Помоги проекту - поделись книгой:
Масса экспроприированных мелких самостоятельных товаропроизводителей, пройдя путь бродяжничества, постепенно вливалась в капиталистически организованные отрасли промышленности и сельского хозяйства, вовлекалась в производительную деятельность. В тех же странах, где процесс первоначального накопления не сопровождался соответствующим по масштабу развитием капитализма (Испания, Португалия, Италия), значительная часть экспроприированных мелких товаропроизводителей из поколения в поколение влачила существование деклассированных пауперов. В мануфактурный период развития капитализма удельный вес мануфактуры в общественном производстве оставался сравнительно небольшим, она еще не порвала пут, связывавших ее с формами производства, унаследованными от средневековья. К их числу относится связь мануфактуры, особенно рассеянной, с надомничеством, а также сохранение мануфактурными рабочими земельных участков. Господство ручного труда подразумевало сравнительно высокую производственную квалификацию мануфактурных рабочих, «иерархию рабочих сил, которой соответствует шкала заработных плат» —
Эти моменты разъединяюще влияли на массу мануфактурных рабочих. Мануфактурный пролетариат еще очень далек от обладания тем классовым сознанием, которое свойственно «выварившемуся в фабричном котле» пролетарию. Тем более это относилось к сельским батракам, обреченным самими условиями труда на еще большую забитость, темноту и разобщенность. Именно поэтому пролетариат мануфактурного периода называют обычно предпролетариатом. Одним из путей его формирования было разложение средневековых форм ремесленного цехового производства и средневекового сословия горожан. Замкнутые корпорации цеховых мастеров в XVI-XVII вв. повсеместно низвели цеховых подмастерьев до положения, близкого к положению пролетариев. Часть цеховых мастеров разорилась под влиянием конкуренции мануфактур. Разорилась и известная прослойка других выходцев из среды бюргерства, выбитая происшедшим переворотом из привычной колеи экономической жизни средневекового города.
Все эти группы – обедневшие цеховые мастера, подмастерья и экспроприированные крестьяне, приближавшиеся к пролетариям, но не достигшие еще положения пролетариата в собственном смысле этого слова, – вместе с мануфактурными рабочими составляли в целом те низшие слои городского населения, которые именовались плебсом. Характеризуя социальный состав городской плебейской оппозиции в Германской империи накануне Крестьянской войны 1525 г ., Энгельс писал: «Она соединяла в себе разложившиеся составные части старого феодального и цехового общества с еще не развившимся, едва пробивавшимся наружу пролетарским элементом зарождающегося современного буржуазного общества» —
В экономически более развитых странах (Нидерланды, Англия), где капиталистическое мануфактурное производство было в XVI в. распространено шире, «зарождающийся пролетарский элемент» в лице работников мануфактур был значительно сильнее, чем в Германской империи.
Предпролетариат, состоявший из наемных рабочих мануфактур и выброшенных с насиженных мест крестьян, которые добывали себе в городах пропитание поденной работой, не требовавшей принадлежности к цехам, составлял наиболее революционную часть плебейской оппозиции.
Тем не менее неоднородность состава городского плебса влияла на характер его социальных выступлений, делала их неустойчивыми. Разорившиеся мелкие цеховые мастера и бюргеры, связанные своими сословными и корпоративными привилегиями с феодальнокорпоративным городским строем, нередко увлекали за собой цеховых подмастерьев, приближавшихся к предпролетариату, но еще мечтавших достигнуть привилегированного положения мастера цеха. В таких случаях в ходе восстаний эти слои выдвигали реакционные требования: восстановление монополии городского цехового ремесла, запрет сельских побочных промыслов, сохранение феодальных сеньориальных прав города по отношению к прилегающей сельской округе и т. п.
В течение XVII – XVIII вв. предпролетариат получил дальнейшее развитие, но все же он не мог еще играть роль руководящей силы в ранних буржуазных революциях.
Возникновение классов буржуазии и пролетариата неизбежно влекло за собой зарождение новых форм классовых противоречий, чуждых феодальному обществу в его классической форме, – классового антагонизма между пролетариатом и буржуазией. Но «резкий антагонизм между буржуазией и народом возникает, естественно, лишь с того момента, как только буржуазия перестает противостоять дворянству и духовенству в качестве третьего сословия» т. е. практически после свершения буржуазной революции.
Великое значение появления пролетариата заключалось в том, что в его лице зародился могильщик самой буржуазии, историческая миссия которого – уничтожение всякой эксплуатации человека человеком и построение коммунистического общества.
Вместе с формированием классов буржуазии и пролетариата развивались формы идеологии, отражавшие потребности этих новых классов общества. Оба класса были еще незрелы, связаны многими нитями с феодальным обществом, с его господствующей формой идеологии – религиозной доктриной католицизма и носителем ее – католической церковью. Поэтому и новые формы идеологии, отражавшие интересы нарождавшейся буржуазии, чаще всего приобретали в то время религиозную окраску.
Большую роль в борьбе с господствующей феодальной идеологией сыграли гуманизм и Возрождение (см. т. 1, гл. 22). Реформационное движение ( названное так потому, что в ходе его на первый план выдвигалось требование реформы католической церкви и культа) прямо облекалось в идеологическую форму религиозных вероучений – лютеранства, цвинглианства и кальвинизма. Два первых течения дали идеологическое оружие широкому общественному движению прогрессивных слоев в Германской империи и Швейцарии в XVI в. Кальвинизм, в котором на первый план выдвигался буржуазный характер Реформации, стал идеологией самой смелой части тогдашней буржуазии, знаменем нидерландской буржуазной революции XVI в. и английской XVII в.
Смутные социальные чаяния нарождавшегося пролетариата, выступавшего самостоятельно в широких общественных движениях изучаемого периода, также принимали религиозную форму – анабаптизма или близких к нему радикальных течений. Эти течения примыкали к народной Реформации, идеологи которой, например Томас Мюнцер, выдвигали такие требования, как низвержение путем народного восстания феодального строя, социальное равенство всех людей, установление «общности имуществ». При этом идеологи народной Реформации не ограничивались абстрактным изложением своих идей, а связывали их с интересами угнетенных слоев феодального общества – городского плебса и крестьянства.
Требования социального равенства и создания идеального общества будущего нашли свое отражение в «Утопии» выдающегося английского гуманиста Томаса Мора и «Городе Солнца» итальянского мыслителя и борца Томмазо Кампанеллы. Идеи этих мыслителей гениально предвосхищали некоторые черты будущего коммунистического общества. Но такие примитивные, уравнительные коммунистические мечтания, как подчеркивал В. И. Ленин, «превратились в социалистическую борьбу миллионов людей только тогда, когда научный социализм Маркса связал преобразовательные стремления с борьбой определенного класса» — Процессы, происходившие внутри феодального общества, отразились на соотношении классовых сил, содержании и формах классовой борьбы, что сказалось и на характере политической надстройки – феодальном государстве. Изменение форм феодальной зависимости в деревне изменило отношения дворян и крестьянства. Поскольку феодальная собственность на землю продолжала существовать, крестьянин оставался в феодальной зависимости от дворянина. Он платил ему ренту, а церкви десятину, судился по ряду дел в суде сеньора, нес мелкие натуральные повинности, был сословно неполноправен.
