S-T-I-K-S. Нолд

-Что с нами будет, лейтенант? Уйдем отсюда. Есть у меня на примете пара стабов, дальше к северу, в которых мы можем обосноваться. Хотя бы ненадолго. А там, проблем насущных у нас выше крыши. Буду искать способ перезаряжать энергоблоки местными источниками электроэнергии и пытаться впихнуть местную пищу в капсулы, после тщательной стерилизации. Это довольно сложные задачи, но и интересные.

-А как быть с этим местом?

-Да никак. Заберу то, что мне понадобится, а остальное взорвем к чертовой матери. Пусть уж лучше завалено будет, чем достанется вражинам.

Обсуждение дальнейших планов группы, и самого Андрея, затянулось до глубокой ночи. Выйдя из «штаба», Свиридов направился прямиком в казармы, как называли местные бойцы и техники то самое жилое строение, в котором он шарился в первый свой визит сюда. Завалившись в одну из комнат, на полу которой лежала куча свежего сена, Андрей растянулся на импровизированной постели. Разумеется, костюм гасил ощущения, и саму траву он почувствовать не мог, однако такая странная тактильная изоляция неплохо развивает фантазию. Он почти смог почувствовать, что лежит прямо на ней. Смежив веки, он погрузился в сон. Беспокойный, наполненный странными сновидениями, но сон, дарующий покой усталому телу.

Ему снился бескрайний сосновый лес. Он шел по нему, вдыхая непривычно чистый воздух, совершенно не царапавший гортань и легкие. Одурманивающий смолистый запах витал среди многообхватных стволов. Андрей шел по лесу, и слышал шуршащую под его ногами старую хвою, сброшенную могучими деревьями. В лесу было тихо. Не было слышно пения птиц, и даже ветер безмолвствовал, почти не существуя в этой обители покоя и мира. Человек наслаждался первозданной природой. Она питала его, и давала ему силы. На грани слышимости раздался хруст. Андрей резко обернулся, и увидел молодого оленя. Животное стояло, испуганно глядя на человека. В душе Андрея начало просыпаться нечто. Он хотел, нет, он жаждал догнать этот сгусток плоти, внутри которого пульсирует так им желанная красная жидкость, источник самой жизни. И он побежал. Олень спасался от него крупными скачками, но Андрей, непонятно почему, да и не волновало его это, несся ничуть не уступая, и даже потихоньку нагоняя свою… жертву? Да, жертву, ведь он охотник. Настоящий охотник, предназначение которого отнимать жизнь, во имя жизни. Рывок за рывком, он настиг оленя, и со всех сил ударил его сжатым кулаком, повергая на землю. Раздалось громкое урчание. Сам не зная почему, Андрей испуганно отпрянул, и начал озираться, однако когда взгляд его упал то место, где только что лежал олень, он увидел его. Огромного элитника, уродливого и излучающего опасность всем своим существом. Страх на секунду сковал его тело, но усилием воли он разорвал эти оковы. Он охотник, и даже элита станет его добычей, жертвой на алтарь существования. Андрей бросился вперед, и элита повторила его действия, несясь на него всей своей огромной массой. Раздался оглушительный звон, и вокруг разлетелись осколки стекла. Андрей пошатнулся, видя перед собой рассыпающееся на мельчайшие фрагменты зеркала, в котором отражалась удивленная и растерянная морда монстра. Его морда. Мир погрузился во тьму.

Тьма быстро сменилась светом. Андрей шел по немного знакомому ему коридору. Коридору, ведущему в контрольный пункт штаба на летающей крепости. Дверь была открыта, и Андрей беспрепятственно вошел внутрь. По белым стенам всюду были рассеяны брызги крови. Круглый стол, за которым сидел десяток людей, она покрывала еще гуще. Разорванные беспощадными, точными выстрелами головы, внушали страх и отвращение. Соколов стоял во главе стола, прислонив ствол к последнему живому человеку. Полковнику Березину. Жирная морда того сотрясалась в беззвучных рыданиях, а по парадным белым штанам растекалось желтоватое пятно. Высшее должностное лицо базы обмочилось, видя упершийся ему в лоб ствол винтовки. Андрей хотел окрикнуть Соколова, но тот сам повернулся к нему. В сухих глазах капитана стояли слезы, спрятавшиеся глубоко в недрах этих серых омутов.

-Во имя необходимости.

С этими словами, Соколов выстрелил. Пуля превратила голову полковника в кровавое месиво, а мир уже вновь начинал меняться, рассыпаясь вокруг невесомым песком. Андрей стоял в месте, в котором он ни разу не был. Да и был ли «он» Андреем? Серые невзрачные коридоры, с нарисованными через каждые несколько шагов знаками биологической опасности. Камеры, с запертыми в них зараженными, одурманенными и беспомощными. Вскрытия, кровь, грязь, вонючая жижа. Горки споранов, горошин, и даже жемчуг, валяющийся никому не нужным хламом. Сложные машины синтезируют то, чего не должно быть в природе. В огромном аквариуме плавает что то жуткое, противоестественное для их родного мира. Скреббер, а точнее его голова, как услужливо подсказывает память. Около аквариума, спиной к Андрею, стоит человек в белом защитном костюме. Он медленно поворачивается, и Андрей видит белую маску, так ему знакомую. И в то же время другую. Эта явно не является декоративным элементом. Осторожно встроенные фильтры, линзы. Это сложное устройство, защищающее своего владельца. Человек начинает говорить, но большую часть его слов словно пожирает сам воздух. Порыв странного ветра доносит часть фразы.

-…принести огонь жизни, избавляющий от страданий, во имя необходимости…

Все вокруг бледнеет, словно обращаясь мутным толстым стеклом. Андрей ворочается, пытаясь вырваться из него, но лишь сильнее загоняет себя в ловушку. Он видит странных жучков, копошащихся в этом пространстве, и понимает, чем они являются. Наномашины. Крохотные устройства, циркулирующие в крови. Они начинают расти, и становятся все больше и больше. В таком огромном виде они выглядят устрашающе, словно боевые машины. Они бродят вокруг него, едва не давя огромными лапами. Вокруг стоит непрекращающийся гул, и Андрей понимает. Понимает, что это не просто гул. Огромные наномашины общаются друг с другом, с невероятной скоростью передавая информацию. Одна из них замечает его, мечущегося меж их ног, и резко бросается вперед. Челюсть-манипулятор хватает Андрея, и начинает грызть его. Течет алая кровь, и он понимает, что его вот вот разгрызут на две половины. Но почему ему это так безразлично? Он падает вниз, порванный на две части, и видит как плывет видение, казавшееся таким реалистичным.

С грохотом, более подобающем консервной банке, Андрей падает на асфальт. Вокруг него город, тот самый, где совсем недавно он был. Город, откуда он забрал калифорний. Мясорубка. По чистым спокойным улицам неспешно шли немногочисленные прохожие. Водители, на до смешного беспомощных машинках, не обращая на него никакого внимания ехали мимо, проезжая прямо через его иллюзорное тело. Голуби с громким шелестом, перекрывающим гудение человеческого муравейника, слетелись на рассыпанное какой то старушкой пшено. Мир. Покой и мир. Жизнь нормального мира. С небес светит яркое Солнце, настоящее Солнце, а не жалкая пародия Стикса. Это настоящий мир. Не его, не Андрея, но мир. Какая то неясная тень легла на эту идиллию. Небеса потемнели, и Андрей поднял глаза наверх, наблюдая за темным покровом, накрывающим мирные улицы. Полоса белесого тумана опускается вниз, и через нее просматривается что-то. Нечто неясное, но вызывающее тревогу и страх. Будто гигантская фигура, рассматривающая свои очередные игрушки через эту белесую завесу. Безумное божество, не менее безумного мира. Туман расплывается по улицам, резко меняя картину. Это вновь Мясорубка, на сей раз «настоящая». Мясорубка Стикса, наполненная кровью и разрушениями. На улицах уже не осталось зараженных, они все или мертвы, съеденные своими же товарищами, или разбрелись в поисках пищи. По мертвой улице мертвого города идет человек в черном плаще и маске. Он идет неспешно и неторопливо, словно прогуливаясь у себя дома. Андрей догоняет его, ощущая сжимающие сердце стальными тисками гнев и обиду. Он хватает незнакомца за плечо, и разворачивает к себе безмятежную маску. В ту же секунду незнакомец, не медля ни секунды, вонзает ему в шею длинную иглу инъектора, заполненного какой-то мутной жижей. Раздался тихий, печальный голос.

-Сделай то, что должно.

Глава 18. Дуэль.

