Взлет Роя

– Попробуем…

Штурмовики ворвались в атмосферу планеты и нацелились на темное пятно летающей биомассы. Минута снижения, и от штурмовиков, засекших с такой короткой дистанции своими мощными радарами две движущиеся цели, пошли продолговатые тела ракет. Звено за звеном штурмовики пускали ракеты, и их суммарного залпа хватило бы, чтобы полностью перепахать этот участок леса, превратив все деревья в мелкую щепу.

Впрочем, как и ожидалось адмиралом, сами ракеты уверенно захватить цели не могли, они начали рыскать по курсу, а в довершение навстречу ракетам от стаи летающей мелочи потянулись словно щупальца-тентакли, произошло соприкосновение, и ракеты окончательно сошли с курса и стали подрываться согласно заложенной программе.

Уйдя на виражи, штурмовики вновь звеньями по пять бортов начали заходить на линию атаки.

– Цель не наблюдаю… – командир эскадрильи. – Слишком плотная масса какой-то мелочи…

– Огонь максимально широким фронтом, – приказал адмирал.

– Слушаюсь, господин.

В ту же секунду заработали пушки. Но все было бесполезно. Снаряды входили в плотную массу без видимого конечного результата, если не считать обрушение некоторых деревьев.

– Разгоните эту мелочь на бреющем полете! – рыкнул на тупящих пилотов адмирал, наблюдавший за ходом охоты.

– Вас понял!

Штурмовики снизились и прошли над стаей с резким набором высоты, струями плазмы сжигая мелких птичек десятками тысяч.

Стая мелочи рассосалась, поредела, но вскоре вновь начала набирать плотность.

– Повторить! Первые два звена разгоняют, третье – атакует! – вновь вынужден был вмешаться в охоту на псионов Дромар Калим.

Пилоты выполнили приказ, и на этот раз действительно стала видна цель их охоты. Пять штурмовиков тут же ринулись в атаку. Заработали пушки, но два транспортных средства на удивление резво маневрировали в джунглях, уходя от огненных трасс. Атака шла за атакой, но подстрелить две верткие цели все никак не удавалось. Один из штурмовиков вдруг задымил, а потом и вовсе взорвался, пилот смог катапультироваться лишь в последний момент.

– Что произошло?!

– Не знаю, господин, все случилось очень быстро, какие-то неполадки в топливной системе…

Тут на связь вышел пилот еще одного штурмовика:

– У меня неполадки в системе управления…

– Выходи из боя, – тут же приказал командир эскадрильи.

Впрочем, далеко машина улететь не смогла, кувыркнулась и рухнула в джунгли. Пилот тоже смог катапультироваться.

Адмирал почувствовал, что дело нечисто.

Тем временем атаки после перераспределения штурмовиков продолжились.

– Да что же это такое! – ярился Дромар Калим, наблюдая за безуспешными попытками подстрелить псионов. – А это еще что за…

Неожиданно один из штурмовиков, только что проведший очередную штурмовку, отчетливо рыскнул из стороны в сторону, а потом заложил крутой вираж и открыл стрельбу по своему напарнику. Тот, не ожидавший такого поворота событий, не успел увернуться и огненным шаром полетел в джунгли, где взорвался ярким огненным всполохом.

А спятивший пилот тем временем атаковал своих сослуживцев, что обеспечивали разгон стаи птиц. Впрочем, они все прекрасно видели и смогли уйти, прыснув в стороны. А спятивший все атаковал, метаясь от одной цели к другой, и обстреливал своих товарищей, что все это время пытались достучаться до него, но безуспешно.

– Да сбейте его наконец! – рявкнул адмирал, убедившись, что пилот не думает приходить в себя и эти атаки могут длиться достаточно долго, либо пока не кончится боезапас, либо не выйдет топливо.

Он уже догадался, что это работа псиона, как и предыдущих два случая.

Штурмовик со спятившим пилотом камнем пошел к земле, после того как сразу три пушечные очереди впились в его корпус.

Вновь атаковали псионов, но теперь пилоты действовали очень осторожно, даже трусливо, мало кому хотелось свихнуться так же, как их товарищ, потому об успешности атак не стоило и думать. А потом стая мелких птичек рассосалась сама.

– И где они?!! – рыкнул адмирал, пытаясь найти два транспортных средства псионов, но ничего не находил. – Проклятье…

Осознав, что его провели, Дромар Калим приказал послать очередную группу бойцов для проведения разведки и спустя час получил доклад от командира отряда.

– Они заехали в пещеру, господин. Транспорт оставлен недалеко от выхода…

– Проверить пещеру дроидами!

– Мы это сделали, господин. Внутри никого нет.

– Как нет? Где же они тогда?! Штурмовики вели плотное наблюдение и никого не засекли! Они должны быть внутри!

– Но их нет, господин, мы все тщательно проверили, каждый закуток…

– Ладно… – резко успокоился адмирал. – Скиньте мне все данные.

– Слушаюсь, господин.

Адмирал, получив файл с информацией, тщательно его изучил, и по всему выходило, что псионов в пещере нет и скрыться от штурмовиков без прикрытия из тучи мелких птичек они не могли. Да, странные деревья сильно мешали, но не до такой же степени…

– Не телепортировались же они?! Если бы они имели такую возможность, то давно бы слиняли из бункера, а не дожидались, когда их там прижмут к стенке, да и нападать на шаттл не стали бы…

28

Прорваться к пещере удалось не без проблем. На последнем участке пути Владислав маневрировал уже не столько потому, что пытался уйти от пушечных очередей налетевших штурмовиков, для чего пришлось в полную силу задействовать интуицию и предвидение, в последний момент уходя из точки удара, ловя при этом бортами осколки, проскакивать по тропе перед тем, как ее перекроет падающее дерево, а просто из-за того, что едва контролировал себя, лишь чудом уходя от столкновения с очередным деревом.

Причиной того служил сильный ментальный откат, когда ему в очередной раз пришлось воспользоваться допингом для того, чтобы достать одного из пилотов, так как в какой-то момент почувствовал, что этот гад все же достанет их, как бы они при этом ни маневрировали.

В конце концов, маневренность у «гусениц» имеет свой предел и он достаточно мал. Поскольку скорость пролета штурмовика очень высокая и сконцентрироваться на жертве, дабы лучше ее почувствовать, невозможно, к тому же дистанция воздействия явно превышала зону захвата, то пришлось действовать очень грубо, в этом пси-ударе выкладываясь на все двести, а то и триста процентов.

А перед этим он сильно потратился на телепортацию объектов (запчасти и инструменты, что лежали в кабине транспорта) в нутро штурмовиков. Они хоть и вышли из строя, но из-за неясности причин особо пилотов не напугали, и те продолжили штурмовку.

Если бы не Эхинацея, поддержавшая его, когда он погрузился в полуобморочное сомнамбулическое состояние на ментальном уровне, словно делясь своими силами, при этом параллельно удерживая стаю и задействуя предвидение, то не факт, что доехал бы до цели.

В общем, ей тоже пришлось непросто во всех смыслах.

Но вот и желанная пещера. Протиснуться на броневиках удалось не сильно далеко, но и этого было достаточно.

Роев с трудом вывалился наружу. Эхинацея выглядела немногим лучше него. Но, несмотря на усталость, они все же разгрузили модули и выпустили на волю бункерных тварей. После чего подхватили свои акваланги, несколько аквариумов с водными монстриками и, пошатываясь от усталости, несмотря на допинг, спустились к воде.

Собственно, их интересовала даже не сама пещера. Псионы хорошо понимали, что боевые дроиды могут достаточно быстро ее обследовать и найти беглецов. Их уничтожение в этом случае будет лишь делом времени и техники, вплоть до разрушения горного массива орбитальной бомбардировкой, если другие методы не сработают. Уничтожить их в пещере на порядок легче, чем в бункере, так что в этом смысле и уходить резона не имело. Но их интересовала подводная река, к которой можно было получить доступ в этой пещере.

Откуда они о ней узнали? Так в самом начале проводилось исследование близлежащей территории относительно бункера, в том числе сейсмическое, так и выявили наличие неподалеку подземной реки. А потом на всякий случай заслали туда специального дроида-картографа, который исследовал подземную реку и выяснил, куда она впадает.

Впадала она в конечном итоге в океан, хотя имелись два промежуточных выхода, а именно в одно озеро на поверхности, что в двухстах километрах от бункера, и в еще одну пещеру в пяти сотнях километрах. Также между этими выходами имелся один большой подземный бассейн.

Что было в этой реке особенно ценно, так это ее русло. То есть вода за многие сотни тысяч лет пробила в породе широкий тоннель, по которому свободно мог перемещаться человек, без того, чтобы не протискиваться меж камнями. Не было никаких узостей, где можно было застрять.

Ну да, именно с помощью этой реки парочка псионов и решила сбежать от врага куда подальше и окончательно затеряться в непролазных джунглях континента.

Погружение под воду произошло весьма вовремя. Еще подбираясь к воде, они слышали рев приземляющегося у входа в пещеру шаттла, и не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что внутрь сразу же рванули боевые дроиды. Когда дроиды оказались в зале с озерцом кристально чистой воды, Владислава с Эхинацеей уже несло течение подземной реки, им оставалось только лишь немного подправлять свое движение, дабы не удариться о стену или не зацепиться за очередной скальный выступ.

Плыть в потоке подземной реки было, мягко говоря, необычно, Владислав даже взбодрился. Течение в зависимости от ширины русла то ускорялось, то замедлялось, так что приходилось быть начеку и смотреть во все глаза. С обозрением вопрос был решен еще в бункере, когда обследовали его подводную часть, а именно на шлем присобачили одну странного вида панцирную рыбку, вот с помощью ее огромных глаз, коим для получения четкой картинки хватало лишь минимального количества света, а именно слабого свечения каких-то микроорганизмов, живущих на стенах, практически не фиксируемого человеческим глазом, и смотрели на все окружающее псионы. Не ослабни они так сильно, могли бы воспользоваться способностью ощущать пространство, но в данный момент хватало и глаз марионеток.

Плыли долго, Владислав практически потерял счет времени, не уснул только благодаря тому, что приходилось постоянно маневрировать, дабы не разбиться на особо крутых поворотах и не зацепиться за выступы. Временами отдыхали в небольших нишах, где течение почти не чувствовалось, все-таки коррекция движения очень сильно выматывала и без того истощенные организмы.

В какой-то момент дали о себе знать акваланги, а именно началось затруднение с дыханием, это водоросли в баллоне разрослись так сильно, что уже не хватало объема даже для одного вздоха. Пора было проводить их чистку.

В принципе проблем с этим не было. Провести профилактические работы можно было даже под водой, благо они изначально задумывались так, но извращаться не потребовалось. Уже начался знакомый по карте подъем, что должен был вывести их на поверхность, а точнее в озеро.

В конце концов, какими бы они ни были сильными псионами, им, как и обычным людям, требовался нормальный отдых, а полноценно отдохнуть в подземной реке все же несколько проблематично. В идеале бы, после всего произошедшего, требовалось поспать часов так десять-двенадцать, но увы, озеро – это не то место, где можно было бы так полноценно расслабиться, требовалось добраться до более укрытого места.

Конечно, сначала послали разведчика, чтобы тот посмотрел, нет ли на берегу чужаков. По-хорошему требовалось бы провести еще воздушную разведку, но, увы, с собой ничего летающего не было. Оставалось только рассчитывать на прибрежную летающую живность.

Разведка показала, что на берегу чисто, и Владислав с Эхинацеей, все еще находясь под водой, поплыли к берегу.

Летающая живность оказалась непуганой, что уже говорило само за себя, но, взяв под контроль одну пичужку, Роев заставил ее сделать облет. Как и ожидалось, поблизости никого не обнаружилось.

Всплыв, Владислав сделал жадный вдох. Рядом сипло вдохнула Эхинацея.

Отдышавшись, сидя по пояс в воде под каким-то сильно наклонившимся над водой деревом, отдаленно напоминающим плакучую иву, они принялись за обслуживание своих самопальных аквалангов.

– Тихо! – насторожился Роев.

Псионы почувствовали исходящую от мелкой живности тревогу, и этот тревожный фон приближался к ним.

– Закругляемся.

Отдохнуть не удалось, но хоть акваланги были приведены в рабочее состояние.

Их все же засекли, началась заполошная стрельба, в воду полетели гранаты, беглецов даже немного тряхнуло, но вреда ни пули, ни взрывы им не причинили, так что они без проблем ушли на глубину и вернулись в поток подземной реки. Оставалась лишь досада, что противник может сложить два и два, в результате получив верный ответ, и начнет искать выход подземной реки на поверхность.

29

Когда после крайне неудачной охоты за псионами адмирал Дромар Калим вспомнил наконец о подозрительном озере, что на некоторое время вылетело у него из головы, возле которого сел спасательный челнок с ученым, и послал туда разведчиков, чтобы они его проверили более тщательно, то почти не удивился, когда поступил доклад об обнаружении там какого-то движения.

– Просканировать все озеро!

Зависший над озером шаттл со спешно смонтированным на него соответствующим оборудованием пробивал сканирующим излучением толщу воды, но снова все оказалось бесполезным. Никого и ничего, если не считать обычную водную живность.

– Так-так… – задумался адмирал и, осененный идеей, вновь развернул голографическую карту района. – Сначала два псиона исчезли в пещере, казалось бы, пусть и странно, но на то они и псионы… потом кто-то исчезает в озере, да и челнок сел возле него… вряд ли случайно. В озеро запустить дроидов-разведчиков!

Стоило только запустить первых дроидов, как догадка получила свое подтверждение. Обнаружилась подводная пещера, что вела в подземную реку, уйдя в которую и сбежали как два псиона, так и ученый с прочими, благо даже скафандры позволяют находиться не только в вакууме, но и в водной среде.

Но если один дроид, что был послан вверх по течению, как и ожидалось, вышел из пещеры, в которой исчезли псионы, то связь со вторым вскоре была потеряна. Гадать, что с ним стало, не приходилось, наверняка уничтожен.

Проведя линию от пещеры к озеру и дальше до самого океана, а потом добавив еще две широко расходящиеся линии, образовавшие треугольник, Дромар Калим приказал всем поисковикам:

– Найти и обыскать в данном районе все пещеры! Особое внимание на пещеры с водой!

Площадь поисков получалась огромной, а времени на проведение поисковой операции мало, в систему со дня на день войдет флот клана Риядлид (по-хорошему флоту «валлеров» давно следовало уйти, как только это позволили технические возможности после – ремонта поврежденных кораблей), но выбора просто не было. Ученого кровь из носу требовалось найти, ибо без него все бессмысленно.

Летающие дроиды-разведчики мотались над джунглями в поисках входов в пещеры, туда перебрасывались боевые отряды, но большая часть пещер быстро отсеивалась из-за отсутствия доступа воды. В части пещер обнаружились аборигены. Адмирал приказал их захватывать, в конце концов, требовались рабы без нейросетей для действия в бункере, ведь артефакт все еще находился в нем и его нужно найти и изъять. По крайней мере, попытаться это сделать, дабы показать главе клана, что он сделал все от него зависящее.

На всякий случай адмирал приказал запустить в озеро боевых дроидов. С этим возникла некоторая заминка, так как обычные боевые дроиды мало подходят для действия в воде, но тем не менее на складах нашлись и такие модели, пусть и сильно устаревшие, пятого поколения.

Наконец на второй день было обнаружено сразу две пещеры, удовлетворяющих требованиям, то есть с водой. В одной из пещер завязался бой, когда дроид-разведчик обнаружил затаившихся в одном из отнорков людей. И судя по количеству засветок, это была группа со спасательного челнока. То есть те, кто ему, собственно, и требовался.

– Попались! – возликовал Дромар Калим. Поинтересовался тем, как идут дела у боевых аквадроидов, и доклад еще больше улучшил настроение адмирала, потому как эти дроиды были как раз возле пещеры, в которой произошло скоротечное боестолкновение.

Адмирал приказал начать штурм.

– Но будьте осторожны, – добавил он абордажникам. – Ученый нужен мне живым и желательно здоровым.

Тем осталось только взять под козырек.

30

Необходимость отдыха никуда не исчезла. Требовалось банально отлежаться в спокойной обстановке после применения допинга. Вместо этого происходило дальнейшее накопление усталости, что могло привести к трагедии.

Подземная река продолжала нести псионов в своем потоке, пока не вынесла в подземное озеро, где, если всплыть чуть выше, практически отсутствовало течение. Возникло давно забытое, блаженное ощущение невесомости.

– Здесь и отдохнем, – решил Роев. Эхинацея возражать не стала, она тоже изрядно вымоталась.

Всплывать к самому верху не стали, хотя опять требовалось техническое обслуживание акваланга, а там под потолком имелся воздушный пузырь. Хотя если уж на то пошло, то воздуха там как раз почти не было, в основном метан. Так что пришлось, хорошо продышавшись, задерживать дыхание и быстро проводить необходимые манипуляции.

Впрочем, каких-то больших сложностей это не вызвало. Даже обычный человек, пусть и хорошо подготовленный, способный задерживать дыхание на пять минут, мог справиться с задачей. Что уж говорить о псионах столь высокого ранга! Если уж псионы следующих ступеней могли сколько угодно долго находиться в космической пустоте и даже в кронах звезд, то выдержать несколько минут без дыхания Владиславу и Эхинацее не представляло труда, несмотря на их плохое состояние.

В принципе, будь они на данном уровне хорошо развиты, то им уже сейчас эти акваланги не потребовались бы, чтобы преодолеть намеченный маршрут. Но, увы, несмотря на высокий потенциал, умений пока катастрофически не хватало. Им еще долго требовалось набираться опыта.

– Покой нам только снится, – невесело хмыкнул Владислав Роев, стоило только им закончить все манипуляции с аквалангами и вновь начать свободно дышать.

Несмотря на ментальное истощение, парочка не забывала, что вокруг враги, а они еще так неосторожно засветились на озере, и потому держали вход в подземное озеро под постоянным контролем. Эта мера предосторожности оказалась ненапрасной тратой сил. По их следу двигался вражеский дроид-разведчик, но, несмотря на свои мирные функции, оружие у него тоже имелось.

Впрочем, проблем дроид не доставил. Стоило только ему вплыть в озеро, как тут же получил в свое нутро пару булыжников размером с кулак, а потом еще и еще. Псионы устроили примитивную засаду и начали «баловаться» телепортацией, благо дистанция была плевой, меньше десятка метров. Много сил не требовалось, вода при этом почти не мешала. Дроид задергался, словно живое существо в предсмертной агонии, но, в конце концов, еще несколько раз конвульсивно дернувшись, затих и, источая из себя словно кровь какие-то технические жидкости, плавно опустился на дно.

Несмотря на вторжение, псионы никуда бежать не собирались, а, как и планировали, решили немного задержаться и попробовать расслабиться. Угрозы они не ощущали.

Конечно, точность предвидения на сколько-нибудь отдаленный период в их состоянии была, мягко говоря, спорной, но тем не менее это было меньшее из зол, чем если двигаться дальше, тем самым еще больше накапливая усталость, что в итоге вовсе могло обернуться трагедией из-за допущенной ошибки или не сработавшей в полную силу псионической возможности.

Позависав в водной невесомости почти десять часов, хорошо поспав и проведя еще одну чистку баллонов от размножившихся водорослей, почувствовавшие себя полными сил псионы продолжили путь по подземной реке. Правда, перед этим пришлось немного поэкспериментировать над самим собой.