Глаз Охотника

Пленников тем временем загнали в мечеть. За ними последовали и валги. Лошадей и верблюдов заперли в загоне, и рюкки принялись разбирать награбленное добро и сносить его в одно из строений.

Гхулк запер коня Хель в дальнем угловом здании, а сам тоже прошел в мечеть.

Ворота заперли, а спустя некоторое время снова отворили, и наружу вышел новый отряд нечисти. Рюпты прошли по дороге вниз и спустились в ущелье, взяв курс на север.

— Я насчитал двенадцать, — сообщил Гвилли. — Наверное, пошли навстречу остальным.

— А валги остались в мечети, — сказала Фэрил.

Через час к варорцам присоединилась Риата.

— Гвилли, ты что здесь делаешь? Ты должен давно спать, — возмутилась эльфийка.

— Я не могу, Риата, — оправдывался баккан.

Дамна передала даре синий талисман и рассказала ей обо всем, что произошло за время ее вахты.

Риата задумчиво сказала:

— Так вот почему они трубили в рог…

— Ты слышала? — Гвилли не мог сдержать улыбки. — Значит, ты тоже не спала.

— Как и все остальные. Они отдыхают, но не спят, — проговорила эльфийка. — Но вы идите, — спохватилась она тут же. — Сколько вы здесь ни высиживайте, завтра от этого быстрее не наступит.

Варорцы подчинились. Вернувшись в лагерь, они увидели, что их друзья сидят на земле и дремлют: Араван, как и все эльфы, дремал с открытыми глазами, а Урус — с закрытыми.

Гвилли и Фэрил расстелили одеяла и приготовились достойно встретить бессонницу…

…Однако через несколько мгновений, как им показалось, Риата уже их разбудила. Начинало рассветать, и солнце озарило вершины гор.

Они напоили и покормили лошадей и только затем перекусили сами. Сердце Гвилли бешено колотилось в груди, и баккану было совершенно не до еды. Он через силу запихал в себя маленький сухарик, но тут Урус, который заметил это, наставительно произнес:

— Настоящий воин перед решающей битвой должен есть как можно больше.

И Гвилли не оставалось ничего другого, как последовать совету Медведя. Без всякого аппетита он принялся жевать сухари.

— Валги все еще в мечети? — спросила Фэрил.

— За время моего дежурства и дежурства Уруса оттуда никто не выходил.

Гвилли нервно присвистнул:

— Значит, мечеть кишмя кишит ночным отродьем: рюкками, хлоками, валгами, а еще туда вошел гхулк.

— Да, ты прав, — согласилась Риата. — Но не забывайте: наша цель — найти Стоука, убить его и выбраться из его логова живыми, а не уничтожить как можно больше рюптов. Их союз без барона и так распадется.

Араван оторвался от еды:

— Если Стоук — тот желтоглазый человек, которого я ищу, вполне возможно, что Рассветный меч тоже где-то поблизости и я смогу вернуть его.

— Я помогу тебе, — пообещал Урус.

Остальные тоже выразили готовность посодействовать эльфу в благом деле.

— Но до этого еще нужно дожить, — вздохнул Араван.

— А что с пленниками? — тревожно спросила Фэрил. — Не бросим же мы их на растерзание этой нечисти?

— Если они еще живы — в чем я лично очень сомневаюсь, — мы освободим их, — отозвался Урус.

— Солнце встает, — проговорила Риата. — Пора.

Друзья вывели лошадей из каменного лабиринта и прошли вместе с ними до тропинки, где можно было ехать верхом, не опасаясь за животных. Здесь наши герои оседлали скакунов и стали осторожно спускаться по каменистому склону. Доехав до прямой дороги, они повернули на восток, взяв курс на Красную мечеть, возвышавшуюся над крепостными стенами.

Гвилли с замиранием сердца следил за тем, как неумолимо приближалась к ним красная громада.

— Риата, отчего у меня сердце так колотится? Ведь я долго готовился к этому дню, а теперь такое ощущение, будто я не готов, — спросил у эльфийки баккан.

Дара улыбнулась и отвечала:

— У нас у всех сердца бьются сильно-сильно. Не беспокойся: когда наступит время решительных действий, от твоего страха и следа не останется и тут ты вспомнишь все, чему так долго учился.

— Надеюсь, так и будет, Риата, очень надеюсь, — прошептал баккан.

Наконец они достигли наглухо запертых ворот. Урусу не составило особого труда при помощи веревки перелезть во двор и открыть тяжелый засов. Дверь заскрипела на несмазанных петлях, и правая половина ворот распахнулась.

Араван приложил палец к губам:

— Неважно, что сейчас день: часть ночного народа из свиты Стоука может стоять на страже внутри здания. Постарайтесь как можно меньше шуметь.

Друзья с оружием наготове прошли во двор, провели за собой лошадей и привязали их к железным кольцам, вбитым в нижнюю часть крепостной стены.

Теперь они могли хорошенько разглядеть саму мечеть. По всему фасаду в три яруса тянулись крытые галереи. В центре здания имелась арка, в проеме которой скрывалась гигантская бронзовая дверь. Подойдя к этой двери, друзья увидели прорезанные в ней узкие бойницы.

Урус дернул дверь, но она не поддалась.

— Закрыта на засов изнутри.

— Окна предохраняют металлические ставни и решетки, — сообщил Араван, успевший хорошенько оглядеться вокруг.

Друзья нашли лестницы, ведущие на галереи, но окна, выходившие на них, были наглухо заперты.

Они обошли мечеть кругом, пытаясь попасть внутрь через все возможные двери, окна и бойницы, но обнаружили, что она и вправду абсолютно неприступна.

Солнце уже поднялось высоко над горами, но мечеть все еще окутывала тень, которая должна была отступить лишь к полудню.

И снова друзья вернулись к фасаду здания. Фэрил начинала нервничать:

— Ну должен же быть какой-то вход. Постойте, а что если Медведь выломает решетку?

— Нет, — покачал головой Урус. — Медведь, как выяснилось недавно, абсолютно неуправляемое животное и производит слишком много шума. А нам пока что нужно вести себя очень тихо, как справедливо заметил Араван.

И тут заговорил Гвилли:

— Послушайте, ведь мы видели Стоука в минарете, и он потом исчез где-то внизу, но из башни так и не вышел. Значит… значит, должен быть подземный переход.

Фэрил захлопала в ладоши:

— Дай я тебя поцелую, умница мой!

Друзья быстро пересекли двор и подошли к минарету. Вход в башню преграждала хоть и небольшая, но весьма солидная бронзовая дверь.

Минарет опоясывали два яруса балконов.

— Тридцать футов до одного, тридцать до другого и еще тридцать — до кровли, — прикинул Урус.

Не долго думая, он вытащил веревку и, приладив к ней кошку, сказал, обращаясь к остальным:

— Отойдите, а то вдруг я промахнусь.

Медведь не промахнулся. За считанные секунды он вскарабкался на первый балкон, а затем, обнаружив, что все двери там закрыты, перебрался на второй, а с него — на верхнюю площадку. Там он на мгновение исчез куда-то, затем снова появился, махнул друзьям рукой и вновь исчез уже на несколько минут, показавшихся ожидающим его бесконечно долгими. Вскоре, однако, бронзовая дверь внизу заскрипела и распахнулась, и из нее вышел улыбающийся Урус.

— Ход вниз действительно есть, и он открыт. Но нам понадобятся фонари.

Араван с Фэрил сбегали к лошадям и принесли три фонаря. Было решено, что путь будут освещать Фэрил, Риата и Урус, поскольку Аравану и Гвилли для того, чтобы пользоваться своим оружием, необходимы были обе руки.

Чтобы не быть замеченными, друзья прикрыли фонари железными пластинами, специально предусмотренными для этой цели, и вошли в минарет. Наверх вела винтовая лестница, но наши герои спустились через темное отверстие и начали пробираться по лестнице, уводившей вниз, в сторону мечети. Урус шел первым, за ним следовали Риата, Гвилли, Фэрил и Араван, замыкавший шествие.

Чтобы отвлечь себя от невеселых мыслей, Гвилли принялся считать шаги. Тридцать шагов вниз — и друзья оказались перед огромной решеткой, преграждавшей проход. Острые зубья упирались в стену, полоток и пол, и нигде не видно было никаких щелей. За решеткой виден был коридор, уходивший дальше в сторону мечети, а в некотором отдалении виднелось что-то вроде лебедки, которая должна была приводить это заграждение в действие. Урус и Араван попытались поднять решетку, но безуспешно.

— Как же она открывается? — недоуменно спросила Фэрил.

Риата показала на рычаг позади лебедки:

— Если сдвинуть рычаг, решетку можно будет поднять.

Фэрил прислонилась лицом к холодным прутьям и вздохнула:

— Вот если бы чуть-чуть раздвинуть прутья, я или Гвилли смогли бы пролезть внутрь.

— Нужен лом, — пожала плечами Риата.

— А может, отломать планку побольше да потяжелее от ограждения загона для скота, который попался нам на пути, когда мы ходили вокруг мечети? — предложил Гвилли.

Спустя несколько минут Урус и Араван приволокли доску. Вставив ее между прутьями посредине решетки, где та должна была поддаться легче всего, друзья поднажали, и прутья немного раздвинулись, но конец доски уперся в стену, и больше ничего сделать было нельзя.

— Попробуй-ка теперь, — сказал Урус, приподнимая Гвилли к получившемуся отверстию, но все старания его были напрасны: голова баккана не пролезала.

Тогда к Урусу подошла Фэрил.

— Дайте я попробую, — проговорила дамна, скидывая плащ и ремни с кинжалами и ножами.

Урус подсадил ее, и дамна, постанывая от боли, протиснулась сквозь маленькое отверстие и оказалась по ту сторону решетки.

Гвилли перепугался еще сильнее: ведь его дамми теперь была внутри, а он оставался вместе со всеми снаружи, и, приди сейчас враг, они ничем не смогут ей помочь… Гвилли гнал эти страшные мысли прочь, но его буквально трясло от ужаса.

Риата передала Фэрил ее оружие, и дамна стремглав бросилась к рычагу. Не без труда удалось ей сдвинуть его с места.

Теперь настала очередь Уруса действовать. Он взялся за низ решетки, поднатужился и приподнял ее. Друзья пролезли внутрь. Гвилли кинулся к Фэрил, а Араван к лебедке, пытаясь привести ее в движение, однако она сразу же издала такой пронзительный скрип, что эльфу пришлось оставить свою затею. Все вместе они при помощи той же доски приподняли решетку, и Урус пролез под ней.

Фэрил застегнула ремни и накинула плащ, и они, ступая как можно тише, двинулись вперед по коридору.

Вдали послышался какой-то шум, и друзья смогли различить отдаленное эхо голосов, а вскоре раздался звук шагов, и впереди замаячили отблески факелов. Наши герои спрятали фонари под плащами и затаились, прижавшись к стенам.

По поперечному коридору, который находился прямо перед ними, прошел отряд ночного народа, освещая себе путь факелами. Гвилли прикрыл глаза, чтобы их блеск ненароком не выдал их.

Постепенно звуки шагов замерли в отдалении, и Гвилли глубоко вздохнул, только сейчас заметив, что все это время сдерживал дыхание.

— Пошли, — прошептал Урус, и друзья двинулись вперед, освещая себе путь прикрытыми фонарями.

Вскоре они подошли к месту, откуда коридоры разбегались в разные стороны. По подсчетам Гвилли, до мечети оставалось около двухсот пятидесяти футов, но наверняка он не смог бы сказать. Гул голосов доносился со всех сторон.

— Сейчас мы, должно быть, в подвалах мечети, — сказала Риата. — Коридор, уходящий направо, ведет, наверное, к передней части здания, налево — к северной его части, а прямо перед нами проход в главный зал, расположенный под самым куполом.

— Скорее всего там-то и засел Стоук со своей свитой, — прошептал Урус.

Риата согласно кивнула.

Оглянувшись по сторонам, друзья по одному быстро преодолели открытую площадку и снова двинулись вперед по узкому проходу. Вскоре они подошли к лестнице, которая вела наверх к запертой двери. Тридцать две ступеньки — и они у двери.

Позади снова раздался звук шагов, и опять друзья притаились, спрятав фонари в складках плащей. Внизу по коридору прошел еще один отряд неприятеля.

Когда все стихло, Урус повернул кольцо на двери, и она отворилась, тихонько заскрипев.

Изнутри донесся гул голосов, и стал виден свет факелов. Урус заглянул за дверь и вошел, а за ним и все остальные.

Друзья оказались в главном помещении мечети. Высоко над их головами виднелся купол. В центре зала стояло возвышение, освещаемое колеблющимся пламенем факелов. Кроме этого помоста и алтаря, света больше нигде не было, и весь зал тонул в полумраке.

Это было огромное квадратное помещение, в длину и ширину около ста пятидесяти футов, лишенное какого бы то ни было убранства. По всем сторонам зала тянулись арочные проемы, и, посовещавшись, друзья решили, что с другой стороны молитвенного зала должна располагаться ризница, где вполне мог прятаться Стоук. Туда они и направились, скользя неслышно вдоль стены.

В зале раздавалось эхо шагов и голосов рюптов, и стоило друзьям достичь первого бокового прохода, как из темноты прямо на них двинулась гигантская неуклюжая фигура не меньше четырнадцати футов в высоту. Выглядел враг как рюкк-переросток, но это был никакой не рюкк, а великан огрутх.

— Тролль! — закричала Риата.

На физиономии гиганта отразилось изумление, а потом гнев. Он дико зарычал и кинулся на Уруса, раскинув длинные руки.