Негоциант 2. Марланский Квест

В конце концов надо было что-то делать, и я решил распродавать оборудование, однако и тут у меня вышла промашка. Соотечественникам оно было без надобности, а аборигены не понимали его назначения. Часть конечно получилось раздать разного рода гадалкам, целителями торговцам диковинок, выручив немного монет, но большая доля так и осела, никем не востребованная.

— И как же вы теперь?

— Да как. — Барсук грустно улыбнулся. — Сижу вот тут. Существую. Кому что отнести, кому что сколотить. Скатился до уровня обычного подсобного рабочего, и кто же? Я! Кандидат наук, с десятками публикация в научных журналах! Да у меня на Земле свой исследовательский корпус был, и надо же было так проколется.

В руке у Зимина появился желтый кругляш и глаза биолога алчно вспыхнули.

— Нужна информация, — просто, без обиняков, пояснил Зимин, демонстрируя ученому золото. — И я за нее заплачу, но лишь тогда, когда сам сочту что информация эта достойна оплаты.

— С превеликим удовольствием, чем могу. — Закивал головой Барсуков, не в силах оторвать взгляда от мелькавшего между пальцами Зимина гордого профиля его величества Матеуша.

— Хорошо. — Улыбнулся Слава. — Что такое Марево? Многие об этом судачат, говорят явление редкое и весьма смертоносное, однако все больше слухи и домыслы. Поговаривают о каких-то джинах и вообще тут больше чертовщиной попахивает. Что вы, уважаемый ученый, думаете по этому поводу. Марево оно реально?

При словах «уважаемый ученый» Барсук, казалось бы, увеличился в росте и просил, ибо кроме как «рвань подзаборная», и «уйди отсюда пархатая собака», к нему за последний год иначе не обращались.

— Марево, есть необъясняемое, но вполне реальное явление, происхождение которого, не иначе как искусственное! — Выдал он, оттопырив губу. — Я действительно задался исследованием некоторых удивительных небылиц, которые то и дело курсируют в умах местных, и среди них, было и оно.

— Скажите же. — Оживился Зимин. — Как интересно.

— И правда интересно. — Охотно подтвердил микробиолог. — Я, как естествоиспытатель, задумал в самом начале своего пребывания на Марлане, развенчать какой ни будь миф. Просто так, ради озорства, и остановился на нашем с вами явлении. Начну с того, что маревом его назвали местные, а вот присутствие внутри «джинов», есть особенность, принесенная кем-то из землян, возможно уроженцем востока. Данный термин встречается в исламе, а представителей этой конфессии на нашей родной планете много, и определить с точностью, коему непосредственно оно принадлежало, я не могу. Увы. Однако регулярность явления, отследить которую можно в хрониках королевской библиотеки и по сказаниям, передающимся из уст в уста, свойству явления, которое описано идентично как в словесном варианте, так и задокументировано, а также при условии соблюдения нескольких факторов, описывать которые я вам не буду, так как они могут показаться скучной демагогией стареющего ученого-неудачника, я могу заявить, что происхождение марева искусственное.

— То-есть кто-то создает марево намеренно? — Удивился Слава.

— Это, безусловно, заманчивый вариант развития событий, — усмехнулся, довольный собой Барсук, однако не единственный. Свойство явления ужасающее и если я опишу вам его действие, а о нем я осведомлен из хроник, то вы возможно со мной, согласитесь.

— Я весь во внимании.

