Пятая планета

— Наверно, еду, – сказала она, однако не двинулась с места.

— Тогда я жду! – поторопил её таксист. Габу не ответила. – Эй!

— Да–да, – закивала она, забралась в кэб.

— Трудная ночь? – спросил таксист, окинув её сальным взглядом.

— Что?

— Я говорю, выглядишь усталой. Много работала?

— Я не… – Габу встретилась с ним взглядом и, решив не спорить, назвала адрес мастерской брата.

— Ещё один клиент?

— Всего лишь брат.

— О! – Таксист растерянно хлопнул глазами, замолчал. Габу представила газеты, в которых должны были выйти те непристойные рисунки, которые показывал ей Флавин. Представила, как таксист разглядывает их, изучает детали, позы. «Он не видел эти рисунки, – сказала себе Габу. – А если и видел, то мне до этого нет никакого дела, потому что это не я. Это всего лишь подделка». Рисунки стали чёткими, словно она держала их в руках, могла вспомнить все, что не рассмотрела прежде. И сейчас они казались ещё хуже, чем утром, ещё более грязными. Даже грязнее, чем рисунки брата на стенах. Рисунки мёртвых девушек. Хуже, потому что девушки, которых он рисовал, уже были мертвы, им не было до этого дела, а Габу была ещё жива. Жива и оклеветана. И не важно, что сложись обстоятельства чуть иначе, она действительно могла бы позировать обнажённой. Главным было то, что этого не случилось. «Но как объяснить это другим?!» Габу бросила на таксиста гневный взгляд и заставила себя закрыть глаза, отвлечься. В окружившей темноте, представлять лицо Джо оказалось самым забавным. Эта девочка даже веселила. Габу снова приложила руки к своему животу. Мир Джо, её весёлый, беззаботный мир показался далёким и безвозвратно упущенным. «Нет. Этот мир никогда не был моим. Не был и не станет». Габу поймала себя на мысли, что её мир всегда казался ей слишком громоздким, тяжёлым, под весом которого просто невозможно было бежать по жизни, как бежит Джо. «Наверное, виной всему, что я родилась в подводном городе, а Джо здесь». Габу ещё о чем‑то думала, но мысли уже плыли куда‑то вдаль, не подчиняясь ей. Она задремала, вернулась к воспоминаниям, которые оставил в её голове Юругу. Вернулась к предчувствию чего‑то недоброго, к пониманию того, что всё может быть ещё хуже, чем есть. Для неё хуже. – Да очнись ты! – услышала Габу голос таксиста, сбросила с плеча его руку, расплатилась за поездку, вышла из машины.

Улица была тёмной. Габу проводила взглядом завернувшее за угол такси. Ночь усилила звуки, сделала их более чёткими, обострив чувство тревоги. «Все это только у меня в голове», – сказала себе Габу, вошла в подворотню, в дом, который даже днём казался тёмным и громоздким. «Все это только у меня в голове», – снова сказала себе Габу, вызывая лифт, поднялась на нужный этаж, выглянула в коридор. Дверь в мастерскую брата была опечатана законниками. Несколько секунд Габу, не двигаясь, смотрела на жёлтые ленты, запрещающие вход. Двери лифта начали закрываться, заставляя её спешно выйти. «Я ничего не найду здесь. Ничего не найду», – Габу открыла дверь своим ключом, вошла в мастерскую, хотела включить свет, затем представила, что напишут завтра в газетах, если увидят её здесь, снова замерла. В оставшихся в голове чужих воспоминаниях что‑то вздрогнуло, яркий свет заставил зажмуриться. Габу не сразу смогла понять, что снова видит глазами Юругу. Был день. В мастерской беспорядок, но не хаос, который оставили здесь законники после обыска. Пилс стоял возле окна и смотрел куда‑то вдаль. Он о чем‑то говорил Юругу, но Габу почти не слышала его, почти ничего не разбирала. Да и Юругу не было никакого дела до слов её брата. Он осторожно продвигался вперёд. Продвигался к дальней от окна стене, туда, где Пилс спрятал свой ключ. Ключ от дверей в подпространство.

— Ты уверен, что когда придёт время, Плиора сможет найти его? – спросил неожиданно громко Пилс.

— Уверен, что когда придёт время, его найдут, – пообещал ему уклончиво Юругу. Габу увидела тайник, увидела ключ. Видение рухнуло, осыпалось. Габу замерла, чувствуя, как возвращаются её собственные мысли и чувства. Момент истины был близок – либо она спятила, либо… Габу подошла к тайнику, всё ещё надеясь, что там ничего нет, открыла его, увидела ключ. «Это ещё ничего не значит», – сказала она себе. «Я могла увидеть этот тайник, затем вообразить себе всё остальное…» Она сжала в ладони ключ, признаваясь, что совершенно не верит себе, не верит своим доводам. Да, она хочет, чтобы всё было просто, как и раньше, понятно, естественно, но… но всё уже не так. Всё изменилось. Изменилось даже не в ту ночь, которую она провела с Юругу на пляже и даже не когда решила покинуть подводный город или когда её брат встретился с Юругу, нет. Всё изменилось много лет назад, веков, тысячелетий в чужом, громоздком, непонятном сознании. В сознании, которое не должно быть здесь в этом мире, в этой реальности. «Как и я не должна быть здесь сейчас», – решила Габу, оглядываясь по сторонам. «Но я ведь здесь, и никто не сможет меня отправить в тюрьму. Никто». Ей показалось, что ключ, который она сжимает в руке, нагрелся, начал причинять боль, но это лишь его острые грани содрали кожу. Содрали потому, что Габу сжала его слишком сильно. «И никаких первобытных страхов!» – приказала себе она, покидая мастерскую брата. «И никак ой суеты!» Она вышла из дома и долго шла по тёмной, пустынной улице, пока не поймала такси.

— Вы тоже читали обо мне в газетах? – раздражённо спросила она старика–водителя, выдержав его пристальный взгляд.

— Я не читаю газет, – устало качнул он головой, – просто пытаюсь понять, доставит мне неприятности поздний клиент или нет.

— Не доставлю, – пообещала ему Габу, думая, что тоже, наверно, сейчас должна решить для себя, от кого ей стоит ждать неприятностей, а от кого нет. «Только бы получить побольше времени, чтобы можно было всё как следует обдумать, а не спешить, торопиться и ошибаться». Габу увидела на небе первые лучи рассвета и попросила таксиста поспешить, не желая, чтобы Джо проснулась и увидела, что её нет. Джо не проснулась. Габу разделась и забралась под одеяло, продолжая сжимать в ладони найденный ключ. «Нужно его спрятать» – решила Габу, но заснула раньше, чем смогла придумать достаточно безопасное место для тайника. Ей снился подводный город, снилась мать и детство, в котором нашлось место надеждам и мечтам. Светлым надеждам. Габу не особенно понимала их смысл, но чувствовала успокоение и уверенность, что всё будет хорошо. Несколько раз она просыпалась, видела Джо, честно признавалась, что не спала всю ночь и снова забиралась с головой под одеяло. – Ещё полчаса, – просила Габу. Вначале Джо верила ей, ждала, затем, ближе к обеду, отчаялась, проголодалась, позвонила Флавину и сказала, что идёт завтракать. Габу слышала её голос, но притворилась, что всё ещё спит. Когда Джо ушла, она поднялась с кровати, приняла душ, оделась и, так и не придумав, где спрятать найденный ключ, решила, что самым безопасным, будет носить его с собой.

— Неужели ты уже проснулась?! – удивилась Джо, вернувшись к обеду.

— Тебе не понравилось, что я не пошла с тобой завтракать? – спросила её Габу.

— Мне не понравилось спать на кресле, – призналась Джо.    – Причём тут я? Следить за мной было идеей Флавина.

— Не следить, а присматривать. На тебя же вчера напали. Ты забыла?

— Юругу не нападал на меня.

— Адам.

— Что?

— Флавин сказал, что его зовут не Юругу, а Адам.

— Вот как… – Габу задумалась. – А сам Флавин сейчас где?

— В больнице. Врачи сказали, что Адам пришёл в себя. Законники уже допрашивают его. Флавин занимает очередь.

— Понятно…

— Тебе тоже придётся ответить на пару вопросов.

— Я готова.

— Это хорошо, потому что Адам заявляет, будто бы ничего не помнит. Ни тебя, ни твоего брата, – Джо прищурилась, взгляд её стал колким. – Ты ведь не подставишь Флавина? Потому что он верит в тебя и в то, что ты ему говоришь.

— Он просто адвокат. Он хочет сделать на мн е имя.

— У него уже есть имя.

— Это ты так думаешь, – Габу изобразила беспечность, направилась к выходу. – Я пойду обедать. Ты со мной или снова будешь караулить пустой номер? – Она вышла в коридор. Джо засеменила следом, пытаясь остановить её.

— Не думаю, что тебе стоит посещать общественные места. Законники думают, что ты едва жива после нападения Юругу, поэтому откладывают арест. Но если кто‑то увидит, что с тобой всё в порядке, то…

— Арест? – перебила её Габу, остановилась. – Ты сказала, арест? – Двери лифта открылись, но Габу даже не заметила это. – Почему они хотят меня арестовать? Разве у них нет Юругу?

— У них есть Адам и Флавин думает, что у нас теперь из‑за этого могут быть большие проблемы.

— Вот как. – Габу увидела, как закрылись двери лифта, снова нажала кнопку вызову.

— Может быть, вернёмся в номер? – осторожно предложил а Джо.

— Нет. – Габу нащупала в кармане ключ, который нашла прошлой ночью в мастерской своего брата, сжала его в ладони. Она не знала почему, но сейчас он начинал казаться ей тем единственным шансом, благодаря которому можно будет избежать тюрьмы. «Но как найти карту?» – Мне нужно точно знать, что происходит, – сказала Габу.

— Флавин приедет, как только это станет возможно, – заверила её Джо, но Флавин не приехал. Габу ждала его до позднего вечера, затем легла в кровать, дождалась, когда Джо заснёт, и выскользнула из номера. Ей нужен был друг, нужен был помощник, здесь, в этом чужом и неприветливом городе.

— Какого черта ты здесь делаешь?! – зашипел на неё помощник Флавина Синглар, когда она пришла в больницу. До палаты Адама была пара шагов. Законники у двери выглядели усталыми и сонными. – Сейчас же уходи! – Синглар взял Габу под локоть и повёл прочь, к пожарному выходу, надеясь, что их никто не увидит.

— Мне нужен Флавин! – сказала ему Габу, высвободив свою руку.

— Его здесь нет.

— Скажи, где он.

— Я не знаю. Сказал, что нужно подумать и уехал.

— Он что‑нибудь говорил обо мне?

— Да мы только о тебе и говорили.

— Из‑за Юругу?

— Из‑за Адама. Законники думают, что ты и твой брат использовали его, только доказать пока этого не могут.

— А что думаете об этом вы с Флавином?

— В этом может быть смысл.

— Понятно… – Габу выдержала паузу, чтобы не наговорить гадостей. – Хотите отказаться от меня теперь?

— Флавин никогда ни от кого не отказывается.

— Но больше не верит мне.

— Я не знаю.

— Помоги мне его найти.

— Я же сказал, что не знаю.

— Это может быть важно, черт возьми! – Габу замолчала, слыша, как эхо её голоса гуляет по лестничным пролётам. – Я ведь не уйду, пока не получу то, что мне нужно. Думаешь, Флавин поблагодарит тебя, если нас сейчас услышат и меня арестуют здесь?

— Попробуй заехать к нему домой, – сдался Синглар. Габу вытянула из него адрес, покинула больницу. Такси долго петляло по залитым светом центральным улицам города, затем выбралось на окраины, к небольшим бунгало, выстроившимся вдоль береговой линии. Какое‑то время Габу бездумно наблюдала за домом Флавина. Где‑то совсем рядом слышался шум волн. Район был тихим и спокойным. В большинстве домов горел свет. Тёплый ветер качал высокие пальмы, шелестел тропической растительностью. Пахло солью и цветами. Габу подошла к дому Флавина, поднялась на крыльцо и постучала в дверь. Флавин вышел почти сразу.

— Ты один? – спросила его Габу. Он качнул головой. – Тогда оденься и выйди ко мне, – она выдержала его колючий взгляд. – Я знаю, ты думаешь, что я тебя обманула, но это не так. Не совсем так, как ты думаешь. – Она попыталась взять его за руку, но он уже закрыл дверь. «И что это значит?» – Габу растерянно огляделась по сторонам, пытаясь решить, стоит ли стучать в дверь ещё раз. – Флавин? – Она выждала пару минут, спустилась с крыльца, остановилась, увидела, что дверь снова открывается, и спешно отступила в тень. Флавин вышел из дома, огляделся. Габу негромко позвала его по имени. Он спустился с крыльца, спросил, где Джо.

— Спит в номере.

— Как и вчера?

— Так ты знаешь, что я уходила?

— И знаю, что ты была в мастерской брата.

— Мне нужно было кое‑что проверить.

— Проверила?

— Думаю, да.

— Значит, я больше тебе не нужен?

— Нужен, – Габу снова попыталась взять его за руку. Флавин шагнул назад. – Пожалуйста, – взмолилась Габу. – Не отталкивай меня. У меня никого кроме тебя нет в этом городе.

— У тебя есть брат.

— Я не заодно с ним! – закричала Габу, теряя терпение. – Ты дурак, если думаешь, что я могла иметь отношение ко всему тому, что он делал! – Ей отчаянно захотелось уйти, убежать, но вот только если бы она знала, куда ей идти, к кому идти. – Юругу мне кое‑что рассказал…

— Адам, – поправил её Флавин.

— Нет, Юругу.

— Хватит, Габу, – он устало посмотрел на свой дом.

— Ты не уйдёшь, не вернёшься.

— Ты не сказала мне ничего, чтобы я хотел остаться.

— Ты сам хочешь остаться. – Габу, наконец‑то, удалось взять его за руку. – Иначе ты бы не вышел. Иначе, я бы уже была в тюрьме. Ведь так? – она подошла ближе, заглядывая ему в глаза. – Ведь так? – Он выдержал её взгляд, но не ответил. – Кафланд, – решила перейти в нападение Габу. – Картограф. Ты знаешь его?

— Возможно.

— У моего брата с ним был договор.

— Многие заключают с ним договор.

— Чтобы сбежать?

— Или путешествовать.

— Как Юругу.

— Как Адам, – снова поправил её Флавин.

— Нет. Как Юругу, – настырно повторила Габу. – Не думаю, что между Юругу и Адамом есть что‑то общее, кроме тела. – Она сбивчиво попыталась пересказать, что произошло день назад, когда она встретилась в дамской комнате с Юругу. – Клянусь тебе, Флавин, я чувствовала, как он пытается забраться мне в голову, прямо в мозг, завладеть моим телом, подчинить себе мою волю. – Габу замолчала, решив не рассказывать о беременности и о ключе, который нашла в мастерской брата. Пока не рассказывать. – Ты всю жизнь живёшь в этом странном городе. Скажи, ты слышал когда‑нибудь о чем‑то подобном?

— Только слухи.

— О перворождённых?

— У них много имён.

— Думаешь, эти слухи могут оказаться реальностью? – Габу опустила голову глядя себе под ноги. Флавин молчал. – Ты поможешь мне найти Кафланда? – спросила она, когда поняла, что ответа так и не будет. – Поможешь мне убраться из этого города прежде, чем меня отправят в тюрьму?

— Так ты уверена, что отправишься в тюрьму?

— Никто не верит мне. Даже ты.

— Почему ты тогда думаешь, что я стану тебе помогать?

— Потому что это выгодно нам обоим. Ты собирался сделать на моем деле себе имя, но если меня отправят в тюрьму, то все увидят, что ты ничем не смог помочь мне. Но если нам удастся найти одну из карт Кафланда…

— Ты понимаешь, что если сбежишь, то ни у кого уже не будет сомнений в том, что ты была заодно со своим братом?

— У них и так уже нет сомнений.

— Звучит, как признание.

— Если бы я была заодно с братом, то ты был мне не нужен.

— Откуда тогда ты знаешь о Кафланде, и о планах своего брата сбежать?

— А вот это уже сложнее объяснить, – призналась Габу, пытливо заглянула Флавину в глаза. – Думаю, когда Юругу забрался ко мне в голову, я смогла увидеть его мысли, его воспоминания. Не все, но… – она вспомнила о девушке по имени Плиора, которая должна была доставить карту и ключ её брату в тюрьму.

— Выходит, он всё ещё может сбежать?