И вместо Венеции Шарлотта Меркури снова видела Нью-Йорк. Они с Эльдорадо стояли перед отелем, возле открытой дверцы «Лимузина».
– И помни о том, что ты увидела, – говорил Эльдорадо, закрывая дверцу. – Вся жизнь – это сплошной карнавал-маскарад, будь он в Венеции или в Нью-Йорке. Посмотри вокруг – все носят маски. Если сбросить маску с привратника отеля, за ней окажется воплощённый в человеческое тело сторожевой пёс. Под маской того негра на тротуаре притаился сбрендивший великий философ, желающий познать жизнь бедняка. Под маской вон той блондинки с пышными формами скрывается чёрная ведьма. А за лицом маленькой девочки, приникшей к заднему стеклу такси, прячется ангел. Помни и о той, которая прячется за тобой, Шарлотта. Ну, спокойной ночи! Я сейчас на студию поеду. У меня ещё есть дела.
– Когда же ты спишь, Эльдорадо? – спросила Шарлотта.
– За меня спит Царь Сна, – улыбнулся Эльдорадо, залезая в «Лимузин».
О материнском инстинкте
Рано утром просветлённую Шарлотту Меркури разбудил телефонный звонок.
«Чёрт с ним, кто бы это ни был, – подумала Шарлотта. – Я так сладко сплю!»
Но телефон продолжал звонить, хотя вроде бы был подключён к автоответчику.
«Придётся взять трубку», – подумала Шарлотта, нашарила на тумбочке телефон и затащила его под одеяло.
– Алло! – сонным голосом сказала она.
– Шарлотта, ну где ты болталась всю ночь, я тебе и вчера весь вечер звонила! – закричала на неё Джулианна.
– Джули, не ори ты так, я чудесно провела ночь! – ответила Шарлотта.
– Что? – воскликнула Джулианна. – Ты переспала с этим доисторическим чудовищем в маске?
Дебри, лежавший на кровати, услышал эту реплику и сказал Джулианне:
– Видишь, ничего страшного, я же тебе говорил!
– Да нет, Джули, ничего ты не понимаешь! – ответила Шарлотта. – Сэр Эльдорадо всего лишь привёл меня к просветлению!
– Это ещё хуже! – воскликнула Джулианна.
– Что, неужели он довёл её до просветления? – спросил Дебри с кровати. – Тогда это уже серьёзный и тяжёлый случай.
– Послушай, Джули, мы потом поговорим! – крикнула Шарлотта в телефонную трубку. – Ты не помнишь, что в прошлой жизни была моей матерью, и теперь выплёскиваешь на меня все свои старые чувства!
С этими словами Шарлотта повесила трубку, вышвырнула телефон из кровати и снова заснула.
– Нет, с этими просветлёнными жить невозможно! – воскликнула Джули Вракер, швыряя телефон в Дебри.
Но телефон в Дебри не попал, так как тот успел сформировать
– Что она такого тебе сказала? – спросил Дебри.
– Ты знал, что в прошлой жизни Шарлотта была моей дочерью? – спросила Джули.
Дебри в ответ рассмеялся.
– Знаешь, дорогая, это видно невооружённым глазом, – ответил он. Заметив, что Джулианна шарит взглядом по комнате в поисках тяжёлых предметов, Дебри воскликнул: – У меня же ещё со Стреляным Воробьём встреча в парке! Я побежал!
С этими словами он ринулся на кухню. Вслед ему уже летела увесистая косметичка Джулианны.
Апокалипсическое лирическое отступление
Третья планета в системе Солнца продолжала вращаться. Карательный флот добрых инопланетян подбредал к планете, нарушившей все законы Вселенной. Неподалёку бушевал галактический тайфун, а в Солнечной системе взбунтовалась двенадцатая планета-шатун. И по весне планета-шатун решила броситься на Землю.
Все эти события имели непосредственное отношение к излагаемой нами истории. Вот почему сэр Эльдорадо не спал 24 часа в сутки. Вот почему просветлилась Шарлотта. Вот почему Дебри, вывалившись на улицу в трусах, но с бумажником, направился в ближайший магазин, где и купил полный комплект одежды – с беспрецедентной скидкой.
Выйдя из магазина, он увидел армию раскаявшихся шопоголиков под предводительством священника новой анти-шоппинговой церкви центрального Нью-Йорка. Шопоголики пытались побить Дебри и размагнитить его кредитные карточки, но тот улетел от них с помощью левитации. Поскольку сознание шопоголиков не могло воспринять летящего Дебри, они в ту же секунду забыли, что вообще видели здесь человека, и начали громить витрины магазина. Летящего Дебри заметил лишь предводитель анти-шоппинговой церкви. Он попутно заметил, что у него появился ещё один конкурент на рынке законопачивания мозгов рядовым американцам.
А Дебри полетел дальше. Рабочие тихо и мирно разгребали руины ВТЦ, а дюжина архитекторов уже билась за право построить здесь какую-нибудь новую дурь. Дебри летел дальше. На окраине столицы толпа скин-хэдов, состоявшая преимущественно из чернокожих парней, налакавшись пива, решила избить граффити на бетонном заборе. К счастью, они разбили в кровь только собственные кулаки и головы.
Такой всплеск насилия явно имел необычную природу. Дебри вспомнил, что прочитал по этому поводу в секретной книжке сэра Эльдорадо. О, зажравшиеся двухтысячные! О, голодные девяностые! В девяностые пипл мечтал править миром или уйти в нирвану, или подобрать чемодан с деньгами, купить собственный остров в Тихом океане и бухать там до конца жизни, лапая местных брюнеток. В сытые зажравшиеся двухтысячные всё стало не так. Набив желудок, пипл всегда задумывается, кого бы избить и чего бы ещё такого извращённого выдумать, чтобы себя занять. Отсюда скины, шопоголики, анти-шопоголики и прочие чудики. Но причину следует искать не только в нелепых случайностях, как это привыкли делать психологи и разного рода аналитики. Причина была в другом – в том, что деньги вдруг запахли, чего не случалось ещё ни разу за всю историю человеческой цивилизации. И эту денежную вонь надо было как-то отбить.
Дебри благополучно приземлился в Центральном парке Нью-Йорка, никем не замеченный. Правда, за минуту до того база ВВС приняла его сначала за НЛО, потом за самолёт террористов, и уже приготовилась сбить нашего героя ракетой, но в этот момент Дебри исчез с экранов радаров в районе Центрального парка, а бомбить центр Нью-Йорка не решились даже тупые американские военные.
Спецслужбы не спят
Так вот: как только Дебри приземлился в Центральном парке и стал видимым для
Дебри сначала удивился, потом вспомнил, что случайностей не бывает, расстегнул ширинку и достал оттуда мобилу к ужасу пары старушек, отдыхавших на скамейке поблизости. Застегнув ширинку, Дебри поднёс мобилу к уху и нажал на ней кнопку.
– Слушаю, – сказал он.
– Мистер Дебри, это агент Кретинус из ЁБР, – донеслось из телефона.
– Рад слышать вас, агент Кретинус, – улыбнулся Дебри. – Помните, как мы с вами познакомились в банке? Я тогда ещё банду Клинтонов уничтожил?
– Помню, – сухо крякнул агент Кретинус. – А я вам по делу звоню, мистер Дебри. Мы должны направить официального инспектора в вашу духовную академию, чтобы выяснить, чем же вы там занимаетесь. Но поскольку нашего главного специалиста по этим делам, агента Малдера, недавно утащили в параллельный мир гавайские шаманы, предварительно огрев дубиной неизвестного калибра, мы вышлем к вам другого агента. Его зовут Майкл Слип, он будет у вас сегодня около полудня.
– Как пишется его фамилия? – спросил Дебри.
– А вам зачем? – спросил агент Кретинус.
– У меня секретарша туповатая, я должен её детально проинструктировать, кого именно пропускать, – нагло соврал Дебри.
– Угу, – поверил ему Кретинус. – Значит так, Майкл Слип, от слова «sleep» – спать, а не от слова «slip» – вляпаться. То есть спящий Майкл, одним словом. Вы записали?
– Да, спасибо, – кивнул Дебри. – Буду ждать вашего агента с нетерпением.
– Good bye, мистер Дебри, – сказал агент Кретинус.
– И вам того же, – ответил Дебри, отключаясь и оставив Кретинуса в размышлениях относительно лингвистического значения слова «goodbye».
Немного подумав и оглядевшись по сторонам, Дебри снова обратился к мобиле и набрал номер своей приёмной в академии.
– Духовная академия «Lightbright» слушает, – донёсся из трубки голос секретарши.
– Привет, это Дебри, – сказал Дебри.
– Назовите пароль, – ответила секретарша.
– Хватит дурака валять, – ответил Дебри.
– Здравствуйте, мистер Дебри, – секретарша идентифицировала пароль. – Рада вас слышать. Что случилось?
– Я, возможно, немного задержусь, – ответил Дебри. – У меня встреча. А между тем, к нам в офис должен прийти агент ЁБР, Майкл Слип. Напоите его кофе, коньяком или ещё чем-нибудь. Скажите, чтобы он немного меня подождал, и проследите, чтобы он ни в чём не нуждался.
– А как пишется его фамилия? – спросила секретарша.
– От слова «спать», а не от слова «вляпаться», – ответил Дебри.
– Хорошо, я записала, обязательно выполню все ваши указания, – ответила секретарша.
– До встречи, – сказал Дебри, отключаясь.
Система, недоступная хакерам
Он даже не успел засунуть мобилу обратно в трусы, как вдруг услышал сзади голос:
– Не желаете ли узнать ваше будущее, о бледнолицый брат мой?
– Привет, Стреляный Воробей, – Дебри улыбнулся, оборачиваясь. – По поводу моего будущего у меня масса вопросов.
– У меня тоже есть большой вопрос по поводу твоего будущего – когда же у вас с мисс Вракер, наконец, будет свадьба? – спросил Стреляный Воробей. – Все сроки уже прошли, а у меня плотный график, в конце концов…
– Да вы что все, сговорились? – спросил Дебри. – Сначала сэр Эльдорадо, теперь ты!
– Да потому что тебе уже давно пора жениться! – ответил Стреляный Воробей.
– Я ещё не нагулялся, – ответил Дебри.
– Зато у тебя есть возможность навсегда поселиться в квартире с говорящим холодильником, – улыбнулся шаман.
– Да, это аргумент, – кивнул Дебри. – Но я ещё немного подумаю.
– Дело твоё, – ухмыльнулся индеец. – Только, как надумаешь, приглашение мне на e-m@il скинешь, ладно?
– Обязательно, – кивнул Дебри. – А теперь займёмся делами? Сэр Эльдорадо сказал мне, что когда я прочитаю эту бредятину с непонятным названием, ты дашь мне дальнейшие инструкции. Кстати, а что означает эта кодировка – «DPRNN»?
– Не могу тебе сказать, у тебя слишком низкий уровень доступа, – ответил Стреляный Воробей.
– Хочешь сказать, что я ещё недостаточно просветлён, чтобы понять какую-то дурацкую аббревиатуру? – спросил Дебри.
– А чего ты хочешь – у нас же иерархия! – ответил Стреляный Воробей. – Но поскольку верховное начальство любит стебаться надо всеми правилами, у нас абсолютно дурацкие пароли, совершенно нелогичная система допусков и лишённые здравого смысла критерии, по которым мы получаем повышения. Хотя, как сказал сэр Эльдорадо, самой устойчивой системой является такая, в которой ни один из её членов не понимает, как она функционирует. Потому что, если принцип функционирования системы не понимают даже люди, состоящие в ней, то уж точно этот принцип не поймёт ни один чужеродный хакер, согласен?
– Согласен, – кивнул Дебри. – Это сэр Эльдорадо придумал?
– Нет, это древняя традиция, – улыбнулся Стреляный Воробей. – Как только её нарушают и вносят в систему здравый смысл, система через некоторое время рушится.
– Понимаю, – сказал Дебри. – Ну ладно, так какие инструкции ты должен мне дать?
– Сначала тебе надо встретиться кое с кем, чтобы лучше понять, что же в мире творится, – снова улыбнулся Стреляный Воробей. – Уверяю тебя, ты будешь удивлён.
– С тех пор, как я просветлился, меня уже ничто не удивляет, – сказал Дебри.
– Ну, посмотрим, – сказал Стреляный Воробей. – Идём.
Они зашли в кусты. Выйдя из кустов, Дебри увидел вокруг себя горы.
– Здорово сработано! – с видом знатока кивнул он. – Это ведь был портал?
– Нет, мгновенная телепортация, – ответил Стреляный Воробей. – Хотя, в известном смысле, и без портала не обошлось.
– И куда нас занесло? – спросил Дебри, осматривая оранжевые скалы.
– Это гора Седона, – улыбнулся Стреляный Воробей. – Вон там, внизу – детский лагерь, созданный через благотворительный фонд Нильса Лэссена. А чуть правее когда-то было поселение индейских шаманов. Чуть выше – место силы. Догоняешь?
– Угу, – кивнул Дебри. – И что именно нас интересует? Место силы?
– Не совсем, – улыбнулся Стреляный Воробей. – Нас интересует могильный камень древних видящих.
Камень призраков на горе Седона
В принципе, для того, чтобы понять, на кой чёрт Дебри и Стреляному Воробью понадобился могильный камень древних видящих и что такое вообще представляет собой подобный камень, нужно немного прояснить историю вопроса. Но для пущего прикола мы этого делать не будем, просто посоветуем любопытному читателю полистать книги Карлоса Кастанеды.
Так вот, Стреляный Воробей подвёл Дебри к валуну странной формы. Даже Дебри, не обладавший высшим уровнем доступа, сумел кое-что почувствовать. А точнее, почувствовал он безотчётный и всепоглощающий ужас. Но поскольку Дебри был как-никак просветлённым, он не позволил этому ужасу захватить себя с головой. Ужас притаился где-то глубоко в животе и груди Джона Дебри. Это можно сравнить… хотя бы с притуплённым чувством голода, когда вы знаете, что голодны, но не придаёте этому значения по мере возможности. Таким же способом Дебри справлялся с ужасом.
По мере приближения к камню Дебри стал всё яснее различать витающее над камнем энергетическое поле. Подобные энергетические поля витают над всеми древними мегалитами и иногда становятся видимыми на обычных фотографиях в виде лёгких струек тумана, проплывающих на фоне камня в солнечный полдень.
Так вот, Дебри увидел энергетическое поле. Когда они со Стреляным Воробьём подошли ещё ближе, Дебри стал различать в этом довольно-таки большом энергетическом поле очертания фигур нескольких индейских воинов. С виду они походили на индейцев майя, виденных Дебри на картинках. Вот только… то, что на картинках Дебри принимал за высокий головной убор, оказалось… оригинальной формой черепа. Как только эта информация просочилась через глаза в сознание Дебри, в животе нашего героя начал формироваться новый тайфун ужаса. Дебри на секунду остановился, сглотнул и подошёл ближе.
Теперь фигуры воинов выглядели очень даже материально, разве что несколько бледнее, чем Стреляный Воробей. Кроме того, если сильно напрячь зрение, можно было глядеть
О вкладе сэра Эльдорадо в земную мифологию
– Приветствую вас, древние видящие! – Стреляный Воробей начал ритуальную беседу.
– И тебе привет, чувак, – ответил индеец, сидевший ближе к гостям и казавшийся почти человеком, если забыть про гигантскую черепушку. – Вы, оба, зачем сюда притащились? Если ваше внимание достаточно натренировано, чтобы видеть нас, значит, вы по делу. И по какому же делу? И вообще, с кем имею честь беседовать?
– Стреляный Воробей, шаман, – представился спутник Джона Дебри. – Вот лицензия.
И шаман показал древнему призраку амулет, висевший у него на шее. Дебри, который раньше не мог взять в толк, на кой Стреляному Воробью нужен такой амулет, теперь понял, что у шаманов эти штуки вместо документов, по которым они отличают друг друга.
– Ясно, – кивнул древний воин. – А это кто?
Поделиться книгой: