Помоги проекту - поделись книгой:
Воспользовавшись тем, что луна снова скрылась за облаками, Риата резко потянула веревку и затащила ее в свое укрытие. «Пусть теперь эта нечисть попробует меня обнаружить в одной из своих нор!» — с удовольствием подумала эльфийка.
Хорошенько закутавшись в эльфийский плащ, прикрыв шарфом лицо и оставив только маленькую щелочку для глаз, Риата осторожно высунулась из-под прикрытия скалы и стала с тайным злорадством наблюдать, как рюпты мечутся в поисках неведомо куда ускользнувшей добычи. «Видимо, им не приходилось раньше охотиться за лисами, — во всяком случае, такой хитрой лисицы им явно не попадалось!» — решила Риата и улыбнулась.
Но веселье ее тут же омрачилось тревогой: рюпты, побегав кругами, могли обнаружить следы Фэрил, пуститься за ней в погоню и пробраться к монастырю.
Стараясь развеять дурное предчувствие, Риата решила осмотреть свое убежище. Это была небольшая пещерка, футов пяти в высоту и около двадцати в глубину. Ширина входного отверстия составляла около восьми футов. Риата вздохнула и вернулась на свой наблюдательный пункт.
Под утро, часа за два перед рассветом, пятеро из одиннадцати охотников вернулись в свое логово, но на этот раз без добычи. Без ужина валги все же не остались: они притащили с собой тела убитых сородичей и с удовольствием разодрали их на куски.
Снова несколько раз на противоположной отвесной стене мелькал неясный зловещий силуэт.
Примерно через час после возвращения охотников и остальная нечисть стала стягиваться на площадку и потихоньку разбредаться по своим норам. Число рюкков и хлоков за прошедшие сутки не изменилось, а вот ряды валгов заметно поредели. В ущелье Риата насчитала всего пять. Двое погибли ночью, упав со скалы, а еще шестеро все еще пропадали где-то, так и не вернувшись с охоты.
«Хоть бы их рассвет застал на равнине, чтобы они спрятаться не успели», — подумала эльфийка, продолжая беспокоиться о том, как бы звери не обнаружили следы Фэрил.
Вскоре, впрочем, один валг возвратился в ущелье, поджимая покалеченную лапу и тихонько поскуливая. Он успел как раз вовремя, чтобы не сгореть дотла от лучей рассветного солнца, которое не замедлило появиться. Риата от всей души надеялась, что он единственный уцелел из неведомо куда подевавшихся охотников.
Дождавшись, когда совсем рассветет, дара вылезла из своего укрытия и поднялась на скалу. Наверху весь снег был испещрен следами валгов. Риата аккуратно, стараясь не оставлять новых следов, обследовала свой наблюдательный пункт и близлежащий лес. Ее самые худшие опасения подтвердились: валги побежали по той же дороге, которой прошлым утром ушла Фэрил.
Риата решила, что подождет еще сутки и, если друзья не придут, сама отправится в погоню за Стоуком.
Эльфийка, после всех злоключений этой ночи чувствуя себя совершенно разбитой, решила перекусить и пополнить запасы продовольствия и воды. Следуя по своим старым следам, она набрала шишек и развела костер. Перекусив и согревшись, она забросала угли снегом и тщательно замела следы сосновыми ветками. Затем дара вернулась в свое каменное убежище в миле к северу, решив немного передохнуть.
Ветер все так же сильно дул с юга, не предвещая ничего хорошего: вскоре опять мог подняться ураган.
Ближе к вечеру эльфийка неохотно отправилась назад, к своему наблюдательному пункту, по дороге не забывая издавать отрывистый крик куропатки. И вот, когда Риата уже подходила к площадке над логовом Стоука, она услышала ответный крик. С замирающим от счастья сердцем дара кинулась вперед.
Глава 19
ВСТРЕЧА
НАЧАЛО ВЕСНЫ, 5Э988
Пытаясь совладать с непроизвольно текущими слезами, Гвилли старался подбодрить вконец расклеившуюся Фэрил:
— Ну что ты плачешь, глупенькая! Ясно ведь, что Риата не даст себя в обиду.
Баккан и сам себе не очень-то верил, ведь он помнил, как тяжко дался им побег от рюптов три дня назад. Однако им тогда удалось перехитрить преследователей, значит, это возможно.
