Дело о заморском чуде

Но Лешка все еще пребывала в сомнениях.

— А если ему рот заткнули? Вдруг он лежит связанный в каком-нибудь сыром темном углу?

— Не думаю, что его сюда вообще смогли затащить, — оглянувшись вокруг, возразил Венечка. — Эта дверь отовсюду просматривается.

И впрямь недалеко от входа в подвал были песочница и качели, возле них толпились дети разного возраста со своими мамашами.

— Ромка тебе не поздно звонил. Если бы ночью, тогда еще ладно, а днем его сюда никто бы не поволок.

— Наверное, ты прав, — согласилась Лешка. — Чтобы Ромку куда-нибудь втащить, требуется не один человек, а несколько, а мне почему-то кажется, что этот парень действует в одиночку.

— Вот именно. Так что пошли к нему домой.

В домофон они звонить не стали, а дождались того самого мужчину с собачкой, он и открыл им дверь подъезда.

Венечка подсчитал, что двадцать восьмая квартира находится на седьмом этаже. В лифте он спросил мужчину, есть ли в их подвале свет.

— Есть. Иначе как там чего найдешь, без света-то.

— И сегодня вы его включали?

Мужчина внимательно посмотрел на Венечку.

— Какие-то ты странные задаешь вопросы. В чем дело, скажи? Что-то не очень верится в испорченный кран у ваших знакомых.

— Ну, мы играли в прятки, — тут же придумал Венечка, — а один мальчик у нас так спрятался, что мы до сих пор, с утра самого, не можем его нигде найти. Что если он все же пробрался в ваш подвал, а теперь сам не знает, как оттуда выбраться?

— От вас всего можно ожидать, — ответил мужчина и, когда на четвертом этаже открылась дверь лифта, попросил: — Подождите здесь.

Он завел собачку в квартиру, а сам вышел обратно, и они снова спустились во двор. Мужчина попросил подождать его у соседнего подъезда, сам зашел внутрь и вышел оттуда со связкой ключей.

— Николай, сантехник наш, мне доверяет, мы с ним в армии служили вместе, — сказал он. — Ну, пойдемте, посмотрим. Уж не знаю, как туда можно залезть, но попытка — не пытка, проверить стоит. Опять же, если это возможно, то наши бдительные бабули окажутся правы, и замок придется менять.

У Лешки затрепыхалось сердце, когда массивная железная дверь с тяжким скрипом открылась, и они зашли в мрачный, плохо освещенный подвал со спертым сырым воздухом.

— Ромка! — громко крикнула она.

Никто не отозвался, лишь вода шумела в трубах, кое-где капая на бетонный пол. Венечка стукнул себя по лбу, потом по щеке, добежал до противоположной стены, подергал наглухо забитую вторую дверь, вернулся обратно.

— Да, комариков здесь хватает, потом они по нашим квартирам разносятся, — сказал их сопровождающий. — Ну, как я понимаю, здесь, к счастью, никого нет.

— Никого, — подтвердил Венечка.

Лешка вздохнула и посмотрела на часы. Давным-давно перевалило за полдень.

Вместе с мужчиной они снова вошли в подъезд.

— Нам здесь кое-кого навестить надо, — пояснил Венечка. — На седьмом этаже.

— На седьмом? Вы к Кристине, должно быть?

— Ага, к ней, — кивнул на всякий случай мальчик и, когда на четвертом этаже открылась дверь, сказал мужчине вслед: — Спасибо вам большое.

— Люди должны помогать друг другу, — ответил тот, но слова его утонули в шуме лифта, который медленно пополз на седьмой этаж.

— Ну, сейчас он у меня попляшет! — сжала кулачки Лешка, резко надавив на звонок и увидев в дверном глазке быстро промелькнувшую тень.

Даже не спросив, кто там, человек за дверью бесстрашно ее распахнул.

У порога вместо ожидаемого парня, в которого Лешка собиралась вцепиться когтями, как разъяренная кошка, стояла невысокая, одного роста с Венечкой, девочка. И лет ей было примерно столько же, сколько и ему, а еще у нее были длинные, до плеч, темные волосы и очень светлые голубые глаза.

«Хорошенькая», — машинально отметила Лешка и подозрительно прищурилась.

— А я думала, вы ко мне. — У девочки был открытый доверчивый взгляд. — Кто вы такие? А, вы, должно быть, к бабушке? Сейчас я ее позову.

— Нет-нет, не надо звать бабушку, — мигом сориентировался Венечка. — Ты Кристина, да?

— Да, — откликнулась девочка.

— А скажи, пожалуйста, Валентин Гаврилович — твой папа?

— Это мой брат.

— Понятно.

Не удержавшись, Лешка схватила девочку за руку.

— А зачем ты взяла руконожку?

Кристина аккуратно высвободила руку, не смутилась, не покраснела, а просто покачала головой.

— О чем ты говоришь? Я живых руконожек никогда в жизни не видела, только в книжке на картинке.

— Правда? А вот мы вчера тебя видели у «Рижской», а в руках у тебя была клетка, — наобум закинул удочку Венечка.

— Вы ошибаетесь, — убедительно сказала девочка и даже не обиделась, лишь плечами пожала. Обознались люди, что же здесь такого? — Мы целую неделю с бабушкой на даче жили, только вчера, поздно вечером, оттуда вернулись. За нами Алик, мы так моего брата зовем, приезжал.

— А сейчас он где?

— Назад на дачу уехал. Он там с друзьями свой день рождения отмечает. А зачем вам мой брат?

— Ну… Он обещал нам продать лори, — брякнул Венечка.

— Лори? У него сейчас никого нет.

— Сейчас? А вообще, значит, бывают? И где же он их берет?

— Ему их на работе дают, — наивно ответила девочка.

— Просто так?

— Да. Если на них клеток не хватает.

— И ты ему веришь? Девочка кивнула.

— А зачем ему нас с бабушкой обманывать? Лешка хотела сказать девочке, что обманывает их ее брат потому, что ему стыдно говорить правду, но передумала. Не было времени разбираться в их семейных отношениях. И она перевела разговор на животрепещущую тему.

— И руконожку ты правда у него не видела?

— Говорю же. — Девочка была абсолютно спокойна. Не было сомнений, что она и в самом деле и понятия не имеет, чем промышляет ее брат. — У нас дома лори живет, но вам я его не отдам, и вообще никому. Алик его совсем больного принес, а мы с бабушкой его выходили. Хотите посмотреть?

Друзья, не сговариваясь, закивали.

Девочка привела их в свою комнату, где в небольшой клетке сидел грустный толстенький зверек. Таких огромных глаз Лешка не видела ни у кого. А вот клетка не шла ни в какое сравнение с тем вольером, который был в доме у маленькой Полины.

Кристина словно прочитала Лешкины мысли.

— Он у нас в основном на даче живет, в просторном светлом сарае. И здесь тоже не всегда в клетке. А скоро мы снова на дачу вернемся. Иди ко мне, Сонюшка.

Зверек покорно подошел к девочке. У Лешки защемило сердце: где же их ай-ай? А все мысли о Ромке она старательно отгоняла прочь, чтобы не сойти с ума от беспокойства.

— Нам нужно встретиться с твоим братом. Ты не скажешь, где ваша дача? — Лешка задала вопрос равнодушным голосом, но на всякий случай опустила голову, чтобы девочку не испугали ее лихорадочно горящие глаза.

— Пожалуйста. Поселок Поваровка-два, это на Киевском направлении.

— От станции идти далеко?

— Нет, там близко. Я вам сейчас нарисую. Только там у него больше никаких зверей нет.

— Ничего, нам с ним просто поговорить надо. А скажи, пожалуйста, вы картошку на своем дачном участке сажаете?

— Да, конечно. Немного, правда, а что?

— Просто так, мы тоже сажаем, — сказала Лешка, хотя у них и дачи-то отродясь не было. — И там же ее храните?

— Да, в погребе. Когда она у нас дома кончается, то Алик за ней на дачу на машине ездит.

Из двери появилась седовласая женщина в стареньком халате бордового цвета. Лицо у нее было добрым.

— Кристиночка, что же ты своих гостей на пороге держишь?

— Мы на минутку. Уходим уже, — заторопилась Лешка. — До свидания.

— Они к Алику приходили, — объяснила девочка.

Бабушка приветливо им улыбнулась, и Лешку поразило, что у гадкого преступника такие приятные родственники.

Глава X ПОЕЗДКА НА ДАЧУ

— Скоро он у нас узнает, где раки зимуют. Лешенька, тебе не кажется, что мы с тобой близки к цели?

Венечка вышел из электрички на небольшую станцию и огляделся. Дорожка через густой лес вела к поселку, первые домики которого проглядывали сквозь высокие деревья.

Лешка шла быстро, почти бежала. Вот и дача, которую им описала Кристина. Возле забора — высоченная сосна, забор невысокий, но перелезать через него не требуется: калитка приоткрыта.

Домик был невысокий, одноэтажный, обитый старой, потемневшей от времени вагонкой.

— Как ты думаешь, где у них погреб, в доме или в сарае? Гляди, вон там крыша торчит! Точно, погреб! Как бы нам в него проникнуть? — зашептала она, приникнув к забору.

— Погоди, сначала надо разведать обстановку, посмотреть, кто здесь есть. — Венечка проскользнул в калитку и двинулся к одному из окошек.

Лешка заглянула в окно вместе с ним и увидела что-то вроде маленькой кухоньки. Спиной к ним у стола стояла девушка с короткими светлыми волосами в красивом спортивном костюме и что-то варила на электрической плите.

Они переместились к другому окру. В комнате, отвернувшись лицом к стене, кто-то спал на красном диване. Скорее всего, это и был хозяин дачи. Потому что в следующей комнате у телевизора сидели незнакомые друзьям парень с девушкой, а больше людей в домике не было.

Осторожно ступая, Лешка вернулась к погребу, потрогала висящий на двери большой амбарный замок и обернулась к своему спутнику.

— Будем искать где-нибудь ключ или у тебя припасены какие-нибудь отмычки? У Ромки в сумке всегда полно всяких приспособлений.

Сказав о брате, она горько вздохнула.

— Жаль, что нельзя покричать и постучать, чтобы проверить, здесь он или нет, — прошептал Венечка, изучая замок. — Но ничего, главное сейчас — проникнуть в погреб.

Он увлек Лешку за куст смородины и там открыл свой саквояж.

— Мы тоже не лыком шиты, — пробормотал он, извлекая из него какие-то железные штучки с загогулинами на конце. — Такой замок легко открывается, любому вору раз плюнуть. У них, наверное, в этом погребе ничего ценного нет, иначе бы они другой замок повесили.

— А Ромка — он что, не ценность?

Венечка подвинул очки ближе к переносице, выбирая нужную загогулину.

— Ромка — ценность временная, чего на него зря тратиться. Тем более что изнутри ему ни до какого замка не добраться.

Он выбрался из-за куста и приступил к взлому.

Мальчик настолько увлеченно ковырялся в замке, а Лешка так усердно ему помогала, что оба не заметили, как к ним кто-то подошел, и вздрогнули от неожиданного возгласа:

— Вы что здесь делаете?

Непонятно, как рядом с ними очутилась та самая девушка, которая только что готовила на кухне еду.

Венечка от неожиданности выронил железяку и зачем-то схватился за свою неизменную бейсболку, будто опасаясь, что ее с него сейчас сорвут.

Однако Лешка не испугалась нисколько. Сузив глаза, она схватилась за замок, твердо решив, что никакая сила не оторвет ее от заветной двери.