Задача выжить

– Кристина просто умница! Если бы не она, мы бы до сих пор сидели на той стороне дороги, не зная, что и делать дальше. А вообще, девчонки, я восхищён всеми вами. Зрелище трупов в сгоревших вагонах было крайне неприятным даже для меня – взрослого мужчины. Но вы все справились, я даже не ожидал.

Похвала от сурового провожатого явно пришлась девушкам по душе, они заулыбались, напряжение постепенно сходило.

– Если кого-то всё ещё мутит, могу предложить в лечебных целях выпить по маленькой рюмке водки, у нас есть с собой одна бутылка, – предложила Мила.

Желающие нашлись, почти половина девушек подняли руки. Среди них Виктор увидел и двух крайне религиозных девушек, которые его чурались и даже демонстративно не отвечали на задаваемые вопросы. Парень сильно подозревал, что именно они объявили его вчера посланником Сатаны и пожелали ему смерти. Но он ничего не сказал по поводу принимаемого ими алкоголя, хотя язык и чесался съязвить.

После небольшого привала отряд двинулся дальше. Идти к Большому озеру, как ранее планировали, не стали – оно оказалось гораздо западнее их маршрута. Вместо этого быстрым маршем двинулись через лес к следующей по плану контрольной точке – маленькой речке Лашутка и лесному озеру. От железной дороги, судя по карте, предстояло пройти двенадцать километров. Виктор очень надеялся, что уже к обеду они окажутся на месте.

Но реальность преподнесла неприятный сюрприз – впереди находился сильно заболоченный лес со множеством поваленных деревьев. Приходилось часто возвращаться и искать обходные пути. И хотя на карте всё выглядело лёгким и близким, в реальности идти было очень трудно. Их выбившаяся из сил группа уже несколько раз останавливалась на привал, трижды менялись несущие носилки девушки, а поля вокруг Богослово, которые Виктор надеялся увидеть ещё к полудню, всё никак не появлялись.

К трём часам дня они неожиданно вышли к окраине Жуковки – небольшого посёлка вдоль Красноармейского шоссе. Только тут Виктор смог сориентироваться и понял, что они слишком сильно отклонились на запад. Несколько упавшие духом, а также изрядно вымотавшиеся девушки предложили идти в Жуковку, чтобы опять не заблудиться. Но над посёлком как раз кружил чёрный треугольник, выискивая новые жертвы, а потому пришлось опять сворачивать в лес и идти на юго-восток. И тут самодельная карта не соврала. Уже через полчаса они вышли к маленькой чистой речке, текущей в густом лиственном лесу. Идя вдоль русла, Виктор вывел девушек к хорошо знакомым ему местам – вытянутому почти на два километра узкому озеру, один берег которого густо зарос лесом. Именно тут и решили остановиться на ночлег, поскольку сил продолжать путь не осталось ни у Виктора, ни у девушек.

* * *

Палатки поставили под кронами деревьев неподалёку от берега. Рядом имелся и хороший спуск в воду. И хотя дно, насколько помнил Виктор, тут было глинистым и вязким, но вода оказалась чистой и достаточно тёплой, что сразу же обнаружили подошедшие к ней девушки. Вода словно магнит манила всех усталых путников свежестью и возможностью смыть пот и усталость.

– Виктор, не мог бы ты, пока девушки будут ужин готовить, сходить вон в тот посёлок на ту сторону озера? – предложила ему Лиза. – Поищи что-нибудь от комаров. Они тут даже днём летают, а ночью они нас просто живьём сожрут!

– Магазин там только один, и тот продуктовый. Я это точно знаю, бывал там много раз, – ответил парень. – Но, если вам нужно, чтобы я на время ушёл, и вы могли спокойно искупаться, так прямо и скажите.

– Ты очень догадлив, – улыбнулась Лиза. – Постарайся просто исчезнуть на пару часов. За нас не волнуйся, мы будем осторожными. Главное, сам не рискуй понапрасну и следи за небом. Если тебе нужны напарницы для твоей разведки, могу выделить тебе одну или двух девушек из тех, которые сами захотят пойти.

Виктор даже засмеялся. Да кто из девушек окажется настолько ненормальной, что предпочтёт плестись по пыльной дороге на другой конец озера, вместо того, чтобы смыть с себя в воде грязь и копоть? Но одна такая желающая нашлась, как ни удивительно. Добровольцем оказалась Кристина Добронравова. Однако тут уже Лиза повела себя странно и отказалась от своих собственных слов:

– Нет, Кристи, ты мне тут будешь нужна. Вместо тебя пойдёт Галя Громова.

Галя покорно вздохнула и поплелась следом за Виктором по пыльной дороге. Они вдвоём прошли вдоль берега, пробрались по полуразрушенной старой дамбе и вошли в безжизненную на первый взгляд деревню. Места были Виктору хорошо знакомы, так как в Богослово переехал когда-то его бывший одноклассник. Они продолжали поддерживать приятельские отношения, и Виктор не раз гостил у своего старинного друга. Поэтому молодой человек целенаправленно двинулся к дому своего старого знакомого.

Деревня поражала тишиной – ни лая собак, ни мычания коров, ни обычной переклички петухов. Это выглядело странным и одновременно жутким. Пустыми улицами Виктор добрался до знакомой калитки и вошёл внутрь двора. Злобный пёс, обычно стороживший калитку, тоже отсутствовал. Молодой человек поднялся на крыльцо и стал стучаться в запертую дверь. Он стучал минут пять, но ему так никто и не открыл. Зато со стороны соседнего двора послышались шаркающие старческие шаги, и над забором показалась голова очень древней старухи.

– Кто ты? Что тебе надо? – скрипуче каркнула она, прищуривая подслеповатые глаза.

– Здравствуйте… Надежда Кузьминична! – Виктор с трудом выудил из памяти имя соседки школьного друга. – Да вот к Павлику, однокласснику своему бывшему, зашёл проведать, а дома никого.

Соседка его, похоже, не узнала, но всё же ответила чуть более приветливо:

– Да их дома уже второй день нет никого. Сперва Софья пропала с мужем, позавчера они оба не вернулись с работы во Фрязино. А потом Павлушка уже вечером взял ружьё охотничье, отцепил своего злобного кобеля и пошёл искать родителей. И тоже пропал.

– В вашей деревне совсем тихо, как на кладбище. Бабуль, а где все вообще? – спросила удивлённая Галя.

– Вот в самую точку, деточка. Как на кладбище. Сходите к церкви и всё сами увидите. Почти все мои соседи погибли, когда церковь вчера сгорела от бесовского огня чёрного ангела. Я-то сама в тот день в храм не пошла, хотя отец Владимир, батюшка наш, сам лично обошёл все дома и всех жителей звал. Но поясница у меня разболелась так, что с кровати встать не смогла. А потом Кирюшка, пастух наш, прибежал – мол, баба Надя, церковь горит! Я доковыляла, а там… чёрный ангел кружит над крестом и брызжет адским огнём по православным людям! Я аж села от испуга под куст сирени и просидела там, пока это дьявольское отродье не улетело. А потом этот чёрный ангел смерти вернулся ещё раз, облетел всю деревню и перестрелял всех собак, гусей и коров на пастбище вместе с пастухом. Так что сейчас у нас действительно кладбище, а не деревня…

Всё сразу стало ясно. Виктор молча вышел со двора и остановился на улице. Единственный магазин, насколько он помнил, располагался как раз рядом с церковью. Идти же к сгоревшей церкви, чтобы увидеть очередные горы трупов, ему совершенно не хотелось. Виктор растерянно осмотрелся по сторонам и заметил неподалёку богатый двухэтажный дом за высоким забором. Перед приоткрытыми воротами этого особняка стояли новенький чёрный BMW и несколько побитый «Хаммер». В таком доме наверняка имелось всё – не только спрей от комаров, но и очень много другого полезного для их путешествия. Виктор посмотрел на свою маленькую спутницу:

– Галя, я опять собираюсь заниматься тем, в чём меня вчера обвиняла Лиза, то есть мародёрствовать. Так что ты, если тебе неприятно моё общество, можешь идти к остальным девушкам.

