Четыре цвета Путина

Вам не нравится ваш президент? А зря! Вы просто не умеете правильно его готовить!

Оппозиция, испачкай руки в земле!

02.04.2000

Угоревшее от выборов население с примочкой на голове смотрит, как Путин ловко мчится на лыжах. Летя вниз с горы в своей нарядной куртке, он постепенно становится красочным символом скользящей под откос России. Достигнуты все цели кампании. Выполнены все условия олигархов. Ельцин, утомленный людоедством, едет отдыхать за границу. Весь русский алюминий оказался за пазухой Березовского. Чечню пробомбили насквозь, до Америки, но Масхадов с Басаевым по телефонным звонкам из Москвы уходят от доблестных войск. В Аргунском ущелье подул ласковый сквознячок Хасавюрта. Все воры поудобнее уселись в креслах, и те из них, что получили думский мандат, из благодарности штампуют СНВ-2, продают матушку-землю тому же Березовскому и Мамуту. Олбрайт страстно прижимает Путина к своей пупырчатой холодной груди. «Русскую идею» передали в управление Грефу, который вместе со Швыдким и Львом Троцким заставят-таки играть в русских церквях музыку Гершвина. Перепелиные голоса о сильном государстве, записанные на кассету, продаются на птичьем рынке в отделе «Голоса птиц». Деньги, необходимые на строительство флота, содержание внешней разведки и исследования плазменной энергетики, все до копейки уходят за границу под хохот Немцова и Кириенко. По-прежнему в России - плохие дороги, Аяцков, туберкулез, скользкая, как костный клей, либеральная интеллигенция. Русский народ чешет в затылке, сосет лапу, берет заступ и идет долбить в земле очередной миллион могил.

А что же «товарищ оппозиция»? Опираясь на восемьдесят процентов ненавидящего власть населения, мы умудряемся устойчиво проигрывать выборы. Проигрыш становится доблестью оппозиции. Победные марши отступающих оппозиционных частей ласкают слух Волошину, который готов утвердить для нас награду «Золотой кукиш». Конечно, «управляемая демократия», позволяющая манипулировать оглупленным народом, -жуткая реальность. Доллары миллиардеров, информационные удары Доренко, трусость Примакова, тонкие яды ФСБ, омерзительное вероломство Тулеева, продажность и дурь «красных губернаторов», циничная ложь спортсменов, актрис и эстрадных педерастов -все это кнуты, с помощью которых народ гонят в стойло. Но сто миллионов ненавидящих власть людей - это ресурс победы, которым могли бы воспользоваться Ганди и Нельсон Мандела, но не можем воспользоваться мы - оппозиция. Бессильная перед фальсификацией, потерявшая большинство в Парламенте, вынужденная делать постное лицо при каждом думском голосовании, оппозиция поставлена перед необходимостью модернизировать свою деятельность. Пересмотреть принципы и методы борьбы. Сползти, наконец, с отшлифованных до блеска думских лавок и двинуть в народ, который с воем, непониманием, невнятно талдыча, подымается и снова падает под ударами лома. Полностью израсходовала себя «консервативная аппаратная модель», по которой оппозиция взаимодействовала с властью, уберегаясь от прямых столкновений, отслаивая от себя пассионарных деятелей, обедняя себя идеями, поступками, формами работы в кипящей магме протеста. «Выборы против всех» - это открытие народа, который, не имея гранатометов и партизанского подполья, истребляемый со скоростью миллион русских в год, бойкотирует убивающую его, «управляемую демократию» Гусинских и Березовских. С отвращением глядит из полуголодных нор на преданное лицо Вешнякова, на изящную цветную фигурку, скользящую по солнечной горнолыжной трассе.

Мы извлечем уроки из поражения на выборах. Изменим геометрию крыла. Зальем в баки другое топливо. Станем пикировать на захватчиков под новым углом атаки.

Путину хочется на станцию «Мир»

11.04.2000

Путин первый раз президентом, и ему все интересно. Летает на истребителях, погружается на подводной лодке, стреляет ракетами. Поднялся на Ивана Великого и ударил в колокол. Сходил в Оружейную палату и примерил Шапку Мономаха. Ему нравятся царские забавы, нравится, что его повсюду пускают. Олигархи, посадившие его на престол, чтобы чем-то занять, создают потешный полк в районе Преображенской площади, эскадрилью дирижаблей в Тушине, небольшой флот на Плещеевом озере. Уже сейчас, отстранив артиста Стеклова, его начинают готовить к полету в Космос, чтобы он поселился на станции «Мир» и установил мировой рекорд пребывания на орбите.

При этом страной по-прежнему, как и при лунатическом Ельцине, правит горстка веселых, смешливых людей, придумавших и нового президента, и большой для него, сладкий, с гексогеновым привкусом, леденец.

Уже теперь, до фейерверка инаугурации, когда решено выпустить в московское небо две тысячи снегирей, пропустить по Красной площади семьсот скороходов, пронести по Москве большой зеркальный шар с артисткой Фатеевой, задействовать в песнопениях хор мальчиков под управлением Примакова и ансамбль лилипутов во главе с Лужковым, -пока ведутся эти захватывающие, придуманные Грефом приготовления, олигархи, вдобавок к нефти, прихватили весь русский алюминий. Они дернули за юбку комсомолку Матвиенко, не пустили ее в Питер, обеспечив себе контроль за будущими морскими портами, нефтяными терминалами, через которые в Европу потекут их металл и горючее. Они разработали план превращения северных ядерных субмарин в подводный танкерный флот, круглогодично доставляющий на мировые рынки их никель, алмазы, пушнину. Несколько сметливых людей заграбастали в личную собственность Сибирь. Ее реки, электростанции, железные дороги, населяющих города людей, обитающих в тайге животных. В Россию возвращается на новом технотронном витке дремучий феодализм, при котором странные человеки с недавним советским прошлым пользуются «правом первой ночи» в масштабах всей страны.

Теперь, когда выборы состоялись, полностью утрачен интерес к Чечне. Омоновцев можно расстреливать на всех чеченских дорогах. Можно отдать на посрамление отважного русского полковника. Вытащить из тайников ФСБ Масхадова, с которым, оказывается, всю войну общаются осетин Дзасохов и ингуш Аушев. А чтобы американцы умолкли по поводу оторванных детских ручонок и закрыли глаза на коррупционные скандалы, можно ратифицировать СНВ-2, оставив России пару учебных ракет для потешных запусков президента.

Есть ли в стране политическая сила, способная обратиться к народу с внятным объяснением того, что с ним сотворяют? Способна ли оппозиция достучаться к каждому человеку, живет ли он в Карачаево-Черкесском округе Березовского, в бурятском ли округе Кобзона, в Чукотском округе Абрамовича, в Ямало-Ненецком Черномырдина, в атомном Челябинске или русском Поволжье, - способны ли мы организовать отпор убиваемого народа, которого каждый год становится на миллион меньше?

Обновление наших оппозиционных усилий обусловлено именно этим. Оппозиционный политик, сидит ли он в дубовом кабинете Думы, или пишет скверными чернилами прокламацию, или добывает гроши на оппозиционное радио, или в глухой провинциальной дыре создает крохотную оппозиционную ячейку, - пусть ни на секунду не забывает страшную беду, истребляющую народ. Чувствует себя бойцом национальноосвободительной борьбы. Исповедует жертвенное, мистическое учение Русской Победы.

Без тяжелых ракет, со спидом

18.04.2000

Теперь, когда путинская Дума ратифицировала СНВ-2 и Россия осталась без тяжелых ракет, и старики-оборонщики, понимающие суть военных процессов, рыдают о погибели русского суверенитета, и старуха Олбрайт, с бриллиантовой жабой на животе, пьет сладкий настой из крови славянских младенцев, теперь, надо полагать, в повестку Думы будет внесена программа по сокращению российского населения до 50 миллионов человек. Ее, по всей видимости, внесет самая патриотическая организация «Конгресс русских общин» во главе с патриотом Рогозиным. Телевидение Русинского покажет, как процветают малочисленные народы Европы. С докладом в Думе выступит комсомолка Матвиенко и объяснит, что у оставшегося населения будут очень высокие льготы и пенсии. Министр культуры Швыдкой убедительно докажет, что элитарная культура России, стихи Бродского и музыка Шнитке, освоенные пятьюдесятью миллионами, сделают народ духовно непобедимым. Лидеры фракций Грызлов, Примаков и Явлинский призовут народ добровольно, на демократических началах, сократить свою численность, и тогда всем хватит продовольствия и жилья. Жириновский с пенкой на губах пояснит, что намеченное вымирание коснется только электората коммунистов и не затронет педерастов, голосующих за ЛДПР. Международный скульптор Эрнст Неизвестный сделает из бетонной крошки и человечьих костей памятник «Русский, отказавшийся от имперских амбиций», а поэт Вознесенский напишет эпитафию: «Им было умирать не больно. А нам так весело и вольно». После ратификации этой программы Рэм Вяхирев выделит бесплатные миллионы кубометров газа для действующих крематориев.

Ратификация СНВ-2 проведена по методикам «гексогенной демократии», проверенным на выборах Путина. Договор, столь же катастрофический для страны, как Беловежское соглашение, протаскивали сквозь Думу, как верблюда сквозь игольное ушко. Сначала Путин имитировал перед народом державное направление мыслей, заботу об армии -летал на истребителе, погружался на лодке, стрелял ракетой по Камчатке. Затем пенсионный Сергеев, попридержанный на посту министра обороны, уверял, что Россия сама по себе, без всякого договора, теряет свои ракеты. Игорь Иванов, обязанный своей карьерой звездно-полосатому Козыреву, убеждал депутатов в благотворности договора для России, Америки и всего человечества. Рогозин в русской косоворотке, поставленный на Комитет по иностранной политике, специально под ратификацию договора разыграл комедию в Европарламенте, хлопнул дверью, продемонстрировал силу и державную волю, чтобы через день в Думе ратовать за разрушение последнего оплота русской независимости. Немало избранников, новых и старых, было пропущено через душевую Волошина, где им промыли шампунем розовые, без извилин, мозги, позолотили мозолистые от подношений ладошки. Виднейшие экономисты, в очках, с хохолками, похожие на дятлов, обращаясь к голодному населению, сулили немедленные, после ратификации СНВ-2, инвестиции и займы.

Договор прошел через Думу, как пуля проходит сквозь сердце приговоренного к смерти. Коммунисты и аграрии были против. Теперь четыре года мы будем свидетелями их стоического, бесполезного для страны сопротивления.

Мы живем без Советского Союза, без коммунизма, без тяжелых ракет. Чубайс и Вяхирев создали экономику лучины и каменного топора. В Тольятти, который замышлялся как Город Солнца и цитадель советской цивилизации, разгорается эпидемия СПИДа. Горбачев создает социал-демократию. Ельцин едет отдыхать в Австрийские Альпы. Путин, опорожнив половину «ядерного чемоданчика», навещает масонскую Англию. У России нет президента.

Путин - это ПОЧИНОК

25.04.2000

Мягкий, как сапожная бархотка, Аганбегян. Дерганый, словно его укусил тарантул, Шаталин. Печальный, как древесный гриб, Абалкин. Говорливый, словно водяная струйка в сливном бачке, Шмелев. Неутомимый, как дятел, Бунич. Курчавый, будто хмель, Явлинский. Румяный, точно колобок-людоед, Гайдар. Сколько еще других, взращенных на сытных кафедрах, в хлебных институтах, в сдобных академиях, вылезли вдруг наружу и изгрызли, издолбили, превратили в гниль и труху экономику великого государства. До сих пор роются хоботками и клювами в падали, играют то костью мертвеца, то его мертвым глазом. Неутомимо бранят труп, на котором тучно кормились.

Поверим простодушно академикам-антропофагам. Согласимся, что Советский Союз имел ужасную экономику, которая и завела страну в «красный тупик». С этой «ужасной, тупиковой» экономикой страна умудрялась строить ежегодно по новому городу, окружая комфортабельным жильем завод по производству атомных реакторов, или газовое месторождение, или гигант радиоэлектроники. Она умудрялась заселять ближний и дальний Космос роботами и научными станциями. Наводняла океан лодками-гигантами. Имела могущественнейшую армию и разведку. Неутомимо прокладывала железные дороги и строила ледокольный флот. При этом ей удавалось помогать развивающимся странам на трех континентах. Создавать лучшие в мире научные школы. Обеспечивать народу бесплатное образование и медицину. Снимать кинофильмы, перед которыми бледнеют голливудские пустышки. Обеспечивать дояркам и металлургам путевки в Болгарию и Венгрию. И, дотируя республики Кавказа и Средней Азии, превратить феодальные захолустья в процветающие центры цивилизации. Эта экономика гарантировала национальный и сословный мир. Неуклонно повышала достаток людей. Создавала колоссальный задел научных открытий, технических новшеств, глобальных суперпроектов на будущий век, в котором страна не ожидала для себя Горбачева и Ельцина, родившихся из ядовитых сперматозоидов истории.

Нынешние жуликоватые портные, перелицовывающие изношенную шинельку гайдаровско-чубайсовских реформ, создали устойчивую экономику геноцида. Десять лет кряду она перекачивает все живые соки страны за кордон, вскармливая крохотную горстку бессовестных магнатов, у которых домашние мопсы едят с золотых тарелок и унитазы усыпаны бриллиантами из царских корон. Лишенный еды и врачевания, одичавший без книг и спектаклей, безоружный перед Басаевым и Олбрайт, народ превращается в тающее облако бессмысленно голосующих людей, число которых уменьшается со скоростью миллиона в год. Трясущимися от недоедания руками, путая Жириновского с Явлинским, яблоко с мухомором, медведя с кобелем, мы постоянно суем сложенные аккуратно бумажки в какие-то щели и прорези, после чего Чубайс отключает в городах электричество, Вяхирев повышает цены на газ, и врачам, тщетно стремящимся укротить туберкулез и холеру, задерживают зарплату.

Нет никакой экономической программы у Грефа. Нет никакой теории у Шаповальянца. Нет никаких внятных ответов у тошнотворно-надоевшего Лившица. Есть грабеж покоренной России, уменьшение ее населения, крики эстрадных певиц, заглушающих стон и рыдания.

Путин имитирует государственную идею. Пока народная нефть и алюминий, телекоммуникации и авиатранспорт будут находиться у Березовского, Абрамовича и Русинского, народ останется голым, государство бессильным и мопсы миллиардеров будут прогуливаться по залам Третьяковки.

Если Путин хочет наполнить казну за счет налогов с Березовского, то он Починок, а не Путин. Кстати, оба очень похожи.

Помазание Путина чем-то красным

07.05.2000

Путин положил ладонь на Конституцию, словно сунул в пасть аллигатора. Теперь эта зубастая ельцинская конституция утянет в свое голодное чрево маленького человека, не посмевшего отказаться от царского венца, упавшего ему в руки, как гнилой плод с трухлявой груши ельцинизма. Помазание среди кремлевских соборов и золотых патриарших риз, генеральских мундиров и партикулярных сюртуков, под дым холостых пушек и аплодисменты пухлых ладошек завершает грандиозный, небывалый в истории России карнавал с гексогеновым фейерверком, горящим Грозным, всероссийскими панихидами, горнолыжными трассами, ракетными пусками, рыданиями на вдове Собчака. Карнавал, учиненный пиротехниками, гробовщиками и тупейными художниками, десять лет выводившими на российскую сцену напомаженное, в белилах и румянах, туловище Ельцина.

Обряд, за которым наблюдала Россия, названный по-халдейски «инаугурацией», имеет метафизический смысл преемственности не просто государственной власти, но всего чудовищного замогильного ельцинизма. Венчаясь с Россией, Путин забирает в свадебное путешествие и кладет между собой и невестой смердящий труп, с оскаленным ртом, с выпученными червивыми глазами. Не отрекаясь от ельцинизма, беря на себя грех жуткого для России правления, Путин вливает ушат синего трупного яда в свое молодое царствование.

Теперь, прикоснувшись к прокаженным страницам ельцинского свода, Путин ответственен за Беловежский сговор и разгром СССР, за расстрел Парламента и кровь убиенных мучеников, за предательство Югославии и геноцид народа, за убиение русской промышленности и культуры, за превращение некогда мощной красной державы в бумажную салфетку Березовского. Еще недавно пустой и маленький, незаметный оперативник ФСБ, Путин раздулся и стал огромным, как дирижабль, наполненный болотным газом ельцинизма. Летит в золотых позументах, словно жуткая поднебесная рыбина, на которую снизу, задрав ошалелые лица, смотрит оглупленный люд.

Этот люд будут дурачить, произнося оды во славу России, совершая молебны на открытиях памятников князьям и царям, перенося останки Парламента в Санкт-Петербург, показывая по телевидению фильмы «Чапаев» и «Броненосец Потемкин», чествуя ветеранов Берлина и Халхин-Гола. Но при этом допилят последнюю ракету, лишат людей последних крох хлеба и толик тепла, изгонят из неоплаченных квартир в унылые, тесовые, крашенные серо-белой краской бараки, из которых тюремный архитектор построит новую столицу России - Путинбург.

Гадалка в каргопольском сельце, старая бабка, обжигающая в печи глиняных истуканчиков, сделала смешную свистульку, с длинным носиком, выпученными глазками, оттопыренными, как хоботок, губами. Дует в эту свистульку - и скисает молоко в крынках, у кошек случаются выкидыши, а на грядках родится морковь, горькая, желтого цвета, непомерных размеров, напоминающая детородный орган индийского слона.

Часть вторая. Цвет утверждения

Дзержинский против Гусинского

16.05.2000

Впервые с августа 91-го, когда сбесившиеся демократы валили памятник Дзержинскому на глазах молчащих офицеров Лубянки, организация, именуемая ФСБ, нанесла ответный, мстящий удар по главному сейфу демократии, по ее сокровенной пульсирующей матке -группе «Мост». Филипп Бобков, осуществлявший политический сыск в интересах СССР, перекупленный Гусинским вместе со всем Пятым управлением КГБ, поставил свою тайную канцелярию на службу Всемирному еврейскому конгрессу. Сегодня, когда очаровательные мужчины в черных масках, сшитых в салоне Версаче, изымают у службы безопасности «Моста» подслушивающую аппаратуру, записи телефонных перехватов, агентурные донесения шпионов Бобкова, этот престарелый господин чувствует на своем горле крепкую руку товарищей, считающих его изменником. Путин, как шпала смолой, пропитанный корпоративным духом КГБ, вскользь назвал Калугина предателем, и Бакатин, похоже, должен запросить политическое убежище в США.

Граждане, кому отвратительна антигосударственная роль «Моста», будь то прочеченская пропаганда НТВ, разлагающая окровавленную, воюющую армию, или антиправославные фильмы, оскорбляющие чувства миллионов верующих, или растлевающие, запредельные передачи Ханги, напоминающие позолоченные гениталии, -все, кому опостылел этот управляемый извне антироссийский либерализм, с удовлетворением наблюдали, как забегало тараканье племя демократических журналистов, беспощадных ко всему, что связано с Родиной. Как заверещали их собратья-сверчки в «Нью-Йорк тайме» и «Иерушалем пост». Как со всего света кинулись спасать закапанную жилетку Гусинского. Спасибо чекистам за ненавязчивый, деликатный наезд на плешивую голову своего бывшего сослуживца, ибо мы увидели, как зашевелился весь огромный прожорливый червь мирового либерализма, проточивший континенты и страны, чья голова жрет Америку, тулово душит Югославию, а хвост хлещет и жалит Россию.

Однако нас не может ввести в заблуждение честная, похожая на посмертную, маска Доренко. Этот господин еще недавно демонстрировал эфэсбэшную пленку с голым прокурором и куртизанками, а теперь возмущается «Мостом», который вторгается в личную жизнь отважных журналисток НТВ, делавших аборты от чеченцев. А что если все-таки дать ход по делу охранного подразделения «АТОЛЛ», близкого к Березовскому? Не из этого ли подразделения черпал свои разработки Доренко, когда на виду у всей России копался в грязном белье жены Лужкова, в лимфатических железах Примакова, в коммерческих и личных связях Гусинского?

Мы тайно и, быть может, безнадежно надеемся, что офицеры-чекисты, оскорбленные вмешательством в свою сферу Березовского, способного смещать начальников управлений и отделов контрразведки, менять директоров ФСБ, сбрасывать премьер-министров и отправлять в отставку генпрокуроров, отстранять и ставить президентов России, что офицеры госбезопасности не ограничатся охотой на гусей, но и начнут вязать банные веники из березы.

Старая смотрительница Выставочного зала на Крымском валу, подле которого долгие годы находится свергнутая статуя Дзержинского, рассказывает, что в период нынешних заморозков, когда земля покрывалась инеем, ночью к памятнику приезжала машина и молчаливые молодые люди набрасывали на статую, поверх бронзовой, теплую, из офицерского сукна, шинель, чтобы Феликсу не было холодно.

Губернаторами станут колоть орехи

24.05.2000

Либерализм в России уходит, как гнилая вода из залива, оставляя на отмели обломки изуродованных машин, скелеты неопознанных утопленников, хлам и смрад ельцинизма. Либералов все меньше. Все больше Кириенок и Марков Захаровых, отмывших дегтярным мылом либеральные пятна с носов.

Ельцин разъезжал по России, кидая в пасти обезумевшим от воли президентам и губернаторам ломти окровавленной страны, даря им «суверенитетов, кто сколько проглотит». И те с хрипом, давясь и отрыгивая, проглатывали заводы и месторождения, силовые структуры и прокуроров. Превращали свои территории в маленькие отвратительные царства с культом уродливого царька, тошнотворной помпой гимнов, флагов и триумфальных арок, с раболепствующей челядью и безмолвствующим, обобранным до нитки народом. Центру, чтобы найти общий язык с одной из таких территорий, пришлось дважды бомбить ее столицу, взорвать ракетой ее президента, переколотить треть ее населения.

Либералы после краха СССР хотели превратить Россию в шестьдесят Люксембургов, отдавая их парами и поштучно плотоядным соседям. Либерализм - проказа, от которой начинают гнить и отваливаться куски зараженного тела. Путин своей административной реформой желает остановить болезнь. Помещает страну, страдающую либеральной лепрой, в семь лепрозориев, где опытные врачи, в основном генералы спецслужб и герои чеченской войны, станут пришивать стране отвалившиеся руки и ноги.

Либеральная федерация, которую создавали Собчак и Старовойтова, странным образом превратилась в груду булыжников, каждый из которых являет неповторимую в своем уродстве диктатуру. Путин, позволив губернаторам проделать черновую работу по сотворению региональных сатрапий, теперь кладет эти холодные крепкие булыжники в мостовую своей государственности. Когда поедем, будет немного трясти, но дорога не провалится.

Совет Федерации будет состоять из маленьких послушных Грызловых, бегающих ябедничать к Волошину, а губернаторы и президенты вольнолюбивых республик выстроятся в приемных у московских наместников. Их не будут подпускать к Москве ближе сто первого километра, и люди забудут, как выглядят щеки Аяцкова и есть ли усы у Прусака. Территориальная целостностьРоссии сохранится без применения «Града» и штурмовой авиации. Однако беднеющий народ не почувствует этих благих перемен. Станет петь унылую песнь Березовского на слова Грефа в обработке Касьянова, чувствуя на себе спокойный, чуть холодноватый взгляд полковника Путина.

Вся эта революция в лампасах может кончиться дикой путаницей и неразберихой, как совнархозы Хрущева. Или на стадии голосования застрять в Совете Федерации, натолкнувшись на сдвинутые животы губернаторов.

Так или иначе, но страну помещают в поролоновый чехол, застегивают длинную молнию от Смоленска до Владивостока, кладут на каталку и куда-то везут. Быть может, на опознание. И мы в чехле, чуть подпрыгивая на булыжной мостовой, задаемся извечным русским вопросом: «Кто мы?.. Что нам делать?.. Куда нас, простите, везут?..»

Путин нес чемодан Клинтона

06.06.2000

Пролетая над Россией, Клинтон выглянул в иллюминатор и сказал: «Красиво. Похоже на Уганду».

Когда он шел от «линкольна» в пятизвездочный отель на Тверской, Путин нес ему чемодан. Лучшие перья либеральной журналистики, лауреаты премии «Тэфи», описывали туалет в номере Клинтона, показывали его тапочки и бандаж с подогревом. В номере его ждал сюрприз - надувная Моника Левински, изготовленная на бывшем ракетном заводе, построившем когда-то «Буран». Фракция «Яблоко» получила эксклюзивное право на употребление использованных Клинтоном зубочисток. Актрисе Фатеевой была обещана простыня из постельного комплекта президента, из которой та решила сшить вечернее платье.

Гитлер тоже прилетал на оккупированные восточные территории, под Винницу, где с интересом рассматривал покоренных славян.

Американскому президенту показали, как работает запущенная маршалом Сергеевым лесопилка, на которой распиливают тяжелые русские ракеты. Рассказали, как вырос при Касьянове российский бюджет, достигнув уровня штата Алабамы. Игорь Иванов, с орхидеей в петлице, подаренной Олбрайт, поведал, как Прибалтика и Украина, при поддержке российского МИДа, движутся в НАТО. Умный Караганов, по прозвищу Страусиное яйцо, подтвердил, что Россия выполняет поручение Америки, поссорилась с мусульманским миром и ведет войну по всей дуге нестабильности. Швыдкой в звезднополосатом трико, снявший фильм о голом прокуроре, объяснил Клинтону, почему русские разлюбили, наконец, свои нелепые романсы и оперы, изнурительных Есенина и Достоевского и полюбили крутого Уокера. Матвиенко, в чьих васильково-комсомольских глазах до сих пор стоят слезы по жертвам Холокоста, подтвердила, что в России действительно стало больше могил, но зато они стали опрятнее.

Русский народ со своих огородов, где академики и литераторы выращивают редиску, чтобы не помереть с голода, смотрел на самодовольное американское ничтожество, которое считает себя лучшим человеком земли. Его бомбы взрывали школы, госпитали и монастыри Югословии. Джазмен-самоучка, он давал пососать свой саксофон похотливой толстушке в кабинете Белого дома. Он обернул земной шар, как селедку, в один огромный фальшивый доллар. Создал цивилизацию Микки-Мауса, в которую, как в разноцветную ядовитую пену, опускает мировую культуру.

Со своих огородов, поливая укроп и морковку, русский народ наблюдает «пятую колонну» России, которая сделала Родину слабой, постелила ее, как половик, под штиблеты Клинтона. Им нет числа, лукиным и арбатовым, Киселевым и Гусинским, доренкам и березовским, чья распря смехотворна, чья древняя дружба, скрепленная оттиском черного перстня, нерасторжима. Прибыл их Князь, их Тайный Повелитель, и они встречают его с религиозным трепетом.

Однако мир не таков, каким его показывает Си-эн-эн.

Россия - свет мира. Сотворенная из иных, нежели Америка, энергий, она задумана Творцом как Родина Любви, Красоты и Добра. Неистребима, как Полярная Звезда и созвездие Большой Медведицы.

Униженная в конце XX века, она сделает и новый, XXI, - «Русским веком». Одержит, как и в уходящем столетии, мистическую «Русскую Победу». В нас нет уныния, а есть знание своей предначертанности. С нами икона Казанской Божьей Матери, икона Сталинграда, икона горящего Дома Советов.

Прополов и хорошенько полив овощи на своих огородах, группа русских инженеров, конструкторов и военных осуществила недавно запуск сверхновой, сверхзвуковой крылатой ракеты. Предназначенная для истребления американских авианосцев, неуязвимая для ПВО противника, ракета совершила витиеватую, похожую на строчку глаголицы, траекторию и точно поразила морскую цель. О чем, сделав ужасные глаза, шепнула на ухо Клинтону испуганная женщина-госсекретарь.

В дом либерала стучится Берия

27.06.2000

Нет ничего аморальнее и губительнее либерала, конкретно взятого, с сигаретой Елены Боннэр, с заиканием Сергея Ковалева, с бородкой Глеба Якунина, с ухмылкой Юшенкова, с оскалом Альбац, с миллиардами Гусинского, с ликом Явлинского, похожего на фальшивый купон.

Под музыку «либеральных реформ», прилипчивую, как свадебный марш Мендельсона, совершались все неслыханные злодеяния последних времен. «Освободили» от Советского Союза Туркмению, Казахстан и Прибалтику, сформировав там средневековые и фашистские государства, отдав миллионы русских в рабство «либералов в чалме». Разгромили КГБ, набив Россию, как рыбу-«фиш», агентами США и Израиля. Провозгласили «либеральную экономику», породив свирепую банду банкиров, посадив остальной народ на жмых и лебеду. Дали свободу вероисповедания, посеяв чуму сатанинских сект. Насаждали свободу нравов, а получили скотоложество. Скармливали региональным кашалотам суверенитеты, но пришлось три раза бомбить Чечню. Отстояли «свободу слова», а хлебаем телевизионное пойло, приготовленное по рецептам Всемирного еврейского конгресса.

И при этом никто из либералов на своих «Тэфи», банкетах и презентациях не заступился за безработный, вымирающий, рыдающий народ. Никто не швырнул в лицо Ельцину окровавленную рубашку убитого им ребенка. Не плюнул в глаза Грачеву за танки, из которых тот расстрелял парламент. И только все тот же Явлинский, надоевший, как тусклая клякса на стене, стал сдержанно, в интересах своего лживого движения, говорить о государственном перевороте 93-го года, словно мы забыли его людоедские призывы в расстрельную ночь октября.

Либерализм - это богатство и власть единиц, смерть и нищета народа, шизофреническое расслоение сознания для «:обкуренных» одиночек. Инфицированный либерализмом интеллигентик, бывший советский инженер, оставленный «гориллами либерализма» без интересной работы, без космических запусков, без лабораторий, без осмысленного служения науке и Родине, ободранный, как липка, в провисших штанах, с урчанием в пустом желудке, с гнилыми обоями в своей тараканьей квартирке, экономит месяцами на хлебе, а потом идет на концерт любительской песни Дольского протестовать против тоталитаризма.

Сегодня страна, спущенная с дыбы ельцинизма, пытается вправить вывернутые либералами суставы. Загнать в стойло росселей и аяцковых. Приколотить наспех, гвоздями оторвавшийся кусок Кавказа. Накинуть намордник на цэрэушные СМИ. Отобрать у киллеров и банкиров алюминий и никель. Подвергнуть реабилитации в бутырском СИЗО олигархов, ошалевших от воровских миллиардов. Вычистить из ФСБ предателей, вернув офицеру безопасности роль весталки у немеркнущего огня государственности.

Либералы воют, как ведьмы на Лысой горе, которых перекрестил наперсным крестом православный священник. Поднялись над Русью, затмевая солнце, пачкая своей белесой гадостью церковные купола, памятники, крыши городов, кроны деревьев, шляпы респектабельных граждан. Особенно достается памятникам Достоевскому на Божедомке, Жукову на Манежной площади и Дзержинскому на задворках Дома художников. У последнего ветераны госбезопасности выставили пост, и участники штурма Дворца Амина двустволками и хлопушками отгоняют сбесившихся либеральных пернатых.

