Хозяин моего дома

Девушка вздохнула и закрыла окно – небо уже полыхало молниями, но дождь еще не пошел. Энди походила вдоль стеллажей с книгами, пытаясь выбрать, что почитать пред сном, хотя сильно сомневалась, что заснет. Миссис Вуд уже давно легла, поэтому Энди решила не тревожить ее, а спуститься самой на кухню за чаем и печеньем – она с детства любила поваляться в постели с едой и книжкой.

Устроившись наконец на огромной графской кровати, Миранда захрустела печеньем и открыла книгу. «Кентервильское привидение» Уайльда очень подходит для такой ночи, особенно в свете любимых историй миссис Вуд про пропавшего графа. За семь лет Миранда наслушалась таких историй. Она даже разыскала в мансарде, где хранились старые картины, портрет этого самого Эварда Морвеллана, написанный незадолго до его исчезновения: высокий мужчина в черном парадном костюме, светло-карие глаза, немного мелковатые на современный вкус черты лица, темные, с ранней сединой волосы… И скука, ощущение серой паутины тоски – что-то такое было во всем облике пропавшего графа Мередит.

Энди даже покопалась в старых хрониках и нашла, что Эварду было тридцать семь лет в тот год, когда он сгинул навсегда, и что граф был богат, но богатство растворилось в воздухе вместе с ним. Скорее всего, лорд Морвеллан сбежал в поисках развлечений и денежки прихватил с собой. Если ему действительно было так скучно, как казалось, то ничего удивительного. Миранда надеялась, что граф Эвард нашел средство от скуки и был счастлив, а не бродит до сих пор грозовыми ночами по парку, бряцая цепями и завывая. Энди мысленно прикинула на мужчину с портрета белые лохмотья и хихикнула – зрелище получалось в высшей степени нелепое.

Печенье кончилось, и девушка решила попытаться уснуть, расположилась поудобнее и принялась за чтение. История неожиданно увлекла, хотя рассказ о несчастном призраке был прочитан не один раз. Миранда уже добралась до сцены знакомства призрака с девочкой, когда, на секунду оторвав взгляд от страницы, узрела перед собой самое настоящее привидение. Гость с того света, в мокрой старомодной одежде, стоял у кровати и с нескрываемым удивлением смотрел на нее.

– Юная леди, что вы делаете в моей постели? – вдруг вопросило предполагаемое привидение.

– Что тебе нужно, неупокоенный дух! – патетически высказалась Энди и неожиданно рассмеялась.

Нелепость ситуации превосходила все мыслимые пределы… Не надо было читать на ночь «Кентервильское привидение»!

Призрак покачнулся и, чтобы избежать падения, ухватился за угловой столбик кровати. Энди глубоко вздохнула и попыталась успокоиться. Что-то во всем происходящем было не так. Явление мокрого, разящего бренди призрака в старинной одежде!.. Вот что не так!

– Бренди! – Миранда не преминула высказать мысль вслух.

– Да, я пил превосходный бренди в своем кабинете, потом вышел прогуляться, попал под проливной дождь! Возвращаюсь в свою спальню и вижу незнакомую леди в своей постели!

– Это моя постель! И разве призраки спят? – Энди продолжала хихикать.

Любая здравомыслящая женщина давно бы разбудила слуг и вызвала охрану, а не демонстрировала бы подозрительному незнакомцу полупрозрачное белье, но Энди ничего не могла поделать – если весь вечер думаешь и читаешь о привидениях, а потом видишь сие явление собственными глазами… И этот феномен еще и беседует с тобой, пребывая в нетрезвом состоянии… Определенно, ей достался оригинальный призрак. Ни савана, ни цепей – зато мокрый, сердитый и разговорчивый.

– Гм… вы заблуждаетесь. И вообще, мы не представлены, ситуация пикантная – познакомимся, юная леди? – отвесило церемонный поклон привидение.

– Миранда Деверил. – Энди протянула руку.

– Эвард Морвеллан, граф Мередит. – Призрак склонился к ручке и поцеловал запястье.

Энди оторопела. Да и было отчего. Во-первых, предполагалось рукопожатие, а никак не архаичные поцелуи. Во-вторых, привидение оказалось чересчур материальным: руки теплые, а губы нежные. В-третьих, выходило, что она сидела полуобнаженной перед странным, но вполне живым мужчиной.

– Мисс Деверил? – вопросил сомнительный призрак.

– Да, мисс. – Разговор принимал все более странный оборот.

– Ну и что мисс Деверил делает в моей спальне? – скрестил руки на груди полночный гость.

– Это моя спальня! – Энди начинала злиться. – И я не понимаю, как вы тут оказались и почему на вас такая странная одежда, не говоря уже о манерах и нетрезвом состоянии. Я склоняюсь к тому, чтобы вызвать слуг.

