо всех сил игнорируя бурчание в животе. У него есть цель. Убийца все еще на свободе. Он шел мимо подростков, терроризирующих целый квартал автомобилей. Мальчишки играли в какой-то усложненный вариант «догонялок». Орали и носились по всему недавно вымытому району. Под машинами текли грязевые потоки, громко плакали младенцы. Продавцы, торгующие вразнос, то и дело предлагали ему какую-то снедь, купить которую он не мог. Фермер пытался всучить котят. Хочешь, держи их дома, а то — съешь хоть сейчас. А вот жалкая пародия на старт: три авто дергаются взад и вперед в попытках изменить место стоянки. Бессмысленно. Полный идиотизм. Одна из машин даже заехала на тротуар, но никто не обращает на нее никакого внимания. Он подошел к своей машине и, вставляя ключ в замок, увидел девушку из автомобиля соседей. Одетая в красное платье, она стояла на капоте, поджидая вертолет с рекламщиками, которые должны ее подобрать. Кстати, она выглядела на миллион долларов. Братишки поблизости не наблюдалось. Возможно, играет в «догонялки» с другими пацанами. А родители на месте. Занимаются хозяйством. Папаша чистит гриль и выбрасывает всю грязь за окно. Мамаша развешивает выстиранную одежду, упаковывает что-то в узлы. Вдруг его озарило. Он подошел к девушке.

— Вас зовут Маргарет, не так ли? — Она улыбнулась и кивнула. — Очень хорошо. Вы должны меня знать. Я ваш сосед. Мне нужна работа на пару дней. Как вы думаете, рекламщики возьмут меня?

— Трудно сказать наверняка. Это непредсказуемые люди. — Любезно улыбается. Кажется, слегка смущена. Они так долго живут по соседству, но еще ни разу не разговаривали друг с другом.

— Однако вы всегда… — Он махнул рукой.

— Да, с ними можно поговорить.

На мгновение оба испытывают чувство неловкости, умалчивая о том, что им известно. По крайней мере он в курсе. Она — красивая девушка, что во многом предопределило выбор работодателей. Но удастся ли получить работу?

— Если вы не возражаете, я все же попробую обратиться к ним напрямую, — сказал он.

— Нет-нет, — запротестовала она, видимо, испытывая облегчение. — Я замолвлю за вас словечко. Могу предложить…

Теперь он чувствовал себя не в своей тарелке и поспешил рассыпаться в благодарностях.

— О, вы так добры. Большое спасибо. Где мне подождать? Не здесь же, возле вашей машины?

— В чем дело? — Папаша выглянул из двери, но дочь замахала руками.

— Это наш сосед. Успокойся. Ты его знаешь. Он хочет, чтобы мы помогли ему устроиться в рекламное агентство.

— Хорошо, дорогая. Я слежу за тобой.

Она вдруг схватила его за руку.

— Смотрите.

Вертолет, который она поджидала, приземлился на тротуаре за полквартала от них, прямо возле омерзительной гигантской скульптуры у центрального входа в здание, где располагался недавно опечатанный офис.

— За дело, ребята, и ни пуха вам, — напутствовал их папаша.

— Пошли, — сказала девушка.

Такое проявление дружелюбных соседских чувств явилось для него подлинным сюрпризом. Он всегда чувствовал, что семья в автомобиле сторонилась его. Выходит, это лишь плод болезненного воображения. Маргарет окружала такая добрая приятная аура. Неудивительно, что рекламное агентство охотно принимало ее на работу.

— Надо спешить, — проговорила Маргарет, взяла его под руку, и они стали прокладывать себе дорогу среди множества сгрудившихся машин, беспорядочно снующих под ногами детишек, собак и торговцев, пытающихся извлечь для себя выгоду в толпе зевак, которых всегда привлекали подобные вертолеты.

Он крепко сжимал свою сумку с видеопленкой и носками, опасаясь, что в такой толчее кто-нибудь похитит ее. Девушка замахала руками, стараясь обратить на себя внимание. Наконец один из двух роботов, стоящих у входа, заметил ее и подал знак приблизиться. Они поднялись на крыльцо.

— Входите в помещение, — велел робот.

Уродливые маленькие агрегаты с мозговыми коробками, выставленными напоказ. Притом еше и ужасные кривляки. Он с первого взгляда возненавидел их.

— Я привела новичка, — заговорила девушка, подталкивая его вперед, чтобы он оказался на виду.

— Да, я хотел бы получить работу, — начал он с идиотской улыбкой на лице, которая по идее должна была произвести хорошее впечатление.

Робот осмотрел его, произвел мгновенные оценочные расчеты и кивнул.

— Входите.

— Вам повезло, — прошептала Маргарет.

Они вошли в вертолет. Там сидели еще четверо.

Двое мужчин и две женщины. Все молодые. Еще одна дама влезла в салон вслед за ними. Дверь закрылась. Противные маленькие роботы стремглав бросились в кабину и начали готовить аппарат к полету.

— И что дальше? — спросил он.

Она приложила пальцы к губам, призывая его молчать. Нет, совсем не грубо, а как бы давая понять, что они заодно. Он хотел рассказать, какую цель преследовал, однако опасался, что роботы могут подслушивать. Заинтересует ли их подобная информация? Может, да, может — нет, откуда ему знать. Уродливые фашизоидные маленькие роботы. Настоящие нацисты. Менее всего ему хотелось попадать к ним в руки. Однако, включившись в рекламирование, он сможет проникнуть за Барьер и провести свое расследование. Вот только не стоит никому говорить о своей затее. Зачем подвергать опасности Маргарет? Вертолет задрожал, зарычал и поднялся в воздух. В окно он видел стремительно уменьшающиеся в размерах автомобили. Промелькнул знакомый район, где прошла вся его жизнь. На многие мили в округе улицы заполнены машинами. Откровенно говоря, вряд ли старт что-то изменит. Существует ли еще такое место, куда могут двинуться все автомобили? Ладно, что поделаешь. Появились роботы с рекламными нашивками. Все послушно наклонили головы: им не впервой. Он тоже склонил голову, и робот прикрепил нашивку за его правым ухом. Чуть-чуть кольнуло. Ерунда. Трудно поверить, что какая-то крошечная нашивка влияет на функции Прозрачного Барьера. Теперь он становится отчетливо видимым, вещественным, осязаемым и реально существующим для людей, находящихся по ту сторону.

— Не чувствую никакой разницы, — прошептал он.

— Вы и не почувствуете, — сказала она, — до тех пор, пока не появятся люди. Затем вам придется рекламировать товары и услуги. Тогда уж вы никуда не денетесь.

— Но что я должен рекламировать?

— Нам никогда не говорят заранее. Кофе, бриллианты, презервативы, курорты для проведения отпусков. Мы до последней минуты не знаем, о чем пойдет речь.

— А где…

— Нас высадят у Торгового центра, после чего мы будем действовать самостоятельно.

— Можно ли нам работать вместе?

Он поспешно задал вопрос, не подумав о том, что просит слишком многого. Однако все обстояло не так уж плохо.

— Конечно. Если только наши товары не слишком несовместимы. Скоро все узнаем. В любом случае следуйте за мной.

Маргарет и впрямь излучала свет и тепло. Несовместимые товары? Посмотрим, что это такое. Вертолет приземлился на крышу какого-то здания. Противные роботы-нацисты открыли дверь и с суровой деловитостью повели новобранцев к лифту. В тот миг ему захотелось схватить их за небольшие незащищенные и как бы выставленные напоказ мозговые коробки и с силой стукнуть одна о другую. Однако приходилось сдерживать себя: ведь он тайный агент. Быстрым шагом проследовал за Маргарет к лифту сквозь строй любезно указывающих направление роботов. Ощущение, однако, такое, будто их ведут в концентрационный лагерь. У лифта робот, стоящий у дверей, вручил каждому из них по конверту. Они спускались вниз. Народу набилось битком, но это даже хорошо, так как его плотно прижало к Маргарет. Причем девушка не проявляла никаких признаков недовольства. Он вскрыл конверт. В основном там оказались мелкие денежные купюры — рваные и замусоленные, которые уже изъяты из обращения по другую сторону Барьера. Одним словом, мусор, а не деньги. Другие новобранцы перекладывали содержимое конвертов в карманы. Эти ребята знали свое дело.