Но феодально зависимые крестьяне XVI – XVII вв. отличались от лично свободных во Франции, Англии, Нидерландах, Скандинавских странах. Подавляющее большинство крестьян платили своим сеньорам в денежной или смешанной форме. В связи с этим возросла хозяйственная самостоятельность крестьян-товаропроизводителей. Следует отметить, что выгодами, вытекавшими из происходивших перемен, пользовалась в основном зажиточная верхушка крестьянства. Для большинства же крестьян, попадавших в долговую кабалу к ростовщикам и сельским мироедам из-за необходимости уплатить в срок все налоги и повинности, новое положение вещей означало лишь рост тягот и неминуемое разорение. Поэтому в XVI-XVII вв. отмечается резкое обострение противоречий в деревне.
Изменилось и . положение дворянства. Его доходы от феодальной ренты неуклонно падали. Попытки хозяйничать в своих имениях и конкурировать с капиталистическим фермером обычно кончались крахом, если феодалы сами не прибегали к капиталистическим методам ведения хозяйства, подобно представителям «нового дворянства» в Англии. Росло могущество королевской власти. Опираясь—на помощь городов и "развивавшейся буржуазии, она вела успешную борьбу с сепаратизмом феодальной аристократии.
Следствием указанных изменений было, с одной стороны, усиление нaтиска феодаlов на крестьянство в форме произвольного увеличения ренты и других повинностей, а то и откровенного насилия; с другой – Острая борьба" внутри самого класса феодалов между его различными группировками за власть и методы решения вопроса о формах эксплуатации крестьянства и характере государственного устройства. С этим мы встретимся при изучении таких событий, как Реформация в Германии, так называемые религиозные войны во Франции, восстание коммунерос в Испании.
Классовые противоречия приобрели особую окраску и остроту с началом борьбы буржуазии против феодалов. В сложившихся условиях политическая надстройка феодального общества, созданная для сохранения господства класса феодалов, должна была изменить свои формы, приспособиться к новым задачам.
В тех странах, где капиталистическое развитие дало наибольшие успехи (в первую очередь в Англии и во Франции), возникает абсолютная (неограниченная) монархия-, сыгравшая на первых этапах своего существования прогрессивную роль. «—. Абсолютная монархия, – писал Маркс, – возникает в переходные периоды, когда старые феодальные сословия приходят в упадок, а из средневекового сословия горожан формируется современный класс буржуазии, и когда ни одна из борющихся сторон не взяла еще верх над другой» —
Несмотря на это, абсолютизм играл на противоречиях между дворянством и буржуазией и опирался то на дворянство, то На буржуазию, он оставался формой диктатуры дворянского класса в изменившихся исторических условиях. Известная самостоятельность действий королевской власти отражала лишь специфику расстановки классовых сил, а также взаимоотношения между господстособенность абсолютизма, Энгельс писал: «В виде исключения встречаются, однако, периоды, когда борющиеся классы достигают такого равновесия сил, что государственная власть на время получает известную самостоятельность по отношению к обоим классам, как кажущаяся посредница между ними. Такова абсолютная монархия XVII и XVIII веков, которая держит в равновесии дворянство и буржуазию друг против друга…» —
Отличительной чертой абсолютизма, как формы государственного устройства является нераздельная принадлежность верховной власти в стране монарху – королю, царю, императору. Он издает законы, назначает чиновников устанавливает налоги и самовольно расходует собранные деньги. Абсолютный монарх опирался на . постоянную армию, полицию, огромный централизованный бюрократический аппарат. Поэтому способствовал власти чиновников и полиции и бесправию народа. В тех европейских странах, в которых установился абсолютизм, достигший своего расцвета в XVI – XVII вв., даже унаследованные от средневековья сословно-представительные учреждения (Генеральные штаты во Франции, парламент в Англии и т. д.) либо становятся послушным орудием абсолютного монарха, либо вообще перестают созываться.
Классовой базой абсолютизма было феодальное дворянство. Его интересы прежде всего представлял абсолютизм. Но само дворянство в этот период видоизменилось. Феодальная аристократия, сопротивлявшаяся установлению абсолютизма, частично была истреблена, частично превратилась в аристократию придворную, дав себя купить пенсиями, подачками и доходными синекурами.
Главной опорой королевского абсолютизма были мелкие и средние дворяне, составлявшие ядро "его армии. Абсолютная монархия значительно увеличила налоги, главная тяжесть которых падала на плечи народных масс. Часть налоговых поступлений монарх распределял среди дворянства в форме жалованья, пенсий и наград. В ряде стран абсолютная монархия добилась уничтожения самостоятельности церкви, увеличив свою власть и получив одновременно возможность распоряжаться частью или всеми церковными землями. Абсолютная монархия железом и кровью подавляла все попытки борьбы угнетённых классов и сословий, что "было главной ее задачей и для чего она располагала неизмеримо большими средствами, чем феодальное государство предшествующего периода.
Вопрос об отношении абсолютизма XVI – XVII вв. к буржуазии является не вопросом о его классовой сущности, а вопросом о его политике по отношению к новому возвышавшемуся классу. Абсолютная монархия– опиралась на поднимавшуюся буржуазию в борьбе против феодальной аристократии, за объединение страны, уничтожение феодальных смут. Она использовала развитие мануфактуры, особенно в отраслях, обслуживавших потребности армии, для укрепления вооруженных сил феодального государства. Росту финансов абсолютизма способствовали и значительные дополнительные доходы, которые он путем налогообложения извлекал из развития промышленности и торговли. Система постоянных налогов, собираемых без помощи сословно-представительных учреждений, укрепила положение абсолютизма. Все это в целом делало абсолютизм очень действенной формой надстройки, использовавшей буржуазное развитие в своих интересах и для сохранения позиций господствующего класса феодалов.
Важным инструментом в руках абсолютизма и одновременно средством использовать буржуазию в качестве противовеса дворянству служила бюрократия, которая комплектовалась главным образом из представителей буржуазии и была тесно связана с ней. «Бюрократия, – писал Ленин, – "была первым политическим орудием буржуазии против феодалов, вообще против представителей «стародворянского» уклада, первым выступлением на арену политического господства не породистых землевладельцев, а разночинцев, «мещанства»… — Поскольку на первых порах буржуазия была полезной абсолютизму как в политической, так и в экономической областях, он покровительствовал ей. Внутри государства монархи в XVI и XVII вв. поощряли мануфактуры и торговлю выдачей ссуд, протекционизмом, уничтожением стеснительных внутренних пошлин и сборов, унификацией монетного дела и системы мер и весов и т. п. На международной арене они защищали интересы национальной буржуазии, проводя политику меркантилизма и торговых войн.
Абсолютная монархия XVI-XVII вв. могла использовать буржуазию в своих целях потому, что сама буржуазия нуждалась на этом этапе своего развития в поддержке сильного государства и готова была служить ему. В своей политической борьбе с дворянством она не преследовала еще цели ниспровержения феодального строя, а добивалась отдельных уступок, способствовавших ее возвышению и обогащению: снижения налогов, обложения налогами дворянства и духовенства, пресечения феодальной реакции и феодального сепаратизма и т. д. Буржуазия поддерживала королевский абсолютизм, поскольку он использовал аппарат насилия для проведения экспроприации непосредственных производителей, издавал кровавые законы против экспроприированных, давал ей наживаться на государственных займах, откупах налогов, протекционизме. Делалось все это за счет ограбления народных масс и прежде всего крестьянства. В своей классической форме в описываемый период абсолютная монархия сложилась во Франции и Англии. В Испании, Швеции и других государствах как структура абсолютной монархии, так и политика абсолютизма отличались своеобразием.
В некоторых европейских государствах в XVI-XVII вв. установился режим феодальной реакции. В сфере экономической это находило выражение в возврате к крепостничеству; в сфере политической – в ослаблении государственной централизации и королевской власти, в торжестве феодальной раздробленности и анархии в их худшем виде. В худшем потому, что народы этих стран в условиях существования по соседству с ними мощных абсолютистских государств становились объектом грабежа со стороны последних. Такая линия экономического и политического развития восторжествовала в Польше, Германской империи, странах Центральной и Юго-Восточной Европы. Здесь начавшие развиваться капиталистические отношения и их носительница – буржуазия – были задушены силами феодальной реакции, оказавшейся более могущественной в это время. В Пруссии, Австрии и других странах впоследствии сложился абсолютизм, но в специфических формах, в период, выходящий за хронологические рамки изучаемой эпохи.
ВОЗНИКНОВЕНИЕ НАЦИЙ
Третий период феодализма характеризуется еще одной особенностью. К этому времени на основе растущих экономических связей, постепенного формирования капиталистического уклада большинство стран Западной Европы означиваются территориально, происходит складывание общего для каждой страны языка, общей культуры, что создает условия для возникновения наций. Укрепление централизованных государств способствовало этому процессу. Совпадение по времени процесса национальной консолидации и политической централизации в таких странах, как Франция и Англия (без Ирландии), привело к образованию там таких государств, в которых абсолютное большинство населения принадлежало к одной нации, а представители других наций или народностей не составляли сколько-нибудь значительных групп.
Иной была обстановка в Восточной Европе. Здесь капитализм либо не развивался совсем, либо существовали его зачаточные формы, а исторические условия жизни народов, населявших эти территории, привели к созданию централизованных государств, населенных несколькими или многими народностями. Так, например, в Австрийской Габсбургской монархии XVI-XVII вв. формировавшаяся австрийская нация уже в то время претендовала на господствующую роль, угнетала другие народы (чехов, венгров) и препятствовала их прогрессивному национальному развитию.-
В изучаемый период процесс образования наций еще не завершается. Это уже задача последующего периода, когда «национальное государство есть правило и «норма» капитализма, пестрое в национальном отношении государство – отсталость или исключение» —
Временный союз буржуазии с абсолютизмом и относительно мирное существование капиталистического уклада в недрах феодального общества не были долговечны. Наступил момент, когда развитие капиталистического уклада, а с ним и класса буржуазии начинало угрожать существованию феодального строя. Тогда абсолютизм, опираясь на реакционное феодальное дворянство, коренным образом изменяет свою политику. Он становится преградой на пути дальнейшего развития торговли и промышленности, начинает использовать силы феодальной реакции для подавления и ограбления буржуазии. Конфликт охватывает все сферы жизни общества: экономическую, социальную, политическую, идеологическую. В этих условиях буржуазия, на заре буржуазной революции выступавшая как передовой класс, берет на себя руководство антифеодальной борьбой городского плебса и феодально эксплуатируемого крестьянства – совершаются буржуазная революция. Крестьянство и городской плебс, заинтересованные в уничтожении феодализма, составляли главную движущую силу ранних буржуазных революций. Их целью было ниспровержение феодального строя и феодальных производственных отношений, создание новых, буржуазных производственных отношений и буржуазных форм государства.
Первой неудавшейся попыткой буржуазной революции в рамках рассматриваемого периода была Реформация и Крестьянская война в Германии. Нидерландская буржуазная революция 1566– 1609 гг., принявшая форму войны за независимость от испанского владычества, была успешной. Ее результатом явилось образование первой в Европе буржуазной республики Соединенных провинций (Голландия). Но эта и последующие буржуазные революции, несмотря на их прогрессивное значение, были революциями большинства в интересах меньшинства. Они не устранили эксплуатацию, а лишь заменили господство феодалов господством буржуазии.
Капиталистическая система хозяйства создает условия для неизмеримо большего роста производительных сил и производительности труда, чем феодальная. Но капитализм зиждется на жестокой эксплуатации народных масс кучкой капиталистов. На этой базе развивается основное противоречие капитализма – противоречие между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения, между трудом и капиталом, между пролетариатом и буржуазией. Таковы главные процессы, лежавшие
Глава 24 ВЕЛИКИЕ ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ ОТКРЫТИЯ
ПРИЧИНЫ ВЕЛИКИХ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ ОТКРЫТИЙ
Великие географические открытия были следствием развития, производительных сил феодального общества, роста товарно-денежных отношений, систему феодальных производственных отношений, роста торговых связей европейских стран со странами Востока.
С развитием товарно-денежных отношений деньги приобретают огромное значение, они становятся средством удовлетворения все возрастающих потребностей и главным видом богатства.
"Ненасытная жажда золота усиливалась под влиянием роста торговли, требовавшей большого количества звонкой монеты; много денег уходило за пределы Европы в уплату за восточные товары, ввоз которых неуклонно возрастал. В результате все острее чувствовался недостаток благородных металлов. В Европе возможностей для удовлетворения жажды золота не было, зато за ее пределами, по представлениям европейцев, таились неисчерпаемые богатства.
Богатейшей страной европейцам казалась Африка, откуда через средиземноморские города купцы привозили в Европу золото, добываемое в Сенегале и в бассейне Нигера. Здесь, на территории Сенегала, Мали, Верхней Вольты, Нигерии, с VII по XV в. образовалось несколько богатых государств – Гана, Мали, Сонгаи. Города этих стран, в особенности Тимбукту на Нигере – крупный центр исламской культуры, вели со Средиземноморьем через Сахару оживленную торговлю, в которой вывоз золотого песка занимал большое место. В рассказах купцов золотые запасы Африки принимали фантастические масштабы.
Китай, Индия, Индо-Китай, Индонезия считались сказочно богатыми и нередко именовались «Индиями». Это название в ряде случаев относилось вообще к неведомым заморским странам и далеко не всегда обозначало реальную Индию, откуда Европа действительно получала шелк, пряности и т. п. BCJC эти смутные представления сыграли немалую роль в географических открытиях XV и XVI вв." ибо они побудили мореходов к настойчивым попыткам добраться до воображаемых и действительно существующих стран.
В поиски за африканским золотом устремились в XV в. португальские моряки. Они полагали, что золото в Африке добывалось на отмелях больших рек, впадающих в Атлантический океан, в частности в устье одной из них недалеко от мыса Бохадор. Казалось поэтому вполне возможным добраться до Золотой реки, следуя по морю вдоль западного побережья Африки.
В XIV – XV вв. в Португалии были развиты торговля и мореходство. Этому способствовали связи португальцев с богатым и предприимчивым арабским купечеством, начавшиеся еще в XII в. Португальцы ознакомились с арабской математикой, географией и картографией, что оказалось особенно важным для дальнейших морских предприятий. Они стали строить каравеллы, новые мореходные суда, легкие на волне, способные плыть против ветра и более быстроходные, нежели итальянские средиземноморские нефы.
Деятельное участие в португальской морской торговле приняли многочисленные купцы и моряки, переселившиеся в Португалию из Италии, в первую очередь из Генуи, поскольку в XV в. из-за турецких завоеваний генуэзским купцам восточную торговлю пришлось вести через Александрию, где, как и во всем Восточном Средиземноморье, господствующее положение занимали венецианцы. Сокращение торговли и мореходства заставило генуэзских купцов и моряков искать счастья на чужой стороне. Следует отметить, что Колумб и Каботто (Кабот) были выходцами из Генуи.
К поискам и захвату заморских земель побуждало Португалию, а также Испанию причины внутреннего характера: реконкиста в этих странах закончилась, и большая часть воинственного и бедного дворянства, жаждавшего наживы и военных авантюр, осталась без дела. Что же касается Африки, то экспедиции на этот богатый и неведомый континент диктовались еще и военными соображениями— — так как мавры с северо-западного Африканского побережья продолжали пиратские налеты на испанские и португальские корабли, а порой и на прибрежные города Пиренейского полуострова.
В 1415 г . португальцы взяли на североафриканском берегу Сеуту, важный пункт на торговых путях, по которым, в частности, шло золото к Средиземному морю. Овладение Сеутой принятосчитатьначалом португальской колониальной экспансии. Португальские купцы и купцы-эмигранты из других стран стали снаряжать морские экспедиции, имевшие целью разыскать заморское золото. Этим предприятиям с большой выгодой для себя покровительствовал брат португальского короля, принц Генрих, прозванный историками XIX в. «Мореплавателем».
Торговые компании португальцев получали с помощью Генриха монополию торговли во вновь открываемых областях и быстро наживались. Самой выгодной «торговлей» оказались грабеж местного населения и работорговля, именно это заставляло португальцев все дальше продвигаться вдоль Африканского побережья. За тридцать лет они достигли западной оконечности Африки. Нет никаких данных о том, что португальцы преследовали с самого начала цель отыскать морской путь в Индию. Такую цель они могли поставить перед собой только после того, как вошли в Гвинейский залив, где Африканское побережье круто уходит на восток, т. е. около 1460 г ,
Продвижению вдоль западного берега Южной Африки, к югу от Гвинейского залива, препятствовали сильные встречные течения* Чтобы избежать их, мореплаватель Бартоломей Диас в 1486 г ., достигнув тропика Козерога, отошел от берега далеко в море, прямо на юг, и, сделав большую дугу, вышел к южной оконечности Африки. Убедившись, что дальше берег имеет северо-восточное направление и что ему действительно удалось обогнуть материк, Диас на обратном пути обогнул мыс Доброй Надежды, назвав его именно так, и в декабре 1487 г . после 16-месячного плавания вернулся в Лиссабон. Задача пройти часть пути в Индию, от мыса Доброй Надежды до Мадагаскара, была решена в 1498 г .
Открытие Америки Одновременно с продвижением вдоль западных берегов Африки начинаются, вероятно при участии итальянских моряков, плавания португальцев далеко в открытый океан – на юго-запад и запад. В 20-х годах XV в. португальцы утвердились на островах Мадейра, в начале 30-х годов – на 1 Азорах, а в 1456 г . дошли до островов Зеленого Мыса. Переплыть Атлантический океан и открыть земли Западного по—лушария удалось в 1492 г . Христофору Колумбу. Многие факты биографии Колумба, а также его географические представления нельзя считать твердо установленными. Теперь общепризнано, что Колумб – итальянец, родившийся в 1451 г . под Генуей в семье ткача. Систематического образования он не получил. В 1474-1475 гг. плавал в Восточное Средиземноморье. Около 1476 г . попал в Португалию, вероятно, как агент одного из генуэзских торговых домов, в следующем году посетил Англию, а с 1479-1481 гг. жил на Мадейре и на соседнем острове Порту-Санту, где женился на дочери моряка, от которого осталось много морских карт, дневников, заметок.
В 1483 г . начались переговоры Колумба с Португалией о снаряжении большой морской экспедиции. Португальское правительство отказало Колумбу, очевидно, потому, что оно едва ли могло заинтересоваться новой авантюрой в момент, когда открытие пути к вполне реальной богатейшей Индии было столь близким к осуществлению. Потерпев неудачу, Колумб перебрался в Испанию (ок. 1485) и здесь после длительных переговоров, при поддержке влиятельных приближенных короля и богатейших испанских купцов добился от королевской четы – Фердинанда и Изабеллы – согласия на экспедицию. Король и королева пожаловали Колумбу титул адмирала и вице-короля всех земель в «море-океане, которые он откроет и приобретет».
Судя по составу книг библиотеки Колумба и его пометкам на них, он читал «Путешествия» Марко Поло и особенно внимательно изучал трактат сторонника гипотезы о шарообразной форме Земли французского епископа Пьера д Альи «Зеркало мира», представлявший собой сводку географических и космографических знаний как античных, так и средневековых авторов. Колумб, как предполагают, намеревался, двигаясь по морю на запад, добраться до «Индии» – так называли тогда Азию. Эта мысль могла быть подсказана Колумбу итальянским космографом Тосканелли, с которым Колумб находился в переписке (некоторые историки эту переписку считают подложной). Но план мог возникнуть у Колумба и Самостоятельно на основании изученных им трудов географов.
3 августа 1492 г . эскадра из трех кораблей вышла из испанского порта Палоса, держа курс на Канарские острова, откуда 10 сентября отплыла дальше. Суда отличались высокими мореходными качествами, были технически хорошо снаряжены. Колумб показал себя искусным моряком, он умело использовал ветры и морские течения Атлантики, уже достаточно изученные португальцами. 12 октября Колумб бросил якорь у маленького острова группы Багамских островов; онназвал его Сан-Сальвадор.