– Как это ни странно, я тоже к этому склоняюсь. Надеюсь, вы не намереваетесь заявить, что я покушался на вашу девичью честь? – абсолютно серьезно вопросил призрак.

– Девичью честь? – От абсурдности такого предположения тридцатилетняя Энди опять рассмеялась. Это начинало походить на истерику.

– Леди, прекратите хихикать и объяснитесь! – Эвард заподозрил, что мисс Деверил психически неуравновешенна.

Странно, но Энди совершенно не опасалась незнакомца и пока еще не была уверена, что он не гость из потустороннего мира. Вот будет забавно: на вызов явятся слуги и не обнаружат в комнате никого, кроме нее…

– Может, нам будет удобнее в библиотеке? – Энди подумала, что перемена декораций может заставить призрачную галлюцинацию исчезнуть.

– Я жду вас там, юная леди. Надеюсь, вы придете в менее легкомысленном настроении, – церемонно заявил Эвард и удалился. Через дверь, а не сквозь стену, как ожидала Миранда.

– Надо же, призрак пропавшего графа! Или не призрак? И дорогу в библиотеку знает, – рассуждала Энди сама с собой, переодеваясь в джинсы и рубашку. – Есть два варианта: или я перенервничала и переработала, вот мне и мерещатся духи; или этот человек сумасшедший и мнит себя пропавшим около ста пятидесяти лет назад графом Мередит. Хотелось бы, чтобы психом оказался он, а не я.

Эвард, чертыхаясь, брел в библиотеку. В голове шумело. Граф постоянно натыкался на мебель, расставленную не на привычных местах. Войдя в библиотеку, Эвард пошарил по полке, где всегда стояли свечи, но там ничего не оказалось, кроме каких-то мелких безделушек, которые попадали на ковер. Ковер? В библиотеке нет ковра, только натертый паркет! Мысли разбегались. Спичек, чтобы зажечь газовый рожок, не было, да и нашарить сам осветительный прибор не получалось. На ощупь пробравшись к креслу, Эвард решил дождаться мисс Деверил.

Что-то было не так. Определенно, не так. Эта Миранда Деверил… Эвард не помнил никого по соседству с таким именем. Откуда она взялась? И почему эта девушка настаивает на том, что он – призрак? Лорд Морвеллан чувствовал себя вполне живым – уж очень донимала головная боль. У мертвых голова не болит. Кажется.

– Хотелось бы, чтобы это она оказалась сумасшедшей, а не я. – То, что граф Мередит слышал о Бедламе, ему совершенно не нравилось.

Дверь скрипнула, и внезапно библиотека осветилась тем же странным светом, который он уже видел в спальне, только более сильным. Эвард на мгновение прикрыл глаза, яркий свет ослепил его.

– Почему вы сидите в темноте? – В голосе Миранды удивление мешалось с раздражением.

– Потому… – Эвард открыл глаза и потерял дар речи.

– Мое имя не Медуза Горгона, чтобы при виде меня превращаться в камень. – Энди направилась к креслу и расположилась напротив незнакомца. – Язык проглотили? Четверть часа назад вы были поразговорчивей.

Миранда устроилась поудобнее. Предполагаемый дух, казалось, окаменел. Одежда незнакомца немного просохла, но не перестала казаться реквизитом костюмированного фильма о жизни аристократии викторианских времен.

– Давайте определимся: вы призрак или псих? – перешла сразу к сути дела Миранда. – И как вы сюда попали?

Странный гость не отвечал, просто моргал, уставившись на нее. Потом вдруг вышел из оцепенения, перекрестился дрожащей рукой и, кажется, забормотал молитву, сбиваясь и начиная заново. Сумасшедший дом, да и только.

Эварду, однако, было не до смеха. Сидевшая в кресле девушка была одета в синие облегающие брюки из странной плотной ткани и клетчатую рубашку. Ни одна уважающая себя молодая леди не оденется так… неприлично! Наверняка это Дьявол искушает его… и надо сказать, не без успеха. Эвард еще раз поглядел на обтянутые синей парусиной ножки рыжеволосой и перекрестился. Так, на всякий случай.

Соблазнительное наваждение и не думало исчезать, оно закинуло ногу на ногу и поинтересовалось:

– Так и будем молчать? – Миранда устало вздохнула. – Давайте в конце концов объяснимся. Этот дом мой. Я его купила и вот уже несколько лет приезжаю сюда на выходные и в отпуск. Жизнь в Лондоне несколько утомляет, знаете ли… – Энди прикусила язык. Незачем этому призраку знать о ее проблемах. – А вы называете себя Эвардом Морвелланом. – Она нахмурилась. – Но граф исчез бог знает сколько лет назад!

– Боюсь, ваши сведения несколько ошибочны, – напыщенно парировал Эвард. – Вряд ли час прогулки по саду можно назвать «бог знает сколько лет». Мисс Деверил, я, разумеется, предоставлю вам экипаж, чтобы вас отвезли домой. Такие шутки не подобают леди, но я готов закрыть на это глаза. – Тут ему пришла в голову новая мысль: ведь всего час назад он решил… Эвард улыбнулся. – Однако, если ваши родственники потребуют… я готов жениться на вас.

Миранда изумленно посмотрела на него, потом уголки ее губ дрогнули, и она… расхохоталась! Эвард вспыхнул. Это уже переходит всякие границы! Да любая женщина, которой сделает предложение граф Мередит, должна благодарить Бога за то, что тот ниспослал ей такого прекрасного мужа! Но уж никак не смеяться, рискуя перебудить весь дом!

– Простите, – всхлипнула Миранда, – меня рассмешила нелепость ситуации. В мою спальню входит мокрый мужчина, представляется графом Мередит, требует освободить его дом и в конце концов предлагает на мне жениться! Простите, это уже слишком. Кому-то из нас надо лечиться – либо мне, либо вам.

Эвард медленно кивнул; он чувствовал себя приблизительно так же. Он еще раз огляделся. Библиотека выглядела странно, в ней все было не так. Внезапно Эварду стало плохо. Наверное, это все-таки ад.

Тут на ум ему пришла одна фраза, оброненная мисс Деверил. Эвард вновь повернулся к Энди.

– Вы сказали, что граф Мередит исчез много лет назад. – Миранда кивнула. – Вы имеете в виду Эварда Морвеллана, двадцать второго графа? – Она снова кивнула. – То есть меня…

Энди неопределенно пожала плечами. Смеяться ей почему-то расхотелось.

Эвард облизнул сухие губы.

– Когда я исчез?

Звучало это по-идиотски, но Энди тем не менее ответила:

– Во второй половине девятнадцатого века. В шестидесятых годах.

– Но разве сейчас не девятнадцатый век?

– Разумеется нет. Двадцать первый.

– Вы уверены? – спросил он на всякий случай.

Миранда фыркнула.

– Конечно. Но если вы не доверяете мне, можете взглянуть на календарь. – Она указала на стену. – Там указан год и число.

Эвард поднялся, подошел к календарю и долго смотрел на яркую бумагу.

Нет, это не ад. Это гораздо хуже.

– Убедились? – спросила Миранда.

Мисс Деверил уже почти все было ясно. Бедный, бедный сумасшедший. Наверняка кто-то из местных, чья больная психика подсказала ему фантастический вариант, будто он – граф Мередит и родился в девятнадцатом веке… Миранда попыталась припомнить, есть ли психбольница в ближайшем городке, откуда сей персонаж мог сбежать. Вроде нет.

И все же что-то в этом не так, подумала Энди, глядя, как Эвард бредет обратно к креслу и падает в него. Он слишком… слишком… черт, да он слишком похож на пропавшего графа, вот что! Его манера поведения, одежда, внешность, в конце концов…

– А я не верил… – внезапно сказал Эвард – не Миранде, а так, в пространство. Фраза прозвучала настолько зловеще, что Энди вздрогнула.

– Во что вы не верили?

– В лабиринт, – спокойно изрек этот сумасшедший.

Миранда устало вздохнула. Комедия абсурда.

– И чем вам не угодил лабиринт?

– Мои предки там исчезали. А я не верил. Гулял там. Ведь нынче полнолуние?

– Да, наверное. – Миранда где-то читала, что с сумасшедшими надо во всем соглашаться. Тогда меньше вероятности, что они сделают… что-нибудь не то. Энди поежилась. А если он на нее набросится? Слуги далеко и не услышат криков… Нет, он не кажется опасным.

– Существует старинное пророчество, – заявил Эвард торжественным тоном. – Вернее, предостережение. «Не ступай на извилистый путь, когда сверкают молнии и в небе полная луна» – таков приблизительный перевод с латыни. Это родовое проклятие графов Мередит. Теперь я понимаю: «извилистый путь» – это лабиринт. Да. Теперь я понимаю… – Он глубокомысленно кивнул, и Энди еле удержалась, чтобы не кивнуть тоже – так убедительно вещал в пространство этот псих.

– То есть вы хотите сказать, что вы и есть пропавший двадцать второй граф Мередит? – зачем-то уточнила она.

– Конечно, именно это я вам и твержу уже полчаса, – раздраженно откликнулся Эвард.

– Понятно, – пробормотала Энди. Нужно срочно звонить в неотложку.

Эвард, видимо, что-то заподозрил: он посмотрел на нее, прищурившись.

– Значит, я… в… двадцать первом веке, – слова давались ему с трудом. – И что сталось с моими владениями за прошедшие пару веков?