— Тогда слушайте. Марево возникает раз в сорок лет по земному циклу. По Марланскому это чуть больше, но время от одного прихода беды, до другого, неизменно. Это, знаете ли, заставляет задуматься. Даже если мы возьмем за образец извержение вулкана, у которого тоже есть циклы, то все равно оно происходит с некоторым временным зазором, а как почитать летописи, то джины приходят строго по расписанию, будто их за опоздание штрафуют. — Пошутив Барсук радостно захихикал, однако не дождавшись поддержки Зимина, вынужден был продолжить рассказ. — Марево уничтожает все живое на своем пути. Но то как оно действует, даже я не в силах до конца понять. Дикие звери оставляют кости, зубы, клочки одежды. После марева же остается пустыня, ничего что напоминало бы о том, что до катастрофы тут были люди, блеяли козы, лаяли собаки. Ноль. Полное отсутствие любых признаков. Вы не поверите, но даже продукты жизнедеятельности исчезают. Такого тотального уничтожения естественным путем добиться очень сложно. Когда я прибыл на Марлан, катастрофа уже минула, однако места где она прошлась своей костлявой рукой, и я их посетил, посвятив изучению немало времени. Ну не может живое существо такое сделать, и после подобных выводов я пришел к следующему. Либо действительно существует какое-то уникальное сверхсильное и прожорливое образование, аналогов которому нет, либо оно искусственно создано и тогда это много объясняет. С другой стороны, откуда на Марлане взяться таким чудесам? Они вон, часы то толком самостоятельно сделать не умею, куда уж произвести универсального убийцу. Однако, когда я окончательно уварился в том, что и тут у меня ничего не выйдет, удар по самолюбию, то случайно натолкнулся на сведения о нескольких чудесных явлениях. Одно из них, черный путь или черная дорога, пролегающая от пределов пограничья, до степей, где постоянно курсирую орды кровожадных кочевников. Описание этой дороги весьма примечательно, и свидетельствует о том, что происхождение данного феномена не натурален, и естественным природным образованием не является. Я даже по памяти могу воспроизвести. «Ступив на черный путь, и проклиная Бога, отказавшегося от меня, врагов, жаждущих моей погибели, и неизвестности, сулящей страдания, я понял, что чувства мои смешались. Ровнее меча, острее по краям заточки самой искусной, чернее мыслей казначея и прочнее чем материнская любовь, „черная дорога“ разрывала пыльную жаркую пустошь». Марко Аравил, двадцатый год правления короля Иллиона. Как вам?

Барсук довольно тряхнул бородой и отхлебнул из кружки, спеша смочить пересохшую глотку.

— Увидев такое, я отправился в приграничье, благо монета у меня в тот момент еще была, и лично убедился, что не Земные, не уж тем более Марланские технологии не способы произвести подобное. Обследовал я конечно начало пути, не рискнув углубиться по дороге в пустоши, но и этого было более чем достаточно. Несколько новых версий напрашивались сами собой.

— И какие же? — Притворно удивился Зимин.

— Ну к примеру, — ученый снова пригубил, — население Марлана, это остатки былого величия. Когда-то на планете произошла катастрофа, ледниковый период, биологическое заражение или другая неприятность и большая часть высокоразвитой цивилизации вымерла, а остатки, выжив, одичали и теперь мы видим картинку с средневековой действительность, вместо небоскребов, летающих машин и прочей фантастической фигни. Однако присутствие технологичной, высоко развитой цивилизации должно было оставить хоть какой-то след после своего ухода. Может быть никто просто не искал, допускаю, но и очевидных признаков былого величия, вроде черной дороги, на планете должно быть предостаточно. Копнув поглубже я обнаружил еще одно предание. Поверьте, мой друг, отличить простой вымысел от реальных событий тут очень сложно, но мой пытливый ум, и смекалка, вычленили то что нужно. Этим историческим фактом оказался упавший бог, вы не поверите, да-да-да. Теософия на Марлане, штука опасная, сопряженная с сжиганием на костре или сдиранием кожи заживо, так что я не очень расспрашивал, однако и те данные меня вывели к неким ответам. Что же там было? Упавший бог? Да я вас умоляю. Боги не падают, а если что и случается, и данному феномену нет разумного объяснение, ему безусловно приписывают нечто потустороннее или божественное.

Как вы, наверное, догадались, именно черная дорога, в некоторых пограничных преданиях, и ведет к рухнувшему с неба существу, однако это не все. По легенде оно, это неведомое, упало на бренную твердь неспроста, а было низвергнуто, и даже падая, вело бой. Бог описывается в легенде как существо человекоподобное, однако исполинских размеров. В ходе боя, как можно было прочитать в манускрипте, этому существу нанесли три сокрушительных удара. Отрубили ногу, руки, и голову и те разлетелись по планете. Мертвое же тело, рухнув на землю, последний раз взмахнул оставшейся рукой, в которой был зажат меч, и так собственно «черный путь» и родился.

— Но вы же ученый, мыслящий человек! — Воскликнул Слава. — Вы же не верите в это?

— Черный путь есть, и это факт. — Усмехнулся Барсук.

— Но все же, как вы это можете объяснить логически?

— Хотите мое предположение? Извольте! — В глазах биолога проскочил озорной огонек. Мой профиль конечно не позволяет судить авторитетно, и это лишь догадка, и я могу только предположить. Корабль пришельцев терпит крушение и совершает аварийную посадку на Марлан. Причина выбора этой планеты для экстренного приземления мне неизвестна. Ясно одно, что на борту находились живые существа, чья биология близка к человеческой, иначе бы экстренная посадка не понадобилась. Жрали бы свой вакуум в невесомости и горя не знали. При посадке происходит еще какая-то поломка, и от корабля откалываются куски, а те, в свою очередь, не сгорев в атмосфере, по крайней мере самые крупные из них, падают по всему Марлану, плодя очередные религиозные мифы и заблуждения.

Выходя из кабака Зимин на секунду задержался и взглянул на небо. Хмурые облака, сплошным фронтом уверенно закрывали небосвод, обещая очередную порцию дождя. Сезон дождей же на планете исключал любое скорое путешествие по королевству, так как дороги раскисали и обозу застревали в вязкой черной жиже чернозема пополам с водой. Стоило поторапливаться и не давать двум десяткам гвардейцев особо бить баклуши. К тому же явная угроза Марева обретала свои ужасающие реалистичные формы и этот факт, наряду с водными потоками, падающими с небес в течении многих недель, вгонял в дремучую тоску.

До переговоров трех сторон, которые я, ваш покорный слуга, решил организовать в срочном порядке, оставалось еще минут тридцать, так что мы с Амиром решили поиграть в шахматы. Аналог этой игре на Марлане был, однако я так и не удосужился научиться играть в него, а с шахматами советник был знаком, так что выбор для развлечений у нас в эту минуту был невелик.

Необычно хмурый Грецки от партии отказался и теперь прибывал в баре, старательно надираясь. Предстоящая встреча с стариком его заводила, и чтобы не вышло чего недоброго, я попросил барона не появляться в кают-компании, ради общего дела. Барус пошел еще дальше и не смотря на протесты Яроша, запер его боевой топор в своей комнате, чем заслужил долю презрения и обвинение в трусости.

— Конь на Е четыре. — Тонкие изящные пальцы соперника не спеша переставили резную фигурку, загнав меня в неприятную ситуацию. С одной стороны, если бы я ел его фигуру, то подставлял бы под шах собственного короля. С другой же, он брал моего ферзя, что вероятно и входило в изначальную задумку.

Схватившись за голову, я принялся усиленно думать, но чем больше вариантов ходов мне приходило на ум, тем больше вариантов поражения они сулили. Отказываться от партии я не собирался. Потом не избежать насмешек Амира, а он, натура утонченная, был весьма колок в своих выражениях, если этого хотел.

— Расслабься Сергей, ситуация не в твою пользу. — На лице советника проскользнула хитрая лисья улыбка. — Ты лучше отвлекись, подумай о хорошем, к примеру, о знании. Знание же, благо любого цивилизованного человека. Вот скажи мне, ты знаешь название своей планеты.

— Ну да, — нехотя кивнул я, в последний раз оценивая ту ловушку на доске, в которую меня загнал мой хитроумный оппонент. — Земля. А что?

— А что? — Уголки губ робко поползли вверх, а голос стал немного грубее в попытке имитировать мою интонацию. — А ты знаешь значение этого слова?

— Ну земля, — я замешкался с ответом, что тут же усилило довольную ухмылку Баруса. — Почва. Почва земля, ну как тебе объяснить.

— То есть, если бы ее назвали Камень, то вся суша бы была завалена камнями?

— Возможно. — Смутился я, отчетливо понимая, к своему великому стыду, что не знаю истории имени собственной планеты, и вынужден лишь гадать.

— А наша планета зовется Марлан. — Продолжил советник. — И так она называется, а точнее пишется, сравнительно недавно. Свитки четырехсотлетней давности, письмена, написанные на коровьей коже, чернилами морского гада воспроизводят имя окружающего мира как, Мар-Лан-а, и я тебе скажу, что в официальном языке королевства, такого термина нет, однако есть схожие в нескольких кочевых наречьях и явный аналог у народностей островов. Там же это значит следующее. Мар — есть мир в нашем понимании. Лан — есть буйство стихии. Приставка «а» в самом конце слова означает не более чем множественность. Если переложить все это на современные понятия, то мы получаем «Мир полный опасностей». Вот такое вот представление о окружающем пространстве имели островитяне. Опасный мир, шторм, наводнение, приливы и отливы, хищные морские существа, таящиеся в черной воде океана и только и ждущие, когда несчастный мореплаватель, заблудившийся в бескрайних водах сойдет с ума от жажды и солнца и шагнет в пучину. А что у тебя? Земля — значит земля?

Униженный в очередной раз, я поклялся сделать для себя две вещи. При первой возможности узнать историю названия своей планету и чем ни будь насолить хитрому Амиру, но размышлять над местью мне не дали. Уже через несколько минут тревожная лампа под потолком замигала, что означало что в непосредственной близости от трапа челнока была засечена активность, и Амир отправился к шлюзу встречать гостей, а я приготовился к важнейшим в своей жизни переговорам.

Надо сказать, стратег из меня был аховый, и все что я мог еще несколько месяцев назад, это впарить особо страждущим партию лампочек накаливания. Возложенная на меня миссия негоцианта, главы торгового дома Подольских, оказалась исключительно номинальной. Конечно я поднабрался кое чего, немного поднаторев в договорной части, но это ни шло ни в какое сравнение с тем результатом, который я должен был выдать теперь.

Первым в каюткомпании появился бравый полковник службы безопасности земли, господин Суздальский. Вид он имел бравый, лицом сиял и чисто выбритым подбородком готов был пойти на штурм любого неприступного замка. Хитро прищурившись, он козырнул и растянувшись в предложенном кресле вид себе придал хозяйский и деловитый. Хитрый взгляд полковника скользил по стенам кают-компании, и он что-то непрестанно прокручивал у себя в голове.

Вторым на пороге появился старик, сам монсеньер Подольских, во плоти, без всякого, положенного ему сопровождения. Очевидно решив сыграть на авторитет, он явился без оружия и своих гардов, оставив лагерь на попечение своего заместителя. К этой встрече я готовился, стараясь до последнего избежать контакта с мерзкой личность, так нагло подставившей меня в угоду своих интересов, однако Подольских, при появлении, вызвал что угодно кроме неприязни. За те месяцы, когда я не имел с ним личного контакта, старик сильно сдал. Редкие седые волосы на голове окончательно приобрели арктическую белизну. Морщины на лице стали глубже, а некогда ясный цепкий взгляд хищника подернуло поволокой. Ну что сказать на это? Даже затрудняюсь. Ожидал увидеть свирепую акулу капитализма, существо беспринципное и жесткое, а на деле меня посетил пенсионер с рухнувшими надеждами. Да уж, видимо жизнь отнеслась к Подольских неласково. Он потерпел сокрушительное фиаско в своем лучшем начинании на Марлане, стал заложником собственного статуса и превратился в нежелательного гостя на обоих планетах. Восстановить бизнес на Марлане ему не давала знать Белогорья, королевства и столице, с населением которого можно было вести хоть какую-то цивилизованную торговлю, не опасаясь, что после заключения сделки тебе прилетит арбалетный болт в голову. На родной же планете старика поджидала команда бравых служак из ОСБЗ, которая только и ждала отмашки сверху, чтобы прикрыть его бизнес по всем направлениям, и заморозить все счета, до которых можно дотянуться.

В какой-то момент мне даже стало его жалко и от части я понимал поведение Подольских. Выгородить собственный бизнес, использовав незначительную фигуру в качестве разменной монеты. Решить проблему, малой кровью. Я бы даже поддержал его, если бы в роли монеты не выступил ваш покорный слуга.

— Итак, господа. — Дождавшись, пока все рассядутся по местам, я встал и прошелся по кают-компании, заложив одну руку за спину, а другой постукивая тростью по напольному покрытию отсека. — Вы, наверное, удивлены, зачем я вас тут собрал.

— Короче Сбирский, — старик как всегда был лаконичен, и спешил перейти к сути дела, однако покомандовать ему тут я давать не собирался. Пусть у себя в корпорации командует, старый хрычь.

— Короче не могу. — Довольно оскалился я, ибо вы не поймете сути поднимаемых вопросов, и нам невозможно будет достичь взаимопонимания. От него же, подчеркиваю, зависит наша с вами жизнь, и если мы в кратчайшие сроки не достигнем соглашения, то участь у нас всех будет незавидная. Итак, речь пойдет о сокровищах, скрываемых Ястребом, Мареве и невозможности убраться с планеты до начала катастрофы.

Битый час у меня ушло на то чтобы растолковать свою мысль, однако не полковник, не старик, особо не удивились, а при упоминании о Мареве, Подольских помрачнел и набросил себе еще лет десять сверху, превратившись и вовсе в ветхую развалину. Описывать свое выступление я особо смысла не вижу, однако мои примеры, показания очевидцев и красивые графики распространения машинной заразы, рисуемые компьютером челнока, отняли у нас больше времени чем я расщипывал в начале. По реакции своих слушателей я уяснил следующее. О явной угрозе явление под названием Марево, знали обе стороны. Подольских и полковник даже могли предположить природу действа, однако о защите Ястреба, его бравых боевых спутников, висящих на орбите, в раз способных пресечь всяческое поползновение супостата, честная компания не подозревала и мои сведения стали для них откровением.

— Тогда что мы тут обсуждаем? — Дослушав мой рассказ Суздальский нехотя повел плечами. — Запустите своих космических палачей, и они почистят планету, а мы перейдем к распилу материальных и не являющихся таковыми, ценностей.

Выслушав полковника, я кивнул и перешел к второй части своего повествования, сетуя на бездарную систему опознания корабля и чертовых перестраховщиков из адмиралтейства, допустивших подобное. Новая порция моих пояснения была встречена живо и вроде бы радостно. По крайней мере во взгляде старика, первый раз за все то время, что он молча просидел в кресле, появилась искорка заинтересованности. Они даже дослушали до конца, и первым, естественно, задал вопрос старик.

— Сбирский, дорогуша, — проворковал он голосом влюбленного. — Вы же по сути ничего не представляете на этой планете. Даже сейчас, когда вы являетесь номинальным командиром челнока, ваши полномочия тут смешны. Скажите мне вот что. Что же мешает мне, и ну скажем, полковнику Суздальскому, обледенить усилия и вскрыть вашу консервную банку?

— И что же это вам даст? — Усмехнулся я, хотя в тот момент внутри меня образовался холодный пульсирующим ком страха. Подольских мог расправиться со мной в любой момент, мог договориться с кем угодно воспользовавшись обстоятельствами и его угрозы никогда не были из разряда облачных замков. — Ну допустим вы попадете внутрь, вооруженные, перестреляете всех, и что дальше? Оборудования для вскрытия переборок челнока на Марлане, да и на Земле, пожалуй, не было и нет. Оружейный отсек и банк данных автоматически заблокируются, и мы потеряем к ним доступ окончательно. Вы лишь потешите свое самолюбие, но Мареву на это наплевать. Со дня на день стая плотоядных биороботов пуститься в свободное плавание, и будет пожирать все на своем пути.

От них нет спасения. Единственный шанс, ускользнуть на Землю, но и тут есть некий момент. Питание ворот, их нацеливание друг на друга. Все это производил Ястреб и теперь, когда команды на это нет, мы можем попасть на Землю, а может быть промахнуться, и на Луну. Кто хочет побывать в безвоздушном пространстве, поднимите руки.

— Ну ладно, допусти все настолько плохо, как вы это, рассказываете. — Вступил в разговор Суздальский. — То, что же вы от нас хотите?

— Сотрудничества. — Выдохнул я, и обвел взглядом собравшихся. — Сотрудничества, в обмен на технологии. При всей моей нелюбви к вам, господин Подольских, и нейтральному отношению к вашей команде, уважаемый полковник, я готов пойти на уступки и поделиться технологиями и вот почему.

И тут настал звездный час моего выступления. Именно тогда я отвел своих гостей в командный пункт и продемонстрировал холодную сверкающую точку фактора икс в системе. Пояснения были излишни. Я вывалил на головы ошалевших слушателей всю правду появления челнока на планете. Стремительное бегство с земли, уход в гиперпространство, аварию, выход уцелевших членов экипажа на планету и некоторую кривду о их преследователей. Вообще пресловутых нагибателей этого мира я постарался расписать как нельзя более мрачно, сурово и с огоньком, как бы рассказывал об своих злодеяниях серийный маньяк, которого, после десяти лет убийств, пыток и расчлененки, наконец поймали спецслужбы.

Однако, моя подробная аннотация кончины этого мира той реакции от слушателей, которой я ожидал, не вызвала.

