Помоги проекту - поделись книгой:
– Милая, – Башмакова перешла на серьезный доверительный тон, – как только доберемся до города, приведем себя в порядок, тут же наймем карету или повозку – что у них там будет – и с нашими провожатыми расстанемся. Они помогли нам в трудную минуту, но это неподходящая компания для уважающих себя дам. Дальше мы отправимся сами!
– Но, мама! – снова повторила Катюша, и ее глаза наполнились слезами. – Как ты можешь быть такой бесчувственной к людям, которые спасли нам жизнь!
На их размолвку уже обратили внимание – Захар с любопытством косился на женщин и даже ускорил шаг, чтобы подобраться поближе. Вдовица не видела смысла скрывать от спутников свои намерения.
– Нет, милая, – спокойно сказала она, обращаясь к дочери. – Я все решила: от ближайшего города мы отправимся с тобой вдвоем. А наши спутники пойдут своей дорогой.
Вдова не без удовольствия отметила, как вытянулась физиономия ямщика. Она была уверена, что поступает правильно.
– Зачем они выбрали эту рухлядь? Можно же было что получше найти, из вольных-то! – воскликнул Захар и с досадой стукнул ладонью по деревянному, покрытому замысловатой резьбой боку тарантаса.
Это была внушительных размеров повозка, из таких, какие уже не найти в крупных уездных городах. Громоздкая и неуклюжая, она обладала, по мнению Захара, длинным списком существенных недостатков.
– Что плохо-то, милой? – заинтересовался Григорий.
– Как что?! Да разве не видно, что тут даже рессор нет?! Этой колымаге уже лет с полста! На
С этими словами Захар ткнул пальцем в продольные брусья длиной не меньше трех саженей. Они соединяли обе оси, и к ним крепилась сама повозка. Эти брусья и служили примитивной допотопной заменой рессорам.
– Ну, наши барыни в твоих рессорах не смыслят, – улыбнулся в бороду странник. – Зато внутри они все рассмотрели: и шелк, и бархат, и то, что места много – можно вздремнуть.
– Да что в них понимать-то?! Главное, чтобы они вообще были! – не унимался Захар, смешно топорща свои давно не стриженные усы.
– Мне вот больше кучер их не понравился, – чуть понизив голос, сообщил Распутин.
Захар встревоженно взглянул на спутника.
Они стояли в конюшне самого приличного постоялого двора в городе Семеновске. Здесь же находился и злополучный тарантас, который вместе с кучером наняла на свой страх и риск вдова Башмакова.
Стоило путникам оказаться в городской черте, как Анастасия Леонтьевна тут же продемонстрировала свой властный характер. Дочь была водворена в комнату постоялого двора, а мать взялась за организацию дальнейшего путешествия.
– А что кучер-то? – В глазах Захара мелькнула неподдельная тревога.
– Взгляд мутный, улыбочка скользкая, в лицо не смотрит. Гнется все да уворачивается.
– Думаешь, замышляет чего?
– Чего-то точно, – спокойно кивнул Григорий.
– Предупредил бы… дуру эту, – попенял ему ямщик. – Может, хоть ухо востро держать будет.
– Предупредил, – покривился странник. – Сумлевается в моих словах матушка. Угодливости веры больше.
Молодой человек только со вздохом покачал головой. Не дай бог такую тещу!
Тем временем Распутин достал из кармана кафтана несколько ассигнаций и развернул их перед изумленным Захаром.
– Бери свою долю. Матушка решила облагодетельствовать, – пояснил он.
Ямщик презрительно фыркнул и отвернулся:
– Еще чего! Не за плату старался помочь. А ты чего ж взял?
– Негоже страннику отказываться от того, что бог пошлет в помощь, – складывая бумажки, пожал плечами Григорий.
– Все одно – не возьму!
– Ну, тогда так сделаем: я денежки возьму. Куплю ужин, оплачу ночлег, а ты мне компанию составишь.
Захар покосился на усмехающегося Распутина.
– Эх, уболтал, шельма, – улыбнулся ямщик.
Этот постоялый двор был для обоих странников дороговат – здесь останавливались зажиточные люди. И они отправились искать более подходящий для них трактир, в котором бы сдавались комнаты на ночь.
Улицы в городе были немощеные, грязные, а в центре еще и тесные.
Захар и Григорий выбрались поближе к окраине, где домики были уже сплошь одноэтажные, деревянные и ничем на вид не отличались от сельских.
Вечер уже входил в свои права, и если в окнах соседних домов не горел свет, то увидеть дорогу под ногами не представлялось возможным. Найти нужный трактир в незнакомом городке проще всего, спросив дорогу у местных, а их, как назло, видно не было. Только у перекрестка скучали две девицы, разодетые явно не для вечерней прогулки, да по противоположной стороне поспешно семенил невысокий старичок.
К удивлению Захара, его спутник без всякого смущения направился к девицам.
– Зачем тебе они? – заинтересовался ямщик.
– Спрошу дорогу, да и все, – отмахнулся паломник. – Что, по-твоему, они и на то, чтобы путь указать, не годятся?
– Ладно. Давай спросим, – безнадежно вздохнул Захар.
Григорий обратился к одной из девиц, которая была пониже ростом и плотнее. Та охотно принялась объяснять незнакомому страннику путь, указывая куда-то вправо. В это время старичок на противоположной стороне улицы заметил двух не слишком опрятных мужчин и с удивительной быстротой свернул в первый попавшийся проулок.
Выяснив все необходимое, Григорий попрощался с отзывчивой девицей и повернулся уходить. И тут столкнулся нос к носу с вынырнувшим из тени соседнего дома мужиком лихого вида.
– Ты что мне тут клиентов распугиваешь? – наступая на паломника, просипел подозрительный тип.
– Кого? – недоуменно оглядываясь, переспросил Григорий. – Улица-то пустая. Нам бы с приятелем дорогу узнать…
– Спугнул старичка, а сам мимо шагаешь, бродяга? – продолжал повышать голос бандит. – Знаешь, во сколько мне твои вопросы обошлись? Не меньше рубля!
Подошедший ближе Захар решил вмешаться:
– Что ты к нам привязался? Уйдем мы сейчас, и больше нас тут не увидишь.
– То-то и оно! – мгновенно переключился на нового человека сиплый бандит. – Улизнете – и кто мне заплатит за ее простой?
– Да хватит уже! – впервые вмешалась та девица, с которой разговаривал Распутин. – Он на меня и не смотрел, старичок твой! Мимо шел.
– Молчи, дура, – буркнул ее «охранник» и опять обратился к путникам: – Деньги-то у вас есть, голь перекатная?
И тут голос подала вторая, тощая девица, которая до этого только неприятно скалилась своим щербатым ртом, будто происходящее по какой-то причине доставляло ей удовольствие.
– Ты смотри, у этого там, в котомке, какая-то штука. Может, пару целковых и стоит…
Захар тут же догадался, что речь идет о палаше. Замотанный в тряпки по случаю прибытия в город, он был спрятан в котомку, но рукоять все равно торчала наружу. Ямщик невольно отступил, спасая свою собственность. Напугать бандита оружием сейчас было сложновато – чтобы вытащить и размотать его, потребовалось бы немало времени.
А щербатая девица не унималась:
– Пощупай-ка их, может, и еще чего найдешь.
– Ты чего же теперь, грабителем заделался? – упирая руки в боки, повысила голос другая девица. – И эту стерву проклятую слушаешь?
Пока «охранник» обдумывал, кого из двоих девиц лучше послушать, тощая не теряла времени. Она подскочила к своей товарке и взвизгнула:
– Стерва, говоришь?
Но та оказалась готова и первой залепила звонкую пощечину тощей.
Решившим убраться под шумок путникам дорогу неожиданно перебежал «охранник» второй желтобилетницы. Он бросился к первой девице, посмевшей оставить след на щеке его «товара», и схватил ее за запястье. Женщина изогнулась и тихо застонала от боли.
– Душу из тебя вытрясу, – спокойным обыденным тоном сказал этот краснолицый лиходей.
– Подавишься, проклятый! – с вызовом выкрикнула девица.
На это краснолицый отвечать не стал, а с силой отбросил женщину в сторону так, что она ударилась о стену ближайшего дома и медленно сползла на землю. Сиплый бандит смотрел на своего приятеля в полном изумлении, да тот и сам, похоже, не ожидал от себя такого.
– Чуть девку не покалечил, – с некоторым удивлением пробормотал он, отыскивая глазами обоих путников. – Это все ты, ирод.
Под «иродом» он имел в виду, судя по всему, паломника, который склонился над упавшей женщиной и пытался привести ее в чувство.
– Давай-ка их пощупаем, – обрадовался сиплый тому, что в происходящем появился какой-то смысл. – Ничего не найдем, так душу отведем.
А тощая девица тем временем, порывшись в своей сумочке, извлекла из нее небольшой складной нож и перебросила его своему краснолицему «охраннику». Теперь перевес сил оказался явно на стороне двух бандитов.
– Осторожно! – крикнул Захар, давая Григорию шанс увернуться от удара.
Своим шансом убежать ямщик решил не пользоваться. Он быстро огляделся вокруг. Улица оставалась пустынной, и он не увидел ничего, что можно было бы применить в драке. Лиходей со складным ножом беспокоил его больше всего…
Григорий, развернувшись на крик, отпрянул в сторону от мелькнувшего слишком близко лезвия и тут же столкнулся с другим бандитом. Воспользовавшись замешательством противника, паломник скользнул ему за спину и захватил в объятия так, что руки лиходея оказались прижаты к телу. Тот беспомощно задергался, когда Григорий стал отступать от краснолицего с ножом, прикрываясь его телом.
Зажатый в руках Григория сиплый «охранник» краснел от попытки разорвать объятия противника, и было ясно, что паломник его долго не удержит. Тогда Захар, пригибаясь и стараясь не производить шума, начал подбираться со спины к бандиту с ножом. Ему удалось схватить лиходея за запястье и с силой сдавить, в надежде, что тот бросит нож.
Однако бандит оказался не так прост, и Захар тут же получил удар локтем в живот, а краснолицый принялся активно вырываться, осыпая ямщика градом пинков и ударов. Противник Григория наконец вырвался, и четверо дерущихся смешались в одну невообразимую кучу.
Захар постарался тут же отскочить подальше от опасного лезвия и сделал это вовремя. Все еще державший своего противника за руку Григорий отпрыгнул, схватившись за запястье, по которому угодил нож краснолицего бандита.
Путники на несколько мгновений оказались рядом, и Григорий, зажимая левой рукой порез на правой, бросил Захару:
– Не нужно его вынимать – так стукни по башке рукояткой!
Мельком удивившись собственной недогадливости, ямщик в очередной раз предпочел не думать своей головой, а действовать, как подсказал ему паломник.
Легко скинув с плеч полупустую котомку, Захар размахнулся ею вместе с завернутым внутри тяжелым металлическим оружием. Его длина позволила молодому человеку без опасения выбить из рук бандита маленький ножик. Тот без звука упал куда-то в грязь.
Бандиты отступили, но вошедший в раж Захар не собирался все так оставлять. Он ринулся вслед за врагами, нанося беспорядочные удары, половина из которых не достигала цели, но ямщик не останавливался. Его захватил восторг победителя. И глухие звуки ударов рукоятки о плоть, и стоны врагов – все это звучало, как музыка.
Остановил его только настойчивый окрик спутника, оставшегося рядом с девицей, которая несколькими минутами ранее указала ему путь до трактира. Тощая желтобилетница, как выяснилось, давно сбежала.
– За урядником, что ли? – пыхтя и отдуваясь после беготни за лиходеями, спросил Захар.
– Куда ей в полицию?! – злорадно усмехнулась оставшаяся девица, потирая ушибленную спину. – Ее за две кражи разыскивают.
– Прости ты нас, милая. Столько бед тебе наделали… – повинился Григорий.
Порез на его руке оказался неглубоким, и кровь уже остановилась.
– Да что там! – отмахнулась та и добавила уже Захару: – Знатно ты им задал! Я бы сама не отказалась. А теперь идите-ка отсюда, а то и правда урядник может заявиться – вдруг соседи чего видели…
Путники продолжили свой так неожиданно прерванный путь до трактира, теперь уже быстро и с оглядкой. Следуя указаниям девицы, цели они достигли через четверть часа.
Трактир с грубо намалеванной вывеской, сообщавшей о том, что называется он «Голубятня», стоял у самого тракта на Пермь.
Заведение было самое обычное, двухэтажное – деревянное строение с конюшней. Путники поспешили скрыться за его стенами от возможных уличных неприятностей.
– Куда ты отсюда направишься? – задал давно вертевшийся на языке вопрос Захар.
– Да коли ты не против, с тобой до Казани пойду, – отозвался странник. – Одному в дороге трудно, а вместе в два раза легче будет.
– Идет, – с облегчением улыбнулся Захар. – Пешим порядком пойдем, как прежде?
– Я бы в обоз нанялся – и быстрее, и надежнее, – посоветовал Григорий. – Я уже тут так хаживал.
– Ну, можно и в обоз, – легко согласился молодой человек и потянул за начищенную бронзовую ручку двери, ведущей в трактирную общую залу.
Внутри было шумно и людно – место пользовалось успехом. В воздухе висел запах табачного дыма и алкоголя. Свободных мест, видно, было немного, и одно из них находилось как раз возле двери. Прямо над ним висела прибитая к стене керосиновая лампа. Туда-то и направились новые посетители.
Тут же подлетел половой и, сметая рукавом крошки с несвежей скатерти, осведомился, что нужно гостям.
Захар попросил все самое обычное: щи, мясную поджарку и кашу. Но заказ своего спутника он выслушал с удивлением.
– Что сейчас, пост какой? – нахмурился ямщик. – Да не может быть!
– Нету поста, милой, – махнул рукой Григорий. – Я мяса вовсе не ем, давно уже.
– Чудно, – пробормотал молодой человек, наблюдая за тем, как толстый трактирный кот крутится возле ног его собеседника, тыкаясь носом и громко мурлыча.
Странные «свойства» его нового спутника иногда не на шутку смущали Захара. Несмотря на проведенное вместе время в пути и парочку драк, он совершенно не знал Григория.
Поделиться книгой: