Хиты серии Боевая Фантастика

А стоило бы.

Грация лучших представителей семейства кошачьих, стремительность и резкость форм, а также некий ореол опасности не могли скрыть облегающие костюмы с масками, скрывающими практически полностью лицо.

Бесшумно группа убийц отряда Тени, элитного подразделения темных эльфов, выскользнула в ночь, растворяясь и сливаясь со сгущающимся сумраком, беззвучно и без промедления двигаясь от укрытия к укрытию либо же гигантскими прыжками преодолевая расстояние меж крышами плотной застройки домов.

В этот поздний уже час верховный маг короны Нильс Ваггет все еще поскрипывал пером по бумаге у себя в кабинете, задумчиво делая паузы между написанием строк и покусывая от усердия мысли кончик оного, из-за чего перо выглядело несколько растрепанным и лишилось частично своей белоснежной красоты.

Расстояние от стены магической академии до близлежащих домов, именуемое в городе «Стошаговой» площадью, группа теней проскочила на приличной скорости, на ходу снимая с плеч складные арбалеты. Когда стены уже можно было коснуться рукой, мощные дуги с ходу гулко распрямили свои плечи, посылая вверх вдоль каменной преграды миниатюрные «кошки» якоря, исполненные в форме стрел, за которыми уже, в свою очередь, черной нитью потянулись ввысь тонкие, но весьма прочные канаты группы бойцов.

Взбирались на без малого двадцатиметровую преграду исключительно на руках, причем без заминки и одним ходом. Все в тишине, все на скорости и даже без секундной заминки. Уже на верху каменного гребня бойцы извлекли из заплечных мешков механические конструкции амулетов взлома охранной системы, быстро и четко стыкуя составные части, что тускло поблескивали изукрашенными боками впаянных драгоценных камней.

По окончании сборки группа замерла неподвижными сфинксами, пригнувшись за парапетом в ожидании, когда камни нальются пульсирующим светом силы, входя в диссонанс с охранным периметром заклинания, дабы дать им нужное время для работы.

Замерший в очередной паузе над своим письмом Ваггет внезапно скосил взгляд на один из перстней на его руке, что вдруг мерно начал наливаться мягким сиянием впаянного в оправу красного рубина.

– Хм. – Легкая кривая улыбка отразилась на его лице. – Быстро вы что-то, ребята.

Меж тем механический артефакт-взломщик набрал силу, несколько функций, в тестовом режиме мигнув набором цветных пятен, в конечном итоге погасли, оставляя на виду лишь последний ярко-голубой огонек индикатора готовности.

– Армак десхар, – тихо произнес старший группы своим бойцам, слегка качнув головой, чем ознаменовал дальнейшие действия «теней». Вновь в ход пошли канаты и кошки, только вот теперь бойцы спускались во внутренний двор, уже через считаные секунды мягко касаясь аккуратной лужайки своими подошвами сапог.

Вновь короткие быстрые перебежки от укрытия к укрытию из одной тени в другую. Как и в городе, они незамеченными обходили редких прохожих, оставаясь чем-то стремительно зыбким в сгущающихся сумеркам наступающей ночи. Ну да без жертв не обошлось. Уже на входе в административное здание сполз за своей конторкой смотрящий старичок маг, когда прилетел тусклый росчерк арбалетной стрелы, выбивший разом из него остатки жизни, и следом же гулко упало оземь тело старшекурсника студента, присланного на помощь в дежурстве в эту ночь.

Мягкие подошвы бесшумно пружинили по лакированному паркету коридоров и комнат, бойцы верно и быстро поднимались по этажам, уже в конце лестницы упершись в массивные резные дубовые створки ворот кабинета, что слегка были приоткрыты, пропуская наружу узкую полоску света.

Паузу на размышления брать не стали, один из бойцов извлек из-за пояса запаянную колбу, мощным махом забрасывая ее в открытый просвет, после чего вся группа единым целым тронулась с места, проскакивая внутрь.