Путь в земли Западного полушария был открыт, что имело огромные последствия как для открытых земель, так и для Европы— В этом великое историческое значение плаваний Колумба. " Во время первого путешествия Колумб открыл ряд островов Антильского архипелага, северные берега Эльбы, остров Гаити, который назвал (Маленькой Испаниеи). Здесь он построил форт Навидад (Рождество), где поселилось 39 его моряков. Это была первая колония европейцев в Западном полушарии. Вскоре форт был разрушен, а поселенцы перебиты индейцами, возмущенными их насилиями. Однако испанцы не отступили. В 1496 г . на южном берегу Эспаньолы был заложен город Сан-Доминго.
Колумб расспрашивал туземцев о золоте. Ясного представления, что именно он открыл и где находится, у него не было и быть не могло. Судя по дневнику, он думал, что находится среди островов, окаймляющих с востока Азию, и тщетно искал прохода между ни— ми к континенту.
4 января 1493 г . Колумб отправился в обратный путь. В Испании он был встречен с большими почестями. На организацию второй экспедиции, предпринятой им в сентябре того же года, были отпущены крупные средства. Во время второго путешествия Колумб открыл Малые Антильские острова. Проплыв вдоль части южного берега Кубы, Колумб снова принял его за южный берег Азии. В 1495 г . он вернулся в Испанию. И в это путешествие Колумб не достиг Американского континента, который европейцы открыли два года спустя – в 1497 г . В мае этого года из Бристоля (Англия) вышел в море Джованни Каботто, генуэзец, осевший в Англии и известный там под именем Джона Кабота. К концу июня он подошел к берегу неизвестной земли, по-видимому Лабрадору, но принял ее за часть Азии. Только в 1498 г . во время третьего путешествия Колумб впервые подошел к Южноамериканскому континенту, к устью реки Ориноко, но на берег не высадился. При виде огромных масс пресной воды у него мелькнула мысль, не открыл ли он неведомый материк, но в своем письме-отчете королевской чете о своем путешествии Колумб эту смелую мысль не высказал.
Между— тем португальцы открыли морской путь в Индию, привезли оттуда пряности и другие драгоценные товары. Четвертое плавание Колумба в 1502 г . было прямым ответом на экспедицию Васко да Гама (см. ниже). Двинувшись на юго-запад от острова Кубы, Колумб по-прежнему считал, что достиг Восточного побережья Азии, и настойчиво искал пролив, чтобы пройти к побережью Индии. Однако поиски эти оказались бесплодными.
В общем плавания и открытия Колумба глубоко разочаровали испанское правительство. Большие средства были израсходованы, казалось, совершенно напрасно. Ни золото, ни серебро, ни пряности не потекли в Испанию из вновь открытых заморских стран. Богатства пришли позже, после смерти Колумба (он умер в 1506 г .), которому в последние годы жизни пришлось вести тяжбу за свои права и дарованные ему привилегии с обманутым в своих расчетах испанским правительством.
После открытия Колумбом новых стран испанцы оказались опасными конкурентами Португальцев. Чтобы предотвратить возможность столкновения, оба государства при посредничестве папы после долгих переговоров заключили в 1494 г . соглашение в городе Тордесильясе. От полюса до полюса была проведена черта (приблизительно по 30-градусному меридиану к западу от Ферро) и установлено, что все вновь открытые области к западу от этой черты должны принадлежать испанцам, к востоку – португальцам. Разграничение было проведено только по Атлантическому океану, что и привело позднее к столкновению, когда испанцы, подойдя с востока, а португальцы – с запада, встретились на Молуккских островах.
Продвижение испанцев на запад побудило португальцев возобновить поиски пути в Индию. В 1497 г . во главе экспедиции, снаряженной для этой цели, король поставил Васко да Гама (род. ок. 1460 г .). 8 июня 1497 г . из Лиссабона вышли четыре небольших корабля (два корабля водоизмещением по 120 тонн и два – по 50 тонн). Экспедиция имела самые совершенные для своего времени карты и навигационные инструменты. Дойдя до островов Зеленого Мыса, Васко да Гама, чтобы избежать прибрежных встречных течений, взял курс на юг с большим уклоном на запад, так что прошел довольно близко от Бразилии.
Только через пять месяцев после выхода из Лиссабона каравеллюди Васко да Гама дошли до последнего знака, поставленного 16 декабря 1497 г .) Диасом на побережье Африки. Далее шел совершенно неизведанный путь по Индийскому океану. 1 марта 1498 г . португальцы подошли к Мозамбику. Тут начиналась область арабских поселений, находившихся под властью враждовавших между собой шейхов. В городе Малинди Васко да Гама удалось привлечь в качестве лоцмана одного из опытнейших арабских моряков того времени Ахмеда-Ибн-Маджида. Человек с широким кругозором, он составил в стихотворной форме ряд подробных и точных описаний плавания по Индийскому океану (так называемые лоции). И по теоретическим знаниям, и по многолетнему мореходному опыту Ибн-Маджид превосходил даже таких замечательных европейских моряков, как португальцы. Через полтора месяца (20 мая 1498 г .) Ибн-Маджид привел корабли к городу Каликут на Малабарском берегу. Все плавание в Индию продолжалось десять с лишним месяцев. Васко да Гама удалось заключить соглашение с местным раджой. Через год, в июле 1499 г ., нагруженная пряностями, но потерявшая два корабля и больше половины команды эскадра вернулась в Лиссабон.
КОЛОНИАЛЬНЫЕ ЗАХВАТЫ ПОРТУГАЛИИ В ИНДИИ
Впечатление, произведенное путешествием Васко да Гама, было громадным. Несмотря на большие потери в людях и на трудности, морской путь в страны сказочных богатств был наконец найден. Португальцы теперь каждый год стали снаряжать большие эскадры, иногда до 20 кораблей, хорошо вооруженные артиллерией, с большими экипажами и отрядами солдат. Благодаря превосходству вооружения португальцам удалось вытеснить из Индийского океана арабских купцов и захватить в свои руки морскую торговлю: они нападали на все встречавшиеся им суда, как арабские, так и индийские, грабили их и зверски истребляли команды. Особенной свирепостью отличался Альбукерке, сначала начальник эскадры, затем вице-король Индии. Он считал, что арабам должны быть закрыты выходы в океан и в опорных пунктах должны укрепиться португальцы. С этой целью Альбукерке захватил остров Сокотру, лежащий у входа в Красное море, и Ормуз – важнейший торговый и стратегический пункт у входа в Персидский залив. Попытка арабов вытеснить португальцев из Индийского океана не удалась, в 1509 г . их флот при Диу (на Северо-Западном побережье Индии) потерпел полное поражение.
Португальцы в самой Индии не захватывали обширных территорий, но стремились овладеть опорными пунктами на побережье. Альбукерке, взяв город Гоа на Малабарском берегу," вырезал все его население и превратил город в главный оплот португальского владычества в Индии. Сопротивление враждебных раджей было сломлено. Португальцы, обычно вымогая у местных князьков всевозможные торговые льготы, право сбора даней и оброков, жестоко эксплуатировали местное население. Кроме того, князьки должны были доставлять по очень низкой цене перец, гвоздику, корицу, имбирь, мускатный орех, камедь, и др. Цены нередко были во много раз ниже цен на рынке в Лиссабоне. Но даже купленные на «вольном» рынке товары, например перец, давали порой 700-800% прибыли. Вывоз строго нормировался – не больше кораблей пряностей ежегодно. Торговля с Индией стала монополией португальского короля и приносила барыши.
Укрепившись в Индии, португальцы двинулись дальше на восток, так как города Малабарского берега были лишь транзитными пунктами торговли пряностями, которые приходили с Зондских и Молуккских островов; главным их рынком был порт Малакка. В 1511 г . португальцы взяли Малакку; через десять лет на Молуккских островах появились португальские фактории. — Чрезвычайно помогло португальцам в их продвижении в Индонезию знакомство с многовековым опытом замечательных индийских — арабских, а позже и малайских моряков, задолго до прибытия европейцев избороздивших по всем направлениям Индийский океан. Но отплатили им за это европейцы колониальными захватами, уничтожением их торговли.
Та цель, которую обычно приписывают первому путешествию Колумба и которую, вероятно, ставил себе Колумб в своих последующих путешествиях – открытие западного пути в Индию, была достигнута почти 30 лет спустя после его первого плавания. С разрешением этой задачи тесно связано открытие и исследование Восточного побережья Южной Америки. Бразилию открыли, по-видимому, одновременно испанские и португальские моряки в 1498-1499 гг. Итальянский космограф Дмериго Веспуччи, участвуя в испанской экспедиции под командованием Алонсо Охеды, прошедшей довольно большое расстояние вдоль северного берега Бразилии, уже тогда признал эту землю континентом.
Начальник второй португальской экспедиции в Индию Хуан Кабраль уклонился на своем пути слишком далеко к западу и подошел к побережью Бразилии. Не зная о путешествиях своих предшественников, он принял эту землю за остров, назвал ее землей Истинного Креста (Вера Крус) и объявил владением португальского короля. В мае 1501 г . португальцы снарядили три корабля для обследования этого «острова». В качестве астронома с эскадрой отправился перешедший на службу к португальцам Америго Веспуччи. Вместо ожидаемого острова эскадра наткнулась на длинную линию побережья, тянувшегося к югу. Америго Веспуччи увлекательно описал это путешествие в письме к своему другу Лоренцо Медичи и предложил назвать этот континент, «совершенно неизвестный древним», Новым Светом. Немецкий космограф Вальдземголлер, издав письмо Веспуччи в своем «Введении в космографию», предложил назвать новый континент по имени Америго «Америкой». Под «Америкой», таким образом, подразумевалась тогда восточная часть Южноамериканского континента.
Веспуччи первый высказал мысль о возможности доплыть до Молуккских островов, обогнув с юга вновь открытый материк. Этим проектом очень заинтересовалось испанское правительство, особенно после того, как испанский конкистадор Бальбоа, перейдя Панамский перешеек в 1513 г ., увидел впервые «Великое Южное море», т.е. Тихий океан. Мысль открыть пролив в этом море, пересечь его, дойти до островов пряностей и захватить их увлекала испанцев. Ее и попытался осуществить Фернанд (Фердинанд) Магальянс (Магеллан). Он принадлежал к португальскому дворянству (родился ок. 1470 г .) и, по-видимому, хорошо знал Индийский океан, проведя в португальских колониях несколько лет, участвуя, между прочим, в экспедиции на Малакку. Но поссорившись с королем, он перешел на службу к Испании и по договору с испанским правительством обязался открыть пролив к югу от нового материка.
20 сентября 1519 г . эскадра из пяти небольших старых кораблей с экипажем в 253 человека вышла из Сан-Лукара. Плавание Магеллана продолжалось два года. Он обогнул Южную Америку через пролив, названный его именем, вышел в Тихий океан и достиг Филиппинских островов, где погиб в стычке с туземцами. Лишь один корабль под командой д Элькано пересек Индийский океан и, обогнув Африку, пришел 6 сентября 1522 г . в Сан-Лукар, свершив таким образом первое кругосветное путешествие. Оно стоило больших жертв: только 18 человек шли в торжественной процессии в Севилье.
С появлением испанских моряков в Тихом океане возникла необходимость соглашения между Испанией и Португалией о разграничении и в этих областях. Оно было достигнуто семь лет спустя, в 1529 г . Эксперты не могли точно установить долготу спорных островов. В результате Испания отказалась от своих притязаний на Молукки, но удержала Филиппины, названные так лишь в 1543 г .
Плавание из Европы в Азию через Магелланов пролив являлось труднейшим морским предприятием, и потому юго-западный путь на Молукки не получил практического значения.
ЗАВОЕВАНИЕ МЕКСИКИ И ПЕРУ ИСПАНИЕЙ
Испанцы, обосновавшись на островах Карибского моря, в поисках золота, а иногда и рабов снаряжали экспедиции в окружающие Мексиканский залив континентальные области, а затем двинулись на захват стран, лежащих к югу от него. Области эти – Мексику и Перу – занимали два крупных племенных объединения: во главе с ацтеками в Мексике и инками в Перу.
Население Мексики вручную обрабатывало землю каменными и деревянными орудиями, сажало маис, бобы, какао, табак, хлопчатник, агаву (для —волокна), кактусы. Земля находилась во владении родовой общины. Лошадей и рогатого скота мексиканцы не знали. Они искусно обрабатывали золото, серебро, самородную медь, но плавить металлы не умели и не знали бронзы. Мексиканцы изготовляли отличную посуду, но без помощи гончарного круга, искусно раскрашивали тонко выделанные хлопчатобумажные ткани.
Вопрос об общественном строе мексиканцев не решен окончательно. Известно, что в момент прихода европейцев у них существовали большие семейные общины, обитавшие в обширных домах. Все управление племенем находилось в руках советов выборных родовых старейшин. У мексиканцев было распространено рабство. (Испанцы-очевидцы говорят о настоящих невольничьих рынках.) Выделилась не только родовая, но и военная знать. Ее представители получали и больший земельный надел, и долю во вновь завоеванных землях. Покоренные ацтеками племена платили дань, несли различные повинности и должны были давать людей для человеческих жертвоприношений.
Государство ацтеков сложилось лет за сто до прихода европейцев, когда это племя, обитавшее в Южной Мексике, подчинило себе соседние племена, а затем распространило свою власть до побережья Тихого океана. Из неприступного, построенного посреди озера главного города Теночтитлана ацтеки силой держали обширную страну в страхе и повиновении. Жестоко эксплуатируя ее они накопили большие богатства. Покоренное население ненавидело завоевателей. Непрерывно происходили восстания порабощенных племен. В них испанцы нашли на первых порах союзников.
Экспедициям испанцев, посланным в 1516-1518 гг. в западном направлении, удалось проплыть вдоль Юкатана, Южного и Западного побережья Мексиканского залива и вступить в сношения с местными «князьками». Здесь европейцы выяснили, что дальше на запад лежит богатейшая страна, изобилующая драгоценностями. Для захвата ее снарядили в 1519 г . экспедицию, во главе которой был поставлен молодой идальго Фернанд (Фердинанд) Кортес (1485-1547). Бывший студент-юрист Саламанкского универси-
тета, увлеченный рассказами о приключениях и горах золота –в Новом Свете, Кортес в 19 лет отправился на Эспаньолу. Более образованный, чем большинство осевших тут авантюристов, хорошо владевший пером и речью, предприимчивый и храбрый, он преуспел на службе и разбогател: был секретарем вице-короля, участвовал в набегах и карательных экспедициях против туземцев, получил землю сначала на Эспаньоле, затем на Кубе, где стал алькальдом – правителем города Сант-Яго. Он за свой счет снарядил один из кораблей экспедиции.
Отряд, с которым Кортес в 1521 г . отправился на покорение Мексики, состоял из 400 испанских солдат (в том числе 16 всадников), 200 индейцев и имел 10 тяжелых и 3 легкие пушки. Впоследствии Кортес получил подкрепление. Этими незначительными силами испанцы рассчитывали подчинить себе большую страну. И это им удалось, так как держава ацтеков была очень слаба.
Мексика оправдала надежды испанцев, жадно искавших благородные металлы. В ее земле оказались богатые залежи золота и серебра. Завоевание Перу тоже осуществил отряд авантюристов.
Население Перу стояло на несколько более высоком уровне развития, чем мексиканское. Инки – одно из племен, обитавших в Перу, незадолго до прихода европейцев (1538) покорили ряд соседних племен. Образовалось многоплеменное —объединение. Во главе его стоял верховный инка – царь и жрец, окруженный ореолом божественного происхождения. Он считался верховным собственником всей земли. В руках его чиновников, собиравших подати с покоренного населения, находилась оросительная система. Отдельные области страны соединялись со столицей Куско дорогами, проведенными с большим искусством по гористой, а местами топкой территории. Действовала государственная почта – скороходы.
Подчиненное инками население управлялось местными старостами, сотенными начальниками и племенными вождями, но во главе их стояли начальники из инков. В завоеванных землях инки ставили крепости с гарнизонами. Население занималось земледелием и скотоводством. Землей владели общины; ежегодно происходили переделы пашни и пастбищ; наследственной была только усадьба. Часть земель была выделена в пользу правительства и жрецов. Обрабатывали землю мотыгой; ни лошадей, ни крупного рогатого скота перуанпользовали как вьючное животное; ламы также давали шерсть и мясо.
У перуанцев было довольно развитое ремесло, в особенности керамическое производство и ткачество, а также горное дело и металлургия. Они не знали железа, но хорошо обрабатывали медь, бронзу, олово, серебро. Завоеватели-инки занимали привилегированное положение, они были только воинами и правителями. Покоренные племена платили им дань натурой и выполняли разные работы. Эксплуатировался и труд рабов.
Памятники изобразительного искусства инков восходят к XII-XIII вв. н. э. Сохранились монументальные архитектурные памятники из тесаного камня, показывающие, что инки были искусными строителями. Они изобрели узелковое письмо (кипу), которому знатная молодежь обучалась в столичной школе, где изучали также астрономию (инки знали календарь), медицину, законы и обычаи страны и общегосударственный язык кечуа.
Так же как и в Мексике, покоренное население Перу было недовольно господством инков, и это, а также военное превосходство испанцев облегчили им захват страны. После того, как Бальбоа перешел Панамский перешеек и открыл Тихий океан, испанцы стали обосновываться на его побережье в этом районе (названном Золотой Кастилией).
В 1519 г . на Панамском перешейке была основана испанская колония Панама, из которой испанцы и начали наступление на «изобилующую золотом страну «Виру» – Перу. Она была захвачена одним из ближайших сподвижников Бальбоа Франциске Писарро. Бывший в молодости пастухом в Испании, конкистадор Писарро участвовал во многих экспедициях и набегах испанцев на Карибское побережье Южной Америки. В 20-х годах он со своим товарищем Альмагро (будущим завоевателем Чили) снарядил несколько разведывательных экспедиций из Панамы вдоль Тихоокеанского побережья Южной Америки, которые подтвердили слухи о богатом южном государстве. Заручившись согласием испанского короля, Писарро в начале 1531 г . двинулся на трех кораблях из Панамы, имея всего 130 человек и 37 лошадей (потом он получил подкрепление, но никогда не располагал более чем 500-600 воинами). Использовав внутреннюю борьбу за престол и вероломно захватив в плен царствовавшего инку, Писарро овладел столицей государства инков. Население попало под власть испанского короля.
При захвате страны сказочные сокровища, накопленные в храмах и дворцах, были разграблены. Испанское владычество стерло с лица –земли культуру: В части страны, в Потоси (ныне территория Боливии), в 1545 г . были открыты богатейшие залежи серебра. Массы туземного населения, согнанного испанцами на их разработку, погибли на рудниках.
Описанные путешествия и открытия представляли собой первый и важнейший этап проникновения западноевропейцев за пределы Европы. Помимо внутренних частей открытых земель совершенно неизвестными оставались Австралия и омывающие ее моря, вся северная часть Тихого океана, почти вся Северная Америка, необозримые пространства Северной Азии и омывающий ее Северный Ледовитый океан.
Во второй половине XVI в. и в XVII в. в географических открытиях все большую роль начинают играть англичане– и голландцы. Очень важные открытия делают русские мореходы и «землепроходцы». Важнейшим было открытие Австралии. Географы и картографы XVI в. полагали, что для «уравновешивания» огромных масс суши Северного полушария в Южном полушарии должен существовать большой континент. Его нередко изображали в фантастических очертаниях на испанских и португальских картах первой половины XVI в.
«Австральная», т. е. «Южная», земля особенно интересовала испанских колонизаторов Южной Америки. Они рассчитывали найти там богатые залежи золота и серебра и многочисленное чернокожее население – рабочие руки для их американских рудников и плантаций. На поиски «Южной» земли в конце XVI и начале XVII в. было снаряжено из Перу несколько экспедиций, открывших ряд островов в южной части Тихого океана. Действительная же Австралия была открыта в начале XVII в. голландцами. В 1619 г . на острове Ява они основали город Батавию. Плавая на юг от Зондских островов, голландские моряки ознакомились со всем Западным побережьем Австралии и половиной Южного, но принимали ее за часть «Полярной земли». В 1642 г . Абель Тасман, выйдя из Батавии, обогнул Австралию и открыл большой остров, названный им Землей Ван-Димэна (ныне Тасмания). Однако новый континент долгое время не вызывал особенного интереса: бедная, малонаселенная страна не сулила каких-либо богатств.
Северная часть Тихого океана оставалась в общем неизвестной западноевропейским мореплавателям. Но в середине XVI в. иезуиты проникли в Японию.
Западный берег Северной Америки также долгое время не был известен европейцам. Только во второй половине XVIII в. испанцы прошли вдоль Калифорнии на север и достигли 58-й параллели. Но их тут опередили русские.
Тщетными остались упорные попытки англичан и голландцев дойти до Зондских и Молуккских островов, обогнув с севера Америку («Северо-западный проход») или Азию («Северо-восточный проход»). Эти пути они считали более короткими и более удобными, поскольку ими не владели португальцы. Двигаясь в западном направлении, английские моряки XVI в. Фробишер и Дэвис и в начале XVII в. Бэфин и Гудсон, дойдя до островов, проливов и заливов, носящих ныне их имена, проникли только в восточную часть американской Арктики; англичане (Ченслер) в поисках северо-восточного прохода в 1553 г . достигли устья Северной Двины, а голландцы (Баренц) в 1590 г . – Новой Земли. Однако все эти районы уже давно были хорошо известны русским мореходам, к помощи которых английские и голландские моряки неоднократно прибегали. Русским мореходам принадлежат большие заслуги в открытии и обследовании берегов Европы и Азии, омываемых Ледовитым океаном. Первые шаги по завоеванию и разграблению Ост-Индии, превращение Африки в заповедное поле охоты на чернокожих-"такова была утренняя заря капиталистической эры производства. Эти идиллические процессы суть главные моменты первоначального накопления».
Формы эксплуатации местного населения, господствовавшие в течение долгого времени в Испанской Америке, сложились на Эспаньоле в первые же годы владычества испанцев. Пришельцы стали обращать в рабство индейцев. Несколько партий рабов былода—ке отправлено в Испанию и продано там. Колумб предлагал обратить в рабство индейцев, указывая на огромные выгоды, которые получит от этого корона, но его предложение не было принято. Индейцев объявили «свободными», и рабство, правда с оговорками, было запрещено. Испанское правительство и католическая церковь не были заинтересованы в массовом порабощении или уничтожении индейцев. Церковь рассчитывала на значительное расширение своей паствы, а следовательно и усиление влияния в колониях и увеличение доходов. Правительство видело в туземцах налогоплательщиков и новых подданных, не отказывалось от непосредственной эксплуатации их труда и вовсе не желало безраздельно отдавать их кастильским поселенцам, которые легко могли бы превратиться в новых непокорных сеньоров. Но колонисты оказались фактически сильнее. Они продолжали охотиться на индейцев и обращать их в рабство под предлогом, что это людоеды. Они закрепостили все туземное население, и обстоятельства вынудили правительство это санкционировать.
Расчеты на огромные доходы, которые потекут из открытых Колумбом стран, рухнули в. первые же годы после его плавания. Первоначально Колумб, рисуя в своем воображении громадные золотые богатства на Эспаньоле, обложил все население острова старше 14 лет податью, уплачиваемой золотым песком или хлопком. Вскоре выяснилось, что собирать четыре раза в год требуемое количество золота индейцы совершенно не в состоянии: на Эспаньоле его оказалось немного, да и систематически добывать его индейцы не умели. По этому взносы были заменены тяжелой трудовой повинностью на рудниках или на земельных участках, которые жаловались кастильским поселенцам. Такие пожалования, буквально «разделы» (репартимьенто), земель производились на Эспаньоле неоднократно начиная с или нескольких индейских деревень, обязанное нести барщину в пользу владельца.
Еще большее распространение получила другая форма закрепощения – «энкомьенда» («вверение «""или патронат». Король жаловал (буквально «вверял») кастильскому колонисту индейцев-своих «свободных» вассалов – не в вечное владение, а лишь во временное пользование, за что пожалованный («энкомендеро») уплачивал в казну обычно четвертую часть получаемого дохода. Это фактически полное закрепощение было лицемерно прикрыто заботой «установить более тесные связи между индейцами и христианами», чтобы обратить индейцев в христианство.
Позднее в Мексике и Перу широко практиковались такие же земельные раздачи с прикреплением к земле местного населения.
Поселение европейцев на Антильских островах принесло гибель туземному населению. Непосильный изнурительный труд на плантациях и в рудниках, зверское подавление частых восстаний, эпидемии, голод привели к тому, что на Эспаньоле из миллионного населения после 20 лет испанского владычества осталось всего лишь 10– 15 тыс., а к середине XVI в. туземцев на Антильских островах совершенно не стало.
Для пополнения все возрастающего недостатка в рабочих руках уже с 1501 г . на острова стали ввозить негров из Африки. В 1518 г . был заключен первый договор (асиенто) на ввоз негров. Число негров-невольников стало быстро расти. Они были более приспособлены к физическому труду, чем местное население.
Последствия ВЕЛИКИХ географических ОТКРЫТИЙ в Европе
В колониях Нового Света капиталистические отношения не развивались; здесь процветали рабство и крепостничество в самых жестоких формах. Для населения же Африки чудовищно развившаяся и господствовавшая более трех столетий (до середины XIX в.) работорговля имела самые гибельные последствия. Работорговцы, закупая у местных князьков партии военнопленных, подстрекали их к нападениям на соседей, сеяли рознь и вражду между племенами. В Америку было вывезено из Африки за это время более 100 млн. негров (из них может быть только четвертая часть живыми достигла Америки, остальные погибли в пути от ужасных условий доставки). Это было настоящее обескровливание континента, которое приостановило рост его производительных сил и низвело культуру до уровня более низкого, чем до прихода европейцев. Великие географические открытия привели к глубоким изменениям в хозяйственной жизни Европы. «Внезапное расширение мирового рынка, – писал Маркс, – возросшее разнообразие обращающихся товаров, соперничество между европейскими нациями в стремлении овладеть азиатскими продуктами и американскими сокровищами, колониальная система – все это существенным образом содействовало разрушению феодальных рамок производства» — Влияние географических открытий сказалось, однако, не сразу и далеко не повсюду одинаково. Необходимо отметить (но не следует преувеличивать их значение) важные последствия: перемещение торговых центров в пределах Западной Европы и так называемую революциюцен. Поскольку расширились и пошли по новым путям сношения Европы с Индией, а также установились и все более развивались связи с Новым Светом, уменьшилось значение для Европы средиземноморской торговли и итальянских городов как торговых посредников Европы с заморскими странами. В XVI в. роль посредников стали играть города Лиссабон, Севилья и Антверпен. Однако не следует связывать это исключительно с географическими открытиями. Если экономическое значение Севильи и Лиссабона очень возросло, то Антверпен и раньше, уже в конце XV в., был важнейшим международным торговым центром для сбыта сукон из Англии, металлов (олово, медь, серебро) и металлических изделий из Германии, шерстяных тканей из Брабанта и Фландрии. . С открытием новых стран в Антверпене, где португальцы стали закупать нужное им для торговли с Индией серебро, сосредоточилась еще и вся торговля пряностями и колониальными товарами. Антверпен стал всеевропейским денежным центром, в котором купеческие и банковские фирмы европейских стран имели свои конторы и агентов.
РЕВОЛЮЦИЯ ЦЕН И ЕЕ СОЦИАЛЬНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ
Поделиться книгой: