— Эх, понагнать жуть бы! — Со свету их сжить бы! — В ковах тугих сжать бы! — В домнах живьем сжечь бы! Восклицания в залах дворца
— Что это?.. Кто это?.. — Что там за трели? — Было так радостно — не вчера ли?.. — Боже мой: если… — Мы ж говорили! — — Люстры погасли!.. — Карлики… тролли… Электричество действительно гаснет совсем. Залы дворца озарены только стаями перебегающих синих огней.
Августейший
Спокойно! То — смерч мимолетных пятен. На юг эскадрон я бросил уже. Одно лишь досадно: враг непонятен, Как если б туман встал в мятеже… «Саваоф»
Утрой, батюшка, стражу: кончится ночка — На царство помажу твоего сыночка. Первый отряд защитников (мчась на равнину)
Пуля — измене, ворам — топор, — Царским веленьем во весь опор, Грянем трубою! Праведна цель! Ратники! в бой — за Цитадель! От Жругра отпочковывается третье детище — Багровое.{11} С непостижимой быстротой набрасываясь на родителя, оно откусывает у него одно щупальце за другим.
Вопль Жругра
Игвы! раругги! на помощь! Где ж поезда цистерн? Корма не вижу… Множится немощь… Корм! корм! корм! Голоса игв (в великом подземном городе античеловечества)
— Смешна твоя тупость. — Слышна твоя косность. — Тошна твоя пресность. — Тесна твоя праздность! Голос Багрового Жругрита
Кто не со мной — Завтра сгною На мировом Дне. В пасть старика Пищу мою Больше не сметь: Мне! Суета среди игв
— Укрепляем штанги… — Удлиняем шланги… — Грузим на платформы… — Пей, хозяин корма! Голос Багрового
Всласть всасываю… Ой, прелесть… В пасть вбрасываю — Жуй, челюсть… Голос Жругра
Титаны! колоссы… Во имя долга! Забудем раздор!.. Растет Опасность для всех: вырвется Велга — Кто ж заградит вход? Голоса человекоузников (в Цитадели подземного мира)
Мы держим — мы держим — здесь в мрачном Друккарге, Твой оплот, Но утратился стержень, игвы плещут в восторге, Расползаются связи плит… Жругр
Яросвет! Помоги же пламенем! Враг-сын норовит в храм… Я ль не венчал твоим знаменем Купол имперских хором? Я ль не зажег над временем Радугу — Третий Рим? Крики игв [5]
Он с нашим врагом Вступил в торг! Чтоб отдать на разгром Друккарг!.. [6] Голос Великого Игвы
Пахнуло черное дыханье господа В разум мне. Я слышу мысль мирового деспота Там, на Дне; Я понял волю его державную: Пищу впредь Вливать Багровому, ныне славному, В рот и в грудь. Голос Багрового
Я без труда В пасть старику Наглухо вбил Кляп. Игвы! Сюда! Вскачь! На скаку! Шибче — со всех Лап! Сотню цистерн Красной росы Лейте мне, псы, В рот! Ум мой от скверн Чист, как алмаз, Сила растет, Жжет… В ту же секунду на чугун Северных ворот города обрушиваются громоподобные удары.
Голос человекоорудия Багрового Жругрита — за стеной
Равенство — цель. Метод — подкоп, Взрыв, а потом — Штурм. Кличьте метель, Бурю, потоп, Бунт и разгром Тюрьм! Разноголосые крики вблизи городской стены
— Он — у ворот… — Прячьте ребят! — Ой, зарябят Годы невзгод… — Да-с, кавардак… — Не клеветать: Друг, а не враг! Брат, а не тать! — Башни — в дыму Вон — уже брешь… — Все, кто в дому — В бой! на рубеж! — Бедный наш край… — Бар — в топоры!!! — Хоть до поры, Спас, не карай… Голос Человекоорудия за стеной
Им своих банд Не подружить: Гонит их врозь Спесь. Лестниц! Канат! Лямки вяжи, Метче забрось — Лезь! Рвенье утрой, В бодрой груди Не остужай Жар: Дел впереди — Хоть отбавляй: Целый земной Шар! В темноте улиц возникают шеренги:
— Вот кто умеет звать и хотеть! — Вот кто не расположен простить! — Ох уж! и неумолим, как тать… — Ох уж… и неуловим, как ртуть! Гончие, сбившись с ног
— Эй, вожак — вот тут! — Там!.. — Брешешь: вон он под мостом… — Вон с бродягою простым Треплется… — Речью дерзок, как мужик, Черен обликом, как жук, Над народом, как божок Дыблется! Голоса в ареопаге
Подлая нахань вздымает голк… Гвардия! на-конь. Верши свой долг! Второй отряд защитников, проносясь
В бранную пляску сабель и шпаг Шлет нас верховный ареопаг. Прочь, кто боится! Плачь, холоп! Гвардия мчится вскачь, в галоп. Набат. На равнине — гул сражения. Взвизги радеющих
Ах, накатил! — Ух, закружил Светлый дружок — Спас… Ох, подмывает, — Й-их! — несет Старую Русь в пляс! Шепот в ареопаге
— Мерзавца — убрать! Профанировал царство, С помазанника сорвал ореол… — Однако, не поздно ли будет лекарство? — Не слишком ли одряхлел наш орел? В темноте — выстрел. Поспешно: второй, третий, четвертый… Падение грузной массы. Синие огни получают дар звука: с визгом сливаясь в клуб, они погружаются в дворцовый подвал.
Впотьмах придворные натыкаются друг на друга:
— Наконец-то! Спасенье! Счастье! — Собаке — собачья смерть… — Не смоем ли этим бесчестье?.. — Завалим ли водоверть? Крики на площади
— Что же, стыдобушка-царь? Гнуть выи? — Громоздить, как и встарь, вал?! — Эй, братва! Подрубай сваи! — Эй, орда! Подрывай ствол! Голос Велги в пустотах под Цитаделью города
Дай мне, ад, мой плащ пламенный, Озаряй подъем в град — в мир временный! Пламеней, мета, в ночь вклиниваемая! Откачнись, плита, прочь скидываемая! Глухие подземные удары.
Голос старого Жругра
Брат! Яросвет! Из растерзанных складок Видишь, смотрю, ни мертв, ни жив… Я ж опроверг, зачеркнул напоследок Все… Голос Карны [7]
Тщетно лукавишь, утлый рассудок! Кто превозможет рок держав? Хмель вековой тирании был сладок — Вот, ты расслаблен. Ты наг. Ты ржав. Старый Жругр в великом ужасе
Но за что?! Я же строил… Руки виснут, как плеть… Порожденья, все трое, Жаждут вгрызться мне в плоть, Они ждут моей смерти, Чтоб похитить мой ум! Жадно жрать мое сердце! Сбросить душу в Уппум!! Голос Карны, удаляясь
…Как и сам в старину пожрал ты Сердце собственного отца. Голоса игв
— Громаду твою развинчиваем… — Царство твое развенчиваем… — Мощь твою замораживаем… — Нищь твою обнаруживаем! Голос Даймона в монастыре, на окраине
Видишь, трое исчадий, как винт, Вклиниваются в него? Прозревающий
Да, он влачится сквозь лабиринт, Будто ища дупло. Даймон
Это он хочет телом совпасть С капищем игв — в одно; Это цепляется он за власть, Чтобы не пасть на дно. Прозревающий
Вижу — еще оторвался один, Черный, как уголь с золой…{12} Даймон
То — недоносок. Последний сын. Может быть, самый злой. Велга
Наконец-то загремел срок в медь башенную! Выхожу госпожой в град, тьмой прошенная! Рвись за мной, вой зверьем, рой зол будущих. Из глубин, скважин, недр, нор, вверх прядающих! Из провала поднимается туманная фигура: развевающиеся покрывала, лиловые и черные, полыхают над крышами домов; лицо закрыто сплошной маской.
Трудовой — по дворам — люд! Встань в лютости, Расчищай вожакам банд Путь к крепости; Раскрывай в ураган медь створ древнюю, Пропускай в стольный град — внутрь — рать славную! Гомон толпы, заливающей улицы, устремляясь ко всем воротам городских стен.
Крики
— Брусья громады Рушь, громада! — Братьям народа Настежь врата! Все ворота распахиваются. Толпы восставших вливаются вовнутрь, смешиваясь с горожанами. Раскаты «ура», братание, обрывки песен.
Рабочий-поэт, перебегая от толпы к толпе
Мы, дети народа, Добились свободы! Вперед, народ, Народ, вперед! В бою все народы Добьются свободы — Свободы народной, Власти свободной! Нар-род! Впер-ред! Возгласы в народе
— Братья! в объятья! — Сольемся в одно мы! — Жилищами нищих Станут хоромы… — И это — не сон? — Три века — рабами… — Пой в унисон: «Алое знамя»! — Встава-ай, богатством обойденный, Весь ми-ир… Господин в сюртуке, первый поднявший стук в ворота, теперь усаживается, завладев залом ближайшего особняка, за длинный, сукном покрытый стол.
Вокруг стола рассаживаются — кто где попало.
Привет, друзья! Народом почтены Мы, ум страны. Давно не мог уж свергнутый злодей Рождать идей! Но наша роль — Русь вывесть на простор. Пароль — Босфор! Человек во френче, перебегая через зал и выскакивая на балкон
Ура, Россия! Твой тиран — в узах. Поток восстанья мирно стих в шлюзах; Все, кто мечтал про общий рай — с нами. Свободный ветер! развевай знамя! Возгласы внизу
Ты про землицу не забудь, барин! А то, пожалуй, будет день бурен… Человекоорудие{13} Багрового Жругрита прямо посреди площади
