Юный техник, 2010 № 07

К сказанному остается добавить, что Мартин Ангелов — не единственный человек в мире, которому пришла в голову подобная идея. Так, подвесная велосипедная дорога есть в Новой Зеландии. Она уже начала действовать в качестве своеобразного аттракциона в одном из развлекательных парков курортного городка Роторуа. Ее создатели предлагают строить подобные системы и в крупных городах, задыхающихся от автомобильных пробок.

Публикацию подготовил Г. ГАЛКИН

Кстати…

«ВОЛШЕБНАЯ ПАЛОЧКА» ДЛЯ РОБОТА-ЭКВИЛИБРИСТА

Похоже, ездить на велосипедах под небесами вскоре смогут не только люди, но и роботы. Во всяком случае, к такому выводу позволяет прийти очередная разработка японцев. Изготовленный специалистами фирмы Murata велоробот Murata Boy управляется при помощи специально разработанной технологии Magic Stick («Волшебная палочка»).

«Волшебная палочка» снабжена множеством датчиков, которые позволяют отслеживать вращение по часовой стрелке и против нее, движение направо, налево, вверх и вниз. Они отслеживают к тому же угловую скорость, направление, скорость и ускорение. «Волшебная палочка» также содержит датчик удара на случай столкновения с препятствием.

Сигналы, вырабатываемые системой, передаются в управляющую схему велоробота при помощи встроенного Bluetooth. Это позволяет Murata Boy двигаться плавно, что невозможно обеспечить при управлении через персональный компьютер.

Робот на велосипеде и его волшебная палочка.

Пока, правда, велоробот ездит только по земле, оттачивая свое мастерство. Но с увеличением надежности системы он сможет ездить и по желобу, и даже, возможно, просто по натянутому канату на велосипеде без шин, как это делают канатоходцы в цирке. Желобки на дисках колес будут более-менее плотно охватывать поверхность каната, а уникальная «Волшебная палочка» не позволит велороботу потерять равновесие.

Вот это будет номер!..

Ну, а если серьезно, то в дальнейшем, используя технологию Magic Stick, можно будет управлять различными видами машин и роботов, полагают разработчики этого устройства.

ВЕСТИ С ПЯТИ МАТЕРИКОВ

ПЕРВЫЙ ЛОКОМОБИЛЬ НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ начал работать недавно в порту Посьет. Немецкий Mercedes-Benz Unimog U400 оснащен плуговым снегоочистителем и специальными колесами для движения по рельсовому пути. Основная задача локомобиля — выполнение маневровых работ с гружеными и порожними вагонами, расстановка составов по путям, а также очистка железнодорожного полотна в зимний период с помощью снегоуборочного отвала.

Основой конструкции послужил автомобиль Unimog, который неплохо себя зарекомендовал в коммунальном хозяйстве. Теперь он имеет возможность перемещать составы массой до 1000 т и оборудован автономной тормозной системой для вагонов, что гарантирует повышенную безопасность движения.

СДЕЛАТЬ СНИМОК ЕЩЕ ДО НАЖАТИЯ ПУСКА способна «самая быстрая фотокамера в мире». Именно так рекламирует свою новинку фирма Casio. На самом деле просто в камере есть режим непрерывной съемки, который позволяет делать до 60 кадров в секунду с постепенным стиранием предыдущих кадров по мере заполнения памяти. Таким образом, у фотографов резко повышаются шансы, например, отснять красивые кадры во время грозы или во время съемки спортивных соревнований.

СКУТЕР С КРЫШЕЙ BMW C1, созданный специалистами известной немецкой фирмы, понравился не только обычным пользователям, но и полицейским. Оседлав эти юркие машины, стражи порядка в городах земель Северный Рейн-Вестфалия, Бавария и Нижняя Саксония передвигаются по запруженным улицам и магистралям быстрее, чем на автомобилях.

ГОСТЬ ИЗ БУДУЩЕГО? Так, во всяком случае, рекламировали специалисты фирмы Nokia концептуальное устройство на выставке Design and the Elastic Mind в Нью-Йорке. Называется это гибкое полупрозрачное устройство Morph и представляет собой гибрид сотового телефона и мобильного компьютера. А еще в сложенном виде оно напоминает собой нечто вроде браслета, который можно надеть на запястье.

Пойдет ли этот прибор когда-нибудь в массовое производство, неизвестно, поскольку для создания гибких модулей связи, аккумуляторов и динамиков понадобится еще лет 7 — 10.

ПУГАЧ ДЛЯ АКУЛ придуман в Австралии. Это электронное устройство создает вокруг пловца электромагнитное поле, воздействующее на центральную нервную систему акулы. Приблизившись на расстояние 2–3 м, акула начинает испытывать нестерпимую боль и тут же удаляется. На других подводных обитателей отпугивающее устройство не действует.

Для того чтобы добиться такого результата, компании Sea Change Technology пришлось в течение шести лет проводить исследования в кишащих акулами водах у побережья Южной Африки. Устройство весит 0,5 кг и прикрепляется к лодыжке пловца. Его недостаток: энергии аккумулятора хватает только на 2 часа. Так что создатели новинки советуют аквалангистам все же надолго не задерживаться в воде.

И ГОВОРИТ, И ПОКАЗЫВАЕТ. У беспроводных громкоговорящих спикерфонов есть один недостаток: чтобы узнать номер звонящего, аппарат приходится брать в руки, а это не всегда удобно, особенно за рулем. Sony Ericsson предлагает сразу два решения проблемы: новый автомобильный спикерфон НСВ-150 произносит вслух имя звонящего или его номер, а также выдает информацию на дисплей.

Еще одно достоинство новой конструкции — длительное время автономной работы. Спикерфон может работать без подзарядки до 700 часов в режиме ожидания и до 25 часов при разговоре.

ОДИН ЗА ДВОИХ способен действовать трансформер Lenovo U1. На первый взгляд он представляет собой ноутбук с программой Windows 7, 11-дюймовым дисплеем и двухъядерным процессором. Но стоит сдвинуть защелку, и дисплей можно вынуть из гнезда и использовать как планшет, с помощью которого можно читать электронные книги, записывать и воспроизводить фотоизображения (ША).

ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ

«Эффект одуванчика»

(Журнальный вариант)

Владимир ЯЦЕНКО

Когда акула попробовала на зуб сетку с приманкой, Захар почувствовал сразу. Он натянул перчатки и поднял приманку так, чтобы она едва касалась волны. Оставалось только ждать, когда рыба вплотную подойдет к борту, чтобы накинуть на нее петлю, оглушить битой и отбуксировать к берегу. Главное — накинуть петлю!

С поплавком катран при любом раскладе не сможет уйти на глубину…

Легкое покалывание в кончиках пальцев заставило отложить мысли о рыбе. Экстренный вызов означал важное сообщение. Захар выпрямился и прислушался.

Репортаж о четвертом визите к Двери Урбена показался интересным. Первые три попытки открыть Дверь в корне изменили жизнь людей. Теперь следовало быть начеку и смотреть в оба: не за горами новая жизнь и новые горизонты! Захар перевел дух и вновь обратился к акуле, которая уже успела перекусить линь сетки и теперь стремительно плыла прочь, терзая остатки приманки.

Признавать поражение Захару не хотелось. Нарушать правила — тоже. Но возвращаться без рыбы не хотелось еще больше. Убедив себя, что экстренное сообщение сродни форс-мажору, Захар вошел в контакт с рыбой и мысленно позвал ее…

— Браконьерствуем? — тихо прозвучало за спиной.

Захар покачал головой и «отпустил» катрана. Охота была безнадежно испорчена.

«Бросить все — и к берегу! — подумал Захар. — А на обед к кому-нибудь напросимся. Может, махнуть с Тинкой на Ганимед? Давно не были у ее стариков…»

Он пересел на гребную банку, сбросил перчатки и взялся за весла.

— Не слышу ответа! — прошептали с кормы.

— Отвяжись, — буркнул Захар.

Туман над кормовым сиденьем заметно потемнел и уплотнился. Обычная чернота ночи скрадывала полутона и тени. Духу моря едва хватало плотности, чтобы озвучивать мысли. Из сострадания к бестелесному разуму Захар крепче загустил пар, ионизировал его и зафиксировал электростатическим полем.

— Неприветлив ты со старыми друзьями… — сказал призрак; теперь его голос звучал тверже.

— С водяными не вожусь, — проворчал Захар, — кстати, можешь не благодарить.

— Еще не хватало, — фыркнул Водяной. — Ты же не для того меня уплотнил, чтобы помочь, а чтобы самому лучше слышать. Люди по-другому не могут — все для себя.

— Кончай ворчать.

— А ты не кипятись, — миролюбиво сказал Водяной. — Если из-за рыбы сердишься, то не стоит. Бери!

У правого борта, повинуясь мысленной команде Водяного, выглянул темный акулий плавник.

— Обойдусь… Если узнают, что просил у духа моря, здороваться перестанут!

— А если не узнают, то можно? — усмехнулся Водяной. — Да кто увидит-то ночью!

Захар не успел ответить: в пальцы впились раскаленные иглы, новое сообщение оглушало масштабами: «Солнце превратилось в сверхновую. Эвакуация Солнечной системы. Через восемь минут фронт взрыва пересечет орбиту Земли…»

Захар поднял голову. На восточном горизонте были видны светлые вертикальные полосы: люди рвались с Земли к звездам. Беглецы ослепительно вспыхивали высоко вверху, над ионосферой, где уже можно было переходить в подпространство.

— Что-то случилось? — спросил Водяной.

— Случилось, — сказал Захар, — кажется, мы только что взорвали Солнце.

— Кажется или все-таки взорвали?

— Взорвали, — устало подтвердил Захар, — можешь не волноваться.

— Не буду. Успокоил, конечно. — Водяной бросил короткий взгляд за плечо и неохотно признал: — Наконец-то вы нас доконали! Вырубали леса, отравляли моря и реки, воевали… А теперь, выходит, всю планету разом прикончили. Молодцы!

— Положим, в последнее время мы вам многое вернули, — заметил Захар. — Ничего не рубим, никого не травим и давно не воюем…

И это была правда.

* * *

Даже в сухих академических отчетах легко угадывались удивление и восторг, когда французская экспедиция к Солнцу обнаружила внутри орбиты Меркурия планету, размером и массой идентичную Европе — одному из спутников Юпитера. Недолго думая, исследователи назвали планету Урбеном в память о своем знаменитом соотечественнике.

Семь миллионов квадратных километров оплавленной пустыни и ничего такого, что могло бы представить хоть какой-то интерес для промышленности Земли.

Скорое забвение планеты казалось неизбежным, но рутинная гипсометрия поверхности обнаружила необычное образование — холм, одна сторона которого опускалась полого, другая — обрывалась отвесной стеной.

Картографическому спутнику изменили параметры орбиты, чтобы отснять интересный объект под разными ракурсами, но замешательство только усилилось: «пирог» оказался с изюминкой. На фотографиях была отчетливо видна Дверь.

В урочный час, в полном соответствии с утвержденным графиком, робот-оператор оказался у холма и взялся за ручку Двери. Безрезультатно, конечно. Дверь не открылась, и никто не спросил: «Кто там?»

Мало кто из десяти миллиардов наблюдателей у экранов телевизоров сумел сдержать улыбку, когда робот неловко стучался в Дверь. Но вскоре всем стало не до смеха. Интенсивность солнечного ветра увеличилась более чем в сто раз. Экспедиция едва унесла ноги с Урбена, к тому же пришлось срочно сворачивать исследования Меркурия и Венеры. Магнитное поле Земли едва справлялось с облучением. Северные сияния стали обычным явлением на экваторе, счетчики космических частиц зашкаливало, и человечество всерьез подумывало о подземных городах и об эвакуации на Ганимед.

Потом все кончилось. А через десять лет подросла первая генерация мутантов. Жизнерадостные детишки легко общались без Интернета и телефонов, находясь по разные стороны океана. Без аквалангов опускались на километровые глубины и с удовольствием топтали босыми ногами наст северной седловины Эвереста.

Малыши обнаружили свои сверхспособности одновременно и повсеместно — и те, что родились в дни солнечной вспышки, и те, что появились на свет в течение последних десяти лет. Родителями выдающихся детей стало почти все население Земли.

К тому времени загадка Двери оказалась почти забытой и не вселяла тревоги. Но, когда вторая экспедиция вновь коснулась ручки Двери, сценарий повторился: излучение, опасения и через десять лет — новая волна мутантов… Впрочем, ко второй генерации сверхлюдей человечество оказалось готово в большей мере, чем к первой.

Не следует забывать, что первым мутантам было уже за двадцать, и это подросшее поколение уже играло заметную роль в жизни общества.

Войны на Земле прекратились сами собой. Последний вооруженный инцидент занял несколько секунд, в течение которых стороны едва ли успели обменяться десятком выстрелов. Единственная выпущенная ядерная мина превратилась в кусок свинца, не пролетев и половины расстояния до цели. Парни в касках и бронежилетах бросали оружие, которое у них под ногами растекалось в лужицы, выбирались из танков и укрытий, приветливо улыбались и махали руками таким же парням по другую сторону фронта. А противник не скупился на белозубые улыбки и радостные возгласы в ответ. И напрасно надсаживали глотки разъяренные майоры и полковники: их никто не слушал. В Штабе рапортами о братании армий тоже не интересовались: генералы лучше полковников представляли масштабы катастрофы.

Военное дело уходило в прошлое вслед за медициной, промышленностью, транспортом и связью. Банкиры, юристы и страховщики не могли больше зарабатывать на производителях, потому что производство кончилось повсеместно. Теперь каждый мог сделать все сам из камня, песка и воздуха.

Поезда и пароходы, автомобили и самолеты, мосты и мачты электропередачи ржавели, оседали, превращались в рыжую пыль. Какое-то время из космоса было видно, что Земля окружена рыжим ореолом, но потом она вновь стала голубой.

Теперь связь между прикосновением к ручке Двери и вспышками на Солнце стала очевидной. Работал какой-то древний мощный механизм, неизвестно кем и зачем оставленный на крошечной планете.

Понадобилось еще треть века, чтобы люди решились на следующий подход. К тому времени старшие из первой генерации сверхлюдей доминировали в принятии решений Всемирного Совета, который пришел на смену многочисленным правительствам разрозненных стран и народов. Границы были забыты. Поля и фермы зарастали лесом или ковылем. Возвращались к жизни исчезнувшие виды животных. Просыпался древний разум. В леса вернулись дриады, в полях паслись единороги, и даже кракен не казался редкостью в холодных, северных морях…

Третья экспедиция к Урбену носила праздничный характер: все ждали вспышки интенсивности облучения и новых людей, с новыми, совсем уж невероятными способностями.

Дверь не обманула ожиданий: налетел очередной солнечный шторм, и у людей появились новые способности. Разумеется, космические. Новые люди в границах своего тела могли менять фундаментальные законы, превращать «ничто» в «нечто» и прогуливаться между звезд. Черный цвет космоса стал символом эпохи.

Люди рванулись во Вселенную, но вскоре начали возвращаться. Каждый житель Земли мог получить в свое распоряжение целую планету, но что на ней делать одному?..