Странным кажется выступление коммуниста Кравца, который лобызался с Гусинским и намерен сражаться в одном ряду с Явлинским и Хакамадой за «либеральные ценности», организовать единый «антифашистский фронт от Чубайса до Зюганова» против Гитлера -Путина.

В стране идет мучительное создание новой идеологии, перестраиваются эшелоны власти, переформировываются социальные группы. Следует быть зорким, нравственно чутким, политически прозорливым, чтобы в один прекрасный момент не оказаться в мошонке у олигархов, не получить оплеуху от оскорбленного трудового человека России.

Сколько стоит скелет губернатора?

04.07.2000

Когда косят луг, траву жалко. Когда убивают китов, полосатиков жалко. Когда нефтяное пятно заливает птичий базар, чаек и пингвинов жалко. Когда Путин разгоняет Совет Федерации, губернаторов не жалко. Их все не любят, уж больно противны. Народ не любит, потому что наврали с три короба на выборах, захватили губернии и жрут, как гусеница капустный лист. Дума не любит, потому что, надменные и чванливые, дробили все выстраданные Думой законы. Журналисты не любят, потому что скрутили голову прессе, невежественные и наглые, как Аяцков, несут безнаказанно пошлость и чушь. Олигархи не любят, потому что нефть, алюминий, сталь, дальневосточные крабы и сибирский лес пополняют бездонную мошну губернатора, и те не делятся. Власть не любит, потому что в пору своей слабости, когда она мочилась под себя и проносила ложку мимо слюнявого рта, губернские хамы пинали ее, выносили из Кремля: кто золотой кубок, кто суверенитет по-татарски.

Теперь власть помолодела, не досчиталась в ризнице дорогих кафтанов и шапок, увидела молодцев, разгуливающих по базару в царских одеждах, и послала к ним опричников. Шесть генералов и маленького садиста. Все с серпами. Для чего серпы, первым догадался Строев. Но поздно. Отрежут у него вялую ботву, потому что клубни давно отрезаны.

Либералы Егор Яковлев и Юрий Любимов, осыпанные перхотью перестройки, отпевают

Совет Федерации, пугая диктатурой. Десять лет у них на глазах существовал режим, при котором разгромили Советский Союз, передали несметные богатства народа кучке гадов, напустили цэрэушников в министерства и штабы, расстреляли из танков Парламент, своевали две кровавые чеченские войны, выбрали на второй срок маразматика и пропойцу, затравили народ выборами, каждый раз подбрасывая в урны половину фальшивых бюллетеней, осквернили святую Победу, закупорили рот русским, выпуская от их имени Хангу с золочеными гениталиями. После этого - какой диктатуры бояться?

Если на флагштоке Совета Федерации вместо сепаратистских флагов Путин насадит головы губернаторов, то народ будет равнодушно торговать под ними редиской и семечками, поясняя заезжему депутату Европарламента: «Эвона, который с усами, летчик, - как колобок, всех накалывал, а теперь и его накололи!.. А левее, через две головы, глазки щелочкой, в шахтерской каске, - от коммунистов сбежал, да не добежал!.. А вон тот, в тюбетейке, нос кумысом испачкан, - большой был хан, да неловко пошутил с президентом!..»

Все это по-человечески понятно. Печальное похрюкивание губернаторов. Слезы в непонимающих коровьих глазах Строева. Утонченное сладострастие Хакамады, напоминающей римлянку в Колизее перед началом большого убийства.

Перфорированный Доренко, сквозь каждую дырочку которого виден Березовский. Депутаты «Единства», одинаковые, как отпечатки президентских тапочек. С губернаторами, в этой их уродливой разновидности, придется проститься, как простились когда-то с большими прожорливыми рептилиями, которые погибли в одну ночь, когда над землей пролетел раскаленный болид. Палеонтолог будущего из косточек Росселя, волосиков Прусака, зубов Лебедя, кожных чешуек Титова, собирая нечто коллективнобезобразное, воссоздаст образ губернатора ельцинско-каменноугольного периода и выставит эту тварь в Парке культуры и отдыха.

Нам же следует угадать: для чего власть, безнаказанная, неограниченная, свободная от морали, от угрызений совести, глухая к увещеваниям пастыря, равнодушная к рыданиям народа, зачем эта власть обрубает собственные щупальца, которые запустила во все регионы, превратив Россию в дом осьминога?

И начинает мерещиться нечто ужасное. Пострашнее, чем продажа русских земель арабским шейхам. Или безвозмездная уступка Байкала Израилю. Или изъятие урана из всех ракет и подводных лодок и передача их фонду Сороса на вывоз. Этот ужас невыносим для простого смертного. Его нельзя угадать по сбивчивым словесам Грефа или обтекаемым заявлениям Касьянова. Его можно почувствовать, если поймешь, о чем думает мертвая голова губернатора, насаженная на копье перед зданием Совета Федерации.

С этим ужасом последних времен сражается немощный старец Иван Крестьянкин в келье Псковско-Печерского монастыря.

Если тронете Путина, врежем!

11.07.2000

Путин зачитал свое послание к Федеральному собранию. Было тихо. Золотился орел. Что-то блестело на носу у Строева, то ли слеза, то ли сосулька. Грозно, как купол планетария, возвышался череп Шандыбина. Замерли четки в руках у Шаймиева. Фракция «Единство» делала вдох и выдох по счету «раз-два». Впервые за десять лет от лица Президента говорил человек. Не было звероподобных гримас. Слушатели не дождались рыка, в котором существо с кровавыми белками отхаркивало советскую эпоху. Невысокий изящный человек делился идеями, которые могли родиться в голове интеллектуала, управляющего своими эмоциями и мыслями, владеющего лексикой командира и аналитика. Было сказано нечто ошеломляющее, доселе звучавшее только со страниц оппозиционных газет, а теперь произнесенное первым лицом государства.

Нам сообщили, что народ вымирает, как при геноциде, и через десять лет нас станет в семь раз меньше. Россия ослабела, как зэк, на котором десять лет демократы возили мертвые камни. Региональные псы разорвали страну, как лоскутное одеяло, и ее приходится сшивать в Чечне орудиями залпового огня. Продажные СМИ, как грифы, поедающие человечину из рук олигархов, доклевывают государство. Еще немного таких «реформ» - и Монголия будет присылать нам советников, а русские роженицы, у которых отобрали детей, станут вскармливать своим молоком породистых щенков Оклахомы.

Президент произнес слова, которые действуют на подсознание русского. Родина. Государство. Народ. Национальные интересы. Отечество в опасности. Дорогие братья и сестры. Враг будет разбит. Победа будет за нами. Впервые людям, наевшимся «лебеды общечеловеческих ценностей», показалось, что из их печени вынули гвоздь, и вместо изнуряющей боли они почувствовали прилив бодрости. Им предложили соединиться не в «Движение обманутых вкладчиков», не в «Партию любителей пива», а в народ, поднявшийся во имя спасения России.

Сказав все это, Президент начал объяснять, как с помощью либеральной экономики, сохраняя нефть, водку, алюминий, сталь, лес и все остальное национальное богатство в руках интернациональных ворюг, - как с их помощью сделать народ богатым, а Россию сильной. На минуту возникло ощущение, что учитель взял в руки влажную тряпку и стер с доски первоначальную, сделанную красивым почерком надпись. И нарисовал Грефа, Чубайса, Гайдара, Ясина, Шаповальянца, Немцова, Хакамаду, спирохету, палочку Коха, инфузорию-туфельку, вирус СПИДа, возбудителя сибирской язвы, сине-зеленую водоросль, раковую клетку, печень таракана, яйцо мухи и соринку на носу у Строева, которая оказалась крохотным метеоритом, прилетевшим из другой галактики.

И возникло щемящее чувство. Стало жаль Президента. Жаль себя. Жаль двуглавого орла, позолоченного Павлом Бородиным. Жаль носа Строева, ставшего мишенью метеоритов. Хотелось посмотреть на тех ловкачей, которые отняли у Президента вторую часть его торжественного, с нарядными буквицами Послания и всучили свои страницы, написанные ловкой скорописью, справа налево. И хотелось крикнуть: «Не трогайте Президента!.. Не смейте обижать маленьких!.. Вот вырастет, тогда вам задаст!..» Захотелось взять Президента в ладонь, как озябшего воробья, и внести в тепло, в дом, где перестанет нападать на него лютая свора губернаторов, свирепая стая олигархов, разъяренные журналюги с оскалом Доренко и загривком Киселева, страшные одноногие ваххабиты, американская сова Олбрайт, вылетающая по ночам полакомиться славянской кровью.

Хотелось обратиться по ОРТ к нации: «Народ, встань на защиту своего Президента!» Но народ не встанет. Слишком холодно и темно в обесточенных городах. Слишком дороги газ и электричество. Нечем платить за квартиру. Не на что купить анальгина после просмотра передачи Сванидзе. Не на что купить бензина на заправках ЛУКОЙЛа. Не на что похоронить саратовскую бабу Нюру, исправно голосовавшую за Ельцина, а теперь, после клинической смерти, проголосовавшую, если верить Аяцкову, за Путина.

И только газета «Завтра», которую не кормит «Газпром», ненавидит Гусинский, объезжает за сто верст Березовский, сидя верхом на Невзорове, - только наша романтическая газета, очарованная первой частью президентского послания, защищает его от враждебного мира, куда, не все до конца продумав, сунула его ФСБ.

Железно-деревянный Путин

18.07.2000

Россия - улей, на который напали осы-разбойницы. Убили плодоносящую матку, сожрали мед, украли воск, изгадили жилище, оставили по углам нечистоты, трупы убитых пчел, огромного, отечного трутня, едва шевелящего гнилым туловом, остатки былой многошумной семьи, когда-то богатой и трудолюбивой, а ныне голодной, сонно и вяло ползающей по разоренному жилищу.

Путин - тот, которому дан в управление этот дырявый, открытый дождям и заморозкам, с пустыми сотами, улей. Ему - чистить, вытряхивать трупы, сберегать остатки еды, оборонять дом от прожорливых хищников, лепить заново соты, взращивать матку и при этом подкармливать огромного, зловонного трутня, которого, если умертвить уколом в распухшую голову, то из него изольется столько смердящего яда, что тут же вымрут остатки семьи.

Именно наличие этого уродливого, перекормленного, отекающего нечистотами паразита, который сожрал все живые силы народа, осквернен всеми возможными пороками и грехами, наличие в сегодняшней русской жизни тухлого ельцинизма - делает правление Путина двойственным и размытым, а его самого нецелостным, железнодеревянным, как ружье, у которого приклад железный, а ствол деревянный.