Психология и Дао. Синхроничность: случайны ли совпадения в нашей жизни

Даже внешне не выдающиеся события могут иметь синхронический характер и стать предметом анализа, если только они будут признаны значимыми. Для примера я приведу случай одной моей пациентки. В тот день, когда мы должны были с ней встретиться, я просматривала почту и обнаружила ее чек, который вернули мне, так как его не приняли в банке. Когда она вошла, уже зная о случившемся, то сказала: «Не хотела бы говорить о деньгах, однако похоже на то что придется». Деньги являлись для нее очень серьезным вопросом, но до этой минуты она не хотела об этом со мной говорить. Однако возвращение чека, в этом случае стало значимым совпадением. Оно принесло информацию о том, что проблему денег нельзя обойти. Из пятнадцати ее чеков лишь этот один был возвращен мне. Это было очень значимое совпадение, поскольку оно было связано в ее случае с большой эмоциональной проблемой.

Для большинства людей, возвращение чека является логическим следствием отсутствия денег на счете в банке. В такой ситуации нет ничего таинственного и единственным вопросом, который надлежит выяснить — это состояние счета. Однако если возвращение принимает форму «счастливого случая», тогда точка зрения Агаты Кристи заставляет рассмотреть, является ли оно синхроническим событием, а если да то какие у него могут быть значения. Возвращение чека означало для пациентки, что проблема денег должна быть срочно разрешена. Стоимость терапии давила на нее, поскольку она всегда избегала тратить деньги на собственные нужды, тем самым не приписывая слишком большого смысла собственной терапии. Синхронически возвращенный чек, ставил ее в положение непосредственной конфронтации с важной для нее эмоциональной проблемой.

Фредерик Шпигельберг, известный ученый из области сравнительного религиоведения, преподающий в Стэнфорде, директор Азиатского Института в Сан Франциско, сравнивает позиции людей Востока и Запада перед лицом несчастных случаев. Он рассматривает допустимые различия между реакциями профессора и восточного мудреца на ситуацию в которой каждого из них ударяет кирпич, неожиданно падающий с крыши. Профессор, которому кирпич ломает руку, кричит от боли и неожиданности, а вокруг него собираются студенты. Они вызывают врача, который оказывает первую помощь. Место происшествия огораживают и вызывают специалистов для того чтобы починить крышу. Вина за это событие возлагается на университет, а профессор получает по страховке солидную сумму. Профессор чувствует себя жертвой несчастного случая, он злится или жалуется, и если не возбуждает судебного процесса, то принимает себя необыкновенно мужественным человеком. Все ему сильно сочувствуют, считая что вина лежит на университете, хотя и уверены в том что такое событие нельзя предвидеть.

Мудрец, которого ударил кирпич не кричит и не обращает внимание окружающих на себя и сломанную руку, поскольку приписывает это событие заслуженной карме. Он однако начинает рассуждать, чтобы понять что он сделал и чем вызвал подобный эффект. Мысль о том чтобы огородить место происшествия, предупреждая другие возможные несчастья даже не приходит ему в голову. В молчании он решает что это его вина и не перекладывает ее на других.

Для профессора это неудачное происшествие было непредвиденным. Он считает что будучи невинным прохожим, не имел на это событие никакого влияния. Мудрец в свою очередь считает: то что с ним случилось он полностью заслужил, поэтому именно он несет ответственность за травму своей руки.

Человек, воспринимающий синхроничность, как нечто что иногда случается, хотя бы и не каждое событие он воспринимает в этом смысле, вероятно отреагировал бы также как профессор, а впоследствии обдумал бы это как мудрец. Он однако не признает себя виновным, даже если придет к мнению, что событие было синхроничным. Такой человек, пользуясь методом Агаты Кристи, мог бы проанализировать все происшедшее как значимое совпадение, задаваясь вопросом: «Является ли это комментарием к моей сложившейся ситуации? Или же это метафора чего-то, что происходит в моей жизни?» Когда мы поверим в существование синхроничности, каждое необычное событие станет приглашением к глубокому самоанализу.

Такого рода подход, поиск возможных значений снов и синхронических событий, может быть применен как в обычной жизни, так и в психотерапии. И то и другое является областью, где при помощи языка символов проявляется коллективное бессознательное. Люди часто не замечают их или забывают об этом. Поэтому прежде всего следует учиться замечать и помнить об этом. Необходимо при помощи осмысления символических элементов рассмотреть потенциальные значения и далее решить имеют ли эти элементы какую либо связь с тем, что для нас важно или проблематично.

Часто случается так, что значение не совсем ясно воспринимается и всё же сам процесс анализа очень ценен, даже если не ведет к адекватной интерпретации. Польза возникает от того, что возникает чувство единения с коллективным символическим бессознательным, которое мы субъективно ощущаем как дающий жизнь поток. Когда человек, часто видящий сны, внезапно перестает это делать, он воспринимает это как разрыв контакта с чем-то весьма важным, как если бы ему перекрыли доступ к источнику смысла. Мы обладаем ограниченным сознанием, которое всякий раз способно замечать лишь ограниченный фрагмент коллективного бессознательного. Поэтому мы обычно воспринимаем символы и впечатления снов лишь частично и в основном основываясь на догадках. Иногда, если возникает целая цепь необыкновенных событий — им сопутствует нарастающее чувство, что кто-то или что-то пытается нам о чем-то сказать. Признаком такого состояния могут быть «пробегание мурашек по коже» или дрожь, но прежде всего, независимо от реакции тела, мы ощущаем необходимость расшифровать это послание. В таких ситуациях точка зрения Агаты Кристи является весьма естественной.

Серия подобных событий произошла с моей знакомой художницей Энн Хогл. Ее сын хотел устроить шутку на уроке латинского языка, уговорив мать пойти с ним в магазин и приобрести там холостые патроны. По дороге домой они наткнулись на машину, догорающую после аварии, которая случилась только что. Это было ужасное зрелище. В этот же день загорелась кухонная плитка и остатки кофе. Огонь погасили и все это убрали пылесосом, который через некоторое время загорелся (вероятно остатки кофе еще тлели внутри). Вечером она включила телевизор и оказалось, что как раз показывают сцены пожара. Чувствуя, что все эти события могут иметь некое значение, она отыскала в словаре слово «огонь». Однако это не помогло ей понять смысла происходящего. Полная беспокойных мыслей, она уснула и проснулась в четыре утра, полная уверенности в том, что огонь должен иметь некую связь с планируемыми ее сыном взрывами.

Утром она провела с ним беседу, прося отказаться от своих намерений. Несмотря на то что никакого логического объяснения к тому чтобы объединить все странные события предыдущего дня не нашлось, интуитивно она почувствовала, что здесь имеется некая связь. Сын согласился с ней, также почувствовав необыкновенность такой ситуации. Во время урока латинского, на котором он хотел взорвать патроны, раздался громкий взрыв в холле, рядом с классом. Два мальчика бросали друг в друга петарды, одна из них неожиданно взорвалась и один из них серьезно поранил руки.

Как отнестись к подобным событиям? Что бы произошло если бы моя подруга не прислушалась к этому «предупреждению»? Наступил ли взрыв петард вместо чего-то другого? А если это так то почему? Привыкшая к старательно отработанным загадкам Агаты Кристи, я признала этот случай неясным. Моя знакомая, однако видит в нем значение и считает, что эпизод с петардами является элементом, при помощи которого она почувствовала всю силу синхронической последовательности событий.

Описанная последовательность не удовлетворяет рациональное сознание. Однако моя знакомая интуитивно была глубоко убеждена в том, что ей было дано пережить ощущение и заглянуть в основную космическую реальность — Дао. Ей не нужна была теория для того чтобы рационализировать свой опыт, синхроничность пережитой ею ситуации говорила сама за себя.

Еще одним примером явления, в котором чувство, вызванное синхроническим событием, по видимому имеет более важное значение, нежели переданная информация, является телепатия. Две женщины рассказали мне недавно о пережитых ими событиях. В обоих случаях имела место коммуникация на очень глубоком уровне.

Одна из женщин, Джуди Виббертс, приятно проводила время в Парке Голден Гейт, когда в 16:30 (она машинально взглянула на часы) почувствовала резкую пронизывающую боль в животе, которой вторила сильная боль головы. Вечером она узнала, что ее подруга в этот день попала в аварию, сильно поранив голову и живот. Ее отвезли в больницу, где немедленно провели операцию, но из-за травмы селезенки ее состояние оставалось критическим. Авария произошла как раз в 16:30, а «сообщение» о ней было передано Джуди, которое она приняла на физическом уровне.

Подобное болезненное послание приняла Ненси Хоген. На этот раз это была коммуникация между матерью и дочерью. Они обе находились на противоположных концах континента. Мать находилась в Филадельфии, когда неожиданно на нее обрушился сильный приступ боли в животе, которому сопутствовали неприятные судороги и рвота. В это время Ненси в Калифорнии ощущала подобные симптомы. Еще несколько часов, пока не раздался звонок от матери, ее мучили боли и тошнота.

Явление телепатии обычно затрагивают людей, объединенных сильными узами — супругов, родителей и детей, влюбленных, старых друзей, братьев и сестер, особенно близнецов. По всей видимости такие люди особенно близки друг другу, благодаря объединяющим их сильным эмоциональным узам, прежде всего любви. Возможно, когда мы любим, возникают такие изменения в психике, что делают нас неразрывно связанными с любимым человеком при помощи некого особенного «канала». Мне кажется, что средством передачи такого типа информации является коллективное бессознательное, объединяющее нас всех (некоторые люди со способностями медиумов способны настроиться на него и вылавливать информацию без помощи эмоциональных уз, однако чаще всего случаи телепатии касаются людей, связанных чувствами.

Также происходит и в терапии — если мы хотим чтобы аналитический процесс был успешным, должна быть установлена глубокая связь между терапевтом и пациентом, которая должна включать в себя как индивидуальное так и коллективное бессознательное пациента и аналитика. Поэтому если синхроничность требует участия коллективного бессознательного, а телепатическая коммуникация проявляется особенно между людьми, связанными эмоционально, то можно предположить, что терапевтические отношения должны особенно благоприятствовать возникновению явлений ЭСВ или синхронических событий. И действительно, как отметил Юнг:

Отношения между врачом и пациентом, в особенности если в дело вступает перенос пациента или более или менее бессознательное отождествление врача с пациентом, может иногда привести к явлениям парапсихологической природы.

Он даже описывает пример телепатического контакта с одним из своих пациентов. Однажды прочитав лекцию Юнг вернулся к себе в гостиницу и долго не мог уснуть.

Около двух часов ночи меня кажется сморил сон, я проснулся с криком и убеждением, что некто пробрался в мою комнату; мне также показалось, что двери резко распахнулись. Я сейчас же включил свет, но никого не увидел. Я подумал — возможно кто-то ошибся номером. Я выглянул в коридор. Никого, мертвая тишина. Я стал вспоминать, что случилось и понял что меня разбудила тупая боль, как если бы, что-то ударило меня в лоб и потом в затылок. На следующий день я получил сообщение о том, что этот пациент застрелился. Еще позднее я узнал, что пуля засела у него в затылке.

Однако чаще пациент, а не терапевт, принимает телепатическое сообщение. Одну из таких ситуаций рассказала мне подруга. Она сделала перерыв в своей практике, чтобы отправиться в месячное путешествие в Европу и на Ближний Восток. Эта поездка должна была стать ей отпуском, который однако пришлось прервать из-за трагедии — смерти обоих родителей. Поскольку родители жили на восточном побережье США, а описываемое событие происходило в Израиле, то в Сан Франциско об этом никто не знал. Коллега вернулась через месяц к работе с пациентами, как и запланировала. Она не хотела рассказывать им о своей трагедии, чтобы не травмировать их, однако делать вид что ничего не произошло, выглядело бы притворством. Она решила говорить, что ее отпуск был прерван трагическим происшествием в семье. Одна из пациенток рассказала ей о своем сне, в котором она ехала автобусом со своим терапевтом (терапевт был с семьей), внезапно автобус заполнили ядовитые газы. Смерть родителей моей коллеги была вызвана удушением углекислым газом, поэтому похоже было на то, что пациентка неким образом смогла узнать детали ситуации, связанные с наиболее сильными эмоциями терапевта и неосознанно поместила их в свой сон.

В случае двух людей, погруженных в разговор, трудно определить где кончается интуиция и начинается телепатия. Часто во время психоанализа терапевт и пациент находятся в состоянии легкого транса. Сидя рядом в закрытом помещении, они бессознательно имитируют жесты друг друга, положение корпуса. Их одновременно объединяет содержание беседы и эмоции. Иногда мне случается о чем-то подумать и пациент сейчас же затрагивает эту тему. Иногда описание сна пациента кажется таким знакомым, близким и понятным, как если бы мое сознание содержало те же образы, возникшие в этом сне. (Однажды Харри Уилмер, тогдашний профессор психиатрии в Институте Ланглея Портера, предложил нанять художника, который нарисовал бы, увиденное пациентом и то, что видит терапевт, чтобы проверить, как эти образы соотносятся друг к другом сравнивая их значения. Насколько мне известно эта идея не была реализована.) Ханс Диеккман в своей работе «Sucsess and Failure in Analysis» (Успех и неудача, в анализе), описывает результаты исследований группы четырех юнгианских аналитиков из Берлина, которые наблюдали за возникновением синхронических событий во время психоанализа. Они сконцентрировали свою работу на случаях внечувственного восприятия, возникающих во время аналитических сессий, в те моменты когда поднимались архетипические вопросы. Случается терапевт видит некий образ, по его мнению, совершенно случайный но оказывающийся необычайно важным для пациента. Иногда сон пациента высвобождает в терапевте сильные личные воспоминания и мысли, которые неожиданно помогают ему понять данное сновидение. Иногда пациент и терапевт кажется вступают в телепатический контакт, как если бы они обладали общей психикой. Узы такого рода испытывают многие — это не ограничивается кабинетом психотерапевта. Так происходит чаще всего, когда один человек рассказывает о важном для него личном опыте, а другой пытается его понять при помощи аналогий собственных переживаний того же рода, а также когда люди делятся переживаниями, которые можно визуализировать и эмоционально почувствовать другому человеку.

Все эти примеры синхроничности являются или ключом к тому чтобы открыть нечто новое для себя, или же, как в отдельных случаях, интересны сами по себе. Принимая по отношению к ним позицию Агаты Кристи, мы можем попытаться рассмотреть их конфигурации, чтобы придти к тому, на что они указывают или же открыть непосредственные значения, стоящие за ними.

Явления синхроничности приобретают символическое значение, когда наше понимание, возникающих в них символов, дает нам возможность рассмотреть нашу собственную психологическую ситуацию. Анализ синхронических событий так, как если бы это были сны, может быть также важен как и анализ самих снов. Как я считаю, телепатия между двумя людьми является доказательством существования между ними сильной связи в сфере коллективного бессознательного, несмотря на то что сама передача может приниматься лишь на биологическом или психологическом уровнях. Если подобное явление возникает в процессе терапии то это является указанием на силу переноса и контрпереноса чувств или даже любви или же и того и другого, отражая то, на каком глубоком уровне происходит терапевтическая работа.

Каждое подобное происшествие является определенным указанием на возможность существования того, что незаметно в обычных условиях — связи всего сущего во вселенной. Намекая на то, что мы не являемся отдельными изолированными частями, давая доказательство того, что существует общая для всех существований, основа или Дао. Чтобы синхроничность могла возникнуть, пространство между людьми и вещами не может пустовать и должно содержать в себе некое объединяющее звено, являющееся чем-то вроде передатчика информации. Юнг назвал его коллективным бессознательным.

Синхроничность событий является таким образом указанием на существование некого объединяющего принципа. Как только возникает синхроничное событие, несчетное количество видимых вещей воспринимается неожиданно как проявление одного целого, а невидимая сущность — как таинственное и непонятное звено существования. Эта необыкновенная тайна и есть Дао.

Глава 4. КАК СОН НАЯВУ

Синхронические события подобны снам. Распределения ролей. Символическая интерпретация как ключ к пониманию синхронических событии.

Есть такая старая песня, начинающаяся со слов: «Ты видел, гуляющий сон? Я видел». Синхронические события напоминают сон наяву — хороший сон или кошмар. Такие происшествия, также как и сны, связаны со смыслами, содержащимися в нашей психике и являются обычно неким метафорическим комментарием, который если он будет расшифрован, даст возможность заглянуть в сущность данной проблемы. Синхроничное событие может быть «заряжено» значением, которое моментально до нас доходит, но может потребовать долгой работы. Также и со снами: некоторые мы понимаем сразу же, а вот интерпретация большинства из них требует анализа. Более того, интерпретация, как в случае снов, так и в случае синхронических явлений, остается одной и той же.

Синхронические события, также как и сны, различаются в зависимости от людей с которыми они происходят. Некоторые видят сны каждую ночь, другие утверждают, что вообще их не видят. Некоторые помнят лишь несколько существенных снов и те они видели в детстве. У одних сны полны цвета и символов, у других сны в различных оттенках серого цвета и заполнены тривиальными элементами обыденной жизни. То же самое относится к синхроническим событиям: некоторые видят их проявление на каждом шагу, в то время как другие не могут вспомнить ни одного значимого совпадения в своей жизни. Некоторым пришлось испытать лишь одно или два подобных события, однако они произвели неизгладимое впечатление. Способность запоминать, а также частота, интенсивность и драматизм ситуаций, отличаются друг от друга как сны, а повторяемость синхронических ситуаций имеет место также часто как и повторяемость тем снов. В обоих случаях сценарий и «распределение ролей» могут быть одинаково суггестивны и точны.

Поскольку мнения людей о снах и синхроничности так различны, интересно было бы сравнить различие между тем, что мы помним и что в действительности имело место. Уильям Демент, известный исследователь фаз сна, анализируя со своими сотрудниками из университета в Стэнфорде возникновение и протекание снов, заметил что точно также дело обстоит и с синхроничностью. Несмотря на то, осознаем мы это или нет, она происходит с нами каждый день.

Индивидуальные различия возникают скорее от черт личности. Мне кажется, что люди у которых больше всего проблем с тем, чтобы вспомнить сны или упорядочить свое отношение к ним, когда они их вспоминают — обычно необыкновенно рациональны, логичны, готовы работать и чаще это мужчины. Это обычно, так называемые «люди с риском сердечных заболеваний» и серьезным ригидным сознанием. Для людей такого типа понятие синхроничности весьма подозрительно они отрицают его так же как и явления ЭСВ и религиозные переживания. Поскольку интуитивное познание им чуждо, они редко осознают духовное или психологическое значение чего-либо. Сны и синхронические явления таким образом не производят на них большого впечатления и не запоминаются, а если это и происходит, то в основном так, как если бы они не имели большого значения.

Сны и синхронические явления зависят от активности психики. Люди, находящиеся в состоянии страха и внутренней спутанности, очень часто переживают необычайно живые, интенсивно окрашенные эмоциями сны, а так же проявляют большую способность к запоминанию содержания снов. Синхроничность также чаще возникает в ситуациях с сильными эмоциями — например у влюбленных, у людей занимающихся творчеством или в состоянии сильного конфликта чувств. Вместе с ростом эмоционального напряжения возрастает частота возникновения синхронических событий и явлений ЭСВ. И-Цзин, действие которого опирается на синхроничности, в подобных случаях дает удивительно точные, соответствующие ответы. Возможно усиление интенсивности психических переживаний приводит к увеличению частоты таких событий. Однако нельзя исключить, что подобное состояние приводит к определенной дезориентации человека, начинающего обращать больше внимания на такого типа события и сны.

Как в случае со снами, которые кажутся нам созданными неким экспертом, раздающим роли, подбирающим персонажи и символы, заставляя их представлять определенные идеи, так и в синхронических событиях подбор элементов может быть таким же странным. А иногда даже юмористически точным. Чтобы проиллюстрировать качество такого «подбора ролей», и при этом показать как можно по образцу интерпретации снов интерпретировать синхронические события, я расскажу о ситуации, которой я была свидетелем.

Мы были на одной вечеринке, как раз поужинали и перешли в комнату со стеклянными дверями, сквозь них можно было увидеть небольшой садовый дворик, окружающие его кусты и все это на фоне предгорий Тибурон. На приеме присутствовали три пары. Мы пили кофе и бренди. В определенный момент Анн, художница подняла волнующую ее проблему, которая заинтересовала всех. Она рассказала, что иногда, закрывая глаза, видит некие демонические лица. Инстинктивно она бежала от них, и прерывая контакт открывала глаза. Ее интересовало не должна ли она бороться с ними неким образом. Не поступала ли она трусливо избегая их? Может быть с психологической точки зрения такое бегство не рекомендуется? Поскольку среди присутствующих было три психиатра, еще один художник и мой муж, Джим — тогда он издавал журнал «Psychic», теперь выходящий под названием «New Realitis» — такой вопрос заинтересовал нас со многих точек зрения. Мы начали чисто интеллектуально рассуждать о том, какая может быть польза в поддержании контакта с образами (посредством активного воображения или диалога) и какая в том чтобы от них избавиться, то есть продолжать делать то чем она и занималась. Нашу дискуссию прервал звук царапанья в стеклянные двери. Этот звук сбил нас с пути, мы обернулись и увидели скунса, который пытался проникнуть внутрь. Разговор естественно перешел на тему этой редкой ситуации. Скунсы обычно избегают людей, почему же этот пытался войти? Мы смеялись, предположив что кто то из нас мог бы встать и вежливо пригласить его войти. Вскоре мы поехали домой, поскольку стало поздно. По дороге домой Джим стал рассуждать не является ли случайно скунс синхроническим ответом на вопрос Анн. До этого момента все событие было для нас просто странным интересным но не имеющим дополнительного значения (именно так я воспринимала свои сны пока не стала их анализировать. Эти цветные сны с интересными сюжетами, интересовали меня весьма поверхностно — они были как визит в кино, и то лишь когда в них появлялось нечто действительно необычное). Когда мы начали рассуждать о возможности синхронического события, вся ситуация перенеслась в другое измерение. Можно было заметить как аналогию на ситуацию Анн, так и смысл, данного таким образом ответа на ее вопрос.

Скунс, посредством упрямой попытки пройти в комнату, был подобен этим демоническим лицам. Открыть двери было бы глупостью — решение отказаться от этого намерения не было продиктовано трусостью, а исходило от рассудительности и здравомыслия. Скунс мог бы запачкать пространство дома и воспринимая его метафорически: контакт с демоническими персонажами, эманирующими негативной энергией, произвел бы подобный эффект на внутреннее пространство. «Подбор ролей» в этом синхроническом событии использовал живой символ. Анализ контекста и атрибутов этого символа позволил оценить существо ситуации Анн и намекнул на конкретные решения — дальнейшую оборону.

Чтобы понять синхроничное событие, можно начать с постановки вопроса об эмоциональном контексте, в котором оно произошло. В чем была проблема? Что необходимо решить? Каким было психическое состояние, настроение и сопутствующие события? Синхронические события по видимому относятся к определенным эмоциональным обусловленностям, являясь соответствием и комментарием реальной жизненной ситуации. Случай со скунсом был непосредственным симультанным комментарием посредством аналогии.

Дальнейшим шагом является размышление о том, что могут символизировать, участвующие в событии персонажи, звери, предметы (у скунса довольно очевидное значение) и какие они могут иметь значения в форме аналогий.

Иногда синхроничное событие слишком очевидно для человека, которого оно касается. Примером может служить женщина, которая узнав, что ее собаку сбила машина, обрела полную уверенность в значении этого происшествия. Она только что рассталась с мужчиной с которым жила довольно долго. Раньше у нее тоже была собака, которую украли из машины, после того как она приняла решение не выходить замуж за своего тогдашнего приятеля. Тогда, в первый раз, она разорвала свои отношения, а собаку так и не нашли. Второй раз, в случае со вторым партнером, произошла сепарация в результате различия взглядов и подходов к жизни. Их союз, хотя и распадался все же существовал, собака также выжила. Травма позвоночника вызвала паралич задних лап и хвоста. Если бы состояние собаки не улучшилось ее пришлось бы усыпить. Никто не знал, был ли ее позвоночник полностью перебит или же паралич был временным. Собака все таки выздоровела и отношения с партнером также продолжались. Позвоночник не был нарушен и паралич прошел, а сепарация с партнером оказалась временной.

Синхроническую встречу между людьми можно рассматривать как сон наяву, в котором данный человек встречает символ, являющийся указанием на то, как решить проблему. Иногда бывают сны, в которых некая конфликтная ситуация решается символически и мы просыпаемся с новым подходом, снимающим напряжение. Такой же может быть синхроническая встреча с человеком, который становится живым символом: такие встречи оказывают глубокое влияние на в психику, высвобождая новую жизненную энергию.

Такого вида встреча — эмоционально решающая — произошла с моей коллегой, которая не могла долгое время принять важное решение. Она хотела прекратить работать психотерапевтом, родить ребенка и затем посвятить себя художественной работе, в соответствии с ее первым образованием. На идею об уходе с работы она реагировала страхом. Иногда главенствовали аргументы за, иногда против и ничего из этого не выходило. Она очень хотела стать матерью, но также сильно боялась материальной зависимости, даже от собственного мужа. Это чувство имело источник в финансовых проблемах, которые она пережила вместе со своей матерью из-за ранней смерти отца. Именно в этот период она отказалась от многообещающей карьеры художницы в пользу профессии, которая обеспечивала большую финансовую стабильность. События однако изменились. Она вновь попыталась рисовать, что пробудило давнее восхищение творчеством и она почувствовала, что созрела для того чтобы стать матерью. Она хорошо знала чего хочет, не приступая однако к реализации своего намерения. Чтобы стать матерью и художницей, ей пришлось бы отказаться от терапевтической практики, но определенная ее часть была обеспокоена тем, что это будет означать разрыв с профессиональной жизнью и потерю независимости навсегда. Так она находилась между желаемым и страхом, что впоследствии придется сожалеть о своем решении.

Иногда в подобных ситуациях появляется важный сон, помогающий принять решение, однако в этом случае появилась синхроническая встреча. Моя знакомая принимала участие в идущем целый день симпозиуме, и волей случая сидела возле коллеги, которой не видела семь или восемь лет. Они когда-то работали в одном агентстве, но потом их пути разошлись. Во время перерыва они начали рассказывать друг другу обо всем, что произошло за это время. Слушая подругу, она неожиданно почувствовала, как глубоко ее взволновали ее слова, почувствовав радость и неожиданное освобождение от напряжения, как если бы конфликт в котором она пребывала так долго сам по себе неожиданно разрешился.

Оказалось, что коллега прервала профессиональную работу на шесть лет, родила ребенка и являлась неработающей матерью. Она занималась большим садом, пекла хлеб, вела спокойную домашнюю жизнь почти в деревенском окружении. За это время она также научилась делать керамику, сейчас она уже вернулась к своей профессии, работала и немного преподавала в медицинском центре. Эта встреча стала чем-то вроде символа, который придал уверенность ее желанию стать матерью. Интуитивно она чувствовала синхроническую направленность ситуации, будучи глубоко уверенной в ее значимости. Синхронические явления придают чувство единства с чем-то более великим. При встречах этого типа может даже (возникнуть чувство, когда мы говорим «да» судьбе, поскольку мы прочитали и раскодировали ее скрытое значение. Результатом события стали моментальные действия. Она ушла в середине программы симпозиума, выбросила по пути противозачаточные таблетки и весь полдень провела дома, занимаясь любовью с мужем.

Однако не всегда удается сразу прочесть символику подобных событий, иногда осознание синхронического события нарастает постепенно, а его значение доходит не сразу. Я вспоминаю случай одного юриста, который испытывал трудности, связанные с профессиональной карьерой. Синхроническая встреча приняла форму длительной многомесячной борьбы с другим юристом, персонифицирующим «тень» или скрытую негативную аутодеструкцию «темной» стороны его личности.

У него было чувство, что он растрачивает себя на канцелярской работе, он жаловался на рутину, не видя надежды в каких либо изменениях в будущем. Он закончил с отличными результатами один из лучших университетов в стране и сразу же после учебы ему предложили работу в идеально подходящей адвокатской фирме. Там он добился значительных успехов, он выигрывал дела у опытных и известных юристов. Однако он ушел оттуда и пытался искать удачу в других местах, после чего застрял на своем последнем месте. Он чувствовал себя побежденным и заурядным. Он вечно был угнетен и легко раздражался; зная, что свое раздражение разряжает дома, был груб с семьей, уныл и жесток в общении.

На работе он притворялся очень занятым, а в реальности лишь отсиживал время, фантазируя, что находится в совершенно другом месте, где выполняет интересную, героическую и оцененную всеми работу. Рутина убивала его, одновременно у него возрастало отвращение к самому себе.

Со временем он понял, что его главной ценностью — чего он раньше не понимал — является совершенство. Несмотря на такую уверенность и отличные возможности он ничего не достиг. Попытки объяснить случившееся активировали сильную аутодеструктивную позицию, которая сводила на нет все его усилия. Такая позиция жила в его психике как некая мрачная личность, полная «подросткового» цинизма по отношению к работе и связанных с ней достижений, саботируя необходимость успеха.

Когда он осознал, что больше всего он ценит совершенство, он принял незамедлительные и бесповоротные решения. Он ушел с работы и стал партнером в маленькой, испытывающей трудности фирме, где у него появился шанс показать свои способности юриста, приведя фирму к расцвету. Когда он решался на такой поступок, то понимал, что его негативная позиция может все испортить. Он знал, что испытает поражение если не победит тенденцию, состоящую в критическом отношении к своей работе, или если снова поддастся фантазиям, и поискам оправданий. Будучи готовым конфронтировать с самодеструкцией, он неожиданно встретил человека, являющегося синхронической персонификацией этих черт. Это был его сотрудник, также юрист, внешне кажущийся очаровательным и интеллигентным мужчиной, возбуждающим симпатии. Казалось, что он слишком много работает, но совершенно неэффективно. Он даже не отрабатывал своей зарплаты. Он был угнетенным и отлынивал от работы. Мой пациент отчаянно концентрировался на работе с ним, беспокоясь, что из-за него вся фирма может рухнуть, однако начинал понимать, что посвящает этому человеку столько внимания и так сильно привязывал к нему успех фирмы, поскольку это был живой символ его негативной позиции. Не исключено, что мужчина, чье присутствие имело явно синхронический характер, заменил сны, в которых мой пациент сражался бы целыми ночами с темным типом, представляющим его «тень».

Конфронтация с внешним реальным человеком проходила так же, как могла бы проходить внутренняя борьба с саботирующей его усилия тенью. Наконец ему удалось найти способ избавится от этого человека, давая ему все меньше работы — это было решение, опирающееся на знании своих негативных привычек, состоящее в том, чтобы давать ему все меньше и меньше энергии. Когда этот работник ушел, мой пациент справился со своей проблемой. Он полностью погрузился в работу, стал преданным своей фирме, став более эффективным и ответственным.