Урус внимательно изучал следы на снегу. Наконец он оторвался от них и озабоченно произнес:
— Следы запутаны и ведут в обе стороны. Риатиных следов я вообще не вижу. Скорее всего они смешались со следами рюптов. — Урус скинул заплечный мешок и продолжал: — Нам нужно разделиться. Ты, Араван, иди на север с Томли… с Гвилли, а мы с Фэрил пойдем на юг. — Медведь с опаской взглянул на сереющие небеса: — И давайте поторопимся — до ночи осталось совсем немного времени.
Внезапно Араван приложил палец к губам, призывая к тишине, наклонил голову набок и стал жадно прислушиваться. Затем резко развернулся лицом на север и издал отрывистый клокочущий звук, похожий на крик куропатки. И сразу же до слуха друзей донесся ответный крик.
Гвилли сразу все понял. Лицо его озарилось улыбкой, и он повернулся к Фэрил, но дамна уже бежала вперед, на ходу скидывая рюкзак. Баккан припустил за ней. Урус так и остался стоять как вкопанный, ничего не понимая и недоуменно переводя взгляд с варорцев на Аравана. Эльф уже больше не хмурился. Облегченно вздохнув, он произнес, обращаясь к мужчине:
— Это же Риата!
Урус он изменился в лице и поспешно опустил голову. Глубоко вздохнув несколько раз, он снова взглянул на Аравана повлажневшими глазами.
Фэрил, подбежав к Риате, кинулась ей на шею.
— Я думала, ты погибла, — захлебываясь слезами, прошептала дамна.
Тут подоспел и Гвилли.
Риата сама не могла поверить, что снова обнимает своих маленьких друзей. Но тут ее взгляд упал на приближающиеся фигуры Аравана и… Эльфийка глазам своим поверить не могла: прямо на нее шел Урус, живой и невредимый.
Высвободившись из объятий ваэрлингов, эльфийка, медленно ступая, будто земля уходила у нее из-под ног, направилась к мужчине. В глазах ее стояли слезы. Когда они сошлись, Урус крепко прижал дару к своей груди, и она потонула в его объятиях.
Риата поведала о своем плане, который состоял в том, чтобы, дождавшись следующего дня, спуститься с восточной стены ущелья в пещеру Стоука и застигнуть его там врасплох, пока его приспешники прячутся от дневного света.
Друзья одобрили план Риаты, но ни Урус, ни Араван не хотели ждать завтрашнего дня: им не терпелось поквитаться с чудовищем.
Эльфийка, однако, стояла на своем.
— Идти нам неблизко, и скоро наступит ночь. Мы не знаем, что это за пещера: возможно, из нее ведет некий потайной ход. Если мы не успеем расправиться со Стоуком до наступления темноты, нам будет не уйти от ночного отродья, — пояснила Риата.
Друзья, подумав, согласились с разумными доводами дары.
Гвилли сейчас беспокоило совсем другое. Выслушав эльфийку, он решился задать волновавший его вопрос:
— А где же мы проведем эту ночь?
Риата хитро улыбнулась и ответила:
— Там же, где я провела предыдущую, — в норах у рюптов.
Друзья недоуменно уставились на нее, но, когда дара рассказала о своих приключениях, долго смеялись, а потом согласились, что она нашла самое правильное решение.
Прежде чем забиться в пещеру, друзьям предстояло запутать свои следы — ведь рюпты наверняка вернутся на скалу в поисках эльфийской беглянки.
По совету Фэрил друзья срезали пять сосновых веток и пошли на северо-запад, в направлении монастыря. Добравшись до голой скалистой стены, которую Фэрил заприметила еще по дороге в святую обитель, друзья обогнули ее и прошли еще около полумили. Затем повернули назад, аккуратно заметая свои следы, и, достигнув скалы, продолжили путь, ступая по следам, которые оставили еще утром. Риата же прокладывала путь заново, ибо ее не было с путниками по дороге к ущелью.
Таким образом, рюпты, добравшись до скалы, вынуждены будут теряться в догадках, поскольку следы ведут только от каменной стены и к ней, образуя замкнутый круг. Вероятно, ночной народ решит, что в скале есть потайная дверь, за которой и скрылись беглецы, и, поколотившись о неподвижный камень, вернется назад несолоно хлебавши.
Друзья возвратились к ущелью, вполне довольные собой, оживленно обсуждая хитроумную затею Фэрил.
Риата, вдоволь насмеявшись, сказала:
— Вот и еще одна лисица в нашей стае появилась!
Один за другим друзья спустились в пещеру, которую эльфийка облюбовала еще накануне ночью. Южный ветер крепчал, усиливаясь с каждым порывом, и друзья не могли не порадоваться, что ночью будут защищены мощными каменными стенами.