— Почему они платят сейчас? — прошептал он.

— Видите ли, когда действие нашивок закончится, нам самим придется выбираться отсюда. Именно поэтому деньги выдают сразу, чтобы впоследствии уже не встречаться с нами, — отвечала она.

— А что, если мы убежим?

— Такой вариант возможен. Только я не слышала, чтобы кто-нибудь убегал. Обратного пути не предусмотрено. Кроме того, нашивка просто заставляет вас рекламировать. Вот увидите.

Голос Маргарет звучал уверенно, обнадеживающе. Создавалось впечатление, будто ей важно, чтобы он ни о чем не волновался. Он же чувствовал себя скверно оттого, что не может рассказать о своем расследовании и планах. Положил конверт в сумку с кассетой и носками. Двери лифта закрылись, и механизм со свистом понес их через все здание к Торговому центру внизу. Двери открылись, они вышли из лифта и сразу оказались в огромном вестибюле из стекла и полированной стали. Играла тихая музыка, вниз и вверх двигались эскалаторы со ступенями из полированного дерева. Очень аппетитные, цветом напоминающие жареных цыплят. Голод по-прежнему давал о себе знать. Маргарет вновь взяла его за руку.

— Пойдемте, — сказала она.

После того как все разошлись по своим делам, Маргарет подвела его к одному из эскалаторов, и они стали спускаться. Внизу находился коридор, ведущий к магазинам с входами в виде углублений и дымчатыми витринами. Негромкая пульсирующая музыка слышалась за каждой дверью. Повсюду разносился запах пищи, так что у него потекли слюни. Голографические вывески гласили: «Ферн-Сло», «Ротке и сыновья», «Пустая просьба», «Разбитый алфавит», «Король бургеров», «Пластмассовый дьявол», «Страусиное озеро», «Красный урожай», «Улов дня», «Друзья Фомальхо», «Тнидс» и так далее. Маргарет уверенно вела его за собой, чувствуя себя здесь как дома. Неудивительно: такая у нее работа. Вдруг на пути возникла семейная пара, и он нутром почувствовал желание рекламировать.

— Здравствуйте, — обратился он к ним, бочком подходя к мужу.

Тем временем Маргарет брала в оборот жену. Мужчина небрежно кивнул, продолжая свой путь. Однако их взгляды встретились. Значит, он осязаем, его слышат. Шокирующий момент.

— Хотите пить? — услышал он собственный голос. — Вы, наверное, давненько не пробовали вкусного освежающего пива.

— Не люблю пиво, — сказал господин. — Сам не знаю почему. Никогда оно мне не нравилось.

— Просто вы никогда не пробовали сорт «Старинное аристократическое».

Он с удивлением слушал собственные слова, которые, как ему казалось, произносил кто-то другой. Барьер преодолен. Он разговаривает с людьми, живущими по эту сторону, и они воспринимают его. Следовательно, он сможет вести допросы и искать ключи к разгадке преступления. Тут он услышал слова Маргарет:

— Зачем вы портите документы второсортным пишущим инструментом? Попробуйте авторучку фирмы «Айгер», и вы никогда больше не захотите пользоваться устаревшими гусиными перьями, которые не пишут, а царапают бумагу. — Женщина явно проявляла интерес, и Маргарет продолжала: — Наша коллекция футляров «Эмпайриан стерлинг сильвер» представляет уникальные образцы ручной работы…

Кажется, мужчина тоже заинтересовался. Он больше не слушал речи о благодатном пиве и сосредоточил все свое внимание на словах Маргарет.

— Наши пивовары вручную собирают хмель и тщательно приготавливают солод. — Он уже не мог остановиться, хотя клиент полностью его игнорировал. — Каждая партия только что сваренного пива «Старинное аристократическое» дегустируется индивидуально…

Следуя за супружеской парой по коридору, они натолкнулись на женщину, которая летела вместе с ними на вертолете. Она фальшиво распевала: «Посетите Луну, и плевать на цену» и при этом еще танцевала, волнообразно изгибаясь и хлопая ресницами. На какое-то время все забыли о пиве и необыкновенной авторучке, а вскоре вся компания оказалась в просторном помещении Андермола, где слонялись десятки людей, желающих услышать о новом сорте пива.

— Здравствуйте. Вас мучает жажда? Освежитесь. Извините, хотите пить? Побалуйте себя. Смотрите, как сверкает этот чудесный напиток. Нет? Да! Вы когда-нибудь пробовали пиво «Старинное аристократическое»? Спрашиваете, чем оно отличается от других сортов? Привет, хотите освежиться?

Повсюду множество других рекламных агентов. Слышится несмолкаемый гул. Голоса то наглые, не терпящие возражений: «Как вы не боитесь жить без надежной страховки?», то вкрадчивые, но определенно настаивающие на своем: «Только купив нижнее белье „Блэк андевер крауд“, вы поймете, чего лишали себя в жизни», а то вдруг голоса звучали напевно, словно колокольчики: «У всех есть дети, вы тоже можете завести детей». Они рассредоточились по всему отделанному мрамором огромному помещению Андермола, и ему на минуту показалось, что Маргарет исчезла. Но нет, вот она стоит и настойчиво пытается продать пожилой интеллигентной паре свои авторучки. Он начал пробираться к девушке, пытаясь по пути впаривать свое пиво: «Вас мучает жажда? Мучает? Освежитесь немедленно». Толпа между тем поредела, так как многие люди, утомленные назойливыми и дерзкими агентами, скрылись в магазинчиках или отправились по квартирам вдоль длинного коридора. Остались только самые терпеливые, вроде этой супружеской пары. Пожилым людям явно льстило оказываемое им внимание. Пришлось немного подождать, пока они слушали Маргарет. Он оставался на некотором расстоянии, придерживая до поры до времени свой «лагер», однако до ушей долетали слова очаровательной соседки о ее классном товаре. Когда наконец муж и жена удалились, он взял Маргарет за руку — почему бы и нет: она столько раз брала за руку его — и повел ее по коридору подальше от толпы, надеясь, что больше не придется общаться с покупателями. Ему казалось, что они идут в правильном направлении. Они приблизились к входу в магазин под названием «Кончики пальцев», где торговля шла не очень оживленно.

— Послушайте, нам нужно поговорить. Я был с вами не совсем откровенен. Не то чтобы я лгал, но есть кое-что…

Маргарет с надеждой и несколько обескуражен-но взглянула на него. Какая она все-таки великодушная, чистая и нежная девушка. Может быть, ее папаша не такой уж скверный человек, раз воспитал такую прелесть.

— Я детектив. Так уж получилось. Совершено убийство, и я пытаюсь его расследовать…

Тут его понесло, и он рассказал все. Про квартиру на Ленте, про тень на кассете и сцену насилия, потом вынул из сумки видео и продемонстрировал запись. Не умолчал и о беседе с дилером, после которой возник план пробраться через Прозрачный Барьер. Разумеется, он никому ни о чем не говорил и лишь воспользовался ее добротой, чтобы сесть в вертолет.

— Простите меня, — закончил он свой рассказ.

Она сделала большие глаза, голос стал хриплым, в нем чувствовалось благоговение.

— Разумеется. Но что вы собираетесь делать? Обратитесь в полицию?

— Вы не сердитесь?

— Нет, нет. Вы смелый человек.

— Спасибо.