— Значит так, Сбирский. — Сухо выдал старик. — Как я понимаю, тебе скорее моя помощь понадобиться, чем господина полковника. На планете Земля он величина большая, а здесь не более чем глава ОПГ, коих на Марлане великое множество.

— Поосторожнее Подольских, — глаза Суздальского сузились в две черточки бойницы. Того и гляди оттуда высунуться кургузое тупое рыло пулемете и откроет огонь. — Вы не в том положении, чтобы задирать собеседника. Лично я бы давно пустил вам пулю в лоб, но мои указания из центра…

— Вот именно. — Опальный миллиардер разразился сухим лающим смехом. — Из цента. Я тут уже чертову уйму времени, полковник, и даже если Матеуш мне не благоволит, то это его сиюминутная слабость. Парочка драгоценных камней с голову младенца величиной, часы искусной работы, шелковые подштанники и лояльность его величества у меня в кармане. И даже если это займет какое-то время, то у меня материальная база, связи в преступном мире. Я же не вчера тут появился и когда моя нога ступили на эти земли, мне пришлось изрядно попотеть, чтобы набрать вес в этом отсталом обществе и заиметь авторитет в нужных кругах.

Суздальский скрипнул зубами, нехотя признавая правоту собеседника.

— Хорошо. Что вы хотите.

Я сидел и просто слушал, отчетливо осознавая, что инициатива мной утрачена и теперь судьба всей планеты зависит только от того, смогут ли договориться между собой бравый военный и жадный делец. Ну в общем, вы меня поняли. Все как обычно. Планета и обстоятельства меняются, однако привычки остаются.

Для того чтобы они смогли договориться, я решил предоставить кратенький список тех знаний и умений, что скрывались в банке данных Ястреба и очень скоро понял, что совершил ужасную ошибку. При виде распечаток, глаза спорщиков полыхнули, они покрылись нездоровым румянцем и еще отчаянней принялись делить шкуру неубитого медведя.

— Никаких медицинских разработок, никакой фармакологии, ничего связанного с медициной. — Ревел как раненый слон, полковник. Это есть прерогатива правительства и вам туда нечего лезть.

— Мы с ума сошли. — Возмущённо вторил старик, трясущимися руками перебирая листки. — Вот хотя бы лекарство от иммунодефицита! Простейшее применение, в случае диагностирования на любой стадии принимать по две таблетки после еды в течении трех месяцев! Да это же не то чтобы горы денег, это Эвересты наличности! Зачем вашему правительству столько? Дефолта захотели!

— А вам зачем столько! — Понимая какая колоссальная прибыль начнет поступать на счета Подольских, пытался парировать полковник. — Вы хотите себе золотой унитаз, милейший! Зубы платиновые!

- Да хочу! — Шел в разнос мультимиллионер. — Мне уютней сидеть на золотом унитазе и кушать платиновыми зубами сподручней! Я пожилой человек! У меня артрит, нервные расстройства, я здоровье свое положил на борьбу с системой! Мне пенсия генеральская положена!

— Тогда возьмите универсальный генератор для производства канцелярских изделий из опилок и брюквы! Уникальный шанс превратить пищевые отходы в полезное миру!

— Сами возьмите! Дались мне эти брюквенные скрепки. Уж если что и брать, так это схему синтезатора пищи!

— Дудки подольских. Данный синтезатор даст возможность победить голод, а вы хотите получить монополию на это чудо техники!

— Если что он и даст победить, так это амбиции некоторых сетей фастфудов, а я планирую оснащать ими военные суда. Морякам, находящимся по полтора два года в рейде просто необходимо разнообразить рацион, да и потом, что это вы за все это уцепились! Вы же государственный человек! Ваши коллеги из ближнего и дальнего зарубежья, я более чем уверен, будут посговорчивей! Откуда у вас то это!

— Патриотизм Подосьских! Вам это не понять! У меня за плечами горячих точек больше чем у вас волос на голове! Я за идею стою! За общее благо!

— Ой, не компостируйте мне мозг, Суздальский! Вы вон Сибрскому втирайте какой вы весь шёлковый и с начесом, а я-то вас насквозь вижу. Сквозь вашу прямую солдатскую натуру прямо-таки выпирают звериные клыки! Да вы вообще понимаете, что, обладая любой технологией из этого, далеко не полного списка, вы обеспечите себя, своих детей, и даже детей своих детей на многие сотни лет! Даже когда чужие наконец прибудут на планету, вы все еще будете купаться в золоте, есть на золоте, спать на золоте. И я вообще не понимаю, какой тут может быть торг! Да, правительство хочет очередной кусок, который не сможет прожевать, но намекну вам только, что этого куска оно не получит. Без меня, моих связей, моих ресурсов, вам просто не выполнить это квест. Точки падения отсеков на карте определены и даны сроки при передвижении конным способом, однако не забывайте! Сейчас в королевстве сезон дождей. Хляби небесные разверзнуться и превратят проторенные пути в болото из жидкой грязи, в котором застревает как пеший, так и конный путник.

— Мы поедем на машинах. — Отрезал Суздальский. — К черту секретность и невмешательство. Появление на тракте пары внедорожников к особо плохим последствиям не приведут.

— А бензин? — Расхохотался старик. — А запчасти? А, черт возьми, механики, которые способны починить автомобиль вне бокса? Вот представьте себе такую ситуацию Суздальский. Мы едем, ни о чем подозревая, и весело насвистывая «Прощание славянки», как вдруг на нас нападает банда мародеров. Ну допустим даже если у них есть современное вооружение и знание, а в рядах бандитов встречаются и выходцы с Земли, что далеко не секрет. Мы отбиваемся, мерзавцы несут потери и уходят в бурелом зализывать раны. Однако стоп, вот вам и проблема. Шальной арбалетный болт попал в радиатор и сделал там дыру размером с кулак. Вся охлаждающая жидкость вытекла и авто больше не может двигаться. Что мы делаем? Бросаем повреждённое авто и всем цирком перебираемся в исправное? Что оставляем? Что наоборот берем с собой?

— Ладно, убедили. — Снова признал правоту собеседника, полковник. — Однако наличие материальной базы не дает вам особых преимуществ. Вы же только на Марлане до сих пор имеете влияние. На Земле же вас и ваши активы давно уже взяли в оборот. Свалить финансового колоса для правительства сейчас проще простого. Арестуют и в СИЗО, без права переписки до суда.

Спор продолжался еще несколько часов и враждующие стороны, не желая друг другу уступать, приводили все больше доводов в свою пользу, и указывали на явные прорехи в обороне спорщика, пока и эта буря не утихла.

— Я для себя все решил. — Отмахнулся полковник, от последних возражений старика. — И если вы нам не поможете, то и черт с вами. Продолжайте дальше покрываться плесенью, и ждать неминуемой гибели, а я берусь за дело.

На этом наше совещание и закончилось, и каюсь, заинтересованные стороны к согласию так и не пришли. Суздальский был за и готов был ввязаться в гонку подняв в ружье всех своих ветеранов, однако отчетливо понимал, что и Подольских в чем-то прав. У ОСБЗ не было реального влияния на планете, а у старика было и даже находясь в глубокой опале он мог организовать больше, чем все остальные вместе взятые. Подольских же и вовсе вел себя странно, в какой-то момент мне даже показалось что он готов был пойти на уступки, что на старика не похоже, и отказавшись от приза, вступить в команду, но что-то ему мешало. И даже не жадность старика напрягала, а именно возможное согласие. Ситуация казалась мне запутанной и громыхая ботинками по трапу Ястреба, парочка непримиримых противников разошлись по своим лагерям, предварительно договорившись возобновить диалог завтра в десять утра.

Вечером того-же дня «Тайны Мадридского Двора» приоткрыли передо мной плотный занавес, и вот собственно, как.

В десять вечера, вместе с очередным патрульным, к трапу подошел Подольских собственной персоной и безбожно замолотил по бронепластинам шлюза привлекая к себе внимание. Звукопоглотители корабля естественно нейтрализовали шум, однако камеры наблюдения засекли активность в опасной близости и тут же сообщили на мостик.

— Что ты хочешь? — Огрызнулся я, не особо радуясь приходу гостя. В запале, с самого начала, кроме лютой ненависти старик у меня иных эмоций не вызывал, но время идет и былой пыл прошел, возведя мои чувства к дражайшему работодателю из переменной злобы, в константу абсолютного неприятия. Переговоры я с Подольских вел исключительно в силу необходимости, и если бы можно было избежать с ним контакта, то я бы так и поступил.

— Дело есть. — Хмуро произнес старик.

— У меня с тобой нет и не может быть никаких дел, кроме тех, которые я озвучил. — Охотно пояснил я свою точку зрения, однако Подольских и не думал сдаваться.

— Сколько нам еще плестись по этой грязи. — Выдохшийся Зимин уже несколько часов к ряду месил грязь, помогая гвардейцам вытащить то и дело увязавший в жидкой глине подвод с провиантом.

— Еще пару суток. — Азир, вечно жующий свою смолу, как всегда прибывал в отличном расположении духа. — Мы почти выбрались к пограничью, а там степи, которые не размоет не один ливень. Да и кочевники в это время не особо скоры на расправу, так что выйдем к черному пути в начале недели.

— Нам нужно торопиться. — Сбив капли дождя с капюшона, Слава болезненно закашлялся и попытался поплотнее запахнуться в плащ, но ткань его промокла насквозь и свои теплозащитные качества одежда потеряла. — Дьявол…

Надо особо отметить сезон дождей в королевстве. Если вы там никогда не бывали, то вы вряд ли поймете все плачевность положения Зиминского отряда. Дождь, это только одна из составляющих ненастью, крохотная песчинка в слаженном механизме непогоды, только для того и предназначенном, чтобы как можно больше осложнить жизнь простому путнику. Влажность непонятно как взлетает вверх, уверенно стремясь к ста процентам, мелкая изморось, уверенно сменяющая потоки воды, довершает дело и даже если ты укрылся в палатке, пытаясь обсохнуть около огня, то уже через пару часов одежда снова намокает и не помогают не меха, не плотное домотканое сукно.

И теперь представь себе, что вы путешествуете в холодной воде. Суставы ломит, тело бьет постоянный озноб, пальцы еле сжимают поводья. Ад. Сущий ад.

Все чаще по пути попадались брошенные дома, или даже целые деревни. Не обращая внимания на непогоду жители королевства, тех земель что ближние к пограничью, снимались с насиженных мест и погрузив свой нехитрый скарб на телеги, искали спасения внутри королевства. Близившееся Марево, по подсчетам шаманов и звездочетов, должно было двинуться в ближайшие дни, и толкучка на разбитом тракте была та еще. Зимин, и его скромное воинство, чувствовали себя не в своей тарелке, двигаясь в противоположную сторону. Очень часто Слава ловил на себе непонимающие взгляды селян и только все больше хмурился от этого.

— Все бегут от опасности, а кучка идиотов шагает на верную смерть. Что за причуда?

К пограничью два десятка гвардейцев и рейдер во главе вышли весьма в помятом виде, и пришлось дать привал и разрешить сутки стоянки, чтобы солдаты смогли очистить доспех и одежду, прежде чем продолжить путь. Шагать дальше в таком виде они отказались.

Умом Слава понимал, что опаздывает, и рискует прибыть к шапочному разбору, увидев вскрытый борт Ястреба, кучу трупов терзаемых местной флорой и фауной, и голову лучшего друга на шесте, однако ничего сделать не смог.

— Мы мол гвардия, и как чухонь какая пехотная не ходим. — Выкрикнул кто-то из толпы и двадцать глоток в унисон взревев, поддержали товарища. По понятным причинам Зимин вынужден был сдаться и дать добро.

— Надеюсь вы так же воюете, как чистите клинки, — прошипел он, но тихо, благоразумно предположив, что лучше его возражения бойцам не слышать.

— Хорошо они воюют, — усатый сотник возник из-за плеча, да так бесшумно и внезапно, что Слава невольно схватился за нож на поясе. Пехотному мечу он не доверял, так как решительно не понимал, как им пользоваться. Боевая секира тоже была не в круге знаний, а с арбалетом, притороченным к седлу в ближнем бою не очень-то и развоюешься.

— Господи боже. Не делай так больше!

Десятник довольно загоготал.

— Не тужи командир, — довольно произнес он. — Сейчас парни почистят перышки и в путь. Там же степь, кочевники, черная дорога. Помирать то приятно в свежем белье. Да и потом, вот что я тебе скажу. Следят за нами.

— Это как же? — Зимин огляделся, но кроме чахлого перелеска в двух полетах стрелы к северу и кустарника, сплошь состоящего из шипов, ничего вблизи не приметил.

— Да вот так. — Улыбнулся Азир. — Привязался кто-то с самого караван-сарая. Как он под таким ливнем живет, чем питается, и вообще кто такой, мне не ведомо.

— А чего же не поймали?