Неожиданный звонок

— Думаю, меня отвезет Уоррен. Инспектор предложил, чтобы это сделал кто-то из его людей, но я сказала, что подожду.

Потому что хотела поговорить с тобой, хотела сказать я, но не успела сделать это. В комнату вошел Уоррен. Он казался более старым, серьезным, более озабоченным, чем обычно.

— Я хочу извиниться,— подойдя к Гарту, он плюхнулся прямо на ковер.— Но не знаю, какими словами это лучше сделать. Если бы Янсен не направил пистолет в свою сторону...

— Успокойся,— сказал Гарт; проявление чувств Уоррена смутило его, он поверил в искренность американца.— Эрик выстрелил в себя. Забудь об этом. Все кончилось.

— Да, но если бы я не повел себя, как идиот, и не...

— Ты можешь отвезти Клэр в Доркинг? У нее был тяжелый день; думаю, ей не следует больше находиться здесь.

Он повернулся ко мне; выражение его глаз заставило мое сердце екнуть.

— Я свяжусь с тобой.

— Да... хорошо, Гарт.

— И не вздумай улететь вечером в Америку. Если ты сделаешь это, я прилечу утренним рейсом.

Я не могла говорить, но мне удалось улыбнуться. Слезы застилали мои глаза. Все вокруг меня сверкало и блестело под неяркой лампой дневного света, закрепленной на потолке.

— Мистер Купер? — вежливо произнес за нашими спинами инспектор.— Теперь мы готовы записать ваши показания.

— Да,— сказал Купер.— Конечно.

— Идем, Клэр.— Уоррен взял меня за руку.

Я медленно вышла вслед за ним из коттеджа. До вечера было еще далеко, но сильный дождь создавал такое впечатление, будто уже смеркается. Капли освежали мои щеки. Уоррен подвел меня к маленькому синему автомобилю, который я видела впервые.

— Но я приехала на другой машине,— сказала я.

— Верно. Мы попросим людей из агентства забрать ее отсюда. Этот автомобиль я взял, чтобы поехать за тобой.

Он помог мне сесть, захлопнул дверцу, обогнул автомобиль и занял место водителя.

— Но я сказала тебе, что говорила с Джиной, находившейся в офисе Гарта.— Ко мне постепенно возвращалась память.— Ты же собирался отправиться в Лондон. Почему ты не поехал туда?

— Я догадался, что ты решила провести меня. Он завел мотор.

— Ты держалась как-то странно, у тебя был взволнованный вид. Когда ты покинула меня, чтобы отправиться к себе и отдохнуть, я позвонил в контору Гарта. Я захотел проверить, там ли Джина; секретарша приняла меня за сумасшедшего.  Я пошел к тебе, постучал в дверь. Никто мне не ответил. Тогда я понял, что ты провела меня. Выйдя во двор, я обнаружил, что автомобиль исчез; мне стало ясно, что ты уехала куда-то одна. Куда, кроме коттеджа, ты могла отправиться? Я взял напрокат новый автомобиль и поехал сюда за тобой.

— Мне следовало довериться тебе,— пристыженно сказала я.— Но все свидетельствовало против Гарта; я почему-то захотела сначала убедиться в его невиновности, а потом рассказать тебе о моей находке.— Я принялась описывать ему, как я обнаружила тело Терезы, как вернулась в Доркинг, как позвонила Гарту и услышала голос Джины.

— Она посоветовала мне немедленно приехать к ней в Лондон,— сказала я.— Но я имела глупость не последовать ее совету. Я хотела увидеться с Гартом в коттедже и выяснить, что произошло.

— Не понимаю, почему ты была уверена в том, что Гарт невиновен,— с любопытством в голосе произнес Уоррен.— Тебе подсказывала это женская интуиция?

— Да,— ответила я с лукавой улыбкой.— Наверно, это можно так назвать.

Плавно катясь вниз по узкой извилистой дороге, мы оказались возле того места, где я встретила Эрика. Я снова посмотрела на прекрасный пейзаж; дождь сокращал видимость.

— Кажется, ты ему нравишься,— помолчав, осторожно произнес Уоррен.

— Да,— согласилась я.

