Уакерос

Еле отбилась, сославшись на необходимость внести выкуп за Крюгера и Думкопфа.

Васкес снабдил её нужной суммой и в качестве личного телохранителя выделил ей Хоакина. Элизабет немного поломалась для порядка, но на самом деле была вне себя от восторга. И сам парень ей нравился, да и ощущение мужского плеча в столь деликатном деле как общение с террористами – вещь немаловажная.

Кузина Труди была явно недовольна их тандемом, но это, как говорится, уже её подробности…

«Нет! – возмущалась про себя Бетси. – Надо быть именно мужчиной, чтобы вот так преспокойненько спать, прикрыв лицо газеткой, когда прямо под тобой, внизу расстилаются земли Колумбии, легендарного Эльдорадо!»

Из прочитанного перед отъездом вспомнилось, что по своей площади Колумбия превышает площадь Великобритании и Германии вместе взятых. Через всю страну сплошной цепью протянулась горные массивы Восточной, Центральной и Западной Кордильер.

К востоку от гор лежит почти не населенная равнинная часть Колумбии – Льянос Ориента – непроходимые джунгли. Движение здесь осуществляется только по рекам.

Восточная Кордильера с запада ограничивается глубокой долиной реки Магдалены – главной водной артерии страны, протянувшейся на сотни километров до северного побережья Колумбии, где она впадает в Карибское море вблизи города-порта Барранкилья. Второй по значимости рекой является Каука, по выходе из горных теснин сливающаяся с Магдаленой и вместе с ней текущая в теплое Карибское море…

– Всем сидеть на своих местах! – диссонансом ворвался в ее размышления резкий, похожий на треск попугая, голос.

Девушка оторвала глаза от расстилающегося внизу пейзажа и взглянула на источник шума.

У шторы, отделяющей кабину самолета от пассажирского салона, стоял коренастый мужчина средних лет в пятнистом маскировочном костюме. Всклокоченные курчавые волосы выбивались из-под черного берета. Пышные бакенбарды переходили в небольшую бородку и усы. Выпуклые, навыкате глаза горели мрачным безумием. В руках новоявленный Че Гевара держал автомат УЗИ израильского производства.

«Этого еще не хватало!» – подумала Бетси и тяжко вздохнула.

Да, она знала, что в Колумбии ей придется столкнуться с террористами, но не так же сразу. Не прямо же в воздухе!

Легонько толкнула локтем в бок Хоакина. Парень скосил на нее глаза и сделал едва заметный знак ресницами, дескать, ситуацию понял.

– Проклятые гринго, слушайте меня внимательно! – продолжал бесноваться захватчик. – Я представитель Объединенных Сил Самозащиты – единственной по-настоящему революционной силы нашей многострадальной Родины!

Понятненько.

Объединенные Силы Самозащиты. Ультраправая боевая организация, противостоящая сразу всем: и правительству, и так называемым «партизанам». По данным правозащитных организаций, семьдесят пять процентов политических убийств, происходящих в Колумбии, лежит на совести боевиков из ОСС.

Значит, дело серьезное. И подходить к решению проблемы тоже следует на полном серьезе.

Но почему он именует всех пассажиров «проклятыми гринго»?

Как заметила при посадке Элизабет, в их авиалайнере собралась достаточно пестрая компания. Добрую её половину составляли мексиканцы и прочие латиносы, было несколько китайцев или японцев, парочка индийцев в национальных костюмах. Собственно «гринго» или людей европейской внешности в салоне наберется не больше десятка.

Видимо, это обстоятельство не смущало Лупоглазого, потому что он продолжал упорно обращаться к пассажирам не иначе как к «гринго», сопровождая презрительную кличку всевозможными уничижительными эпитетами.

– Итак, паршивые гринго, сейчас мы меняем курс и садимся на нашей э-э-э базе. Там, значится, каждый из вас э-э-э пройдет проверку на лояльность к революционному движению… Чтэ? Не понял?! Кому-то что-то не нравится?! Молчать!! Значится, ублюдочные гринго, продолжаю э-э-э. Большую часть из вас наше командование отпустит на все четыре стороны. Мы э-э-э не воюем с честными людьми. Но некоторым э-э-э придется, значится, раскошелиться. Если, конечно, они захотят выбрать свободу, а не смерть!

Довольный своей «революционной» шуткой, террорист заржал, оскалив щербатый рот.

– Чтэ? Всем все понятно? Тогда сидите, и не рыпайтесь! Кто, значится, хоть немного шевельнется, станет покойником.

Он выразительно поводил дулом автомата перед лицами перепуганных пассажиров.

У Бетси почему-то не исчезало ощущение некоторой искусственности, картинности данной ситуации. Что-то было в ней от малобюджетного голливудского боевика. Вот сейчас в салон ворвется непобедимый спецназовец в исполнении Стивена Сигала или Майкла Дудикоффа и лихо расправится с террористом-одиночкой.

Да, вот это действительно странно. Обычно захватчики самолетов не действуют в одиночку. Как правило, их должно быть минимум трое. Один находится в кабине, а двое контролируют ситуацию в салоне.

Она снова хмыкнула. На этот раз достаточно громко. Так, что услышал Лупоглазый.

– Чтэ? Кто это там лыбится? Ну-ка, милашка, двигай, значится, сюда. Хочешь поиграть? Сейчас папа тебе кое-что покажет.

Мисс МакДугал не сдвинулась с места, и это вывело террориста из себя.

– Я не понял! Значится, у тебя плохо э-э-э со слухом? Потаскушка-гринго! Встать! Кому э-э-э сказал!

Он с лязгом передернул затвор автомата и направил его на девушку.

– Иди сюда! И не дергайся! А то получишь третий глаз во лбу!

Кто-то из пассажиров переднего ряда угодливо захихикал, но тут же присмирел под грозным взглядом захватчика.

Элизабет медленно поднялась из своего кресла. Хоакин тоже встал, чтобы дать ей возможность выйти. Шагнул в проход и… исчез.

У вояки от удивления отвисла челюсть, а глаза еще больше вылезли из орбит.

– Это э-э-э чтэ за фортели? Куда он, значится, делся?

– Отвечай! – рявкнул он на мисс МакДугал, выкинув вперед правую руку.

Автоматный ствол уперся девушке прямо в грудь. Неприятный холодок подступил к горлу.

– Где он? Где этот грязный мексикашка?

«Откуда он знает, что Хоакин мексиканец?» – мелькнула и сразу испуганно исчезла мысль.

– Не хочешь говорить? – зловеще обнажил гнилые зубы Лупоглазый. – Ладно! Выбирай сама, что тебе больше по вкусу: третий глаз или третий сосок?

Ствол УЗИ поочередно коснулся лба и груди Элизабет.

«Надоело!»

– Ты меня утомил! – сказала она вслух, заметив, как за спиной террориста образовалась неясная тень. – Сначала научись автомат держать!

С этими словами Бетси изо всех сил двинула Лупоглазого ногой в пах.

Мужик дико взвыл. Автомат в его руках дернулся, а затем куда-то пропал. Сильный удар обрушился прямо на черный берет. Террорист закатил глаза, его рот расплылся в блаженной улыбке. Постояв несколько секунд по стойке смирно, Лупоглазый с грохотом растянулся на полу. На спину ему тут же сел Хоакин и принялся скручивать террористу руки его же собственным ремнем.

Пассажиры в салоне сразу же повскакивали со своих мест, дружно загалдели. Появившаяся как чертик из табакерки стюардесса принялась их успокаивать, говоря, что все уже позади, все уже просто замечательно, а их лайнер с минуты на минуту прибудет в Боготу. Так что просьба ко всем занять свои места и покрепче пристегнуть ремни.

На помощь Хоакину поспешили двое крепких парней, представившихся агентами службы безопасности авиакомпании.

– Где вы раньше-то были? – поинтересовался парень, уступая им свою добычу.

– Извините, сеньор, мы действовали согласно инструкции, – виновато развел руками один из секьюрити. – Главное – безопасность пассажиров. Ведь могли быть жертвы. Он был настроен достаточно серьезно.

Безопасник ткнул террориста в бок носком туфли. Мужик приоткрыл левый глаз и уставился на обидчика.

– Ну-ну!

Секьюрити весь как-то сразу оплыл и съежился, его глазки виновато забегали.

Террорист открыл и второй глаз. Теперь его полный ненависти взгляд был устремлен на стоявших рука об руку Бетси и Хоакина. Он с трудом приподнялся и сел на полу.

– Вы покойники! – процедил сквозь зубы и сплюнул. – Оба! Вам э-э-э ясно? Тебя, мексикашка, значится, сразу в расход пущу! А ты, сиськастая, сначала помучаешься! Сама станешь умолять, чтоб тебя пристрелили.

Хоакин отвесил ему звонкую затрещину. У Лупоглазого аж голова дернулась. Он грязно выругался, а к мексиканцу подскочили безопасники и попросили быть повежливее с арестованным. Ведь тот как никак связан и не может ответить. Его нужно передать представителям закона, что и будет незамедлительно сделано по прибытии в аэропорт. Полиция уже предупреждена по рации.

Юноша пожал плечами и уселся на свое место.

– Странно они себя с ним ведут, – прошептала ему на ухо Элизабет. – Видел, как дернулся тот парень, когда бандит на него цыкнул? Его чуть по полу не размазало…

В аэропорту «Эльдорадо» самолет встречала шумная толпа, сплошь состоявшая из журналистов и полиции.

Террориста сопроводили к черному автомобилю, подкатившему прямо к трапу. Руки бандита освободили от пут и заковали в наручники.

Уже забравшись в машину, Лупоглазый обернулся к спускавшимся по трапу пассажирам и, найдя среди них своих обидчиков, погрозил им указательными пальцами сразу двух рук. Одним это сделать ему было затруднительно.

– Ждите! – пообещал. – Я приду!

Полицейский с лязгом захлопнул дверцу, едва не прищемив арестанту нос.

Кортеж из машин с мигалками, в центре которого находился автомобиль с заключенным, с воем умчался прочь.

Настал черед журналистов.

И тут Элизабет отметила еще одну очень странную особенность.

Ей неоднократно приходилось общаться с пишущей братией. И, как правило, щелкоперы отличались традиционной назойливостью и бесцеремонностью, словно мухи увиваясь вокруг интересующего их объекта. Порой они возникали в самых невероятных местах, вроде уборной комнаты или шкафа-купе. Да и в формулировке вопросов особенно не деликатничали: «Не спали ли вы с собственным отцом?» или «Как вы смотрите на проблему легализации наркотиков и проституции?». И это во время пресс-конференции, посвященной открытию сокровищницы в гробнице фараона Сети I!

Колумбийские представители «четвертой власти» были сдержанны и нелюбопытны. Словно солдаты, которым заранее раздали бумажки с текстом, а они его вызубрили, и теперь по чьей-то незримой команде задают высокому начальству заведомо легкие вопросы, чтобы не дай бог не поставить его в неловкое положение.

Уже первый вопрос, которым ее встретили журналисты, поверг Бетси в легкий шок:

– Как прошел полет?

За ним последовал аналогичный:

– Каковы ваши первые впечатления от Колумбии?

Ну, и такой же третий:

– Вы уже попробовали наш знаменитый колумбийский кофе?

– Черт знает что! – возмутилась мисс МакДугал. – По-моему, вы не о том спрашиваете!

– Да-да! – согласно закивали солдаты пера. – Конечно! Скажите пожалуйста, госпожа баронесса, вы твердо намерены отыскать легендарное Эльдорадо?

Вконец рассерженная англичанка повернулась к Хоакину и отрывисто произнесла:

– Пойдем отсюда, пока я не сделала кого-нибудь калекой!

Журналисты испуганно шарахнулись в разные стороны от разъяренной белокурой бестии.

Отослав носильщика получить их вещи и пройдя все необходимые процедуры, связанные с визами и таможней, молодые люди отправились в местное кафе. Элизабет неоднократно приходилось читать и слышать, что самый вкусный колумбийский кофе в этой стране можно попробовать лишь в аэропорту Эльдорадо, прилетев из-за границы.

– Должны же мы и впрямь продегустировать их «знаменитый кофе», – передразнила девушка журналистов.

Кофе и впрямь был божественным. Вкусный, душистый и невероятно крепкий. Бетси по привычке пила его без сахара, чем несказанно удивила обслуживающий персонал кафе. Официант, подававший им чашки и кофейник, несколько раз переспросил, не желает ли сеньорита сахару. А когда получил очередной сердитый отказ, то поспешно удалился за стойку и принялся что-то рассказывать бармену и двум другим своим коллегам. При этом он энергично жестикулировал и кивал головой в сторону их столика. Колумбийцы цокали языками, закатывали глаза, а бармен даже сделал выразительный жест пальцем у виска.

– По-моему, ты произвела на них неизгладимое впечатление, – усмехнулся Хоакин.

– Ага, что-то вроде пожирательницы огня или шпагоглотательницы. Бесплатный аттракцион! Последняя и единственная гастроль несравненной Элизабет МакДугал! Нервных просим не смотреть!

За второй чашкой кофе девушка изложила парню терзавшие ее сомнения и подозрения.

– У меня ощущение, что мы стали участниками какого-то дешевого балагана, – подытожила она.

– Однако автомат в его руках был отнюдь не муляжом, – возразил юноша. – Жаль, что мне не удалось проверить содержимое магазина.

– Но поведение секьюрити, журналистов? – повторила Бетси. – Как ты это объяснишь? И если самолет свернул с курса, то почему он так быстро приземлился в Боготе, словно и не было никакого отклонения?

– Бог его знает, – пожал плечами молодой человек. – Но это же сплошное сумасшествие! Подыгрывать шизофренику? Тогда кем он может быть? Президентом? Главой парламента? Сомневаюсь.

– Поглядим, что напишет об этом происшествии местная пресса, – разумно рассудила англичанка…

Богота произвела на Бетси благоприятное впечатление.

Она совершенно не походила на Мехико. Хотя и здесь еще можно было увидеть кварталы с неширокими улочками и строениями в колониальном, староиспанском духе, представляющие старый город, но не они характеризовали сегодняшнюю Боготу.

Широкие асфальтированные проспекты – «каррера», увенчанные современными многоэтажными небоскребами в центре. Более мелкие улочки – «калье», располагающиеся перпендикулярно каррерам. Утопающие в цветах уютные коттеджи в предместьях. И зелень, море зелени, расцвеченной пестрым разноцветьем диковинных бутонов.

А вверху неимоверная синь неба, от которой Элизабет уже почти отвыкла в задымленном промышленном гиганте Мехико.

В остальном же столица Колумбии была обычным многомиллионным муравейником-мегаполисом. Перенаселенность, перенасыщенность автомобилями, многочасовые пробки.