Помоги проекту - поделись книгой:
— Нет, нас во время аварии развернуло, — Галка, заметно нервничая, покрутила пуговицу на своем блузоне. — Мы в Боровлянку едем.
— Извините… — Я дернула его за рубашку, заставляя обернуться, — как вас, кажется, Петр? Спасибо, что помогли, но нам пора!
— Ну, пора так пора! — Пожав плечами, мужчина прошагал к своей машине, забросил на заднее сидение инструменты и, не спеша усесться за руль, предложил: — А может, я вас провожу? Ну, в смысле, мне тоже в ту сторону.
— Дорога прямая, указатели стоят, сами доедем! — фыркнула я, забираясь в джип.
— Петр… э-э… спасибо, что помогли. — Галина кинула на меня выразительный взгляд. Ой, чувствую, нотации мне сегодня обеспечены! — Но, действительно, не стоит беспокоиться. Мы не заблудимся. Кстати, а вы сами из Боровлянки?
— Ну, почти… — уклонился от ответа наш новый знакомый, и на его приятном лице вновь засияла приветливая улыбка. Уж очень он положительный… — А вы в Боровлянку надолго?
— На всю жизнь! — Не выдержала я. — Мы, что, похожи на добровольных переселенцев?
— Лиза!
— А что — Лиза? Завезла в какие-то дебри! Еще и лясы точит с местным трактористом! А то, что до деревни еще семь верст лесом, и то, что сестра голодная, — тебе на это наплевать!
Все! Меня понесло, и остановить не мог даже предстоящий нагоняй.
— Судя по количеству вещей, вы действительно похожи на переселенцев, — усмехнулся Петр. И не удержался от вопроса: — А почему ты решила, что я тракторист?
— Ну, фермер-животновод или ветеринар-технолог, какая разница? А кто, простите, в деревне еще обитать может?
— Ну… — мужчина всерьез задумался, — позвольте с вами не согласиться. Я — военный, а по совместительству исследователь. Уфолог. — Он развел руками. — Так уж сложилось.
— Кто?! Ой, не смешите меня! В этой деревне разводят летающие тарелки?
— Так, Лиза! Все! — резко одернула меня сестра и многообещающе показала мне кулак. Затем виновато улыбнулась нашему спасителю: — Извините нас, Лиза просто нервничает. Нам ведь еще добраться надо. Место незнакомое…
— А зачем вам в Боровлянку?
— Мы отдыхать едем. Там у одного моего клиента мать живет, вот он нас и пригласил.
— Ясно, — Петр снова заулыбался, — отдыхать — это правильно! Места там красивые! Лес шикарный — у деревни все больше березок, дубов, а дальше, за речкой Чертовкой, бор начинается. Там как раз наша база стоит. Уже давно хотели объект перенести ближе к городу, да только случай один произошел лет пять назад. Вот нас и оставили, после того, как в лесу…
— Очень люблю сказки, — невежливо перебила я, чувствуя, как во мне закипает злость. Прицепился, как репей… — Только на сытый желудок и, желательно, у камина. Так что, извините, что я опять вмешиваюсь, но нам еще до той деревни добраться надо и бабулю найти!
— Да, действительно, Петр, нам пора. — Галина с видимой неохотой взялась за ручку машины. — Может, еще как-нибудь увидимся? Тем более, если вы где-то там недалеко живете…
— Конечно, увидимся! Я вас на рыбалку свожу! На ночную. И за грибами. — Мужчина не двинулся с места. — Там у нас лесник есть. Нелюди-и-и-мый — жуть! Но все места грибные знает. А еще он как-то мне рассказывал, что видел единорогов. Представляете, девчонки, какие у нас места?
— Ха, после самогонки?! Еще хорошо, что ему динозавры на водопое не померещились, — беззастенчиво фыркнула я, едва сдерживая смех.
Не, ну враль! Хотя, может, у них там база радиоактивная? Тогда единороги не самое страшное, что может привидеться местному леснику!
— Поедем мы, — Галина решительно захлопнула дверцу и плюхнулась на сиденье. — До встречи, и еще раз спасибо!
— Галя, — Петр, словно что-то вспомнив, обогнул машину и заглянул в окно, — а как зовут вашу хозяйку, у которой вы жить будете?
— Репонова Ольга Николаевна, — сестра снова нервно затеребила пуговку. — Вы знаете ее?
— А может, на «ты»?
У-у-у, да когда же все это закончится!
Я демонстративно пару раз посигналила, заставив парочку вздрогнуть.
— Галь, еще пару минут расшаркиваний, и я автостопом возвращаюсь в город!
— А? Да-да! Уже едем! — Галина кинула на меня грозный взгляд и, неохотно заводя машину, вновь спросила: — Так ты ее знаешь?
Петр отступил на шаг и беззаботно махнул рукой:
— Не знаю, но найду! Кстати, езжайте за мной. Дорога на базу идет как раз через Боровлянку, так что я вас заодно и провожу!