М-да уж. Лучше бы они подождали, впрочем, об этом они догадались, только войдя внутрь и увидев замершую в воздухе секундой ранее закинутую колбу, словно ее перехватила незримая рука, нежно покачивая из стороны в сторону. Хорошая это была штука, алхимики темных эльфов давно уже использовали данную гремучую смесь, выдавая бойцам различных кланов и направлений. При ударе смесь ярко вспыхивает, ослепляя всех вокруг, ко всему прочему добавляя смердящий, тяжелый удушливый дым. Вот и влетевшие в кабинет ощутили детище своего «военпрома» на себе в полной мере, правда, к их чести, все же нужно сказать, профессионалами они были классными. Все как один успели закрыть глаза руками, так как веки при данной интенсивности свечения были слабой защитой, ну а дым это дело недолгое, достаточно было задержать дыхание. Вот только вспышки хватило на то, чтобы группа к моменту своей боеготовности не досчиталась в своих рядах троих бойцов. Незримые лезвия невидимого противника располовинили тела эльфов, в секунду заливая стены и дорогой ковер пунцово-алой кровью.

Промедление в борьбе с магом смерти подобно, в данной конкретной ситуации, если отметать полученный приказ, из вариантов было либо срочно ретироваться, теряя своих бойцов, прорываясь в обратном направлении, либо же продолжить наступление, задействовав амулетный комплект защиты, рассчитанный на подобные ситуации, когда противника не удается взять внезапностью маневра.

Бойцы отряда «Тени», были не из тех, кто не помнит о приказе, либо же способны при невыполнимости задачи отойти назад. Это не про них, иначе они бы не считались лучшими в своем деле во всем мире. Сложность же заключалась в том, что это была приемная перед кабинетом, а непосредственно до кабинета нужно было еще дойти, дабы наконец-то увидеть цель операции, не пожелавшей встречать столь поздних гостей собственной персоной. И конечно, в другой бы ситуации это было бы даже смешно – пройти от двери к двери каких-то три, от силы четыре метра, но не с данным конкретным противником.

Богатые барельефы лепнины в форме всевозмозможных гадов земных, причудливо извивающихся через узоры дикой лозы, мерзко и предупреждающе зашипели прямо со стен, оживая опасной формой жизни, формой скрытых принципов построения управляющих контролеров и магических формул заклинаний школы земли, что давно и в совершенстве освоили базу построения неживых форм големов, коих они использовали повсеместно, или, как в данном конкретном случае, в виде стражи.

Ударили арбалеты, глухо ухнув по ограничителям, спуская кованые болты, вдребезги разлетелась меловой пылью часть оживших тварей, но и двое из оставшихся упали на пол, пытаясь бороться в объятиях оживших и ринувшихся в атаку скульптур.

Вновь просвистели с шипением смертельные лезвия магов воздуха, пришел следом и удар сжатого воздуха, а потом еще и еще, пока последний из стоящих не рухнул на пол, заливая все вокруг своей горячей кровью.

Но тишина, на минуту воцарившаяся после краткосрочного боя, на том и окончилась, ибо секрет бойцов не просто в профессионализме, дело тут еще и в принадлежности, если хотите, к специфическому искусству представителей данной расы. Посеченные и окровавленные тела медленно, пошатываясь, поднимались с земли, ибо даже в своем посмертии отданный приказ имел силу. Имел вес, а также целый ворох магических плетений, пульсирующими нитями команд заставляя мертвых вновь продолжать бой. Впрочем, похоже, для мага это не стало новостью, так как вновь засвистел воздух, безжалостно кромсая эти куклы, наполненные черной жизнью запретной магии, и помощниками в убиении убитых магу опять стали меловые големы, что не давали противнику двигаться и маневрировать.

– Нильс! – раздался голос. – Ты там аккуратней, сейчас я буду входить!

– Тай, ты, что ли? – раздался с приглушенным смешком голос мага. – А я думаю, кто это так припозднился? Кого это ко мне на ночь глядя несет?

– Очень смешно. – Дверь скрипнула, пропуская внутрь кровавой бойни последнюю фигуру из оставшихся в живых бойцов отряда «Тени». – Спокойно там!

– Ну, знаешь ли, дорогуша, между прочим, это вы без приглашения. – Дверь кабинета открылась, и на пороге появился хозяин, задумчиво осматривающий поле боя и с каким-то презрением отшвыривая ногой тянущуюся к нему чью-то отрубленную кисть. – Ни письмеца тебе в конверте, ни весточки, могла бы пару строк и черкануть, мол, так и так, друг мой старинный, соскучилась, бегу к тебе в объятья.

– Паяц. – Хмыкнула фигура, стягивая с головы маску, отчего на плечи рассыпалась прекрасная грива иссиня-черных волос. – Рада, что ты еще не растерял хватки, старый лис.

Они какое-то неуловимо короткое время рассматривали друг друга, после чего черноволосая эльфийка впилась ему в губы поцелуем, страстно сомкнув одну руку на загривке его волос, а другой мощно сжимая хозяйство пискнувшего приглушенно из-за поцелуя мага.

– Тише, ты, оторвешь! – Тяжело дыша, с трудом вырвался из объятий маг, придерживая ущемленное в штанах достоинство одной рукой.

– Если еще не оторвала, значит, уже не оторву, – рассмеялась эльфийка, проскальзывая мимо него в открытую дверь кабинета.

– О-о! – протянула эльфийка, вскинув бровь, слегка втянув аромат расставленных на столе и дышащих паром пиал с чаем. – Тайбичи-моа, а ты явно изменился с тех пор, как мы с тобой последний раз виделись, Нильс.

– Ну а что ты хочешь? – Пожал плечами маг, слегка враскорячку пройдясь по комнате и садясь за свой рабочий стол. – Было время, я мамкину титьку смоктал, было время, ослиную мочу, что в южных портах именуют пивом, бочками в себя заливал, теперь вот на травочки-муравочки перехожу. Что тут скажешь? Все течет, Тай, все меняется.

Эльфийка, обхватив двумя ладошками пиалу, растеклась в высоком, обитом кожей кресле, задумчиво разглядывая причудливую пляску парящей воды и не нарушая возникшей паузы.

– Как жизнь, красотка? – через какое-то время произнес маг, вскинув бровь. – Не желаешь ли свалить отсюда куда-нибудь, да так, чтобы нас с тобой вместе потом еще три месяца искали с собаками и не нашли?

Улыбка благодарности с кивком была ответом его словам, а значит, она помнит. Значит, это было, и было по-настоящему, значит, это что-то да все еще значит для нее, тот глупый и самонадеянный подкат от бравого королевского офицера, что, набравшись алкоголя и смелости, подошел, казалось, целую тысячу лет назад в забытом богами захолустье, прожженного ветрами и солнцем халифата, когда они были оба младше, когда они оба были лучше, честней, а мир вокруг замер в тот день для них двоих.

Ваггет кивнул своим мыслям, погружаясь в воспоминания. Они были вместе, пусть и не долго, но были. Чудные были времена, солнце вроде как светило ярче, трава вроде бы была зеленее, а как ему, тогда еще никому не известному офицеру гвардии, завидовали все на дальнем южном гарнизоне! Эх, какая женщина! Он был влюблен до безумия в эту черную пантеру из джунглей, да что там говорить, даже сейчас сердце бешено колотилось, когда взгляд жадно выхватывал ее скупые движения.

– Нильс, мне сказали, у тебя есть кое-что, что мне очень нужно, – наконец произнесла она, слегка склонив набок свою прелестную головку.

– Ну, знаешь ли, дорогая, если бы я начал перечислять все то, что у меня есть и от чего бы твои загребущие ручки не отказались, ты бы поседела в этом кресле, пока дослушала весь список до конца, – рассмеялся он.

– Даже так? – Вскинула она игриво бровь. – Хорошее начало для беседы, господин офицер. Умеете вы даму заинтриговать.

– Рад стараться! – Отсалютовал он ей указательным пальцем, мягко кивнув.

– Мне нужно сердце Тида, – уже более серьезно произнесла она, заметно напрягаясь телом.

– И… – произнес маг, кивая ее словам.

– Что и? – поджала губки эльфийка.

– И взамен ты готова мне предоставить… – Ваггет задумчиво стал изучать потолок.

– О боги поднебесья, старый ты пройдоха, не тяни, говори уже! – рассмеялась она.

– Отдай мне Гальверхейм. – Маг впился в нее своим тяжелым и серьезным взглядом без тени эмоций.

– Хм. – Эльфийка вернула так и не отпитый чай на столик, также возвращая магу не менее серьезный взгляд. – Это слишком большая цена, Нильс.

– За твою личную месть и за твои чувства? – Маг покачал головой.

– Не надо сюда примешивать Лео! – вспылила зло эльфийка, подскакивая с кресла стальной пружиной. – Я действую исключительно в интересах клана!

– Если б ты знала, сколько мне сил стоило не удавить этого светлого своими руками. – Медленно верховный маг короны поднялся из-за стола, подходя к ней почти вплотную. – Как же я ему завидовал все это время, Тай.

– Не надо, Нильс. – Она опустила голову.

– Тогда не говори мне о своем клане и тем паче о цене. – Он невесело усмехнулся.

– Она опасна, Нильс, я могу не удержать Галчонка, это не тот противник, с которым можно не считаться. – Эльфийка вновь подняла свой взгляд.

– Ну, тогда, может быть, ты с Тидом без моей помощи решишь пободаться? – Маг нежно провел кончиками пальцев по ее щеке.

– М-да уж. – Она, закрыв глаза, прильнула к его ладони. – Неплохой расклад у вас, господин офицер, умеете вы с женщинами торговаться.

– Если б умел, моя дорогая, хрен бы ты тогда куда от меня сбежала, – улыбнулся он.

– Это еще надо посмотреть, кто от кого бежал. – Озорной огонек блеснул в ее взоре, а рука вновь ухватилась за главное, отчего маг с шумом выпустил из груди воздух, округлив глаза.

– Тише, детка, тише! – сиплым голосом, слегка согнувшись в ее руках, попросил он.

– Значит, будем считать, что мы договорились? – улыбнулась она, слегка повернув кисть, отчего мага тоже повело в сторону.

– Разве я мог тебе отказать? – прохрипел он.

– А ты попробуй. – Она прикусила зубками мочку его уха, обдав жаром дыхания шею.

– Обязательно, – улыбнулся он. – Только можно в следующей жизни?

– Не советую, – рассмеялась она, резко отпрянув в сторону и направляясь к двери. – Ох, не советую я тебе этого делать, мой милый бравый офицер!

Тонкая и грациозная фигурка эльфийки скрылась за дверью, оставляя его один на один со своим бешено стучащим сердцем, поющей радостные дифирамбы душой и пульсирующим от прилива крови достоинством.

Потрясающая женщина, думал он, качая головой ей вслед, вновь не без труда добираясь до своего кресла, дабы провести эту ночь в полном одиночестве, разглядывая потолок и вспоминая дела давно минувших дней.

* * *

Это был успех. Наша безбровая фурия «метелилась», как тысяча пьяных матросов в припортовом кабаке. Она лягалась, она кусалась, она рвалась в бой, несмотря на то что ей порядком уже натыкали по мусалам.

В сумме из десяти боев она выходила на арену трижды, одержав победу в двух поединках, чем смогла отыграть с кона свои сережки и сверху получить двенадцать серебряных монет. Естественно, самый большой куш сорвали братья, причем бились они в парных боях, так сказать, стенка на стенку, и эти благородные олени севера ни разу не проиграли. В итоге у нас на руках вновь оказались денежки, вернее у них на руках, так как я ни под каким предлогом не соглашался участвовать в драках. Ну не обессудьте, не мое это, пусть я даже через дымку пьяной хмари и понимал, что даже в своем нынешнем состоянии мог накостылять практически любому из присутствующих и, даже возможно, одному из Гердскольдов, но только одному, так как в паре они были великолепны.

Изорвав мой некогда белоснежный носовой платок на куски и заткнув этими ошметками расквашенный нос принцессы, дабы остановить из него кровотечение, наша дружная компания вновь пошла по кругу, наводить «шухеру» по рядам комедиантов и циркачей. Мы вновь пили, пытались петь песни, гонялись за факиром и даже умудрились найти мини-зоопарк, где, естественно, дергали за хвост усталого от жизни и всего этого мира льва. Выковыривали из панциря черепашку, ну и еще Гердскольды учили надувать принцессу лягушек через соломинку, вставленную земноводным сами знаете куда. Смеху было, словами не передать. Особенно когда принцесса выдвинула голову черепашки, всунув палец той с неожиданной стороны. Надо было видеть взгляд того создания и ту скорость, с которой она потом от нас убегала. Не такие уж они и медлительные, черепахи. Я, помнится, еще в тот момент подумал, как же хорошо, что факир так быстро бегает.

Вообще в какой-то момент мне стало все это даже нравиться. Не знаю, может быть, я наконец-то расслабился, может так статься, что алкоголь все же купировал во мне все человеческое, но я стал получать удовольствие от объятий братьев и, что уж греха таить, куда большее удовольствие от прикосновений юной смутьянки, что откровенно висла на мне, причем уже без стеснений парочку раз звонко отвесив мне по заднице звонких шлепков ладонью.

Это, конечно, немного не то, чего я обычно ожидаю от женского пола, но на большее лучше сию юную прелестницу не провоцировать. Ибо дурь дурью, а разум я еще не окончательно пропил. Не знаю, как с вами, но даже в подобном состоянии меня не отпускает думка о дне грядущем, а он, увы, настанет, тяжкий и муторный день ужасающего похмелья и не менее тяжелых дум о том, что ты успел вчера содеять в столь легком и возвышенно свинском состоянии.

Истоптав порядком ноги, причем я, как оказалось, все это время был только в одном сапоге, мне все же удалось склонить своих товарищей и товарку на то, чтобы банально посидеть спокойно, хоть полчасика, ровно на попе, не гарцуя по рядам и улочкам. Моим выбором стал самый большой и, видимо, самый богатый шатер циркачей, с натуральной круглой ареной, отсыпанной песком, с полноценными номерами и представлениями. Я с непередаваемым блаженством вытянул гудящие ноги, с интересом рассматривая, как лихие всадники с прыжками и прочими чудесами носятся на конях по кругу, как клоуны заставляют в смехе корчиться трибуны, а затем дрессировщики выводят чудные твари земные, заставляя их прыгать с тумбы на тумбу или играть мячиками.

Милые, простые и понятные сердцу забавы, то, что пройдет через века, не единожды затронув человеческие души. Вообще задумывались, насколько примитивны и меж тем красочны представления в цирках? Это же квинтэссенция развлечений, которую человечество сохранит, несмотря ни на что. Меняется мода, уходят наряды и аляповатые, вычурные украшения. Появятся автомобили, меняя друг дружку, настанет век, когда на смену пышечке толстушке придет век анорексиков с синими кругами под глазами, что, собственно, наблюдалось мной в мою бытность на матушке Земле, и вот только цирк неизменен. Ну что можно еще вспомнить? Да ничего. Рушатся стены замков, стачивает время углы пирамид, но вот это, вот именно это останется даже после нас.

В какой-то момент от умиления и умиротворения мне даже под бурные аплодисменты разгоряченной публики удалось задремать, уткнувшись в плечо принцессы. За что я, естественно, был тут же ею облаплен и низведен своей тяжкой головушкой к ней на ко-ленки.

Из полудремы я один раз открыл глаза, когда выступала группа гимнастов, так как женская йога это, ребята, наше всё. Ну и еще меня разбудили на выступлении фокусника, у того что-то, видимо, не получилось, либо же получилось, но не так, как задумывал, отчего толпа стала швыряться в него всякой гадостью, ну и Гердскольды выкинули последний, из еще оставшихся на мне, сапог в сторону арены.

– Улич! – В какой-то момент сладостного покоя активировались мои демоны, принявшись трясти меня. – Мы думали-думали и мы придумали!

Естественно, ничего хорошего в голову братьев прийти не могло, но куда хуже, что на их сторону встала принцесса, а виной всему стал горе-фокусник. Видите ли, все вдруг дружно вспомнили, что я вроде как маг, ну и припомнили заодно то, что я не выходил на ринг, чтобы получить по «мусалам» и заработать денежку в общую копилку. Вот так вот, вяло отнекиваясь, меня практически на руках внесли за кулисы цирковой труппы, где нам, ободранным, но меж тем по-прежнему остающимся знатными господами, срочно потребовалось лицезреть пред наши мутные очи главного управляющего всем этим шатром.

– Чем могу быть полезен? – Тучный, высокий и крепкий мужчина, с окладистой черной бородой, которого так и подмывало назвать Карабас-Барабас, честно попытался добавить какое-нибудь слово, вроде «господа», но у него это так прямо не получилось. – Я так понимаю, это вы желали меня видеть?

– Да! – Дружно закивала троица. – Вот!

– Кх-м. – Прокашлялся мужчина в бороду. – Простите, что вот?

– Вот он! – Тут же три пальца уткнулись мне в грудь. – Это он.

– Эбиус Вонг. – Тяжко вздохнул мужчина, протягивая мне для пожатия свою огромную, покрытую богатым ворсом естественного происхождения руку, видимо, из нас всех лишь в моем взгляде уловив зачатки разума. – Не могли бы вы… м-м-м… попробовать более точно сформулировать причину, по которой вы ворвались к нам и вызвали меня?

– Ульрих, – собрав в кучу глаза и волю, ответил я, ухватившись за его ладонь, как судно во время шторма за якорь. – Простите, сударь, за беспокойство…

– Он! – с иканием выдала принцесса.

– Эт к бабке не ходи! – Молодцевато щелкнул каблуками Рамус.

– Мы тебе дело говорим, – поддержал брата Трим.

– Ну, то, что вы говорите, это уже хорошо. – Поджал губы здоровяк управляющий. – Осталось дело за малым, понять, что именно вы хотите от меня.

Тяжко, практически на междометиях, мы с горем пополам смогли обрисовать господину Вонгу сногсшибательную задумку, по которой я должен был выйти на арену с фокусами, а господин управляющий взамен отдает нам денежку за мой талант.

– А опыт выступлений у господина мага имеется? – Свел задумчиво вместе кустистые брови управляющий.

– Он лучший! – Стукнул себя в грудь кулаком Трим.

– Из лучших! – Согласно кивнул Рамус.

– Однажды он голышом со стола спрыгнул, – подался в воспоминания Трим.

– Вот это был номер! – Воздел вверх палец Рамус.

– Мы все там попадали! – Хлопнул в ладоши Трим.

– Да прямо голой попой к потолку крутнулся! – Расплылся в улыбке Рамус.

– Вы бы только видели! – Мечтательно покачал головой Трим.

– А я хочу посмотреть! – Возмущенно топнула ногой принцесса. – Господин барон! Это что же такое получается? Почему все, а не я?

– Что? – Оторопело уставился я на нее.

– Так! – Она поджала губы. – Немедленно раздевайтесь!

Не знаю, чем бы это все закончилось, но спас меня, как это ни странно, именно управляющий, подхватив под локоток и уводя прочь от моих собутыльников и пылающей гневом принцессы.

– Не знаю, что у вас в голове и есть ли там вообще хоть что-то на данный момент, но, похоже, юноша, вы будете мне очень благодарны завтра за это. – Хохотнул мужик, когда мы отошли на расстояние, где нас уже не услышат.