Думаю, если бы его интересовала Джина, он не пообещал бы прилететь вслед за тобой в Америку.

— Наверно, ты прав. — Так вот к чему он клонил!

— Может быть, у них ничего и не было. Может быть, я сам все придумал.

— Возможно.

Он, похоже, обрадовался. К тому моменту, когда мы добрались до Эбинджер Хаммер, где проселочная дорога пересекалась с шоссе, взрослое, озабоченное выражение уже исчезло с лица Уоррена, Оставшуюся часть пути до Доркинга он напевал что-то себе под нос. Туман и ранние сумерки придали городу таинственный, призрачный, старинный облик. Даже современные автомобили не могли уничтожить очарование древних домов, баров, построенных сотни лет назад, вымощенных булыжником переулков. 

Мы добрались до Хай-стрит, проползли мимо современных магазинов и возвратились в древность, нырнув под арку гостиницы. Мы вошли в гостиницу, пересекли вестибюль и оказались возле стойки администратора. Высокая тонкая девушка со знакомыми светлыми волосами, выбивавшимися из-под модной шляпы, заполняла бланк. На ней было ужасное пальто, мрачной расцветки чулки и туфли без каблуков, однако она все равно выглядела эффектно. Нас окутал аромат парижских духов. Мы с Уорреном оба раскрыли рты; девушка повернулась к нам прежде, чем мы успели заговорить» Она увидела нас, и на ее лице засияла ослепительная улыбка.

— Дорогие мои! — воскликнула она.— Какое счастье видеть вас обоих! Мне безумно жаль, что вам пришлось понервничать, разыскивая меня.

— Ты не поверишь,— сказала Джина, — но ничего этого не случилось бы, не прояви я излишнее любопытство. Ты помнишь мисс Стик, нашу старую учительницу из воскресной школы? Она всегда говорила мне, что мое любопытство не доведет меня до добра. Ока оказалась права.

С момента нашей встречи в вестибюле прошел час. Я узнала, что, пока инспектор беседовал со мной, Гарт сообщил по телефону Джине, что она может выйти из своего убежища. Мы провели некоторое время за беседой в одной из гостиных, потом я, извинившись, поднялась к себе. Через десять минут Джина пришла ко мне. Она удобно устроилась у края моей кровати, а я вновь вошла в роль наставницы, философа и друга.

— Ты хочешь сказать, что единственной причиной всех твоих злоключений послужило проявленное тобой любопытство?

— Да, единственной,— убежденно сказала Джина.— Честное слово. В субботу вечером я ждала в квартире Янсенов Эрика, чтобы выпить с ним,— он обещал рассказать мне о Дино ди Ласси и итальянском киномире. Лилиан, извинившись, ушла куда-то; Мне осталось лишь размышлять в одиночестве о том, какие отношения у Гарта с Лилиан. Ты должна признать, дорогая: трудно поверить в то, что такой мужчина, как Гарт, способен общаться на чисто деловой основе с женщиной типа Лилиан; она обладает какой-то материнской привлекательностью. Я решила слегка оглядеть квартиру. Я не собиралась устраивать там обыск — только самый беглый осмотр.

— Что ты рассчитывала найти? — с интересом спросила я.— Обгоревшие любовные послания в камине? Компрометирующие фотографии?

— Ну, не обязательно именно это... Я не могу точно сказать, что я искала,— просто что-то интересное.

— И ты начала осматривать квартиру. Эрик открыл дверь и, не видя тебя, крикнул Лилиан, что ему не удалось найти чемодан для трупа.

— Значит, ты уже знаешь,— разочарованно протянула Джина,— Да, думаю, сейчас ты уже должна все знать. Представляешь себе ситуацию? Я находилась в главной спальне. Услышав его слова, я поняла, что не в силах пошевелиться и вымолвить даже слово. И тут я подумала, что он может зайти в спальню! Я спряталась за дверью и стала смотреть в щель. Он открыл дверь комнаты, расположенной напротив спальни, и я увидела это — я имею в виду тело. Конечно, я тотчас узнала ее, потому что Тереза устроила ужасную сцену в аэропорту, когда мы с Гартом прилетели в Лондон. Естественно, я просто оцепенела от испуга — нет, не могу об этом говорить. Это было ужасно. Спустя несколько минут, показавшихся мне часами, он вышел из квартиры с чемоданом, и я снова осталась одна. Кажется, я потеряла рассудок. Мне хотелось кричать, но я не могла этого сделать. Я едва не выбежала из квартиры, но испугалась, как бы он не вернулся, вспомнив что-то, тогда мы столкнулись бы у лифта. Я заставила себя провести в квартире еще несколько минут. Мне было так страшно, что я испытывала потребность, поговорить с кем-то — с кем угодно, но лучше всего...

— Со мной,— сказала я.

— Клэр, ты всегда отличалась восхитительным спокойствием, уравновешенностью, невозмутимостью...

— Наверно, она и заставила меня броситься с закрытыми глазами в этот водоворот,

— Да, конечно, я перепугалась, когда поняла, что не могу дозвониться до тебя снова. В тот вечер я дважды звонила тебе из квартиры Гарта, линия была занята...

— Я звонила в Скотланд-Ярд, выясняла, где ты находишься.

— Я хотела позвонить тебе в воскресенье, но Гарт отвез меня в коттедж, и спрятал там. Я обнаружила могилу — Боже мой! Я находилась в таком состоянии, что не могла никуда звонить. Наконец в понедельник я предприняла новую попытку связаться с тобой — ответа не было...

— В это время я уже летела в Париж.

— Затем Гарт сообщил мне, что он обнаружил тебя в Париже. Честное слово, Клэр, я была готова заплакать при мысли о том, какую сумму ты выбросила на ветер из-за моего легкомыслия!

— Хорошо все то, что хорошо кончается,— грустно заметила я.— Зато я наконец побывала в Европе.

— Я вовсе не считаю, что хорошо все то, что хорошо кончается,— возразила Джина.— Ты не сможешь купить себе маленький красный автомобиль...

Я с трудом вспомнила о том, что когда-то мне казалось важным иметь собственную машину.

— Я пропустила несколько ответственных съемок. Уоррен, вероятно, потерял свою работу — он бросил ее без должного разрешения, чтобы разыскать меня... Между прочим, разве это не мило с его стороны? Он пошел на такие хлопоты... Уоррен исключительно преданный, надежный друг. Когда он говорит, что свернет ради меня горы, ему можно верить, потому что это в его устах не просто красивая фраза. Когда я увидела его в вестибюле, у меня подкатил комок к горлу. Приятно знать, что тебя любят так сильно.

— Хм,— выдавила я из себя.

— Знаешь, Клэр, скажу тебе абсолютно честно... Я немного разочаровалась в Гарте. Он был обворожителен в Париже! Однако, оказавшись с ним в одной квартире, я заскучала. Правда, это ужасно! Но это правда. Прятаться в его квартире, провести в непосредственной близости от Гарта несколько дней казалось мне романтическим приключением, но он, похоже, потерял всякий интерес к таким отношениям. Конечно, я понимаю, на него свалилась масса проблем, но все же... Приходя домой, он читал и слушал квартеты Бетховена. У него даже нет телевизора. Я изо всех сил старалась не быть для него обузой — готовила ему еду, наводила чистоту в квартире, пока она не начинала походить на декорации рекламных съемок, но... ничего не произошло. Уверена, окажись на его месте Уоррен...

— Да,— сказала я.— Уоррен подходит тебе гораздо больше.

— Ты давно говоришь, что мне следует выйти за него замуж. Наверно, я так и поступлю. После всего этого мне хочется угомониться, стать обычной домашней хозяйкой, родить шестерых детей.

— Подожди, когда это состояние пройдет, и спроси себя тогда, хочешь ли ты выйти за него. После...

В дверь постучали. Джина бросилась к ней через всю комнату.

— Уоррен!

— Джина!

Они уставились друг на друга. Я поднялась с кровати и подошла к окну, чтобы полюбоваться видом. На улице было темно, шел дождь, городские огни расплывались в вечернем мраке.

— Между прочим, Уоррен,— сказала я, не поворачиваясь к к нему,— почему ты скрыл от меня тот факт, что был в Англии во время последнего уикэнда?

— Во время последнего уикэнда? — удивилась Джина. Я обернулась. Он явно смутился.

— Как ты узнала?

— Я видела отметки в твоем паспорте.

— Я...— он покраснел,— думаю, я повел себя глупо. Я беспокоился за Джину... не доверял Гарту. Я полетел вслед за ними в Лондон и затем попытался провести любительское обследование окружения Гарта. Обнаружил, что у него была невеста. Никто не знал, является ли она ею сейчас. Я позвонил Терезе и договорился встретиться с нею в субботу вечером. Она не пришла — к тому времени она уже была мертва. Мне показалось, что я веду себя, как идиот, и должен вернуться в Париж. Наверно, я смалодушничал. Я не сказал тебе об этом, потому что поступил глупо и...

— Я не считаю это глупым поступком! — возмутилась Джина.— По-моему, просто замечательно, что ты беспокоился за меня! Когда я думаю о тех хлопотах, которые ты...

Они с нежностью посмотрели друг на друга, словно не веря своему неожиданному сказочному везению. Я почувствовала себя лишней.

— Ну,— произнесла я,— теперь, когда все выяснилось... Зазвонил телефон. Джина, стоявшая к нему ближе всех, сняла трубку.

— Алло? Да, спасибо, Клэр? Да, она здесь. Одну минуту.— Она изумленно повернулась ко мне.— Это Гарт, Он хочет поговорить с тобой,— с недоумением в голосе произнесла Джина.— Думаешь, это связано с каким-то новым происшествием?

— Нет,— ответила я.— Это происшествие случилось четыре дня назад.— Я зашагала через комнату к ждущему меня телефону.

— Мне следовало разрешить Джине поговорить с тобой по телефону, когда ты прилетела в Лондон,— сказал мне Гарт.— Ты имеешь право сердиться на меня за то, что я обманул тебя, не сказал, что знаю, где она находится, но ситуация была необычной и опасной, мне не хотелось втягивать тебя в нее. Мне казалось, что тебе следует знать как можно меньше. Если ты вовсе ничего не узнаешь, подумал я, то не сможешь навредить себе и нам. Но я ошибся.

Эпилог

Это был субботний вечер; прошла ровно неделя с того момента, как я, сидя в моей манхэттенской квартире, пыталась установить, откуда звонила Джина. Гарт повел меня в ресторан, расположенный на крыше здания: под нами мерцала тысячами огней уходившая в бесконечность панорама Лондона; внизу энергия жизни, зародившейся здесь двадцать исков тому назад, пульсировала по артериям города.

— Ты простила меня за то, что я был не совсем честен с тобой?

— Ты был честен в самых главных вопросах. Только это имеет сейчас значение.

У меня не осталось сил на споры, мои веки налились свинцом.

— Но ты не верила мне! Почему ты убедила себя в том, что я предпочитаю тебе Джину?

— Тебе это показалось? — Я всегда считала, что любой привлекательный мужчина предпочитает мне Джину, но могла ли я объяснить это Гарту?

— Да, показалось! Это ты не была абсолютно честной! Все это время ты думала, что мой интерес к тебе — всего лишь игра, спектакль, что он не может быть подлинным...

— Все произошло так быстро! И ты действительно встречался с Джиной!

— Я провел с ней всего несколько вечеров в Париже, чтобы забыть о выходках Терезы.

— И полетел с ней в Лондон!

Я уже завелась и не могла остановиться. Во мне проснулось мышление школьной учительницы.

— Это было результатом ее хитроумного плана...

— Который привел к тому, что она поселилась в твоей квартире, готовила тебе пищу...

— Скажем так — пыталась готовить. Надеюсь, Уоррен — приличный кулинар, иначе они умрут от голода. Кстати, а ты-то умеешь готовить?

Внизу, под нами, огни Лондона пронзали темноту. Официант, проходя мимо нас, остановился, чтобы наполнить наши бокалы шампанским, бутылка которого лежала в ведерке со льдом.

— Ну, я способна сварить классический вариант яиц всмятку.

— Правда? Прекрасный завтрак.

Он с улыбкой поднял бокал; его светлые глаза уже не казались мне непроницаемыми.

— За твои классические яйца всмятку! — произнес Гарт шутливым тоном.— И за тот день, когда я их попробую!

Мы поженились через три месяца.