Варорцы забились в дальний угол, в тесную расселину, куда могли протиснуться только они. Риата и Урус сидели лицом друг к другу, прислонившись спиной к скалам. Араван, закрывшись капюшоном, сторожил вход в пещеру.
Так они ждали.
Урус задремал, и у Риаты появилась возможность хорошенько его разглядеть. Те же каштановые с сединой волосы, те же сильные руки. Мужчина был на голову выше Аравана, прекрасно сложен и широк в плечах. Риата не могла отвести взгляда от своего любимого.
«Да, Рина, мать моя, ты предупреждала меня, каково любить смертного! Но я не вняла твоим мольбам и повторила твою ошибку. Ах, если бы я могла признаться ему в своей любви — но нет, я не хочу увидеть ненависть в этих карих глазах, когда он станет дряхлым стариком, а я останусь юной, как и сейчас. Не бывать этому никогда!»
Ее размышления прервал резкий порыв ветра. Урус поежился и открыл глаза, взглянув прямо в лицо эльфийке.
Глава 20
УРУС
4Э911-5Э988
— Похоже, это медвежонок, — озабоченно произнес Уран и прислушался, но несколько мгновений до его ушей доносились только завывания ветра в мрачных скалах Гримволла. Наконец раздался еле слышный жалобный крик, напоминающий плач.
— Пожалуй, ты прав, — кивнул Беорг.
Уран вздохнул и взвалил на плечи рюкзак:
— Делать нечего, нужно найти его и помочь. Мишка попал в беду, уж можешь мне поверить!
Беорг тоже собрал вещи и приготовился следовать за Ураном.
— Только давай осторожнее, мне не хотелось бы наткнуться на его мамашу.
Братья находились в горах западной оконечности острова Дэлон, что на реке Аргон. Они попали сюда, идя по следу ночного народа, вести о бесчинствах которого снова расползлись по Гримволлу и окрестностям. Сейчас эта нечисть затаилась, но поговаривали, что единственное, чего она ждет, — это приказания своего предводителя. И хотя непонятно было, кто после Модру и Гифона, потерпевших поражение в Великой войне еще около четырех тысяч лет назад, может возглавить войска рюптов, баэраны прибыли из Гримволла на остров Дэлон специально, чтобы помешать новым проискам коварного врага. Эти высокие широкоплечие люди из племени Медведей организовали на острове охрану порядка в горах и теперь постоянно высылали на разведку патруль. Одним из тех, на чьи плечи была возложена эта миссия, оказались братья Уран и Беорг.
Молодцы были как на подбор, оба высокие, кареглазые, с густыми каштановыми волосами. Старшему, Урану, исполнилось уже двадцать четыре года, и, в отличие от Беорга, которому шел всего двадцать второй год, он уже был женат. Беорг был даже повыше брата, хоть и не намного, но он еще не успел возмужать и окрепнуть. Молодые люди были очень похожи друг на друга, только Беорг был чисто выбрит, а Уран носил бороду.
Братья карабкались вверх по скалам, торопясь на помощь попавшему в беду зверенышу. Было раннее утро, и спокойное августовское солнце позолотило верхушки деревьев, отбрасывая светлые блики на скалы. Баэраны не могли равнодушно пройти мимо страданий этого благородного животного, которого они считали своим покровителем — так же, впрочем, как и волка. Вообще-то поговаривали, что их душевное родство с этими властителями леса позволяло людям понимать их язык и даже говорить на нем. Хотя, может быть, то были лишь пустые россказни.
— Вон там, наверху, — возбужденно крикнул Беорг, обращаясь к брату и указывая пальцем на ровный скалистый выступ, где между обломков скал и валунов лежало мертвое животное. — Да это не медвежонок, а целый медведь, — присвистнул юноша.
В этот момент Уран буквально впился взглядом в прогал между камней, где промелькнуло что-то рыжее и тут же исчезло.
— Это же лисы! Две — нет, три! — изумленно проговорил Уран. — И если мои глаза меня не обманывают, я видел…
— Что? — удивленно спросил Беорг, но Уран ничего не ответил: на лице его читалось явное недоумение.
Так и не дождавшись ответа, Беорг пожал плечами и проговорил:
— Что бы ты там ни увидел, а я точно знаю: лисицы могут завалить даже самого огромного медведя.
— Что же такое там могло произойти? — задумчиво произнес Уран.
