Закат или рассвет? Россия: 2000-2008

Россия много времени потеряла, пытаясь нащупать стратегическую линию в своих взаимоотношениях с исламским миром. СССР в свое время оказывал арабским странам военно-политическую поддержку в их конфронтации с Израилем и его союзниками на Западе. Однако экономические и финансовые узы гораздо теснее связывали арабские страны с Западом. Оттого и происходили неожиданные для Кремля конфузы, вроде почти полного разрыва отношений Египта с СССР в 1973 г., когда египтяне выслали всех наших военных советников и, кроме того, отказались платить по военным долгам. Жуликоватый интриган Саддам Хусейн даже не поставил в известность Советский Союз, когда начал войну с Ираном, хотя был обязан сделать это в соответствии с двусторонним Договором о дружбе и взаимопонимании. Помню, как в кабинетах на Старой площади часто повторяли фразу, сказанную когда-то британским разведчиком Лоуренсом Аравийским: «На верность арабов нельзя полагаться, как на ненадежную трость. Она в любой момент может сломаться, и ее осколки вопьются вам в ладонь». Но советское руководство смиряло себя и держалось своего стратегического выбора.

После 1991 года произошла почти полная переориентация нашего государственного курса. Россия установила дипломатические отношения с Израилем, свернула до минимума политические и военно-технические связи с арабским миром. Это было даже не отступление, а паническое бегство. От прежних опорных пунктов остались только контакты с наиболее надежной Сирией и связи с Саддамом Хусейном. До 2000 года в наших отношениях с исламским миром царило обледенение. В арабской прессе нередко появлялись статьи, в которых отмечалось, что даже министры иностранных дел эпохи Б. Ельцина были либо евреями, либо полукровками (А. Козырев, Е. Примаков, И. Иванов). В немалой степени это обстоятельство отразилось на наших внутренних проблемах, когда арабские страны морально и материально поддержали чеченских боевиков, прикрывавшихся флагом ислама. Мы долго муссировали тему об арабских наемниках в Чечне, хотя так и не смогли представить ни своей, ни мировой общественности ни одного пленного араба-наемника.

С приходом к власти В. Путина общая картина стала меняться в сторону разумного прагматизма. До сознания Кремля стало доходить, что односторонняя ориентация на Израиль не принесла нам никаких дивидендов. Личные враги российских законов, вроде В. Гусинского или Л. Невзлина, нашли надежное убежище от правосудия в Израиле, который не выдает «своих». Намертво спаянный тандем США — Израиль по-прежнему прессовал Россию на всех внешнеполитических фронтах. Нараставшая нестабильность на юге страны из-за активизации исламских экстремистов побудила В. Путина внести коррективы в политику России. Самым значительным шагом в этом направлении была поездка В. Путина в Куала-Лумпур, на съезд государств-членов Исламской Конференции в октябре 2003 года. Россия была даже принята в эту Организацию в качестве наблюдателя. В. Путин сидел в зале, где произносились с трибуны жесткие антисионистские и антиизраильские речи.

Россия мудро поступила, не ввязавшись в иракскую войну на стороне США и их союзников. Мы даже не стали ссориться с марионеточным иракским правительством, созданным в условиях оккупации страны иностранными войсками. Мы простили Ираку долги, оставшиеся в наследство от Саддама Хусейна. Россия продолжила строительство атомной электростанции в Иране (Бушере), несмотря на жесткое противодействие со стороны США. И уж совсем Россия удивила мир, когда в феврале 2006 года выразила готовность принять в Москве делегацию «Хамаз», которая победила на парламентских выборах в Палестине, но встретила категорическое непризнание со стороны Израиля и США, где «Хамаз» фигурирует в списках террористических организаций.

В феврале 2007 г. году Президент РФ впервые в истории совершил официальные визиты в Саудовскую Аравию, Иорданию и Катар, что стало публичным подтверждением радикальных перемен в российской стратегии на Ближнем и Среднем Востоке. Прошло время, когда США старались создать сплошную линию конфронтации между Россией и исламским миром от Афганистана до Балкан, теперь им самим приходится искать выхода из тупиков, в которые они загнали себя в исламском мире.

В далекой Латинской Америке Россия, к сожалению, отсутствует как серьезный политический партнер. Потеря по собственной вине центра радиоэлектронной разведки на Кубе резко снизила уровень отношений между Россией и Кубой, подорвала доверие к нашей стране как надежному партнеру. Прежней теплоты уже не вернуть, хотя в 2006–2007 годах Россия постаралась выправить положение, предоставив Кубе заем в 350 млн долларов на приобретение российских товаров. Мы дали кредит на покупку двух самолетов «ИЛ-96», заключили соглашение о порядке погашения долгов за период после 1991 г.

Новым покупателем нашего военно-технического имущества стала Венесуэла, заключившая контракты на приобретение 100 тыс. автоматов Калашникова, 30 самолетов «Су-27» и т. д. Если нынешнему президенту Уго Чавесу удастся укрепить в национальном сознании венесуэльского народа новый политический курс и создать для этого организованную партийную опору, то Россия может получить шанс для серьезного укрепления своих позиций на этом континенте.

США, считавшие Латинскую Америку своим «задним двором» со времен провозглашения пресловутой доктрины Монро, сейчас с удивлением обнаруживают, что их позиции оказываются под угрозой. Их вооруженные силы завязли в Ираке, Афганистане, финансовые ресурсы напряжены до предела (государственный долг исчисляется 5 триллионами долларов), внутри страны потерян консенсус относительно приоритетов внешней политики. На вчерашний «задний двор» США активно проникают вездесущий Китай, Япония. Если бы наша бизнес-элита была более предприимчивой, то и для России там нашлось бы хорошее место под солнцем, но там надо работать, а «наши» привыкли «пилить» готовые деньги.

Какими бы важными ни были наши отношения со странами дальнего зарубежья, все-таки прежде всего и больнее всего нас касается обстановка в непосредственном окружении России, в странах так называемого ближнего зарубежья, вчерашних республиках СССР, составлявших вместе с Россией единый хозяйственный организм. Деление зарубежных стран на дальнее и ближнее зарубежье является атавистическим остатком нашего мышления 90-х годов прошлого столетия. В новых постсоветских государствах остались жить 25 млн русских людей, оказавшихся внезапно «пониженными в должности»: с положения старших братьев — в национальные меньшинства, в этнических изгоев. С горечью приходится признать, что всякие попытки создать какие-либо объединительные структуры между новыми государствами, возникшими на территории бывшего СССР, оказались полностью провальными. Более 15 лет болталась перед глазами общественности эфемерная идея Содружества независимых государств, собирались саммиты, принимались кучи документов, суетились чиновники, изображавшие активную деятельность, но все было обычным мыльным пузырем, имитацией дружбы и готовности к сотрудничеству.

Главы государств-членов СНГ на глазах общественности своих стран «валяли Ваньку» (была такая деревянная кукла-игрушка, в основание которой был залит свинец, и всякая попытка повалить «Ваньку» оканчивалась неудачей, он неизменно принимал вертикальное положение). Только к 2006–2007 году разговоры о СНГ стали быстро глохнуть, эту «организацию» стали называть «бюро по цивилизованному разводу бывших республик». Это стало признанием горькой реальности. За 17 лет существования СНГ не было создано ни одного наднационального органа, не было принято ни одного документа, обязательного для выполнения всеми участниками, никто в мире и не воспринимал СНГ как субъект международных отношений. Просто никто из участников СНГ не хотел честно и открыто сказать правду о своем отношении к этой «организации» и выйти из нее. СНГ и по сей день существует ни живым ни мертвым, хотя другой дороги у него, кроме как на историческое кладбище, нет.

Следует признать, что как США не справились со своей ролью единственной сверхдержавы в мире, свалившейся на их голову после самораспада СССР и социалистической системы в мире, так и Россия не смогла сыграть роль ведущей региональной силы в том районе, который она справедливо считала зоной своих особых жизненных интересов. Центробежные тенденции оказались куда сильнее центростремительных. Немалая ответственность лежит, разумеется, на России, которая создавала веками великую империю, а теперь внезапно утратила способность к объединению. Ее политические руководители не сумели родить никакой привлекательной идеи. Сама внутриполитическая и социально-экономическая жизнь России, изобиловавшая острыми гражданскими конфликтами (чего стоит только расстрел из танковых орудий Верховного Совета в 1993 г), финансовыми потрясениями вроде дефолта 1998 года и т. д., не содействовала росту авторитета страны на постсоветском пространстве, Автору лично приходилось видеть на улицах Киева в 2004–2005 гг. лозунги типа такого; «Не хотим жить под игом российских олигархов!». Очень быстро осознание новой исторической реальности пришло к Кремлю, который даже ликвидировал созданное вначале Министерство по делам СНГ, и стал выстраивать отношения с ближайшими соседями на двусторонней основе. К моменту прихода к власти В. Путина никакой романтикой в отношениях со странами СНГ уже и не пахло.

На Украину был направлен послом Виктор Черномырдин, политический «тяжеловес» ельцинской поры. Обоснованием для его назначения был как раз практический вопрос — ему поручалось отрегулировать проблемы с украинской задолженностью за российский газ. Дружба дружбой, а табачок врозь. Началась тяжелая многолетняя тяжба, не прекращающаяся до сих пор, в ходе которой Россия потерпела одно из самых горьких поражений. Она просмотрела созревание и свершение на Украине «оранжевой революции» в 2004–2005 гг., которая привела к закреплению и резкому усилению в политике этой страны антироссийских тенденций. Нынешние украинские власти публично заявили о своей стратегической цели — вступлении в Евросоюз и НАТО, с сохранением для России только роли важного партнера.

Россия в течение многих лет обманывалась в своих оценках глубинных процессов, протекавших в Украине. Виной тому были ее бездарные, насквозь коррумпированные чиновники во главе с В. Черномырдиным, которые слали в Москву утешительные докладные. Они подобрали на роль «пророссийского» кандидата на пост украинского президента явно неподходящую кандидатуру Виктора Януковича, имевшего зримые уязвимые слабости в виде двух судимостей в прошлые годы, слабо подготовленного политически, не имевшего к тому же необходимых волевых качеств. Российский бизнес в Украине работал в противоход российской государственной политике. Бизнес преследовал только свои корпоративные интересы, мало заботясь об общероссийских, не отдавая отчета в том, что поражение России будет означать и для них наступление «черных времен». Сиюминутность интересов взяла верх над стратегическими соображениями. Так и получилось, что часть российского бизнеса в Украине встала на сторону прозападного кандидата Виктора Ющенко.

Выборы украинского президента состоялись 31 октября 2004 года, и первый подсчет результатов дал преимущество В. Януковичу, но сторонники В. Ющенко отказались признать законными итоги выборов, начали кампанию гражданского неповиновения, создали на центральной площади г. Киева — Майдане палаточный протестный городок. После долгих препирательств в Центризбиркоме было назначено повторное голосование, в результате которого с небольшим преимуществом победил уже В. Ющенко. Это было уже победой «оранжевой» революции. А ведь советники нашего президента убедили его совершить явные ошибки. Он успел до дня выборов съездить в Украину под предлогом празднования 60-летия освобождения Украины от фашистской оккупации, что было расценено как прямая политическая поддержка В. Януковича и, кроме того, В. Путин поздравил после первого тура голосования В. Януковича с победой на выборах, а победа улетела из рук, как выпущенный воробышек.

Россия жертвовала многим, чтобы поддержать неверно выбранную линию. Мы отменили взимание НДС на поставляемую в Украину нефть, что дало нашей соседке прямую денежную выгоду в размере 1 млрд долларов. Мы уступили упорству Киева, который настаивал на подписании Соглашения о демаркации сухопутной границы и в то же время категорически отказывался искать взаимоприемлемого решения о морских границах с Россией, претендуя на полный контроль над Керченским проливом. Украина намеренно раздувала конфликтную ситуацию вокруг крошечной песчаной косы Тузлы, расположенной при входе в Керченский пролив, требуя признания украинского суверенитета над ней.

Украина недвусмысленно заявила, что не намерена больше продлевать срок аренды военно-морской базы в Севастополе, который заканчивается в 2017 году. Вокруг нашего флота в Севастополе постоянно нагнетается нетерпимая обстановка, раз за разом украинские власти отбирают у российских моряков маяки, полигоны, компоненты флотской инфраструктуры (бани, пекарни и т. д.), земельные участки. Осенью 2007 года Киев вообще сделал официальное заявление, что не позволит нашему флоту выходить в открытое море, если не получит полной и исчерпывающей информации о цели, сроках похода. В этом предупреждении сказано, что Украина не разрешит нашему флоту участвовать в каких-либо военных действиях против третьих стран. Демарш Украины последовал сразу после того, как отряд российских военных кораблей впервые после долгого перерыва вышел в просторы Мирового океана.

Можно было бы долго перечислять ступени недружественной эскалации напряженности в отношениях между Россией и Украиной, но нельзя не затронуть вопроса о поставках российского газа в Украину. В самых общих цифрах ситуация выглядела следующим образом: через газопроводы, проходящие по территории Украины, мы поставляем в Западную Европу 125 млрд кубометров природного газа. Примерно 25 млрд кубометров мы платили натурой Украине за прокачку газа в Европу. Но вот эта самая плата «натурой» оказалась многолетней финансовой ловушкой для России. В то время как наши западноевропейские партнеры получали газ по цене 160 долларов за 1 тыс. кубов (с 1.1.2006 г. по 255 долларов), Украина получала такой же газ по цене всего в 50 долларов за 1 тыс. кубометров. Все предыдущие годы не прекращались скандалы вокруг темы так называемого несанкционированного изъятия газа из трубопроводов, т. е. прямого воровства. Только в начале 2006 года, когда антироссийский курс Украины стал очевидным, Россия устами В. Путина вдруг вспомнила о своих чудовищных потерях и поставила вопрос ребром: либо Украина платит за газ по рыночным ценам, либо мы будем жаловаться европейцам, что Украина мешает их теплоснабжению. Общие убытки «Газпрома» в отношениях с Украиной оценивались в 5 млрд долларов.

Никто не может вразумительно объяснить, почему Россия столь расточительно строила свои отношения до 2006 г. и почему вспомнила об этом только в середине второго срока администрации В. Путина. Сам российский президент однажды сказал журналистам, что, дескать, Россия субсидировала экономику соседних стран для укрепления их независимости и демократии (!?). После таких слов впору схватиться за голову — хоть стой, хоть падай!

Размеры газовых долгов Украины — кроссворд, не поддающийся разгадке. Подсчеты, проведенные с участием третьих сторон, дали цифру в 2,5 млрд долларов, а после того как над этой проблемой «поработал» В. Черномырдин, цифра съежилась до 1,5 млрд, да и эти средства мы получили не живыми деньгами, а старыми самолетами стратегической авиации «ТУ-95» и «ТУ-160», которые остались в момент распада СССР на украинской территории.

18 декабря 2007 года Верховная рада Украины поручила формирование правительства Юлии Тимошенко. В его состав вошли министры, за которыми давно тянется слава противников России. В. Янукович, который длительное время еще оставался на посту премьер-министра, отправлен в отставку, и теперь для дрейфа Украины на Запад нет никаких препятствий. Сами нынешние руководители украинского правительства называют свой курс в отношении России «вечным невозвращением».

Апофеозом коллапса российской политики на украинском направлении является признание В. Путина, сделанное им в беседе с В. Януковичем в его последний приезд в Москву в июне 2007 г., когда наш президент сказал: «Я не могу разобраться в хитросплетениях политического кризиса на Украине. У вас нет оппозиции, у вас все у власти. Кто у вас оппозиция? Я что-то никак не могу разобраться». Эти слова — приговор бестолковщине всей российской политики на украинском направлении.

Отношения между Россией и Белоруссией правильнее всего характеризовать как застой на политическом фронте и последовательное укрепление торгово-экономических и гуманитарных связей. В 1996 году, когда Б. Ельцину понадобилось выбросить какой-то привлекательный, окрашенный патриотизмом внешнеполитический проект накануне предстоявших президентских выборов, он пригласил А. Лукашенко в Москву и они вместе на Соборной площади Кремля в присутствии Святейшего Патриарха Алексия П, под колокольный звон объявили о намерении создать единое Союзное государство России и Белоруссии. Это вызвало мощный взрыв энтузиазма в обеих странах. В самом деле: в Белоруссии население на 98 % говорит по-русски, у нас одна история, одна судьба. Население в обеих странах православное, и духовное поле единое — Белорусская Православная церковь подчиняется Московской патриархии. Экономически мы неразрывно связаны друг с другом. Белоруссия в советские времена была своеобразным «сборочным цехом» СССР. Даже сейчас большегрузные автомобили марок «БелАз» и «МАЗ» на 70 % состоят из комплектующих, производимых на российских предприятиях. Белоруссия является вторым (!) нашим партнером во внешней торговле, уступая только Германии. По ее территории проходят магистральные нефтепроводы и газопроводы, по которым мы отправляем в Западную Европу более половины нашего экспорта нефти (более 100 млн тонн) и 20 % нашего экспорта газа (23 млрд кубометров).

У нас с Белоруссией существует единое оборонное пространство, мы совместно охраняем наши границы, мы несравненно дальше продвинулись в создании единого экономического пространства, чем с каким-либо другим государством. Пассажиров, пересекающих российско-белорусскую границу, не беспокоят таможенные или миграционные власти, белорусские граждане пользуются в России практически такими же правами, как и россияне. Казалось бы, есть все основания для завершения строительства единого государства. Однако есть самая «малость», которая застопорила весь объединительный процесс. Она заключается в определении статуса Белоруссии в будущем Союзном государстве и в судьбе руководителей обоих государств. Неосторожное заявление В. Путина о том, что Белоруссия должна войти в состав России на правах обыкновенного субъекта Федерации, вызвало открытое неприятие со стороны руководства Белоруссии. В самом деле, если «новые русские» научились любить свой суверенитет и извлекать из него свою пользу, то надо понимать, что и «новые белорусы» успели почувствовать вкус суверенитета.

В социально-экономических моделях, сложившихся в наших странах, есть заметные различия. Россия, где прошла «дикая приватизация», имеет очень высокий уровень частного сектора в экономике. В Белоруссии приватизация идет гораздо более медленными темпами, по общемировым стандартам (без ваучеризации и залоговых аукционов), при аудиторской оценке стоимости имущества и оплате его наличными средствами. У них и сейчас больше половины ВВП производится на государственных предприятиях. Кремль попробовал нажать на белорусских партнеров, требуя ускорения выравнивания характеристик национальных экономик, заявляя, что, дескать, сначала надо углубить приватизацию, а потом думать о политическом союзе. Всем памятна знаменитая фраза В. Путина: «Мухи отдельно, котлеты отдельно!». В Белоруссии ее расценили однозначно — как желание российских толстосумов, у которых имеются огромные денежные ресурсы, скупить активы белорусских предприятий, Когда белорусская сторона предложила «Газпрому» купить акции «Белтрансгаза» по рыночной цене, за 5 млрд долларов, то в ответ получила «газовую атаку» в виде резкого повышения цен на поставляемый в Белоруссию газ, что сильно испортило наши отношения. Российский бизнес и политика часто идут не в ногу, мешают друг другу, что мы видели на примере Украины,

— этот феномен повторился и в российско-белорусских отношениях. Стратегию путают с сиюминутными выгодами, национальные интересы государства с клановыми прибылями. Нам следовало бы брать пример с американцев, где бизнес никогда не перечит общегосударственным интересам. Если, например, Вашингтон объявляет блокаду Кубе или какому-то другому государству, то никакая коммерческая структура, независимо от ее размеров и влияния, не осмелится действовать вопреки принятому решению. Нигде в мире экономические соображения не принимались всерьез, когда речь шла о крупных объединительных процессах. ФРГ и ГДР, Северный и Южный Йемен, Северный и Южный Вьетнам, Китай и Гонконг и т. д. и т. п. — нигде экономика не стала препятствием для объединения.

Сейчас объединительный процесс между Россией и Белоруссией находится в состоянии очевидного застоя. Разработанный до деталей Конституционный акт (замена Конституции) лежит без движения несколько лет, собирается время от времени Высший государственный совет, в который входят от каждого государства по четыре человека (глава государства, премьер-министр и два председателя палат парламента), чтобы только отметиться, что он еще жив. Вместо полнокровного Союзного парламента действует «бесполое» Парламентское собрание России и Белоруссии. Первоначально думали создать Совет министров Союзного государства, но до сих работает его «эрзац» в виде Постоянного комитета Союзного государства во главе с небезызвестным Павлом Бородиным.

Время работает против идеи объединения России и Белоруссии. С каждым годом становится все меньше людей, которые жили в едином государстве СССР и помнят преимущества той жизни, в активный возраст входят новые поколения, для которых объединение с Россией не является приоритетной целью. Российские средства массовой информации по разным причинам внесли свой огромный разрушительный вклад в дело дискредитации идеи объединения России и Белоруссии. Если всем противникам идеи Союзного государства удастся добиться своей конечной цели, то это будет вторым крупнейшим политическим поражением России в ближнем зарубежье. Чтобы переломить нынешнюю стагнацию, видимо, придется дождаться смены нынешнего поколения руководителей в России и Белоруссии.

Похоже, что надолго испорчены и наши отношения с Молдовой, камнем преткновения в которых остается проблема Приднестровской республики, самопровозглашенной и никем не признанной, но сохраняющей свою живучесть уже в течение 17 лет. На территории Приднестровья находились крупные склады вооружения и военного имущества бывшего СССР, перешедшие в собственность России, и до сих пор там сохраняется небольшой контингент военнослужащих РФ, которые охраняют эти склады. Руководство Молдовы полагает, что присутствие этого воинского контингента и политическая поддержка со стороны России Приднестровья являются единственным препятствием для воссоединения страны, поэтому настойчиво ищет союзников для выдавливания России из этого региона. После победы «оранжевой революции» в Украине Кишинев получил важного союзника. Все западные страны уже давно и настойчиво требуют от России убраться из Приднестровья в соответствии со Стамбульскими соглашениями от 1999 года. Запад простил Молдове все ее внешние долги как наиболее бедному государству и упорно тянет ее в НАТО.

Россия не может определить свою конечную цель, а следовательно и линию для ее достижения, в этом регионе. Мы растягиваем как можно дольше эвакуацию военных грузов из Приднестровья, потому что их охрана остается единственным оправданием для присутствия там наших военнослужащих. Мы создаем искусственные конфликты в отношениях с Молдовой вроде запрета импорта на их дешевые вина в Россию под предлогом их несоответствия нашим санитарным нормам. За этим просматриваются клановые интересы российского бизнеса, прежних импортеров отстранили, а новых не создали. Кто-то под предлогом погашения молдавских долгов использует время для приобретения в этой республике хозяйственных активов. Сколько времени продлится такая неопределенность, сказать трудно, но скорее всего Россия окажется вынужденной уйти из Молдовы и Приднестровья. Частный российский бизнес успеет захватить какие-то куски собственности, но государственная политика, безусловно, окажется скомпрометированной.

Еще хуже сложились наши отношения с Грузией. Снова, как и в случае с Молдовой, «притчей во языцех» оказались две самопровозглашенные и непризнанные республики — Абхазия и Южная Осетия. Россия столкнулась с тем фактом, что после 1991 все грузинские правительства оказывались крайне антироссийскими. Почти два века Грузия входила в состав Российской Империи и СССР и пользовалась огромными преимуществами, вытекавшими из ее географического положения (знаменитая «монополия» на цветочную, фруктовую продукцию, привилегированное место отдыха и т. д.) и политической исключительности в силу присутствия в советском руководстве таких фигур, как И. Сталин, Л. Берия, С. Орджоникидзе и др. Легкое приобретение независимости вскружило голову новым руководителям Грузии. Никогда не угасавший национализм полыхнул обжигающим огнем. От Грузии отшатнулись Аджария, Абхазия, Южная Осетия, напуганные великодержавием Тбилиси. Отколовшиеся национальные окраины стали искать моральной поддержки и обыкновенной помощи у России, больше обращаться было не к кому.

Россия оказалась перед дилеммой: поддерживать единство Грузии или активно работать на укрепление отделившихся автономий. Решить эту проблему Россия не сумела, как тот буриданов осел, умерший от голода только потому что не мог решить, из какой охапки сена — правой или левой — надо есть. До сегодняшнего дня официально, на международно-правовом поле, Россия рассматривает Грузию как единое государство. Был даже период, когда Россия объявляла бойкот Абхазии и закрывала свою границу с ней, и открыла ее только по соображениям гуманитарного характера. Но в практической политике Россия оказывает поддержку властям непризнанных республик, она ведет с ними торговые операции, участвует в восстановлении путей сообщения, гарантирует спокойствие и неприкосновенность их границ путем дислокации (по трехсторонней договоренности между Грузией, Россией и властями непризнанных республик) российских воинских миротворческих контингентов.

Более 180 тыс. жителей Абхазии и Южной Осетии приняли российское гражданство, тем самым российские власти взяли на себя ответственность за их безопасность. Но в то же время все попытки властей непризнанных республик добиться принятия их в состав России были встречены ледяным молчанием со стороны Москвы, что порождает среди населения этих «государств» чувство неуверенности в своем будущем и недовольство непредсказуемой политикой России. Люди, принявшие российское гражданство, не чувствуют себя полноправными гражданами России, потому что на них не распространяются многие права и льготы, которыми пользуются жители коренной России (например, они не могут рассчитывать на получение материнского капитала в случае рождения второго и последующих детей).

Грузинскому президенту М. Саакашвили удалось сломить сепаратизм в Аджарии и восстановить в Батуми власть центрального правительства, потому что у Аджарии нет общей границы с Россией, но все попытки повторить этот сценарий в Абхазии и Южной Осетии терпят пока провал, что только увеличивает конфликтный накал в отношениях между Грузией и Россией. Грузинское правительство все усилия на международной арене направляет на то, чтобы добиться замены российского миротворческого контингента в Абхазии и Южной Осетии на международные силы, полагая, что таким образом удастся «кнутом или пряником» заставить мятежные автономии вернуться под власть Тбилиси. Но этот вариант сопряжен с опасностью серьезной гуманитарной катастрофы из-за накопившегося груза национальной непримиримости.

Решение США и западных держав добиться полной государственной независимости от Сербии для Косова может оказаться прецедентом для решения вопроса и о других непризнанных государствах мира, в том числе и находящихся на территории Грузии.

Российские войска, ранее дислоцированные в Грузии, после длительной и крикливой кампании, инсценированной М. Саакашвили, с требованием их скорейшего вывода, покинули грузинскую территорию и частично перебазировались в Армению, оставшуюся последним надежным партнером России в Закавказье, а частично вернулись на родину. Чем дольше тянется период конфликтности и неприязни между Грузией и Россией, тем хуже для народов обеих стран. Закрепляются стереотипы непримиримости, новые поколения впитывают в себя желчь противоречий. В нынешней Грузии даже те политические силы, которые настроены оппозиционно по отношению к М. Саакашвили, не выступают за нормализацию отношений с Россией.

Отношения с Азербайджаном носят натянутый, но внешне бесконфликтный характер. Россия не сможет забыть, что в годы двух чеченских войн эта республика использовалась сепаратистскими боевиками для отдыха, лечения, связей с арабскими странами. За последние годы Баку стал опорным пунктом для политики США в Каспийском регионе. Там берет начало стратегический нефтепровод Баку — Джейхан, который построен, чтобы обеспечить выход нефти из этого региона на Запад, минуя российские проводные системы. Одно время активно муссировались слухи о возможности размещения на Апшеронском полуострове военно-воздушной базы США. Они основаны на том, что США сразу после 1991 г. объявили Каспийскую впадину зоной своих жизненных интересов, а по оценкам западных экспертов запасы нефти и газа в прикаспийском регионе уступают только зоне Персидского залива.

Поскольку Россия выбрала Армению в качестве своего опорного пункта в Закавказье, то одно это определяет антироссийскую позицию Азербайджана. Постепенно из наиболее недружественных по отношению к России постсоветских государств стал даже формироваться своеобразный блок, названный ГУАМ (Грузия, Украина, Азербайджан, Молдова). Пока его контуры недостаточно четко определены, но он чем-то напоминает ушедшую в историю Малую Антанту («сердечное согласие»), которая в 20–30 е годы XX века была призвана сыграть роль «санитарного кордона», отделявшего Советскую Россию от Западной Европы. Любые антироссийские инициативы неизменно получают поддержку с Запада, что и происходит с блоком ГУАМ.

В Средней Азии общей тенденцией в политике новых государств является четко обозначившееся стремление уйти от односторонней ориентации на Россию, найти новых партнеров в лице Запада, Китая и Ирана. Особенно это заметно на примере Казахстана. Нурсултан Назарбаев — пожизненный президент Казахстана — перенес столицу страны из Алма-Аты в город Астану (бывший Целиноград), чтобы сконцентрировать административный аппарат, силовые структуры в тех местах, где раньше было почти монолитное русское население (оно составляет 30 % всего населения Казахстана). Выдавливание всего русского из общественно-политической жизни страны идет последовательно и неуклонно. Русские практически устранены из управленческих структур, их представительство в законодательных органах сведено к минимуму, все государственное делопроизводство к 2010 году будет переведено на казахский язык.

Российский капитал в Казахстане занимает всего лишь пятое место, после США, Южной Кореи, Великобритании и даже Нидерландов. Если раньше (до 2004 г.) Казахстан отправлял на Запад 32 млн тонн нефти (из общего объема добычи более 50 млн тонн) через российские нефтепроводы, то сейчас построен и открыт прямой нефтепровод Казахстан — Китай пропускной способностью в 20 млн тонн в год. Казахстан участвует в финансировании нефтепроводного проекта Баку — Джейхан, чтобы иметь альтернативный путь для вывоза своей нефти на Запад.

С помощью США Казахстан строит военно-морскую базу на Каспийском море в порту Актау. Не прекращая посылать своих военных курсантов на учебу в Россию, Назарбаев направляет также своих специалистов в США, Китай, Индию и Турцию для получения высшего военного образования. Казахстан участвует в войне в Ираке на стороне США и их союзников, послав в эту ближневосточную страну 32 военнослужащих — специалистов по минному делу. Когда во время интервью с министром обороны Казахстана Мухтаром Алтынбаевым (2004 г.) ему был задан вопрос о роли американцев в Средней Азии, он ответил: «Пока американцы в Средней Азии играют в целом позитивную роль, ну а что будет дальше, покажет время». Со своей стороны США в знак благодарности и признательности за такую тихую, но удобную для США политику, закрывают глаза на все нарушения демократии, которые происходят на каждом шагу в Казахстане. Отметятся для галочки двумя-тремя «осуждающими» фразами, и дальше молчок.

Россия продлила в 2004 г. срок аренды космодрома в Байконуре до 2050 года, по стабильной плате в 115 млн долларов в год; со своей стороны мы построим на заводе им. М.В. Хруничева первый казахский геостационарный спутник связи. В целом отношения с Казахстаном носят прагматический характер и строятся на взаимовыгодной основе.

До 2005 года Запад рассматривал Узбекистан в качестве своего основного партнера в Средней Азии, что соответствовало также интересам Ислама Каримова, который, не колеблясь, предоставил США военно-воздушную базу на своей территории «для борьбы с международным терроризмом». Но случилось непредвиденное: в мае 2005 года в Андижане, столице Ферганской долины, вспыхнули массовые антиправительственные выступления, переросшие в уличные беспорядки и попытки силового захвата правительственных зданий. Войска и силы МВД применили оружие и открыли огонь на поражение, что привело к многочисленным жертвам среди мирного населения. Общественность так никогда и не узнала об общем количестве погибших, но западные источники говорили о более 500 убитых и 2 тыс. раненых. Характер выступления также трактовался противоречиво. Правительство утверждало, что имело место выступление исламистских радикалов, в то время как западники говорили, что речь шла о попытке очередной «оранжевой революции» в защиту демократии и прав человека.

Шквал обвинений со стороны Запада в адрес президента Узбекистана И. Каримова в нарушении демократии привел к тому, что узбекское правительство предложило американцам убраться из страны, военно-воздушная база США была закрыта, и Ташкенту ничего другого не осталось, как опереться на Москву, которая благоразумно помалкивала, понимая, что ей без особых усилий представилась возможность укрепить свои позиции в регионе.

После смерти 21 декабря 2006 года пожизненного президента Туркменистана Сапармурата Ниязова (Туркменбаши), проводившего невразумительную политику изоляции своей страны от внешних влияний, наметились положительные перемены в политике Туркменистана по отношению к России. Новое руководство в лице президента Турбангулы Бердымухаме-дова стало действовать более открыто. Было подписано новое соглашение о транспортировке туркменского газа в Европу через российскую трубопроводную систему, достигнуты договоренности о цене прокачки газа и о его поставках в Россию в те регионы, куда легче и проще доставить туркменский газ.

С Таджикистаном Россию связывают более тесные узы. В 90-е годы российские воинские части, дислоцированные в этой республике, помогли положить конец кровопролитной гражданской войне и утвердить у власти нынешнего президента Эмомали Рахмонова. Спасаясь от кошмара братоубийственного конфликта, в Россию хлынула мощная волна эмиграции, сейчас в РФ проживают более 500 тыс. таджиков. Большинство из них занято на строительных работах, но, увы, часть оказалась вовлеченной в наркобизнес, который стал процветающим промыслом в Таджикистане,

Соседний Афганистан, после вывода оттуда советских войск, превратился в основного производителя в мире опиумного мака. По оценкам экспертов ООН на долю Афганистана приходится сейчас 95 % производства героина в мире. США, активно подавляющие производство и торговлю наркотиками в западном полушарии, где оно представляет серьезную угрозу для здоровья населения США, совершенно безучастно к разрастанию наркотической угрозы, исходящей из Афганистана. Ведь афганские наркотики распространяются в первую очередь через Таджикистан в Россию, через Иран в Турцию и на Балканы и на юг через Пакистан и Индию, т. е. поражают народы, которые должны быть ослаблены в интересах США.

Россия была вынуждена уступить просьбам властей Таджикистана и снять свои пограничные войска с афган о-таджикской границы, что устранило основные препятствия на пути наркотранзита в Россию. Поезда и самолеты, прибывающие из Душанбе, стали самыми проблемными для наших таможенников и миграционных служб. Повышенная терпимость российской власти к наркотической угрозе, возможно, объясняется тем, что крупный российский бизнес имеет большие интересы в горнорудной промышленности Таджикистана и особенно в производстве алюминия.

В самой далекой и самой бедной республике — Киргизии, являющейся к тому же политически очень нестабильной из-за непрекращающейся борьбы кланов за власть, позиции России относительно устойчивы. Большое беспокойство в Москве вызвало появление в 2002 году в Киргизии американской военно-воздушной базы, но тогдашний президент Аскар Акаев быстро компенсировал образовавшийся перекос тем, что предложил России создать свою собственную базу ВВС в местечке Кант в 30 километрах от столицы Бишкека и всего в 20 км от американской военно-воздушной базы. Так и живут бок о бок партнеры-соперники, не особо вмешиваясь в бурную политическую жизнь Киргизии, где в 2005 г. был свергнут президент Аскар Акаев, и с тех пор ситуация остается чреватой потрясениями.

В целом все центральноазиатские страны в своих нынешних отношениях с Россией лучше всего характеризуются словами известной песни В. Высоцкого: «И не друг, и не враг, а так…».

Даже краткий обзор внешней политики России во времена администрации В. Путина свидетельствует о том, что Россия в значительной степени восстановила свою весомую роль в мировых делах. Ее голос перестал быть просительным и заискивающим, как во времена Б. Ельцина, когда судьба власти зависела напрямую от того, дадут ей очередной заем на Западе или нет. О России заговорили на Западе с уважением и даже некоторым страхом. Очень влиятельный американский журнал «Тайм» избрал В. Путина Человеком года — 2007 с мотивировкой «За укрепление стабильности и повышение роли России в мире». Вполне заслуженно!

Карман, полный денег, делает высокомерными и заносчивыми большинство представителей класса «новых русских». К сожалению, иногда задиристые нотки слышны и в речах российских руководителей, склонных к тому, чтобы похвастаться и погрозить. Полезнее и практичнее было бы проявлять сдержанность, в духе православного христианства. Нам пока, честно говоря, нечем особо хвастаться и нечем грозить. Неплохо брать пример с Китая, который говорит много меньше, а делает несравненно больше.

Если в дальнем зарубежье российские позиции можно считать восстановленными, то, к сожалению, наша внешняя политика в постсоветских государствах в целом потерпела больше провалов, нежели одержала побед. По существу так и не была выработана стратегическая линия поведения в ближнем зарубежье. Семь бывших союзных республик из 15-ти — три Прибалтийские и государства-члены ГУАМ — занимают откровенно антироссийские позиции. Отношения с остальными имеют свои плюсы и минусы, но мы не можем найти среди них действительно надежного и верного союзника. Российская социально-экономическая модель не оказалась достаточно привлекательной, чтобы вызвать симпатии широких народных масс в сопредельных государствах и тем самым оказать давление снизу на правящие круги постсоветских государств. Более того, Россия нередко является убежищем для тех политических деятелей из стран ближнего зарубежья, которые оказались отвергнутыми по тем или иным причинам народами своих стран. В Москве осели бывший президент Азербайджана А. Муталибов, бывший президент Киргизии А. Акаев, бывший руководитель Аджарии Аслан Абашидзе и многие другие. Остается надеяться, что те программы развития, тот рост народного благосостояния, те параметры духовного подъема, которые намечаются сейчас на ближайшие годы в России, превратят нашу страну в широкоформатную региональную державу.

От наемного менеджера до национального лидера

Простого взгляда на историю России достаточно, чтобы понять, что В. Путин совершил одну из самых головокружительных по скорости карьер в условиях спокойного мирного времени, без войн и революций. Он сам сказал о себе в интервью американскому журналу «Тайм» 20 декабря 2007 г.: «Я приехал в Москву из Петербурга летом 1996 года, в августе. Через три года, в августе 1999-го, я стал уже Председателем правительства России. А еще через полгода стал президентом. Ведь я приехал в Москву в 1996 году, у меня не было каких-то больших связей, друзей, на которых я мог опереться, нет. Мне кажется, что все это произошло потому, что близкие люди первого Президента России господина Ельцина осознали, что я буду абсолютно искренне и с полной отдачей сил исполнять эти обязанности, буду честен по отношению к первому президенту…». Такого молниеносного взлета на вершину политической власти в мирных условиях Россия еще не знала. Такой феномен возможен в стране с инфантильным гражданским сознанием большинства населения, неразвитостью общественно-политических институтов и бесконтрольной исполнительной властью. Выборы преемника заменяются назначением. Такая процедура чем-то напоминает решение Петра I, когда он заменил традиционный порядок престолонаследия в России (по старшинству по мужской линии) на произвольное назначение очередного монарха по завещанию действующего.

Скромный петербургский чиновник В. Путин, оказавшийся в Москве без крупного состояния, без поддерживающей его политической силы, без связей, должен был чем-то привлечь внимание Б. Ельцина. За спиной у В. Путина было тяжелое поражение на выборах его учителя и покровителя А. Собчака, претендовавшего на второй срок в качестве губернатора Санкт-Петербурга. Единственное, чем он мог завоевать доверие и войти в Семью, была демонстрация преданности и надежности (кроме рекомендаций А. Собчака). Такой шанс представился ему на посту директора ФСБ, когда он организовал ловушку-западню для строптивого Генерального прокурора РФ Ю. Скуратова, заманив последнего в общество женщин более чем легкого поведения, засняв все происходившее там скрытой телевизионной камерой и показав эту компрометирующую пленку по федеральным каналам телевидения. Один из опасных противников Б. Ельцина был, таким образом, политически уничтожен.

Вскоре возникла другая смертельная опасность для агонизирующего Б. Ельцина: коммунисты, располагавшие тогда, в 1999 году, большим числом голосов в Государственной думе, решили начать процедуру импичмента, т. е. насильственного отрешения действовавшего президента от власти. Против Б. Ельцина было выдвинуто пять пунктов обвинений. Ему инкриминировали государственную измену в форме Беловежских соглашений, приведших к распаду СССР, расстрел в октябре 1993 г. здания Верховного Совета и насильственный захват власти, самовольную кровавую военную операцию в Чечне, развал обороноспособности страны, геноцид российского народа. Обстановка в Государственной думе была такова, что решение о начале процедуры импичмента могло быть принято с большой степенью вероятности. Тогда В. Путин вновь оказал бесценную услугу Б. Ельцину: именно юристы и аппарат ФСБ разработали правовую аргументацию в защиту Б. Ельцина. Кроме этого в ход были пущены все дозволенные и недозволенные методы давления на депутатов, чтобы склонить их голоса на сторону президента. Главными были подкуп и угрозы. С огромными усилиями ситуацию удалось спасти, но эта «Пиррова победа» стала предпосылкой для «добровольной» отставки Б.Ельцина в декабре 1999 года.

Эти события выделили В.Путина из числа многих других претендентов на роль преемника (ими были на разных этапах Б. Немцов, С. Степашин, С. Кириенко и др.). Скромность, эффективность и преданность были на том этапе главными козырями В. Путина. Преданность Б. Ельцину никогда не была поколеблена до самой смерти последнего. Уже говорилось, с какой помпой В. Путин отмечал 75-летие своего патрона в Георгиевском зале Большого Кремлевского дворца, наградив его высшим орденом «За заслуги перед Отечеством» I степени. Похороны Б. Ельцина со стороны власти были обставлены с явными переборами в сторону оказания почестей. Гроб с телом покойного был установлен в Храме Христа Спасителя, где его отпевали не как усопшего раба Божьего Бориса, а как первого Президента Российской Федерации. На Новодевичьем кладбище, где был похоронен Б. Ельцин, состоялся полный светский ритуал прощания, как с Верховным Главнокомандующим. Покойник собрал воедино и православный, и воинский ритуал. А. Солженицын отмечал позже, что вряд ли такой церемониал будет повторен при прощании с другими главами российского государства.

В 2007 году В.Путин подписал Указ о создании специального книгохранилища под названием Президентская библиотека, где будут храниться в электронном виде уникальные архивные материалы по истории нашего государства. Она разместится в Санкт-Петербурге, в историческом здании Синода на Сенатской площади. Филиалы библиотеки будут открыты во всех регионах страны, но самое поразительное, что эта библиотека будет носить имя Бориса Ельцина, человека никогда не читавшего книг и вообще малообразованного.

В. Путин проявляет трогательную заботу о вдове А. Собчака Л. Нарусовой. Хорошо это или плохо? Нынешнее поколение россиян в своем большинстве крайне негативно относится в фигуре Б. Ельцина, скорее всего и в историю нашего государства он войдет как антигерой, но ведь когда-то мы должны прервать отвратительную традицию поливать грязью свергнутых или ушедших по воле Божьей в мир иной правителей нашего государства. Наверное, правильнее будет следовать русской народной поговорке: «О покойниках говорят либо хорошо, либо ничего!». Автор сказал все, что думал о Б.Ельцине в книге «Крестный путь России. 1991–2000 гг.», которая вышла еще при жизни первого Президента РФ. Добавить больше нечего.

В. Путин в первые год-два своего пребывания в Кремле чувствовал себя довольно неуверенно. Он тогда часто повторял о себе, что является не более чем «нанятым менеджером», «судьей на спортивном поле, призванным следить за соблюдением правил игры», но с самого начала стал активно приглашать на важные государственные посты людей, с которыми был связан деловыми и дружескими отношениями в период работы в Санкт-Петербурге. Так в мае 2000 года Герман Греф был назначен Указом президента на пост министра экономического развития и торговли. В том же месяце пост заместителя Председателя правительства и министра финансов РФ получил Алексей Кудрин. Эта пара все восемь лет администрации В. Путина составляла его опору в «экономическом блоке» правительства. За ними потянулись и другие, постепенно создавая партию питерцев в Москве. Чтобы не загружать читателя деталями этого процесса, рекомендую вниманию самых любознательных из них две работы А. Мухина «Правители России. Старая площадь и Белый дом» (М., 2005 г.) и «Путин: ближний круг Президента» (М., 2005). Там собраны сведения о большинстве ныне влиятельных российских чиновников, приглашенных тогда из Питера. В основном это ранее неизвестные люди, в подавляющем большинстве русские по национальности. Они последовательно начали теснить политиканствовавших бизнесменов из кругов «семибанкирщины» (Б. Березовский, В. Гусинский. М.Ходорковский и пр.).

Практика формирования правящих элит из числа лично преданных людей является общепринятой в государствах, где нет устоявшихся институтов демократической власти, где многое, если не все, решается за кулисами официальной политической жизни. Смена советской модели на формально демократическую ничего не поменяла в технологии власти: при Л. Брежневе мы говорили о «днепропетровской» мафии, при Б. Ельцине о «екатеринбургской», при В. Путине о «питерской».

Для укрепления позиций питерской группировки, а вместе с нею и усиления власти В. Путина было два немаловажных условия. Новый класс российской буржуазии еще не сформировался в полной мере как единая общественно-политическая сила. Его рождение целиком зависело от государственной власти, которая раздавала имущество и выдавало патенты на новый социальный статус. В толпе жаждущих получить свое «место под солнцем» чаще вспыхивали внутривидовые скандалы и разборки, нежели формировалось единое классовое сознание. Это помогало Кремлю устанавливать контроль в этом секторе российского общества.

С другой стороны, основная часть населения России, доведенная до крайности физического истощения и морально-нравственной усталости в результате полосы «перестроек и реформ», была готова поддержать любую политическую силу, которая гарантировала бы передышку и стабильность.

Экономический фундамент феномена В. Путина как «национального лидера» создан, разумеется, неудержимым ростом цен на энергоносители (нефть и газ), которыми по воле Божьей оказалась богата Россия. Эксперты подсчитали, что за период с 2000 по 2007 наша страна получила от экспорта нефти, газа и нефтепродуктов около 1 триллиона долларов. За годы администрации В. Путина цены на нефть на мировом рынке выросли в четыре раза. Это колоссальное богатство позволило правительству залатать большинство дыр, из которых в основном и состояло одеяние России в момент прихода в Кремль В.Путина. Удалось снять с шеи удавку внешнего долга, решить самые неотложные социальные проблемы в виде некоторого повышения зарплат, пенсий, запуска так называемых «приоритетных национальных проектов», несколько оживить инвестиционную политику в промышленности.

Доходы от экспорта энергоносителей продолжают расти. В одном только 2007 г. они составят более 250 млрд долларов, а в 2008 году ожидается доход в сумме 290 млрд долларов. С полным основанием можно говорить, что на Россию в годы администрации В. Путина пролился настоящий золотой дождь. Недаром говорят православные люди, что Россия — это «удел Богородицы», и мы живем под ее Божественным Покровом.

Корреспондент журнала «Тайм», избравшего в 2007 г. В. Путина «Человеком года», задал ему ехидный вопрос: «Вы чувствуете, наверное, что вам везет, что у вас много нефти?». Обидевшийся В. Путин ответил: «Везет дуракам, а мы работаем с утра до ночи. Да, есть положительные внешнеэкономические факторы, но давайте вспомним: и во времена СССР цены на нефть и газ тоже взлетали до небес, а результата не было».

В этих словах есть немало лукавства: в советские времена больше половины экспортируемой нефти и почти весь газ направлялись в социалистические страны Восточной Европы по низким ценам, не имевшим никакого отношения к мировым. Даже главный нефтепровод по маршруту Минск — Варшава — Берлин назывался «Дружба». Потом Советский Союз нес немыслимо тяжелое бремя гонки вооружений, да и социальные программы в те времена были гораздо более затратными (взять хотя бы массовое строительство бесплатного жилья). В. Путин прав в том, что рост цен на энергоносители в 70-е годы XX века не был использован в должной мере советскими руководителями прежде всего для рывка в научно-технической области. Но мы не видим такого рывка и сейчас. Различного рода статистические игры, в результате которых Россия то объявляется восьмой экономической державой мира, то причисляется к одной из самых отсталых стран, напоминают нам все те же вирши Н. Некрасова: «Ты и убогая, ты и обильная, ты и могучая, ты и бессильная, матушка Русь».

В. Путин пришел к власти как востребованный обществом «решительный, волевой» человек. Люди вообще любят решительных политиков, помните, каким авторитетом пользовался покойный генерал А. Лебедь, внешне производивший впечатление несокрушимого медведя. Народы России до невозможности были утомлены властью расквашенного, больного Б. Ельцина и его червивого окружения. Всем хотелось порядка. Брошенный В. Путиным призыв «мочить в сортире» всех боевиков-сепаратистов нашел благодатный отклик в сердцах большинства людей. Все восемь лет своей администрации В. Путин жестко и неуклонно проводил в жизнь этот свой лозунг, который привел его к власти. Усмирение Чечни, силовое подавление всех очагов террористического подполья на Северном Кавказе и на всей территории страны проводились последовательно, невзирая на моральные издержки и потери человеческих жизней. Ему пришлось пройти через тяжелые испытания, связанные с крупными вылазками террористов, пытавшихся изуверскими методами сломить волю Кремля и заставить его капитулировать, принять их политические требования.

Одним из первых таких испытаний был захват 23 октября 2002 г. в Москве Театрального центра на ул. Дубровка. Тогда крупная банда террористов в составе более 40 человек, 19 из которых были шахидками-смертницами, взяла в заложники около тысячи ничего не подозревавших зрителей, пришедших посмотреть мюзикл «Два капитана». Зал был оцеплен бандитами, которые заминировали все помещение.

Провода от взрывных устройств были подведены к взрывателям, находившимся в руках у женщин-террористок. Длительные переговоры с бандитами, которые пытались вести представители общественности (врачи, артисты) не дали никаких результатов. Тогда было принято решение о применении спецсредств (усыпляющих газов) для нейтрализации террористов. Санкцию на такую крайнюю меру никто не мог дать, кроме высших властей страны. В результате подавляющее большинство заложников было освобождено, но очень дорогой ценой. Вместе с бандитами погибли и более сотни ни в чем не повинных мирных людей.

Прошло менее 2 лет, и 22 июня 2004 года, сразу после начала второго президентского срока В. Путина, террористы под руководством Шамиля Басаева совершили налет на столицу Ингушетии город Назрань, а также на город Карабулак и станицу Слепцовскую. Два последних удара носили явно отвлекающий характер, а основные трагические события развернулись в Назрани. Боевики предварительно вывели из строя телефонную связь в городе, затем, одетые в камуфляжную форму, блокировали все основные транспортные узлы (перекрестки) в городе. Начавшаяся ночью в центре города перестрелка, взрывы гранат, подняли на ноги все население. Работники правоохранительных органов, естественно, поспешили на свои боевые места и многие из них попали в ловушки: бандиты, действовавшие под видом патрулей, останавливали автомашины, требовали предъявить документы и, убедившись в том, что перед ними находились военнослужащие федеральных органов власти, тут же на месте расстреливали их. В ту ночь (годовщина начала Великой Отечественной войны) в городе было по официальным данным убито 98 человек и 104 ранено. Бандитами были захвачены многие здания государственных, в том числе правоохранительных, органов. В их руки попало много оружия и боеприпасов. Отбились от террористов только военнослужащие федеральной пограничной службы, которые сумели защитить себя, свой арсенал и документацию.

Самой масштабной по своим трагическим последствиям и моральному воздействию на все общество была акция боевиков по захвату школы N 1 в севе-ро-осетинском городе Беслане 1 сентября 2004 года. В тот день, воспользовавшись праздничной церемонией, посвященной открытию очередного учебного года, отряд вооруженных до зубов террористов, численность которого точно так и не была установлена (но более 20 человек) загнала в помещение школы свыше 1 тысячи человек, более половины составляли дети. Дерзость и неожиданность налета вызвали шок властей всех уровней. Очевидцы рассказывали о неразберихе, царившей в многочисленных «штабах», создаваемых на месте различными ведомствами. Требования террористов, переданные на магнитофонной пленке, были стандартными (вывод российских войск, предоставление независимости и т. д.). Центральная федеральная власть в переговоры с бандитами не вступала никогда и ни при каких обстоятельствах, иное поведение означало бы легитимизацию террористов, признание за ними некоего статуса равноправного переговорщика с вытекающими отсюда негативными последствиями как внутри страны, так и на международной арене.

К террористам приезжал бывший президент Ингушетии Руслан Аушев (поскольку большая часть террористов были ингушами), который попытался убедить отпустить детей, но безуспешно. В помещение школы заходили и другие люди, чтобы вынести тела расстрелянных бандитами людей, и т. д. Они могли видеть отчаянное положение заложников, которым не давали ни пищи, ни воды, они едва могли сидеть в переполненных помещениях, над их головами висели взрывные устройства. В нараставшей напряженности прошли почти три дня, и наконец ситуация переломилась. В школе раздались взрывы, которыми были сорваны крыша, выбиты окна. Оцепившие школу спецназовцы пошли на штурм и, когда все было кончено, глазам очевидцев предстала жуткая картина. Полуразрушенные, обгоревшие помещения были завалены трупами заложников, среди которых были и бандиты, и бойцы спецназа. Из общего числа погибших 333 человек более 180 были дети. 18 военнослужащих федеральных структур отдали свои жизни в этой драматической попытке спасти заложников. Бандиты все были убиты, кроме одного попавшего в плен, которого впоследствии суд приговорил к пожизненному заключению.

Не только Северная Осетия, но весь Северный Кавказ, вся Россия и весь мир содрогнулись от этого кошмарного преступления террористов. Может быть это злодеяние, жертвами которого стали дети, стало тем рубежом, за которым окончательно развеялась дымовая завеса «борцов за свободу и независимость», маскировавшая обычных террористов.

События в Беслане стали на многие годы источником сомнений по поводу того, все ли было сделано правильно, чтобы избежать таких массовых жертв. Созданная комиссия Совета Федерации и Государственной думы по расследованию событий в течение почти двух лет вела работу по установлению и оценке всех фактов той трагедии, но ее итог оказался блеклым и не удовлетворил многих. Он вылился в простой «Политический доклад», содержание которого не вышло за границы того, что было известно обществу и до начала работы комиссии. Более того, один из членов комиссии Юрий Савельев, депутат Госдумы от блока «Родина», отказался подписать доклад и опубликовал свое особое мнение, в котором он возложил большую долю ответственности за массовую гибель заложников на руководство федеральных сил.

Помнится, что в те дни сидевший в подполье в горах Чечни и выдававший себя за президента Чечни Аслан Масхадов выражал готовность прибыть (при условии полных гарантий безопасности со стороны российских властей) в Беслан для переговоров с террористами. Москва отмолчалась, руководствуясь все теми же соображениями — не вступать ни в какой официальный контакт с бандитами. Тогда подумалось, а почему бы Москве не переиграть в благородстве Аслана Масхадова, почему бы не дать ему возможность встретиться с террористами с главной задачей — добиться освобождения детей. Пообещать ему не только личную безопасность, но и гарантию в случае освобождения заложников доставить его в любую точку Чечни или за границу вместе со всеми участниками бандитского налета. «Воюйте, дескать, за свои «идеи», если они у вас есть, но без издевательства над здоровьем и жизнью детей». Москва бы выиграла от такого шага. Произошло то, что произошло. Прямолинейность, жесткость взяли свое.

Последним событием из серии крупномасштабных нападений боевиков можно считать попытку захвата столицы Кабардино-Балкарии город Нальчик 13 октября 2005 года. В тот день несколько крупных отрядов боевиков общей численностью более 200 человек одновременно штурмовали республиканский телецентр, гражданский аэродром, основные государственные учреждения, общежития милиции. Бои развернулись по всему городу. Средства массовой информации минимизировали подачу информации по этим событиям, чтобы не вызывать панических настроений в обществе. О размахе боевых действий говорят попавшие в прессу сведения о потерях обеих сторон. Бандиты потеряли убитыми 91 человек, 36 были взяты в плен. Военнослужащие силовых структур понесли также чувствительный урон: 24 человека погибли и 58 ранены. Досталось и гражданскому населению Нальчика: 19 убитых и 110 раненых. Ожесточенность и масштаб боевых действий говорили об организованности и высокой степени подготовки террористического подполья в Кабардино-Балкарии. То, что войскам и правоохранительным органам все-таки удалось отстоять город и нанести поражение нападавшим бандам, объясняется тем, что незадолго до этих событий в руки властей попали надежные сведения о готовившейся операции с указанием сроков и направлений главных ударов. Как потом выяснилось, атака на гражданский аэродром преследовала целью захватить пассажирские авиалайнеры и использовать их как тараны для атаки на атомные электростанции, по образцу и подобию террористов, напавших на башни-близнецы в Нью-Йорке 11 сентября 2001 г.

В октябре 2007 года в Верховном суде Кабардино-Балкарии начался беспрецедентный процесс против 59 боевиков и их пособников, обвиняемых по делу о нападении на город Нальчик. Аналогов данного процесса не было в российской судебной практике. Для него было специально построено здание судебных заседаний площадью 1500 кв. метров с залом, рассчитанным на 400 мест. Это здание примыкает к СИЗО и связано с ним крытой зарешеченной галереей-переходом. Подсудимые обвиняются не менее чем по десяти статьям Уголовного кодекса, в том числе в вооруженном мятеже. Уголовное дело состоит из 1300 томов и суду предстоит опросить 2 тыс. свидетелей и 400 потерпевших. Суд продлится несколько месяцев и вряд ли закончится к моменту выхода в свет этой книги, но приговоры будут без сомнения очень суровыми.

Этими крупными драматическими и трагическими событиями не исчерпывается угроза стабильности на Северном Кавказе. Они свидетельствует лишь о масштабности и живучести антиправительственного подполья. Террористы дают о себе знать практически ежедневно, совершая нападения на представителей правоохранительных органов, местные власти, российских военнослужащих. Ситуацию на Северном Кавказе можно сравнить с пожаром на торфяном болоте, когда не видно на поверхности открытого огня, но он полыхает под ногами и любой неосторожный шаг грозит окончиться фатально. Мы уже привыкли к сообщениям об актах насилия на Северном Кавказе, и все-таки общественность была потрясена информацией о том, что в ноябре 2007 года в лесах Чегемского ущелья в Кабардино-Балкарии были найдены трупы четырех охотников и пятерых егерей, которые случайно наткнулись на лагерь бандитов. Террористы разоружили мирных охотников, а затем хладнокровно расстреляли их в затылок, как делали фашисты. Были убиты даже охотничьи собаки. Проведенное расследование показало, что местные жители и раньше не раз натыкались на стоянки боевиков, численность которых не идет на убыль.

Несмотря на сохраняющуюся напряженную обстановку на Северном Кавказе, надо признать, что В. Путину удалось решить самую сложную и долгое время кровоточившую проблему собственно Чечни — эпицентра политических и военных проблем. Пожалуй, это единственный собственный проект, который ему удалось довести до конца. Почти 10 лет федеральные силы вели военные действия на территории этой республики. Они ставили своей целью сохранение территориальной целостности российского государства, восстановление конституционного порядка. Номинально боевики-сепаратисты сражались за независимость Ичкерии (так они называли Чечню) и установление исламского государства на базе шариатских законов. Но фактически в основе их действий была гремучая смесь из исторической вражды, накопившейся с времен покорения Кавказа, движения под руководством имама Шамиля, эксцессов Гражданской войны 1918-21 гг., кошмаров, связанных с мятежом чеченцев в годы Великой Отечественной войны и их насильственным выселением в 1944 г., и безответственного, провокационного призыва Б.Ельцина, бросившего в 1991 г. клич: «Берите столько суверенитета, сколько сможете проглотить!».

В Чечне сразу было создано свое правительство, провозгласившее разнузданный национализм основой своей деятельности. Началось беспрецедентно жестокое изгнание и уничтожение русского населения (в Чечне в 1991 г. проживало 250 тыс. русских). В 1994 г. Б. Ельцин в нарушение всех законов Российской Федерации бросил армию на подавление мятежа, но война приобрела затяжной, кровавый характер и закончилась через два года поражением российской армии и заключением Хасавьюртского перемирия — по нему Россия практически признала независимость Чечни, которая должна была быть оформлена в 2000 году. Но в 1999 году крупные отряды чеченских боевиков вторглись в Дагестан с целью оторвать эту республику от России. Расчет был на то, что обессиленная Россия не сможет противостоять новому наступлению экстремистов. Вот тогда-то и родился лозунг В. Путина «мочить всех террористов в сортире!», превративший его сразу в знаковую фигуру в политическом мире России. Хасавьюртское перемирие было тем самым перечеркнуто чеченскими боевиками, и началась вторая чеченская война со всеми ее жестокостями с обеих сторон.

Обстановка в Чечне изрядно осложнялась вмешательством внешних сил. Традиционные недруги России — США и страны Западной Европы — настойчиво травили Россию в международных организациях и в ходе любых переговорных процессов за жестокость и нелегитимность действий в Чечне. Западные СМИ и часть российских журналистов, кормившихся из западных ладошек, поливали грязью наши военные и гражданские власти, что придавало сепаратистско-бандитскому подполью в Чечне еще больше куража в продолжении бессмысленной бойни. Из многих арабских стран шла (под видом гуманитарной помощи) финансовая подпитка мятежников. Ряды боевиков пополнялись наемниками. Много горьких переживаний доставили события в Чечне В. Путину, он, как умел, отбивался от всех обвинений, но продолжал твердо вести свою линию на умиротворение республики. Через всего месяц с небольшим после первой инаугурации в качестве Президента РФ В. Путин назначил своим Указом чеченского муфтия Ахмата Кадырова на пост главы администрации Чеченской республики. Это был верный шаг, пусть чеченцы сами разбираются со своими делами.

В начале 2003 г. после укрепления позиций А. Кад ырова и относительной стабилизации обстановки в республике был разработан и вынесен на всенародный референдум проект новой Конституции Чечни. Ее основные положения сводились к следующему: Чеченская республика является единой и неделимой и составляет неотъемлемую часть территории Российской Федерации. Вооруженные силы на территории республики только те, которые предусмотрены Конституцией РФ. Граждане Чечни проходят воинскую службу в соответствии с федеральными законами. Никто не может содержаться в рабстве. Запрещается пропаганда насилия и порнографии (жестче, чем это говорится в федеральных законах). Прокурора Чеченской республики назначает Генеральный прокурор РФ по согласованию с Народным собранием Чеченской республики. Правосудие, как и вообще официальное делопроизводство, осуществляется на русском языке. Президент РФ может отрешить Президента Чеченской республики от власти, если его действия будут противоречить Конституции РФ и федеральным законам. Создается двухпалатный парламент: Совет Республики в составе 21 человек (по одному представителю от каждого из 18 административных районов плюс по одному представителю от городов Грозный, Гудермес и Аргун) и Народное собрание из 46 человек, избираемых напрямую по установленным квотам (не по партийным спискам). Парламент в полном составе имеет право выразить недоверие президенту и уволить его и его правительство, если за такое решение проголосуют две трети его состава.

На 23 марта 2003 г. было назначено проведение всенародного референдума по вопросу о принятии этой Конституции. В Чечне и в России началась невероятная суета и нервная активность.

Подал голос из подполья Аслан Масхадов, который на Западе почему-то считался «законным» президентом Ичкерии и сам себя полагал таковым же: он прислал в Москву своего эмиссара, некоего Саламбека Маигова, имевшего на руках присланные по факсу неизвестно откуда полномочия на ведение переговоров, Представитель российского правительства сразу же заявил, что Кремль не признает несуществующего государства, несуществующего президента и, следовательно, их эмиссара. Но С.Маигов получил возможность устроить пресс-конференцию в помещении газеты «Московские новости» (вечный оплот «демократов») и огласить требования Масхадова: вывести войска из Чечни, отложить проведение референдума и вести переговоры только с ним — Масхадовым. Было видно, что он уже утратил способность трезво оценивать изменившуюся в Чечне обстановку.

14 февраля 2003 г. политический комментатор телеканала НТВ Савик Шустер (гражданин США) организовал очередной сеанс ток-шоу под названием «Свобода слова», на которое пригласил масхадовского эмиссара и давно известных своими прозападными настроениями журналистов, как А.Политковскую, Ю. Щекочихина и др. Пришел Б. Немцов и, непонятно зачем, появился Сергей Ястржембский (из администрации президента). Ток-шоу вылилось в поток агрессивных обвинений в адрес России, в резкие протесты против референдума. При наличии «Закона о противодействии экстремизму» с экрана лились призывы в поддержку боевиков, оправдания их. Было удивительно, почему С. Шустеру (занимавшему в свое время должность заведующего бюро радиостанции «Свобода» в России) было разрешено вести такие передачи по одному из центральных каналов. Правда вскоре он был отлучен от нашего эфира и в последнее время обосновался в Киеве, где занимается своим обычным делом — ведет закамуфлированную, но злобную пропаганду против России.

Политики на Западе чувствовали, что неизбежное скорое начало войны против Ирака отодвинет Чечню на периферию мирового общественного интереса, и всячески старались успеть напакостить России. В Страсбурге Парламентская Ассамблея Европейского союза поддержала идею о создании международного трибунала по Чечне и даже составила список тех, кого намеревались назначить в преступники. Там не захотели слушать ничего о новом повороте в жизни Чечни. Любопытно, что в Страсбург приехала группа в составе б чеченцев, которые в свое время входили в состав парламента, избранного при А. Масхадове, но им не дали даже слова, только потому, что они были готовы поддержать идею проведения референдума. Одним словом, политическая непримиримость была налицо, но В. Путин вел свою линию неуклонно.

Референдум 23 марта 2003 г., в котором приняло участие 96 % населения Чечни, показал, что подавляющее большинство населения высказалось против войны, за жизнь в составе России и по федеральным законам. Конечно, выборы были демократическими по-восточному. Было объявлено о выплате довольно крупных компенсаций за жилища и имущество, утраченные в ходе боевых действий. Для этого из федерального бюджета было выделено 20 млрд рублей. Лучшим агитаторам, призывавшим людей идти голосовать, выдавались премии по 25 тыс. рублей. Каждой матери, родившей ребенка в день голосования, выдавалось по 10 тыс. рублей. Распускали слухи, что всех, кто не проголосует, поставят на учет в ФСБ. Да мало ли какие кнуты и пряники используются во всех странах, добровольно-принудительно принявших новую политическую веру под названием «демократия».

Парламентская Ассамблея Европы отказалась прислать своих наблюдателей под предлогом отсутствия должной безопасности, зато приехали 52 эксперта из арабских стран, от «Лиги арабских государств», от «Исламской конференции». Никто из них не высказал никаких замечаний.

Но наши доморощенные «демократы» просто из кожи вон лезли от возмущения по поводу неправильного (по их мнению) референдума. Они опубликовали гневное письмо протеста от «имени интеллигенции». Для памяти привожу список «подписантов»; Ахеджакова, Ахмадуллина, Вайль, Войнович, Гельман, Искандер, Розовский, Тодоровский, Юрский, Шендерович (все имена известные, но среди них нет ни одного русского). Они звали мирных граждан России выйти на улицы и протестовать против войны (но не в Ираке, где США засыпали города ракетами и бомбами, а в Чечне, где все шло к миру). Какая-то чушь, вроде уже забытой «инициативы» Б. Немцова собрать 1 млн. подписей против войны в Чечне. Кстати, подписанты — это почти те же люди, которые в 1993 году, после расстрела Белого дома, призывали к массовым репрессиям против сторонников Верховного Совета и вообще против левых, в каких бы организациях они ни состояли. Какой-то единый кукловод водит рукой этих «интеллигентов».

В. Путин в те дни обратился к чеченскому народу со специальным посланием, поздравив его с успешным итогом референдума и пожеланием мирной созидательной жизни. Он принял большую группу духовных авторитетов Чечни, что было правильным, выверенным шагом. Каждому федеральному округу (а их, как известно, в России 7) было предложено построить в Чечне по две школы за счет собственных средств. Все согласились. Как бы то ни было, водораздел обозначился; от войны к миру.

Через 6 месяцев после референдума, в октябре 2003 г. состоялись выборы нового Президента Чеченской республики. Победу, легко предсказуемую, одержал Ахмет Кадыров, получивший 81 % голосов. Нормализация обстановки в Чечне буквально бесила непримиримых полевых командиров вроде Шамиля Басаева. Они были готовы пойти на самые крайние меры. 9 мая г. во время празднования Дня Победы на стадионе города Грозного террористы взорвали заранее заложенный фугас под правительственной трибуной, где находился А, Кадыров, в результате чего законно избранный Президент Чечни был убит. Но это не остановило начатый процесс. Были подготовлены и проведены новые выборы главы государства, и 6 октября 2004 вступил в должность новый Президент республики Алу Алханов, ранее курировавший работу всех правоохранительных структур.

Чеченская драма не прекратилась, но ее интенсивность пошла на убыль. По-прежнему продолжалась минн о-фугасная война, гибли, попав в засады, российские военнослужащие, но масштабы и частота террористических вылазок становились все меньше.

Тяжелыми потерями и обильной кровью приобретался опыт войны с отморозками, потерявшими человеческое обличье. 8 марта 2005 г. был убит в своем бункере «президент Ичкерии» Аслан Масхадов, бывший полковник Советской армии, начальник артиллерии дивизии, дислоцированной в Вильнюсе, который возмущался национализмом прибалтов до 1991 г., а потом сам превратился в главаря боевиков-террористов. Чуть раньше, 13 февраля 2004 г. в столице Катара (г. Доха) был убит «вице-президент Ичкерии» Зелимхан Яндарбиев. Поочередно погибли наиболее одиозные и известные своими дерзкими преступлениями полевые командиры Салман Радуев (был взят в плен, судим и умер в тюрьме), арабский наемник Хаттаб и, наконец, Шамиль Басаев, самый злобный враг России, возглавивший в 1999 г. поход в Дагестан. Террористы стали переносить свои действия в соседние регионы — Дагестан, Карачаево-Черкессию, Кабардино-Балкарию, Северную Осетию в надежде зажечь там огонь войны, рассчитывая на более низкий там уровень мобилизованности правоохранительных органов. В самой Чечне они свертывали свои действия, ибо сталкивались с растущей боеспособностью правоохранительных органов.

В 2006 году президентом Чечни стал Рамзан Кадыров — сын покойного президента А.Кадырова, который, даже следуя местным традициям, был обязан отыскать и наказать тех, кто убил его отца.

Развалилась и вся информационно-пропагандистская структура в российских СМИ, которая активно поддерживала сепаратистское подполье. Умер Ю. Щекочихин. Убрался из Москвы американский телепровокатор Савик Шустер. В 2006 г. в Москве у подъезда своего дома была убита А. Политковская. Не до Чечни теперь Соединенным Штатам и Западной Европе, испытавшим на себе тяжелые удары террористов.

На выборах в Государственную думу 2 декабря 2007 г. избиратели в Чечне почти поголовно проголосовали за партийный список «Единой России», т. е. за В.Путина. Остается надеяться, что полученный результат окажется достоверным и прочным.

Главный вопрос о том, в каком направлении будет развиваться ситуация на Северном Кавказе в целом, зависит от того, окажется ли достаточным только применение силы и жесткости в борьбе с подпольем для наведения порядка. Пока власть полагается в основном на силу, у нее заметно не хватает козырей в борьбе за души людей, а без этого кардинально переломить обстановку нельзя. Все суды над захваченными в плен боевиками проходили или проходят в закрытом режиме, информация о них почти не доходит до общественности, которая пребывает в неведении, какие же «идеологические» родники питают террористическое подполье.

Кстати, и в обычной внутриполитической практике Кремль полагается на силу или угрозу ее применения, нежели на свою способность убеждать людей. Особенно достается представителям так называемой «оранжевой» окраски, потому что главную опасность на этом этапе власть видит именно отсюда. Когда 3 марта 2007 года в Санкт-Петербурге М. Касьянов, Г. Каспаров, активисты «Другой России» организовали демонстрацию по случаю 90-летия Февральской революции 1917 г. в России, местная власть бросила все силы для разгона демонстрации, не колеблясь, вывела на улицы бронетехнику. Точно так же реагируют на мероприятия «Другой России» и московские власти. Г. Каспарова не раз арестовывали, чтобы отбить у него охоту заниматься политикой. На колкие вопросы со стороны западных журналистов, зачем нужны такие репрессивные меры, если рейтинг доверия В. Путину находится на заоблачной высоте, он обычно отвечает, что рассматривает этих людей и организации, стоящие за ними, как агентов иностранных государств, работающих на чужую публику и на чужие интересы.