Тайна зеркала

– Обещаю… а где наше дарование?

– Я думаю, тут… – неопределённо хмыкнул лекарь, – и, кстати, не задевайте его рабыню… он относится к этому очень ревниво… думаю, у него никогда раньше не было… рабынь.

Костика в жар бросило и от двусмысленности, прозвучавшей в голосе спутника, и от понимания, кто именно был предметом их тайной сделки.

Вот ведь чувствовал же, что не стоит слишком полагаться на доброту и отзывчивость первых встречных, да расслабился, считая себя неинтересным для всяких местных дельцов, раз с него нечего взять. Оказывается, ошибся. Откуда Хадзони узнал подробности выступления Костика в харчевне, догадаться нетрудно – небось поговорил с хутамщиком. И с чего он решил, будто какая-то гильдия захочет взять к себе пришельца, если хорошо подумать, тоже можно понять. Наверняка Хадзони не последний человек в этой самой гильдии. Где бы ещё выяснить, кого она объединяет… добропорядочных ювелиров или киллеров?

Да и с Авроносом не так уж всё ясно: представляется человеком всем известного лица, а путешествует с небольшим мешком, без монетки в карманах. Да и одёжка простая, как у торговцев. Впрочем, и Хадзони одет незамысловато: полотняные штаны, тонкая рубашка… или это специально, чтобы воры не позарились?

Ну и как в таких условиях определить, к кому выгоднее примкнуть ему самому или уже вообще пора со всех ног бежать куда подальше?!

Костик злобно сплюнул и, стараясь никому не попадаться на глаза, заторопился организовывать себе алиби. Раз он так нужен аборигенам, их не может не встревожить его долгое отсутствие. Следовательно, ринутся искать. И лучше заранее притвориться любопытным лохом… впрочем, он с утра отлично в этом напрактиковался.

Отойдя подальше от спального домика, Конс огляделся по сторонам. Ну и где он мог болтаться не менее четверти часа? Или с кем? Ответ притопал в виде компании бывших спутников, направлявшихся в сторону деревеньки.

– У молодого господина нет желания скрасить вечерок в хорошей компании? – Усатик, назвавший Конса пару часов назад голытьбой, улыбался так сахарно, словно всю жизнь снимался в рекламных роликах, не подозревая, что Костика просто тошнит от любой рекламы. Когда смотрит телек, ни на миг не выпускает из пальцев пульт, наловчившись предугадывать появление первых кадров рекламы и нажимать кнопку за секунду до этого.

– Как появится, сообщу вам первому, – вернул ему Конс дебильно-счастливую улыбку, отлично понимая, что ломает отработанный ритуал, по которому на такой вопрос отвечают обычно «да» или «нет».

И ясно, что на любой ответ у печёночника уже заготовлен какой-нибудь подленький отклик, в стиле вызывающих шуточек гопников.

– Вот ты где, – с заметным облегчением произнёс за спиной голос Авроноса. – Заблудился?

– Нет, хотел деревню рассмотреть, – почти честно буркнул Костик, зло радуясь собственной догадливости. – А в чём дело?

– Пора идти на ужин, – невозмутимо ответил лекарь, наблюдая, как усатик с компанией торопливо удаляется в сторону деревни, – но есть вариант попроще: я схожу один и прикажу принести еду в спальню. Или ты хочешь пойти со мной?

– Не очень, – снова почти не солгал парнишка, – как-то не нравятся мне эти люди. Особенно усатый.

– А Хадзони? – неожиданно понизил голос лекарь, бдительно поглядывая по сторонам.

– Он немного хитроват, – протянул с нарочитой неуверенностью Конс, пытаясь угадать, куда клонит Авронос.

– Он представитель имперской торговой гильдии… и предложил оплатить нашу дорогу до столицы.

– С чего это такая доброта?! – вытаращил глаза Конс, стараясь как можно правдоподобнее сыграть роль лоха, хотя очень подозревал, что экзамен в театральное провалил бы с треском.

– Если мой господин не захочет нанять тебя музыкантом, – в голосе лекаря слышалась явная и очень непонятная досада, – то тебя наймёт гильдия.

Костик постарался состроить обрадованное лицо, понимая, что именно такой реакции от него и ждут. Одновременно пытаясь не показать вспыхнувших сомнений: вот с какого интереса лекарь так стремится навязать своему господину Костика?! И какие такие у него особые таланты, чтобы предпочесть иномирянина местным артистам? Ведь не такая уж редкость тут музыканты, если даже в возке стражников вместе с разным барахлом валялся вполне приличный инструмент. И наверняка хозяин Авроноса имеет возможность нанять намного более талантливых балалаечников, чем Костик?! Он ведь отлично знает истинную оценку своих способностей – учительница в музыкалке особой тактичностью не страдала.

– А вы уверены… что я справлюсь? – попытался прощупать почву парнишка, хотя уже сообразил – вовсе не из-за сиюминутного каприза или банального сострадания его спутники пришли к такому решению.

При взгляде на таскающих неподъёмные тяжести рабынь у Костика вообще начинает крепнуть убеждение, что с состраданием в этом мире такой же напряг, как и в его собственном.

– Это лучший для тебя вариант быстро разбогатеть и стать независимым человеком… Не желаешь же ты всю жизнь ублажать трактирщиков?

– Нет, не хочу, – неопределённо хмыкнул Костик, предпочитая не уточнять, чего именно.

– Тогда иди в нашу спальню и подожди меня… Не заблудишься?

– Нет, – мотнул головой парень и усмехнулся: как можно заблудиться в двух десятках гаражей?

В домике уже был порядок: ковёр почищен, подушки аккуратно разложены вдоль стен, а метёлка исчезла.

Хадзони пока не было, и Майка одиноко сидела на полу в уголке, поджав под себя ноги и обняв колени руками. Рассмотрев её показательно-несчастную позу, Костик неожиданно развеселился. Правы были спутники: хитрая она и упрямая, но есть в таком поведении и что-то неуловимо привлекательное, хотя пока и трудно объяснить, что именно.

– Поднимайся, – приказал землянин почти сурово, – и запомни: сидеть на полу я тебе не разрешаю. Грязно, сыро… ещё заболеешь, лечи тебя потом. Устройся вот тут с краю, я буду спать рядом.

Последнее Костик прибавил неожиданно даже для себя самого и не смог бы точно сказать, что именно подтолкнуло его к такому заявлению: смутные мысли, которые весь день не давали покоя, или желание доказать ей свои права. Смешное, если вдуматься, желание: по правилам местного мира он и так имел на неё все права, зато по законам собственного был полной скотиной.

Майка молча устроилась на краю настила, подтянула поближе плетёнку.

– Чего это ты там таскаешь? – Вбитые мамой сведения насчёт того, что в любой варёной еде, не убранной в холодильник, через несколько часов бурно размножаются бактерии, внезапно всплыли в памяти. – Сейчас принесут свежую еду, выброси всё это куда подальше.

Майка удивлённо махнула ресницами, слезла с топчана, направилась к двери. И вдруг остановилась, повернулась к нему вполоборота и едва слышно прошептала:

– А отдать… можно?

– Как захочешь, так и сделай. – В лицо Костику разом бросилась кровь. Всё же он лох, как ни старается казаться крутым! Ведь есть же другие рабыни… – И вообще… сама думай, как лучше поступать.

Девчонка слиняла бесшумно, словно растаяла, а Костик влез на облюбованное местечко, растянулся на ковре и задумчиво уставился в прикрытое сеточкой оконце. Как-то слишком резко и странно перевернулась вверх тормашками вся его жизнь, и иногда просто нестерпимо хотелось зажмурить глаза и потрясти головой в безумной надежде, что весь этот отсталый мир исчезнет как дурной сон.

– Вот, переоденься. – Вошедший Хадзони протянул парню узелок. – И не спорь… так будет лучше.

Все знают, как для него будет лучше, только сам он этого никак понять не может, хмуро хмыкнул Костик, разворачивая свёрток. В наличии оказались простые тёмные штаны и рубаха на шнуровке, примерно такого же качества, как у самого торговца: серая бандана – довольно распространённый, между прочим, головной убор в этом мире, и длинные трусы, немного похожие на семейники.

Наверное, и правда лучше переодеться, но любимые джинсы он никому не отдаст. Их ведь и ушить можно.

Конс успел переодеться в местную одежду, повязать голову банданой и упаковать джинсы в мешок с дейнэ, когда вернулась Майка. Вскинула озадаченно ресницы, тут же, спохватившись, опустила взгляд и полезла на выбранное для неё хозяином место.

– Э… – начал было торговец, но заметил прищуренные в ожидании глаза Костика, поперхнулся и сказал явно не то, что собирался: – Ужинать пойдём в харчевню?

– Нет, Авронос прикажет, чтоб принесли сюда, – кротко ответил Конс, решив по мере возможности изображать послушного мальчика.

Хочет он или нет, всё равно с окончательными выводами придётся подождать до столицы, и не стоит портить себе несколько дней пути стычками с имеющими на него какие-то планы спутниками. Всё равно ничем это ему не поможет… лучше попытаться расположить их к себе и постараться вытащить как можно больше информации. Как говорят, кто предупреждён…

Глава 10

Стан

– Сколько мне ещё сидеть?

Раздражённый голосок Хо вспугнул стайку шустрых птичек, весело перепархивающих с кустика на кустик всего в трёх шагах от Стана.

– Час, – безучастно сообщил парень, переворачивая большие песочные часы.

– Издеваешься?! – Девчонка мигом вскочила на ноги и возмущённо уставилась на Костю. – Ты ещё два часа назад сказал, что сидеть нужно час!

– Нет, – возразил он таким же ровным голосом, – я сказал совсем иное. Я сказал – ты должна сесть, постараться расслабиться и освободиться от всех посторонних мыслей и чувств, кроме ощущения единения с природой. Когда ты почувствуешь, как энергия мира свободно течёт сквозь тело, очищает разум и придаёт твоему духу уверенность в своей правоте и силе, наступит второй этап тренировки. И случится это не ранее чем через час.

– Но я так и делала!

– Нет! – категорично качнулась покрытая ослепительно белой банданой голова иномирянина. – Сначала ты морщилась и ёрзала, пытаясь устроиться поудобнее, немного погодя принялась наблюдать за птичками, затем потихоньку достала из кармана какую-то сладость и сжевала, потом начала искать глазами кувшин с водой и облизываться…

– А ты всё время за мной подсматривал? – подозрительно сморщила носик Хо. – Значит, ты тоже не освобождался от посторонних мыслей?!

– Мне легче входить в отрешённое состояние, и я уже умею, не прерывая медитации, чувствовать всё, происходящее за спиной. Но сказать, будто ты мне совсем не мешала, всё-таки не могу.

– Мне кажется, ты врёшь, – подумав, убеждённо заявила капризная девчонка, – не хочешь меня учить, вот и придумал дурацкую медитацию. Чему можно научиться, сидя на коврике со скрюченными ногами?

– Терпению, выносливости, умению отвлекаться от внешних раздражителей и сосредотачивать свои мысли и силы на основной задаче… и ещё много чему.

– Выносливости можно научиться, только бегая вокруг замка с мешком песка на плечах – так нам говорил мастер Чалтор. И мы бегали по три часа, а оказывается, нужно было просто сидеть на коврике? – насмешливо фыркнула Хо, завершая сказанное незаметным, как казалось ей самой, манёвром по захвату вожделенного кувшина с водой.

– Тренировка окончена.

Стан с показным спокойствием поднялся со специально сплетённого корзинщиком подобия циновки, аккуратно его скрутил и, сунув под мышку, небрежной трусцой побежал к замку.

Идею пробежаться он счёл вполне достойной воплощения в жизнь. Да и быстрее окажется подальше от этой невыносимой злюки. В глубине души Стан считал, что ему необычайно повезло – в первый же день после перехода в этот мир повстречать коменданта приграничья господина Зорденса Гадруни. В его доме у парня не было никаких проблем ни с едой, ни с одеждой. Ни в общении с людьми.

Кроме Хо. Девчонка так и не простила ему свой позорный проигрыш и всячески старалась напакостить хоть в чём-нибудь. «И её папа ещё считает, будто кому-то может прийти в голову дурная идея совратить эту малолетнюю неврастеничку!» – сердито фыркнул Стан.

– Я папе всё расскажу! – яростно закричала вслед девчонка. – Он нанял тебя работать…

Окончания её монолога Стан слушать не стал, просто прибавил скорость. С его длинными ногами и нынешним весом бегать – одно удовольствие. Да и хорошее питание, и постоянные тренировки постепенно делали своё дело, с каждым днём добавляя силы крепнущим мышцам.

Можно будет довести количество утренних отжиманий до полусотни, подбегая к зданию, решил парень, но не больше. Не стоит резко увеличивать нагрузки на истощённый организм, как предположил замковый лекарь, неправильным переносом.

Едва Стан распахнул дверь своей комнаты, к нему устремились четыре пушистых комочка. За несколько дней котята подросли ненамного, зато у них почти полностью открылись и потеряли мутность глазки. И Костю они безошибочно узнавали среди других людей.

Парень снял с полки мисочку с молоком и растянулся прямо на полу: кормить животных он старался как можно чаще, не обращая внимания на советы местного дрессировщика.

– Приучишь жрать всё время, они тебе минуты отдохнуть не дадут, – хмуро выговаривал Юфот, плечистый здоровяк с изуродованными шрамами пальцами.

– В природе они едят, когда хотят. Первые дни мать от малышей вообще не отходит, – вспомнил Костя соседскую кошку, заведшую потомство у них на погребице. – Значит, так им нужно для здоровья.

Но дрессировщика ему в этом переубедить не удалось. Как и в том, что маленькие мангуры – вполне добродушные существа. Да парень не особенно и старался, ещё в дороге обнаружив, что котята и в самом деле не всем позволяют себя безнаказанно гладить и тискать. Мгновенно пускают в ход далеко не безобидные когти и острейшие клычки.

Стук в дверь раздался в тот самый момент, когда Стан, покормив котят и уложив их в корзину, снимал рубаху, чтобы приступить к разминке.

Комнату ему выделили довольно просторную, Косте даже удалось, сдвинув в уголок за кроватью сундук, выкроить достаточно места для занятий. Повторять первую и единственную попытку тренироваться на улице парень пока не решался – слишком много любопытных сбежалось тогда посмотреть на диковинное зрелище. Именно поэтому они с Хо занимались в дальнем углу господского сада, под бдительным присмотром старичка садовника.

– Тебя господин зовёт. – Шустрый и румяный мальчишка-паж восторженно взирал на Стана голубыми глазками. – Он в башне.

«Наябедничала-таки», – сердито сопел парень, запирая дверь, затем направился в сторону башни, не забыв попутно поправить грозное объявление, запрещающее всем слугам входить в эту комнату, собственноручно повешенное на створке вдобавок к огромному замку. И неважно, что большая часть прислуги была неграмотна, намного сильнее, чем любопытство, у них было развито уважение к любым надписям. А тем более, таким, под которыми злобно скалился череп, пронзённый впившимися крест-накрест молниями.

В верхнее помещение башни, где комендант устроил кабинет для работы, вела винтовая лестница. Очень узкая и скрипучая, она не оставляла ни единому существу возможности незаметно подобраться к ведущему в кабинет проёму. Как Костя догадывался, именно это важное качество лестницы, загодя предупреждающей хозяина о каждом посетителе, Зорденс ценил столь высоко, что предпочитал надёжной двери сквозняки и зимние холода. И это невольно наводило Костю на смутные подозрения, подтверждением которых он считал метровую толщину стен и количество массивных шкафов, расставленных по периметру.

– Пришёл? – Комендант торопливо спрятал в стоящую перед ним железную шкатулку какие-то бумаги. – Очень хорошо. У меня к тебе важный разговор.

Стан насторожился, но отвечать не торопился. Пока никакого вопроса не задано, не стоит вылезать вперёд с объяснениями: на практике проверено, можно выдать такие сведения, о каких собеседник до этого и не подозревал.

– Но сначала я хочу спросить, каков, по-твоему, нрав Хо? Только честно.

– Она неуравновешенная, вспыльчивая и злопамятная. Ещё можно добавить нетерпеливость и неумение мыслить логически. – Жалеть ябеду Костя не собирался, тем более успел понять – лести и подхалимства комендант не переносил.

– Ясно, – нахмурился Зорденс. – А хоть какие-то положительные качества ты нашёл?

– Если стремление одерживать верх любой ценой и негласное соревнование с братом в этом мире считаются за положительные, то да.

– Спасибо, – неожиданно грустно улыбнулся комендант. – Надеюсь, теперь тебе понятно, почему ей нельзя предоставить столько свободы, сколько она хотела бы?!

– Вполне может натворить глупостей, – по-взрослому усмехнулся Стан и внезапно поймал себя на мысли, что и в самом деле чувствует себя в этом мире старше и уверенней, чем в родном.

Но задумываться об этом не стал, огорошенный следующей фразой хозяина.

– Именно поэтому я решил приставить тебя к ней… на время путешествия.

– Какого ещё путешествия? – мгновенно забыв и о солидности и о своём намерении не задавать вопросов, вытаращился Костя.

– Я объясню. – Казалось, слова давались коменданту с трудом. – У нас назревает война. Ты понимаешь, что это такое?

– Ещё как, – хмуро подтвердил сразу насторожившийся пришелец. – А с кем?

– С империей. Извини, – заметив, что эти слова не произвели на иномирянина должного впечатления, поправился хозяин, – ты же не знаешь, что империя в нашем мире одна. Великая Гаэданская. Занимает весь материк Хамшир, расположенный к нам ближе всех остальных. Ещё триста лет назад королевство Гаэдан одно за другим захватило все остальные, расположенные на материке, и объявило себя империей.

– А теперь они хотят захватить и соседние?! – понимающе хмыкнул Стан, как знакомо!

Идеи мирового господства не дают спать очередному Наполеону.

– Тут сложный вопрос… на объяснения у меня нет времени. Я получил достоверные сведения, что перемирие продлится не слишком долго. И решил отправить Хо к родственникам – там она будет в безопасности. Ты должен её сопровождать.

Комендант смолк и изучающе уставился на парня, ожидая ответа.

Стан должен был бы сейчас благодарить коменданта за доверие, однако, прежде чем ответить, хотел хоть немного понять, в чём подвох. А в том, что он есть, сомневаться не приходилось.

– У вас нет надёжных и проверенных воинов?

Зорденс незаметно выдохнул – первую проверку парень прошёл.

– Есть. Но их хорошо знают… те, кто может захотеть помешать.

– А вас не пугает, что я ни разу никого не сопровождал и не знаю правил и законов вашего мира?

– А тебя пугает?

– Ну, я же не психопат, чтоб никого не бояться… тем более в чужом мире. Поэтому хотелось бы для начала узнать более подробный план.

– Все знают, что у меня появились маленькие мангуры, – начал комендант, и Стан невольно закусил губу, было очень неприятно сознавать, что на самом деле котята принадлежат вовсе не ему.