Когда братья наконец достигли скалистой площадки, их глазам открылось настолько ужасающее и непонятное зрелище, что разведчики на мгновение онемели, не в силах произнести ни слова.
На горном уступе лежало четыре поверженных медведя, которые, казалось, прежде чем принять смерть, защищали вход в небольшую темную пещерку на противоположном конце площадки. Вокруг было раскидано разнообразное оружие — стрелы, луки, кольчуга, шлемы, дубины — и одежда. Все эти напоминания о недавней битве утопали в грудах пепла. Это было все, что осталось от врагов благородных животных.
Беорг с ненавистью посмотрел на эту злополучную золу и выругался.
— Проклятье! Без ночного отродья здесь явно не обошлось, — проскрежетал он, потом нагнулся и поднял одну из стрел с черным наконечником. Такими же стрелами были убиты и медведи.
Он уже хотел было войти в пещеру, из которой доносился жалобный плач, но Уран остановил его.
— Подожди, может быть, медвежонок сам вылезет, почуяв человеческий запах.
Беорг послушался и принялся пока осматриваться. Из золы он извлек одну за другой несколько маленьких стрел. Длина каждой из них не превышала, должно быть, и пяти дюймов, наконечник был какого-то неопределенного цвета. Уран удивленно приподнял бровь, а брат предупредил его:
— Осторожно! Не дотрагивайся до кончика: он может быть пропитан ядом!
В этот момент из пещеры снова донесся жалобный писк, и Уран не стал больше ждать. Каково же было изумление Беорга, когда тот вынес на руках маленького человеческого детеныша, который явно принадлежал к племени Медведей!
Они укутали малыша в плащ Беорга и попытались его успокоить. Уран нежно покачивал его на руках, тихонько напевая какую-то мелодию без слов. Беорг в это время еще более внимательно обследовал поле боя.
Судя по следам, медведи спустились с гор и до последней капли крови защищали беспомощное дитя от вергов, которые загнали их в ловушку и стреляли из засады. О, как это было похоже на мерзких тварей!
— Самое странное, — задумчиво произнес Беорг, — что все медведи — самцы, а самцы редко ходят вместе. А еще меня настораживает, что вместе с ними сюда пришли лисы — три или даже четыре. Не знаю, кому принадлежали маленькие стрелы — им или медведям: теперь не разберешь. И почему все эти медведи оберегали человеческое дитя? Слишком много вопросов, и все объяснения, которые приходят мне на ум, слишком… слишком…
— Неправдоподобны, — закончил за него Уран, которому наконец удалось успокоить младенца. — Думаю, Беорг, ты и сам понял то, что я сейчас скажу: на лисицах сюда вместе с медведями приехал тайный народец. Они-то и убили вергов своими крошечными стрелами. Я именно их видел на спинах у лисиц полчаса назад, но тогда не поверил своим глазам.
Беорг затаив дыхание слушал брата. Он действительно предполагал что-то подобное; но предположения — это одно, а их подтверждение — совсем другое.
— Но зачем фоксрайдеры… — начал было он, но прервал себя.
— Лисьи всадники, или, как ты их назвал, фоксрайдеры, хотели доставить ребенка к его племени. По крайней мере так я думаю, — пояснил Уран. Вздохнув, он посмотрел на мирно посапывающего малыша и продолжал: — А теперь его судьба в наших руках.
Беорг перерыл весь пепел в поисках крошечных стрел, которые затем разложил на большом плоском камне у самого края площадки.
Уран недоуменно следил за братом. Беорг разогнулся и пояснил:
— Они наверняка вернутся за своими стрелами.
Старший брат одобрительно покачал головой и усмехнулся:
— Но за ребенком они явно возвращаться не собираются! Нам придется забрать его с собой. Вот сюрприз будет для Ники!
— Ты собираешься усыновить его? — удивился Беорг.
— Да, ты правильно понял, — подтвердил брат.
— Послушай, Уран, — задумчиво проговорил Беорг, как завороженный глядя на крошечные стрелы, — если судить по длине стрел, их владельцы не больше чем моя ступня.
— Да, но ножка-то у тебя, прямо скажем, не из самых маленьких! — весело проговорил Уран, и братья дружно расхохотались.
Пора было поворачивать назад. Стараясь не разбудить ребенка, передавая его друг другу, они осторожно и медленно стали спускаться со скалы. Преодолев таким образом примерно четверть мили, братья остановились и оглянулись назад. С каменистой площадки на них не отрываясь смотрели пять лисиц.
Поделиться книгой: