If you were gay

На смотровой площадке повисло долгое и достаточно дружественное молчание.

- Знаешь, Малфой, - наконец тихо сказал Гарри, - я вот тут подумал - ведь во всем этом есть и что-то хорошее, а?

- Ты это о чем? - удивленно спросил Драко. - То есть ты давно мечтаешь пополнить свой богатый сексуальный опыт необычным экспериментом в компании своего злейшего врага, причем на глазах у всей школы? Ты что, садомазохист?

- Да нет, я не об этом, - окончательно смешался гриффиндорец, - я насчет того, что мы с тобой… ну… как бы и не враги уже, и мне с тобой даже… - Гарри перешел на еле слышный шепот, - иногда бывает… интересно…

Блондин, против ожидания, издеваться не стал, а наоборот расплылся в широкой улыбке и легко хлопнул Гарри по плечу.

- Ух ты, комплимент моему острому уму! Ты меня прямо в краску вгоняешь, братик. Кстати, старина Севви действительно назначил мне отработки - что ты с ним сделало во время ваших сеансов связи, а? Морально изнасиловал старикана?

- Скорее уж он меня. Он, как бы получше выразиться, ревнует меня к тебе. А твой отец действительно в школе был главным плейбоем? И он правда соблазнил Флитвика на спор с Эйвери на втором курсе? И Хагрид на полном серьезе предлагал ему вместе покататься на гиппогрифе на курсе шестом?

- Вынужден тебя огорчить - папа был тише воды и ниже плинтуса. Видишь ли, его всю дорогу дразнили из-за слишком женственной прически. И из-за того, что он красит волосы.

- Он - что?!

- Ну да, теперь ты знаешь нашу страшную семейную тайну. Пожалуй, придется тебя убить. У него темные волосы, а он всю жизнь мечтал быть блондином, и на маме женился только из-за ее светлых локонов.

- Не убивайте меня, мастер Драко, я еще пригожусь молодому хозяину! - уморительно заверещал Гарри. - Этот секрет умрет вместе со мной!

- Ладно уж, живи, пригодишься. Ведь еще какая-то пара лет - и ты сумеешь похвалить не только мои мозги, но и, скажем, мои прекрасные глаза, - Малфой выразительно захлопал ресницами, и Гарри внезапно вспомнился давешний ночной кошмар. - Шутка. Мое сердце уже занято - Винсент не простит мне измены, поэтому могу предложить тебе только платонические отношения, - Драко весело протянул Гарри руку, - и на этот раз никакие помешанные на девочках и золоте кретины…

- …не будут вмешиваться, а то получат по наглой рыжей морде, - поддержал Гарри, с облегчением пожимая протянутую ему тонкую конечность. Исторический мир был заключен.

Глава 16. Большая Вечеруха

Конец года приближался с ужасающей быстротой - предпраздничная суета охватила весь Хогвартс, словно пожар, и никто, казалось, не способен был говорить ни о чем, кроме нарядов, подарков, каникул, омелы и прочей рождественско-новогодней ерунды. Даже учителя порой впадали в прострацию прямо посредине урока и начинали вести себя в высшей степени странно - так, Снейп внезапно дал Лонгботтому десять премиальных пбаллов, чем вызвал коллективный обморок у слизеринцев, МакГонагалл на очередном занятии предложила трансфигурировать елочные игрушки в кошачий корм и очень огорчилась, когда вспомнила, что предметы нельзя превратить в еду, а Дамблдор вызывал Гарри к себе в кабинет каждые два дня - в «Сладком Королевстве» уже даже не спрашивали, за чем именно пришел этот измученный ученик со шрамом на лбу и непередаваемой тоской в зеленых глазах, а просто выставляли на прилавок упакованную сумку со сладостями.

Это был именно такой день, что и всегда. Джинни - в очередной раз - сообщила, что пойдет на Бал не с ним, Героем Магического Мира, Мальчиком-который-и-так-далее и лучшим ловцом Гриффиндора, а почему-то с Гермионой. Это начинало казаться очень странным и даже подозрительным, но Гарри решил не заострять внимания на мелочах - партнершу в любом случае следовало найти побыстрее. Снейп появился на уроке в полурасстегнутой мантии, укоризненно взглянул на Гарри и, не заметив со стороны того никаких зачатков интереса к своей мужественно впалой и бледной груди, снял с мальчика двадцать баллов «за глупость». Живоглот оцарапал мисс Грейнджер (она снова пыталась повязать ему на шею розовый бантик) и убежал в неизвестном направлении. Невилл опять потерял Тревора… В общем, Гарри, отдыхая после сытного ужина у камина в гриффиндорской гостиной с бутылкой сливочного пива и книжицей под названием «Сто способов понравиться ведьме», в целом смотрел в будущее с оптимизмом (мягкая кроватка, горячая грелка…), когда в гостиную с криком «Народ, сегодня гуляем!» ворвались Дин с Симусом в компании сияющего Рона. Гарри немедленно съездил себе по зубам горлышком бутылки, чертыхнулся и перестал ждать от жизни чего-либо хорошего.

- Где оно будет? - спросил он, силясь сохранить спокойный вид.

- Все идем в Выручай-комнату, - выдохнул Рон, - ровно в полночь! Слизеринцы тоже будут.

То, что слизеринцы будут, Гарри знал и так. Теперь предстояло как следует подготовиться. Все остальные гриффиндорцы явно разделяли его мнение - во всяком случае, в спальне шестикурсников царил явный бедлам. Рон носился по комнате в одних трусах и просил кого-нибудь одолжить ему гель для волос - почему-то рыжий был уверен, что удачная прическа поможет ему завоевать сердце неприступной слизеринки (Пэнси все еще котировалась, хотя она сама после постыдного эпизода за завтраком при виде Рональда пыталась укрыться за ближайшей колонной или за крепкой спиной любимой подруги Миллисенты). Дин примерял одни джинсы за другими, пытая соседей по спальне вопросами, какие именно штаны наиболее выгодно подчеркивают фигуру, и не полнят ли они его, не дай Мерлин. Симус с Невиллом чуть ли не подрались из-за новой кожаной мантии с заклепками… Сам же Гарри, полюбовавшись немного на суматошные сборы друзей, захватил с собой таинственный объемистый пакет и удалился в ванную комнату, где в закрытой кабинке и просидел следующие полчаса - он никак не мог показаться однокурсникам в выбранном им наряде до срока.

Наконец, услышав, что все затихло, Гарри рискнул высунуть нос наружу - слава Основателям, в спальне уже никого не было. Кинув последний взгляд в зеркало, брюнет накинул на себя мантию-невидимку и проскользнул мимо портрета Полной Дамы в темный и молчаливый коридор. Ему предстояло захватить с собой еще одну личность, которую он и обнаружил в условленном месте (мужском туалете на четвертом этаже), дрожащую и кутающуюся в плотную мантию. Когда Гарри внезапно, театральным жестом сбросил с плеч мантию-невидимку, личность выказала некоторые признаки оживления - заорала и зажмурилась. Золотой Мальчик обиженно воззрился на трясущегося то ли от холода, то ли от страха Слизеринского Принца.

- Что, неужели так плохо?

- Я не думал, что ты поймешь мои указания так буквально, - прошептал Малфой, неверяще уставившись на друга, - как же ты так… что это такое вообще?!

Гарри подошел к треснутому зеркалу и немного покрутился перед ним. Он себе очень даже нравился.

- А ты-то сам? Снимай мантию!

- О, в твоих устах это даже сексуально, Поттер, - проворчал слизеринец, сбрасывая означенный предмет одежды на каменный пол.

- А что, - Гарри отошел на один шаг и пристально посмотрел на Драко, - мне нравится. Очень даже ничего. Думаю, мы их сделаем.

- Да уж, эффект неожиданности они получат. В полном объеме! - злобно усмехнулся блондин, поправляя прическу. - Держись, Хогвартс! Мы идем.

Эффект получился хоть куда - когда ребята возникли и красиво, отрепетированно замерли на пороге Выручай-комнаты, превращенной по случаю вечеринки почему-то в некое подобие маггловской гостиной и заставленной ящиками со сливочным пивом, медовухой и огневиски, за несколько секунд разговоры и смех смолкли, и разношерстная толпа старшекурсников издала коллективный вздох изумления. Действительно, не каждый день можно узреть Гарри Поттера в обтягивающих кожаных брюках, кожаной куртке с заклепками, тонкой белой борцовке с надписью «SEXXX», в глубоком вырезе которой поблескивал серебряный кулон со змейкой - явно из той же серии, что и серьга, украсившая левое ухо Золотого Мальчика. Стоявший рядом Драко Малфой составлял с ним разительный контраст - огромные, густо подведенные глаза, нереально белая кожа, обнаженный торс и серебристые переливающиеся брюки из какой-то блестящей ткани; как после восхищенно отметил некий гриффиндорец, мальчик словно светился в полумраке.

Естественно, названные братья мгновенно превратились в гвоздь вечера - поклонницы и поклонники быстро оттеснили их друг от друга, окружив живой стеной восторженного поклонения. Малфой явно чувствовал себя как рыба в воде, Гарри же было немного неловко - он бы предпочел не выставлять себя на всеобщее обозрение, но другого плана они с Драко придумать не смогли. Поэтому брюнет мило улыбался, отпускал комплименты краснеющей Падме Патил, трепал по щеке Ханну Эббот и время от времени делал вид, что отпивает из всунутого ему в руку немного ошалевшим Дином бокала с медовухой. К своему явному удовольствию, он заметил, что Гермиона, постоянно прикладывающаяся к стакану с выпивкой, была в арьергарде поклонниц Драко; Джинни же почему-то нигде не наблюдалось, как и Блейза Забини - но Гарри решил не зацикливаться на этом и сосредоточиться на текущем моменте. Момент был важный - Симус Финниган и Дин Томас о чем-то шептались в сторонке, и гриффиндорец насторожил уши. Симус оживленно размахивал руками, указывая то на Гарри, то на Драко, Томас же выглядел грустным и смотрел почему-то в основном на Малфоя. Наконец друзья явно о чем-то договорились и Финниган, выйдя на середину комнаты, громко предложил поиграть в одну старую и очень интересную маггловскую игру («Берем пустую бутылку, садимся в кружок, раскручиваем ее…»). Гарри мгновенно понял, на какой именно способ его сокурсники делали ставку, и поблагодарил небеса за то, что они с Драко выбрали верный способ дать отпор ренегатам. Было ясно, что висящие на них девчонки не позволят Симусу с Дином осуществить их коварный план - также было понятно, и что сегодня Гарри предстоит отыграться за все годы гордого одиночества, желает он того или нет.

Парень не ошибся - уже через десять минут после начала «игры» губы болели так, как будто он подряд поймал десять снитчей без помощи рук. Ребята разделились на несколько групп - как и следовало ожидать, Гарри попал в один кружок с Драко, вместе с Симусом, Невиллом, Роном, Пэнси, Гермионой, Парвати, Падмой, Лавандой, Чжоу, Сьюзен, Дином и Миллисентой. Гермиона использовала в совершенстве освоенную ей технику невербальных заклятий, в результате чего бутылка шесть раз крутилась от нее к Драко и обратно, пока сидящая рядом Парвати не выдержала и не повернула стеклянную емкость на себя вручную. Драко выглядел чрезвычайно несчастным - Гермиона не ограничилась губами, а Парвати не ограничилась шеей, и нежную кожу слизеринца украсило несколько живописных засосов. Гарри досталось куда меньше - его равномерно поделили между собой Лаванда, Чжоу и Сьюзен, что, в принципе, вполне его устраивало.

А потом начался кошмар - когда Драко в очередной раз крутанул бутылку, Гарри краем глаза увидел кончик палочки Томаса и приготовился к роковому повороту, однако вместо ожидаемого бутылочка указала на… того же Томаса, который выглядел неприятно оживленным. Финниган возмущенно закатил глаза, а Малфой явно изготовился упасть в обморок, но сдержался и мужественно подставил Дину щеку. Щекой дело не обошлось, однако - и хотя произошедшее не принесло ни одному зрителю ни галлеона, все (то есть все, кроме обозленного Симуса, зажмурившегося Драко и шокированного Гарри) всё равно остались довольны увиденным. Когда через две минуты Томас, наконец, выпустил из своих пылких объятий несчастного слизеринца, тот выглядел так, будто его сейчас вырвет; кое-как поднявшись на ноги, он решительно схватил Гарри за шкирку и потащил в сторону, заявив, что им срочно надо выпить. За их спинами быстро разгоралась ссора.

Глава 17. Не умеешь пить - не пей!

- Ну почему я, Поттер? - простонал Малфой, опершись лбом о стену; Выручай-комната оказалась настолько приспособлена для проведения молодежных тусовок, что в ней даже нашлось несколько закрытых комнат для интимного общения подрастающего поколения, как и полагается на приличной вечеринке. - Почему не ты? В чем я провинился?

- Ну, зато тебе не пришлось со мной целоваться, - пробормотал Гарри, хотя утешением это служило слабым. - И ведь всё уже кончилось!

- Ни черта оно не кончилось. Кто вообще придумал эти глупые предрождественские сборища? Сидели бы по своим гостиным, готовили бы домашнее задание…

- Так каникулы же скоро, Малфой, задают мало, - мягко напомнил гриффиндорец.

- А я вот пойду к Снейпу и предложу ему ввести факультатив, - злобно сказал Драко. - Времени у них много, видите ли. А ты знал, что Томас-то ваш… того?

- Нет, это, видимо, огневиски и твоя потрясающая красота на него так повлияли, - весело произнес Гарри, утешающее гладя блондина по голове. - А кто говорил мне: «Мы поразим их настолько, что они и думать о своем дурацком пари забудут», а? А кто разрабатывал костюмы? Кто уломал меня изображать из себя мачо?! Я же сначала предлагал тихо подлить им в сливочное пиво снотворное! Ты же сначала согласился! Но нет, кому-то надо было разыграть интермедию «Красавица и чудовища». Скажи спасибо, что хоть Блейз на тебя не кидается. Где он, кстати?

- А я знаю, где он. Они с Джинни пошли в одну из свободных комнат вместе с бутылкой медовухи. Мне Парвати рассказала. Еще в самом начале вечеринки.

Гарри застыл на месте, глотая ртом воздух. Мир внезапно окрасился в черные тона.

- Но она… она же… он же…

- Короче говоря, сегодня тебе вряд ли обломится. Так что сосредоточься на моей проблеме. Что мне делать с твоим дружком Томасом?

- Не знаю, - отрешенно сказал брюнет, - нам надо возвращаться…

- И что - предлагаешь мне с ним так и целоваться весь вечер напролет?

- Ну, у тебя несколько вариантов - либо Гермиона, либо Дин, либо, очевидно, я…

- Пусть будет Гермиона, - обреченно решил слизеринец. - И вообще, после такого мне очень хочется выпить - подумать только, я целовался с парнем!

- Ты же не пьешь, Малфой, - вяло напомнил Гарри, - помнишь мальчишник? Лучше сегодня нам ничего не пить, мало ли что…

Выйдя из «интимной комнаты», ребята уперлись в целую толпу своих обожателей обоих полов, облепивших дверь со всех сторон.

- Гарри, - радостно воскликнул Симус Финниган, помахивая бокалом, - а мы вас ждем! Эта глупая игра нам надоела, а некоторые - он с осуждением взглянул на своего ближайшего визави, пялившегося на Драко с отвисшей челюстью, - решили, что танцы мы без вас не начнем. Итак, разбиваемся на пары…

«Разбиться на пары» получилось не сразу - когда свет погас, Гарри ощутил, как его схватило сразу несколько рук, причем он был далеко не уверен, что все они - женские. Томас с упорством, достойным лучшего применения, пробивался к бедному Малфою, однако Гермиона держала стойкую оборону. Вспоминая эти долгие и ужасные минуты, Гарри часто думал, что лишь чудом не лишился невинности прямо под оглушающие звуки тошнотворно-романтической песни Анжелы Лавинг «Мое пылающее сердце». Когда свет вспыхнул, Гарри обнаружил себя в компании Луны Лавгуд и почему-то Пэнси. Почуяв неладное, гриффиндорец завертел головой в поисках Драко и обнаружил его у импровизированного бара - тот, поймав его взгляд, невесело отсалютовал кружкой.

- Ты что это делаешь, придурок? - зашипел Гарри, тревожно вглядываясь в несколько расфокусированные серые глаза. - Ты играешь им на руку! У них, между прочим, изначально было записано не «игра на поцелуйчики», а «попойка», и ты, очевидно, решил сам сделать за них их работу, да?

- Ты не понимаешь, Поттер, - сказал Малфой, - я и выпил-то всего полстакана, не бойся. Просто когда Томас в темноте отпихнул-таки Гермиону и снова ко мне полез целоваться… мне просто необходимо было, вот, - несколько невпопад закончил он. - И я больше не буду, честное слово. Страшная дрянь. Целый стакан, надо же…

- Мерлин, Драко, не умеешь пить - не берись, - в отчаянии произнес Гарри, осторожно усаживая слизеринца на ближайший диванчик. - Ладно, надо убираться отсюда.

- А что это вы здесь делаете? - пропел Симус, подлетая к диванчику. - Вы просто обязаны поучаствовать в нашем конкурсе! Это традиционная забава старшекурсников, - Симус начал ясно походить на оживший маггловский рекламный плакат «Хватай, а то убежит», - Сливочные Соревнования! Бывают только раз в год! Кто первый упадет под стол - тот проиграл! И, кстати, одно из древних правил гласит, - Финниган словно невзначай оглянулся на дверь, - что пока все мальчики не примут участия, вечеринка не закончится! Пошли, вы же будете это потом всю жизнь вспоминать…

- Только этого нам не хватало, - невесело сказал Гарри. - Они не блещут фантазией. Ну почему, почему здесь нельзя аппарировать?!

- Как будто ты умеешь аппа… рировать, Потти, - с трудом выговорил Малфой, откидываясь на спинку дивана. - На самом деле, у меня уже есть план. Я слышал об этой глупости еще от отца - он проиграл, как ты понимаешь. Это соревнования - кто-то побеждает, кто-то проигрывает. Проигравших должно быть столько же, сколько и победивших, лог-гично? Оба мы проиграть не можем. Значит, проиграю я. Мне и так терять нечего. И пойдем в паре, так безопасней, - блондин встал, подошел к напиткам и, морщась, начал пить прямо из горлышка едва початой бутылки Выдержанного Огденского: Гарри только присвистнул, глядя, как быстро убывает жидкость. Через минуту емкость опустела, и Драко, покачиваясь, объявил о своей «боевой готовности».

Гарри не мог не восхититься отвагой Драко - мудрость его спонтанного решения он понял, когда услышал разочарованный вопль Томаса, который, видите ли, надеялся посоревноваться с вожделенным слизеринцем. Под крики и улюлюканье разгоряченных девушек Гарри картинно поднес к губам бутылку с пивом и даже успел делать несколько нарочито медленных глотков, пока Малфой, абсолютно пьяно улыбнувшись, не выпил все содержимое своей бутылки залпом и откинулся бесчувственно на спинку стула; подбежавший Симус констатировал полную и безоговорочную победу Гриффиндора.

Самые стойкие еще праздновали, когда Гарри тащил на себе бесчувственного блондина по темным коридорам в Подземелья Слизерина - честно оттранспортировав его до кровати в еще совершенно пустой спальне (прочие однокурсники Драко с вечеринки пока не вернулись), парень заботливо накрыл названного братца одеялом и несколько мгновений любовался необычно тихим Малфоем. Спящий родственник выглядел гораздо приятнее бодрствующего. Но вечеринка определенно прошла с некоторыми потерями - а уж что готовят близнецы, даже и подумать было страшно. Закончив пялиться на зеленое одеяло с рисунком из маленьких жаб в цилиндрах (такое забывается не сразу - жабики еще и двигались парами по поверхности ткани, но, слава Мерлину, беззвучно), Гарри накинул мантию-невидимку и направился в родные пенаты - ему тоже надо было немного отдохнуть. Однако перед уходом он не отказал себе в удовольствии разбросать все предметы из школьной сумки Блейза Забини по полу и хорошенько на них попрыгать.

Глава 18. Предложение, от которого нельзя отказаться

Настойчивые звуки вторгались в уютный мирок Гарри, заставляя образ профессора Вектор в черных шелковых чулках расплыться и превратиться в некое черно-розовое облачко.

- Ох, вы видели вчера, какой он хоро-ошенький? А его задница, о-о-о… она така-ая… серебри-истая…

- Заткнись, уродец озабоченный, мы из-за тебя продули тысячу галеонов, ты хоть осознаешь? Я б тебе двух Малфоев купил, с бантиком…

- Не-ет, Драко осо-о-обенный…

- Блондины ему, понимаешь ли, нравятся… Парвати ему, видите ли, стало мало… ну и гадина же ты, Дин…

- Блин, парни, ни у кого не завалялось Антипохмельного зелья?

- У меня есть! Бабушка прислала…

- Невилл, а яда она тебе случаем не присылала? А то я хочу отравить мистера Томаса.

- Ладно тебе, Симус, зато вы с Лавандой так зажгли…

- Эх, вот мы с Пэнси зажгли - это да! Я вам сейчас такое расскажу, парни…

Гарри застонал и попытался натянуть подушку на уши, скрывшись в ее теплых пуховых глубинах от несправедливого мира. Мир, однако, никуда не исчез, а лишь загалдел с новой силой:

- Так вот, слушайте: Пэнси пригласила меня потанцевать. Говорит она, значит: «Иди ко мне, Рональд!». Ну, я и пошел. А она, значит, как посмотрит на меня, как упадет в мои объятия…

Гарри не выдержал: голос Рона звучал прямо рядом с пологом его кровати, и, похоже, придурок уютно и надолго устроился - терпеть такое было нельзя. Гарри восстал с кровати, как маленькое гриффиндорское привиденьице:

- Рон, буквально она сказала: «Шел бы ты, Уизлик», а потом упала на тебя, потому что перебрала огневиски, и сразу же заснула. Я это видел, потому что потом вы оба рухнули на меня, сволочи, и придавили, кстати, самую чувствительную часть моего тела!

Дин заинтересованно уставился на Гарри, после чего тот поспешил уточнить: - Голова. Они упали мне на лицо, потому что я как раз отдыхал, хм, отдыхал на полу после танца с Луной.

- А как у вас с Луной, кстати? - заинтересовался возмутительно бодрый Невилл.

- Никак. Ей показалось, что я похож на морщерогого кизляка со спины, поэтому она ко мне временно прониклась. Потом признала меня, и я даже почти уговорил ее пойти со мной на Бал, - выговорил Гарри, прыгая по всей спальне в одном носке; второй, любимый шерстяной левый с трогательной, собственноручно вышитой надписью «собственность Поттера Г.Д.», исчез в неизвестном направлении, хотя гриффиндорец подозревал, что без Добби тут не обошлось.

- А как же Джинни? - классическим голосом строгого старшего брата вопросил Рон, хотя авторитет его, впрочем, был немного подмочен трогательной пижамкой с желтыми крысками. - Девушка, между прочим, любит тебя, ждет, надеется… И мама надеется, и папа… Норе давно не помешал бы ремонт, а у некоторых большое, несправедливо нажитое… наследство…

- Боюсь, - ледяным голосом отрезал Гарри, пытаясь вытащить из уха злополучную сережку, - теперь заботиться о ней будет мистер Забини. О ней и об их потомстве, которое вполне может появится месяцев через девять.

- ЧТО??!

Вопли Рона о том, что, где, как и почему он сделает с Блейзом и всеми его родственниками до десятого колена включительно, порадовали измученное сердце Гарри и даже дали ему достаточно сил, чтобы прошествовать в Большой Зал, проглотить миску овсянки с медом и джемом, закусить парой булочек, запить все это дело тремя чашками сладкого чая, наконец, заесть горе шоколадкой и совсем, совсем не смотреть на то место, где предположительно (Гарри ведь не смотрел, поэтому уверен не был) должна была сидеть рыжая виновница всех его переживаний. Вместо этого он усиленно пялился на стол Слизерина, делая вид, что наслаждается открывающимся ему зрелищем (бледный до синевы Малфой, брезгливо отпивающий мелкими глоточками тыквенный сок и укоризненно поглядывавший на брюнета, совсем не радовал, но выбор был невелик). Вообще, завтрак проходил практически в гробовой тишине - большая часть учеников маялась головной болью, младшекурсники боялись высовываться, а учителя удалились почти сразу же - сопровождать в Больничное крыло горько рыдающего Снейпа. Тот, увы, заметил, куда смотрит Гарри, и принял это слишком близко к сердцу.

- Гарри, а кого ты пригласил на Бал? Или пойдешь со своим Малфоем? - внезапно шепнул Рон, больно пихая друга локтем в бок, отчего Гарри неживописно облился тыквенным соком. - Вот я хочу пойти с Пэнси, но она, скорее всего, будет против, - Рон кинул неуверенный взгляд на слизеринский стол, где Паркинсон усиленно строила глазки Бэддоку, и приуныл, - поэтому я, наверно, иду с Лавандой.

- А я, а я, а я… - Гарри задумчиво оглядел Большой зал и не встретил ни одного дружественного девичьего лица (Блейз, пославший ему воздушный поцелуй - не в счет), - секрет, в общем.

- Ну, в любом случае завтра я это узнаю.

Гарри чуть не свалился со стула: как это завтра? Неужели же уже Рождество?! Вчерашние эскапады внезапно показались пустяком в сравнении с Рождественским Балом - требовалось срочно посоветоваться с товарищем по несчастью. Но как только Гарри выбрал наиболее крепкое и увесистое яблоко, то увидел, что белобрысый придурок успел исчезнуть из поля зрения. Пришлось пойти по пути наименьшего сопротивления - а именно, повесить в холле на доске объявлений короткую записку: «Срочно! Герой Магического Мира ищет партнершу строго женского пола для Бала. Обращаться в гостиную Гриффиндора, спросить Г. Д. П. Малфоям не обращаться»

Прождав результатов часа два после окончания уроков, Гарри уже начал впадать в тихую панику: все прочие ребята уже разбились на парочки, и даже Гермиона, кажется, кого-то нашла - во всяком случае, она гордо отвергла приглашение брюнета и удалилась в Хогсмид «за обновками». Когда он уже устал сидеть в жестком кресле и усиленно делать вид, будто бы ему очень интересно изучать учебник по Чарам (на самом деле, он осилил только первую строчку: «Дорогие ребята, сегодня вы открыли для себя мир чудесных заклинаний!», после чего устал и дальше просто смотрел в камин), а гостиная опустела, полог отодвинулся и в комнату проскользнуло симпатичное женственное создание, в котором онемевший от неожиданности гриффиндорец опознал саму Пэнси Паркинсон, недоступную принцессу Слизерина.

- Я принимаю твое предложение, Герой, - насмешливо сказала она, - если ты не против, конечно.

- Н-не против, спасибо, - выдавил брюнет. - Ты правда… хочешь? То есть, пойти со мной?

- Да-а, - лениво протянула слизеринка, - хочу… А что тебя смущает?

- Есть одна вещь, - пробормотал Гарри, не в силах отвести глаз от стройной фигурки, соблазнительно обтянутой черной мантией.

- И какая же?

- Драко, - более или менее твердо произнес Гарри, пытаясь взять себя в руки, - Драко наверняка будет против.

- Не думаю, - улыбнулась девушка. - Он уже кое с кем идет.

- И с кем же?

- С тобой, - усмехнулась Пэнси, и резкие черты ее лица начали расплываться, как в недавнем сне Гарри, уступая место знакомой бледной физиономии, на которой явственно читалась злокозненная радость.

Глава 19. Танго вдвоем

Пятнадцать минут и пару десятков непереводимых идиоматических выражений спустя.

- Малфой, я не буду твоей девушкой, тьфу, то есть твоим парнем, тьфу ты, короче, не пойду с тобой на Бал! Неужели мы единственные, кто остался без партнерши? - возмущенно ворчал брюнет. - Как тебе вообще пришла в голову такая глупость?

- А так, что мне отказала даже Паркинсон, Паркинсон, которая бегала за мной сколько я себя помню! Что ты предлагаешь - пойти нам с тобой вдвоем, словно парочке влюбленных голубков? Гораздо пристойнее будет выглядеть, если ты пойдешь с Пэнси, а я, гм, срочно буду вынужден покинуть замок по семейным обстоятельствам. Что касается Пэнси, то она надежно заперта в Выручай-комнате, обработана Империо, Петрификус Тоталусом и Сонным заклятием, и прекрасно просидит там до конца этого дурацкого Бала. В паре с Пэнси ты будешь лучше смотреться, чем со мной, уж поверь мне.

- А тебе-то самому не противно?

- Оборотное зелье очень противное. А вот побыть немного девушкой даже интересно - у Паркинсон такие формы… - Драко мечтательно зажмурился.