S-T-I-K-S. Нафаня

Фиг вам, называется! Эта тварь с моим «Дикарем» в шее убежал чуть в сторону, вырвав его у меня из рук. Шип в теле застрял, а должный вроде бы быть смертельный удар, пса совсем не впечатлил.

– А-а-а! – заорал я, выгибаясь и задирая высоко ногу, убирая ее с пути в очередной раз атаковавшего меня пса.

И тут же, из-за чего и орал, упал на него сверху, вгоняя в совсем маленький, по сравнению с человеческим, споровый мешок нож.

– Твою же мать! – выдохнул, откатываясь в сторону от невероятно вонючего, но, и это главное, уже мертвого собакена. – За что мне всё это?

Моя безумная выходка всё же обернулась успехом, но по-другому я просто не представляю, как еще можно было с ним справиться. Живучая тварь! Сколько раз в него попадал, даже бошку рядом со споровым мешком ему раз топором прорубил, а ему по барабану. Рычит и атакует меня беспрестанно, как заведенный.

– Нафаня! Ты как?

Скосил глаза в сторону, а там всё моё воинство из автобуса выбралось и на меня широко открытыми глазами смотрит. Ну и Михаил со своими барышнями тут, вот у кого шок, уверен, такого представления они еще не видели.

– Вроде живой, – ответил Лене и тут же скривился. – Умыться бы!

Несло от меня… пёселем. Перемазался весь в… в чем он там был, в том и перемазался.

– Сейчас! Сейчас, Нафанечка! – принялась суетиться тетя Люба. – Что замерли? Воду из рюкзаков доставайте!

Пока она принялась баб строить, я всё же поднялся и… тут даже Михаила вывернуло, явно не готов был к тому, что я головы мертвякам начну вскрывать. Да и бабы мои, хоть и знали о том, что они такое пьют, но при реальном виде того, как и откуда эти ингредиенты достают… умываться пришлось всем. Зато три шарика добыл, что несколько разочаровало. И ладно у лотерейщика, хоть и здоровый, но бедный, всего два было. Но у столь шустрого и живучего пса – я больше чем на один споран рассчитывал.

– Ну же, девочка! Попей водички, – уговаривала тетя Женя потерявшую было сознание динамовку.

При виде трупа, она просто побледнела, рассмотрев его ближе – ее повело, но как только я его вскрывать начал – вырубилась. Вот теперь, быстро приведя себя в порядок, женщины за нее взялись. Хорошо хоть со второй всё более-менее нормально, осмотрелась шалым взглядом и ушла, зарылась в бусике, там сейчас сидит.

Умывшись и переодевшись в найденные в городе вещи, принялся объяснять Михаилу, где и как он очутился. И где-то через час, когда он, глотнув пару таблеток из аптечки, окончательно пришел в себя, у нас началось совместное обсуждение – а что дальше-то делать? Ехать на автобусе или пешком идти?

– На бусике поедем, – поставил точку Михаил, прервал доказывающих мне женщин, что пешком еще опасней двигаться. – Так хоть какая-то защита! Да может и не догонят нас, сумеем на скорости прорваться.

Не сумели!

Первый лес проехали нормально, хоть и напряжены были все сверх меры, в окна смотрели не отрываясь. И мне теперь приходилось не «Тише», а чуть ли не непрерывно «Заткнитесь» орать, бабам часто в придорожных зарослях что-то мерещилось, вот и начинали вой поднимать.

Лес не проехали – пролетели! Михаил скорости практически не снижал, только на поворотах разве что, но там вынужденно. И как только из леса вырвались, по салону сразу волна облегченных вздохов пошла, а там и смешки последовали.

Поля пролетели под оживленные женские разговоры, и уже не столь напряженные в следующий лесной массив влетели. Тут осталось то всего двадцать километров до Бастиона, чего напрягаться?

Расслабились!

Как Михаил успел затормозить, я не знаю. Как раз оборачивался, в очередной раз разошедшихся баб заткнул, тут-то всё и произошло. Ругательства Миши, рывок в сторону и резкое торможение, бусик с заносом юзом пошел, а навстречу два монстра несутся – как в замедленной съемке и всё очень для меня неожиданно это происходило.

Удар!

Первый, самый здоровый и похожий на гориллу монстр столкнулся с бусиком, отчего он окончательно остановился, пробил своей когтистой лапой лобовое стекло и легко, как будто тот ничего не весил, выдернул Михаила наружу.

Тут и второй, похожий на первого, но поменьше размерами, подоспел и ко мне лапы протянул. И только я собрался «Демона» призвать… не успел, вслед за сунувшимся в салон монстром вылетел наружу. Как будто пинка мне наподдали, еле успел сгруппироваться и как пробка в оконный проем вылететь, благо стекла в нем, после выдернутого наружу Михаила, уже не было.

