Ведомая огнем

— Дэнарт с парой других драконов освободил нас с Оленом, потом — твоих подруг с мужчинами. В отсеке еще были пары, но всех не успели вытащить. Эшарты вступили в бой, и мы с трудом без ранений вырвались оттуда. Но я больше чем уверена, что за остальными тоже вернутся. Твой Дэнарт — ответственный и бесстрашный, как я отметила.

Я даже не ожидала, что услышав от Джулии похвалу в адрес Дэна, мне станет настолько приятно, словно меня сейчас хвалили. Невольно улыбнулась и почувствовала, как напряжение отпускает.

Выходит, и правда — мой дракон! Мой Дэнарт! Однако с этим пониманием тоже надо научиться жить А еще как-то поверить. Эх-х, характер дурацкий! Ничего на веру не принимаю, все надо пощупать, попробовать, проверить и убедиться, что не обманули!

И все же, одна мысль не давала покоя, заставив высказаться:

— Я все равно не понимаю! Неужели вы все… такие разные, но согласны полностью подчиниться обстоятельствам? Вот так сразу? По сути, принять их выбор — не ваш! Они не спрашивают, а берут, не думая о наших чувствах и намерениях… Навязывают свои решения! Мы же знакомы в лучшем случае четверо суток, а эти драконы заявляют, что мы — их собственность. По-другому я даже сказать не могу, если мое мнение в расчет даже не принимается…

Я внимательно посмотрела на каждую из девушек, отметив, что они молчат, раздумывая. Джулия передернула плечами, словно ей зябко. Светлана мягко таинственно улыбнулась мне. А Кира не смотрит в глаза — стесняется ответить. Ксюша пожала плечами, глянула на своих подружек, и поделилась со мной мыслями по этому поводу:

— Марьяш, я там подыхать собралась, а вместо этого классного мужика получила. Все, что мы пережили… смерть вокруг, грязь, унижение… ожидание неизвестного. Сложно объяснить, но я думала, что кошмар никогда не кончится. Вспомни, подруга, разве мы думали о будущем в клетке у рархов?! Мечтали о хорошем? Мы помыться мечтали и о глотке воды. И не стать следующей в той череде трупов! Такая мрачная пустота в душе, которую даже заполнить нечем было. Не знаю как остальные, а я почти смирилась со смертью. Марьян, ты сама помнить, на что я была готова… — я мрачно кивнула, вспомнив ее попытку самоубийства в нужнике, а Ксения продолжила: — Затем смерть моих сокамерниц — одна за другой, я последняя шла. Среди трупов… тоже умирать. В душе сплошной пепел и на языке его вкус — это не передать словами, но уверена, ты меня поймешь. А потом я выбрала Шкера, и все изменилось. Настолько стремительно, что я не успевала анализировать происходящее, думать, решать, просто подчинилась обстоятельствам и самой судьбе. И ни на секунду об этом не пожалела.

Джулия, вклинившись в монолог Ксюши, с трепетом и приглушенно выдохнула:

— Для меня Олен стал светом в конце темного тоннеля. Словно я умирала, но меня спасли. Момент нашей встречи стал таким острым ощущением, просто невероятным событием, которое никогда уже не забудется. Все прочее, мне кажется, меркнет в сравнении с этим. Мы с Оленом выжили, благодаря нашей встрече и возникшей связи. Само провидение нас столкнуло, так кто я такая, чтобы противиться его воле. И пусть кто-то сочтет меня слабой и никчемной, но я испытываю невероятное облегчение и радость, потому что этот сильный мужчина взял на себя все заботы и решение насущных проблем. В конце концов, для чего еще нужны мужчины? — последнее она добавила со смешком.

Кира, восторженно сверкнув глазами, вставила свои пять копеек:

— Эшарты — один огромный праздничный фейерверк!

От присутствия Эрила рядом у меня срывает крышу, сметает скуку. И хотя вы можете сказать, что это гормоны играют, во я не хочу, чтобы этот праздник закончился.

Света подошла к воде, аккуратно зачерпнула рукой, словно священнодействовала, напилась и затем восхищенно выдохнула:

— Мне кажется, я больше никогда не смогу относиться к воде как должному. Ведь это такое чудо и настолько вкусное, что невозможно оторваться. — (Мы все мысленно согласились с ней.) — А мне просто хочется жить. Наслаждаться каждым мгновением жизни. Любым ее подарком и маленьким событием. А Эгер для меня, поверьте, самое невероятное событие. Такое яркое, насыщенное живительной силой, как эта вода… Одно я поняла точно — время ничто! Слишком быстро поняла, что выбрала свою половинку. И чего-то ждать… а смысл?

Слова подруг запали мне в душу. Невольно вызвав перед мысленным взором образ нахального самоуверенного красного дракона.

Неожиданно краем глаза я заметила движение у входа в пещеру. Резко оглянувшись, увидела, как лучи эша отражаются от серо-голубой чешуи дракона. Облегченно выдохнула и насмешливо хмыкнула — подслушивает молодой да любопытный.

Эрил, видимо, понял, что обнаружен, поэтому вразвалочку, виляя из стороны в сторону хвостом поспешил к своей подруге. Почему-то превращаться в мужчину не стал, а прямо так, ящером, свернулся вокруг Киры — ни дать, ни взять заклинательница драконов получилась, только дудочки не хватает.

От пришедшей в голову ассоциации тут же вспомнилось не особо приятное обстоятельство, которое я тут же озвучила:

— Шкер — у нас врач, Эгер — ученый, а Эрил с Дэнартом оказывается танцоры. Представляете?!

И хотя я пыталась скрыть уязвленное этим фактом самолюбие ехидством, в голосе все равно прозвучала досада, что не укрылось от девушек, и от Эрила тоже. Он еще плотнее сжал кольцо хвоста вокруг ног Киры, и, склонив чешуйчатую голову набок, прищурив голубые глаза, пристально посмотрел на меня. Не хорошо посмотрел. Мне как-то не по себе стало. Я опасливо огляделась, неожиданно почувствовав нужду в присутствии Дэнарта рядом.

— Неужели правда? — весело спросила Ксюша, а потом задалась вопросом. — А в каком виде? Одетые или обнаженные? А то их нынешний вид навевает совсем уже крамольные мыслишки.

— Ксюх, ну чего ты привязалась к этим шмоткам? Эшарты же пояснили, что рархи забрали все их вещи.

— Я просто страдаю черным юмором. И чем хуже ситуация, тем мрачнее мои шутки. Так что сейчас еще не страшно, — отмахнулась шоколадная парикмахерша.

А потом озорная усмешка озарила ее лицо. Встав на ноги и подбоченившись, Ксюша заявила:

— Ха, а давайте конкурс устроим?! Кто кого перетанцует. Ну что, Эрил, потанцуем с тобой?

Голубой дракон удивленно раскрыл глаза, затем начал неуверенно подниматься во весь свой немаленький, по сравнению с нами, рост. Не знаю почему, но интуиция буквально заорала, предупреждая об опасности. В этот момент между Ксенией и Эрилом вклинился неожиданно появившийся откуда-то Шкер. Наверняка тоже подслушивал. И тут в пещере, что называется, визуализировалась остальная пестрая компания.

Шкер уже открыл рот, чтобы сказать что-то, но Ксюша решила выступить соло. И запела песню Анжелики Варум «Ля-ля-фа». Судя по лицам девчонок, подружки оказались удивлены не меньше меня сочным тембром голоса, усиленного акустикой пространства, а еще манерой исполнения нехитрого танца. Совместить песню Варум со стриппластикой — надо было догадаться, а еще умудряться!

Мы дружно расхохотались и начали поддерживать нашу доморощенную певицу, хлопая в ладоши и подпевая. И так нам здорово стало в этот момент, не передать словами. И плевать, что мужчины круглыми глазами смотрят на нас, а на их лицах смесь удивления и неодобрения. Это первая песня за несколько недель ужаса и ожидания смерти. Это веселье, в котором купалась душа, очищаясь.

Мы засмеялись еще громче, когда Ксенька начала трясти грудью, включив элемент цыганочки, а при ее пятом размере — это нечто!

Свободные эшарты оценили, причем очень заметно оценили ее выступление… и формы… и объем груди. А учитывая то, что они обнажены, стала очень заметна высокая степень исключительного мужского одобрения, которая с каждым мгновением твердела и возрастала.

Только Шкер все сильнее мрачнел и норовил перекрыть остальным обзор на свою талантливую фигуристую женщину.

Когда Ксюша умолкла и картинно поклонилась, Дэнарт, криво ухмыльнувшись, обратился ко мне:

— Так ты думала, что я лицедей? Занятно! Все же понятийный аппарат, заложенный вам, не совсем верно отражает значение слов, которые переводит.

Лицедействовать на Эшарте умеют лишь адаптеры. Это в их характере… А танцоры… В нашем мире танцоры — это воины, исключительно спецы. Мы танцуем лишь с тем, кто вскоре умрет. И поверь — умирают, как правило не эшарты! Мое крыло — это боевая группа, состоящая из танцоров, врача и ученого. В настоящее время задача крыла — прикрывать ученого. Мы изучаем рархов. Крадем их технологии. Выясняем слабые места. Уничтожаем!

Мужчина приблизился ко мне, сгреб в охапку и затем всех нас предупредил:

— Женщины, если вы чего-то не поняли или не знаете, лучше спрашивайте! Поверьте — это в наших общих интересах, чтобы не возникало непредвиденных сложностей или недоразумений.

— Ой, ну подумаешь, перепутали танцора с лицедеем, — продолжала веселиться Ксюша.

— Ксения, вас легко спутать с женщинами адаптерами — значит, те, с кем вы в будущем ошибетесь подобным образом, могут поступить согласно нашим законам. Так, например, танцоры никогда не отказываются от приглашения на танец смерти. Это трусость и бесчестье! В этом случае либо ты, Ксения, либо твой мужчина будете обязаны принять его, если таковое высказано. Ты готова станцевать на смерть? Сейчас мы все понимаем, что произошло недоразумение. Вы не адаптеры и ничего не знаете об Эшарте и его жителях, поэтому советую начать учиться, — спокойно, но холодным, пробирающим до самых печенок тоном, просветил нас Дэнарт.

Мы с подругами растеряно и даже пристыжено молчали, впитывая новые знания об этих загадочных созданиях. А еще, думаю, каждая из нас сейчас осознала, что драконы не такие уж легкие и бесшабашные, какими кажутся на первый взгляд. Яркая оболочка скрывает за собой суровую натуру, следующую жестким правилам.

Глава 14

Меня не выпустили из рук с того момента, как в добровольно-принудительном порядке вместе с — подругами проводили к месту ужина. Красные закатные лучи Эша, отражаясь от выбеленных гладких скал придавали нереальный вид окружающему пейзажу, который я устало обозревала, сидя на коленях Дэнарта в его объятиях. В какой-то момент особенно остро осознала, что я далеко-далеко, на другой планете и вероятнее всего никогда не увижу родную Землю. Ласковую и зеленую. Несмотря на жар, которым все дышало вокруг, хоть уже я наступил вечер, меня от этой мысли бросило в дрожь. И вообще, накатила плаксивость. Но я держалась, и чтобы самым позорным образом не разреветься, отвлеклась, наблюдая за международной компанией.

Эрил снова по-змеиному обвился вокруг Киры, положил голову ей на колени и жмурился от удовольствия. А девушка с нежностью гладила его лохматые полосатые космы, зарываясь иногда в них всей пятерней и пытаясь выпрямить. Заметно, что оба получают удовольствие, будучи рядом.

Джулия же, наоборот, сама лежала на камнях, положив голову на колени Олену, и сквозь полуприкрытые веки наблюдала за происходящим на площадке. А мужчина гладил ее по плечам и спине. Изредка мне казалось, что его оранжевые глаза искрят от восторга обладания этой женщиной.

Ксюша привалилась к мощному плечу Шкера, и он завладел ее рукой.

Эгер сидел позади Светы, вплотную прижав ее к своей груди. К моему глубокому изумлению, она отклонила голову и едва заметно морщилась, но даже малейшего движения не сделала, чтобы оттолкнуть мужчину, который пиявкой присосался к ее шее. Распахнув глаза, я смотрела, как этот демонически черный дракон сосет кровь моей подруги, а окружающие совершенно не обращают на них внимания. Так, словно все нормально. Даже мои спутницы!

Я не выдержала и спросила:

— А зачем второй раз? Да еще нечищеными клыками. А вдруг воспалится, если заразу занесете?

Дэнарт над моим ухом хмыкнул, а потом наклонился так, чтобы заглянуть в глаза, и пояснил:

— Наше пламя обеззараживает все на свете! А уж зубы и подавно. Не переживай насчет заразы и воспалений. Эшарты свои укусы обрабатывают тем же химическим составом, что впоследствии становится пламенем. Шрамы остаются, конечно, на шее, но воспаления ни у кого еще ни разу не было. Мы стараемся кусать за одно и тоже место, чтобы метка четкой и хорошо заметной становилась.

— Хорошо, не заразно, но зачем второй — то раз кусать? — раздражалась я из-за ни сколько не прельщавшей перспективы стать драконьим донором.

— Конкретно Эгер пытается упрочить связь, чтобы зрение вернуть быстрее. А вообще, у нас принято… метку обновлять почаще у своей женщины.

— А если я тебя цапну? — пригрозила я.

— Мне будет очень приятно! — знакомо прошуршал Дэнарт.

— Я серьезно спрашиваю, а ты все шутишь, — проворчала я.

— Я как никогда серьезен! — уже без игривости в голосе ответил Дэн.

— А причем тут ваше зрение и наша кровь? — задала самый актуальный вопрос.

Дэнарт не ответил и, судя по тому как напряглось его тело, этот хитрец снова пытается уйти от ответа.

Но тут в разговор вступила Ксюша;

— Марьян, ты не поверишь! Эшарты, пока не встретят свою пару, все видят в черно-белых тонах различной яркости и интенсивности. Зато прекрасно видят в темноте. А вот когда встречают подходящую женщину и происходит связывание, теряют зрение и обретают новое. А точнее, обогащают бывший монохромным цветовой спектр. И все из-за крови женщины. Так, например, я Шкеру подарила четыре дополнительных цвета из спектра.

— А я Олену — шесть, — горделиво произнесла Джулия, потершись щекой об обнаженное колено своего мужчины.

— А я — семь, — счастливо улыбаясь, добавила Кира.

Эрил решил вернуть себе «человеческий» облик и трансформировался. Уселся за спиной Киры и пересадил девушку к себе на колени. Посмотрев на своего дракона, поймала укоризненный взгляд Дэна, брошенный на Шкера.

Шоколадный эшарт пожал внушительными плечами и оправдался:

— За четверо суток из нас вытянули по максимуму. И допрашивали с пристрастием.

А я расстроилась, вспомнив, как Дэнарт сказал друзьям, что его спектр равен трем. Выходит, все мои спутницы дали своим мужчинам больше, чем я.

— А отчего зависит цветовой спектр? — осторожно и тихо спросила.

— От способности женщины чувствовать. Чем богаче диапазон эмоций и чувств, тем шире цветовой спектр. И вероятнее всего — крепче связь и лучше отношения, — припечатал меля сиреневый нахал Айаал.

И безгубая ухмылка у него опять похабная и насмешливая, словно сейчас в лицо мне сказал что я бесчувственная и фригидная. Стыд и злость жаром опалилищеки.

— Наша связь не закреплена полностью. Так что все может измениться, — сильнее прижав к своей груди, сказал мне на ухо Дэнарт. А потом, обращаясь уже к Айаалу, но и имея в виду остальных тоже, добавил: — Самое любопытное, что женщины адаптеры никогда не расширяли наш спектр свыше трех самых основных цветов. А вы оказались столь щедры, что обогатили почти на целую палитру из дополнительных цветов.

Хорошее сообщение немного успокоило, но расстраивалась я не долго. Меня прямо-таки привел в восторг способ приготовления драконами мяса. В скальном углублении, нагретом солнцем, мужчины своим пламенем раскаляли камни, которыми обложили тушу непонятного животного. И вскоре ароматный мясной дух поплыл по воздуху, возбуждая аппетит и обещая нашим желудкам невиданное счастье — нормальную еду!

— Затем дракон по имени Джун отрывал ломти мяса от зажаренной туши и подносил каждой женщине, а потом и нашим мужчинам. Свободные товарищи самостоятельно подходили и острым камнем отхватывали себе кусок.

Есть незнакомое животное было боязно, но божественный запах отодвинул все опасения куда подальше. Тем более, сотрапезники уже с аппетитом жевали, не забивая себе голову подобными проблемами. Конечно, я не удержалась. Оказалось — вкусно, но иного съесть не смогла вялость и усталость заставили буквально растечься лужей по Дэнарту. Снова захотелось пить, но еще сильнее — спать.

— Ты чересчур горячая, Марьяна. Это нормально для твоей расы? — обеспокоенно спросил Дэнарт.

Он мягко, едва касаясь, провел ладонью по моему лицу, а я чуть не зашипела, до чего стало неприятно. Кожа саднила и горела от солнечного ожога. Желудок сыто урчал, и хотелось только спать, чтобы оставили, наконец, в покое и не лезли ни с любопытством, ни с участием. Я вяло отмахнулась от дракона и проворчала:

— Я обгорела сильно, и температура подскочила поэтому. А у вас на Эшарте даже вечером жара и духота, вот меня и плющит.

— Плющит? — переспросил Дэн.

— Плохо мне, по-другому не скажешь! — тихо пояснила я, широко зевая.

Облизала пальцы от жира и, приникнув еще плотнее к телу своего дракона, устроилась поудобнее, чтобы поспать. Слишком длинный был день!

— Мы все сильно обгорели, — услышала я голос Светы, — надо завтра пораньше встать и вылететь затемно. А то, если дополнительно поджаримся, будут уже тяжелые ожоги. И нам всем станет худо!

Из глубокого сна меня выманила жажда вместе с ощущением, что я вся пылаю. Боже, как же хочется пить! Похоже, я выразила желание вслух, потому что тут же услышала:

— Как ты, Марьяш? — надо мной склонился обеспокоенный Дэнарт, удивив обращением. Наверное, запомнил, как меня ласково девочки зовут и сам перенял.

— Плохо… жарко… пить хочу— пролепетала я, чувствуя себя совсем нехорошо.

Ощущение полета — это меня на руки ваяли в понесли в сторону эрхована. Так легко, словно я невесомая. Пока мы пили, заметила бодрствующего Джуна, охраняющего наш покой. Остальные спали, устроившись кто где.

В пещере было гораздо темнее, чем снаружи, но призрачный свет Эуа проникал и сюда. Осторожно посадив меня на камень возле источника, Дэнарт подождал, пока я напьюсь, и начал расстегивать пуговички на моей рубашке. Я вяло затрепыхалась, не соглашаясь снимать одежду, но Дэн мягко пояснил:

— Марьяш, тебе в воду надо, чтобы температуру хоть немного сбить.

Я мысленно согласилась и, слабо кивнув, плюнув на стыд, тряпичной куклой застыла, пока дракон меня полностью раздевал и, подхватив на руки, полез в спасительный водоем.

Меня накрыло необычными и очень острыми ощущениями. Мы соприкоснулись, и я почувствовала обнаженной разгоряченной кожей каждый сантиметр бугрящегося мышцами тела дракона. Кажется, я даже выступающий на его коже красный рисунок чешуи ощущала.

Дэнарт сел в воду, облокотившись на каменный бортик, положил меня поверх своего тела на спину. Одной рукой поддерживал, второй — поливал водой мои плечи и шею.

Какое блаженство! Прохладно и комфортно, хоть не вылезай наружу. Я расслабилась, откинула голову эшарту на плечо и прикрыла глаза, полностью отдаваясь его заботе. Даже задремала снова, вернее находилась на грани сна и бодрствования. Но тело, получив желанную прохладу, спустя время начало реагировать на присутствие обнаженного и теперь весьма привлекательного для мена мужчины Причем самым бесстыдным образом!

Голубоватый рассеянный свет, к которому постепенно привыкли глаза, позволял довольно хорошо видеть, как напряглись вершинки на моей груди. И причина тому — широкая ладонь Дэнарта, поливающая их прохладной водой. Контрастный душ делал свое темное дело!

Сил двигаться совершенно не было, а вот чувствовать — с избытком. Грудь налилась, а соски превратились в горошинки и весьма красноречиво выдавали мое состояние. Вторая рука Дэнарта находилась под водой и придерживала меня за бедро, чтобы я не соскользнула. Я чувствовала каждый его длинный сильный палец на ставшей невыносимо чувствительной коже. А ягодицами в полной мере ощущала, насколько возбужден мужчина.

Чувствуя себя неловко и волнуясь, попыталась съехать вбок — бесполезно, не позволили, получилось, что я еще и поерзала на нем.

— Как ты себя чувствуешь? — хриплым, о многом сказавшем мне голосом, спросил Дэнарт.

— Нормально… почти! — похожим голосом просипела я.

Эшарт перестал поливать водой, положил ладонь мне на грудь и потер пальцами сосок, заставив вздрогнуть и всхлипнуть. Как-то слишком обостренно все ощущается.

— Можно я доставлю тебе удовольствие? Сейчас? — прохрипел Дэнарт.

Горло неожиданно перехватило от волнения, и я трусливо промолчала. Аэшарт посчитал молчание согласием, потому что мужская рука, ласкавшая мою грудь, скользнула в воду и мягко настаивая и помогая, согнула мои ноги в коленях и расположила их по бокам от него. Теперь я непроизвольно выгибала спину, чтобы было удобно лежать.

Ладонь Дэнарга накрыла мое лоно, пальцы скользнули внутрь, поглаживая, разжигая во мне огонь удовольствия. Вторая ладонь накрыла грудь и осторожно, словно я могу рассыпаться, ласкала, перебегая с одной на другую, спускалась на живот, где уже томительно тянуло в предвкушении, и опять поднималась к метке на шее. Очень скоро я стонала и всхлипывала, подаваясь навстречу его пальцам, отдавая должное умелым, почти таким же сказочным рукам, как и сам дракон. Который не спешил, медленно и нежно лаская меня и что-то страстно нашептывая на неизвестном языке, погружая в истому.

Дэнарт, сменив положение, сел, а я скользнула вниз. Подхватив меня за талию, дракон начал древний как сама вселенная танец, в котором мы стали единым целым Вода кругами разбегалась вокруг нас, свет спутника отражался бликами, а я, благодаря сильным рукам Дэнарта, взлетала вверх, а потом опускалась вниз, чувствуя его мощное вторжение в свое лоно.

Напряжение внутри меня нарастало. Вцепившись в его предплечье здоровой рукой и балансируя травмированной, уже сама, все сильнее прогибаясь, помогала дракону. Вверх — вниз, вверх — вниз, почувствовала мелкую дрожь внизу живота, а потом, не сдержавшись, громко, торжествующе застонала, получив желанную разрядку. Она была такой необычно сильной, что трепетала каждая клеточка моего тела, а слабость накрыла волной. Я обмякла, прислонившись спиной к мужской груди и слушая, как колотятся наши сердца. Неужели это действительно случилось со мной?! Я взлетала и падала, чувствовала себя ожившей в объятиях… инопланетянина, с которым едва познакомилась. Дальше развить мысль не получилось.