1975
ПО МОТИВАМ МЕТЕРЛИНКА
ПЕСНЯ ФЕИ
Вы слепы. Вы учитесь даром. Твержу вам, безграмотным, снова: Земля наша — щедрый подарок, Но он хорошо упакован. Сумеешь раскрыть упаковку — Проникнешь в суть вещи ты. Но люди смешны, неловки, И слепы они, как кроты. Все бродят в потемках где-то. Дар зрения им не дан. Не видят, что капля — это Уменьшенный океан. Что верх совершенства — птица, Что в мире уродства нет, Что девушка может рядиться, Как в мантию, в лунный свет. О боже, как слепы люди! И грустно мне и смешно. Мечтают они о чуде, Не видя, что — вот оно! Не чудо ль, что солнце всходит, Не чудо ль — его закат? Не чудо ли — половодье? Не чудо ль — цветущий сад? Ах, сколько чудес повсюду! — Дождь, радуга, волк, медведь. А чтобы увидеть чудо, Лишь надо уметь смотреть. ПЕСНЯ МАТЕРИ
В лесу свирепеет стужа, Доносится крик совы… Ах, мне ничего не нужно, Лишь будьте счастливы вы. Я пела у колыбели, Я снова пою сейчас: Пусть горести и метели Сторонкой обходят вас. А если и будет плохо, Останьтесь смелы, верны. …Рыданье совы и хохот, Ей-богу же, не страшны. И что б ни случилось с вами, И кто б ни обидел вас, Подумайте лишь о маме — На помощь приду тотчас. Спасу из любого плена, Спасу от беды любой! На страже детей бессменно Стоит матерей любовь. ПЕСНЯ БАБУШКИ В РАЮ
Ни вторников, ни четвергов У нас, внучата, нет. Одно лишь воскресенье, Что длится много лет. На рынок даже никогда Уже не сходишь — вот беда… Нет понедельников, нет сред, И пятниц тоже нет. Уже не вымоешь полы, Не сделаешь обед. Один лишь день — воскресный день, А отдыхать все время лень… ПЕСНЯ ДУБА
Уже четыре сотни лет Я на земле стою. Немало горестей и бед Видал в родном краю. Я слышал пилы, топоры, Деревьев долгий стон Еще, сынок, до той поры, Как твой отец, отец, отец Был на земле рожден. Четыре сотни лет и зим Я задыхался, мерз. Лесным товарищам моим Что человек принес? Погибли лоси и бобры, Был выловлен лосось Еще, сынок, до той поры, Когда твой дед, твой дед, твой дед В наш мир пришел, как гость. Четыре сотни лет меня Рубили, жгли — и пусть! Я ни железа, ни огня, Как видишь, не боюсь. Я искалечен, нет коры, Но крепок и высок. Таким я был до той поры, Когда твой пра, твой пра, прадед Еще ходить не мог! ПЕСНЯ ТИЛЬТИЛЬ И МИТИЛЬ
Тильтиль: Влажны у Митиль ресницы, Мне нечего ей сказать… Прошу вас, очнитесь, птицы, И синими станьте опять. Митиль: Не слышите вы Тильтиля, Не бьются у вас сердца. Застыли, навек застыли, И черными стали тельца. Тильтиль: А я вас руками трогал — Прекрасные дети сна. Но птиц было слишком много, А Синяя Птица одна… Митиль: Ох, если б я раньше знала, Как трудно ее поймать! Я очень, Тильтиль, устала, Неужто идти опять? Тильтиль: Конечно, пойдем, трусиха, Дорога у нас одна. Прислушайся — тихо-тихо В пространстве звучит струна. То Синяя наша птица Отважных к себе зовет. Так вытри, Митиль, ресницы — Нам снова идти вперед. ПЕСНЯ ДВУХ ЖЕНЩИН
Первая: Ах, лето недолго длится, Завьюжат снега зимы. Так будем же веселиться, Покуда возможно, мы. Хочу, чтобы каждый жажду Со мной утолить бы мог… Нам молодость лишь однажды Дана и на краткий срок. Вторая: Да, быстро проходит лето, Кончается благодать… Но было бы скучно это — Всегда мотыльком порхать. Люблю я веселье тоже, Пою и смеюсь сама. Но вечно смеяться? Боже! От скуки сойдешь с ума. Первая: Когда в хрустале налито Различных сортов вино, Один смаковать напиток, Ей-богу, мой друг, грешно. Живем только раз на свете, Ах, жизней не будет двух. По-моему, добродетель — Лишь выдумка злых старух. Вторая: Нет, есть в чистоте награда, И в верности красота… Я каждой травинке рада — Прекрасна травинка та. И мне бормотанье речки Милей, чем бокалов звон. Покрою туманом плечи И в утро войду, как в сон… ПЕСНЯ ОБЖОРЫ
Говорят, кричат и пишут О проблемах бытия. Пусть кричат — всего превыше Ставлю свой желудок я. Есть хотят цари и принцы, И бродяг бездомных рать, Разве что-нибудь сравнится С удовольствием Пожрать? Не поверю, что другое Представляет интерес, Всех сильней на свете Голод… Я ценю людей на вес. Сам я толще всех на свете — Не дадут друзья соврать. Что сравниться может, дети, С удовольствием Пожрать?.. ПЕСНЯ ПСА
Я уверен совершенно, Я пари держать готов — В мире все имеет цену, Кроме кошек и котов. Все свои играют роли, Роль бывает нелегка — Дарит людям шапку кролик, А цыпленок — табака. И овца живет недаром, Лошадь трудится весь век, Но зачем себе котяру Вдруг заводит человек? И доить кота не будешь, И не взденешь удила. Разве ты с котом обсудишь, Как с товарищем, дела? Объясните, объясните, Для чего он ест и пьет? Если в дом проник грабитель, Разве вам поможет кот? При коте тебя разденут, При коте тебя убьют. Он — отъявленный бездельник, Да еще в придачу плут! Мерзки мне кошачьи рожи, Их терплю с большим трудом! Люди, будьте осторожны — Не берите кошек в дом! ПЕСНЯ КОШКИ
Ох, деревья, я устала, Просто с лап валюсь сейчас. Так бежала, так бежала, Чтоб спасти, несчастных, вас. Милый клен, тебе на корни Наступила я, прости… Да, беда нагрянет скоро — Ваши недруги в пути. Птица Синяя нужна им, Чтобы взять над вами власть. …Липа, как живешь, родная? Ива, пьешь ли воду всласть? Дуб, прими мое почтенье, Выздоравливай скорей… Не теряйте ни мгновенья, Созывайте в бой зверей! Ваши недруги в дороге, Им алмаз волшебный дан, Поднимайтесь по тревоге. Бей же, кролик, в барабан! ПЕСНЯ О СИНЕЙ ПТИЦЕ
Сжимала птицу я в руках Все крепче и нежней И даже чувствовала, как Стучало сердце в ней. О, как была она хрупка! А песня — легче ветерка… И тут, похолодев, как лед, Я испугалась вдруг, Что птица в небо упорхнет — Лишь выпусти из рук. И чтобы чудо сохранить, Решила клетку я купить… Но птица вырвалась из рук, Свободна и вольна, И, надо мною сделав круг, Растаяла она. И только иногда во сне С тех пор является ко мне. И в том была моя вина, А поточней — беда. Та птица Синяя должна Быть вольною всегда… Да что об этом вспоминать — Не повернешь былое вспять. 1975
БАЛЛАДА О ЗВЕЗДАХ
Среди звезд заблудился Ночной самолет. Полетели запросы В кабину пилота. И тогда услыхали, Как летчик… поет, Что спускаться на землю Ему неохота. И схватился за голову Бедный комэск — Не поможешь безумцу, Бензин на исходе… Только взрыв. Только звезд Торжествующий блеск, Только горло товарищей Судорога сводит… Да, конечно, Был попросту Болен пилот, Допустили напрасно Его до полета… Снова крутится пленка И летчик поет, Что спускаться на землю Ему неохота. Отдадут, как положено, Пленку в архив, Сослуживцы уйдут «На заслуженный отдых» И забудут со временем Странный мотив — Песню летчика, Вдруг заплутавшего в звездах. 1975
«Ни от себя, ни от других не прячу…»
Ни от себя, Ни от других не прячу Отчаянной живучести секрет: Меня подстегивают неудачи, А в них, спасибо, недостатка нет… Когда выносят раненой из боя, Когда в глазах темнеет от тоски, Не опускаю руки, А до боли Сжимаю зубы я И кулаки. 1975
НАТАЛЬЯ ПУШКИНА
Ах, просто ли Испить такую чашу — Подругой гения Вдруг стать в осьмнадцать лет… Наталья Николаевна, Наташа, И после смерти Вам покоя нет. Была прекрасна — Виновата, значит: Такое ясно каждому, Как день. И негодуют, сетуют, судачат И судят-рядят Все, кому не лень. А просто ли Испить такую чашу? И так ли весело и гладко Шли Дела у той, Что сестры звали «Таша», А мы великосветски! — «Натали»? …Поэта носит По степям и хатам, Он у Емельки Пугача «В плену». Лишь спрашивает в письмах Грубовато, По-русски, по-расейски: «Ты брюхата?» — Свою великосветскую жену. И на дворе на постоялом где-то Строчит ей снова: «Не зови, постой». И тянутся прелестницы К поэту, И сам он, как известно, Не святой… Да, торопила — Скоро роды снова. Да, ревновала И звала домой. Что этой девочке До Пугачева, Когда порой Хоть в петлю лезть самой? Коль не любила бы — Не ревновала. В нее влюблялись? — В том дурного нет. А если льстило Быть царицей бала — Вот криминал В осьмнадцать, двадцать лет! Бледна, тонка, застенчива — Мадонна, Как будто бы сошедшая с холста. А сплетни, анонимки — Все законно: Всегда их привлекала Красота. Но повторять наветы Нам негоже. Забыли мы, Что, уходя с земли, Поэт просил Наташу не тревожить — Оставим же в покое… Натали. 1975
«Я никого с войны не ожидала…»
Я никого С войны не ожидала — Сама была Солдатом на войне. А вот теперь Так жду Хоть вести малой! Хоть пару строк. Жду жадно и устало. За что Такое наказанье мне? Не из санбата жду И не из плена. Жду час за часом И за годом год. Жду без надежды, Жду с надеждой бренной. Срок ожиданья Перерос военный — Когда же лед На сердце нарастет?.. 1975
«Я тобою горжусь…»
Я тобою горжусь — Напрямик шагая, Ты нигде Не свернул с пути. Пусть с тобою по жизни Идет другая — Только в ногу бы Вам идти. Лишь всегда бы Влюбленной была И смелой, А когда покачнешься ты, Поддержать бы тебя, Дорогой, сумела, Как сестра, Наложить бинты. Чтоб умела прощать, Принимать потери — Сколько их В суматохе дней! …Знаешь что, Все равно Я не слишком верю, Что меня ты забудешь С ней… 1975
«Была от солнца и от счастья шалой…»
Была от солнца и от счастья шалой, С улыбкой засыпала на снегу, Высокогорным воздухом дышала — Теперь дышать бензином не могу. Привыкну. Привыкала не к такому… Лишь кровь порою бросится в виски, Лишь поздним вечером уйду из дома, Пытаясь вырваться из лап тоски. Среди машин, среди высотных башен Останусь я наедине с собой… Вернусь спокойная к своим домашним И, может, в строчки переплавлю боль. 1975
«Я тебе примерно по плечу…»
Я тебе примерно по плечу — И в прямом, и в переносном смысле. Наклонись, погладить я хочу Волосы, что надо лбом нависли. Вот стоишь ты, голову склоня (Так к земле склоняются знамена), И хоть во сто раз сильней меня, Кажешься сейчас незащищенным… 1975
«Было сказано мало и много…»
Было сказано мало и много, Гулко бились сердца в тишине. Я казалась, наверное, строгой — Просто страшно вдруг сделалось мне… Я глазами тебя попросила: «Все оставим, как есть, не спеши. Нету гибкости прежней и силы, Прежней смелости нет у души…» 1975
«И тень надежды, словно тень крыла…»
И тень надежды, Словно тень крыла, Вдруг на меня Рассеянно легла. И тут же Перестал давить рюкзак И стал упругим Мой усталый шаг. Но тень надежды. Словно тень крыла. Уже через мгновенье Уплыла. Рюкзак тяжел. Дороге нет конца, Не видно ни воды, Ни деревца. Бредешь, бредешь Сквозь раскаленный день И безнадежно Призываешь тень, Чтоб на мгновенье, Словно тень крыла, На душу обожженную Легла… 1975
«Двери настежь, сердце настежь…»
Двери настежь, сердце настежь, Прочь замки, долой засовы! Я тебе желаю счастья — Настоящего, большого! Исцеляя и врачуя, Пусть шагнет оно навстречу. Так мучительно хочу я, Чтобы ты расправил плечи! Чтоб запели в сердце струны — Те, что заглушили годы, Чтобы снова стал ты юным И уверенным и гордым: Дерзкоглазым, бесшабашным Лейтенантом желторотым. Тем, кто бросил в рукопашный Батальон морской пехоты! Кто потом, в парад Победы, На брусчатке шаг печатал… А еще могу поведать, Как ты нравился девчатам! …Пусть идут в атаку годы, Пусть испытано немало — Не пора еще на отдых Тем, кто вышел в генералы! Для меня ты бесшабашный Помкомроты желторотый, Тот, кто бросил в рукопашный Батальон морской пехоты! Распахни же сердце настежь, Стань самим собою снова: Ты ли недостоин счастья? — Настоящего, большого! 1975
«Что любят единожды — бредни…»
Что любят единожды — Бредни: Внимательней в судьбы всмотрись… От первой любви До последней У каждого целая жизнь. И может быть, юность — Лишь плата За эту последнюю треть: За алые краски заката, Которым недолго гореть… 1975
«И опять мне смотреть в окно…»
И опять Мне смотреть в окно, Вновь Звонка, как девчонке, ждать, И немного самой смешно, Что как в юности Все опять. А в Москве Зацвели тополя, Снова снег Превратился в пух, Снова Крутишься ты, земля, Лишь для хрупкого счастья двух. В полутьме городских небес Городская заря зажглась. Что мне космос, Что мне прогресс Без твоих азиатских глаз? Станут голыми тополя, Снова в снег Превратится пух. Покачнется опять земля От короткого счастья двух. 1975
«Ты — выдумка моя…»
Ты — выдумка моя, Мне ясно это, Но оттого Еще дороже ты, Обычнейшее дело Для поэта: Вдохнуть свое В любимые черты. В черты лица, А что важнее — В душу. Влюбиться в мрамор, Как Пигмалион… Пусть ты другой — Грубей, обычней, суше, Пусть оборвется Мой короткий сон. Пусть оборвется — Разве в этом дело? Я счастлива, Что ты сейчас со мной! Да, самый добрый, Самый-самый смелый — Вот только Что без крыльев за спиной! 1975
«…И когда я бежать попыталась из плена…»
…И когда я бежать Попыталась из плена Глаз твоих, Губ твоих И волос, Обернулся ты ливнем И запахом сена, Птичьим щебетом, Стуком колес. Все закрыты пути, Все заказаны тропы — Так за годом Уносится год… Я лечу в пустоту, Перепутаны стропы Только дольше бы Длился полет! 1975
«Нельзя привыкнуть к дьявольскому зною…»
Нельзя привыкнуть К дьявольскому зною… Все вытерпеть, Сжать зубы, Не упасть, — Мы каждый раз Бредем, как целиною, По той стране, Что называют «Страсть» Где невозможно Досыта напиться, Где ветер Пыль горячую кружит, Где падают Измученные птицы, Где манят и морочат Миражи… 1975
«А может, разойтись на повороте?..»
А может, разойтись На повороте? Не только, милый, Что в окошке, свет. Любовь у нас Как пуля на излете: Уже в ней силы настоящей нет. Нам встретиться бы Лет на десять ране. Да что об этом Толковать сейчас!.. А пуля на излете Тоже ранит — На фронте это Видела не раз… 1975
«Молчу, перчатки теребя…»
Молчу, Перчатки теребя, Смиряю сердца перебои: Мне отрываться От тебя — Как от земли Во время боя. Да, отрывалась — Шла война, Стать мужественной Было легче… Ты думаешь, Что я сильна, А я — обычный человечек. 1975
«Мне руку к сердцу приложи…»
Мне руку к сердцу приложи, Послушай — Там бьется кровь, Как штормовой прибой… Но почему так часто Грустно душам И даже в счастье Притаилась боль? Не потому ли, Что мы знаем: Где-то О нас тоскуют Он или Она — Недостижимые, Как та планета, Что даже в телескопы Не видна?.. 1975
«Молчим — и каждый о своем…»
Молчим — и каждый о своем, И пустоту заполнить нечем… Как одиночество вдвоем Сутулит души нам и плечи! Не важно, кто тому виной, — В таких раздумьях мало проку… Остаться снова бы одной, Чтоб перестать быть одинокой! 1975
«Я с улыбкой махну вам рукой…»
Я с улыбкой Махну вам рукой И уйду, Чтобы больше не встретить. Не сержусь я, Что вы не такой, Как мне виделось В месяцы эти. Пусть вы были Калифом на час, Пусть я приняла Позу за смелость — Из-за вас, Из-за вас, Из-за вас Так легко мне Дышалось и пелось! 1975
«Бывает так — почти смертельно ранит…»
Бывает так — Почти смертельно ранит, Но выживешь: Вынослив человек. И лишь осколок — Боль воспоминанья — В тебе уже останется навек. Навек… Нас друг от друга оторвало, Кто знает, Для чего и почему?.. В груди осколок острого металла — Скажи, Привыкнуть можно ли к нему? Не знаю, Путь мой короток иль долог, Не знаю, Счастлив ли, несчастлив ты… Болит осколок, Так болит осколок, Кровь снова проступает сквозь бинты. 1975
«Все делаю, что надо…»
Все делаю, что надо, Видит бог: Служу, творю и мельтешу по дому. Но вдруг воспоминанье, Как ожог, И вот тогда — Хоть головою в омут. Я с наважденьем справлюсь — Не впервой. А нет, Так правда — В омут головой… 1975
«Наконец ты перестал мне сниться…»
Наконец ты перестал мне сниться — После стольких, после стольких лет Ликовать бы выпущенной птице, Только что-то ликованья нет. Сядет неуверенно на ветку — На привычной жердочке верней… Неужели можно даже клетку Полюбить и тосковать о ней? 1975
ПИШИ МНЕ!.
Вновь от тебя нет писем, Тревогам нет конца. От милых мы зависим, Как песня от певца. От милых мы зависим, Как парус от ветров. Вновь от тебя нет писем — Здоров ли, не здоров?.. Уходит поколенье, Уходит навсегда. Уже не в отдаленье Грохочут поезда — Они увозят в вечность Моих однополчан… Платком укутав плечи, Шагаю по ночам Я от стола к постели И от дверей к окну. Пиши мне раз в неделю Хотя б строку одну! 1975
«Ах, в серенькую птаху…»
Ах, в серенькую птаху Влюбился вдруг… орел! Но ахай иль не ахай, Он счастье в ней обрел. Глядит не наглядится, Не сводит круглых глаз И, гордые орлицы, Не замечает вас! Не сводит глаз и тает… Что в этой птахе есть? Сия велика тайна, Велика тайна есть… 1975
«Он…»
Он. Она. Муж в далеком рейсе… Скажет женщина: — К черту ложь! Да, люблю. Только не надейся: Это было бы — В спину нож… Не считай меня Недотрогой, Просто, Как бы ни шли дела, Я хорошим парнем, ей-богу, Я всегда «верняком» была. Он ответит: — Что ж, хлопнем по сто. Ты и вправду «верняк», Дружок. — И простится. Все очень просто: Станет в сердце Рубцом ожог…