Различия между синхроническими встречами; значение которых воспринимается мгновенно и интуитивно, и встречами в которых ситуация развивается постепенно, где рассмотрение значений и поиск решений требует времени, возникают также в процессе анализа снов. Поскольку сны и синхроничность связаны с коллективным бессознательным, неудивительно, что работа с обоими протекает подобно.

Иногда нам снятся очень эмоциональные сны. Их значение выразительно и ведет к быстрым решительным действиям. Однако чаще спящий сталкивается многократно с одним и тем же сюжетом сна, постепенно понимая, чего касается этот сон, и медленно подходя к существу проблемы. Лишь через некоторое время может наступить желаемая перемена. Упорно повторяющиеся сны появляются, пока не произойдет изменение во внутренней или во внешней ситуации. То же самое относится и к синхроническим явлениям.

Приведу пример женщины с которой произошли три аварии подряд. Как кошмары, повторяющиеся наяву. Ранее на счете ее страхового полиса не было ни одного происшествия, однако когда она впервые пришла получить компенсацию, то сказала страховому агенту: «Это снова я!» Ни в одном из этих событий не было ее вины. Первый раз ее машина стояла на средней полосе, ожидая зеленого света. Она услышала скрип покрышек, на скользкой от дождя дороге. Какая-то женщина затормозила слишком поздно, ударив и помяв заднюю часть автомобиля моей клиентки. Во второй раз она ехала по средней полосе в час пик, а двигающийся рядом автомобиль, который также вела женщина — неожиданно поменял полосу, ударяя в бок машины пациентки. В третьем случае, как и в первом она стояла на красном свете светофора, когда неожиданный удар выбил ее машину на перекресток. На этот раз молодая девушка, у которой были неисправны тормоза, опять разбила ей заднюю часть машины, повредив бак, что могло привести к взрыву горючего.

Как она должна была это понимать? Серия подобных событий не находит причинного объяснения. Было ли это делом чистой случайности, невезения или все таки синхроничности?

Первый случай казался метафорой конфликта на работе — очень неприятным, полным напряжения отношениям с коллегой (ситуация, которая могла возникнуть по причине недостаточного сдерживания эмоций). Второй случай также рассматривался ею с точки зрения возможной синхроничности, и был проигнорирован. В то же время третий был весьма убедителен — именно в этот день подвели «психические тормоза» ее коллеги. Стало ясно, что необходимо принять ряд этих событий как синхроничное явление, комментирующее ситуацию на работе. Аварии напоминали серию снов с повторяющимся сюжетом, хотя и отличающихся деталями, заставляющих спящего поверит в их смысл — объявляя ей что прежние конфликты с коллегой являлись для обоих деструктивными. Необходимо было покончить с попытками завершить дело мирным путем.

Совпадение во времени и символичность такого типа событий убеждает в их синхроническом происхождении. Мне кажется что синхроничность очень частое явление, однако его символика понимается лишь в случае достаточного углубления человека в собственную психику. В противном случае, как и забытые сны, она не производят никакого впечатления.

Иногда внешнее событие приводит к синхроническому событию, проявляющемуся параллельно сну. Одному психиатру приснилось, что он старательно подрезает японский клен в своем саду. Этот человек, всесторонне одаренный, решил, что это метафора определенной необходимости которую он должен принять. Он занимался различными сферами деятельности, что отрывало его от профессиональной работы. Японский клен являлся символом внутреннего глубинного «я», с которым он познакомился благодаря мне и которое требовало очистки от всяческих «мелких веточек», чтобы укрепить ствол. Во время следующего уикенда, когда ему действительно пришлось постригать клен, придавая кроне соответствующую форму, к нему пришло понимание. Его переполнило чувство набожного уважения, мистического восхищения и радости. Это был опыт Дао. Он стал его уделом благодаря синхроничности, когда оказалось что его ночной сон и сон наяву имели одно значение.

Прилежное наблюдение за снами и синхроническими явлениями придает внутренней жизни дополнительное измерение, обогащая наше сознание. Мы намного лучше сможем познать себя и окружающий нас мир если сможем интерпретировать кроме логической еще и символическую информацию. Поскольку мышление и обработка впечатлений, которые дает нам сознание, происходят в одном полушарии мозга, а функции интуиции и перцепции символов в большинстве своем размещены в другом, то лишь когда мы учтем оба этих источника мы получим полный образ. Наше восприятие ситуации и решения о том как поступать, в значительной мере опираются как на чувства и интуицию так и на объективное знание.

Раз синхроничность так подобна снам, нет ничего удивительного в том что к ней можно применить те же самые правила — как например то что опасно сильно концентрироваться на ней. Односторонняя концентрация на сновидениях и синхронических событиях означает отказ от логического мышления и рациональной верификации реальности. Если мы заблудимся в этом, мы погрязнем в магическом мышлении и начнем везде видеть знаки и предсказания, делая зависимыми от них любые свои действия. Односторонность восприятия всегда ограничивает приходящую к нам информацию. Человек с подобным ограничением будет обходиться лишь линейным мышлением и перцепцией исключительно пяти органов чувств. Это ведет к переживанию с отсутствием эмоциональных значений, воображения и духовной плоскости. Эмоции, интуиция и чувства необходимы при восприятии музыки, искусства и символики. Синхроничность, также как и сны, приглашает нас участвовать в ощущениях на символическом уровне, где до нас доходят более глубокие значения, где мы все участвуем в коллективном бессознательном, где время и пространство становятся относительными, а мы сами в рамках нормальной жизни испытываем существование необыкновенной реальности.

Синхроничность подобна снам наяву; в этом случае нам дано бывает попасть в точку где сталкиваются время и его отсутствие, где происходят, невозможные на первый взгляд, слияния всех сфер бытия, и где то, что находится внутри нас, и то, что вовне, становятся нераздельными. Синхроничность, как и сон, приоткрывает в коротких проблесках нечто, существование чего неясно предчувствуется — вездесущее Дао.

Глава 5. ЗНАЧИМАЯ ВСТРЕЧА И СИНХРОНИЧЕСКАЯ «СВАТЬЯ»

Случайные встречи, приводящие к значимым союзам между людьми. Синхроничность как «сватья». Внутренние аспекты и внешние личности.

Иногда синхроничность прокладывает дорогу важным узам. Когда я смотрю на события, в которых происходит важная для двух людей встреча или их начинает объединять чувство, я часто замечаю тонкое воздействие судьбы, синхроничности или Дао — все равно какое имя мы дадим этой «сватье». Когда происходит случайная встреча, являющаяся ответом на наше внутреннее состояние, в такой ситуации происходит значимое совпадение или синхроничное событие. Такие встречи сыграли важную роль в моей личной и профессиональной жизни.

Незадолго до того, как я познакомилась со своим мужем, я почувствовала что определенный этап в моей жизни прошел и что пришло время изменений. Я даже приняла решение о переезде. Я решила выехать из Сан Франциско и переехала в Нью Йорк, чтобы закончить последний год психиатрической специализации, а потом выехать на год в Лондон, где я хотела продолжить обучение. Незадолго перед выездом произошел случай, изменивший мою жизнь. Наступал праздник благодарения. Я хотела провести его в Лос-Анджелес. Одновременно Элейн Фидорс, с которой я жила, запланировала праздничный прием в нашей квартире. Вдохновителем его был психиатр Дик Роусон, который хотел представить Элейн своего друга. За два дня до приема оказалось, что в пятницу я должна быть в клинике в Сан Франциско, что делало невозможным мой выезд в Лос Анджелес. Таким образом, мне пришлось принять участие в приеме, в результате которого я познакомилась с Джеймсом Боленом, за которого шесть месяцев спустя вышла замуж. Джим, по странному совпадению, также должен был уехать на этот уикенд в Лос Анджелес но был задержан работой. Он позвонил Дику, спрашивая актуально ли еще предложение, которое он принял несколько недель назад, впоследствии отказавшись от него. Так он и появился в моей жизни.

Двенадцать лет назад Дик и Джим проходили вместе службу в авиации. После стольких лет они снова встретились. В течении этих лет Джим перешел от работы в строительстве к журналистике и рекламе, переехал из Айовы в Южную Калифорнию, чтобы наконец осесть на Заливе Сан Франциско. Дорога Дика вела из Беркли в Лос Анджелес и далее до Филадельфии, откуда он вернулся в Сан-Франциско.

Для того, чтобы вообще могла произойти моя встреча с Джимом, был необходим целый ряд совпадений. Также и наша внутренняя готовность к любви, которая так быстро привела к свадьбе, потребовала многих изменений и переоценки, в периоде упреждающем нашу встречу; все это изменило направление жизни каждого из нас, с той минуты мы стали идти одним путем.

Трудно сказать была ли это синхроничность или же просто «так случилось». Когда я вспоминаю это мне кажется, что время этих событий было значительным, поскольку я выросла в длительном, полном конфликтов браке, будучи готовой встретить взрослого мужчину. Внешнее синхроничное событие совпадало с моей внутренней переменой, параллельной и аналогичной развитию психики Джима.

Когда происходит синхроническая встреча между двумя людьми, когда они становятся друг для друга «значимыми личностями», оба находясь в критической для личной жизни фазе, будучи способными к глубоким переживаниям, можно ожидать драматических перемен. Как говорил Юнг: «Встреча двух личностей подобна контакту двух химических субстанций — если они войдут в реакцию друг с другом — обе трансформируются». В некоторых случаях оба человека в один и тот же момент могут стать особенно податливыми на взаимное «химическое» воздействие.

Подумайте о значимых встречах вашей жизни, которые привели к важным контактам, новой работе, интеллектуальному, психическому или духовному развитию. Подумайте о встречах, глубоко изменивших вашу жизнь. Вспомните их детали. Были ли вы психически готовы в подходящий момент? Если бы это произошло раньше, могли ли бы мы быть такими же податливыми и впечатлительными? Была ли связана новая личность с неким новым видом вашей открытости и податливости к новому? Может ли синхроничность быть «сватьей»? Значимые встречи зачастую возникают при аварии двух автомобилей, когда кто — либо заблудился в незнакомом городе, случайно встретил земляка за границей или занял место рядом в самолете — у них конечно же нет намерения, они не запланированы но в них видна рука мастера предвиденья и синхроничности. Когда внутренняя готовность и внешняя встреча идеально подходят друг другу, когда встреча явным образом «скроена по мерке», и ее невозможно было бы организовать в таком виде, все указывает на то, что за дело взялась синхроническая «сватья».

В моей профессиональной жизни было множество синхронических встреч. Возможно мне легче было распознать их, поскольку способ, при помощи которого данная личность появляется у меня (или у других терапевтов), можно четко проследить. И часто я вижу какой крутой и переполненной совпадениями была эта дорога. Иногда неожиданно оказывается что в моем календаре возник пробел, позволяющий дополнительно принять кого-нибудь. Новый пациент бывает сильно возбужден, кажется целая цепь синхронических событий привела его к терапевту, он чувствует исключительность ситуации и важность встречи. Если это чувство возникает совместно с большими ожиданиями и чувствами, которые обычно сопутствуют первому визиту к психиатру, все эти элементы создают терапевтическую ситуацию. В ней легко войти в контакт с образными представлениями и чувствами пациента.

Я вспоминаю одну, особенно странную встречу с одним священником епископальной церкви. Обо мне он узнал от своего друга, моего пациента. Его друг был единственным человеком которому он исповедовался; я в свою очередь единственным психиатром, о котором он узнал. Он не доверял женщинам и долгое время тянул с визитом. Наконец он заставил себя, так как чувствовал себя все хуже и хуже. Он не представлял себе что способен пойти к женщине терапевту. Зная меня лишь по имени — Жан Болен — он считал, что я родилась на Кавказе. Он сидел в вестибюле, дрожа от страха, что встреча окажется ужасной ошибкой. Когда же он увидел перед собой маленькую японку, то полностью изменил свое отношение.

Единственным позитивным образом женщины, который он полюбил — и это благодаря рассказам дяди, который служил в американской армии и участвовал в оккупации Японии — был образ японки. Другие женщины были по его мнению манипуляторами, враждебно настроенными, обладали сильными личностями и лишь ждали момента, чтобы выступить с критикой. Исключением, по его мнению, являлись именно японки, известные по рассказам дяди, они являлись опорой и никому не угрожали, будучи заботливыми и добрыми.

Он испытал огромное облегчение, увидев меня и сейчас же признал, что я человек, которому можно доверять. Первичное облегчение превратилось позднее в удивление, поскольку он заметил явный синхронический характер событий. Ему была необходима как поддержка его духовного призвания так и реализация творческой потребности писать, что могла ему предложить лишь юнгианская терапия (которой он сознательно искал). Он пришел к выводу, что ему была необходима помощь именно женщины, японки и к тому же психотерапевта с юнгианским подходом. Принимая во внимание, что лишь я отвечала таким требованиям, синхроничность нашей встречи кажется очевидной.

Другой визит с синхроническими качествами, начал терапию одного скульптора. Эта женщина оказалась для меня очень важной личностью. Несколько месяцев раньше кто-то дал ей мою визитку. Поскольку она ничего обо мне не знала, то не установила сразу же время первого визита, однако носила при себе карточку с моим именем и номером телефона.

Некоторое время спустя, мать живущая в южной Калифорнии, попросила ее достать экземпляр журнала «Psychic», который издавался в Сан Франциско. Будучи с визитом у подруги она увидела на столе старый номер этого журнала. Любопытствуя, чем интересуется ее мать, она просмотрела его, наткнувшись на мою статью об использовании терапии и медитации в лечении опухолей методом доктора Карла Симонтона. Со статьей помещалась автобиографическая заметка и моя фотография. В течении шести лет существования журнала я написала лишь одну статью. Ее это так удивило, что она позвонила мне уже на следующий день. Она позвонила как раз в такое время, когда я могла ее принять сразу же. Так как если бы она связалась со мной, впервые услышав мое имя, то вероятнее всего я отослала бы ее кому-нибудь другому, будучи в это время сильно загруженной.

Для обоих этих пациентов встреча со мной явилась значимым совпадением. Они чувствовали, что наше сотрудничество было результатом необычайного стечения обстоятельств. Этому сопутствовало убеждение, что терапия станет для них весьма важной. Такое убеждение является весьма полезным в процессе терапии. В обоих случаях к этому привела синхроничность. Мне самой понадобилось время, чтобы оценить значение этих двух встреч для моего собственного развития.

Случай со священником стал, наконец темой моей книги, работа над которой и презентация перед комиссией явилась конечным «ритуальным» условием, окончательного вступления в круг юнгианских аналитиков. Процесс анализа изобиловал синхроническими событиями что сильно повлияло на формирование моих взглядов на этот предмет. Опыт, собранный во время этой терапии, в значительной мере повлиял также на решение написать данную книгу.

Скульптор, решившая что ко мне ее привела судьба, намного углубила мое понимание природы аналитического процесса. Во время терапии, в самой ее середине, я поняла, что теряю способность ясно видеть ситуацию и это дало мне возможность лучше понять алхимию, как метафору, описания процесс. По этой же причине Юнг так долго исследовал эту тему (в «Психологии и Алхимии» или «Психологии переноса», где он исследует трактат по алхимии в виде инструмента выяснения, или наконец в «Misterium Coniunctionis»). Аналитическая работа с ней начала напоминать путешествие в лабиринте. Мифологический Тезей входит в лабиринт чтобы победить Минотавра. Золотая нить Ариадны должна помочь ему найти дорогу назад. Поскольку каждый поворот в психологическом лабиринте требует принять решение куда двигаться дальше, то есть интерпретации, интуиция исполняла для меня роль золотой нити, которой я позволила себя вести. Мне пришлось опустится на более глубокий уровень, чем тот на котором я работала в процессе учебы и практики в клинике. Благодаря этому я приобрела кротость и доверие к указаниям, которые дают сны и синхронические события.

Отношения аналитика с пациентом являются встречами очень глубокого характера, поэтому влияют не только на пациента. Сила связи, сформированной в процессе анализа, воздействует также на терапевта. Именно поэтому Юнг воспринимал аналитический процесс в виде соответствия проходящей алхимической реакции — превращение одного элемента (пациента) приводит к превращению второго (аналитика). Мне всегда казалось, что пациенты, переступающие порог моего кабинета, являются для меня шансом и возможностью к познанию самой себя. То, что я должна осознать в данный момент — то, что является моей ахиллесовой пятой или неким барьером в развитии — появляется синхронически в дверях моего кабинета. Поскольку я осознаю это то всегда когда замечаю элемент синхроничности в появлении нового пациента, я задаюсь вопросом, будет ли эта встреча также значима для него как и для меня?

Все люди, работа которых состоит в помощи другим или обучении, должны учитывать роль синхроничности. Вероятнее всего эта «сватья» введет в их жизнь значимых людей, давая возможность развиваться обоим или освободит от сильных и беспокоящих эмоций. Во всех синхронических встречах, по крайней мере у одного человека, активизируется некий важный психологический фактор, который придает эмоциональный тон всей ситуации. Всегда в такой момент появляется взаимное притяжение, аверсия или восхищение. Так происходит потому, что такая встреча вызывает в глубине нашей психики насыщенный эмоциональный образ или архетип, оживляя его. Сильная эмоциональная реакция на архетип абсолютно естественна.

Мы все являемся носителями сильных образов, намного более разнообразных, чем те, которые мы получили от родителей, берущих свое начало в повсеместно доступном коллективном бессознательном. Римский поэт Теренций, говоря: «Ничто человеческое мне не чуждо», говорил это как человек состоящий в контакте с коллективным бессознательным и бесконечностью ее архетипов, общих всем людям.

Архетипичных персонажей много и они различны. Приведем некоторых из них для примера: Патриарх или Отец (Иегова, Зевс), Герой (Геркулес), Мать Земля (Деметра), Красавица (Афродита, троянская Елена), Христос (Осирис). Греческие боги и богини уже не живут на Олимпе, они однако живы и известны под различными именами в нашем коллективном бессознательном.

Когда определенная психологическая ситуация активирует, связанный с ней архетип, и вместе с ним целый архетипический слой, она тем самым, высвобождает сильную эмоциональную реакцию. Если, например, наступила активация архетипа Христа, возможно проявление широких эмоциональных реакций, зависящих от того как мы переживаем связь чувств с образами. Если этот архетип активирован харизматическим предводителем, может наступить проекция данного архетипа на его личность, ведущая к восхищению им (как если бы он сам был Христом). Некоторые люди так сильно могут представлять архетип, что вызывают у себя сознание того, что Христос присутствует в них. Другие же могут бесконечно идентифицировать себя с ним провозглашая миру: «Я Христос!»

В нормальной жизни, когда кто-нибудь «безумно влюбляется», любимый человек становится обычно носителем черты, которая вызвала проекцию архетипа. Эта черта может иметь эстетический характер, то есть быть физического типа, или относиться к личности, поведению или манере вести себя. Друзья часто удивляются интенсивности таких чувств, задавая себе вопрос: «Что он в ней нашел?», тем самым считая что он фактически видит в ней нечто такое, чего они не замечают, поскольку то, что мы видим в такой архетипической личности является нашей проекцией. Другими словами: «Красота в глазах смотрящего», то есть находится в активированном в нас архетипе.

Подобное мощное влияние производят и образы с негативной окраской. Критический, надоедливый шеф может приобрести черты мстительного Иеговы из Ветхого Завета. Самолюбивая надоедливая, старая женщина может показаться кровожадным существом как индийская богиня Кали, богиня зачатия и уничтожения. которую можно умолять но необходимо бояться. Когда подобная личность вызывает страх, страсть или преувеличенную злость, все указывает на то что некая ее черта или нечто в способе вести себя, вызывает у нас архетипический образ. Мы начинаем реагировать на этого человека так как если бы он и архетип были одним и тем же. Со всеми это случается, и позже когда в нас погаснет, начально сильная реакция и проявится реальное человеческое измерение этой личности, мы говорим: «Перегнул» или «Это колос на глиняных ногах» или «Меня наверно околдовали». То, что находится вне меня, находится и во мне; как только нас начнет притягивать магнетическая сила, или же мы кого-нибудь критикуем, как злобного от природы человека, значит вероятнее всего в нас активизировался архетип. И в этот период то, что мы ощущаем как внешнюю ситуацию, по существу является ситуацией внутренней. Я напомню мою синхроническую встречу со священником: он совершенно не допускал возможности существования заботливой и достойной доверия женщины. И все же на архетипическом уровне у него имелся образ такой женщины, соответствоваший его представлениям о японках. Когда появилась я — образ, подходящий к архетипу — возникла проекция этого позитивного образа на мою личность. Моментальное чувство облегчения и легкости контакта, сопутствующие нашим встречам, не были чувствами, связанными со мной, а лишь с образом живущим в его воображении. Доверие, которое он ко мне чувствовал не опиралось на знание моей личности, оно было основано на том, что он признал меня «позитивным образом женщины».

Депрессия и недостаточная самооценка связаны внешним негативным подходом. Где-то в его психике существовал сильный отрицательный образ, саркастический, критичный, разрушающий его веру в себя, говорящий, что он заслужил плохое самочувствие, и что все его действия бесполезны и незначительны. (Я вспоминаю одну рисованную историю Джулеса Файффера, которую принес один из пациентов, рассказывающую о сгорбленном мужчине, которому карликовый персонаж в капюшоне бросает в лицо подобные обвинения. Мужчина выпрямляется и начинает защищаться. В конце, резко отбивая все обвинения, персонаж срывает капюшон с головы, крича: «Как ты можешь говорить такое своей матери!?») Этот священник сильно нуждался во внутреннем контакте с позитивным женским образом, который не использовал бы его растерянность и неуверенность чтобы нападать на него и критиковать, а мог бы его поддержать давая эмоциональную поддержку. Я решила, что пока он не выработает в себе постоянной способности находить поддержку внутри себя, я позволю ему проецировать эту потребность на меня и буду временно исполнять для него эту роль. Я создала для него возможность увидеть во мне опекающих и поддерживающих женщин, представляющих положительную внешнюю реальность (благодаря его первичному воображению японки). Эта позитивная позиция постепенно становилась его позицией, а также внешним персонажем, к которому он мог обратиться в тяжелые моменты. Такой внутренний персонаж оказался именно тем которого он искал, когда впервые появился у меня.

Мое глубокое волнение вызвал факт того, что он искал терапевтической помощи, совершенно не зная, что ему нужно, и все же сразу встретил такой редкий архетип, которого ему не хватало. Его внутренний архетип был «высвобожден» в тот момент когда он меня увидел, а со временем ему удалось хорошо с ним познакомиться. Как хорошо подобранный внешний персонаж терапевта так и внутренний архетип возникли перед ним синхронично и одновременно.