Андрей проснулся, какой-то частью сознания все еще пребывая в кошмаре. Этот сон был очень странным. Настолько красочных снов ему, пожалуй, не снилось уже несколько лет, с тех самых пор, как он отправился на Стикс впервые. Сон был столь яркий, что смешался с реальностью, и до сих пор не хотел отпускать попавший в его сети разум. Кто-то шумел, совсем рядом, и тряс его за плечо. Андрей сосредоточился, окончательно приходя в себя, и увидел лицо неизвестного ему бойца, пытавшегося до него достучаться.

-Лейтенант, проснитесь! Пожалуйста, поторопитесь, капитан Горский просил вас срочно подойти в штабное помещение.

До штаба добрался быстро. Михалыч, и еще один мужчина, в боевом костюме, нависли над расположенной на столе панелью. Когда Андрей вошел, механик поднял на него взгляд, кивком приглашая к обсуждению.

-Обложили нас, Андрей Палыч, обложили. Вот сучьи дети. Смотри на это, – Михалыч ткнул пальцем в панель, выделяя несколько групп красных точек, - осторожно обложили, грамотно. Минимум сотня обнаруженных системой вражеских целей, пятьдесят на дороге, двадцать пять на восточной стороне, двадцать пять на западной. И на южной стороне, один.

-Один? – переспросил Андрей, недоуменно взирая на одинокую красную точку.

-За что купил, за то и продаю. Карту и сам прекрасно видишь.

-Мы, считай, покойники, - до того молчавший солдат печально тыкнул в карту, указывая перемещающиеся по поселку зеленые точки их бойцов, - двенадцать стрелков в силовых костюмах, пять техников и два пилота оставшихся платформ. Да они нас просто мясом завалят, при желании, тут без вариантов.

-И что ты предлагаешь, - механик угрожающе нахмурился, - в переговоры вступить? А они вообще ведут переговоры? Не слышал что то о таком чуде. Вот то, что попавших к ним в плен никто вживых еще не видел, это слух вполне актуальный. Нет у нас выхода. Или сейчас будем подороже продавать свои шкуры и, может быть, чем черт не шутит, пока бог спит, еще победим. Если сдадимся, скорее всего погибнем, или того хуже.

Все трое промолчали. Они прекрасно знали, что может быть хуже смерти. Этот кошмар всегда был рядом. Растворенный в смертоносном воздухе Стикса, способный уничтожить в человеке саму его бессмертную душу. Не говоря уже о ужасных метаморфозах тела. В кратчайшие сроки был составлен план обороны. Защищать решили склад, рядом с платформами. Он был не слишком большим, и состоял из одного вытянутого этажа, по верхней части которого шла галерея, с прекрасным обзором и многочисленными узкими окнами. Все бойцы, кроме одного, распределились по первому этажу, заколачивая узкие окна и оставляя лишь бойницы для себя. Впрочем, любое серьезное вооружение все равно прошьет насквозь эти хлипкие стены. Оставшийся боец присоединился к Андрею на верхней галерее, в качестве снайпера. Профессор и его техники загнали внутрь склада танк, и засели в нем, готовые сметать всех, кто попытается ворваться внутрь. Пилоты закрепились в своих платформах, окутавшихся многослойными щитами. На их совести была защита целого фланга, огнем автоматических турелей и главных орудий. Все замерло, в тревожном ожидании.

Андрей всматривался в лесок на вершине холма, где не так давно сидел он сам. Кто бы мог подумать, что теперь там будут сидеть его враги. Вскинув «Гадюку» он занялся осмотром местности, не особо то и нужным. Датчики все еще исправно фиксировали движение противника, помечая его на перенесенной в танк карте. Предвкушение безнадежного боя действовало на нервы. Андрей уже решил, как поступит в случае, если положение станет совсем безвыходным. Все просто. Он заранее соединился со станцией связи танка, и приготовил сигнал, по первой команде готовый отправиться на пусковые установки Немезиды. Сигнал, правда, не очень приятный. Вызов огня на себя. Все равно, если он умрет, файлы из костюма скорее всего выловят, и удаление обычными методами тут не поможет. Так зачем давать врагу такой сильный козырь против возможной карательной миссии из родного мира?

Все началось неожиданно. Андрей увидел, как по склону холма в его секторе скользят черные тени. Вскинув винтовку, он выстрелил в одного из противников, который находился выше остальных, и тот упал, покатившись вниз, прямо под ноги своим товарищам, сбивая некоторых с ног. Еще выстрел. Новая фигурка кувыркаясь летит под откос. Словно в тире. Но Андрей четко понимал что это не надолго. С другой стороны галереи раздаются выстрелы его напарника. Достигнув подножия холма, противники рассеялись по пространству, скрываясь за сооружениями. Аналогичное, видимо, происходило со всех сторон, кроме той самой северной. Одинокая красная точка не двигалась, словно наблюдающий за битвой полководец. А может, это и есть полководец?

Раздался многоголосый грохот, и по силовым экранам костюма застучали вражеские снаряды. Андрей на секунду обрадовался, подумав было, что враг опять вооружился только второсортными стрелялками местных кластеров, но следующий удар оказался на удивление сильным, едва не отбросив Андрея с галереи вниз, через ржавые перила. Экраны протестующе загудели, с трудом отражая новые заряды, вонзавшиеся в них. Винтовка! Пусть и не такая сильная, как у него, но недооценивать ее возможности не стоит. Активировав маскировочные модули, Андрей спешно сменил позицию. Вражеские стрелки заняли соседние строения, и уже начали активную перестрелку с защитниками первого этажа. Иногда стреляли и по галерее, видимо для острастки. Воздух гудел от разрезающих его зарядов и жужжащих кусков свинца, пытающихся унести чью то жизнь. Андрей стрелял, почти не целясь, иногда попадая, а иногда лишь впустую расходуя энергию. Где то сбоку стрекотали турели платформ, поливая врагов смертоносным градом. За то направление опасений не возникало. Стены дрожали, распыляясь фонтанчиками бетонной крошки. Взрывались импульсные мины. Ни одна из сторон не могла взять верх в этой перестрелке. Масочников было много, очень много. На каждого бойца Михалыча приходилось по восемь или девять вражеских бойцов, но они были слабо вооружены, в отличие от облаченных в костюмы защитников. Свиридов всерьез начал думать, что победа будет за ними, и они смогут… По системе связи раздался встревоженный голос Михалыча, обращающийся к нему.

-Андрей, север! Единичная цель пришла в движение. Нет, она исчезла, быстр…

Связь затихла. Передатчик работал, но Андрей ничего не слышал, словно погружаясь в густой кисель. Мир вокруг замедлился. Ощущение было до боли знакомым. Нечто подобное происходило с ним во сне, но тут оно было почти реальным. Осязаемым. Андрей стоял посреди галереи, тряся головой в шлеме, и стараясь сбросить это наваждение. На галерею вскочил масочник. Именно вскочил, прыгнув на десять метров вверх, и легко перемахнув через перила. Андрей навел на него винтовку, и выстелил. Мимо. Враг, будто совершая какой то замысловатый танец, уклонился от выстрела. Раздался хриплый, булькающий смех.

-Вот мы и встретились. Как спалось, господин Свиридов?

-Откуда вы меня знаете? – Андрей чувствовал как загустевший воздух выпивает его силы, - Кто вы такой?

-А какое это имеет значение?

Масочник подошел вплотную к Андрею, отклонив его винтовку в сторону. Андрей с трудом шевелился, пытаясь оттолкнуть его, но ничего не выходило. Незнакомец схватил его за шею, приподнимая массивный костюм в воздух так, словно он, как и сам Андрей, были из картона. Бросок, и Андрей летит. С силой ударяясь о плиты крыши и выбивая из них искры. Масочник прыгает следом.

-Это все не важно, господин Свиридов, совершенно не важно. Важно лишь то, что вы еще живы, и можете продолжать борьбу.

-А сами то, - Андрей с трудом поднимался с земли, - ваши бойцы умирают один за другим. Долго ли вы сами сможете так воевать?

-Бойцы? – удивленно вопросил незнакомец, - А, эти пешки. Что же, если им суждено умереть, пусть умирают. Однако уверяю вас, уважаемый, что если они захотят, от этого здания ничего не останется, вместе с его защитниками. Однако, выход есть. Сразитесь со мной, Андрей.

-Сразиться? Зачем?

-Опять глупые вопросы, - раздраженно махнул рукой масочник, - сразитесь со мной, и если будет воля Стикса, вы все узнаете.

Андрей встал, и посмотрел на незнакомца. Тот стоял на другом конце крыши, и внимательно смотрел на него. Или не смотрел. За прорезями маски, в ночном полумраке, разглядеть ничего не выходило. Сразиться? Он хочет драки? В нутре Андрея начала разгораться долго сдерживаемая ярость. Ярость, на этих уродов, уничтоживших сотни бойцов базы, выжегших ее до основания, и продолжающих преследовать немногочисленных выживших. Раз хочет, значит сразимся. Заметив, как Андрей поднимается, держа двумя руками свою винтовку, незнакомец снова расхохотался.

-Ну что же, боевой настрой у вас, я вижу, есть. А теперь, позвольте и мне стать серьезным.

Масочник резким движением выдернул из ножен, которые Андрей почему то не заметил раньше, длинную изогнутую саблю. С саблей? Против бойца с виброклинком и винтовкой? Андрей на секунду усомнился в здравомыслии этого странного человека. Но было в этой сабле нечто страшное, внушающее опасение. Ночной режим визора показывал ее сиреневое, переливающееся различными оттенками лезвие. Это явно была не одна из игрушек, лежавших пачками в арсенале базы. Андрей посмотрел на свою винтовку. В качестве оружия дальнего боя она сейчас бесполезна. Но что там про остальные функции? Их он еще не пробовал в деле и, похоже, наступил подходящий для этого момент. Масочник с невероятной скоростью, превосходящей даже наступающего элитника, ринулся вперед. Клинок в его руках парил, образуя сплошную сетку из разрезов. И ударился об щит, созданный винтовкой. Несмотря на защиту, Андрей почувствовал весь вес этих беспощадных ударов. Спасти от них могут только энергетические модули. Сама броня может и не выдержать, и тут-то ему и наступит конец.

Масочник атаковал непрерывно, вынуждая Андрея уходить в глухую оборону, и все дальше отступать к краю здания, под пули своих союзников, иногда ударявшие в стену. Почти что чудом выцепив крохотную паузу между атаками, Андрей запустил функцию ближнего боя винтовки. Те странные стержни, окружавшие ствол, назначение которых было ему ранее непонятно, окутались электрическими разрядами. Такой фокус оказался неожиданным даже для самого Андрея. Враг же предпочел резко отпрыгнуть назад, уходя из зоны возможного поражения. Андрей побежал вперед, вновь возвращаясь на старые позиции, подальше от губительного края. Враг стоял, покачивая своим странным оружием, и внимательно за ним наблюдал.

-Смотрю, у тебя есть кое какие фокусы в рукаве? – голос масочника не был удивленным. Просто безжизненным и безразличным, как вечные ледяные покровы полюсов.

Не отвечая, Андрей сделал выпад винтовкой, словно электрическим копьем, и противнику пришлось резво уклоняться от ветвящихся разрядов. Неуловимым, резким движением, масочник толкнул Андрея вперед. И боевой костюм, массивное устройство, превращающее владельца в миниатюрный танк, полетел на землю. Винтовка вылетела из рук, и повисла на краю здания, балансируя. Понимая, что масочник не даст ему шанса снова ее взять, Андрей выдернул из ножен с ходу запустившийся виброклинок, и рывком перевернулся на спину, чтобы парировать уже направленный на него удар. Однако, произошедшее дальше сломало все его планы. Виброклинок, оружие способное нарезать сталь, словно масло, соприкоснулся с сиреневым лезвием. И развалился на две неравные части, исходящие искрами. Сабля масочника ударила по нему, оставляя на броне длинную царапину, и остановилась на уровне шлема, прямо промеж глаз Андрея. Масочник зашипел, злобно, яростно, словно эта победа была ему горше самого позорного поражения.

-Какой же ты слабый и бесполезный, кусок дерьма. Так быстро проиграл? Позор. Видимо я ошибался в своих расчетах.

-Да какого хрена тебе вообще от меня нужно? Почему я? – Андрей яростно оттолкнул от себя саблю, прочертившую по шлему короткую полосу, - Почему все это дерьмо со мной происходит? Убей меня, и закончи все это, если тебя так сильно расстраивает мое позорное поражение. Ты ведь наверняка можешь.

Масочник резко ударил ногой в грудную пластину костюма, вминая Андрея в бетон. Вонзив саблю прямо в пол, он протянул руки к своему затылку, и осторожно снял маску. Андрей увидел. Увидел бледное лицо, почти не отличающееся от человеческого. Лицо с белыми как снег глазами, пронизанными тонкой сетью капилляров. Он так и не понял до сих пор, кем являлись эти странные мутанты, но точно не атомитами. В этом не было никаких сомнений. Мутант смотрел, и Андрею казалось что тот зрит прямо в его душу.

-Что мне от тебя нужно? – прошипел монстр, - Ты мое орудие. И если орудие затупилось, его нужно заточить.

Удар. Голова Андрея, даже защищенная шлемом, почувствовала всю силу этого удара, пришедшуюся на шлем. По экранам пошли трещины. Запищали предупреждающие сигналы.

-Тебе явно не хватает мотивации для выполнения задачи. Ну что же, давай замотивируем тебя. Для начала, я заберу твоего дружка механика. И буду наблюдать за тобой.

Еще один удар, и новые трещины пронизывают панели, закрывая обзор. Андрей слышит какой то шум в передатчике. Крики и стоны. Что там происходит? Свиридов попытался шевельнуться, но новый удар в грудь, оставивший даже через энергозащиту небольшую вмятину, снова прижал его к полу.

-Тебе пора вылезти из своей скорлупы. Если не поторопишься, я убью твоего друга, а затем и всех остальных, кого мы сможем найти. Что толку от твоей крови, если ты слабое ничтожество?

Удар, громкий треск, и шипение. Разум Андрея сковал немыслимый доселе ужас. Он понял, что происходит, и начал дергаться из всех своих сил. Воздух Стикса проникал в костюм, тонким, незримым ручейком самой смерти. Масочник позволил Андрею встать на ноги. Через разбитые, сочащиеся воздухом панели экранов, он видел его ужасное лицо. И было в нем что-то смутно знакомое. Он видел его, совсем недавно. Но где? Новый удар отбросил Андрея назад, к парапету. Как вообще возможно так бить руками по твердейшей броне? Отступая, он судорожно пытался запустить поврежденное управление экранами, чтобы привести в действие Немезиду, и стереть этого страшного, непонятного врага с лица земли, пусть даже ценой своей жизни. В какой-то миг, нога не нащупала опоры. Андрей рухнул вниз с крыши склада, слыша как выпадают фрагменты шлема, окончательно лишая его герметичности. Перед тем, как он с грохотом рухнул на землю, в голове всплыл на секунду файл с отчетом о смерти и фотографиями. Он с ужасом понял, что этим неизвестным фехтовальщиком, только что сбросившим его на верную смерть, был Георг Бюррен. Его лицо, только не обезображенное заразой, он видел на одной из прилагавшихся к отчету о смерти фотографий. От удара сознание Андрея померкло, и он отключился. Словно через бесконечную, черную вату, до него доносились слова Бюррена. Он не понимал, происходит это во сне, или наяву.

-Выполни свою задачу, Свиридов. Выполни ее, и твой друг будет жить, как и сотни других людей.

Какую задачу он должен выполнить? Никто и никогда не давал ему поручений. Разве что, Соколов, просивший… вновь в уши вторгся голос, словно растекающийся по сознанию навязчивой густой патокой. Или даже много голосов, сплетающихся в один. Из темноты проступило лицо Бюррена, и какие то смутные тени, словно скрывающиеся в его тени, более черной, чем даже окружающая тьма. Где-то далеко, словно в сотнях километров от такого ничтожного и незначительного Андрея, шумел яростный бой.

-Убей нас всех.

Проговорило многоголосое эхо, наконец отпуская его в пустоту и покой истинного забвения.

Глава 19. Лотерея.

Снова эти противные, скрежещущие звуки. Андрей поморщился, и ему тут же захотелось поморщиться еще сильнее. Все мышцы затекли и нестерпимо ныли. В нос навязчиво стучались ароматы. Мерзкий запах гари, смешивавшийся в единый омерзительный букет с приторным запашком горелой плоти. Стоп, запахи? Андрей распахнул глаза, и уставился на покрытый сетью широких трещин экран шлема. В хлам. Через особо крупные трещины, в которых виднелись проблески света, внутрь попадал внешний воздух. Сердце бешено забилось, едва ли не вырываясь из грудной клетки. Он дышит?! Дышит воздухом Стикса, и не ощущает никакого безумия? Он иммунный. Эта мысль пронеслась по разуму стремительной молнией, даруя облегчение и какое-то неясное предвкушение. Так вот оно каково, выиграть в Лотерею? Все еще не веря до конца в свою удачу, Андрей ухватился за крепления шлема. Тот все равно теперь бесполезен. Шлем с тихим щелчком отвалился, и впервые в своей жизни, Андрей Свиридов полной грудью вдохнул воздух Стикса. И тут же закашлялся от ворвавшейся в горло горечи. Кошка сидела рядом, и скреблась в броню, опять взирая на него своим безжизненным и безразличным к хозяйским мучениям взором.

Обзор закрывал белесый дым, неспешно проплывавший над поселком. В памяти Андрея, слегка покосившейся от стресса, пробежали картины вчерашнего боя. Что произошло? Кто победил? Где все? С трудом, сражаясь с плохо слушающимся телом, Андрей поднялся на ноги. Вокруг царила почти абсолютная тишина. Неподалеку что-то искрило. Трещало угасающее пламя. На ощупь, старательно закрывая нижнюю половину лица, Андрей ринулся в дым, под какой то насмешливый взгляд кошака. И сразу же споткнулся. Перед ним лежал труп масочника, изрешеченный зарядами. Пластиковую маску венчали три огромных отверстия, оставленные, по всей видимости, автоматной очередью. Надежда забрезжила в его сознании, и он двинулся дальше. С тем лишь, чтобы достигнув входа на склад, узреть реальное положение дел.

В центре склада горел так удачно угнанный им танк. Андрей невольно удивился, ибо на первый взгляд, гореть в этом нагромождении брони было попросту нечему. Тем не менее, факт оставался фактом. Из открытого десантного люка валил густой серый дым, заполнявший пространство склада и обильно выходивший в окна. В тумане проглядывались тела защитников этого места. Тела в массивных боевых костюмах валялись, словно острова в дымном море. Андрей начал считать, вспоминая где располагались позиции. И сразу сбился, когда ворвавшийся внутрь ветерок сгустил дым, заставляя Андрея вновь болезненно закашляться. Глаза слезились, и найдя ближайшее тело в боевом костюме, Андрей подскочил к нему. По какому-то совпадению, это оказался тот самый боец, вместе с которым они продумывали план обороны. Мертвый. Андрей осмотрел его шлем, но в центре того зияла безобразная дыра, похожая на выстрел из винтовки, в упор. Неужели они добили раненых? Но зачем? Уже порядком пошатываясь, Андрей добрался до следующего тела. На нем нашелся целый шлем, который Андрей сразу же напялил на себя. Разъемы сошлись идеально, и активировавшаяся оптика начала сканировать склад, выдавая своему владельцу необходимые данные. Заработавшие фильтры очистили воздух от вредных примесей. Тут были все. Одиннадцать бойцов, защищавших первый этаж, валялись недалеко от своих позиций, без признаков жизни. Шлем исправно выдавал какие то медицинские знания и термины. Видимо, он принадлежал санитару отряда. Около танка валялись два тела механиков, изорванные пулями. Их просто расстреляли из местных примитивных самострелов. Убитый снайпер, двенадцатый боец, висел на перилах галереи, все еще удерживая в мертвых руках винтовку.

А где Михалыч? В памяти всплыли слова Бюррена, о том что он заберет у него друга. Неужели, и правда, забрал. Или обманул, и его тело сейчас догорает в недрах танка? Узнать об этом все равно не получится, тушить машину попросту нечем. Хотелось выть от досады и гнева. Выйдя через выбитую заднюю дверь, он увидел летающие платформы. Одна из них тоже горела. Вернее, догорала. Обгорелый труп пилота сидел в кабине, пялясь пустыми глазницами куда-то в склон. Вторая машина оказалась на удивление в порядке. На ее броне виднелись следы повреждений, но незначительных. Пилот этой платформы валялся метрах в пятнадцати от нее. Судя по всему, он открыл аварийный люк и, выскочив через него, дал деру в сторону. Но был остановлен меткой пулей. Однако, почему вообще бросили эту платформу? Она выглядит вполне исправной. Андрей подошел ближе, и попробовал открыть люк. Тот ожидаемо был заблокирован. Спасибо хоть силовые экраны снялись, видимо в тот самый миг, когда пилот выскочил через аварийный люк. Кстати о нем. Схватившись руками за перекладину, сделанную прямо под ним, Андрей подтянулся, и с трудом заполз внутрь. Задняя часть платформы была забита многочисленными ящиками. В кабине и десантном отсеке все было в порядке, и даже заряд в энергоблоке был весьма неплох, так в чем же дело то? Почему масочники оставили тут полностью исправный транспорт? Или они… Или Он оставил его ему? Невероятно, но кто знает. Чего то же Бюррен, этот проклятый ублюдок, от него хотел.

Только вот что-то начало налаживаться, и снова все идет прахом, из-за таких вот неожиданностей. Как масочники смогли так оперативно выследить лагерь Михалыча? Или они следили за ним самим? Это то куда более вероятно, если учесть что он у них танк спер. А что если в танке был маячок, такой же как тот, что Андрей нашел на базе? Теперь уже не узнать. Разве что найти эту сволочь, и спросить с нее лично. Проще сказать, чем сделать, учитывая как Бюррен ему вчера навалял, голыми руками расколотив бронированный шлем, способный пулю остановить. И откуда такая дурная сила в этом мутанте? Остальные члены его братии вроде как такой резвостью не обладают. По крайней мере те, с которыми Андрей в последнее время сталкивался. Присев на какой то кусок бетона, Андрей в который раз прокручивал в голове события последних дней. Итак, что имеется сейчас. Какой то странный мутант, судя по виду, покойный доктор Георг Бюррен, собственной персоной, напал на лагерь с кучей таких же как он мутантов-головорезов, и украл Михалыча. Что он там говорил то? Андрей должен поторопиться, и выполнить какую-то задачу. Но черт его подери, какую задачу-то? Неужели «убить нас всех» было не просто частью бреда? Да и кого «нас» то? Впрочем, как ни крути, идея найти для начала их логово звучит здраво. А значит, можно попробовать действовать по плану Михалыча, где бы он сейчас ни был. Тем более что платформа на ходу, а с ней это проблемой не станет.

С помощью нашедшегося в платформе огнетушителя, Андрей погасил пламя в танке, и вытащил оттуда три оставшихся тела механиков. Михалыча среди них действительно не было. Собрав все трупы в центре поселка, Андрей воздвиг над ними примитивный курган из бетонных плит. Просто, и со вкусом. Похороны в стиле иммунных, когда мертвецов оставляют на перезагружающемся кластере. Правда, Андрей все таки надеялся, что оставшиеся в живых бойцы или имунные базы смогут добраться до этого места раньше, чем кластер обновится. Слишком много ценного добра тут осталось, в том числе надетым на трупы. Боевые костюмы на дороге не валяются. Много времени ушло на поиск «Черной Гадюки». На крыше винтовки не было, и Андрею пришлось обыскать весь склад, и прилегающее к нему пространство. Он уже отчаялся, и подумал что винтовку у него банально сперли, когда та обнаружилась в густых кустах, метрах в тридцати от склада. Нашла винтовку неугомонная кошка, так громко мяукавшая в зарослях, что Андрею все таки пришлось проверить причину беспокойство робота. Как оружие там оказалось, история умалчивает, однако Андрей был очень рад «Черной Гадюке», словно старому другу. Уж больно интересными функциями обладала эта змейка.

Странная слабость периодически накатывала на Андрея, заставляя его садиться на землю, и приходить в себя. Откуда это вообще взялось? Он даже снял шлем, чтобы подышать свежим воздухом. И тут его осенило. Иммунитет. Иммунные не могут жить без той дряни, что они любовно называют «живцом», и если он один из них, значит она и ему нужна? Андрей примерно знал, как изготовляется этот противный напиток. Спораны, встречавшиеся почти во всех зараженных, растворяли в крепком алкоголе, после чего фильтровали осадок, который за неплохую цену скупали охотники базы, синтезировавшие из него транквилизатор для элиты. Спораны, ранее казавшиеся Андрею мусором, который он десятками, если не сотнями бросал в пластиковые мешки и просто отдавал иммунным, вдруг обрели ценность. Конечно, что угодно станет ценным, если оно нужно, а взять неоткуда. Взгляд упал на то место, где еще каких то пару дней назад разведывательный отряд столкнулся с элитой. Элитой… Андрей подскочил, вновь почувствовав вспышку слабости, и побежал к трупу элитника, все еще торчащему в стене. Своим последним выстрелом он прошиб голову монстра насквозь, разорвав споровый мешок. Пришлось залезть в здание, и найти комнату, по которой разбросало его остатки. Андрей шарил в омерзительной, подгнившей массе, выискивая так нужные ему виноградины. За пол часа работы, Андрей наковырял шесть десятков споранов, пятнадцать совсем уж мелких черных бусинок, пяток странных связочек, похожих на спутавшееся янтарное ожерелье и, наконец, три жемчужины. Две черные и одна красная. Красную Андрей, по некоторому размышлению, просто проглотил. На всякий случай. Возможно, там было и что-то еще, но Андрею уже было не до того. Разумеется, в полевых рационах базы алкоголя не было. Самым крепким напитком, содержавшимся в пищевых капсулах, было пиво, выдававшееся в крайне ограниченных количествах, и уж точно не во время военного положения. Единственным источником алкоголя оказался пузырек с жидкостью для дезинфекции открытых ран, на кой то хрен имевшийся в аптечке платформы. Возможно, для иммунных бойцов, которых на базе было не так уж мало. Опустошив одну из капсул, Андрей залил ее антисептиком, и положил туда споран. Тот быстро растворился. В каком-то мрачном предвкушении, Андрей смотрел на предварительно профильтрованный «живчик». И резко опрокинул в себя емкость. Жидкость скользнула в горло, болезненно обжигая, но слабость почти сразу отступила, а тело наполнилось силой. В этом расслабленном состоянии, Андрей неожиданно вспомнил о живце кое-что еще. А его ведь разводят в соотношении один споран на литр спирта? Не перебрал ли он с дозой? Но все было в порядке, самочувствие улучшилось, и он, собрав свои вещички, и усадив шлявшуюся рядом кошку на плечо, вновь залез в платформу.

С тихим шелестом платформа поднялась в воздух. Ее постоянно бросало из стороны в сторону. Имея лишь базовую информацию о работе этой сложной машины, управлять ей как полноценный пилот Андрей не мог. Набрав достаточную высоту, он проложил маршрут к бывшему восточному узлу связи. Платформа устремилась вперед, набирая скорость. Закончив с прокладкой маршрута, Андрей перевел машину в режим автоматического полета, и платформа сразу перестала дергаться, двигаясь плавно и уверенно. Экраны показывали проплывающие мимо кластеры. Кое-где виднелись стабы. Заброшенные. Как и ожидалось, сейчас все стараются держаться подальше от места взрыва. Впереди уже показалась выжженная пустошь, заставившая сердце Андрея в который раз печально затрепетать. Как много людей погибло тут. Мог ли он это предотвратить? Не мог. Не мог, и все тут. Нечего травить душу призраками прошлого, пусть и столь недавнего. Даже на приличной высоте, датчики платформы обеспокоенно запищали, регистрируя повышение радиоактивного фона. Восточная граница пустоши была уже видна. Решив перекусить, Андрей вышел в отсек, и начал перебирать трубки, пытаясь определить наименее омерзительный заменитель нормальной пищи. И в этот момент система предупреждающе взвыла. Платформа дала резкий крен, бросая Андрея в стену. Спотыкаясь о летающие вокруг предметы, вылетевшие из открытых ящиков, Андрей продвигался в сторону кабины, едва справляясь с выделываемыми платформой кульбитами. Завалившись внутрь, он уселся в кресло пилота, и вперил взгляд в экраны.

Свиридов понял что он дурак. Круглый дурак. На хвосте платформы висели две печально ему знакомые огненные стрелы, преследуя глупую машину, сунувшуюся в опасные небеса Стикса по воле не менее глупого человека. Платформа уклонялась от них, постоянно меняя курс, но те упорно преследовали свою добычу, словно взявшие след гончие. Завернув особенно крутой вираж, платформа устремилась вверх, и в этот момент ракеты взорвались. Толчком машину подбросило еще выше. Двигатели гудели как два растревоженных улья, меняя вектор тяги. Платформа парила, постепенно снижаясь вниз со все возрастающей скоростью. Судя по данным на экранах, активировался режим аварийной посадки. Андрей открыл карту. До цели осталось не больше десяти километров, а при такой высоте, снижаться машина будет долго. Все шансы подойти на кратчайшее расстояние все еще были при нем. Добравшись до склона большого холма, машина оказалась на высоте в десяток метров. Началось довольно резкое торможение. Что-то трещало в энергоблоке. Уже готовый к высадке, Андрей в последний раз проверил вещи. В прочном заплечном ранце, специально для боевого костюма, лежал занимавший очень большой объем запасной шлем, три десятка энергоячеек, и десяток пищевых капсул, а также улов с элитника. Двигатели взревели, в финальном усилии, и машина грузно осела на землю, по инерции проехав несколько метров на опорах. Андрей саркастично подумал, что это была лучшая посадка за последнее время.

Задерживаться на месте падения было опасно. Выскочив наружу, Андрей быстрым шагом направился в нужную ему сторону. Те, кто эти ракеты запустили, наверняка отправятся проверить место падения, и лучше не давать им лишних минут. Следопыты у них вряд ли найдутся, в диком лесу его разыскивать. Углубившись в лесной кластер, Андрей вывел на экран карту. Узел связи был совсем близко, в каких то двух километрах. Плевая дистанция для человека в костюме. Пробираясь по неприметной тропке, между стволов берез, Андрею захотелось вдохнуть этого воздуха. Работавшая во всю система очистки убирала все запахи, хоть в ней теперь и не было необходимости. Андрей присел на камень, открывая главное меню. Отключить одной командой столь важную систему было невозможно. Возиться пришлось довольно долго, но оно того стоило. Припомнив слова Михалыча, Андрей довольно улыбнулся. Теперь, полная система маскировки не будет излишне расходовать энергию. И всего лишь за счет фильтрации воздуха. Конечно, в случае чего, ее можно легко включить. Эх, убрать бы еще царапины, оставленный Бюрреном на броне.

Кластер связи действительно оказался невелик. Небольшой пятачок, полностью занятый каменным пиком, метров сорок в высоту. На вершине, прочно закрепленная в камне, стояла выносная антенна. Когда-то, во всяком случае, стояла. Сейчас ее сорвало с креплений, и большая часть металлической конструкции висела на оставшихся тросах, натянутых как струны старинной гитары. С опаской посмотрев на ненадежное сооружение, Андрей подошел к ютящемуся у основания скалы фургончику. Небольшая машина, большую часть которой занимал блок связи и его энергоустановка, была кое как укрыта маскировочной сеткой, наверняка украденной на каком то кластере. Маскировочного поля для такой техники к счастью не полагалось, а то ее поиски могли бы стать весьма неприятным сюрпризом. Дверь самостоятельно открываться не пожелала, даже когда Свиридов ввел код доступа, хранившийся в присланных Соколовым данных. Причина тому была проста, и довольно очевидна. Энергии нет. Индикатор замка не горит. Пришлось применить грубую силу, просто выломав непокорную дверь, и войдя внутрь. Небольшое помещение занимал терминал связи, с массивными блоками памяти, и колонна энергоблока, окруженная прозрачными изолирующими экранами. Андрей отодвинул одну из изолирующих панелей, и открыл технический люк. Энергоблок светился ровным рядом зеленых ламп. Все в порядке. Тогда, почему энергии нет? Проблема, судя по всему, была где то между энергоблоком и терминалом, и устранить ее своим силами Андрей не мог. Найдя место, где проходила основная жила, Андрей разрезал пол виброклинком, и перерезал провод, довольно грубо подключая его напрямую к одной из своих ячеек. Операция была простая, однако заряд в такой схеме расходовался крайне неэффективно, и надолго его не хватит. Терминал загорелся синим, радостно приветствуя человека.

Глава 20. Запустение.

Свечение терминала было не очень ровным. Иногда он начинал мерцать, видимо, из-за кустарности соединения с новым источником питания. Не тратя времени зря, Андрей подошел к управляющему модулю, похожему на небольшой столик, и надавил руками на его поверхность, пробуждая от сна систему. Терминал принял код доступа, и на поверхности стола стали расплываться многочисленные блоки данных, кое-где поднимаясь над столом, и устремляясь к потолку. Андрей с некоторым испугом уставился на такой массив информации. Вот и как тут прикажете искать нужное? Михалыч так и не рассказал конкретной методики поиска, а на тщательное обследование всей собранной тут информации и нескольких лет не хватит. Внимание Андрея привлекла странная программа, в одном из углов. Какая-то «Визуализация», которую он повинуясь то ли неявной догадке, то ли интуиции, активировал. Разрозненные данные резко всосались в стол, и наверх вышла карта. Полная карта долины, и довольно подробная. Правда, судя по обозначениям, эта станция охватывала лишь восточный сектор и центр, зону расположения базы. Сейчас, карта была пуста. Лишь в том месте, где располагался сам узел связи, горел желтый огонек. Появилась надпись.

«Станция в режиме ожидания. Потеряна связь с базовым узлом. Активировать архивный режим? Подтвердите переход голосовой командой.»

-Активировать архивный режим. – Андрей не имел не малейшего понятия, что из себя этот самый режим представляет, но выбора у него не было. Надо ж хоть что-то делать. Надпись исчезла, и через несколько секунд, сбоку, появилась календарная панель. Андрей ткнул наугад, в случайную дату, и карта тут же взорвалась сотнями разноцветных огоньков, между которыми возникали и гасли линии. Легкое касание ближайшего огонька, и под его руками возник целый блок данных. Какие то аудиозаписи, текстовые сообщения и изображения. Все данные, которыми обменивались между собой эти пункты. Он нашел нашел глазами восточный наблюдательный пункт, и открыл его, увидев собственные отчеты и записи их переговоров со штабом. Как интересно. Однако, совершенно бесполезно для поиска траектории ракеты. Или нет? Настроив время так, чтобы оно охватывало ночь перед разрушением базы, Андрей нашел функцию воспроизведения. Замелькали огни и линии, передавая информацию. Догадка была весьма неточной. Андрей не был уверен, что сможет таким образом выследить ракету, но все же… Неожиданно, что то мелькнуло. Одна из линий около базы задрожала, прямо перед ее уничтожением. Сбой системы терминала, или же действительно что то есть? Андрей повторил фрагмент, и слова увидел, что линия передачи на западе за несколько секунд до взрыва как то странно исказилась, словно в сигнал что-то вмешалось. Что-то постороннее. Прогнав запись еще несколько раз, он окончательно убедился в том, что какая то аномалия за считанные секунды до взрыва пронеслась через западный участок центрального сектора. К сожалению, эта станция связи не могла дать ему большего. Она просто не доставала до западных областей.

И что теперь делать? До западной части теперь довольно далеко добираться. Придется обходить выжженную базу по большой петле. Защита костюма радиацию может и выдержит, но даже так, оказаться на этой равнине словно удачная мишень в тире ему совершенно не хотелось. А идти на запад все равно придется, хочется ему, или нет. Андрей отключил терминал, и отсоединил опустошенную на четверть энергоячейку. Тут теперь делать нечего. День еще был в своих правах, осыпая землю блеклыми лучами местного солнца. Вполне можно пройти какую то дистанцию до цели. Где находится, или по крайней мере должен был находиться западный узел связи, Андрей узнал из данных Соколова. Он был дальше от центра, чем восточный, но не сильно. Открыв на экране костюма собственную карту, он проложил примерный маршрут. Не так уж и много получалось, можно обойти за один световой день. Если выходить с утра. Сейчас, однако, было уже явно не утро. Так что в пути придется где то ночевать. Да и необходимость время от времени принимать живец действовала на нервы. Сделать то его было не из чего. Последний спирт, бывший в платформе, потратил еще там.

Проблема добыть еще спирта стала как никогда актуальной. У местных иммунных наверняка можно было бы купить уже готовый живец. Только вот где их взять, этих иммунных? Разбежались они, после взрыва. Если, конечно, вообще не превратились в атомитов. Андрей внимательнее рассмотрел карту. Недалеко от его планируемого маршрута имелся стаб, в котором до взрыва жило несколько десятков иммунных. Там у них было нечто вроде зоны отдыха, в безопасных землях базы. Наверняка там есть бар, или что то вроде того. Решив заглянуть туда по дороге, Андрей выпрыгнул из модуля связи. Возник соблазн запустить двигатель, и поехать прямо на этой машинке, но здравый смысл победил. Этот тихоход едва ли будет быстрее него самого, а вот заметно его будет издали. Приставив вырванную дверь обратно, Андрей снова закутал все в маскировочную сетку. Враги, скорее всего, не смогут вскрыть защиту блоков памяти, но зачем давать им лишний на это соблазн? Тем паче, что это место теперь заметить трудновато. Оно глубоко в лесу, да и выпиравшая вверх антенна теперь обрушилась.

Бодрым шагом, Свиридов двинулся прочь. Он шел чуть боком, чтобы не выйти ненароком к месту крушения. Показываться там, где могут быть сейчас вражеские наблюдатели, было ему не с руки. Иногда, он с тревогой поглядывал на небо. Хоть масочники применили беспилотник только один раз, вряд ли у них одна такая игрушка. Под ногами мягко пружинил дерн. Вдыхая через отключенные фильтры приятный лесной воздух, Андрей поймал себя на мысли, что наслаждается этим. Чем? Да всем. Он впервые ощущал Стикс как полноценный, живой мир. Вот уж действительно, словно вылупившийся из своей скорлупы цыпленок. За отсутствием точного позиционирования, Андрей сверялся с картой, по крупным ориентирам. Признаков цивилизации не было довольно долго. Дорога появилась неожиданно. Обычная асфальтовая дорога не первой свежести, покрытая многочисленными выбоинами. Некоторые из них были довольно грубо залатаны черными кляксами свежего полотна. Она то ему и была нужна.

Идти по ней в костюме было не так приятно, как по лесу, но скорость передвижения выросла. Аудиосистема костюма чутко прислушивалась к происходящему спереди, и сзади. Мало ли, кому в голову взбредет ездить по этой межкластерной дороге в это неспокойное время. Около двух часов он спокойно шел вперед, миновав три небольших кластера. Асфальтовая дорога перетекла в грунтовку, а та в свою очередь, в приятно родную дорогу из массивных плит особого полимера, похожего на камень, характерную для мира Андрея. Солнце уже клонилось к закату, когда в ушах раздалось тихое пиликанье предупреждения. Кто-то двигался по дороге, ему навстречу. Андрей спешно включил все доступные режимы маскировки, и юркнул в кусты. Ждать пришлось минут десять, не меньше. По дороге двигался кустарный грузовик. Свиридов знал такие машины. На них в некоторых мирах перевозились на большие расстояния различные габаритные грузы. Впрочем, эта машина была заточена под другие задачи. Стены грузового отсека покрывали пластины стали. Техники базы всегда презирали подобные модификации, говоря что любой элитник их растерзает, словно картонный щит. Имунные резонно парировали, что элитник не такой уж частый гость, в краях базы, а вот всякая мелочь вполне себе обломает зубы о такую броню. Когда то мнение иммунных казалось Андрею правильным, да вот только последние злоключения, в ходе которых он уже столкнулся аж с двумя элитниками, в самом сердце некогда безопасных земель базы, заставили его изменить свою точку зрения.

Поверх кабины была устроена странная бронированная конструкция. Чем то похожая на турель, но куда больше и кустарнее. Внутри, вроде как, даже сидит человек. Пулеметная башенка, не иначе. Кому принадлежал этот грузовик, Андрей знать не хотел. Тот с шумом и грохотом промчался мимо, не заметив его, и скрылся в поднимаемой им же пыли, активно сыпавшейся с огромных колес. Пришлось даже ненадолго снова включить фильтры. Проверив карту вновь, Андрей подумал, что этот грузовик вполне может быть с нужного ему стаба. Неужели там кто то еще остался? Оказалось, что нет. В этом Андрей воочию убедился, добравшись до места в сумерках, предшествующих ночи. Стаб был заброшен. Окруженный периметром из бетонных плит, небольшой стаб встретил его широко распахнутыми воротами. На смотровой башенке, около ворот, висел разлагающийся труп. Система ночного видения услужливо осветила табличку, приколоченную к его груди ржавыми гвоздями. «Барыжил хреновым спеком». Бедолага. Торговлю наркотиком из нитей зараженных среди иммунных база не одобряла никогда, и всегда поощряла расправы над изготовителями и распространителями. Правда, все равно изготовляли и продавали. Слишком уж полезны были эффекты от этой гадости в критических ситуациях, по словам бывалых иммунных.

