Магелланы с берегов Неженки

Я рассказал вам об исключительном случае в жизни леса. Но ведь вы стали теперь лесоводами, должны знать, что лесу нужна ваша помощь.

Семен Аркадьевич передал по рядам коробки, в которых оказалась настоящая коллекция бабочек, жуков и мух, и рассказал ребятам о том, как они должны в своем школьном лесничестве ухаживать за деревьями.

— Прежде всего надо провести прочистку и прореживание, санитарную рубку, и все это своими руками, — сказал Семен Аркадьевич. — А защитить лес от насекомых-вредителей вам помогут птицы и муравьи. Чем больше в вашем лесничестве будет птичьих домиков, дуплянок и других искусственных гнезд, чем больше муравейников вы расселите в своем лесу, тем надежнее он будет защищен от вредителей.

Вы только сосчитайте, сколько самых разных птиц гнездится в дуплах. Это синица и поползень, горихвостка и стриж, пищуха и самый уважаемый лесной доктор — дятел. И для каждой из них вы должны сделать домик, и не один, а сотни по всему лесничеству.

Все, о чем я рассказал, вы проделаете сами. И я, конечно, вам помогу в этом, а также Василий Егорович. Но и ваша помощь мне будет нужна. Ведь вспышка снежного шютте обнаружена на вырубке вашего лесничества. И бороться с этой болезнью сеянцев нам придется вместе. Когда сойдет снег, мы будем спасать пораженные деревца. Тут уж без вашей помощи мне не обойтись.

7

Войдя на кухню и притворив за собой дверь, Сашка бросил сумку с книгами на первый попавшийся стул. Повесив пальто и, как всегда, забыв помыть руки, он принялся греметь кастрюлями.

Сашка знал, что стоит погромче хлопнуть крышкой кастрюли, как сразу же на кухне появляется мама, и вскоре перед ним стоит дымящаяся тарелка со щами.

Но на этот раз, как Сашка ни громыхал посудой, на кухне никто не появлялся.

— Пашка! — громко позвал он. — Ты обедал?

Ответа не послышалось. «Значит, не пришел еще», — подумал Сашка и присел к столу.

— А сам ты налить себе не можешь? — раздался вдруг голос отца.

Он стоял в дверях комнаты и хитро улыбался.

Сашка и забыл вовсе, что у бригады лесорубов, где работает отец, в этом месяце выходные по понедельникам.

Братья Тергуевы любили, когда у отца выходной. В такие дни они обязательно мастерили с отцом что-нибудь.

В прошлую зиму к старой бензопиле «Дружба» отец пристроил большой пропеллер, а потом они втроем сделали аэросани. И даже катались на них по поселку. Ну и смеху было, когда они на своем грохочущем чудище промчались тогда по главной улице Ташкан.

А нынче не получается у братьев Тергуевых с отцом. У них выходной — воскресенье, а у отца — любой другой день недели.

Колючие смешинки, застрявшие в уголках отцовских глаз, ярче слов говорили о том, что отец давно наблюдает за всем, что происходит на кухне.

— Конечно могу! — и недовольная гримаса, с которой Сашка исследовал кастрюли, мигом исчезла с его лица. Он кинулся было к шкафчику за поварешкой, но отец остановил его.

— А где должна висеть сумка с пятерками?

— На гвозде! — отчеканил Сашка и повесил сумку на место.

— Ну, а если еще и руки помоем, у нас будет полный порядок.

Каждый веселый укор отца заставлял Сашку выполнять то, чего он совсем не собирался делать.

Когда Сашка налил себе суп, нарезал хлеб и сел за стол, отец устроился рядом на табуретке.

— Интересно бы узнать, почему ты так неласково обошелся со своим багажом знаний?

Отец частенько задавал сыновьям такие вопросы, которые порой сбивали их с толку.

— Какой багаж, никакого багажа я не видел. Это, наверно, Пашка… — начал было оправдываться Сашка.

— Я говорю о твоей сумке, И Павлик тут вовсе ни при чем, — пояснил отец.

— А-а-а, — протянул Сашка. — Да ну их…

— Давай-ка выкладывай все начистоту, — сказал отец. — Что-то мне не ясно, чем тебе ребята не угодили.

И хотя Сашке не очень хотелось вновь перелистывать эту печальную страницу своей биографии, рассказать все-таки пришлось.

Минувшая неделя для пятого «А» была полна такими драматическими событиями, что Сашке и рассказывать об этом не хотелось. Но поскольку его роль в этой истории была не последней, то он решил поведать обо всем отцу. А произошло вот что:

Олави Лесонен задачки про яблоки или про путешественников решал не хуже других. Но как только в пятом «А» начались задачи про бассейны с трубами, тут все и пошло. Никак Олави не мог взять в толк: почему, когда вода вытекает через две трубы, а втекает только через одну, бассейн даже не пустеет, а наоборот — наполняется.

— Так не бывает, — говорил Олави. — Ведь через две трубы воды выльется больше, чем через одну!

И уж если задавали задачу на бассейны и трубы, каждый в классе с тревогой ждал, какую оценку получит Олави. Но выше двойки он так и не смог подняться. И нельзя сказать, чтобы он не старался.

В общем, сколько раз в пятом «А» решали задачи про бассейны, столько двоек появилось у Олави в дневнике.

— А вы-то куда смотрели? Почему не помогли парню? — спросил отец. — Ведь трудно ему на первых порах приходится. И это называется друзья-однокашники.

— Да мы… — начал было оправдываться Сашка, на ничего не придумав в свое оправдание, вспомнил о Рюхине. — Олави с Венькой Рюхиным дружить начал, а тот в шестом второй год сидит. Мы думали, Венька поможет. Ему эти задачи — пустяк.

— Ой-ой-ой, голубчик, — протянул отец. — Как-то ты живешь непонятно. Одно за тебя делает мама, другое Павлик, а когда дело тебя самого касается, так ты в сторону.

Сашка прекрасно понимал, о чем отец ведет речь, В душе ему было страшно стыдно, но виду он не подавал, Наоборот, последние слова отца будто придали ему силы.

— Да я еще не все рассказал, ты слушай. Когда дело зашло слишком далеко, собрался совет нашего отряда и председатель совета Нютка Петрова сказала:

— Лесонена обсуждать мы не будем. У него, кроме арифметики, по всем предметам благополучно. Он сознательный. А что трубы в голове у человека не укладываются, так мы ему должны помочь. Я предлагаю прикрепить к Олави сильного ученика, например Сашу Тергуева. Меня, значит.

— Молодец, девочка! Раз ты сам не догадался товарищу помочь, тебе и надо это поручить. Правильно! — сказал отец.

— Может, и правильно, — продолжал Сашка. — А я всё-таки удивился, почему именно меня, ведь есть же в нашем классе ребята и посильнее, кто еще лучше решает задачи.

— И отказался?

— Ну что ты! Во-первых, на совете отряда неудобно отказываться, а во-вторых, Олави живет недалеко, и мне ничего не стоит сбегать к нему домой.

— Верно решил, — похвалил отец. — Ну, а что же было дальше?

— В тот же день Лидия Ивановна задала на дом две задачки про бассейны. После уроков я сразу спросил Олави: «У нас будем решать или к тебе прийти?»

— Можно и ко мне. Только знаешь что, — говорит он, — я попробую сам решить эти задачи, а потом к тебе приду, и мы сверим ответы. Ладно?

«Отчего не попробовать, — думаю я, — лишь бы человек научился решать».

Так и сделали.

Днем я быстро решил задачки, выучил все остальные уроки и только собрался идти к Олави, как он сам заявился.

— Ну как? — спрашиваю. — Решил?

— Ничего, — говорит, — не получилось.

— Ну, не горюй, — говорю я, — садись, сейчас мы быстренько разберемся…

Я достал свою тетрадку с решенными задачами и показываю Олави.

— Пиши, — говорю. — Сколько литров воды вытекает из первой трубы за пять часов? Сто литров — это за час, за пять — пятьсот. Умножь. Сколько проходит воды через вторую трубу за семь часов? В час — пятьдесят, за семь — триста пятьдесят. Записал?

И тут Олави вытаращил на меня глаза и говорит:

— Так не бывает. Почему это в одной трубе вода бежит быстрее в два раза, чем в другой? Что ж, по-твоему, один насос сломался? Да? Испорченный насос воду выкачивать не поставят. Раз воду качает, значит, исправный, Значит, тоже сто литров в час.

— Да какое тебе дело, — говорю, — испорченный-неиспорченный. Раз в задачнике написано, значит, так надо. Нарочно так придумали, понимаешь.

— А двойка? — не унимается Олави.

— Что двойка? — не сразу сообразил я.

— А то, что двойку мне за эту задачу поставят не нарочно, а на самом деле.

Тут уж я закипятился.

— Ты, — говорю ему, — не спорь, а пиши. Я головой ручаюсь за то, что ответ у меня правильный. Раз меня к тебе прикрепили, значит, слушай, что я говорю, и пиши.

В общем, пришлось ему со мной согласиться. Он переписал мои решения и ушел домой.

— Н-нда! — крякнул отец и провел ладонью по голове.

— На следующем уроке арифметики Лидия Ивановна вызвала Лесонена к доске и попросила решить задачу, которую на дом задавали.

Я сижу довольный, как на именинах. «Ну, думаю, сейчас-то Олави решит как надо. Пусть ребята сами увидят, что не напрасно меня к нему прикрепили».

А тот знай себе по доске мелом стучит. Вижу, записал решение первого действия, второго, третьего, четвертого.

— Теперь, Лесонен, объясни, что надо было узнать в каждом действии, — спрашивает Лидия Ивановна.

И тут Олави понес такую чушь, что я со стыда чуть не сгорел.

— Нам, — говорит, — надо узнать, почему поставили выкачивать из бассейна плохой насос. Из-за этого по третьей трубе столько воды в бассейн натекло, что, того и гляди, через край польется. А раз в задачнике про плохой насос ни слова, значит, нам в этом и надо разобраться.

Отец хохотал до слез.

— Вот это парень! — проговорил он, переводя дух. — Все ему подай в самой тонкости. А учительница что?

— Лидия Ивановна удивленно посмотрела на Олави и говорит: «Ну что ж, Лесонен, выходит, ты опять не понял смысла задачи. Придется поставить тебе двойку».

После этих слов отец посерьезнел, будто веселой минуты не было и в помине.

— Ох и грустную же ты мне историю рассказал. Я-то думал, что мой сын никогда не подведет товарища. А ты… Даже поручение и то не сумел выполнить как следует.

Сашка потупился. Невеселые мысли вновь вернулись к нему, и он продолжал:

— После уроков в нашем классе снова собрался совет отряда. Ребята ругали не Лесонена, а меня. Говорили, что я с поручением не справился. К Олави прикрепили саму Нютку Петрову, она отличница у нас. А меня открепили. За что? До сих пор понять не могу…

— А что тут понимать? — ответил отец. — Ты не задачи решать учил, а списывать. После твоей учебы парню еще переучиваться придется. Нет, поделом тебя «уволили». Ну ладно, пообедаешь, иди на улицу, а меня в контору вызывают. Павлик придет, так вы тут не бузите, чтобы мирно все было!

Сашка обрадовался тому, что отец не стал его корить. Он быстро собрал со стола посуду и, на ходу одевая куртку, выскочил во двор.

8

Отшумели новогодние утренники и вечера. Наступили каникулы. И сразу работа в лесничестве закипела: одни бригады по-прежнему собирали шишки, другие плотничали в столярной мастерской школы, изготовляя домики для птиц. Дело в том, что совет лесников решил в конце каникул провести День птиц.

Сначала все удивились, как это так: День птиц в середине зимы, в самые трескучие морозы. Ведь птичий праздник в школе всегда проводится весной. Но лесники объяснили ребятам, что лесничеству нужны сотни дуплянок. А когда же их делать, если не на каникулах, когда времени свободного хоть отбавляй. Многое можно успеть. Да к тому же дуплянки надо успеть развесить зимой, чтобы снег и ветер, а потом весенние дожди обмыли их и придали птичьим домикам такой вид, будто бы к ним никогда и не прикасались рубанок, сверло и стамеска. Так сказал лесникам на совете Виктор Петрович.

Прошло три дня, и в углу мастерской появилось десятка три дуплянок и птичьих домиков. Здесь были и сделанные из досок домики-ромбики для мухоловок, и выпиленные из дуплистых стволов синичники, и даже метровой длины чурбаки, полые изнутри, — для летучих мышей и сов. Первые такие домики ребята делали строго по чертежам и под наблюдением Виктора Петровича. Потом, глядя на готовые, начали смелее мастерить дуплянки.

Сразу после нового года ударили тридцатиградусные морозы. Вечерами тысячи звезд зябко мерцали в бездонной черноте неба. По ночам мороз потрескивал в стенах домов. А утром ленивое зимнее солнце кололо огненными копьями лучей пелену плывущего над Ташканами дыма.

Через неделю мороз сдал. На окрестных горках с утра до вечера звенели ребячьи голоса. Крутые бока горок в один день были разлинованы лыжами вдоль и поперек, украшены «елочками» и «лесенками». Мальчишки на лыжах играли в казаки-разбойники и носились по заснеженным холмам, забывая про усталость.

Однажды в полдень, когда добрая половина всех ташканских ребят каталась на лыжах, подъехал Саша Тергуев. Он остановился под горой и, раскручивая над головой лыжную палку, закричал:

— Эй, ребя, скорей сюда!

Мигом все склоны опустели. Мальчишки спустились под гору и плотным кольцом обступили Сашку.

— Читали? — без обиняков спросил Сашка.

— Что?

— Где? — наперебой начали спрашивать ребята, не понимая, о чем идет речь.

— О, так вы, значит, еще ничего не знаете? Возле школы вывешен сигнал дружины, завтра в десять общий сбор.

— А куда?

— Опять за шишками?

— Что там еще написано?

— Да я и сам толком ничего не понял, — выпалил Сашка. — Айда в школу!