Прежде чем расстаться...

— Ну, вот, всегда так! Из-за вас я не успела дочитать интересную статью, — вздохнула Трэйси и засунула журнал в карман впереди стоящего кресла.

Спустя час маленький, но проворный прогулочный катер, вздымая сверкающие брызги, с ревом нес их к выходу из бухты.

За это время Трэйси успела переодеться в шорты и маечку и обнаружить, что прохладный и просторный номер в отеле ее вполне устраивает. Она пожалела, что не догадалась захватить с собой шляпу — на островах стояла настоящая экваториальная жара.

Когда катер вырулил из устья бухты, Маркус увеличил скорость.

— Нам далеко? — прокричала она, пытаясь перекрыть рев мотора.

— Десять минут. Надеюсь, вас не пугает море?

— Разумеется, нет. Как-никак в свое время мне приходилось ходить под парусом… Черт возьми, здорово!

Море было бирюзовым, брызги блестели, как серебро, а вокруг виднелись острова, одни — большие и пустынные, другие — маленькие и густо поросшие лесом, но все — явно необитаемые. А еще была жара и пропахший солью воздух, и только сейчас Трэйси в полной мере осознала, что находится в самых что ни на есть тропиках, откуда до экватора — рукой подать!

Маркус мельком взглянул на девушку, сорвал с головы кепку и сунул ей в руки.

— Будьте осторожны! — прокричал он. — Со здешним солнцем шутки плохи!

— И это… ваш остров? — с трепетом спросила Трэйси через десять минут.

Катер, уткнувшись носом в ослепительно белый песок, покачивался в бурунах набегающих на берег волн.

— Я взял его в долгосрочную аренду на девяносто лет. С учетом средней продолжительности человеческой жизни можно утверждать, что он действительно мой.

Трэйси ступила на нос катера и легко спрыгнула на влажный песок. Остров Маркуса Джулиуса Макларена оказался истинной жемчужиной в этой сверкающей под солнцем океанской стране чудес.

— А почему я не вижу ни дома, ни причала? Как вы собираетесь доставлять сюда все необходимое?

— Баржей, — невозмутимо ответил он. — Что касается виллы, — он махнул рукой в сторону зеленой рощи, — то она там. Если приглядеться, то можно увидеть край белой стены.

— А что за деревья там, в роще? — спросила Трэйси, щуря глаза.

— Сосны, дорогая моя, великолепные сосны. Я очень люблю природу. Во мне, наверное, погиб садовник, но что поделаешь…

— Вы специалист по местной флоре?

— Скорее любитель пустить пыль в глаза. Пойдемте!

Он подал ей руку, и Трэйси, немного поколебавшись, приняла ее. Они пробрались по узкой, извилистой тропе, вьющейся между кустарниками, и неожиданно оказались прямо напротив виллы.

Девушка остановилась как вкопанная, растерянно моргая. На фоне зарослей красного можжевельника, выгоревшего до какого-то серебристого цвета, в расщелине на склоне холма, окруженное высокими зелеными соснами, стояло белоснежное здание. Оно так гармонично вписывалось в пейзаж, что на губах Трэйси появилась невольная улыбка восхищения.

— Заглянем внутрь! — предложил Маркус.

— О да, конечно! Только могу я сперва попросить вас об одолжении, мистер Макларен?

— Разумеется!

— Помолчите, пока я занята делом! Первое впечатление — слишком важный момент творческой работы, чтобы разменивать его на пустые разговоры.

Маркус приподнял бровь, затем усмехнулся.

— Я буду нем как рыба, — заверил он, прикладывая палец к губам.

— Но здесь ничего нет! — Трэйси первой нарушила ею же установленный обет молчания.

Они стояли в кухне, которая компактностью и функциональностью напоминала бы камбуз на корабле, если бы блеск полированной поверхности столов и стоек и сверкание нержавеющей стали многочисленных приспособлений и механизмов не свидетельствовали о последних достижениях бытовой техники. Ни холодильника, ни плиты, а буфет и полки абсолютно пусты.

— Да, — охотно согласился хозяин. — В противном случае я бы вас сюда просто не пригласил.

— Иначе говоря, вы доверяете мне обставить дом…

— …от начала и до конца! — кивнул Маркус. — Кастрюли, сковородки, веники, полотенца, покрывала, кровати, плита, холодильник… Вас пугает такой объем работ, мисс Слейтон?

— Что вы, это мечта любого дизайнера, да и просто любой женщины! — восторженно воскликнула Трэйси и, спохватившись, добавила. — Если честно, я не ожидала…

— …что получите такую свободу действий? — Скрестив руки на груди, он стоял, прислонившись к стойке, и с любопытством рассматривал Трэйси.

Веселитесь, веселитесь, мистер Макларен! — мрачно подумала она и с ядом в голосе заметила:

— Надеюсь, к концу работы на мою голову не свалится какая-нибудь миссис Макларен, которая заявит, что у нее своя точка зрения на то, какими должны быть кастрюли и сковородки, не говоря уже о форме кровати и цвете покрывал?

— Не думаю, что это случится в ближайшие три недели, — рассмеялся Маркус. — Так что можете смело представить себя в роли жены, а точнее, временно исполняющей ее обязанности. — Заметив, что Трэйси нахмурилась, он галантно пояснил: — Я имею в виду дизайн.

Девушка прикусила нижнюю губу:

— Вы действительно готовы пойти на такой риск?

Он приподнял бровь.

— А почему бы и нет?

— И в самом деле, — усмехнулась Трэйси. — Если миссис Макларен будет из богатой семьи, она без лишних слов выбросит на помойку все, что я сделаю, и обставит дом заново. Если же она, не дай бог, окажется представительницей низших слоев общества, то ей придется просто терпеть. Не всякой Золушке выпадает счастье окрутить такого богатенького и красивого принца… Не могли бы вы отойти в сторону, мистер Макларен?

— Но выход с другой стороны, — удивился Маркус.

— Спасибо за подсказку, но мне нужно все обмерить, чтобы решить, куда поставить холодильник и плиту. И молчите, ради бога, молчите, не мешайте мне думать!

Не обращая никакого внимания на хозяина виллы, Трэйси с фотоаппаратом на плече и рулеткой в руках обследовала все закоулки дома, дважды обошла его по наружному периметру, наговаривая свои первые мысли и соображения в диктофон.

И лишь после этого она повернулась к нему и со вздохом призналась:

— Я давно не получала такого наслаждения от работы. Спасибо, что вы предоставили мне возможность все от начала до конца делать самой. Теперь я в курсе дела, и мы можем спокойно возвращаться в гостиницу.

4

Оказавшись в своем номере, Трэйси приняла душ, вымыла голову и расположилась на террасе, наблюдая, как садится солнце и в домах постепенно зажигается электрическое освещение. Когда темно-фиолетовые сумерки поглотили очертания отдаленных островов, она вернулась в комнату, надела белый сарафан, сунула ноги в открытые сандалии, заколола волосы в пучок на затылке и вдела в уши большие золотые серьги в виде колец. Она подводила губы, когда раздался стук в дверь.

— Войдите! — крикнула Трэйси из ванной и, прикрыв дверь, быстро привела себя в порядок.

Когда она вышла, Маркус стоял у окна и всматривался в ночной пейзаж. На нем были брюки цвета хаки и клетчатая рубашка. При ее появлении он обернулся и присвистнул.

— Что-нибудь не так? — нервно спросила она, ощутив вдруг, что на ней нет лифчика. — У меня ничего другого нет.

— И не надо! — многозначительно заметил он и с улыбкой пояснил: — Я пришел сообщить, что на пляже есть милый ресторанчик. Поскольку вы, как я понимаю, до сих пор не ужинали, то предлагаю перекусить там, а заодно полюбоваться на здешнюю луну.

Путь к ресторану оказался недолгим: выйдя из холла гостиницы, они по мостику перебрались через просторный плавательный бассейн, подсвеченный прожекторами, пересекли пальмовую аллею и добрались до цели.

Это оказалось бревенчатое сооружение из стволов пальм, пропитанное ароматами первоклассной кухни.

Маркус выбрал место на террасе, заказал мясное рагу, сок и бутылку вина.

Луна здесь и в самом деле оказалась огромной и яркой. Она прочерчивала по воде серебряную дорожку, а на другом конце залива высвечивала на фоне темного неба громаду горы.

Трэйси рассеянно потягивала из запотевшего стакана холодный сок, смотрела на море и думала о чем-то своем. В конце концов, Маркус не выдержал. Оттолкнув от себя тарелку, он налил себе еще один стакан вина и объявил:

— Послушайте, я не на шутку обеспокоен. — Она перевела на него растерянный взгляд. — Я честно молчал, не мешая вам работать, но мне и в голову не могло прийти, что придется онеметь до поздней ночи! Кроме того, вы почти ничего не съели. Зная ваш отличный аппетит, я склонен подозревать самое страшное.

— Извините, — со вздохом сказала она. — Кухня здесь просто отменная, но… — Она поморщила носик. — Мне не дает покоя одна вещь.

— Какая именно?

Трэйси помолчала, пригубила вина и только после этого сообщила шепотом:

— Багдад!

— Багдад? Какой Багдад? — Маркус, похоже, решил, что она не в себе.

— Успокойтесь, — рассмеялась девушка, кладя ладонь на его руку. — Я имею в виду парадную дверь для вашей виллы!

— Дверь? — опешил он. — Хотите поставить туда что-нибудь вроде той, что распахивается при словах: «Сезам, откройся?»

— Как ни странно, вы не так далеки от истины, — блеснула глазами Трэйси. — Если верить легенде, в древности во время вторжения чужеземных армий резные двери с медными шипами снимались с петель и использовались в качестве оружия против боевых слонов. Их бросали под ноги животным, и те, обезумев от боли, поворачивали назад и топтали собственное войско. Конечно, слонов теперь можно увидеть только в зоопарке, но в Багдаде такие двери кое-где еще производят.

— Восхитительная лекция по искусствоведению, — кисло усмехнулся Маркус. — Но на моем острове слоны не водятся.

— Не в этом дело! Такие двери воплощают в себе определенный художественный стиль и стоят в одном ряду с такими шедеврами, как знаменитые шкатулки с медной инкрустацией или резные кровати красного дерева с балдахином.

— А что, без них никак нельзя обойтись? Багдад — не Луна, долететь до него не так уж сложно, но транспортные издержки плюс потерянное на доставку время меня вовсе не воодушевляют.

Трэйси чуть пригубила бокал и задумчиво посмотрела на море.

— Видите ли, мистер Макларен, — снова заговорила она. — Вы обратились ко мне, чтобы заказать оригинальный дизайн вашей виллы, не так ли?

— Совершенно верно. Но я не закладывал в смету своих расходов дорогу, к примеру, до Багдада и обратно.

— Именно над этим я и размышляла, — заявила Трэйси. — Разумеется, я не собираюсь туда ехать. Это чудесный город, но я не горю желанием снова оказаться там…

— Снова оказаться там?

— Да, снова. Но это не имеет отношения к делу. А раз попасть туда нельзя, остаются два варианта. Можно связаться по телефону с поставщиком, у меня есть его номер. Но переговоры с ним и изготовление дверей нужных размеров могут занять несколько месяцев. Второй вариант — попытаться изготовить их прямо здесь, но, — она покачала головой, — я бы предпочла оригинал.

— Значит, вы собираетесь оформить мой дом в арабском стиле?

— Да. И я не отказалась от этой идеи. Двери из Багдада и арабская мебель — это будет просто сказка.

— Будем считать, что вы меня убедили. Выпишите счет на покупку парадных дверей и шкатулок, если они вам так нужны, укажите сроки и порядок поступления товара. Остальные проблемы я беру на себя.

— А кровать? Восхитительная кровать под балдахином?

— Нет, — поднял он руки. — Что касается сна, я предпочитаю простоту и комфорт!

— Вообще-то, несмотря на всю их живописность, эти кровати действительно нельзя назвать удобными, — со смешком призналась Трэйси. — Нам… то есть мне приходилось спать на подобной. — Она вдруг умолкла и отвернулась.

— Он был с вами в Багдаде? — спросил вдруг Маркус.

— Кто? — Лицо Трэйси пылало.

— А что, у вас было много мужчин?

— Я их меняла как перчатки! — огрызнулась она.

— А вот врать у вас не получается, дорогая! — рассмеялся Маркус.

— А много ли у вас было женщин? Если уж раскрывать душу, то взаимно.

— Много, — сказал он, играя желваками. — Или одна… это как посмотреть.

— Я предлагаю смотреть на все исключительно с деловой стороны, — резко сказала Трэйси.

— Что ж, тогда предлагаю прогуляться по пляжу… Почему вы так насторожились? Боитесь? Что ж, предложите другой маршрут.

— Вообще-то я предпочла бы вернуться в номер. Мне нужно позвонить Дженис и попросить ее сделать предварительные заказы. — Трэйси встала. — Кроме того, надо еще pas представить все, что я увидела сегодня на острове. Кстати сказать, с вами очень приятно работать. Мало кто из заказчиков так быстро и оперативно решает возникающие проблемы; обычно люди предпочитают уклоняться от окончательного ответа и тянуть резину.

— Рад был услужить вам! — сказал он и тоже встал.

— Ну, спокойной ночи! Спасибо за ужин!

Трэйси повернулась, чтобы уйти, но вдруг остановилась.

— Поделитесь секретом, — раздраженно бросила она, — как вам это удается? — Маркус вопросительно приподнял брови. — Я имею в виду, как вам удается заставить меня чувствовать себя толстокожей, бесчувственной особой, равнодушной к страданиям высокой и тонкой души? — Она помолчала. — Ладно, так и быть! Я прогуляюсь с вами по пляжу, но только с одним условием.