Открыв ворота, Андрей скользнул внутрь. Все вокруг носило на себе след спешного бегства. Разбросанные повсюду вещи, включая и довольно ценные. Прямо около ворот были разбросаны россыпью латунные цилиндры примитивных боеприпасов. Имунные бы такое точно не бросили, если бы необходимость не прижала. Небольшое заведение с вывеской бара находилось на другой стороне стаба. Андрей не стал идти поперек главной площади, в центре которой громоздилось какое то огромное кострище, не особо давнее. Кажется, в его центре виднелась привязанная фигурка человека. Барная дверь оказалась заперта изнутри. Легким движением руки, Андрей выбил ее прочь, и вошел в помещение. Заведение было разгромлено. Местный хозяин явно постарался, обустраивая свое здание. Панели из красного дерева на стенах, пусть и покрытые следами от ударов, но любовно покрытые лаком, и явно не одним его слоем. Изящные лампы под потолком. Каменная барная стойка. Доставить это все сюда было конечно возможно, вот только стоили вылазки в городские кластеры за подобной роскошью ох как недешево. В экране огромного телевизора, занимавшего почти всю стену, торчала табуретка. Вонзилась ножкой, да так и застряла. Все напитки с полок были сметены, и валялись на полу, пропитывая воздух стойким алкогольным духом. Брось спичку, и все загорится. Устроивший этот погром человек лежал на полу, в окружении бутылок из под виски. Он был мертв, и довольно давно. Судя по отсутствию внешних повреждений, причина смерти была довольно оригинальной для Стикса. Упиться на смерть не всем дано, с лошадиным то здоровьем иммунных.

Андрей обогнул барную стойку, и заглянул за нее, высматривая целые бутылки. Почти все разбилось, но несколько особенно толстостенных пузырей были целы. Андрей выцепил их из общего беспорядка, и поставил на гладкую каменную поверхность стойки. Названия были ему незнакомы. Однако то, что в этой бурде содержится больше сорока процентов спирта было точной информацией. В нос шибануло каким то странным запахом, не сказать чтобы приятным. Отмерив пол литра этой бурды шейкером, Андрей бросил внутрь споран. Новый живец показался каким то более… слабым? У него не было такого сильного и яркого воздействия, но то, что пропорция именно такова, Андрей помнил уверенно. Лучше не рисковать попусту. А то так и квазом стать недалеко. В этом, в принципе, нет ничего дурного, но в костюм он после таких трансформаций может и не влезть, а его пользу переоценить невозможно. Свиридов видел этих квазов, пару раз. Приходили они и на базу. Очень мощные и опасные бойцы иммунных, прокачивавшие свои навыки в ущерб иммунитету. На базу они являлись за белым жемчугом, стоившим им очень солидных средств, выражавшихся, конечно, в различном ценном барахле. Ценных металлах, драгоценных камнях и, иногда, информации. Воротилы из штаба иногда давали им заказы на иномирные книги, пользовавшиеся на родине большим спросом. Забавно наверное, читать автора, которого в твоем мире попросту нет. Слив остатки живца в одну из бутылок, Андрей спрятал ее в ранец, и добавил туда пару бутылей с алкоголем. Идти дальше было бессмысленно. Пустая трата энергии на ночное зрение, да и устал от уже, за целый то день. Лучше передохнуть.

Утро встретило его в уютной кровати местной гостиницы, за ночь успевшей подломиться под весом костюма. Кошка лежала на грудной пластине и тихо мурчала. Ох уж эта железная животина. Она столь неподвижна, что про нее просто забываешь, как про неотъемлимую часть костюма. Конечно, если ей самой не взбредет в голову куда нибудь свалить. Тогда скроется, так же незаметно, и начхать ей на твои планы. В процессе вставания, несчастный предмет мебели был окончательно доломан. Кошка же с недовольным мявком спрыгнула на пол и, потянувшись, вновь заползла на плечо, где и застыла. Андрей неодобрительно посмотрел на робота, но ругать или осуждать бессловесную машину не стал. Какой в этом смысл? В солнечном свете стаб казался еще более мертвым, чем ночью. Ветер гулял в разбитых окнах, теребя узорчатые синие занавески. Кострище в центре поселения действительно оказалось местом жестокой казни сожжением. Кого конкретно тут казнили, и за что, было непонятно. Может просто спалили низшего зараженного, но зачем такая жестокость? Даже зараженные не виноваты в том, что с ними случилось такое, пусть они и несут смерть беззащитным иммунным. Покинув заброшенный стаб, Свиридов вернулся на дорогу, и двинулся по ней дальше. До станции связи запада оставалось совсем немного.

Раздвинув кусты, Андрей осмотрел огромную поляну, покрытую ромашками. Красивое зрелище, которое несколько портила возвышавшаяся над местностью огромная антенна. Подойти к ней он не решался, внимательно изучая суетившихся рядом людей. Точнее, масочников. Когда Андрей подошел к границе этого кластера, он услышал громкий шум, и успел затаиться. Около фургончика узла связи стояли два потрепанных бронеавтомобиля. Вокруг суетились враги, человек шесть. Еще один, судя по всему, был внутри. Масочники стояли безмятежно, урчаще переговариваясь друг с другом. Один из них так и вовсе присел, прислонившись к машине. Было похоже что он уснул, однако можно ли утвержать такое с уверенностью, для этих то мутантов? Ясно было одно. Их надо отсюда выбить, как можно быстрее, и попытаться вызнать нужную информацию. Узел то так и так придется уничтожить. Оставлять его им никак нельзя. Кошка, неожиданно спрыгнув с плеча, скрылась в высокой траве. Андрей едва не выстрелил в эту своевольную засранку, напугавшую его до чертиков. Решив не заморачиваться по поводу робота, уже доказавшего свою полезность в полевых условиях, пусть и весьма странным образом, Андрей активировал все слои маскировки, и осторожно двинулся вперед. Он старался не тревожить траву. Враг то может его не увидит, да вот только услышит вполне отчетливо. Вряд ли они там все глухие. Если это разновидность зараженного, то слух у них должен быть гораздо лучше зрения.

Держа в руке виброклинок, Андрей подкрался к своей первой жертве. Масочник, с которого должна была начаться эта локальная резня, был тем самым, то ли спавшим, то ли просто отдыхающим около машины. Когда Андрей был уже в двух шагах, враг услышал его, и вскинул голову, намереваясь поднять тревогу, но прорезающее сталь как масло лезвие вонзилось в середину его горла, обрывая звуки, и легким взмахом отсекло голову прочь. Отряд не заметил потери бойца. Оставшиеся пять масочников все так же были заняты своими делами. Но так скрытно к ним не подкрасться. Вытащив из кармана импульсную мину, Андрей активировал ее на взрыв по сигналу, и засунул под днище одной из бронемашин, таким образом, что машину должно было бросить прямо в сторону мутантов. Отбежав в сторону, и уже почти не скрываясь, он активировал мину. С визжащим звуком машина взвилась в воздух, и рухнула на землю. Двое масочников, бывших на ее пути, успели отпрыгнуть, но одному это не удалось. Металлический корпус навалился на него, буквально раздавив в лепешку. Враги зашевелились, похватав оружие, и пытаясь понять, откуда пришла угроза. Один из них бросился к машине, над которой виднелась антенна дальней полевой связи. Андрей не собирался давать ему шанс связаться со своими. Бросок ножа, и в черепе зараженного уже торчит черная рукоятка, а лезвие выходит из порвавшегося спорового мешка. Своим броском Андрей выдал позицию, и в его костюм ударили пули. Слабые пули местного огнестрела, не способные причинить защитным экранам серьезного урона. Вскинув винтовку, Андрей резко отключил маскировочные модули, и выстрелил. Заряд снес голову одному из зараженных. Осталось двое. Один из них разворачивается, и запрыгивает внутрь модуля связи. Второй растерянно топчется на месте, и отлетает назад, получив заряд в грудь. Его грудная клетка разворочена, а внутренности вываливаются наружу. Через сквозную дыру видны обломки позвоночника. Торжествуя победу, Андрей бросился вперед, вырывая на ходу засевший в черепе одного из врагов клинок. И в этот момент модуль связи с грохотом взорвался, разлетаясь на тысячи фрагментов.

Глава 21. Уцелевшие.

Андрея отбросило назад, впечатав в крышу опрокинутого им же автомобиля. Крыша оказалась на удивление прочной, с достоинством выдержав таран его бронированного зада. По передним панелям силовой защиты с визгом ударили обломки, отлетая или сгорая. До брони почти ничего не дошло. Андрей опустился на землю, и уставился на пылающие обломки узла связи. Вот так вот просто? Взяли, и уничтожили. Неужели они тоже догадались о том, что их можно выследить подобным образом? Впрочем, какая теперь разница. Блоки памяти конечно прочные, но такого издевательства они вряд ли стерпели, да и нечем теперь с них информацию считывать. Разве что на своем горбу волочь на одну из оставшихся трех станций, на которых почти наверняка будут такие же отряды. Поднявшись с земли, Свиридов недовольно пнул какой-то кусок металла, отправляя его метров на двадцать в сторону. По округе растекался густой черный дым.

Среди царящего вокруг беспорядка, отчетливо и громко прозвучало настойчивое кошачье мяуканье. Андрей огляделся. Мяуканье исходило от оставшейся в целости машины, на которой стояла антенна. Он подошел ближе, отпихнув в сторону от двери труп с пробитой насквозь черепушкой. Робот сидел на водительском сидении, наблюдая за Андреем, и будто силясь что-то сказать. Кошак уже не раз помогал в спорных ситуациях, каким то непонятным образом, и потому Андрей с надеждой осмотрел машину. Радиостанция молчала. Щелкнув примитивным тумблером, он увидел загоревшуюся на небольшом экране надпись. Удивительно, но рация масочников была защищена паролем. Смысла в его взломе было мало. Урчащих переговоров мутантов Андрей все равно не понимал, а они вряд ли станут общаться на тех же каналах, что и выжившие. Кошка недовольно потыкалась в его руку, и подошла к бардачку. Андрей попытался его открыть, но не рассчитал силы, и просто выломал хлипкую пластиковую защелку. В бардачке лежали россыпью латунные патроны непонятного калибра, и какая-то потрепанная бумага.

На небольшом листе оказалась схематическая карта, с обозначенной базой и основными ведущими к ней дорогами. По сторонам света были довольно точно отмечены расположения узлов связи. Масочники явно знают обо всех четырех, хоть до сих пор и не ясно, зачем они им понадобились. Хотели бы присвоить, что было бы весьма трудно, не стали бы взрывать. Андрей всмотрелся внимательнее в неровно начерченные линии. По карте был проложен маршрут, с обозначенными путевыми ориентирами, ведущий сюда. Вероятно, маршрут этой самой группы. И он также шел с запада, по одной из второстепенных дорог. Опять запад. Ну, видимо это уже судьба. Придется двигаться в том направлении, и пытаться узнать что-то уже по ходу действа. Андрей машинально погладил сидящую на кресле кошку, хрипло замурлыкавшую от ласки хозяина.

Приняв, наконец, какое-то решение, Андрей забрался в броневик, с трудом умостившись на водительском месте. Для человека оно было бы даже слишком просторным, а для боевого костюма едва-едва пригодным. Слава богу, что в этом архаичном средстве передвижения уже не было педалей на полу. Управляться с ними в таком полускрюченном положении было бы невозможно. Разобраться в принципах управления не составило труда. Запустив шумный мотор на ископаемом топливе, Андрей развернул машину, и поехал в сторону дороги, подскакивая на кочках. Радиостанция, время от времени, выдавала какие-то непонятные сигналы. Возможно, враг уже обеспокоился, и пытается связаться с пропавшей группой. Не его это дело. Если только… Неожиданно вспыхнула мысль. Вот он молодец, взял чужой транспорт без спросу. А что если в машине есть маячок, и теперь за его передвижениями внимательно следят масочники? Как скоро они поймут, что машина захвачена? Или уже поняли. Андрей пообещал себе бросить опасный транспорт на ближайшем перекрестке.

Выскочив на ровное дорожное полотно, броневик понесся вперед, набирая ход. Андрей не жалел машины, выжимая из массивного транспорта его скоростной максимум. Все равно, скоро бросить придется. Мимо проносились повороты на смежные направления. Кластер был довольно крупным. Прозевав момент перехода ровной дороги в разбитую грунтовку, Андрей подпрыгнул на сидении, ударившись шлемом о крышу машины. Скорость упала в разы. Броневик мчал по груновке, надсадно дребежжа всем, что в нем вообще могло дребежжать. Это начинало раздражать. Привыкнув к мягкому ходу машин базы, трудно пользоваться таким устаревшим транспортом. С другой стороны, всяко лучше, чем пешком. Путешествие оказалось прервано неожиданным образом. Посреди дороги лежало толстое бревно. Перескочить его было трудно, как и объехать. Очень неудачное место. Со скрипом покинув машину, Андрей подошел к бревну. С мощью костюма, убрать его было бы вполне возможно. Но взгляд на ровный срез настораживал. А где же пенек? Засада, обреченно подумал он. Тихий треск в кустах, и мощный винтовочный заряд, с трудом остановленный энергетической защитой, бросил его на колени. Мощно лупят, сволочи. Андрей отпрыгнул в сторону, скрываясь в канаве, и снял с креплений винтовку, готовый немедленно вступить в бой. Из зарослей на другой стороне дороги раздался очень знакомый голос.

-Господин лейтенант, это вы?

-Маркус? – Андрей был крайне озадачен, услышав голос недавнего подчиненного, - сапер, ты то тут откуда?

Маркус вышел из кустов, таща в руках импульсный дробовик. Несмотря на «огнестрельное» название, тот являлся орудием ближнего боя. Дробью там и не пахло. Массивная конструкция, способная нокаутировать с нескольких метров даже бойца в слабом костюме. Выглядел сапер осунувшимся, но от ран явно не страдал. Имунные они такие. Быстро все на них заживает. Маркус улыбался, и явно был очень рад этой встрече.

-Вы уж простите, Андрей Павлович, что мы так по вам выпалили. Не разобрались малясь в происходящем. Да и машину вы выбрали, так сказать, приметную.

-Уж прости, другой не нашлось. С транспортом нынче вообще не лады, сам понимаешь.

-Да уж как не понять. Эти черноплащие все что находят тащат куда-то на северо-запад. А вы то к нам по какому поводу?

-Тема весьма темная, - Андрей незаметно кивнул на заросли, намекая что при прочих бойцах об этом говорить не будет, - лучше бы обсудить ее в закрытом режиме. Кто главный то среди вас, орлы? Ты, Маркус?

-Нет, не я. Главный в нашем лагере. Лейтенант Шипулин, знаете такого? Эй, вы там, вылезайте уже.

Из кустов наконец вылезли, до того скрывавшиеся, люди Маркуса. Четыре человека. Два с винтовками, причем у одного даже крупняк. Не слонобой, но тоже очень солидно. Из нее то видимо и прилетело. И еще двое с примитивным автоматическим огнестрелом, неизвестного Андрею вида. Бойцы приветливо ему кивнули. Кошка, выпрыгнув из окна машины, неспешно подошла к ногам Андрея, и начала о них обтираться. Маркус удивленно уставился на робота и, видимо, уже хотел что то спросить, но Андрей жестом остановил его.

-Потом поговорим. Давай в лагерь. Мне надо с Шипулиным обсудить кое-что.

Андрей знал Шипулина. Немного. Периодически пересекались у Соколова, пока лейтенант не перешел к другому капитану. По слухам, его назначили комендантом какого то небольшого, но важного стаба, в южной части Долины. Тут-то он как оказался, на Западе? Бревно оттащили в сторону, а машину, по настоянию Маркуса, отогнали в лес, где и оставили. Брать такую технику, как верно предполагал Андрей, было себе дороже. Уж больно хорошо ее находили вражеские беспилотники. Маркус вел отряд прямо через густой лес, по едва заметной тропинке. Согласно имевшейся у Андрея карте, в этой местности не должно было быть объектов базы. Сюда не шла ни одна дорога. Лес начал редеть, и отряд вышел, совершенно неожиданно для Свиридова, к небольшому поселку. Это точно был стаб. Примерно с дюжину потрепанных временем деревянных домов. По главной улице поселка проходила неплохая асфальтовая дорога, выходившая из ниоткуда и уходившая в никуда.

-Удивлены? – вопросил Маркус, - Да, стаб тут довольно причудливый, господин лейтенант. Ошибка Стикса, так сказать. Обычно мозаика формируется так, чтобы дорога подстраивалась к дороге, а тут такое вот безобразие. Поселковый кластер среди дикого леса, без каких либо подъездов. Сюда только пешком, или по воздуху. По воздуху масочники почему то не особо любят передвигаться, хотя несколько платформ по нашим сведениям они захватили. А пешком, это место еще найти нужно. Не так то это и просто.

Андрей осматривался вокруг, пока сапер вел его мимо домов. Народу тут было не очень много, и в основном иммунные, но были и люди в различных боевых костюмах. На лицах последних читалась какая-то отстраненная обреченность. Немудрено, когда жизнь висит на волоске, полностью зависимая от конечных запасов энергоячеек и питательных капсул. Лейтенант Шипулин засел в одном из крайних зданий, являвшимся, по всей видимости, поселковым магазином. Под пристальным взглядом охранявшего вход бойца в тяжелом костюме, Андрей и Маркус вошли внутрь. Шипулин сидел за большим столом, поверх которого была разложена довольно подробная бумажная карта кластеров долины. На лейтенанте был тяжелый костюм, такой же, как на самом Андрее. Секундный обмен идентификаторами, и удивленный Шипулин уставился на Андрея.