Несмотря на шок, а может и благодаря ему, в «прыжок» ушел без всякого ускорения, очутившись за спиной у в очередной раз бросившегося ко мне гаррилоида.

– Х-ха, – вбил ему в споровый мешок нож. И не успел его выдернуть, как… – Ох, – тут же вбили меня, поздно заметил, как первый монстр вернулся, вот он могучим ударом и отправил мою тушку в полет.

– Сука! – всем своим нутром почувствовал, как у меня ребра хрустнули, и это я еще пытался увернуться, и он меня не на когти насадил, а только предплечьем двинул.

Но мне и этого хватило, от прострелившей в боку боли чуть с сознанием не распрощался, только и хватило, что на сверх волевых в «прыжок» уйти, в направлении леса. Скособочившись, поспешил скрыться за деревьями, увидев что горилла в мою сторону спешит, видимо обиделся за смерть своего меньшего напарника.

Проломившись сквозь куст, тут же «Демона» призвал и поспешил в отрыв уйти, в дымном состоянии хоть не больно двигаться. Правда вскоре пришлось обратно материализоваться, эта тварь на дым внимания не обращая, рыскнул туда-сюда и обратно к автобусу направился.

– Эй, урод! Ты куда это собрался?

Урлрл! – вот это взвыл, чуть листья с ближайших кустов не облетели.

– Ну давай, иди сюда, – шептали губы, наблюдая за несущимся ко мне монстром, сжимая в руке уже «Дикаря».

Уррх, – молодецки размахнувшись, монстр попытался меня на когти насадить, – Урл? – замер он на миг, явно не ожидая того, что его лапа сквозь меня пройдет, не встретив сопротивления.

– Х-ха, – «Демона» отозвал и сразу же максимально ускорился, старательно не обращая внимания на боль, что есть сил размахнулся и впечатал «Дикаря» в затылок твари.

От неимоверных усилий показалось что даже кости хрустнули… но нет, – немного погодя, гориллоид рухнул, где стоял, – это споровый мешок с хрустом «Дикарем» пробился.

На ногах не устоял, убедившись, что у меня получилось, сделал пару шагов в сторону и аккуратно под дерево присел, а потом и на бок лег, поджав ноги к груди.

«Как же больно!»

Но, несмотря на боль, как «лекарем» пользоваться не забыл. Я, наверное, вскоре с благодарностью начну вспоминать время пребывания в застенках у броненосцев. Пусть жестко и даже жестоко там со мной обходились, зато вот в таких вот ситуациях дары мной применяются рефлекторно. Не приходится особо напрягаться, чтоб понять: мне в очередной раз повезло! Ребра трухой не осыпались, как я опасался, судя по первоначальным ощущениям, а всего лишь треснули. Так что это не кишки латать, полчаса и я снова на ногах: боль купировал, воспаление чуть снял, полноценным лечением потом займусь.

Мысленно поблагодарил себя за то, что рюкзак с себя снимать не стал, пусть и неудобно было в автобусе сидеть, зато сейчас бегать не пришлось. Достал флягу с наркотой и хорошо так приложился к ней, на максимум возможного, целых шесть полноценных глотков сделал. Мне сейчас можно и нужно, сил на лечение много уходит, так что расход в ближайшие сутки бешеный будет и простой заряженной водой тут не обойдешься. Тем более воды совсем немного осталось, после недавних групповых умываний, результата встречи с лотерейщиком и его собачки, только у меня и Лены во флягах еще что-то плескалось.

«Ну, хоть что-то».

Вскрыл споровый мешок у твари и восемь споранов из него достал, а также гориллоид меня двумя горошинами одарил. Всё не зря воевал: и запас споранов, и будет чем в стабе расплатиться, не придется сразу жемчугом светить. Хоть для меня, как я и говорил, спораны сейчас важнее любого жемчуга. В этом отношении я, наверное, самый уникальный иммунный этого мира, которому не нужно жо… пятую точку рвать, дары сначала пробуждать, а потом и развивать их.

«И снова гребанным броненосцам спасибо! – усмехнулся я про себя. – Пусть односторонне, но всё же хорошо подготовили меня к выживанию в этом мире».

Вернувшись на дорогу, встретил там покинутый всеми покореженный бусик, смотрящий на меня своими пустыми окнами. Женщин и след простыл. И я даже не знаю, радоваться или огорчаться этому.

Кто бы знал, как я устал от них! Но и лишиться прикрытия в шаге от Бастиона, это не совсем то, чего бы я желал.

Или не лишился?

Смотрел, как на другой стороне дороги в лесу кусты ходуном заходили.

Глава 17

Не лишился!

– Прости! Прости! Прости! – налетела на меня плачущая Лена, не знаю с какого перепуга принявшаяся у меня прощения просить.

– Нафанечка, – оттерла Лену в сторону и вжала моё лицо в свою выдающуюся грудь тетя Люба, у которой, что удивительно, тоже слезы водопадом лились.

Ну а там и остальные женщины налетели, в том числе и динамовки.

Я говорил, воды маловато?

Я ошибся, чуть не утонул, пока удалось хоть немного их успокоить и призвать к тишине.

– Да тихо же! – рявкнул в полный голос. – На ваш вой сейчас со всего леса твари сбегутся.

Слава богу, докричался.

– Всё, всё Нафанечка! Мы успокоились, мы тихо, – отпуская меня и вытирая рукой слезы, первая в себя тетя Люба пришла, принялась испуганно по сторонам осматриваться.

Потом, видимо, и до остальных мои слова дошли, резко все замолчали и меня отпустили. Отчего я вздохнул облегченно: чудом в слезах не утопили и в объятиях не задушили, но ребра прилично растревожили.

– Уходим отсюда! – принялся я распоряжаться, пока их паникой не накрыло. – Забирайте рюкзаки из автобуса, а я пока…

Стоило кивнуть на мертвую тушу, валяющуюся возле бусика, как все, проследив за моим взглядом, дружно позеленели, но хоть окончательно в себя пришли. Это же надо, так запаниковали, что, драпая в лес, ни одна с собой свои вещи не прихватила. Я даже не представляю, как так получилось, что они не продолжили забег, куда глаза глядят, а тут рядышком в кустах спрятались.

Младший гаррилоид шестью споранами и одной горошиной поделился, и, зараза такая, мой второй нож испоганил. Я его в комнате охраны магазина нашел, когда рюкзаки и одежду женщинам искал, он торчал там в приставленной к стене доске. Видимо охранник, время коротая, броски отрабатывал. Ну и приглянулся мне этот CRKT FE9, как у него на клинке написано, удобно в руке сидит, что я его вместо ранее сломанного на пояс себе повесил. Думал использовать для хозяйских нужд, а вторым уже, раз начал, продолжать тварей разделывать. И что вы думаете, когда из окна бусика вылетел, рука сама этот новый нож выхватила и горилоиду младшему в споровый мешок воткнула.

Видимо подсознательно я этому ножу больше доверял, чем ножу броненосцев, так как его собрат меня один раз уже подвел. Ну и CRKT мое доверие на сто процентов оправдал, подозреваю, что завалил как минимум топтуна. Бронькой, младший поменьше, старший поболее, но они оба были покрыты. У старшего и споровый мешок уже костяной броней покрылся, но тут меня и «Дикарь» не подвел, вполне нормально преодолел ее.

На месте задерживаться не стали, я реально опасался новых тварей: женский вой и запах крови вполне их могли приманить. Только с Мишей попрощался, под женские завывания, накрыл его тело снятыми в автобусе с сидений чехлами, попросил прощение, что нет возможности похоронить, и потопали по дороге к не столь и далекому от нас Бастиону.

Ох как быстро и, главное, молча мои барышни рванули, сбившись в плотную кучу. И ни тебе «я устала» или «ногу натерла», «давай передохнем» или «дай дух перевести», «воды напиться» – перли вперед как танки, ни на шаг от меня не отставая.

По дороге и выяснилось, какого Лена прощение у меня просила. Она снова с этим ко мне подступила, как немного в себя пришла. Оказывается, это она мне «пинка наподдала» во время нападения тварей, дар у нее активировался, чему я совсем не удивился. Натерпелась всякого за это время, вот и одарил ее Улей щитом, наподобие того, что у лысого был. Им то она, когда она атаковавших автобус тварей увидела, и окуталась, заодно и нас с младшим монстром в полет запустила.

Полезный дар, рад за нее! Только вот научить работать ее с ним... В Бастионе, если нормально всё будет, думаю найдутся учителя, о чем и сообщил ей, в ответ на просьбу научить его вызывать.

– Дошли, божечки, дошли! – начали, вернее тетя Женя начала креститься, а все остальные женщины дружно подхватили.

Сквозь редкие заросли далеко впереди мы увидели стаб Бастион.

И он вполне соответствовал названию, выглядел как крепость на картинках: высокие стены с башнями, только не из камня сложенные, а из больших бетонных блоков. На стене тут и там виднелись оружейные стволы немалого калибра, готовые в любой момент встретить хоть тварей, хоть друзей-товарищей Старта, с которыми обитатели крепости не в ладах, по его словам.

Как ближе подошли, стало ясно, что не только стены, но и широкий ров с бетонными колпаками ДОТов стаб защищают, в виде первой линии обороны.

