Мумми–тролль зажег керосиновую лампу, поднялся на чердак и открыл слуховое окошко. Луна еще не показывалась, но долина была залита слабым светом северного сияния. Внизу у моста двигалась целая вереница факелов, окруженная пляшущими тенями. Они направлялись к морю и к подножию горы.
Мумми–тролль с зажженной лампой в лапах осторожно спустился вниз.
Сад и лес были полны блуждающих лучей света и неясного шепота, а все следы вели к горе.
Когда он вышел на морской берег, луна стояла над ледяным покровом моря белая как мел и ужасно далекая. Что‑то шевельнулось рядом с Мумми–троллем, и, нагнувшись, он увидел сердитые светящиеся глаза малышки Мю.
— Сейчас начнется пожар, — засмеялась она. — Мы спалим весь лунный свет.
Ив тот же миг над вершиной горы взметнулось ввысь желтое пламя.
Туу–тикки зажгла костер.
Он занялся мгновенно. Взвыв, как зверь, костер вспыхнул снизу доверху багровыми языками пламени: отблески его трепетали на зеркальной поверхности почерневшего льда. Коротенькая сиротливая мелодия пронеслась у самого уха Мумми–тролля — то мышки- невидимки, опоздав, спешили попасть на эту зимнюю церемонию.
Их маленькие и большие тени торжественно скользили по вершине горы. И вот начали бить барабаны.
— Твоя садовая скамейка тоже пошла в ход, — сказала малышка Мю.
Ну ее, эту скамейку! — проговорил Мумми–тролль.
Спотыкаясь, он карабкался вверх на оледенелую гору, сверкавшую в отсветах огня. Снег таял от жара костра, и теплые струйки воды стекали Мумми–троллю на лапы.
«Солнце вернется, — возбужденно подумал он. — Конец темноте и одиночеству. Можно будет посидеть на веранде на солнцепеке и погреть спину…»
Он уже взобрался на вершину горы. Вокруг костра было жарко.
Мышки–невидимки затянули новую, какую‑то неистовую мелодию.
Но пляшущие тени исчезли, а барабаны били уже по другую сторону костра.
— Почему они ушли? — спросил Мумми–тролль.
Туу–тикки поглядела на него своими спокойными голубыми глазами.
Но видела ли она его на самом деле? Он не был в этом уверен. Скорее она всматривалась в свой собственный зимний мир, живший из года в год по своим собственным, чужим для Мумми- тролля законам. Ведь зимой он всегда спал в теплом доме семейства мумми–троллей…
Праздник Коляды 1999—2000 гг.(Дом Ясеня, Коляда Вятичей, Родолюбие, группа «Календарь» и другие)
Первая Коляда или Велесов день — КорочунСия первая Коляда чествуется у теплого очага за твердыми стенами, дабы доброе семейство славянское, собравшись во един круг, не убоялось хлада, мраза, морока и жженопятиков поганых, ибо сами погани языци суть, но во всеоружии дровами, хлебом и пивом — дарами Сивова Яра, Вещего Водителя нашего, замкнуло коло уходящего лета, чая о возвращении великих наших богов, что в Светлом Ирии ныне обновляются.
Наипаче же всего чествуется Солнечный Свет — Святой наш Дед, коего возвращение на небосклон ожидаемо в конце сей ночи, в году длиннейшей. И тому деянию благополучного конца весь круг хором пожелает, чтоб нам, внукам солнечным, вслед за ним из мрака и холода ко свету и теплу выйти. Того ради возгласим согласно: «Сивка под горку — Бурка на горку, Солнце на лето — зима на мороз!», мороза же не убоимся — не век ему дан, но малая година.
Колядования, скотопожелания, заклинания на урожай, добрые потехи и вопрошания о судьбе, коими наступающее лето встретити велит нам обычай предков, да будут в изобилии на второй Коляде, ежели сообщество приговорит оную справить.
Место — дом с печью.
Время — с 21 на 22 декабря, четверг
Состав — своя семья.