– Нет, я останусь, Виктор. Я знаю, что это мерзко. Но понимаю, что так нужно, иначе нам всем не выжить. И моё мнение насчёт тебя Лиза не спрашивала, поэтому она не права. Не все девушки нашего класса плохо к тебе относятся. Ты нам помогаешь, хотя вовсе и не должен. Я тебе очень благодарна за это.

– Рад слышать, что хоть кто-то заметил мои усилия, – улыбнулся ей Виктор и зашёл во двор особняка.

Прямо перед воротами стояла большая будка, от которой тяжёлая цепь тянулась к бесформенному шерстяному коврику, над которым сейчас вились мухи. Породу погибшей собаки было уже не определить – возможно, кавказская овчарка, может другая крупная порода. Справа от дома стояли образцово-показательные парники с огурцами и помидорами, слева наличествовала какая-то хозяйственная пристройка. Дверь в дом оказалась незапертой, в коридоре у входа высились коробки с собранными в дорогу вещами. Похоже, обитатели дома уже собирались куда-то уезжать, но решили сходить перед дорогой в церковь помолиться и послушать объяснения священника насчёт конца света.

В длинном прислонённом к стене кожаном чехле Виктор обнаружил какое-то оружие в разобранном виде. Сперва парень решил, что перед ним автомат, но в кармашке чехла имелся охотничий билет и паспорт на оружие «Самозарядный карабин «Вепрь-308». Патроны к карабину отыскались тут же в одной из коробок. Вот это повезло! Без малейших колебаний Виктор взял карабин с собой.

Вместе с Галей они прошлись по опустевшему дому. Опустив с помощью пульта занавески во всех комнатах, Виктор рискнул включить свет. Пользуясь случаем, поставил на зарядку свой телефон. Затем они с Галей заглянули в холодильник на кухне и выгребли остатки продуктов – колбасу, сыр, пару пакетов молока. В ванной комнате обнаружилась роскошная треугольная массажная ванна и рядом с ней барный столик-холодильник с кучей бутылок.

– Красиво тут жили, даже шикарно… – не удержался Виктор от комментария.

– Угу, я и не подозревала, что такие шикарные ванны существуют, – согласилась с ним Галина. – Вот бы хоть раз в жизни в такой вымыться!

– Так мойся, что тебе мешает? А я пока схожу наверх на второй этаж. Нужно же посмотреть, что там.

Галина, задумавшись на секунду, почему-то застеснялась и отошла от ванны. Виктор же, выдвинув один из ящиков столика с напитками, наткнулся на коробку сигар и упаковку презервативов. Эта находка не ускользнула от бдительных глаз стоявшей рядом Галины, девчонка заметно занервничала и стала жаловаться, что ей неприятно находиться в опустевшем доме. Виктор смущать девушку не стал, закрыл ящик и прошёл по лестнице на второй этаж. Там имелся большой холл, встроенный камин и висящий на стене перед диваном огромный телевизор. Молодой человек нашёл на диване пульт и включил экран.

Шли новости. Качество картинки оказалось отвратительным, сплошные помехи, но звук передавался достаточно хорошо. Из выпуска новостей Виктор узнал, что просуществовавший всего сутки Совет Национальной Обороны России уже распущен из-за неэффективности, и вместо единого Совета сформированы семь региональных Комитетов Обороны, действующих автономно. И вроде бы новая структура уже показала свою эффективность, проведя несколько успешных операций. В частности, по словам диктора, была проведена плановая эвакуация гражданского населения в большинстве регионов страны, а также уничтожены ещё два корабля пришельцев – на этот раз над Челябинском и Владикавказом. Кроме того, в новостях сообщили, что телевизионный сигнал стал недоступен жителям некоторых городов из-за повреждений ретрансляторов, но ремонтные работы уже велись. Хорошей новостью для Виктора стало сообщение, что все телекоммуникационные компании страны на время действия военного положения перешли под прямой контроль государства. И поскольку сотовая связь в некоторых городах осталась единственным способом получения информации, то с сегодняшнего дня плата за звонки взиматься не будет.

Виктор тут же взял свой смартфон и стал названивать сестре. Но трубку сестра так и не взяла, что сильно встревожило её младшего брата. Зато Женька Опарёв трубу взял мгновенно, но злобно прошипел, что знать Виктора больше не желает, так как тот нарушил обещания и вообще променял старых друзей на новых молоденьких шлюх. После этого Женька отключился.

Виктор послушал короткие гудки и без сил опустился на край большой кровати. На душе было тоскливо и гадко. За сестру он сильно переживал. Она ведь хоть и дура, но дура родная. А Женька вообще оказался не прав. Ну в чём лично он, Виктор, провинился? В том, что сам Женька нажрался, как свинья, и полез приставать к девчонкам?

Подошла Галина и сообщила, что нашла и спрей от укусов комаров, и отпугивающие насекомых дымовые спирали. Больше в чужом доме их ничего не задерживало, и они вышли во двор. Галина предложила набрать огурцов и помидоров, Виктор не возражал. Ему было всё равно. Он дико вымотался за последние дни и физически, и эмоционально, и сейчас на него накатила волна безразличия и отупения. Покажись в данный момент на небе летающий охотник, Виктор даже не попытался бы спрятаться в укрытии. Галя, словно чувствуя состояние напарника, сама взяла пластиковое ведро и пошла в теплицу.

* * *

Виктор сидел на деревянном лодочном причале, свесив босые ноги в тёмную воду. Рядом кидала малькам крошки хлеба Галя Громова. Вообще-то два часа уже прошли, и можно было возвращаться к остальным. Но что-то пока не хотелось.

– Может, я в озере искупаюсь? – спросила девушка.

– Купайся, я отвернусь, – вяло ответил парень, погружённый в свои мысли.

Молодой человек действительно честно повернулся в сторону мёртвой деревни и сел, сложив ноги по-турецки. Рядом послышался звук расстёгиваемой молнии на куртке и шорох снимаемой одежды.

– Виктор, а ты не хочешь искупаться вместе со мной? – раздался за спиной голос Галины.

Парень повернулся на голос и тут же невольно отвёл взгляд. Девушка оказалась обнажена. Галя стояла на краю пирса и ждала его ответа. Симпатичная у неё фигурка, кстати, невольно отметил про себя Виктор.

– Галя, ты пытаешься меня соблазнить? – удивился парень.

– А если и так? – хитро усмехнулась девушка.

– Тебе сколько лет? – поинтересовался Виктор.

– Шестнадцать… – ответила Галина и, видя недоверчивый взгляд собеседника, добавила: – Будет этой зимой.

– Вот когда будет, тогда и поговорим на эту тему, – ответил парень и опять отвернулся от воды.

Послышались лёгкие шаги, на плечо Виктора опустилась ладонь. Виктор обернулся и встал. Миниатюрная девушка едва доходила ему до плеча. Она посмотрела ему в глаза и спросила:

– Хоть поцеловать-то ты меня можешь? Пойми, через день-два ты приведёшь нас в интернат, получишь у Лизы Святовой свою награду и расстанешься с нами навсегда. А нас, я в этом не сомневаюсь, сразу же для безопасности отправят в соседний с интернатом Хотьковский женский монастырь в пригороде Сергиева Посада. Там глубокие надёжные подземелья, где мы и проведём в подвалах и кельях месяцы или даже годы, пока не закончится кризис с этим инопланетным вторжением. Да, какая-то часть моих одноклассниц ждут не дождутся, когда же они попадут в эти спасительные подземелья и за молитвами смогут позабыть о всех потрясениях на поверхности. Но мне там будет очень скучно, я в этом уверена. И даже вспомнить о чём-либо хорошем из жизни за стенами будет не о чем. Вокруг нас только смерть, грязь и вонь от разлагающихся трупов…

– Поцеловать могу, – согласился Виктор, и через секунду они уже целовались.

Галина закрыла глаза, стараясь запомнить и впитать каждую секунду этого романтического момента. Целовалась она неумело, но зато искренне и самозабвенно, как будто в первый и последний раз. Минуты через три Галя сама оторвалась и спросила:

– Скажи, Виктор, только честно. Ты меня быстро забудешь?

– Я никогда тебя не забуду, – совершенно искренне ответил Виктор и вдруг понял, что вся его апатия и хандра бесследно прошли, что он молод и полон сил. – Спасибо тебе, Галя. Ты просто вернула мне радость жизни. А теперь купаться!

К остальной группе они вернулись только часа через три, когда вечернее небо стало затягиваться тучами, а до этого купались и целовались, загорали в лучах вечернего солнца, собирали найденное ружьё и учились стрелять из него, снова целовались и снова купались.

Их давно ждали и волновались, но каких-либо объяснений такой долгой задержки никто не потребовал. Ужин был давно готов, и большинство девушек уже успели поесть и разбрестись по палаткам. Принесённые добытчиками овощи тут же помыли и частично тут же съели, частично рассовали по рюкзакам и сумкам. В пластиковое ведро Виктор набрал воды, чтобы загасить костёр, как только запечётся последняя кинутая в угли картошка и закипит вода в подвешенном котелке.

Большинство девушек уже давно спали в палатках, а у костра бодрствовали лишь дожидающиеся печеной картошки пять-семь девушек, ну и ещё пара часовых, отошедших подальше от лагеря и наблюдавших за небом. Виктор и Галина доедали свои порции приготовленного супа, когда раздался истошный крик одной из сидящих у костра девчонок:

– Опасность с неба! Охотник над озером!!!

Виктор мгновенно вскочил, отшвырнул миску и посмотрел в указанном направлении. И почувствовал, что волосы у него на голове поднимаются от ужаса. Примерно в километре от них над противоположным берегом озера беззвучно летела смерть. Чёрный треугольник появился откуда-то с востока и быстро двигался мимо лагеря, но неожиданно его траектория изменилась – по широкой дуге летающий охотник стал разворачиваться в сторону костра! Не оставалось никакого сомнения, что их лагерь был обнаружен! Изо всех сил Виктор заорал:

– Тушите костёр! Все бегом в озеро, в камыши! Остальным из палаток не вылезать!

– Поздно тушить, он уже увидел огонь! – крикнула стоящая рядом с костром Галя.

Какая-то невысокая девчонка, Виктор не заметил, кто именно это была, побежала к ведру с водой. Виктор же крепко схватил за запястья двух стоявших ближе всего к нему школьниц и вместе с ними кинулся с берега в воду, стараясь быстрее укрыться в высоких плотных камышах. За ними с берега прыгали и остальные. Парень тащил девчонок глубже, крича:

– Заходите по горло в воду и не шевелитесь!

Они зашли поглубже в камыши и замерли. Молодой человек прижимал к себе двух насмерть перепуганных девушек и шептал им: «Не шевелитесь и молчите, ради бога!» А костёр почему-то продолжал гореть, его никто так и не потушил. Девушка с ведром постояла в нерешительности возле пламени, затем почему-то выплеснула воду на ближайшую палатку и кинулась подальше от лагеря вглубь леса.

Тёмный охотник шёл медленно и совсем низко над водой – метрах в двадцати, не выше. Совершенно беззвучно он пролетел над камышами, над лагерем и углубился в лес за убежавшей девушкой. Через несколько секунд со стороны леса раздался звук «псссшшш». Виктор и девушки рядом с ним побледнели, так как хорошо понимали, что этот звук означает. Охотник никогда не промахивался.

Уже спустя несколько секунд тёмный треугольный корабль появился снова. Виктор ещё глубже попытался погрузиться в воду, заодно притапливая и удерживаемых им девушек. Но летающего охотника не заинтересовали ни ряды палаток, ни поломанные камыши. Быстро набирая скорость и высоту, треугольный корабль уходил куда-то за озеро. Через пару минут летающая смерть полностью скрылась из вида.

Однако прошло ещё минут десять, прежде чем перепуганные девушки стали выползать из палаток, а мокрый насквозь Виктор с такими же мокрыми девчонками вышел на берег. Все молчали, потрясённые и испуганные. Молодой человек оказался опустошён и просто убит. Он уже успел рассмотреть всех скрывавшихся вместе с ним в камышах девушек и понял, кого не хватает. Гали Громовой…

Пока девушки лишь плакали и стояли без толку, Виктор подобрал брошенное ведро, набрал воды и потушил костёр. На его глазах стояли слёзы, и он не стеснялся их. И тут вдруг он обнаружил Галю – живую и невредимую! Она, прикрывая мокрые от слёз глаза, выбиралась из одной из дальних палаток. Но тогда кто же погибла?

Виктор, а за ним и остальные, побежали вдоль берега в сторону, куда неизвестная храбрая школьница уводила от лагеря летающую смерть. Место трагедии они заметили ещё издалека – ветки кустов там горели, а земля дымилась. Порванная в клочья зелёно-коричневая камуфляжная куртка, разбросанные фрагменты тела, головы не видно.

– Как её звали? – спросил Виктор.

– Это была Зоя Синицына, – сквозь слёзы ответила стоящая рядом Маша.

Виктор вспомнил эту девушку – невысокую, худенькую, темноволосую. Она была крайне застенчивой, ни разу не вызывалась добровольцем, никак ранее себя не проявила. И тут вдруг такое…

– Зою нужно похоронить с почестями! – сказал Виктор непреклонным голосом. – Она спасла нас всех.

Мила принесла спальник погибшей, и Виктор вместе с группой девушек при свете фонарей постарались собрать в спальник фрагменты тела и куски одежды. Это была психологически очень тяжёлая процедура, но никто из девушек не отказался. Затем Виктор походной складной лопатой стал рыть могилу.

Рыть пришлось долго, так как оказалось много корней. Виктор устал и истёр ладони до волдырей. Но он не останавливался и продолжал свой скорбный труд, ведь это было самое меньшее, чем он мог отплатить погибшей за подаренную ему и остальным жизнь.

На церемонию погребения собрались все, даже Лиза сама приковыляла на костылях. Пока Виктор засыпал могилу, девушки хором печально пели молитвы и церковные гимны. Затем топором на тёмной коре стоящего в изголовье могилы дуба парень вытесал большой светлый крест. Церемония была закончена, все вернулись к палаткам. Но Лиза велела не расходиться и всем девушкам выстроиться перед ней.

– А теперь я хочу знать, кто дежурил в момент появления охотника? – поинтересовалась она тоном, от которого по коже начали бегать мурашки озноба.

Быстро выяснилось, что в момент нападения дежурили Маша Гаврилова и Зина Крылова. Причём именно Зина должна была наблюдать за восточной стороной, откуда пришла опасность. Но как раз в момент атаки девушка самовольно покинула свой пост и пошла к костру за печёной картошкой.

В голосе Лизы проявился металл:

– Преступница, на колени! Однажды ты уже нарушила приказ и подвергла всех нас опасности. Тогда мы тебя простили. Зря, как выяснилось. Сегодня ты опять подвергла опасности всех нас. Только ценой своей жизни Зоя Синицына смогла спасти остальных. Её смерть полностью на твоей совести!

В руке Лизы появился пистолет. Она направила оружие в голову стоящей перед ней на коленях одноклассницы. Зина закрыла глаза и сжалась, ожидая неминуемой смерти. Виктор шагнул вперёд и отвёл оружие в сторону:

– Лиза, ты совсем рехнулась!? Да, Зина провинилась, но это чрезмерное наказание. Оглянись, кругом и так трупы, в деревне рядом тоже одни мертвецы. Хватит уже смертей!

– Хорошо, я дарю её тебе, – Лиза опустила оружие. – Сам выберешь для неё наказание. Делай с ней что хочешь, но я её не желаю больше видеть в нашем отряде!

Такой поворот событий категорически не устраивал парня. Что он, судья или палач, чтобы наказывать провинившихся? Он поймал за руку развернувшуюся было уходить Лизу:

– Так не пойдёт! Пусть её подруги решают, как поступить. Я же вообще не знаю, как у вас в интернате наказывали провинившихся девушек.

– Не говори так! – внезапно вклинилась в разговор Маша. – В интернате нас не наказывали никогда, даже когда мы откровенно заслуживали этого. Там действительно очень добрые и терпеливые учителя и воспитатели. Именно поэтому мы хотим туда вернуться!

Виктор полностью отстранился от дискуссии и вслед за Лизой отошёл в сторону. Остальные девушки посовещались несколько минут и вынесли вердикт:

– Пусть осуждённая сама выберет себе наказание: изгнание из нашего коллектива или порка розгами!

Зина, не колеблясь и секунды, выбрала второе. Руководила приведением приговора в исполнение Кристина. Она послала девушек нарвать тонких прутьев, затем приказала осужденной снять рубаху, а Виктору велела отойти куда-нибудь, чтобы не смущать своим присутствием и без того жалко выглядевшую девушку. Виктор подобрал свои вещи и залез в палатку вслед за Лизой.

– Это же какая-то средневековая дикость! – выпалил он пытающейся запихнуть в спальник загипсованную ногу Лизе. – Почему ты не остановишь этот самосуд?

– Поверь мне, так надо, – устало отмахнулась девушка. – Уже завтра не будет никого, кто будет выполнять свою работу более качественно, чем Зина Крылова. Да и остальные девушки тоже станут вести себя более ответственно. Это не вернёт нам Зою, но позволит в будущем избежать глупых смертей.

– Ты всерьёз собиралась её убить? – всё ещё не отошёл от шока Виктор.

– Нет, конечно. Просто я уже достаточно хорошо изучила твой характер и знала, что ты обязательно вмешаешься и остановишь меня.

На улице раздался свист розги и вскрик девушки. Виктор попытался не думать о творившейся сейчас расправе и попробовал срочно занять свои мысли чем-то другим:

– А почему Зоя не погасила костёр, ведь она собиралась это сделать? Зачем она выплеснула воду на палатку? – поинтересовался он.

– Я не уверена в ответе, так как вообще в это время спала, – ответила Лиза, болезненно морщась от вскриков снаружи. – Но когда ты с Галей Громовой ушёл на разведку, мы обсуждали с девушками, каким образом охотники обнаруживают добычу? Может ли ночь надёжно укрыть нас, или наоборот ночью станет только хуже? Вдруг наши враги способны улавливать тепло, и ночью мы для них начинаем светиться яркими мишенями на фоне холодной земли? Мы не пришли ни к какому заключению, слишком мало имелось фактов. Но Зина, видимо, держала наш разговор в голове и решила таким образом спасти хотя бы обитателей ближайшей палатки, остудив её водой.

– А кто находился в той палатке? – спросил Виктор, с облегчением заметив, что наказание розгами наконец-то закончилось.

– Понятия не имею. Если ты думаешь насчёт меня, то это не так. Я с самого начала заняла место в третьей палатке. Думаю, даже сама Зина не смогла бы ответить на этот вопрос. Она просто знала, что в палатке её подруги, и постаралась спасти их даже ценой своей жизни.

– А кто ещё будет ночевать в нашей палатке? – поинтересовался Виктор, уже тоже раскладывая спальник.