В жизни некоторых людей многократно и синхронично появляются определенные типы личностей или — другими словами — представители одного архетипа. Всякий раз «выходит на сцену» один и тот же символический персонаж, чтобы еще раз сыграть ту же известную драму. Для одного из моих пациентов эта драма состояла, по его определению, в неприятных контактах с «женщинами-драконами». Ему удавалось притягивать к себе внимание пожилых, на вид очень приятных, но в то же время требовательных женщин, от которых он не мог успешно защищаться. Это его сильно огорчало. Он считал их кровожадными и очень сильными и мог лишь пассивно сопротивляться им. Он должен был найти в себе силу, отвагу и независимость своего внутреннего героя. Необходимо было также разрушить его представления о таких женщинах, поскольку он видел их сквозь призму бессилия и гнева. Хотя на самом деле они не были такими ужасающими как ему казалось, все же определенный тип женщин, о которых он говорил, демонстрирует миру маску доброты, не соответствующую их реальным чувствам — злости и неудовлетворению. Со временем, когда он почувствовал себя более сильным, он изменил подход к таким женщинам. Ранее его видимое согласие и уступчивость, за которыми скрывалось пассивное сопротивление, позволяли ему иметь определенные надежды, когда же они не удовлетворялись, подход женщин менялся и они реагировали злостью. Теперь же, с самого начала он вел себя решительно и недвусмысленно, что означало, что у него убавится подобных проблем. Однако не было никакой объективной причины для того, чтобы с этой минуты они стали реже появляться в его жизни. Однако именно это и случилось. Они стали причинять ему намного меньше проблем и эта перемена удивила его. Раньше ему удавалось встречать их практически везде, теперь же несколько месяцев подряд ни одна «женщина-дракон» не появилась на горизонте.

Хорошо когда мы можем всякий раз понять, что снова на сцену вступает очередная версия нашего символического образа. Способность распознавать определенные схемы является признаком мудрости, ведь в этом случае мы не позволяем себе бездумно быть втянутыми в эмоционально «взрывоопасные ситуации», а сохраняем позицию наблюдателя. Каждое синхроничное событие неким образом соотносится с архетипом из сферы коллективного бессознательного. Отсюда исходит это магнетическое влияние персонажа, представляющего архетип. Если это позитивный архетип, то личность, которая в наших глазах является его олицетворением, кажется окруженной магической аурой. Если однако он негативен, может наступить целый ряд отрицательных реакций — страх перед лицом нечеловеческой мощи, приписываемой определенной личности, или неадекватный страх, или наконец ненависть.

Многие люди считают, что на каждом шагу встречают определенный тип личности, в связи с чем их принципы укрепляются опытом. Если, например, мужчина считает что все женщины распущены, то «доказательства» этому будут сами собой накапливаться. Причин этому много и они довольно сложны: такой мужчина, поступая согласно своим принципам, каждую встреченную женщину будет воспринимать недоверчиво, считая что она никогда не будет ему верной. Эмоциональная дистанция, которую он таким образом создает, совместно с чувством несправедливости и возмущения женщины за несправедливые подозрения увеличивают вероятность того, что его партнерша действительно начнет искать тепла и признания у кого-нибудь другого. Данная ситуация, может действительно произойти, на основе причинной связи. Мужчины такого типа могут также особенно притягивать женщин со склонностями к промискуитету, чтобы иметь возможность компульсивно и невротично заново переживать одну и ту же ситуацию. Здесь также возникает причинно-следственная связь. Иногда случается, что мужчина проецирует свои взгляды на партнершу, личность которой он воспринимает весьма туманно — примерно так, как если кинопроектором освещать человека, стоящего в полной темноте. Мужчина замечает лишь то, что хочет видеть, не видя того, что в реальности представляет из себя женщина. В результате такого вида проекций, если женщина не слишком опытна, может быть вызван эффект Пигмалиона, влияя на нее в такой степени, что она примет на себя приписанную ей роль.

Если в такой ситуации возникает синхроничность, что я обычно рассматриваю как гипотезу и принимаю с вышеописанными психологическими причинными связями — такой мужчина действительно может на каждом шагу встречать чересчур распущенных женщин. В этом случае не потому, что он так настроен, а потому что по некому совпадению, встреченные им женщины действительно оказываются такими. Синхроничность показывает нам, что внешний мир действительно, а не только кажущимся образом отражает наш внутренний мир. С юнгианской перспективы, можно еще добавить, что психика такого мужчины имеет негативный женский аспект, оказывающий на него двойной эффект: окрашивая ущербный образ женщины, так как я это описала, в то же время его «внутренняя женственность» является по видимому также деформированной как и образ женщины. Вероятно, что вследствие этого он также не развил в себе опекунческих черт, тепла, желания постоянных связей и очень возможно, что ему трудно быть верным. Если бы такой мужчина был способен принять точку зрения, согласно которой испытуемый мир является зеркалом, то он бы понял, что критикуемое им является обыкновенным отражением черт, которые он должен искоренить у себя, и тогда могло бы наступить изменение. По мнению большинства людей внешний мир невозможно изменить, однако изменение того, что мы воспринимаем как внутреннюю проблему нашей психики, как бы трудна она не была, изменить можно.

Синхроничность дает еще один инструмент, позволяющий произвести такие индивидуальные изменения, конечно если данный человек способен распознать свою внутреннюю проблему с помощью ее отражения во внешней ситуации и поступать ответственно. Это описал Ричард Бах в книге «Иллюзии»:

Каждый персонале,

все события твоей жизни

существуют, поскольку

ты ее нарисовал.

Что ты решишь

с ними сделать,

зависит от тебя.

Одна тридцатипятилетняя женщина жаловалась, как то мне, что встречает мало подходящих для нее мужчин, а те которые ей встречаются, или геи или пытаются ее использовать и не умеют или не хотят надолго оставаться с ней. Когда она изменила свой подход и вместо того чтобы жаловаться на посредственность окружающих ее людей, взглянула внутрь себя, то нашла там множество активных и неприятных архетипов. Одним из них был страдающий материнский персонаж, недооцениваемая, жертвующая собой женщина, всегда отдающая и прощающая, немного ждущая от жизни (и действительно немного получающая). Другим открытием, (которое еще больше удивило ее) был нонконформистский персонаж дышащего злостью, бунтующего подростка, не имеющего никакого желания определиться в жизни. В реальности ее сильно притягивали самолюбивые, незрелые мужчины, которых она могла нянчить и какими в глубине души восхищалась (подавленная в ней девочка подросток обожала нонконфрмистские выходки).

Она поняла это и заметила влияние, производимое на ее контакты, начав поступать по другому. Она стала контролировать собственные вредные привычки, материнские наклонности и подростковую нетерпимость. Начала открыто выражать свои ожидания относительно мужчин, касающиеся ответственности, взаимной заботы и преданности. С этой минуты мужчины начали лучше относиться к ней, что было реакцией на изменение, произошедшее с ней. Более, того, она заметила, что неизвестно откуда, вокруг нее начали появятся ответственные, зрелые мужчины. Возникает вопрос: «Возможно ли что если женщина действительно готова, — синхронический — соответствующий мужчина сам появиться?»

Синхронические встречи как зеркало отражают то что находится внутри нас. Чтобы мы могли развиваться — мы должны присмотреться к своему отражению. Синхроничность держит свое слово, когда мы изменяем то что у нас внутри, изменяется также наша внешняя жизнь.

Раз уж мы сами притягиваем людей и события, то оказывается, что кажущиеся случайными ситуации — счастливые и несчастливые — абсолютно не случайны.

Глава 6. СИНХРОНИЧЕСКАЯ МУДРОСТЬ И-ЦЗИН

И-Цзин как оракул. Синхроничность как обязательный принцип. Дао как философская основа мудрости И-Цзин.

И-Цзин, или Книга перемен, является как древней философской книгой мудрости, так и современным бестселлером. Она также является оракулом в форме книги; многие люди ищут у нее совета как раньше те, которые отправлялись к дельфийскому оракулу. Некоторые воспринимают эту книгу с уважением, принимая мудрость ее советов; другие же не только не прислушиваются к предсказаниям, но и отметают саму идею, о том что ее советы могут иметь некий смысл, считая это чем то случайным и лишенным логики.

Синхроничность возникает в нашей жизни спонтанно. А события этого типа дают нам понять существование связи с миром, которую логически нельзя объяснить. И-Цзин изменяет такую последовательность: формулируя вопросы оракулу, мы предполагаем существование синхроничности. Нет рационального объяснения того, каким образом мы получаем ответ. Эта методика опирается на синхроничность, а удивительная точность полученной в ответ гексаграмы дает эмоциональное подтверждение.