Клифтон Марк

Что я наделал

Марк Клифтон

ЧТО Я НАДЕЛАЛ?

Да, это был я. Глупо перекладывать ответственность на политических деятелей, руководителей или известных ученых. Со всей надлежащей мне скромностью могу сказать - я один из немногих, кто смог бы вовремя почувствовать опасность и предупредить несчастье. У меня есть особый талант, ему и обязан. Если быть точным, я разбираюсь в людях.

Когда я увидел его впервые, я платил в лавке за сигареты. Парень стоял у стеллажа с журналами. Судя по выражению его лица, никогда в жизни он не видел ничего подобного. С другой стороны, такое же выражение бывает у людей, которые не могут решить, на чем остановиться.

Беспокоило одно - я не могу его узнать.

Есть люди, которые могут сравниться со мной, когда речь идет о количестве случаев, с которыми им пришлось столкнуться, но внимание на этого парня обратил именно я. Тридцать лет я выслушивал людей, говорил с людьми, советовал людям, наберется их больше двухсот тысяч. Это были не просто обыденные разговоры. Каждому из них я должен был предложить понимание, сочувствие, и заинтересованность.

Моим увлечением было желание как можно лучше узнать людей. Не так, как это делает западная наука, создавая устройства и меры, для измерения с необычайной точностью внешних оболочек живых роботов, игнорируя находящихся под ними живых людей. И не так, как это делают восточные философы, желающие познать человека на основе образа, который на долю секунды возникает от его вздоха в тумане.

Я старался использовать обе школы. И должен сказать, небезуспешно.

Опытному географу достаточно бросить взгляд на фрагмент нарисованной от руки контурной карты и мгновенно узнать изображенный фрагмент земного шара, ориентируясь по характерному повороту реки, своеобразной береговой линии озера или изгибу горного хребта. Свою правоту он докажет рассказав с мельчайшими подробностями, что можно там найти и чего нельзя.

Для меня, после знакомства с пятьюдесятью тысячами случаев, в которых я должен был поставить диагноз, а потом наблюдать и проверять его правильность, такими характерными чертами стали изгиб рта, движения рук, наклон плеч. Моими достижениями заинтересовался один из университетов. По их данным, результаты моих наблюдений подтверждались в 92% случаев. Происходило это пятнадцать лет назад. Сдается мне, за это время я стал еще лучше.

Несмотря на это, глядя на молодого мужчину, стоящего у стеллажей с журналами, я не мог прочитать ничего. Абсолютно.

Если бы это было обычное лицо, я машинально отнес бы его к какой-нибудь категории и тут же о нем забыл. Я вижу их тысячи. Но это лицо не могло быть классифицировано и забыто - в нем ничего не было.

Я чуть было не написал, что это вообще не было лицом, но это неправда. Каждое человеческое существо имеет какое-то лицо.

Что касается фигуры, мужчина был невысоким, достаточно плотным, пропорционально сложенным. У него были коротко подстриженные светлые волосы, голубые глаза, светлая кожа. Можно было бы сказать - классический нордический тип, но это не было правдой.

Я заплатил за сигареты и еще раз посмотрел в его сторону, надеясь захватить в его лице что-нибудь, что расскажет о нем. Не вышло. Оставив его у журналов, я вышел на улицу и свернул за угол. Сама улица, витрины магазинов, полицейский на углу, теплое солнце - все было таким знакомым, что не обращало на себя никакого внимания. Я поднялся по лестнице в свое бюро, разместившееся в доме рядом с магазином.

Приемная моего агенства была пуста. Я не люблю больших толп, тогда нельзя подольше поговорить с интересным человеком, углубить свои знания.

Марджи, секретарша, занималась составлением какого-то отчета и только кивнула, когда я проходил мимо. Марджи, добрая работящая девушка, не могла понять, зачем я трачу столько времени занимаясь разными пьяницами, бездельниками и прочими психопатами, по которым сразу видно - они не обогатят тощего счета фирмы никакими взносами.

Я сел за стол и громко сказал:

- Парень ненастоящий! И сомнений быть не может. Просто ненастоящий!

Услышав собственный голос, я подумал, не начинаю ли сходить с ума. Что значит "ненастоящий"? Я пожал плечами. Просто, наконец-то я попал на того, с кем не могу справиться. И все.

И только тогда до меня дошло, насколько необычно это переживание. Я не испытывал подобного больше двадцати лет. Представьте себе удовольствие, которое можно испытать после стольких лет, встретившись с чем-то непостижимым.

Я выскочил из конторы и бросился вниз, в магазин. Галлахэн, полицейский с угла, с удивлением наблюдал как я несусь по улице. Я помахал ему рукой, сообщая, что все в порядке. Он сдвинул фуражку, почесал за ухом, покачал головой, вернул фуражку на прежнее место и засвистел, увидев женщину за рулем.

Я ворвался в магазин. Парня, понятно, там уже не было. Я оглянулся, надеясь увидеть его за одним из стеллажей, но напрасно. Он исчез.

Медленно я отправился в обратно в офис, пытаясь вспомнить это лицо, чтобы прочитать по нему хоть что-нибудь. Логика продолжала упрямиться. Если бы это было возможно, проблемы бы не было. Лицо было просто пустым, лишенным любых человеческих чувств и эмоций.

Нет, было еще что-то. Оно было лишено... лишено... человечности!

Я повернулся к магазину, надеясь увидеть его. Галлахэн опять посмотрел на меня, но теперь лишь криво усмехнулся. По-моему, соседи считают меня чудаком. Я задаю людям довольно странные, с точки зрения неспециалиста, вопросы. Тем не менее, от многих клиентов я слышал, что когда они выясняли у полицейского как попасть в ближайшее бюро по найму, их направляли именно ко мне.

В очередной раз я поднялся по ступенькам и вошел в приемную. Марджи подозрительно посмотрела на меня и сообщила:

- У вас клиент. Ждет в кабинете.

Казалось, она хочет что-то добавить, но только пожала плечами. А может вздрогнула. Я сразу понял, что-то должно быть не так, раз она не оставила его в приемной.

Открыв двери кабинета, я испытал чувство невообразимого облегчения. Это был он. Собственно говоря, в том, что он здесь оказался, не было ничего необычного. Я владелец агенства по найму, люди обращаются ко мне за помощью в поисках работы, почему бы ему не поступить также?

Среди талантов, которыми я обладаю, особое место занимает способность скрывать свои чувства. Этот человек ни на мгновение не должен был догадаться, какое удовольствие доставит мне его история. Если бы я встретил его на улице, мог бы, самое большее, задать стандартный вопрос, сколько времени, не найдется ли у него огонька, не знает ли он, как пройти к ратуше. А здесь я мог выпытывать его сколько душе угоодно.

Я выслушал то, что он захотел сообщить о себе, а потом приступил к рутинным вопросам. Все было в полном порядке.

Служба в армии, курс астрономии в университете, без стажа работы, без опыта, без малейшего представления о том, чем он собственно собирается заниматься, одним словом, ничего, чем можно заинтересовать работодателя. Типично.

Кроме того, полное отсутствие всяческих чувств и эмоций. Это уже нетипично. Обычно они возбуждены и обижены, что никто не ждет их с распростертыми объятиями. Я решил использовать старую схему, выводящую клиента на хоть что-нибудь практичное.

- Астрономия? - спросил я. - Значит, вы хорошо разбираетесь в математике. Математические способности могут пригодиться, например, в работе связанной со статистикой.

Я думал, что так мы продвинемся хотя бы на шаг.

Оказалось, что он вовсе не так хорош.

- Я еще не приспособил своей математики к... - он остановился.

Первый раз по нему стало заметно, что он как-то реагирует на окружающее. Он заколебался. До сих пор его можно было принять за греческую статую - штроко открытые, лишенные всякого выражения глаза, совершенные, даже слишком, черты лица, не искаженные даже эхом мысли.

- Просто я в этом не слишком хорош, вот и все, - закончил он через мгновение.

В душе я вздохнул. В этом тоже ничего необычного. Учебные заведения стараются отделаться от них побыстрее. Иногда, за несколько дней среди моих клиентов не попадается ни одного способного на что-либо осмысленное. Так что, в некотором смысле, это тоже было нормальным.

Ненормальным было то, что он чувствовал, что его ответы звучат не лучшим образом. Обычно, такие юнцы даже не отдают себе отчета в том, что все-таки должны что-то уметь. Он казалось расстроился тем, что можно закончить курс астрономии не зная математики. Я бы не удивился, если бы его можно было закончить, не зная сколько планет в солнечной системе.

Он явно стал беспокоиться. Это было тоже довольно необычно, до сих пор мне казалось, что я знаю все возможные комбинации напряжений мышц тела, а его волнение проявлялось так, будто он был сложной марионеткой, управляемой кукловодом-любителем. И еще эти глаза. Постоянно без всякого выражения.

Я спросил его о том, о сем. Подсказал одну мысль, другую... Среди всех фальшивых масок и искусственных поз, с которыми я имел дело, эта была самой неестественной. Я часто встречаюсь с подобным у людей, которые долго сидели в тюрьме и выйдя придумывают свое прошлое. Но никогда это не достигает таких размеров.

И еще одно. Обычно, когда клиент понимает, что его попытка обмануть не удается, он исчезает, воспользовавшись первым удобным предлогом. А этот нет. Похоже было, будто... даже не знаю... он проверяет, насколько правдоподобно то, что он говорит.

Я перевел разговор на астрономию, о которой, как мне казалось, я имею кое-какое понятие. Оказалось, что или мне это только казалось, или он в ней совсем не разбирается. Его астрономия не имела ничего общего с моей.

И в этот момент он проговорился. Говорил что-то про солнечную систему и следующее предложение начал со слов: "Десять планет, которые...".

И тут же остановился.

- Ах, да, их только девять.

Может, это было невежество, но я так не думаю. Скорее всего он знал о существовании планеты, которой нашим ученым открыть пока не удалось.

Я улыбнулся, открыл шкаф и достал несколько журналов научной фантастики.

- Вы читали их когда-нибудь? - спросил я.

- Пару минут назад просмотрел несколько в магазине.

- Благодаря им я сильно расширил свои горизонты. Так сильно, что даже мог бы поверить, что где-то в космосе существует планетная система, населенная разумными существами.

Я закурил и ждал, что он ответит. Даже если я ошибался, всегда можно было обратить это в шутку.

Его глаза изменились. Они уже не напоминали глаз греческой статуи. И не были голубыми. Они были черными. Бездонная, бесконечная пустота, глубокая и холодная, как сам космос.

- В чем я ошибся? - спросил он скривив губы в улыбке, которая совсем не была улыбкой.

Да, теперь я знал. Действительно, мне попалось нечто необыкновенное, сомнений нет. Он сидел с другой стороны стола, а я даже не знал его намерений. Не знал мотивов его поведения. Ничего не знал, да и откуда? Если мы всю жизнь тратим на познание наших ближних, то сколько времени необходимо для познания существа со звезд?

Я многое бы дал, чтобы вести себя так, как герои космических опер, которые в подобных обстоятельствах дружелюбно улыбаются и говорят: "Так ты с Арктура? Подумать только, как тесна наша вселенная!" А потом обнимаются и отправляются выпить в ближайший бар.

У меня даже промелькнула истерическая мысль, что я не знаю, любит он пиво, или нет. Не стану описывать битвы, которую я вел со своим организмом, особенно с мышцами, чтобы не проявить своих чувств. Во всяком случае, мне удалось не свалиться с кресла и сохранить доброжелательное выражение лица. Большой опыт общения с людьми брал верх.

- Я ничего в вас не почувствовал, - ответил я. - Совсем ничего - одна пустота.

Он и действительно выглядел пустым, глаза его снова стали голубыми. Это было предпочтительнее черноты.

В подобной ситуации у меня должны были возникнуть миллионы вопросов, но меня не оставляло чувство, что я сижу рядом с неразорвавшейся бомбой и не знаю, что заставит ее взорваться. Мне удалось выдавить нечто совсем тривиальное:

- Как давно вы на Земле? - спросил я. Что-то вроде: "Привет, Джо, когда ты успел вернуться?"

- Несколько ваших недель, - ответил он. - Но сегодня я впервые среди людей.

- А где вы были до этого?

- Учился.

Его ответы становились все короче, с его мышцами опять происходило что-то странное.

- Где вы учились? - настаивал я.

Он встал с места и протянул мне руку, все как надо.

- Мне пора идти, - сообщил он. - Естественно, моя заявка на работу становится недействительной. Нам придется еще многому научиться.

Я поднял брови.

- Вы думаете, я так просто обо всем забуду? О чем-то подобном?

Он опять подарил мне свою странную улыбку.

- Кажется, на этой планете существует обычай все свои проблемы доверять полиции? Можете так и поступить.

Было непонятно, что заставило его это сказать, ирония или обычная логика.

Я не знал, что сказать еще. Он вышел, а я неподвижно стоял у стола и смотрел, как за ним закрывается дверь.

Что делать? Идти за ним?

Я пошел.

Я не разведчик, но прочитал достаточно детективов, чтобы знать, как следить за кем-нибудь, оставаясь незамеченным. Через некоторое время мы добрались до тихого спокойного района маленьких домишек. Я стоял за пальмой, притворяясь, что закуриваю, а он вошел в один из этих домов. Я видел, как повозился с дверью, открыл ее и вошел внутрь. Дверь закрылась.

Я подождал немного, поднялся по лестнице и позвонил. Открыла мне седоволосая матрона, по видимому, оторванная от кухни, потому что она вытирала руки об фартук.

- Я ничего сегодня не покупаю, - сообщила она не успев открыть дверь.

Тем не менее она с интересом смотрела на меня, ожидая предложений.

Я нацепил на лицо лучшую из моих улыбок, предназначенных для пожилых женщин.

- А я ничего не продаю, - ответил я вручая свою визитку. Она с удивлением посмотрела на нее, после чего подняла взгляд.

- Я хотел бы увидеться с Джозефом Хоффманом, - вежливо сообщил я.

- Боюсь, вы ошиблись адресом.

Я уже готов был всунуть ногу в дверной проем, но это оказалось ненужным.

- Он был у меня в бюро несколько минут назад, - объяснил я. - Уходя, оставил свой адрес. Предложение о работе пришло сразу после его ухода, а поскольку я все равно шел в этом направлении, решил зайти и сообщить ему лично. Это довольно срочно, - добавил я. Пару раз у меня случалось подобное, но теперь я и сам не очень верил в то, что говорю.

- Никто кроме меня и моего мужа здесь не живет, - упиралась хозяйка. А он давно уже на пенсии.

Меня не интересовало, чем занимается ее муж. Он мог даже висеть на дереве вниз головой. Мне нужен был молодой человек.

- Но я видел, как молодой мужчина входил сюда, - не сдавался я. - Я как раз вышел из-за угла и не успел его догнать.

Она посмотрела на меня с подозрением.

- Не знаю, чего вы хотите, - ответила она стиснув губы, - я все равно ничего не куплю. И не подпишу. Я даже не хочу с вами разговаривать. Похоже было, она верит в то, что говорит.

Я извинился, бормоча что-то об ошибке, которую, кажется, совершил.

- Я так и думала, - кисло сказала она и с достоинством захлопнула дверь. Голову даю на отсечение, что это достоинство было неподдельным.

Держа бюро по найму можно заполучить множество приятелей. В следующие несколько дней несчастной старушке наверное показалось, что на нее накинулись полчища саранчи.

Сначала появился телефонист, якобы для отыскания имевшей место неисправности. Потом газовщик проверял пломбы на счетчике. Потом электромонтер искал замыкание в сети. Я молился только о том, чтобы ее муж не оказался бывшим электриком, потому что молниеносно раскрыл бы маскарад. В конце-концов появился человек из статистического управления, скорректировать данные последней переписи.

Дом был обыскан кирпичик за кирпичиком, начиная от подвала и заканчивая чердаком. Женщина говорила правду, кроме нее и мужа, никто там не жил.