— Это было бы неплохо! — Снова расцвела Галина, дождалась, когда он сядет в свою машину, и неторопливо тронулась за ним.
Некоторое время мы ехали молча.
Первой не выдержала я:
— Галь, я тебя не узнаю! Вроде довольно серьезная бизнесвумен, а вела себя с ним, как пятнадцатилетняя девчонка!
Сестра кинула на меня быстрый взгляд и вместо предполагаемой нотации вдруг улыбнулась:
— Знаешь, Лиз, иногда так хочется побыть пятнадцатилетней девчонкой, а не серьезной бизнесвумен. — И тут же нахмурилась: — А вот твое поведение вообще не поддается объяснению! Человек помог, проявил сознательность, а ты? Мало того, что обхамила, так еще и вела себя… даже стыдно за тебя!
— Просто… — я запнулась, подбирая слова, — он чужой, Галь.
— Возможно… — Галина уставилась на серебристую тойоту, шустро катившую впереди нас. — Возможно, ты права! Только чужой иногда так просто может стать своим, а свой — чужим.
Не решаясь продолжить разговор, я молча откинулась на спинку кресла, не сводя глаз со стелющейся перед нами трассы.
Нет, признаться ей, что этот мужчина мне чем-то напомнил "папу Сашу", я не смогу. Зачем бередить раны?
Так, в молчании, мы проехали еще полчаса, пока впереди не замаячил указатель с выцветшими от времени синими буквами:
БОРОВЛЯНКА — 500 м
Вскоре, разделенные неширокими перелесками, с обеих сторон трассы замелькали деревенские угодья. А еще через некоторое время, словно встречая нас, вдоль дороги выстроились небольшие домики. После стали попадаться даже и двухэтажные дома.
Дорога круто вильнула и вывела нас на небольшую площадь, окруженную тройкой магазинов и парочкой каких-то муниципальных зданий. Что-то вроде школы и больницы.
Галина, подрулив к одному такому зданию, лихо затормозила, а наш новый знакомый чуть сбавил скорость, мигнул на прощание фарами, но останавливаться не стал. Пересек площадь и скрылся за следующим поворотом.
Ну и хорошо!
Едва заметно вздохнув, сестра обернулась ко мне:
— Посиди пока в машине, а я зайду в магазин, может, разузнаю что о нашей бабульке… да и куплю чего-нибудь. Неудобно как-то с пустыми руками…
— Я пойду с тобой — надо же ознакомиться с местным ассортиментом! Да и минералку я, надеюсь, заслужила?
Выбравшись из машины, мы настороженно огляделись. Естественно, наш приезд не оказался незамеченным. Сидевшие неподалеку на хлипких ящиках две женщины отерли от дорожной пыли пузатые банки с молоком и какими-то соленьями и призывно заулыбались.
Неподалеку, возле поеденного ржавчиной уазика и ярко-красного москвичонка, о чем-то оживленно переговаривались трое мужчин, сдабривая речь виртуозным матом. Скользнув по нам равнодушным взглядом, они внимательно уставились на джип и заинтересованно зашушукались.
— Хм, контингент тут…. - негромко протянула я, изучая не вызывающие доверия лица мужиков, заросшие недельной щетиной. Н-да, похоже, экстремальный отдых, к которому так рвалась сестренка, начался!
Одеты аборигены были соответствующе. Выцветшие кепки, линялые, в жутких пятнах, футболки, заправленные в вытянутые на коленках трико. Хотя вру! На одном были широкие, до колен, шорты, а на его голой загорелой груди красовалась татуировка в виде огромной кружки пенистого пива и двух перекрещенных рыбин.
— Слушай, а эти парниши, пока мы ходить будем, машину не угонят? — шепнула я сестре, предостерегающе указав на троицу глазами. — Уж больно они ею заинтересовались!
— Лиз, не смеши меня! — Сестра выудила из глубин машины сумочку и, закинув на плечо, пискнула брелком, ставя нашего железного коня на сигнализацию. — Они потому и смотрят на нее, что хотят подзаработать. Видишь, у одного инструменты в руке? Они, наверное, и есть те мужики, о которых нам говорил Петр.
— Слава богу, обошлись без их помощи, — чуть успокоившись, хмыкнула я.
— А вообще, если боишься, оставайся в машине. Нужно интуиции своей доверять! — подмигнула сестра и, кинув мне брелок, решительно направились к гостеприимно открытым дверям самого дальнего, выкрашенного желтой краской павильона с красноречивой надписью «Пиво-водка».
Я еще раз покосилась на мужчин и, понадеявшись на надежность сигнализации, бросилась следом за Галкой.
Войдя в прохладный полумрак, я невольно остановилась, с брезгливым любопытством разглядывая пару холодильников-витрин. Что и говорить, разбаловал меня город, да и финансовые возможности сестренки.
Между тем она, словно не замечая убогости магазина, решительно направилась к скучающей за прилавком необъятной тетеньке в грязно-белом халате и решительно потребовала:
— Две бутылки «Бейлиса».
— Чо? — Продавщица смерила ее взглядом потревоженной королевы и уточнила: — Водки, что ль?
— Ликер. Или что-нибудь из коктейлей.
— Не, коктейли не мешаю. Бери пшеничную. Тока вчера привезли!
Галина грустно покосилась на меня и перевела взгляд на тетку.
— А вино есть? Мне для подарка нужно.
— Есть! — обрадовано закивала та, услышав знакомое слово. — Тридцать шесть рублей. Портвейн "Три семерки".
— Н-да. С таким ассортиментом или вообще бросишь пить, или сопьешься за месяц! — бросила сестра. Жаль, недостаточно тихо.
Продавщица обиженно поджала губы, словно мы только что обхаяли вино пятидесятилетней выдержки, и недовольно процедила:
— Так бы и сказали, что вам чего поэлитнее! — Она шагнула к витрине и, сцапав из длинного ряда бутылку, поставила ее перед нами. — Вот! Портвейн «Анапа».
Едва сдерживая смех, мы с Галиной переглянулись.
— Боюсь, с таким подарком нас и на порог-то не пустят! — Вежливо, но решительно сестра облекла в слова наш отказ и безнадежно поинтересовалась: — А может, пиво есть?
— Есть, — недовольно процедила продавщица и кивнула куда-то позади себя. — «Балтика».
— О, хоть что-то! — одобрила я.
— Так, значит, вино не берете? — Тетка нерешительно взялась за горлышко бутылки и, глядя на наши синхронные покачивания головой, пожала плечами: — Ну, как хотите! Хотя по мне так лучше водку. Баловство одно все эти пива да вина! Скока?
— Пару бутылочек! — решила Галина. — И еще чего-нибудь съестного.
— Выбирайте, — оживилась толстуха, кивнув на слабоосвещенные витрины холодильников.
— Хм… — Я с ужасом уставилась на ряд серо-коричневых палок колбасы, судя по всему, изготовленной еще при Брежневе. — А у вас есть что-нибудь… ммм… свежее?
— Все свежее! — обиженно вскинулась продавщица, словно она еще сегодня утром видела то парнокопытное, из которого и навертели эти деликатесы. — В начале недели привозили!
— Угу, знать бы еще какой! — засомневалась я.
— А может, мы лучше сыр возьмем? — Галина неуверенно бросила на меня взгляд.
— Ага, вон один кусок лежит. С плесенью! Как раз, как ты любишь!
— Ммм, а йогурт у вас есть?
— Да был какой-то, щас поищу! — Продавщица скрылась под прилавком, а я дернула Галину за рукав.
— Пошли отсюда! Что-то не внушает мне доверия этот магазин.
— Да, боюсь ты права. Только за пиво заплачу.
— Вот! — Продавщица вновь появилась из-под прилавка, услужливо высыпая на прилавок три помятых баночки.
— Э-э, давайте остановимся пока на пиве, — вежливо улыбнулась сестра, подавая сотенную купюру, которая тут же скрылась в бездонном кармане толстухи, и предупредительно махнула рукой: — Сдачи не надо.
Хотя, как мне показалось, продавщица даже не вспомнила о таком недоразумении, как сдача.
Вдруг сзади послышался шум, и в магазин ввалились, отчаянно ругаясь, две пенсионного возраста женщины.
— И не надо врать, Петровна! Это твой внучок попер у меня двух курочек, а потом одну обменял на водку у Зинки продавщицы, а одну с тобой же под закусь и пустил!
— Что ты на нас наговариваешь? Да мой Гришка чужого сроду не возьмет!
— Ага, тока пропьет и сожрет! Ну, имей в виду, скоро мой Игоречек приедет, он твоему Гришке без наркоза все зубы удалит!
— А не пойман — не вор!
— Ах ты, ведьма! Вот как, значит, заговорила? Ну, мы у Зинки щас все и вызнаем! Эй, Зинок! — Распихав нас в разные стороны, к заметно притихшей продавщице, таща за руку низенькую толстую бабульку, не смотря на жару, одетую в драповое пальто, грозно протопала чуть полноватая, довольно приятной наружности женщина лет шестидесяти. В джинсах и светлой футболке. Бабушкой, при всем желании, назвать ее язык не поворачивался. — Ну-ка, быстро говори, вчера ее внуку Гришке-алкашу пузырь на бройлера меняла? И учти, у меня есть свидетели! А соврешь — пойдешь как соучастница преступления! Вот только Игорь мой приедет, а он знаешь кто?
Продавщица покосилась на сопевшую рядом Петровну и молча помотала головой.
Поделиться книгой: