Помоги проекту - поделись книгой:
Любовные утехи измотали обоих. Взмокшие и усталые, они растянулись на сеновале и с блаженными лицами уставились в потолок. Впрочем, потолка здесь не было. Покатая раскаленная на солнце крыша из оцинкованного железа и деревянные подпорки, балки и брусья. Огромный сарай отводился под сеновал, а три крошечных окошка едва пропускали свет. Молодая парочка давно уже облюбовала это местечко, где легко спрятаться в сене. Но на бочку меда всегда найдется ложка дегтя. Хозяин всегда запирал сарай, и отсутствие замка могло вызвать подозрение. Тем более что здесь хранились дорогие седла, сбруя и прочая лошадиная амуниция — в хозяйстве начальника отдела внутренних дел Елани майора Пустовалова имелись четыре скаковых лошади и два жеребенка. Тут можно вспомнить и о двух коровах, которые также нуждались в сене. Сарай стоял в стороне от дома и с тропинки, ведущей от калитки в милицейские хоромы, невозможно было определить: висит замок на месте или нет. Плодовые деревья загораживали большую часть сарая. Воров здесь не боялись. Ни один псих не полезет в сад начальника милиции. Крутой нрав майора знали не только в городе, но и во всем районе.
Только дочка майора не боялась отца. Она для него как свет в окошке. Самая умная, самая красивая, самая-самая. В общем-то папочка не ошибался. Леночка Пустовалова и впрямь слыла первой красавицей в районе, школу закончила с золотой медалью и выиграла олимпиаду по математике в области. Ее даже по телевизору показывали. Было чем гордиться и ей, и ее отцу. И все же Алена старалась скрывать от папочки некоторые свои слабости. Надо сказать, что она умела это делать. Вряд ли найдется человек, который смог бы утверждать, будто знает, чего на самом деле добивается кареглазая красоту-ля и что творится в ее чудной белокурой головке.
Мальчики сходили от нее с ума. Оглядывались все, вот только подойти не смели. Во-первых, знали, чья это дочь. Во-вторых, она несовершеннолетняя. Алене еще восемнадцати не исполнилось. В-третьих, ее саму побаивались. Девушка за словом в карман не лезла. Язычок как бритва. А кому хочется выглядеть дураком? Она себе цену знала и постоять за себя могла, не прибегая к отцовской помощи. Одним словом, натура сформированная и не по годам зрелая.
Лежащий рядом юноша не имел выдающихся способностей. В свои двадцать лет ничего не добился, кроме того, что его по блату устроили в МГУ на экономический факультет, и хорошие оценки он получал согласно тарифу, расплачиваясь не знаниями, а деньгами. У его матери на хуторе близ Жирновска имелся хороший дом, где семья проводила все лето, а сам Егор приезжал сюда и на зимние каникулы, ради встречи с Аленой. А если бы она захотела, то и вовсе бросил бы учебу и жил рядом, возле ее ног, как верный пес. Но Алена считала, что ее парень должен иметь высшее образование и получать много денег. И она знала, как этого добиться.
— Ну что, Горочка, ты решился?
Он повернул к ней голову. Боже, какая же она красивая! Ни одного изъяна. Любит ли она его на самом деле? Громадные карие глазищи с пушистыми ресницами всегда оставались холодными, как ледышки. Хоть бы раз в них мелькнул огонек. И все же человек верит, если ему очень хочется верить в однажды услышанные слова.
— Ты знаешь, Алена, что я сам ненавижу отчима. Он матери жизнь сломал — она превратилась в его рабыню. Одни только слезы, которые пытается скрыть от меня. Хам, невежда, бабник! Но убийство?…
— Значит, ты трус?
— Дело не в трусости. Я не Господь Бог, чтобы повелевать чужими жизнями. Даже суд по нынешним временам не может казнить преступника.
Алена приподнялась, надела сарафан, застегнулась и стряхнула с себя солому.
Егор взял ее за руку.
— Погоди. Ну давай еще подумаем.
— Пошел к черту, размазня! Я думала, ты мужик.
Он приподнялся и обнял ее. Она резко оттолкнула парня.
— А тебе плевать, что я беременна? Делать аборт я не собираюсь. Зимой мне исполнится восемнадцать, и мы могли бы пожениться. Но пока жив твой отчим, об этом и речи не может быть.
— Ты ждешь ребенка?
— Оглох, что ли? А до тебя не доходит, что бесконечные кувыркания на сеновале к добру не приводят.
— Да я плюну на отчима и уйду из дома. Черт с ним!
— А жить на что будешь? И молодую жену с ребенком содержать? А деньги на учебу где возьмешь? Правда, ты и так скоро нищим станешь.
— Это почему же?
Алена села в позу лотоса, пододвинула к себе консервную банку из-под сельди и закурила.
— Через два года у твоего отчима кончаются депутатские полномочия, а с ними и статус неприкосновенности. Тут его и загребут. В прокуратуре давно на него зуб точат. Я-то знаю. У моего отца хорошие связи В Москве. Скажи мне на милость, хватает ли депутатской зарплаты, чтобы построить три особняка под Москвой и купить четыре квартиры в престижных домах в столице. Причем самая маленькая имеет площадь сто сорок метров. Ну, а где он держит денежные заначки, вычислить нетрудно. В банк он их не понесет. Если прокуратура докажет его причастность к нефтяной и рыбной мафии, то ему крышка. А если его убрать сейчас, все достанется тебе и твоей матери. Уголовное дело закроют автоматически. Труп аресту и дознанию не подлежит.
— А ты знаешь, какой шум поднимется, если убьют депутата Думы? Из Москвы генералы понаедут.
— Не преувеличивай. Сейчас все в отпуске, а у нас и своих генералов хватает. Только погибнуть он должен на своем хуторе, рядом с домом. Этот район относится к управлению Жирновска, где командует майор Требухин.
— Вот оно что! Твой отец и Требухин — первые кандидаты на большую должность в областном управлении. Повесить убийство на Требухина, значит, вычеркнуть его из списков кандидатов?
— Дурак ты, Горочка. Я думаю не о своем отце, а о тебе. Следствие составит схему всех подозреваемых, тех, кто хоть как-то был связан с депутатом Виталием Георгиевичем Ярыгиным. Уверяю тебя, что вы с матерью попадете в эту схему. Конечно, всерьез вас воспринимать не будут. Главной версией сочтут месть конкурентов. Сейчас в разгаре война за передел влияния в портах на Волге. Война идет от Саратова до Астрахани. Камышин — один из важнейших узлов в этой цепи. Вот почему твой отчим не проводит лето на Багамах и в своих дворцах в Подмосковье, а торчит в периферийных дебрях на хуторе, которого на картах нет. Есть и другая причина, но тоже весомая. Она, скорее всего, касается слез твоей матери. Я запаслась фотками, и в нужный момент они окажутся в руках следователя. Но только не местного, конечно.
— Какими фотками?
— Порнушкой. Представь себе, что кто-то сейчас прячется в сарае и нас с тобой фотографирует. В момент близости.
— В твоем сарае? Это невозможно.
— Конечно. Здесь безопасно. Только не все заботятся о безопасности.
Алена достала из своей холщовой сумки конверт и высыпала на сено стопку фотографий.
— Вот, полюбуйся. Глядя на такое женское тело трудно оставаться хладнокровным. Супербаба, прямо порнозвезда. «Плейбой» по ней плачет, а она в этой дыре гниет. Ну как?
— Это же мой отчим!…
— Конечно. Только из него супермодель не получится. Сплошные недостатки. А вот его партнерша…
— Потокина Ирина Сергеевна!… Жена майора Требухина?
— Она, голубушка. Шлюха международного масштаба. О ней мало что известно. Три года назад Требухин привез ее из Питера. Отец говорил, будто Дмитрий Михалыч вытащил ее из болота. Спас от тюряги. Красотка на волоске висела. А здесь кто ее найдет? Только натуру ее он переделать не смог. Горбатого могила исправит. А теперь вспомни, как майор Требухин три года назад пристрелил трех бандитов в лесу.
— И что? Тогда доказали, что он оборонялся.
— Может быть. Вопрос в другом. Требухин способен выстрелить в человека. При защите или в ярости, какая разница. А если ему такие фотки попадут на глаза? Сложа руки сидеть не будет.
— Может так и сделать?
— Не надежно. Нам нужна стопроцентная гарантия.
— Вот гад! Мать его обстирывает и обихаживает, чтобы он по бабам шастал! Ночью на бровях домой возвращается, а она раздевает его и в постель укладывает.
— Оставь, Горочка. — Алена потрепала парня по черным кудрям. — Злость в таком деле плохой помощник. Холодный расчет и четкость исполнения. Тогда все сработает.
— Но как?
— По примеру столичных бандитов. Все должно выглядеть как заказное убийство. Вариант первый. Выстрел в подъезде. Отпадает. Вариант второй. Взрыв машины. То, что нужно.
— А взрывчатка?
— Все есть. Даже дистанционное управление.
— Где ты взяла?
— Старая история. Слышал про Илью Старикова?
— Имя знакомое.
— Первый диверсант Советского Союза. Ему Сталин доверил организовать диверсионные отряды. Еще до войны эти отряды заминировали все крупные города России. И Москву в том числе. Организация получилась очень мощная. Такая, что Сталин сам ее боялся и в тридцать шестом распустил эту теневую армию. Но когда война началась, Старикова вернули в строй. Города они так и не разминировали. Когда фашисты захватили Харьков, команда Старикова взорвала город, находясь при этом в Воронеже. За семьсот верст от Харькова. Сработал радиоуправляемый фугас. И это факт. Так вот, мой прадед, дед моего отца, командовал в те времена бригадой диверсантов в Сталинградской области. После войны осталось множество засекреченных бункеров и в наших краях. Там столько взрывчатки, что хватит на всю нашу область. У моего отца есть карты и схемы, оставшиеся от деда. Я их видела. Один из таких бункеров находится совсем рядом. В жизни не найдешь. Стоять на нем будешь и не увидишь. Умели строить. Фашисты так ничего и не нашли. Старики умерли, и все секреты унесли с собой. Отец схемы нашел, когда полы в доме перестилали. Одним словом, мины у нас есть, а главное, что при таком раскладе вы с Матерью из категории подозреваемых исключаетесь.
— И ты знаешь, как сделать заряд?
— Он уже сделан. В схеме запалов и контактов я тоже разобралась. Все есть. Нужно лишь пару батареек купить.
Девушка затихла. С улицы послышался гул мотора. Они придвинулась к окну.
— Черт! Отец едет. И что ему на работе нe сидится. Дуем вниз. Где твой мотоцикл?
— В кустарнике на опушке оставил.
Они спустились по лестнице вниз на земляной пол и подкрались к дверям сарая.
В широкую щель все было видно.
Милицейский уазик остановился возле ворот. Невысокий штакетник отделял ухабистую дорогу от огромного участка майора Романа Пустовалова. Из машины вышел сам майор — плечистый мужчина высокого роста со смуглым рубленым лицом, жесткими тонкими губами. Светло-серые глаза выгодно выделялись на загорелом обветренном лице, но колкий взгляд был слишком неприятным и перечеркивал притягательные мужественные черты, которыми наградила его природа. Такого человека скорее испугаешься, чем станешь доверять ему.
Майор бросил ключи в карман брюк и направился к дому, открыв калитку ногой.
Когда его статная фигура скрылась в доме, Алена приоткрыла дверь сарая, и они оба выскользнули наружу. Пригибаясь, влюбленные пробежали вперед и уже собрались перемахнуть через штакетник, когда послышался новый звук. К воротам подкатил серебристый джип «Тойота». Послышался сигнал клаксона.
Ребята залегли в кустах малины.
— Мой папаша пожаловал, — испуганно пролепетал Егор. — И что его принесло? Я и не знал, то они общаются.
— Заткнись, Горочка! Тут что-то не так.
На сигнал из дома вышел хозяин. Раздетый по пояс, он выглядел атлетом. Безукоризненная модель для скульптора. А из машины вышел толстячок среднего роста с просвечивающейся плешью на затылке.
Взгляды их встретились. Они не боялись, а скорее ненавидели друг друга.
— Здорово, Роман Иваныч. Сто лет тебя не видел и еще бы двести не видеть.
— С чем пожаловал, депутат?
— Рано ты с работы смылся. Так можно и должность проспать. А не то что новую получить.
— Переживаешь за своего холуя Требухина? Не надейся. Ему в управлении делать нечего. Пусть на хуторских танцульках за казачками присматривает. А настоящим делом займусь я. Не тебе, Ярыгин, в здешних местах свой устав навязывать. Кочумай в Москву и там глотку дери. А тут горлом не возьмешь.
— Так вот, майор. Новость у меня для тебя плохая. Колония строгого режима ЯР 154/25, что находится во Фролово, тебе, как я догадываюсь, известна.
Пустовалов напрягся.
— Что дальше?
— А то, что в четырнадцать часов по местному времени из нее дал деру Василий Игоревич Артюхов. Дружбан твой старый, которого три года назад с мешком фальшивых долларов взяли. Только не твои люди, а майора Требухина. Потому и дело до суда Довели и получил Артюхов червонец. Тогда он тебя не сдал. Но теперь, я думаю, он будет сговорчивее. Понюхал зону и понял, что к чему. Я дам ему свободу за откровенность.
— Что дальше, депутат?
— Хочу вызвать тебя на соревнование. Оно покажет, кто на что способен. Дураку понятно, что Артю-хов идет сюда. Только здесь его спасение или погибель. Михайловку он обойдет, рванет напрямки к Данилов-ке, далее через Белые пруды и на Елань. Вкупе сто семьдесят верст по голой степи. В лучшем случае он попадет в эти места к полуночи, но не раньше. Милиция Даниловки и Орехово уже готова к встрече с беглецом. Если он этот кордон пройдет, что не исключено из-за малочисленности опергрупп, то здесь его встретишь ты либо Требухин. Шансы у вас равные. Если он попадется Требухину, считай, тебе крышка.
— Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь. А кто поймает Артюхова, мне плевать. Слово беглого зэка против моего ничего не стоит. Не тешь себя надеждой.
— И еще, майор. Я вечером поеду в Камышин и попрошу подкрепление у начальства. Артюхов — важный элемент в цепи. Ведь фальшивки до сих пор из наших мест попадают на валютный рынок. Такую чистую работу могут организовать только под крышей силовиков.
— А может, под депутатской?
— Вот это мы и выясним. Артюхов здесь. И колючка его уже не спасет от допроса с пристрастием. Далеко не уйдет.
— Если я его поймаю, то подарю тебе, Ярыгин.
Допрашивай с пристрастием. Привет камышинским прокурорам.
Майор зашел в дом и захлопнул за собой дверь.
Ярыгин ухмыльнулся, сел в джип и уехал.
Алена и Егор перемахнули через штакетник и побежали к опушке.
Капитан Ершов вышел из дежурной части и направился к начальнику на третий этаж.
На лестничном пролете ему встретилась жена майора — она спускалась вниз. «На ловца и зверь бежит», — подумал капитан.
— Ирина Сергеевна, рад вас видеть. Муж у себя?
— У себя.
В отличие от капитана элегантная статная дама не испытывала восторга от случайной встречи.
Ершов воровато огляделся по сторонам, обнял ее и похлопал ниже талии.
— Ты стала меня избегать, Ириша. А напрасно Меня не так просто вычеркнуть из твоего прошлого и даже настоящего.
— Прекрати, Антон. Забудь о прошлом. Ты все уже получил, что хотел.
— От такой женщины, как ты, никогда не получишь всего. Пока ты ходишь по этой земле, мужчины не перестанут раздевать тебя своими взглядами И лишь единицам дано делать это наяву. Я хочу оставаться в категории избранных. У меня есть на то
особое право.
— Уйди сдороги, Антон. Не наглей. Еще не хватало, чтобы нас увидели подчиненные моего мужа.
— Ладно. Мы еще вернемся к этому разговору. А сейчас я тебе должен сообщить одну неприятную весть. Из колонии сбежал Вася Артюхов. Судя по всему, он вскоре здесь объявится. Вот от него тебе не отмотаться. Если мы только не перехватим твоего суженого в пути.
Красивое лицо женщины превратилось в белую холодную маску. Синие глаза на побледневшем лице стали еще выразительнее и красивее. Тут было от чего потерять голову. У Ершова участился пульс.
Поделиться книгой: