Шпион из Волшебной страны

Михаил Палатник

Шпион из Волшебной страны

Остросюжетная пьеса в двух действиях

Действующие лица:

Тима — в общем-то, послушный мальчик, 8 лет.

Жека — родная сестра Тимы, 12 лет.

Лёля — племянница Тимы, 6 лет.

Сыщик Искандер — бодрый старичок.

Папа

Мама

Секвенциус — бургомистр в Приграничном Городе

Вальца Вакцинус — младший гвардии офицер

Гор О’Дулин — старший гвардии офицер

Папаверо — аптекарь и садовод

Вероника — дочь садовода Папаверо

Мсьё Крепперс — продавец Всякой Всячины

Гвардейцы

Глиоланда Темнистая — королева Запредельных Земель

Тоом Первый, Темнистый — принц, сын королевы

Слякотный — невидимый шпион

Жмуть — немое существо

Полицейский, и еще несколько сказочных персонажей.

Действие первое

Пролог

Искандер, Папа и Мама.

Старичок Искандер в шляпе с огромной лупой, тростью и саквояжем ходит по комнате. Мебель — диван, тумба с телефоном, кресло — стоит таким образом, что делит сцену на два плана, передний и задний. Взрослые ходят по переднему плану комнаты. Только большой шкаф стоит на втором плане.

ИСКАНДЕР: — Мало кто из детей любит оставаться дома без родителей и без бабушек. Одному гулять по квартире или по дому не очень-то весело. Вот если у вас есть брат или сестра — то это совсем другое дело. Тогда наоборот — чем дольше не будет дома взрослых, тем больше интересных приключений вам предстоит.

— Начнем с того, что взрослые называют — НЕРЕАЛЬНЫМ. Или ЗАПРЕДЕЛЬНЫМ. Именно из этой загадочной области в наш город последнее время зачастили странные гости. Или, вернее, один гость. Он приходит, делает, что ему тут надо, и уходит. И никто ничего не видит, потому что Гость этот совсем невидим. Зато он оставляет следы. Видите? Нет? (достает из саквояжа спрей — брызгает на стену)

— А сейчас? (на том месте, куда он побрызгал, видны чьи-то следы) — Да-да. Он был и здесь. Но что ему надо? Зачем ему понадобилось приходить и шарить по всем углам? Лично я считаю, что он здесь за кем-то следит. Надеюсь, не за мной. Ведь я — обыкновенный человек, старенький, и на пенсии. Часто болею. Так что — кому я нужен? Когда я был молодой — я работал частным сыщиком. Что-то вроде Шерлока Холмса. Я умел находить потерянные вещи, пропавших зверей, произведения искусства. Но потом, увы, зрение мое ухудшилось, я оглох на одно ухо, и…

ПАПА: — Нельзя ли проводить расследование быстрее, уважаемый Искандер Гедеонович?

ИСКАНДЕР: — Что?! — Вот видите, хе-хе — этим ухом я ничего не слышу! (разворачивается другим боком) — Простите, что вы сказали?

МАМА: — Нельзя ли побыстрее, дедушка? Мы волнуемся, а вы совсем не торопитесь!

ИСКАНДЕР: — Поспешишь — людей насмешишь, дорогуша. А сыщик Искандер пришел сюда не смешить людей, а искать людей. Вернее детей. Хотя, давненько я этим не занимался.

ПАПА: — Ох! Скорее бы уже приехала полиция!

МАМА: — Раньше чем через час они не приедут — ты же сам видел, какие на шоссе пробки.

ИСКАНДЕР: — Стойте там, где стоите! В комнату ни ногой, а то вы мне следы затопчите. — В принципе я уже готов рассказать вам то, что мне удалось узнать к этому моменту. Вы оставили детей одних…

ПАПА: — Да, но они любили…

ИСКАНДЕР: — Не перебивайте! Я знаю, что вашим детям нравилось оставаться в доме без взрослых, ведь у них была своя тайна…

МАМА: — Тайна? Какая тайна?

ИСКАНДЕР: — Всему своё время, милочка. Не спешите. Итак, им нравилось оставаться в доме вдвоем. Это факт. Но сегодня, по моим наблюдениям их было не двое.

ПАПА: — Э-э, понимаете..

ИСКАНДЕР: — Молчите! Я дам вам слово позже. Итак, их было не двое, а трое! Двое ваших детей — мальчик приблизительно восьми лет и девочка, года на четыре постарше…

МАМА: — Все правильно, нашему Тимофею восемь, а Женьке двенадцать!

ИСКАНДЕР: — И с ними было еще одно маленькое существо… э… такое… немного вредное и шумное … за все цеплялось… Царапалось… — О! Может быть, обезьянка?!

ПАПА: — Нет, это их племянница. Лёля.

ИСКАНДЕР: — Ах, вон оно что. Девочка.

МАМА: — Да. Ей всего шесть лет.

ИСКАНДЕР: — Ну, теперь все понятно. Сейчас, если вы позволите мне сосредоточиться, я вам нарисую всю картину произошедших событий. Итак, было около двенадцати часов дня…

ПАПА: — Без пяти двенадцать я им как раз позвонил домой, сказать, что скоро приеду.

ИСКАНДЕР: — Замечательно — делаем поправку на пять минут. Итак, было без пяти минут двенадцать, когда вы им позвонили…

Звенит звонок. Свет с переднего план сцены убирается, а второй план высвечивается. Фигуры взрослых, папы, мамы и Искандера, видны как контуры.

Сцена первая. ОДНИ В ДОМЕ

Жека, Тима и Лёля.

На сцене звонит телефон. По второму плану к тумбе с телефоном подходит Жека, за ней Тима и Лёля. По сравнению с высокими фигурами взрослых на переднем плане — они гораздо ниже. Мебель, как бортик, перекрывает нижнюю половину туловища. Исполнители детей двигаются на коленях, или первый план выстроен на пандусе. Важно, чтобы в первых сценах было видно отличие между ростом детей и родителей.

ЖЕКА: (берет трубку) — Аллё! — Да, папуля! — Нет, папуля! — ага-ага-ага…

ТИМА: — Это папа звонит?

ЖЕКА: (кивает — да) — Нет, папуля! — Конечно, папуля!

ЛЁЛЯ: — Так. Тимофей. Скажите своей сестре, что я тоже хочу поговорить с телефоном.

ТИМА: — Она не с телефоном говорит, а с папой.

ЛЁЛЯ: — Это мой папуля звонит?

ТИМА: — Нет. Это наш. (сестре) — Жека, скажи папе, что Лёля нам уже надоела. Она слишком маленькая и ничего не соображает.

ЖЕКА: — Тима говорит, что мы больше не можем развлекать Лёлю. Она ничего не соображает.

ЛЁЛЯ: — Кто? Я?

ТИМА: — Ты, ты! Не соображаешь ничего!

ЛЁЛЯ: — Это что — обзывательство?

ТИМА: — Нет. Это научный факт. (сестре) — Скажи, чтобы он отвез её обратно к Кристине. Или пусть приезжает и сам с ней сидит.

ЛЁЛЯ: — Так. Я сейчас или обижусь или расплачусь.

ТИМА: — Да, пожалуйста.

ЛЕЛЯ: — Или дам тебе по голове! (замахивается и бьет Тиму плюшевой игрушкой)

ЖЕКА: (в трубку) — Что ты, папуля! Мы с ней совсем не ссоримся. Мы очень дружим.

ТИМА: — Если будешь драться — я тебе руки свяжу.

ЛЁЛЯ: — А вот это вообще нечестность.

ТИМА: — Так не говорят! Так никто не говорит. Тебе в школу через год идти. А ты разговаривать не умеешь. «Обзывательство» — такого слова нет. И слова «нечестность» тоже нет.

ЖЕКА: — О кей, папуля. — Чао-какао! (кладет трубку) — Всем привет от папы. Он сейчас заедет за мамой и они приедут через час. Если, конечно, не будет пробок.

ЛЁЛЯ: — Женя, а ваш брат хочет меня связать, и обзывается.

ЖЕКА: — Ну, вот — теперь она ябедничает. Что у тебя за характер такой!?

ЛЕЛЯ: — Так. Характер — это обзывательство?

ТИМА: — Характер, Лёля — это характер!

ЛЕЛЯ: — Я ведь могу и обидеться! Сейчас вот как начну плакать, и к приезду вашего папы как раз сорву голос, начну икать и трястись. И вам попадет за то, что вы проявляли ко мне такую невежливость.

ЖЕКА: — Ну что ж, придется тебя, видимо, с пауком познакомить.

ТИМА: — Да! Правильно.

ЖЕКА: — Мы вообще-то не хотели, но ты сама напросилась. Тимка — веди её к чулану. А я за фонариком схожу. (уходит)

ТИМА: (Лёле) — Пошли. У нас знаешь, какой паук в чулане поселился — ого-го! Не просто там паучок какой-то, а целый паучище.

ЛЕЛЯ: — Я не боюсь.

ТИМА: — Посмотрим. Иди сюда. (подводит ее к шкафу) — Видишь — шкаф?

ЛЁЛЯ: — Это чулан?

ТИМА: — Нет — это обыкновенный шкаф. Но мы с Женькой обнаружили, что за шкафом в стене есть дверь. Видишь, между стеной и шкафом щель? Видишь, там в глубине дверь?

ЛЁЛЯ: — Нет. Там темно.

ТИМА: — Вот именно — кромешная тьма. А мы с Жекой разглядели там дверь. Теперь знаешь, что надо сделать?

ЛЁЛЯ: — Сказать, спасибо.

ТИМА: — Причем тут — спасибо?!

ЛЁЛЯ: — Мама всегда говорит: «Что надо сделать, Лёлечка? — Сказать, спа-си-бо!»

ТИМА: — Я тебе не мама.

ЛЁЛЯ: — Ты мой папуля.

ТИМА: — Я не твой папуля. Твоя мама Кристина — моя троюродная сестра. Значит я твой троюродный дядя.

Возвращается Жека с фонарем.

ЖЕКА: — Лёля! Сейчас мы тебе откроем нашу тайну, но ты должна пообещать, что не расскажешь нашим родителям. А то они нам замажут эту дверь цементом, и мы не сможем туда больше заглядывать. Обещаешь?

ТИМА: — Поздно с нее клятву брать. Она и так уже все знает.

ЛЁЛЯ: — Не все. Я еще не знаю, как пролезть в эту щелочку. Даже рука не пролезает.