Женщины испуганно притихли, когда в одном таком колпаке, мимо которого мы как раз проходили, ствол пулемета шевельнулся. Но на этом всё и закончилось: никто не стал нас останавливать и препятствовать проходу.

Так что к огромным железным воротам мы подходили немного пришибленные, видом и размерами стаба, ну и радостно-воодушевленные, за такими стенами действительно должно быть вполне безопасно.

При нашем приближении в углу этих здоровенных ворот отворилась калитка и навстречу нам вышли два вооруженных автоматами индивидуума, увидев которых – я понял, будут проблемы. Именно о таких говорят: признаков интеллекта на лице не обнаружено, а им еще и оружие вручили, да людей на входе в стаб встречать поставили.

М-да! Что-то мне уже резко расхотелось внутрь заходить. Если «лицо Бастина» такое, то что же внутри там происходит?

Эти два молодца, одинаковых с лица, показательно лениво осмотрели женщин, особо задержав взгляд на Лене и динамовских девчатах – тоже Лене, что в обморок падала, когда я тварей вскрывал, и Марине, – после чего самый здоровый из этой парочки перевел взгляд на меня и изображая большого начальника, чуть ли не через губу спросил:

– Кто такой!

Ну и я, мысленно вздохнув, – повезло же на придурков с оружием нарваться, – принялся на его вопросы отвечать:

– Нафаня! – скрывать то мне нечего... почти.

– Не знаю такого! – подозрительно посмотрел на меня этот лобяра, чуть ли не на две головы возвышающийся надо мной. – Кто крестный?

Я даже растерялся от такого вопроса, иначе ничем другим не объяснить, почему именно его я своим крестным обозвал.

– Котыч, крёстный мой!

И ведь это действительно так! Именно он, еще на Земле, меня в первый раз Нафаней и назвал, так что не обманул, получается.

– И про такого не слышал, – еще более подозрительно посмотрел он на меня.

– Погиб он! – И, не знаю зачем, пояснил: – В заварушку недавно попали, я выжил, ему не повезло.

Хотя это и правда! Заварушка была, я из нее живым вышел, а Котычу тогда реально не повезло, – вспомнилось мне, что от него осталось. – И не важно, что мы друг против друга воевали. Хоть в той заварушке, в ее эпилоге, я и сторонним зрителем выступал. Но это уже нюансы, никому не интересные.

– Как у тебя всё интересно получается, – усмехнулся лобяра, переглянувшись со своим напарником, который не вмешивался в разговор, но явно получал от него удовольствие. Театрал хренов! – Крестный твой погиб, сам ты тип непонятный, про которого никто не слышал… – протянул он, не сводя с меня взгляда.

«Сам ты тип непонятный, – выругался я про себя, хоть на лице и не отобразилось ни одной эмоции, я его абсолютно не боялся, готовый в любой момент… – Твою же мать! Я-то свалить могу, а вот женщины... Привел называется их в безопасное место».

Эмоций не отобразилось, но видимо взгляд ему мой не понравился.

– Не нравишься ты мне…

«А то этого не видно, что не нравлюсь».

Но этот тип решил явно надо мной поиздеваться.

– Разоблачайся!

– Чего? – переспросил я у него.

– Оружие на землю! – скомандовал он еще громче. – Вещи к осмотру! Потом к мозголому тебя отведем, там быстро выяснят, кто ты такой и что в нашем стабе вынюхивать собрался.

– Чего? – второй раз переспросил, не веря услышанному. А потом, с трудом сдерживаясь, чтоб дров не наломать и женщин не подставить, ответил как можно спокойнее: – Да мне на хрен ваш стаб не сдался, если здесь такие придурки обитают. Не собираюсь я ничего вынюхивать, как не собираюсь вообще внутрь заходить…

– А вот это мы уже у мозголома и выясним, собираешься или нет, – перебил он меня, делая шаг назад, снимая автомат с предохранителя и направляя его на меня. – Оружие на землю!

Смотря на этого орущего придурка, на которого даже напарник уже с недоумением поглядывать начал, хоть на прицел меня тоже взял. Видимо попытка большого начальника поизображать и поизголяться надо мной, а также покрасоваться перед девчатами, явно куда-то не туда свернула.

– Оружие на землю, я сказал! – продолжал накручивать сам себя этот неуравновешенный придурок.

– Да вы что творите? – не выдержала вдруг тетя Женя, до этого, как и все остальные женщины, молча стоявшая у меня за спиной. – Мы к вам… А вы… Да вы что творите то, а?

Тут и остальные женщины зашевелились, хоть под стволы и не спешили выходить, но обороты недовольства начали набирать.

– Вы, придурки великовозрастные! – поддержала тетю Женю тетя Люба, – Какого вы оружие на людей направляете? Мы вам что, преступники-рецидивисты? Вы в кого автоматами тут тычете?