Счастливый брак по-драконьи. Найти себя

– Правильно ли я поняла… Половину ночи ты бегал по внешним рубежам и восстанавливал защиту, а вторую – благополучно пил с Вейлом?!

– Кто сказал, что благополучно? – спокойно возразил приятель. – Мы подрались.

Трындец.

– Как-то не видно…

– Если бы было видно, то только на трупе. Там уже не заживает.

– М-да… аргумент, – была вынуждена согласиться я, припоминая уроки Алишина. – Итак, Арвиль… продолжу логическую цепочку.

– Давай! – щедро разрешил Сотник и едва заметно поморщился, сжав пальцами виски.

– Продолжаю… ты согласился пустить в город дракона и дроу?! Напоминаю, если ты с похмелья запамятовал: дроу – это тоже фейри, только оседлые. Да и к драконам у тебя нехилый счет!

– Да эти нормальные вроде, – пожал плечами хейлар.

И тут я осознала, что истина «Собутыльники – уже не враги» не знает расовых различий! И алкоголь – великая объединяющая сила народов.

– Ирьяна, ну я же не идиот, – раздраженно вскинулся Ар. – Разумеется, все не так просто. Есть такие занятные игрушки, как браслеты и ошейники, блокирующие магию и изрядно ослабляющие организм. Ринвейл и Тринвир согласились их надеть, а это низводит их бойцовские качества примерно до твоего уровня.

Да, Арвиль явно не идиот. Зато у меня появился вопрос. На дне какой бутылки оставили свои мозги Вейл и Вир?! Хотя вернее спросить: «В которой по счету бутылке?!»

– Ладно, с этим разобрались, – сделала героическую попытку мыслить здраво. – Но где гарантии, что моего супруга и его нового приятеля не пришибут твои резвые ребята? Особенно если у них появится преимущество…

– Никаких, – легко ответил Арвиль, чем заставил меня, никак не ожидавшую подобного, округлить глаза.

– Как это – никаких?!

– Ирьяна, мы все обсудили. Я отдам приказ десятникам, и они будут вынуждены подчиниться. Тем более ребятам не откажешь в аналитическом мышлении. Сообразят, что, если мы убьем одного из лучших ученых драконов и правителя ближайшего города, ничем хорошим это не обернется.

– Так-то оно, конечно, так… – нервно сцепила пальцы. – Но ты бы уточнил у того же Алишина или Диара, как у них со здравомыслием и аналитическим мышлением. Или сделай проще! Напои всех… но Диара не приглашай.

Я тихо засмеялась, про себя решив, что это наверняка на нервной почве.

– Не переживай, все будет нормально. Меня больше волнует моя собственная реакция на твое счастливое воссоединение с супругом…

Я тут же замолкла и, взглянув на грустного друга, тихо сказала:

– Мы с тобой это обсуждали. И оба знаем, что чем скорее – тем лучше.

– Разумеется, – провел по подбородку указательным пальцем Арвиль. – Но все равно… тяжко.

– Пройдет, – ласково улыбнулась я.

– Конечно, – встряхнулся и подарил мне светлую улыбку Сотник. – Кстати, как сама-то? Не боишься Вейла? Он настроен серьезно…

– Боюсь, – честно призналась я. – Но готова, считай, ко всему. Ничего! Скандал перетерплю, честное мнение выслушаю, обижаться он долго не станет, а там… что-нибудь придумаю.

Я немного мечтательно улыбнулась, вспоминая приятные моменты, проведенные с супругом, и представляя, что именно можно… м-м-м… придумать, когда мы снова будем вместе. Арвиль посмотрел на меня любопытными фиолетовыми глазами и задал потрясающий вопрос:

– И что ты сделаешь?

Я мигом вспомнила о том, что он в этом плане совсем неопытен. И как ответить?!

– Ну… поговорю. Объясню.

– Думаешь, поможет? – усомнился хейлар. – Он тебя грозился как минимум выдрать.

– Грозиться одно, а сделать – другое, – покачала головой я и предпочла сменить тему, чтобы уйти со скользкой дорожки. – Когда появятся Тайлин и Лаллин?

– Они перенесли встречу, так что завтра в обед, – ответил Арвиль и поднялся. – Встреча намечается в одном из верхних залов, открытых для перемещения фейри и спроектированных специально для переговоров такого рода.

– Тогда я не пропущу тренировку с Алишином, – задумчиво перебрала пальцами по коленке, потом кинула на друга обеспокоенный взгляд: – Арвиль, а может, ты по-нормальному поспишь, а? На постели, и чтобы это был именно сон, а не медитация или что-то в этом роде. Ты когда нормально отдыхал вообще?!

– С момента пробуждения от спячки – ни разу, – честно сознался он. Заметив выражение моего лица, скривился и досадливо отмахнулся: – Ирьяна, в этом нет необходимости. То, что мне нужно, я получаю. А если организм сдаст, просто лягу в одну из мед-камер и встану здоровым.

– Нервишки там же подлечишь? – мрачно осведомилась я, решив, что на тему этих самых камер попытаю его немного позже. – Ар, мы тут уже не один день. И даже не одну неделю. И ты все это время почти не спал!

– Ирьяна, прекрати вести себя как наседка! – ни с того ни с сего рявкнул Сотник и гневно сверкнул глазами. – Это не твое дело, не находишь?!

– Ты мой друг, – тихо сказала я, медленно вставая и подходя вплотную к Сотнику. Подняла руку и осторожно коснулась немного встрепанных черных волос. – И ты мне очень дорог. Я не могу спокойно смотреть, как ты себя гробишь. Ты не железный, хейлар! Каким бы совершенным существом тебя ни создали – у всего есть предел! Ты мало ешь, не отдыхаешь, постоянно колдуешь, думаешь, решаешь проблемы и тренируешься!

Спящий перехватил мою ладонь, нежно погладил большим пальцем запястье и почти неслышно горько сказал:

– Ирьяна, это не твое дело. Ты и правда мой друг. Только друг. Милая девочка, которая прошла всю страну, чтобы помочь мне и кем-то стать самой. Но чтобы дать возможность нам всем стать кем-то, я не имею права на отдых как минимум лет на десять вперед. – Он поднялся, отошел от меня и, порывисто взмахнув рукой, дотронулся до черных волос. – Ирка, нельзя. Ты понимаешь, что сейчас творится? Системы Анли-Гиссара изрядно поизносились за тысячелетия, которые он провел в консервации. Кроме внутренних проблем появились внешние. Например, твари, которых твой драгоценный натравил на одну из стен. Когда мы строили Анли-Гиссар, они не жрали подряд всю горную породу. Лишь мягкие сорта типа известняка или туфа. А теперь жрут все! И я не успеваю… я не справляюсь даже с текучкой, а нужно идти дальше.

– Призвать остальную сотню?

– Конечно, – кивнул Арвиль. – Но не раньше, чем мы с Диаром и Трионом приведем в порядок медицинский центр на первом уровне. Видишь ли, я не рискну в этой ситуации выдергивать всех. А еще десятники рассказали, что им вживили кристаллы подчинения. Всем! Но если они, почувствовав мой зов, избавились от этой дряни, рядовые этого сделать не смогут. Недостаточно сильны.

Я вздрогнула, вспомнив, какими прилетели хейлары в первый раз. Ослабленными и окровавленными, как будто после тяжелого боя. И с рваными ранами, словно кто-то вырвал у них куски плоти. Я думала, они уходили с боем. А вот как, оказывается. Арвиль тогда забрал всех на первый уровень. Вышел оттуда вместе с остальными только через сутки. Они – здоровыми, а сам Сотник – почти белым и шатающимся от усталости.

– То есть рядовые погибнут.

– Верно. Нужно ловить по одному, скручивать и тащить в лаборатории, чтобы прооперировать.

– Весело…

– Особенно весело то, что мой заместитель так и не явился. Шеридан – второй по силе в нашей сотне.

– Но служит злодею.

– Не понимаю, почему… Ира, он точно добровольно служит. На чем его поймали?! Чем купили?!

– Ты же сам знаешь. – Я положила ладонь на затянутую в черную рубашку руку Сотника. – Посулили то, чего он желал.

– Ты не понимаешь… – покачал головой Арвиль. – И ты не знаешь Шера. Кто угодно, но не он. Ирьяна, я даже боюсь его хозяина! Он совершенно неизвестная величина, которая даже рыпнуться десятнику не позволяет. У него есть что-то, из-за чего Шер убивает! Я просматривал воспоминания ребят. Всякий раз, когда мой заместитель противился воле хозяина… Нет, его не наказывали. Просто что-то очень тихо говорили на ухо и все. Он тут же становился покорным как баран! Вывод? У кукловода что-то есть. Невероятно для нас ценное.

– Но тогда почему он говорил это лишь Шеридану? Не проще всех десятников держать в кулаке?

– Я бы не стал, – честно ответил Сотник. – Я бы выбрал того, кто может контролировать остальных, и подобрал к нему ключик. Зачем распыляться?

– По всей видимости, наш идейный подлец, стравивший уже три страны, разделяет твое мнение, – поморщилась я. – Мне вот что интересно… Зачем?!

– Когда встречу – спрошу, – серьезно ответил Ар. – Потом тебе расскажу, обещаю.

– Ага… – грустно кивнула я и тихо спросила: – Ты знаешь, кто он?

– Догадываюсь, – сухо ответил Арвиль и, подойдя ко мне, обнял за плечи. – Ладно, Ири… беги завтракать, а потом на тренировку. Алишин пунктуален до педантичности и терпеть не может необязательности. Лучше не провоцировать конфликты.

– Конечно, – покорно кивнула я, прекрасно понимая, что меня сейчас отправили… в сад.

– Вот и чудненько.

На этом наш непонятный разговор закончился. Я направилась в сторону столовой, а хейлар быстро пошел в сторону лестницы на внешние уровни. У всех дела. До обеда. А потом – встреча с фейри под кодовым названием «Военный совет».

Алишин и правда не любил опозданий, поэтому, когда запыхавшаяся я влетела в наш тренировочный зал, на лице блондина обреталось самое постное выражение.

– Добрый день, – смущенно поздоровалась я и с наигранной бодростью спросила: – А чем мы сегодня будем заниматься?

– Здравствуйте, – сухо отозвался хейлар и, заложив руки за спину, медленно двинулся ко мне. – Вы опоздали, льета Ирьяна.

– Всего на пару минут! – начала было оправдываться я. – Это даже опозданием-то не счита…

Меня оборвали, и весьма резко.

– Это – опоздание. И дело не в двух-трех минутах, а в мере допустимого. Если имелся маленький прецедент, в голове обязательно появится мысль о допустимости большего. Опоздание – это неуважение к ожидающему вас. Вы не соизволили проследить за временем и откорректировать дела, чтобы успеть на заранее условленную встречу. Прекрасно зная, что вас ждут. Время – самый дорогой и дефицитный материал в нашем мире, льета. И что самое плохое – невосполнимый.

– Я поняла, – пробормотала, заливаясь мучительным румянцем от такой отповеди. – Простите.

– Прощаю, – с ледяным выражением глаз кивнул хвостатый зануда и, развернувшись, уже другим, лекционным тоном продолжил: – Итак, наша сегодняшняя тема…

Сегодня учитель изволил сочетать ментальные тренировки связок, что показывал ранее, с активными физическими нагрузками. В итоге из зала я почти выползла, но заставила себя встряхнуться и трусцой рванула в комнату: мыться и переодеваться. Урок, который преподал хейлар в самом начале занятия, я усвоила.

Уважай время других.

Глава 7

Я стояла перед зеркалом и тщательно расчесывала волосы. На горизонте встреча высокого порядка, куда не помешало бы явиться при полном параде. К сожалению, как раз парадного облачения у меня и не было. Поэтому я просто переоделась в приготовленный с вечера костюм. Просто относительно новый и чистый.

Вещи, в которых я обычно бегала по городу, уже поистрепались из-за слишком активной эксплуатации, так что сейчас я была одета в последний более-менее приличный ансамбль. Темно-зеленые свободные штаны облегали бедра и ниспадали до пола красивыми складками, из-за чего возникало обманчивое впечатление, что это юбка. Сверху – простая белая рубашка с широкими рукавами и узкий жилет с узорчатой вышивкой цвета молодой зелени.

Волосы свободным вьющимся каскадом спускались до поясницы, и я подумала, что же с ними сделать. Еще немного повертелась, разглядывая отражение, и наклонилась к трюмо за заколками-щучками. Ап! Прибрала с одной и другой стороны. Лицо открыто, светлые пряди убраны, и теперь я вся такая строго серьезная. Повернулась боком и кивнула. Волосы волнистые, заколки украшены самоцветами в тон основной одежды, что делает образ более легким и женственным. Короче – красавица!

Хихикнула от «скромных» мыслей и решительно вышла из комнаты. Направилась к спуску на первый уровень, возле которого мы с Арвилем и уговорились встретиться… как раз минуты через четыре. За две-три дойду до места назначения. Алишин оказался хорошим учителем.

Я мысленно поблагодарила немного занудливого преподавателя за сегодняшний урок. Выйдя из-за угла, увидела, что с противоположной стороны коридора решительной поступью приближается Арвиль.

– Здравствуй еще раз, – тихо проговорила я, когда мы поравнялись.

– Виделись, – улыбнулся в ответ Сотник.

Надо заметить, Ар выглядел заметно лучше, чем когда мы расставались несколько часов назад. Посвежевшим, без загнанности в фиолетовом взгляде, без жутких черных кругов под глазами.

– Лучше выглядишь, – склонила голову набок, пристально его рассматривая.

– Ты, как всегда, восхитительна, – грустно улыбнулся хейлар и, на миг приблизившись, невесомо провел пальцами по моей щеке. Почти сразу отступил и весело продолжил: – А что я лучше… просто последовал твоей очень настойчивой рекомендации и поспал нормально.

– Вот и молодец! – радостно улыбнулась я, хоть и чувствовала фальшь в его бодрости. Заострять внимание на этом – последнее дело. И подлое. Скоро в Анли-Гиссаре появится Ринвейл. И мы с Арвилем понимаем, что дистанцию между нами придется увеличить.

– Ну что, пошли? – Он протянул ладонь, в которую я, помедлив, вложила пальцы.

– А почему именно на первом уровне? Там же все-все самое важное. Уместно ли пускать туда фейри?

Арвиль приложил ладонь к каменному выступу возле арки, над которой красовалась единичка. Камень мягко вспыхнул, и пространство перед нами пошло рябью. Замелькали голубые искорки. Потом оно свернулось непрозрачной серо-черной воронкой. Аномалия пропала так же быстро, как и появилась, но лестница по ту сторону теперь вела не вниз, а наверх.

– У нас интересный город, – усмехнулся Сотник и потянул меня вслед за собой. – Тут много необычного. Ирка, место, где можно встретиться с фейри или драконами, разумеется, тоже продумано до мелочей.

– Ну да, – пробормотала я, с любопытством оглядываясь.

Совсем скоро мы вышли на небольшую светлую площадку с высеченным на камне идеально ровным кругом. Рядом имелся странный столбик с символами, засветившимися, как только Арвиль приблизился. Меня поставили в серединке площадки, а хейлар быстро нажал несколько рун. Внизу, под камнем, что-то загудело, и я испуганно огляделась:

– Что это?!

– Диковинный сплав магии и технологий, – едва заметно усмехнулся Арвиль. – То, что даже фейри уже забыли. Деградация не обходит стороной и дивных.

– Не поняла… – озадаченно пробормотала я, с боязливым любопытством рассматривая пол, расцветающий голубым пламенем замысловатых узоров под моими ногами. – Как они могут что-то утерять, даже за тысячелетия, если живы те, кто это создавал? Я, конечно, не всех знаю… но Лаллин и Тайлин живы-здоровы и помирать, судя по всему, не собираются.

– Ирьяна… – потер висок хейлар. – Сложно объяснить, потому что я сам этого не испытывал. Просто хранить в голове все, что ты видел за тысячелетия жизни, – нереально.

– Наши старейшины отводят воспоминания в дальние уголки памяти. – Я вспомнила, как боролись с грузом лет и знаний драконы.

– Фейри их просто стирают. Иногда целые годы, не жалея мудрости и опыта. Драконы так не рискуют. Именно поэтому они и мудрее с годами, наверное. А дивный народ находится в вечной погоне за легкостью жизни, молодостью души и новыми впечатлениями. Да и как что-либо может быть совсем новым, если ты уже видел если не это, то похожее?

– Все же они очень странные…

Развить мысль я не успела, потому что синие нити стали вдруг нестерпимо яркими, а после взметнулись ввысь, заключая нас с Арвилем в сверкающую сферу. Я зажмурилась от светового удара, а когда с опаской приоткрыла ресницы, ахнула от удивления.

Мы стояли в центре странного грота, половина которого была открыта всем ветрам, а вторая половина сводами защищала от дождей и непогоды. Да, сегодня снаружи шел дождь. Я жадно глядела на такое близкое небо, на горы, серыми гигантами уходящие вдаль, на… свободу. Все же смотреть ввысь с земли – это одно, а замереть в нескольких метрах от манящей пропасти – совершенно другое. Драконам нужно небо. Нужен полет. В Анли-Гиссаре имелись колоссальные пещеры, где мы иногда разминали крылья, но даже они никогда не сравнятся с открытым пространством. Как же мне хотелось… туда!

Зачарованная, я сделала первый шаг и улыбнулась, ощутив воздушный поток, скользнувший по лицу, позвавший за собой. Вдаль, увидеть, что же прячет горизонт.

– Ирьяна, иди осторожно, – вырвал меня из оцепенения голос Арвиля.

– Что? – вздрогнув, повернулась я и уточнила: – Что-то не так?

– Ты помнишь, где мы? – улыбнулся Сотник и пояснил: – Этот грот – словно два мира, разделенных барьером. Тут волен только ветер, и то лишь пока.