Они стояли почти вплотную друг к другу. Он мог бы поцеловать ее. Просто в знак благодарности за солидарность и желание помочь. Открыто заявить о более глубоких чувствах он еще не решался.

— Так вы свяжетесь с полицией? — прошептала она.

— Нет. Я планирую посетить квартиру. Она находится в двух кварталах отсюда. Мне кажется, я знаю правильное направление. Может быть, поднимемся наверх?

Они умолкли, так как из магазина «Кончики пальцев» вышел человек с бумажным подносом в руках. На нем лежали какие-то жирные жареные штуковины, действительно напоминающие пальцы. Они ужасно воняли. Как же он проголодался, черт возьми!

— Хотите пить? — обратился он к мужчине, не особенно надеясь на успех.

Однако тот сразу же ухватился за бутылку.

— Ты вовремя подоспел, братишка. Я умирал от жажды. Очень хотелось выпить пива.

— Зачем вам другие сорта, если можно насладиться маркой «Старинное аристократическое»?

Пришлось болтать всякую рекламную чушь, в то время как запах еды сводил его с ума. Маргарет терпеливо ждала, пока он закончит. Как только пожиратель жирной пищи понял, что оказался в лапах рекламных агентов, он тут же сломя голову помчался прочь по направлению к обширной территории Андермола, а они поспешили вдоль коридора в другую сторону.

— Сюда, — сказала девушка, поворачивая к лифту, — на следующем нижнем уровне мы можем пройти несколько кварталов до самого выхода.

— Хорошо, но удастся ли вновь подняться наверх?

— Лифты служат нам, пока действуют нашивки.

Итак, они спустились под Торговый центр в подземный коридор — длинный, гулкий, уложенный плиткой и не такой роскошный, как наверху. Совершенно непривлекательный интерьер. Предполагалось, что люди, живущие в подземных квартирах, никогда не должны выходить на улицы и видеть автомобилистов. Страшное зрелище. Стены туннелей покрыты уличными знаками и указателями выходов. Рекламировать товар по пути к Восточной Тысяча двести пятнадцатой улице пришлось только один раз. Потенциальными покупателями оказались несколько подростков, раскуривающих косяк. Они смеялись над агентами и задавали Маргарет идиотские вопросы, на которые она не знала ответов. Например: сильнее ли они меча и работают ли они на свиней. По ходу довелось столкнуться еще с одним агентом. Человек передвигался по коридору крадучись и, видимо, испытал большое облегчение, увидев Маргарет.

— У него есть девушка, — загадочно пояснила Маргарет.

Итак, в процессе рекламирования агенты взаимодействуют друге другом. Однако сейчас они спешат, и заниматься подобными вопросами некогда. Больше он ни о чем не спрашивал, только считал кварталы. Волнение все нарастало по мере приближения к искомой квартире на Ленте. Богатый лифт — панели отделаны поддерево, зеркала, приятно пахнет духами, звучит тихая музыка. Дорогое здание. Квартира 16-Д. Он нажал кнопку шестнадцатого этажа и затаил дыхание, не веря в то, что они поднимутся. Но лифт пошел. Он крепко сжал руку девушки. Лифт остановился на шестом. Вошел робот. Еще один сверхрациональный урод с мозговой коробкой, выставленной напоказ. Сначала робот не обращал на них никакого внимания, но на пятнадцатом вошла женщина, и Маргарет принялась рекламировать свой товар.

— Самое главное и личное для вас — это ваша подпись. Разве не так?

А он заладил свое:

— Вас мучает жажда?

Робот сразу же обернулся и уставился на них. Двери закрылись, они поднялись на шестнадцатый этаж, где все трое — он, Маргарет и робот — вышли, оставив женщину в лифте. Холл выглядел классно. На полу великолепный плисовый ковер. На стенах бронзовые светильники. Причем горели только три из них.

— Что вы делаете здесь, наверху? — обратился к ним робот. — И что у вас в сумке?

Сжимая сумку в руках, он ответил:

— Ничего особенного. Мои личные вещи.