Письма

Извините за задержку столь долгую. Я некоторое время чувствовалсебя неважно; а потом все мои домашние, один за другим, свалились с гриппом, принесенным из школы, так что Рождество оказалось безнадежно испорчено. Сам я слег в канун Нового года. Трудно было сделать хоть что-нибудь; боюсь, результаты моих трудов оставляют желать много лучшего. Я перерисовал две вставки: схему, которую надо вклеить (в главу I), и общую карту. Могу лишь надеяться — поскольку умения у меня маловато, равно как и опыта в подготовке подобных материалов для печати, — что они худо-бедно сгодятся. Что до остальных карт, я решил, что они не нужны.

Я перерисовал (как смог) одну-две любительские иллюстрации из «домашнего манускрипта», предположив, что они, возможно, сгодятся на форзац, фронтиспис или куда-нибудь еще. Сдается мне, в целом такие картинки, будь они получше, книгу бы весьма украсили. Но, скорее всего, на данной стадии такое исключается; в любом случае они не то чтобы хороши, да и с технической точки зрения, вероятно, непригодны. Буду весьма признателен, если вы вернете отвергнутые варианты.

Искренне Ваш,

ДЖ. Р. Р. ТОЛКИН.

010 К Ч. А. Ферту, «Аллен энд Анвин»

[В период между 1932 и 1937 гг. Толкин сочинил и проиллюстрировал коротенькую детскую сказку под названием «Мистер Блисс». Подробнее о ней см. «Биографию», стр. 254—255. Книга была показана в издательстве «Аллен энд Анвин» одновременно с представлением «Хоббита». Издатели ответили, что охотно примут рукопись к публикации при условии, что Толкин сократит количество цветов в иллюстрациях.]

17 января 1937

Нортмур-Роуд 20, Оксфорд

Глубокоуважаемый сэр!

«Мистер Блисс» благополучно прибыл. Могу лишь сказать, что был крайне удивлен, получив на следующее утро ваше любезное письмо. Я и вообразить не мог, что он стоит таких хлопот. На мой взгляд, эти картинки главным образом доказывают, что рисовать автор не умеет. Но, если ваше издательство всерьез считает, что опубликовать «Блисса» стоит, я попытаюсь упростить иллюстрации и сделать их более пригодными для воспроизведения. Разумеется, мне бы очень помогло, если бы вы и впрямь были так любезны, что заглянули ко мне и дали совет-другой. В настоящий момент я пытаюсь получить грант на «исследования» [1] в придачу к моим повседневным обязанностям, но в ближайшем будущем непременно улучу минутку-другую, тем более что от тяжкого бремени принимать экзамены на ближайшие два года я свободен.

Также я исполнен признательности и приятно изумлен тем, что рисунки к «Хоббиту» тоже могут пойти в дело. Как их лучше воспроизвести и использовать, предоставляю решать вам. Собственно говоря, схема — карта с рунами — предназначалась для вклейки (в сложенном виде) в главу I, напротив первого о ней упоминания («кусок пергамента, весьма смахивающий на карту») ближе к концу главы. Вторая карта «домашнего манускрипта» помещалась в конце, а длинный, узкий рисунок «Мирквуда» [2] — в начале. «Врата эльфийского короля» стояли в конце гл. VIII, «Озерный город» — в гл. X, «Главные врата» — в гл. XI, сразу после рассказа о том, как искатели приключений увидели их впервые: «Им открылся темный, похожий на пещеру проем в огромной стене скал». По зрелом размышлении я осознал, что таким образом все карты и картинки, по местоположению и отсылкам, сосредоточены ближе к концу книги. Ни о каком особом замысле не идет и речи; так вышло только потому, что мне не удалось привести остальные иллюстрации в хоть сколько-нибудь приемлемый вид. Кроме того, мне сказали, будто географические или пейзажные подойдут лучше всего — не говоря уже о том, что ничего другого я рисовать и не умею.

Прилагаю еще шесть штук [3]. Все они, очевидно, не без изъяна; и, кроме того, вероятно, с трудом поддаются воспроизведению, — все до единой или по крайней мере некоторые. Наконец, вы, возможно, не захотите на этапе столь позднем создавать себе новые сложности и менять свои планы. Так что я нисколько не огорчусь и не удивлюсь, если вы их вернете, все или часть из них.....

Засим остаюсь неизменно Ваш,

ДЖ. Р. Р. ТОЛКИН.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. На тот момент Толкин являлся держателем исследовательского гранта Леверхюльма.

2. Черно-белая иллюстрация, которая была включена в первые британское и американское первоиздания «Хоббита» в качестве иллюстрации к главе 8, но в последующих тиражах не использовалась. Она приводится, вместе с примечанием к №37, в «Рисунках».

3. В придачу к картам, Толкин изначально предложил к публикации только две иллюстрации, упомянутые в письме выше, обе — черно-белые. Еще шесть, посланные вместе с этим письмом, предположительно, представляли собою большинство остальных одноцветных иллюстраций, которые были использованы в первом издании.

011 Из письма в издательство «Аллен энд Анвин» 5 февраля 1937

[Касательно воспроизведения иллюстраций к «Хоббиту».]

Пробные оттиски одобряю. Уменьшение пошло на пользу всем, кроме «Троллей». На этой картинке обнаружились один-два дефекта, возможно, дело лишь в качестве печати. Я их отметил: тонкая белая обводка одного из деревьев на заднем плане местами прерывается; некоторые из точек, служащих контуром для пламени, не пропечатались; а еще не пропечаталась точка после «Тролли».

В картинке «Прихожая в Бэг-Энде» я по недомыслию акварелью изобразил тень, доходящую до самой боковой балки. Тень, конечно же, на оттиске получилась совсем черной (а ключ в результате и вовсе исчез), хотя до балки не доходит. Однако оттиски, на мой взгляд, вполне хороши — насколько позволяет оригинал. Пожалуйста, учтите: это все замечания не из серьезных! До сих пор удивляюсь, что эти посредственные картинки вообще приняли к публикации и что вы потратили на них столько трудов и сил — тем паче вопреки финансовым соображениям (об этом факторе я ни на минуту не забывал; из-за него-то я поначалу и отказался от иллюстраций).

012 В «Аллен энд Анвин»

[В середине марта Толкин отослал в «Аллен энд Анвин» корректуру «Хоббита», испещрив первоначальный текст огромным количеством поправок. Толкину сообщили, что вследствие этого ему, возможно, придется оплатить часть расходов на внесение исправлений, хотя издатели отметили: переработанный автором текст занимает то же самое место, что и первоначальный вариант. Вместе с нижеприведенным письмом Толкин прислал также рисунок с рунической надписью для суперобложки.]

13 апреля 1937

Нортмур-Роуд, 20, Оксфорд

Глубокоуважаемые сэры!

Возвращаю в отдельном конверте выверенный текст «Хоббита» с внесенными в него исправлениями.....Ваши любезные разъяснения насчет стоимости внесения поправок я принял к сведению. Я, конечно же, заплачу то, что с меня по справедливости причитается, если возникнет необходимость; хотя, разумеется, буду весьма признателен за снисхождение. Благодарю вас за все ваши хлопоты и за понимание.....

В конверте с корректурой я посылаю на ваш суд черновик суперобложки. Я обнаружил (как и предполагал), что задача эта выходит за пределы моего умения и опыта. Но, возможно, удастся использовать замысел в целом?

Я предвижу следующие основные возражения.

Цветов слишком много: синий, зеленый, красный, черный. (Два оттенка красного получились случайно; два оттенка зеленого на самом деле неважны.) С этой проблемой можно справиться, заменив красный на белый (вероятно, рисунок от этого только выиграет) и убрав солнце вообще или обведя его контуром. Присутствие в небе солнца и луны одновременно имеет отношение к магии, заключенной в двери.

Рисунок, безусловно, чересчур сложен и нуждается в упрощении: напр., можно изобразить горы одним цветом и упростить зубчатые «ели».....

При переделке весь рисунок возможно уменьшить — если, конечно, вы сочтете, что руны смотрятся привлекательно. Хотя смотрятся они очень даже волшебно, на самом деле надпись означает: «Хоббит, или Туда и обратно; хроники путешествия длиною в год, составленные Бильбо Бэггинсом; воспроизведенные по его мемуарам Дж. Р. Р. Толкином и опубликованные издательством «Джордж Аллен энд Анвин».....

Искр. Ваш,

ДЖ. Р. Р. ТОЛКИН.

013 К Ч. А. Ферту, «Аллен энд Анвин»

[11 мая «Аллен энд Анвин» сообщили Толкину, что благодаря их усилиям «Хоббитом» заинтересовалось «одно из известных американских издательств» и что это издательство «хотело бы включить в книгу дополнительные цветные иллюстрации и предлагает привлечь для этой цели талантливых американских художников». «Аллен энд Анвин», однако, решили, что «лучше, если все иллюстрации будут вашей работы».]

13 мая 1937

Нортмур-Роуд, 20, Оксфорд

Уважаемый мистер Ферт!

Благодарю вас за информацию касательно предполагаемой публикации в Америке. Не могли бы вы сообщить мне название издательства, а также просветить меня насчет финансовых условий?

Что до иллюстраций: я разрываюсь между сознанием моего собственного неумения и страхом перед тем, что могут породить американские художники (вне всякого сомнения, мастера своего дела). В любом случае я целиком и полностью согласен, что все иллюстрации должны быть выполнены одной рукой: рядом с четырьмя профессиональными рисунками моя собственная любительская мазня будет смотреться довольно-таки глупо. У меня в столе хранится еще несколько «картинок», но, хотя они представляют собой сцены из мифологии, на «задворках» которой и разворачиваются приключения хоббита, его собственную историю они, по чести говоря, не иллюстрируют. Единственная, которую возможно использовать, — это первоначальная цветная версия «Мирквуда» [1] (для «Хоббита» перерисованная в черно-белую). Я, пожалуй, попытаюсь нарисовать для этой цели еще пять-шесть. Если, на ваш взгляд, это имеет смысл, я приступлю к работе, насколько позволяет время в разгар триместра. Однако в ближайшее время ничего обещать не могу. Но, вероятно, дело отлагательств не терпит? Тогда, наверное, предпочтительно, чтобы американцы не потеряли интереса, позволить им поступать, как сами сочтут нужным, — но оставляя за собою право (оговариваю особо) наложить вето на все произведенное или навеянное диснеевской студией (вся диснеевская продукция вызывает у меня глубочайшее отвращение). Мне доводилось видеть иллюстрации американских авторов, наводящие на мысль о том, что результатов можно ждать превосходных — даже чересчур превосходных в сравнении с моим вкладом. Не уточните ли, какие сроки мне отпущены на то, чтобы произвести образцы, способные удовлетворить вкусы трансатлантического юношества (или квалифицированных знатоков оных вкусов)?....

Искренне Ваш,

ДЖ. Р. Р. ТОЛКИН

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Речь идет о цветной иллюстрации под названием «Белег находит Гвиндора в Таур-ну-Фуин», воспроизведенной под №37 в «Рисунках»; в примечании рассказывается история ее создания.

014 В «Аллен энд Анвин»

[Издатели предложили Толкину выпустить «Хоббита» в октябре 1937 г., сразу после начала Михайлова триместра /*Осенний триместр в некоторых университетах и колледжах; начинается в сентябре-октябре*/ в Оксфорде. Они также сообщили, что переслали письмо Толкина, посвященное иллюстрациям (№13), в издательство «Хоутон-Мифлин» ( г. Бостон, штат Массачусетс), которое планировало издавать книгу в Америке.]

28 мая 1937

Нортмур-Роуд, 20, Оксфорд

Глубокоуважаемые сэры!

....Дата публикации. Здесь, разумеется, распоряжаться вам; поскольку приходится учитывать многие соображения вне моей компетенции. В любом случае, как я понимаю, все уже решено окончательно; кроме того, нужно принимать в расчет и Америку. Но что до С.К.В. /*Соединенное Королевство Великобритания*/, сдается мне, вы, скорее всего, ошибаетесь, ориентируясь на Оксфордский университет и его триместры; равно как и считая, что начало октября лучше, чем июнь. Большая часть О.У. /*Оксфордский университет*/ интереса к такой повестушке не проявит; а та, что проявит, уже громко ее требует и даже добавляет «Хоббита» к длинному списку моих нескончаемых «задолженностей». Что до «местного интереса» , пожалуй, он уже достиг своего апогея (не то чтобы, при самом лучшем раскладе, он сильно повлиял бы на объемы продаж, как мне кажется). В любом случае, конец июля, этот промежуток между последней подготовкой к экзаменам и сражением с письменными работами (что затрагивает лишь небольшое количество студентов старших курсов) — долгожданная передышка, когда и приобретается легкое чтиво, как для немедленного потребления, так и в преддверии каникул. Октябрь же, с приходом которого на тебя обрушивается новый академический год, месяц крайне загруженный.

Мистер Льюис из Модлина [1], рецензирующий новые книги для «Таймc литерари сапплемент» /*Еженедельное литературное приложение к газете «Таймc», где печатаются литературные обзоры и рецензии на новые книги*/, сообщает мне, что уже написал туда, настаивая на размещении рецензии и претендуя на эту книгу как специалист по сказкам; а теперь злится, что его завалят «детской литературой», которая ему вовсе незачем, в то время как «Хоббит» попадет к нему в руки только по окончании каникул и будет отложен до декабря, — только тогда мистер Льюис сможет внимательно прочесть его и написать подробный обзор. Кроме того, если бы книга вышла до того, как университет распустят на каникулы, я мог бы уговорить одного моего друга, издателя «О.Ю. мэгэзин» [2], который в последнее время закачивает в свой журнал изрядную дозу моих драконьих баек, отвести для него местечко и в начале осеннего триместра опубликовать рецензию. Однако я, наверное, слишком поздно спохватился. В любом случае не думаю, что в итоге это имеет большое значение. У меня есть лишь одна чисто личная причина сожалеть о задержке, а именно: мне очень хотелось бы, чтобы «Хоббит» вышел как можно скорее, потому что с прошлого октября я связан научно-исследовательским контрактом и, как предполагается, не занимаюсь экзаменами и «всякой ерундой». И, чем больше времени проходит с момента вступления контракта в силу, тем труднее мне будет притворяться (а это и сейчас непросто), что книга целиком и полностью закончена в период до октября 1936 г. Боюсь, мне нелегко окажется убедить коллег в том, что «Хоббит» — не главный плод моей «научно-исследовательской работы» за 1936—7 года!

Издательство «Хоутон-Мифлин». Я пришел в смятение, узнав, что письмо мое переправлено за океан. В изначальном, неотредактированном виде оно для глаз американцев вовсе не предназначалось: в противном случае я бы выражался иначе. Теперь я еще больше сомневаюсь в том, стоит ли мне выступать иллюстратором.....Тем не менее вкладываю три цветные «картинки» [3]. На лучшее я вряд ли способен; если качество их слишком низко, пусть X. М. так об этом и скажут, я совершенно не обижусь (при условии, что картинки мне вернут). Это — небрежные, на скорую руку состряпанные результаты моего увлечения; иллюстрируют они совсем другие истории. Для публикации я, наверное, сумел бы слегка улучшить качество, сделав цвета ярче и четче, отчасти избавившись от нагромождения излишних деталей (и увеличив размер). Картинка с Мир-квудом, по сути дела, та же самая, что на вклейке в «Хоббите», однако иллюстрирует совсем другое приключение. Думаю, если X. М. захотят, чтобы я продолжал, я оставлю черно-белую вклейку и дорисую еще четыре эпизода. Я возьмусь за них, как только смогу, — по всей видимости, не раньше, чем издательство протелеграфирует свой вердикт...

Искренне Ваш,

ДЖ. Р. Р. ТОЛКИН

ПРИМЕЧАНИЯ

1. К. С.Льюис, профессор Модлин-Колледжа и друг Толкина с 1926 г.

2. Расселл Мейггз, профессор Кибл-Колледжа, а позже — Бейллиол-Колледжа, на тот момент издатель «Оксфорд мэгэзин», журнала, в котором были опубликованы стихотворения Толкина «Визит дракона» и «Iumonna Gold Galdre Bewunden» («Клад») в феврале и марте 1937 г.

3. В их число входила и иллюстрация под названием «Белег находит Гвиндора в Таур-ну-Фуин», см. выше прим. 1 к письму №13. Ниже Толкин упоминает о ней как о «картинке с Мирквудом... [которая] иллюстрирует совсем другое приключение», т. е. эпизод из «Сильмариллиона». Остальные иллюстрации были, по всей видимости, следующие: «Глорунд отправляется на поиски Турина» и «Гора Вечнобелая»; на тот момент других значимых и законченных рисунков, имеющих отношение к Средиземью, не существовало. Эти два приводятся в «Рисунках» под №38 и №31. Как указывает сам Толкин, три иллюстрации к «Сильмариллиону» для публикации в «Хоббите» не предназначались и были посланы только в качестве образцов.

015 В «Аллен энд Анвин»

[К этому письму прилагался цветной вариант иллюстрации «Холм: Хоббитон-за-Рекой». Толкин уже отослал в издательство четыре новых цветных иллюстрации: «Ривенделл», «Бильбо проснулся с первым рассветным лучом», «Бильбо приходит к хижинам эльфов-плотогонов» и «Беседа со Смаугом». Все они, за исключением «Хижин эльфов-плотогонов», были использованы в первом американском издании; и все они, за исключением «Бильбо проснулся...», были добавлены во втором британском переиздании.]

31 августа 1937

Нортмур-Роуд, 20, Оксфорд

Уважаемый мистер Ферт!

Посылаю вам цветной вариант фронтисписа. Если он вас устроит, перешлите его в издательство «Хоутон-Мифлин». Не могли бы вы одновременно наконец-то разъяснить им (похоже, задача не из простых!), что первые три рисунка являются неиллюстрациями к «Хоббиту», но лишь образцами; для этой книги их использовать нельзя и теперь их следует вернуть. А вот последующие пять рисунков (первые четыре плюс теперь еще один) выполнены специально для издательства Х.М. и для «Хоббита». Разумеется, они вольны отвергнуть или использовать все или сколько захотят из числа этих пяти. Но мне хотелось бы подчеркнуть особо: они подобраны так, чтобы иллюстрации распределялись равномерно по всей книге (особенно в сочетании с черно-белыми рисунками).

Я так понимаю, что вопрос об оплате даже не встает? Особых достоинств я за своими картинками не замечаю (хотя труда затрачено изрядно); полагаю, что «бесплатность» моих детищ компенсирует все их прочие недостатки. Но я так понял, что первоначально условия издательства Х.М. распространялись только на «Хоббита» в том виде, в каком его публикуете вы; и что лишь потом они предложили дополнить книгу цветными иллюстрациями в качестве собственного средства привлечения покупателей, задействовав для этой цели талантливых американских художников. В таком случае иллюстраторам пришлось бы заплатить отдельно. В настоящий момент я в таком финансовом кризисе (главным образом из-за расходов на медицину), что даже пустячное вознаграждение оказалось бы манной небесной. Нельзя ли как-нибудь дать им понять (когда они решат, хотят ли использовать какие-то из моих иллюстраций), что небольшая компенсация была бы очень уместна?

Возможно, вы подскажете мне линию поведения или, напротив, одернете? Надо ли говорить, что подобная мысль пришла мне в голову только в отношении американцев, которые уже причинили всем немало совершенно ненужных хлопот. Даже не знай я, что ваши производственные затраты непомерно велики (и что сам я обошелся с корректурой совершенно безжалостно), я в любой момент к вашим услугам во всем, в чем, на ваш взгляд, в силах помочь, — я охотно нарисую или перерисую любые иллюстрации, для «Хоббита» пригодные.

От души уповаю, что в конце концов мистер Бэггинс придет мне на помощь — в разумных пределах (на горшки тролльего золота я и не рассчитываю). Я начинаю надеяться, что издатели (см. суперобложку) окажутся правы [1]. Недавно я получил тому два сравнительно многообещающих доказательства. Во-первых, книгу ни много ни мало как прочел профессор Гордон [2] (такое с ним нечасто случается!) и уверяет меня, что порекомендует ее всем и каждому, а также и Книжному обществу. Должен предупредить вас, что на обещания он обычно щедр, но, как бы то ни было, в суждениях ошибается редко. С большим энтузиазмом отозвался о книге и профессор Чеймберз [3], но уж он-то — мой старый друг, и сердце у него доброе. Самый ценный документ прилагаю на случай, если он вас заинтересует: письмо от Р. Мейггза (в настоящий момент он — издатель «Оксфорд мэгэзин»). У него нет никаких причин щадить мои чувства и говорит он обычно, что думает. Но, конечно же, с рецензентскими кликами он никак не связан и, по сути дела, является просто-напросто представителем по-отечески снисходительной публики.

Искренне Ваш,

ДЖ. Р. Р. ТОЛКИН

P.S. Вкладываю также свои комментарии по поводу рекламки для клапана суперобложки — прочтите на досуге, если разберете.

[Когда 21 сентября 1937 г. «Хоббит» вышел в свет, издательство «Аллен эндАнвин» поместило на суперобложке следующий рекламный текст: «У Дж. Р. Р. Толкина.... четверо детей, и «Хоббита».... им читали вслух в дни детской..... Рукопись.... ссужалась оксфордским друзьям; они, в свою очередь, читали ее своим отпрыскам..... Рождение «Хоббита» очень напоминает историю «Алисы в Стране Чудес». И тут, и там профессору, преподающему головоломную дисциплину, вздумалось позабавиться...» Толкин откомментировал эти заметки следующим образом.]

Кстати. Я давно уже хотел высказаться по поводу дополнительного материала, помещенного на суперобложке. Не думаю, что эта подробность для выпуска «Хоббита» так уж важна (в то время как и сама книга — лишь незначительный эпизод среди прочих ваших забот). Так что надеюсь, что на нижеприведенные замечания вы не обидитесь и доставите мне удовольствие, позволив разъяснить, что и как (профессор так и рвется наружу), даже если пользы в том особой нет.

Если вы считаете, что эта заметка — в самый раз, я — в ваших руках. Истинная правда, я полагаю, никому не нужна (а то и нежелательна). Однако меня изрядно тревожит то, что Х.М., чего доброго, воспримет все это буквально и помножит неточность на ложь. А рецензенты вообще склонны полагаться на намеки. По крайней мере, я сам таков, когда выступаю в этой роли.

«Детская»: В моем доме детской вовеки не водилось; для подобных развлечений всегда использовался рабочий кабинет. Как бы то ни было, вы, часом, не ошиблись насчет возраста? Я бы предположил, что «дни детской» заканчиваются примерно лет в восемь, когда детей отправляют в школу. Это слишком рано. Мой старший мальчик прослушал сериал в тринадцать лет. Младшим было неинтересно: они дорастали до него по очереди.

«Ссужалась»: Это мы, так и быть, пропустим (хотя, строго говоря, я рукопись друзьям не столько ссужал, сколько навязывал). Текст и впрямь ходил по рукам, но, насколько мне известно, вслух детям его никогда не читали; а самостоятельно прочел его один-единственный ребенок (девочка лет 12—13), еще до того, как с текстом ознакомился мистер Анвин.

«Головоломная дисциплина»: Никакой «головоломной» дисциплины я не преподаю: англосаксонский под эту категорию не подходит. Многие, возможно, так считают, но поощрять их я не намерен. Древнеанглийская и древнеисландская литература ничуть не более оторваны от жизни и ничуть не более трудны для освоения задешево, нежели, скажем, деловой испанский /*Предмет под названием «деловой испанский» зачастую включался в программу бри-танских школ и ставил целью освоение чисто деловой лексики, без каких бы то ни было высоких литературных материй. «Деловой испанский» в Британии пользовался большой популярностью, тем более что Британия вела обширную торговлю со странами Латинской Америки*/. Я испробовал и то, и другое. В любом случае, если не считать рун (англосаксонский) и гномьих имен (древнеисландский), — причем ни то, ни другое не использовались с дотошной педантичностью истинного антиквария, и оба, увы, пришлось задействовать вместо подлинных алфавитов и имен из той мифологии, куда вламывается мистер Бэггинс, именно затем, чтобы избежать головоломных сложностей, — моим профессиональным познаниям, боюсь, здесь не нашлось прямого применения. Магия, и мифология, и вымышленная «история», и большинство имен (например, эпос о Падении Гондолина) — увы! — почерпнуты из неопубликованных измышлений, известных только моим домашним, мисс Гриффитc [1] и мистеру Льюису. На мой взгляд, они придают повествованию ощущение «реальности» и заключают в себе нечто северное. Однако не знаю, стоит ли подводить доверчивых простецов к мысли о том, что все это заимствовано из «древних книг», или подталкивать просвещенных к искушению разъяснить, что это не так.

«Филология», мой настоящий профессиональный инструментарий, возможно, и впрямь головоломна и, наверное, более сопоставима с математикой Доджсона. Так что на самом деле параллель (если, конечно, она и впрямь существует; мне, например, кажется, что при внимательном рассмотрении от нее камня на камне не остается) /*Являются ли «загадки» в «Алисе» параллелью к отголоскам северных мифов в «Хоббите»?— Прим. авт.*/ заключается в том факте, что в обоих произведениях ни та, ни другая узкоспециальные дисциплины в явном виде не представлены. Единственное филологическое замечание (как мне кажется) в «Хоббите» содержится на стр. 221 (строки 6—7 с конца) [2]: причудливо мифологическая отсылка к лингвистической философии; эта подробность (по счастью) ускользнет от тех, кто не читал Барфилда [3] (мало кто может этим похвастаться), а возможно, и от тех, кто читал. Боюсь, что эту мою штуку на самом деле куда уместнее сравнить с доджсоновской любительской фотографией и его песнью о неудаче Гайаваты /*Аллюзия на шуточное стихотворение Л. Кэрролла «Гайавата фотографирует»*/, нежели с «Алисой».

«Профессор»: Разыгравшийся профессор напоминает купающегося слона, — как заметил сэр Уолтер Рали [4] по поводу профессора Джо Райта, вовсю резвящегося на viva [5]. Строго говоря (как мне кажется), Доджсон был не профессором, а колледжским лектором /*Лектор (lecturer) — третий по старшинству университетский преподаватель после профессора (professor) и ридера (reader)*/, — хотя с моим подвидом он обошелся великодушно, сделав «профессора» самым привлекательным персонажем в «Сильви и Бруно» (разве что вам милее сумасшедший садовник). А почему не «студент»? Это слово хорошо еще и тем, что именно таков был официальный статус Доджсона: студент Крайст-Черч /*Словом «студент» (student) в Крайст-Черч-Колледже Оксфордского университета обозначается не только учащийся (студент в нашем понимании), но и научный работник. Именно таков был официальный статус Ч. Л. Доджсона*/. Если вы считаете, что этот термин удачен и что сопоставление справедливо (для «Хоббита» это немалый комплимент), — следует упомянуть также и «Зазеркалье»: оно куда ближе по всем статьям.....