– Чуть меньше, чем за двести лет, – неизвестно зачем уточнила Энди. – Поместье принадлежит мне. После вашего таинственного исчезновения земли отошли Короне. Лишь недавно Королева Елизавета решила продать их.

– Мне не место здесь. Я должен вернуться. – Гость, кажется, потерял всяческий интерес к разговору.

– Ну конечно, – успокаивающе сказала Энди, прикидывая, как бы незаметно добраться до телефона.

До Эварда наконец дошло, что она не воспринимает его всерьез.

– Вы думаете, что я сумасшедший, юная леди? Разумеется, так проще объяснить мое появление здесь… Поверить в невероятное гораздо сложнее. Но я могу доказать вам… – Он огляделся и столкнулся взглядом с тринадцатым графом Мередит. Предок взирал на него с картины, как бы подсказывая… Граф встал и протянул к девушке руку. – Прошу вас, проследуйте за мной к этой картине.

– Вам не кажется, что сейчас неподходящее время для ознакомления с произведениями искусства? – Энди начинало это все раздражать. Было далеко за полночь, давно пора спать. Но спорить с сумасшедшим… Она встала. – Ну так что вы хотите?

Сумасшедший хитро улыбнулся и нажал несколько завитушек на раме огромной картины.

Приоткрыв рот, Энди смотрела, как изображение лорда в старинной одежде отъехало в сторону; за ним оказалась маленькая дверца – сейф. Эвард достал из кармана сюртука ключ и, вставив в замочную скважину, повернул.

– Там лежат ассигнации на сумму триста фунтов, – сообщил Эвард. – Вы можете проверить, леди. Будет ли это достаточным доказательством?

Дверца открылась с надрывным скрежетом. Эвард приглашающим жестом указал на нее Миранде и отступил, скрестив руки на груди.

Энди осторожно заглянула в сейф. Потом посмотрела на Эварда – тот печально улыбался.

– Хотите пересчитать деньги? – иронично осведомился двадцать второй граф Мередит. – Там ровно триста фунтов. Я сам положил их туда позавчера. В моем позавчера, в мае тысяча восемьсот шестьдесят восьмого года.

– Добро пожаловать в двадцать первый век, – пробормотала Энди. Голова шла кругом. А может, это все-таки благословенное умопомешательство? Похоже, что нет.

Мошенником этот человек быть не мог. Зачем ему забираться в дом, прятать старинные деньги в тайник – и как это получилось, что она не знает об этом сейфе? – а потом являться к Энди в спальню? Да и на маньяка он не похож. Маньяки ведут себя по-другому. Энди иногда все же смотрела телевизор.

Граф церемонно поклонился ей.

– Благодарю. – Он закрыл сейф и вернул картину на место. – Теперь я хотел бы выяснить, как нам поступить дальше, юная леди. Я хотел бы вернуться в свой дом, если вы не возражаете. – Он подчеркнул слово «свой», чтоб Миранде сразу стало ясно, что он имеет в виду.

– И как вы собираетесь это сделать? – устало спросила Энди. – Я думаю, нам надо сейчас лечь спать и оставить все проблемы до утра. Я размещу вас в комнате для гостей.

Эвард вздернул бровь, безмолвно откомментировав факт, что его не пустят в собственную спальню, но возражать не стал.

Эвард открыл глаза и долго смотрел в потолок. Господь Всемогущий, ну и сон ему приснился!

Это наверняка от слишком большого количества выпитого. Эвард одним героическим движением оторвал голову от подушки… И еле сдержался, чтобы не огласить утренний покой гостевой спальни выражениями, которые вряд ли приличествуют джентльмену.

Из старой меблировки в комнате осталось одно кресло. Все остальное – стулья, стол, светильники – принадлежало к тому самому кошмарному сну, о котором Эвард забыл бы с большим удовольствием. Из окна лился яркий утренний свет. Ну что ж, если это сумасшествие и Эвард сейчас бродит по закоулкам и тайникам собственного воспаленного воображения, то он наверняка находится под присмотром надежных людей, и ему хорошо в обитой войлоком комнате… А если так, нужно расслабиться и попробовать получить удовольствие.

Последний пункт оказался проще к принятию, чем к исполнению. Спустив ноги с кровати, Эвард обнаружил, что его мокрая одежда исчезла, а вместо нее на стуле лежат небрежно сложенные тряпочки непонятного назначения. Покопавшись в них, Эвард извлек черные брюки… но что это были за брюки! Они сделали бы честь любому портовому грузчику как парадный элемент одежды, но заставить респектабельного джентльмена надеть такое могла лишь острая необходимость. Невыразимо острая! Эвард вздохнул и принялся натягивать на себя брюки. Расслабиться и получать удовольствие в голом виде не выйдет. В голом виде получают только два удовольствия – любовь и ванну, а ни на то, ни на другое Эвард в данный момент не рассчитывал.