ПоследованиеАз. Приготовление дров да трапезы. Украшение дома — мехами, скотьими бубенчиками. Божница — чуры и сноп стоят на соломе, рушником прикрытой. Очаг, место хозяина, место полазника. Зерно, каша для мороза, топоры али пилы — бадняк валити, и иные орудии сельского труда. Во дворе сложен костер.
Буки. Солнечный знак на столе рассыпается зерном, поверх него скатерть 5елая и на ней — пир горой.
Сие действие уже начинает обряд. И быть ему где‑то за час до заката.
Хозяин прячется за сложенную гору и спрашивает: «Видите ли меня?»
Ему отвечают: «Не видим, батько!» И так три раза. А он, что бы ему ни ответили: «Так дай боги, чтоб в будущем году такая гора была, что не увидели бы!»
Первая трапеза, легкая. Из того, что в гору не поместилось. Настоящая братчина еще впереди. За круговой чарой сведущие люди сказывают легенду–сказ и сущность праздника.
Веди. На закате — идут зачин стояти. Дом населенный, хранимый слаиити, Солнце светлое и богов великих в обрат на землю звати. И страшной кощуне внимати.
В дом вернувшись, прислушиваются — не идет ли кто? Из леса доносится вой.
Глаголь. У двери страж встречает гостя дальнего. Гость, войдя в дом, привечается самим хозяином. Благопожелание и засевание. Kpyг и богам слава, кою гость произносит, пуская «Большого Сирина»
Добро. Уходит гость с выбранными смельчаками по бадняк. Пилят ею так, чтобы ни в коем случае голой рукой не коснуться.
Вносят бадняк на двор с песнями, встречают его с присказками, украшают кто чем может. Делят надвое. Малый, по печке, вносят в дом. Большой — приставляют к стене.
Есть. В избе народ полуколом вокруг очага. Малый бадняк украшают лентами–тесьмами, но так, чтобы голой рукой опять‑таки не коснуться. Гость бадняку уста отверзает, хлебом–пивом жертвует и провожает в печь — на небо. И за стол — трапезу кончати. Доели, допили, ропели, проводили.
Живете. Во дворе, где большой огонь сложен, собирается коло. Прежде зажжения огня кормят кашей мороз. Зажигается огонь, и у него славится весь круг богов светлых, да будут все с нами в этом году.
Зело. Идет Коляда — шествие с большим бадняком. Круг костра его обносят с песнями. Большой бадняк украшают, как прежде и малый, — не касаясь голой рукой. Над ним и хлебочестие творят.
Уста бадняку отверзают, хлебом кормят, пивом поят и на огонь кладут.
Когда разгорится, выбивают из него искры с благопожеланиями.
Земля. А после сего набегают окрутники в небольшом числе и всем дают жару.
И после того в положенный миг рядятся все без никакого исключения в заранее приготовленные личины. И отправляется ход круг всея деревни с факелами и шумством.
Далее праздник течет вольно, кто пить, кто петь, кто спать. Но прежде того — избирается один герой и уходит в лес — за Солнцем. Он же утром народ поведет рассвет встречать.
Иже. Желающие и окруты имеющие идут в лес, на камлание, гадание и пляски звериные.
И. А на рассвете — пробуждаются Солнце встречать. Избранный отправляется первым и готовит место. Идем в гору, в поле или на перекресток. Кто в округах был — их снимают, умываются снегом или водой, встречают Солнце песней, зажигают на снегу солнечный знак. На разгоревшемся Солнце заклинают–заговаривают дом, двор и весь белый свет на доброе лето.
Сказание о Коляде (Рассказано Добромиром)Так было в давние времена. Тогда светлые боги жили на земле, и земля под их руками цвела, плодоносила и радовалась. Они научили людей возделывать землю, строить дома и слагать песни. Люди трудились, а боги давали им свет, тепло и живую воду.
И люди собирали урожай и славили богов долей урожая и песнями. А боги учили их заботиться о земле, которую они создали.
Когда урожай был собран, и боги и люди устали. И люди пошли в свои дома, а боги отправились за голубую твердь в Светлый Ирий. Там в небесной кузне их Отец перековывал их со старых на молодых, и их силы обновились.
А кроме них были еще существа сродни богам, которым не было дела до людей. Они не жаловали света и тепла, и потому их звали темными. Эти боги не потеряли столько силы, как светлые, и не пошли обновляться в Ирий, а остались на земле.
Их было много, но они ничего не могли сделать для людей, так как не знали ряда и не все даже имели имена. Им не нужны были пути богов, так как они желали носиться где захотят.
Морена была самая сильная из них и знала пути, но не могла ими править. И начали они ходить без пути и, играя, смешали боговы дороги. Ряд нарушился, и по земле стало опасно ходить.
Тогда Морена накрыла землю белым снегом, чтобы сохранить ее, и наслала повсюду сон и забвение.
Земля заснула, холод и мрак овладели Средним миром, и забылись дороги богов. А Золотой Солнечный Конь бегал по окраинам без всадника, и не стало света и тепла.
Только один из великих богов тоже не ушел в Ирий, потому что сила его обновлялась от земли и воды, и он сам менял свой облик.
Вода хранила его память, и он не забыл, где пролегали дороги.
Он ходил по самому краю Среднего мира и охранял лес и реку, через которые ведет путь в Светлый Ирий и другие обиталища. Через реку был наведен мост.
По этому мосту боги ушли в Ирий, и с тех пор он сильно обветшал. Вещего бога носил ветер, и он мог пройти по мосту. Но даже он не мог восстановить мост в одиночку, а другие боги еще не пришли.
А люди остались среди снега, холода и жестокого ветра. Им было трудно, так как беспутные обступили их со всех сторон, и казалось, что небо смешалось с землей, а холмы стоят вершинами вниз. А света дневного было все меньше и меньше, и стало не различить ночь и день.
Все‑таки они не растерялись. У них остались дары богов, и они помнили, как с помощью богов сделали землю устроенной и плодоносящей. Потому часть силы богов пребывала с ними.
Но люди не знали, придут ли боги вновь. Они запаслись дровами, собрались вместе и сели пировать, славя богов и призывая их.
Вещий услышал их песни и понял, что у людей осталась часть боговой силы.
И ему открылось, что с этой силой люди помогут ему навести мост и восстановить боговы пути.
Он позвал их, но беспутные подняли вой и люди не услышали слов Вещего.
Тогда он взял горсть семян и искорку света и сам отправился к людям, и беспутные приняли его за одного из них, так как он был в мохнатой шкуре. Люди же узнали шкуру зверя, принесенного ими в жертву Вещему, и не обманулись.
Вещий достал горсть семян и спросил: «Что это?»
Люди ответили:
Это зерно, что дали нам боги, когда мы еще не знали, как сеять хлеб.
«Они придут и снова дадут вам зерно».
Он показал им свет и спросил: «Что это?»
Это Свет, что светил и согревал нас.
«Свет вернется к вам».
Люди сложили во дворе костер и зажгли его от принесенного огня. И беспутные разбежались, так как не любили яркого света.
А некоторые из них увидели, что люди пируют, и подошли поближе. И сказали: «Накормите и нас».
Но Вещий сказал: «Вас накормят, если вы подчинитесь богам и вместе с ними поможете людям хранить Землю».
И те, которые уже не были беспутными, спросили его, что им делать. Он сказал им: «Охраняйте землю людей и их жилища от беспутных, а люди положат вам требу, как клали ее богам».
А после того Вещий позвал людей с собою. Самые смелые, которые не боялись беспутных, взяли топоры и отправились в лес. А остальные пели им вслед, чтобы тем было радостно идти.
Вещий указал им могучее дерево и сказал: «Срубите его». Люди засомневались: «Как мы сгубим его, ведь это наш брат!» Но Вещий ударил по нему, и люди поняли, что оно сухое.
«Это дерево богов. Боги закончили его жизнь, но они дадут ему другую жизнь. Из него мы построим мост, и боги вернутся в мир».
Люди срубили дерево и построили мост. А от моста пролегла тропа до самого их жилища, и мост был живой, как все созданное богами. Люди проливали на него пиво, а Вещий осыпал зерном, как жениха.
И сказал: «По этому мосту боги придут к вам. Их дорога долга, ждите их через три месяца».
Люди стали просить его, чтобы боги поскорее привели к ним Солнце. И Вещий ответил, что Солнце скоро придет.
Но Вещий не мог его привести прямо к людям, так как охранял мост. И навстречу Солнцу отправился один из людей.
А Вещий стал на мосту и запел. Услыша его песню, очнулся в Ирии от зимнего сна Светлый Бог, который правил на небе Солнечным Конем и на нем приносил миру свет.
И понял, пробудившись, что сила вернулась к нему, и что он в силах разогнать мрак.
Тогда он отправился ловить своего Солнце–Коня. А изловив, оседлал и поскакал прямо к небесной дороге.
И у самого моста остановился в раздумье, так как беспутные смешали дороги, и он не узнал мест, где скакал раньше.
Но у моста стоял Вещий и указал Светлому Богу его путь. А избранный из людей указывал ему место, где люди, стоя у костра, ждали его.
И когда Солнце–Всадник проскакал по небу, люди встретили его с великой радостью. А так как они звали Солнце Колом, то и дню, когда его встретили, дали имя — Коляда.
А Вещий пел, и вслед за Солнцем восставали от сна и другие боги. И с обновленными силами собирались в путь, чтобы снова вернуться на оживающую землю, которая ждала нового семени и живой воды.
Были на земле и снег и холод, но люди уже ведали, что боги придут. И ждали их.
Былина
(М. Грашина, И. Черкасов — М. Грашина.
Песня группы «Календарь»)
(Основная тема) Как вставало да взошло Красно солнышко Над родимою сторонкой Стародавнею, Выезжали в чисто полюшко Витязи, Да пускали в небо стрелы калёныя. Как сгустился–лился мрак По сырой земле, Как в сыру землю стрела Калена ушла, В поднебесье ясен сокол Сложил крыла, Наземь стлалось небо цвета червленого. Ни в одну из трех сторон Не сложился путь, А четвертой стороны Никто не сказывал, Как спустилась черна ночь Среди бела дня, Опускалися с коней вои–ратники. Черным ползом тяжкий сон Стлался по миру, Холодил тот тяжкий сон Живу в жилушках, Засыпали в чистом полюшке витязи, Засыпали в вольном небушке ветрушки. Засыпал лукавый день да ночная тень, Засыпали ясны звезды да месяц–свет, Над холмистою равниной Засыпал рассвет, Засыпали голоса криком — в небеса. Рефрен (Велеслав) …Яр, яр Лютобор По замрою с мороком да ой, да на поклон ко Чернобогу путь ведем, Идем–бредем, дары несем, да непростые, Цвет кровав, кровав цвет да огнен лист; От глаз сокрыт, где зелен папоротник Во долу да навь хранит Да ковш воды студеной, Не живой да Мертвой, Смертной, во силе крепкой; Прими, Чернобоже, дары! …По горам да по долам Резвой поступью Разбежались духи — нежить беспутная, Заговоренная нечисть окрутная Во миру пирует пир — дак трясется мир. Как не встало, не взошло Красно солнышко Над родимою сторонкой стародавнею, Да не вышел в чисто полюшко молодец, Не пускал в то небо стрелу каленую. … Во сыром бору найти сухо деревце, Да под корень подрубить, Оземь тронута, Заговоренный мосток — завязь всех дорог Положить да ясну солнцу до миру путь. На высоком берегу разложить костер, Ярью солнечной живой запалить огонь, В чистом небе разбудить ветры буйные, В чистом поле встрепенуть Буйны травушки…