ДЖ. Р. Р. ТОЛКИН.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. На суперобложке «Хоббита» издатели поместили следующий рекламный текст: «Профессора Толкина, — но только не его издателей! — еще предстоит убедить в том, что всякий захочет прочесть его увлекательнейшую историю о путешествии хоббита».

2. Джордж Гордон, в прошлом — профессор английской литературы в Лидском университете (см. письмо №46), впоследствии получил ту же самую должность в Оксфорде. К 1937 г. он стал ректором Модлин-Колледжа.

3. Р. У. Чеймберз (1874—1942), профессор английского языка в Лондонском университете.

Комментарии по поводу рекламки на суперобложке:

1. Элейн Гриффитc из Сент-Эннз-Колледжа Оксфордского университета; в тридцатые годы работала под началом Толкина как аспирантка. О ее участии в издании «Хоббита» см. письмо №294.

2. «Сказать, что у Бильбо перехватило дух — это вообще не ничего не сказать. С тех пор как изменилось наречие людей, усвоенное ими от эльфов в те дни, когда весь мир был овеян чудом, в языке уже нет слов для того, чтобы описать «потрясенность» бедняги» («Хоббит», глава 12).

3. Оуэн Барфилд, друг К. С. Льюиса и автор «Поэтической речи» (1928), работы о развитии языка начиная с самой ранней его формы, укорененной в мифологии.

4. Сэр Уолтер Рали, профессор английской литературы в Оксфорде в 1904—1922 гг.

5. Viva voce [лат. «живым голосом». — С. Л.] — устные экзамены в Оксфордском университете.

016 К Майклу Толкину

[Второй сын Толкина, Майкл, которому уже исполнилось шестнадцать, учился в школе при Молельне в Беркшире вместе со своим младшим братом Кристофером. В тот момент мальчик очень надеялся, что его возьмут в сборную школы по регби.]

3 октября 1937

Нортмур-Роуд, 20, Оксфорд

Любимейший Мик!

Славно было получить от тебя весточку. Надеюсь, у тебя все хорошо. Мне показалось, новые апартаменты [1] окажутся вполне пристойными, как только их обставят. Очень великодушно с твоей стороны по мере сил по-родственному приглядывать за Крисом. Думаю, поначалу он натворит дел, но вскорости непременно освоится и больше не будет доставлять хлопот ни тебе, ни себе.

Мне страшно жаль, что тебя не взяли в команду (пока). Просто не верится! Однако многие из тех, кого поначалу и отвергли, в конце концов в сборную попадают — и даже завоевывают «цвета» /*Поощрительная награда за спортивные достижения присуждается членам сборной команды школы (обыкновенно галстук, блейзер, брюки, шапка, значок)*/. Вот так и со мной было — и по той же самой причине: слишком легок. Но в один прекрасный день я решил компенсировать недостаток веса (допустимой) жесткостью и уже в конце сезона угодил в капитаны команды факультета /*Школы, подобные этой, делятся на «факультеты» (houses) — своего рода объединения внутри школы; у каждого факультета — своя спортивная команда. Обладатель «цветов» может По праву надеяться войти в сборную школы*/, а в следующем сезоне заслужил «цвета». Но зато уж и пострадал изрядно — помимо всего прочего, чуть без языка не остался, — а поскольку в общем и целом твоей невезучестью я не отличаюсь, по чести говоря, я буду очень даже рад, если ты останешься цел и невредим, пусть и не в команде! Ну, да благословит тебя Господь и сохранит тебя в любом случае. Особых новостей никаких нет. Мама, похоже, страх как полюбила кататься на машине.

С тех пор как тебя нет, мы остались вдвоем, так что теперь мне нужно вывезти ее, П. и Дж. Б. [2] на прогулку, вместо того чтобы поработать за письменным столом. Так что пока все. С огр. любовью,

Твой родной папа.