Методы медитации

Это осмысление может иметь вид последовательного прохождения цепи умозаключений, цепи верных логических умозаключений, оно может принимать и другую форму: например, если мы стремимся развить бодхичитту, мы можем постепенно, поэтапно осмысливать в уме, не проходя через такие верные умозаключения, но просто осмысливать в уме какие-то положения, переходя от одного к другому. Например, мы культивируем бодхичитту, начиная свое осмысление, начиная свой процесс исследования с размышления о том, что все живые существа в прошлых жизнях являлись бесчисленное множество раз нашими любящими матерями. Приняв этот факт, мы переходим к следующему размышлению, думая о том, насколько они были добры к нам, выступая в этой роли. Затем мы думаем о том, насколько прилично было бы, насколько уместно было бы теперь отплатить им добротой за ту доброту, которую они оказывали по отношению нам, и так далее и так далее, и постепенно мы подходим через это, через ступени параллельной бодхичитты к собственно культивации этого ума, устремленного к просветлению.

Also we have to understand very well, in this thinking process, what actually is this state of mind that we are trying to cultivate.

И также необходимо ясно понимать, что является тем состоянием ума, которое мы стремимся культивировать, породить посредством этого процесса размышления.

Some meditations are intended to help us to focus on a certain object, like for instance voidness. So we have to understand, obviously, this is the type of meditation that I’m doing, and I’m doing it to develop my mind to understand the certain object. Whereas there are other meditations which are intended to develop a state of mind itself, like for instance love. Love isn’t an object that we are focusing on. Love is a type of mental attitude that we develop. So we need to understand which one we are working with here. What are we trying to accomplish?

Также необходимо ясно понимать, что именно за тип медитации мы практикуем. Медитации существуют различных типов. Например, основное отличие таково: в какой-то медитации мы пытаемся отточить, развить познающую способность нашего ума для того, чтобы постичь какой-то сложный объект, то есть мы фокусируемся на объекте, для нас важен объект и его постижение, например пустотность, мы стремимся понять пустотность верно и безошибочно. Для этого нам необходим отточенный интеллект, ум, и мы фокусируемся на пустотности, стремясь ее понять, постичь. Один вид медитации. Другой вид медитации, например, – это культивация какого-то благого эмоционального состояния. Например, любовь. Любовь не является целью и объектом такой медитации. Целью этой медитации является то, чтобы ум наш стал любовью, потому что любовь – это внутреннее состояние, любовь – это ментальный фактор, или ментальное состояние. То есть мы хотим стать любовью и превратить наш ум в любовь. То есть вот уже два разных вида медитации: объект, в котором мы заинтересованы, или то ментальное состояние, в которое мы хотим войти.

And in both cases, Tsongkhapa emphasized very strongly that we need to know two things. First is what is the object that the mind is focusing on? Whether we are talking about love or we are talking about an understanding of voidness, what object is it focusing on? What appears to the mind when we’ve achieved this state? That’s the first thing.

Лама Цонкапа указывал на то, что необходимо уделить особое внимание двум аспектам медитации. Первое – это тот объект, на котором мы фокусируемся, будь то пустотность или любовь, которую мы желаем в уме породить. Итак, пустотность, например, как объект, который мы исследуем, или любовь, которой мы пытаемся стать. Мы должны четко представлять себе, каков этот объект, как он предстает с точки зрения ума, развившего его или познавшего его.

And the second thing we have to know is how does the mind take or cognize that object? What is it doing with that object?

И второй аспект, в котором мы должны четко разобраться, – это тот способ, которым наш ум познает этот нужный нам верный объект; как он познается умом.

If we don’t have these two things, these two points very clear in our mind, how can we possibly generate the state of mind that we wish to have?

И если мы не разобрались в этих двух моментах, как можем мы вообще ожидать, что мы действительно сможем постичь этот объект или развить это состояние желаемым образом? Это невозможно.

So for example, compassion: what is it aimed at? What is the appearing object? It is sentient beings, various beings with suffering, and focusing on them and their suffering.

Итак, к примеру, ум сострадания, или сострадательный ум, – что служит его объектом, что возникает перед таким умом, что стоит перед ним? Перед ним стоят все живые существа, или живые существа страдающие, то есть живые существа и их страдания, – вот верный объект такого ума.

And how does the mind take that object? It takes it with the strong intentional wish for them to be removed from their suffering, from their suffering to be removed from them, and with the intention that we are going to try to do something about it.

Каков образ восприятия этого ума, как он смотрит на объект – живых существ, страдающих? Он смотрит на них со страстным желанием сделать что-то, на деле сделать все возможное, все что в его силах, для того чтобы устранить эти страдания, убрать их из жизни этих живых существ и убрать все причины этого страдания. Вот так он их воспринимает.

So in that way we specify very clearly what’s the state of mind that we want to generate.

И это очень четко описывает то состояние ума, состояние сознания, которое мы должны породить в ходе такой медитации.

Or if we think about bodhichitta,

И если мы размышляем о бодхичитте,

we have to be very clear. Most people confuse bodhichitta with compassion. It’s not compassion.

здесь необходимо также очень четко усвоить, что подразумевается под этим термином, поскольку многие люди склонны путать бодхичитту с состраданием.

Love, compassion, is taking responsibility to bring others to enlightenment, not just to help them to overcome some sickness, but to bring them to enlightenment. These are the things that bodhichitta rests on, depends on. We need to have that first.

Любовь, сострадание, желание помогать другим, желание как-то избавить их от каких-то страданий, принести им что-то, сделать им что-то хорошее – все эти качества, они благие и необходимые, но они не являются бодхичиттой, они не тождественны бодхичитте. На деле они служат совокупной основой, на которой взращивается, на которой возникает бодхичитта.

But what we are focusing on with bodhichitta when we actually are sitting there with bodhichitta, we are focusing on our own individual enlightenments,

Что является тем объектом, на котором мы фокусируемся, который предстает перед нашим умом, когда мы обладаем бодхичиттой. Мы сидим с бодхичиттой – что перед нами? Перед нами наше собственное будущее индивидуальное, личное просветление.

right, our own individual enlightenments which have not yet happened, but which can happen on the basis of Buddha-nature and on the basis of all the various other factors and hard work that we have to do in order to achieve it.

Наше собственное личное, индивидуальное будущее просветление, которое еще не состоялось, но которое, безусловно, состоится в будущем благодаря наличию в нас природы будды, которая делает его возможным, а также всего множества тех различных факторов, той тяжелой работы, духовного труда, который предстоит нам совершить для его достижения.

So we are not focusing on the enlightenment of Buddha Sakyamuni. We are not focusing on just a general abstract enlightenment in general, but on our own future enlightenments, the not-yet-happened, future – better to leave that word out, it confuses Western concepts of time with Buddhist concepts of time – the not-yet-happened enlightenment.

Мы фокусируемся, мы концентрируемся не на каком-то абстрактном просветлении, чьем-то просветлении, на просветлении Будды Шакьямуни или просто на абстрактной концепции просветления: мы фокусируемся на нашем собственном будущем просветлении. Слово, термин «будущее» лучше здесь не использовать ввиду некоего несовпадения и диспропорцией между буддийским пониманием времени и того, что является будущим, и нашим западным традиционным пониманием будущего и времени. Лучше говорить о нашем будущем, или о нашем еще не состоявшимся, или о нашем грядущем просветлении, которое еще не состоялось. Именно на нем мы фокусируемся.

So, how do we focus on our not-yet-happened enlightenment?

И как же нам сфокусироваться на том нашем просветлении, которого еще пока не было?

That’s not very easy. First of all we have to understand what in the world that means, what kind of phenomenon is that – the “ not-yet-happened” anything.

Прежде всего, нужно разобраться, что же это такое за объект – «то, чего еще не было», или «то, чего еще не произошло». Что это – то наше просветление, которому еще только предстоит случиться?

Does the “not-yet-happened” sprout already exist in the seed? Is it nothing? Is it totally nonexistent and so on? So obviously, the understanding of voidness is necessary here to really get a clear picture of what in the world are we focusing on when we are focusing on our not-yet-happened enlightenment.

И для того чтобы понять, что это – наше еще не случившееся просветление, подобно ли оно тому ростку, который уже таится в зерне, который еще не существует вовсе, и вообще, каково оно, каков способ его существования? И для этого, безусловно, необходимо разобраться до определенной степени с пустотностью, постичь пустотность, потому что именно это позволит нам понять способ его существования.

But our not-yet-happened enlightenment is not sitting out there somewhere like the finished line of a race and we are heading toward it. It’s not sitting somewhere. It is not a findable object like that, but rather it’s something which can be validly imputed on our mental continuums on the basis of Buddha-nature.

Наше будущее, еще не состоявшееся просветление не является каким-то феноменом, который, подобно призу, ждет нас где-то далеко за финишной чертой: мы стремимся, мы бежим, и вот в какой-то момент мы его там хватаем. Нет, оно скорее является объектом, который можно верно обозначить, или ярлыком, который можно обоснованно навесить на наш ментальный континум, на наш ментальный поток на основе присутствия в нем природы будды.

And, in order to focus on that not-yet-happened enlightenment, we have to focus on it through some sort of representation, a mental representation of it.

И для того чтобы сфокусироваться на этом нашем будущем, еще не состоявшемся просветлении, необходимо найти какое-то ментальное представление, какую-то ментальную подоснову для него, чтобы на ней фокусироваться.

So it could be just the word, the meaning category of “enlightenment,” I was thinking of enlightenment; or we could visualise it as a Buddha. Very often people visualize a Buddha as representing the future enlightenment that I’m aiming for. Or in tantra, one could visualize oneself in the form of a Buddha-figure. This is representing my not-yet-happened enlightenment that I am aiming to achieve – that I know that it is not yet happened. Not yet happened is not happening now.

Итак, то еще не случившееся просветление, на которое мы ориентируемся, которого пока еще нет в природе, мы можем использовать для его представления, в качестве его представителя некую ментальную картину, ментальное изображение. Им может быть просто термин, или ярлык, «просветление» или «будда», понятие. Им может служить некая форма, визуализируемая форма, например форма будды, статуэтка будды или изображение будды, которую мы визуализируем и которая символизирует просветление, к которому стремятся. Или, как в тантрическом контексте, им может являться наш собственный образ, принявший форму какого-то просветленного божества, какого-то будды, то есть мы сами в форме будды.

So this is what we are focusing on, this is how we understand what we are focusing on. And then, in terms of how do we focus on it, how does the mind take that object, aside from conviction that it’s possible to achieve it? It is taking it with two intentions.

Итак, вот тот образ, на котором мы фокусируемся, вот тот смысл, который сокрыт, заключен для нас в этом образе. И что же касается того способа, каким мы фокусируемся на этом объекте, каким способом мы его созерцаем, здесь необходимо отметить два ключевых момента.

The first intention is that “I’m going to achieve this.” Now to have that intention that “I am going to achieve this” depends on some of the things that we’ve thought about. In other words, knowing realistically what I have to do in order to achieve it. It can’t just be, “Oh, I’m going to achieve this.” But we have to know how we are going to achieve it, and be convinced that we can achieve it. Then you can have a valid intention to achieve it; otherwise, it is just a nice dream.

Первый фактор – это твердое намерение достичь этого: мы решили, что мы хотим этого достичь. Для того чтобы такое решение было в нас, присутствовало и оно было верным, верно обоснованным, мы должны прежде всего понимать, как этого достичь, почему это обосновано, почему это верно, почему это возможно. Только обладая таким знанием, мы действительно можем стремиться достичь этого, и это будет действительно не каким-то вымыслом, а действительно желанием: мы знаем, что это достижимо, мы знаем, как это осуществить, проходя через какие стадии, и мы действительно хотим, мы заинтересованы в достижении этого. Итак, это первый аспект нашего созерцания этого объекта.

And of course, we have to understand correctly “what is enlightenment,” which is also not terribly easy to understand.

И, конечно, необходимо прежде всего верно понять то, что такое просветление, что такое просветление. Если мы не понимаем, а это довольно сложно, как можем мы медитировать на этом?

And the second intention is that we are going to, with that enlightenment, benefit others as much as is possible. And that, of course, is based on having had the steps beforehand of what bodhichitta depends on, namely love and compassion. We are taking responsibility to bring them, to help others to enlightenment.

Вторым необходимым аспектом восприятия, или созерцания, этого образа является наше желание по достижении его принести максимальную пользу живым существам, то есть что мы будем делать с этим достижением, к которому мы стремимся, которое мы знаем, как достичь. Мы будем использовать его на благо других живых существ всеми возможными образами. И здесь опять же необходимо знать, каким образом, обретя просветление, мы сможем приносить пользу живущим, и здесь у нас также должна играть в этом ключевую роль та предварительная подготовка, или тот фундамент, состоящий из любви и сострадания – всех этих положительных эмоций, которые мы культивировали, взращивая бодхичитту.

So this thinking step is actually quite a long step and requires a great deal of work. But at the end of this thinking step, we know precisely what is the state of mind that I am trying to achieve, precisely how to do it, and everything is, you know, with full conviction. And although that process of thinking may look like meditation, and Western people not using the terminology very precisely might call it meditation, it’s not meditation according to the definition of meditation.

Итак, этот процесс, мыслительный процесс, процесс обдумывания, может занять долгое время. Это довольно сложный процесс, процесс, в результате которого мы в точности поймем, что именно нам необходимо созерцать, каков тот объект, к которому мы стремимся, убедимся в том, что он достижим, как именно он достижим, – все это осмыслим, решим то, что мы будем с ним делать. Все это является осмыслением и в каком-то роде медитацией в вольном, при вольном использовании термина «медитация», который свойственен для западных людей, это называется медитацией. Но все это является лишь на деле осмысливанием тем, или постижением, обдумыванием. Медитацией в полном, жестком смысле этого слова все это не является: медитация начинается позже.

So this is a very worthwhile thing that we can do, and to think about the teachings is something that we can do any time. In fact, it’s a very good activity to do in between things in our daily lives,

И тогда очень полезный процесс размышления об учении – он может начинаться и длиться в любое время – это весьма полезное занятие, и именно им мы можем заполнять те паузы между своими мирскими занятиями в течение дня, размышлять в таком ключе об учении.

because during our daily life we can think about how would this state of mind, let’s say love, apply in the situation? And how would it be relevant? What would be its benefits? And so on – these are things that we check out during our day.

В наших повседневных ситуациях, в бытовых ситуациях мы можем размышлять: а насколько релевантна любовь вот в этой ситуации, какая польза от проявления любви в такой ситуации, сострадания в этой ситуации и каково их жизненное применение – как они могут быть интегрированы в мой жизненный каждодневный опыт.

Медитация

Then we actually have meditation itself. Meditation is to digest the food, you know once we have chewed it. It’s to make this state of mind a habit, actually become that state of mind.

Затем мы переходим к тому, что приводит нас собственно к обретению этого или превращению в это ментальное состояние, к которому мы стремимся, и это именуется медитацией, то есть мы начинаем привыкать. Или в метафоре еды – мы прожевали ее, проглотили и начинаем усваивать, или переваривать, когда она становится нами. То есть мы становимся этим состоянием.

So this is primarily a two-fold process.

И, как правило, речь идет здесь о двухступенчатом, или двухчленном, процессе.

One step is what I translate as “discerning meditation.” It is usually translated as analytical, but calling it analytical tends to confuse it with the thinking step. So “discerning,” I think, is more accurate translation of the term.

И первый шаг здесь, или первая фаза, – это то, что я предпочитаю переводить как «различающая медитация», «распознающая медитация». Обыкновенно это переводится как «аналитическая медитация», но я нахожу этот термин несколько запутанным, поскольку сильна коннотация именно размышления, или осмысливания, а ее здесь быть не должно.

“Discern” here means to understand something in a certain way,

Различение – это значит здесь понимание чего-то в определенном ключе, в заданном ключе,

scrutinizing something really very carefully and understanding it in a certain way.

исследование чего-то детально, изучение чего-то и понимание в определенном ключе.

And then the second aspect is fixating meditation in which we actually fix on that state of mind, stay on it.

И вторая стадия – это фиксирующая медитация, стабилизирующая медитация, или медитация помещения ума, положения ума, в которой мы помещаем свой ум, фиксируем его, закрепляем его на объекте, уже на достигнутом этом понимании, извлеченном смысле.

So we can call it stabilizing meditation as well.

Это можно называть также стабилизирующей медитацией.

So, this discerning meditation, how we do this? What we do is, having gone through the line of reasoning, having gone through the stages, the steps for building up to a certain state of mind during the thinking process, now we do it once again. But we’re doing it again not for the purpose of gaining an understanding, because we already understood it. What we are going through this process for is in order to get a fresh understanding, a fresh state of mind. That would be the definition of the state of mind that we are trying to achieve. Work yourselves up to it: everybody has been my mother, everybody has been kind and so on, so you actually feel the state of mind.

Итак, что мы выполняем в ходе этой аналитической, или различающей, медитации – мы проходим вновь через те же стадии, которые мы проходили в нашем исследовании, в нашем осмыслении, но мы не осмысливаем или не исследуем их вновь в полном смысле этого слова, ибо мы через это уже прошли, смысл нами уже постигнут, мы уже это все поняли, мы в этом всем уже для себя убедились и смысл из этого извлекли, значение. Мы лишь заново переживаем это, прокручивая их в своем уме, для того чтобы вызвать свежее, энергичное, мощное переживание этого чувства, этого ума, этого состояния или эмоций, посколько именно к ним мы и стремимся. Итак, мы продумываем: все мои матери, все были ко мне добры, я им должен отплатить за это добротой, мы нагнетаем в себе эту эмоцию, это чувство, в котором мы уже логически убедились.

And then once we have worked ourselves up in this step-by-step process to the state of mind that we want to habituate ourselves to, then we actively discern or understand the object in that way. With compassion, now I focus on sentient beings and their suffering and I discern that they are suffering and I have this intention, this wish that they may be free from this suffering and so on. I am actually seeing them; I’m looking at them in my mind in this way, or it could be in real life when we actually see people.

Итак, пройдя через все эти стадии, повторив все эти стадии, освежив в себе все эти переживания, ассоциируемые с ними, мы приходим к тому результативному ментальному состоянию, которое мы стермимся породить, а именно к бодхичитте [состраданию], например, в этом случае. И здесь, дойдя до этого со всем эмоциональным градусом, подняв все переживание в уме, мы смотрим теперь на это, внимательно различая, то есть мы медитируем, распознавая, на этом состоянии результативном ума сострадания.

Compassion is focused on others and their suffering and the wish for them to be free.

Итак, мы созерцаем это результативное состояние ума, мы осознаем и активно распознаем: вот он, объект, на котором я фокусируюсь, – это живые существа, которые претерпевают различные страдания. Как я воспринимаю их? Я воспринимаю их через призму желания помочь им, желания освободить их от этих страданий, от тех причин, которые вызывают эти страдания, то есть мы активно распознаем в медитации, фокусируясь на этом результативном состоянии, состоянии сострадания.

So we stay with that discernment for a while, in an active process, and then stabilizing meditation is basically just letting it sink in, full concentration on this. Obviously you have concentration when you are doing the discerning meditation as well, but it is a – I don’t know if you really want to use the word “passive” – it’s sort of letting it sink in, really feeling it.

Итак, эта стадия, можно классифицировать ее, описать ее как некую активную фокусировку внимания с распознаванием: вот он объект, вот оно состояние, вот этот способ постижения, я хочу этого достичь. Мы исследуем это, фокусируясь на этом, и затем, выполнив это в достаточной мере, мы переходим к так называемой стадии стабилизирующей медитации, медитации второго типа, стабилизирующей, или полагающей, пребывающей медитации, и здесь мы просто пребываем в фокусном внимании своего ума на этом достигнутом состоянии, мы просто даем ему войти в нас, или мы погружаемся в него. Если вы хотите использовать этот термин, если он вам поможет, то в этом есть какая-то пассивность, то есть мы даем этому уму стать нами, войти в нас и успокоиться в нас. Вместо того чтобы активно его исследовать, различать, мы просто пребываем в нем, на нем и фокусируемся.

And we alternate these back and forth and eventually we are able to combine them.

But that’s very difficult.

И мы альтернативно меняем, заменяя одно другим, по очереди практикуем их, сменяя одну медитацию другой: различающую – стабилизирующей, и в итоге нам удается сочесть обе эти медитации, свести их воедино.

There’s a lot of discussion about what stage and which type of processes combine and which have one and which have the other. That’s quite complex and you can read about it on my website.

Это довольно сложное достижение и довольно сложный процесс, и много существует дебатов относительно того, какая стадия предшествует какой, как одна сочетается с другой, что необходимо сделать перед достижением того, и так далее, и так далее. Все это довольно сложный, спорный вопрос, и я уделил много внимания обсуждению его в статьях на моем интернет-сайте.

Also, when we become very advanced, then we don’t have to do what is called a “contrived [labored] meditation” in which this discerning meditation process involves going through the stages and building yourself up to this state of mind. You’re just able to do it instantaneously. That’s still discerning meditation.

И также на более высоких ступенях духовного пути, духовного развития мы обретаем способность, когда мы не нуждаемся более, нам нет необходимости более прибегать к такой вынужденной, или искусственной, медитации, когда путем сознательных усилий мы поэтапно доводим себя до результативного состояния – до созерцания, опять же аналитического или различающего созерцания конечного состояния. Мы просто как бы по мановению волшебной палочки, в силу привычки, автоматически, спонтанно входим в это созерцание.

Виды медитации

We often hear about two types of meditations. The Sanskrit words for them are shamatha and vipashyana, in Tibetan, shinay and lhagtong.

Нам всем доводилось слышать о двух типах медитации, которые известны на санскрите как шаматха и випашьяна, а на тибетском, соответственно, как шине и лхатонг.

And these are referring to: shamatha is a stilled and settled state of mind. It is stilled or quieted of dullness and flightiness or agitation – a mind which flies off to something – and it is settled on an object.

Шаматха, или умиротворенное пребывание, – это состояние ума, в котором ум совершенно успокоен, умиротворен, ясен, чист и лишен каких-либо возбуждений. Это ум, в котором отсутсвуют изъяны возбуждения, изъяны ускользания ума на посторонние объекты, то есть он полностью сфокусирован и он успокоен и ясен, чист и бодр, то есть в нем отсутсвуют изъяны притупленности, изъяны сонливости, изъяны затуманенности и так далее – два противоположных класса изъянов. Итак, это совершенный, умиротворенный, пребывающий, сфокусированный ум.

So, the emphases here is on this stabilizing meditation.

Итак, здесь упор делается именно на стабилизирующем аспекте медитации, то есть это фактически относится к стабилизирующей медитации.

And we can develop this stilled and settled state of mind through focusing on many, many different things including the breadth, including the visualised Buddha and so on. But there is a long list of possibilities.

И умиротворенное пребывание в сознании – шаматха, или шине на тибетском, может быть обретено в отношении любого фактически объекта. Этим объектом может быть некая фигура божества или фигура будды, которую мы созерцаем. Это может быть масса других объектов: существует объемный перечень рекомендованных объектов для созерцания. Это может быть наше собственное дыхание, на котором мы фокусируемся и обретаем шаматху в отношении него.

And even these types of meditation, one needs to hear about the instructions and then think about them, go through the stages. Like for instance if you are visualising a Buddha – how to build up the visualisation step by step, what do you do first, and so on.

И даже для успеха в такой медитации, нам необходимо получить достаточное количество инструкций и ясные, четкие указания и наставления о том, как практиковать, на какой стадии, каковы формы и техники созерцания избранного объекта, какие объекты являются наиболее благоприятными. Даже в отношении формы будды – если мы ее избрали – существует масса техник, моментов, нюансов, которые позволят нам преуспеть в этом созерцании.

And for vipashyana, this word means an exceptionally perceptive state of mind,

Випашьяна, или лхатонг на тибетском, обозначает, этимологически это обозначает некое совершенное, возвышенное, непревзойденное восприятие, или видение.

lhagtong – to be able to see or perceive in a very exceptional way. So this is emphasizing this discerning meditation.

Лхатонг, «тонг» – глагол «видеть», она видит, или воспринимает, совершенным, непревзойденным, наивысшим способом. Итак, это относится к следующему типу медитации, к первому в предыдущем изложении, а именно к различающей медитации.