S-T-I-K-S. Нафаня

– Ну… – испуганно посмотрел на меня, и у него уже не только руки, но самого потряхивать стало.

– Так, Старт, успокойся! Я тебе уже сказал, что убивать не буду! Просто расскажи мне всё, и я уйду. – Глядя на поведение этого уже взрослого мужика, я всё больше и больше к нему чувства отвращения, брезгливости и гадливости одновременно испытывал. Кинул ему флягу обратно – пить из неё я уже точно не смогу – и, стараясь не напугать ещё больше, а поэтому спокойным голосом сказал: – Глотни ещё воды, успокойся и начинай рассказывать. И флягу у себя оставь, подарок мой тебе за информацию.

– Горох, он на горох и похож, – глотнув воды, начал он рассказывать, хоть трястись и не перестал. Вернее, руки у него ещё тряслись. – Твёрдые шарики такие, размером с крупную горошину, похожи на спрессованный сахарок.

– Для чего он нужен? – Я решил его вопросами расшевелить, чтоб он в дебри не углублялся.

– Люди, попадая в Улей, через некоторое время сверхъестественную способность у себя пробуждают. Вот горохом хорошо развивать эти способности.

– То есть эти способности пробуждаются у всех, кто сюда проваливается? Это не редкость?

– У всех! – кивнул он. – Такой вот дар Улья.

– И какой у тебя дар? – спросил я и автомат поправил, взяв его более удобно.

– Й-йя б-бегаю б-быстро! – не нужно было автоматом шевелить, теперь Старт не только трясся, но и снова заикаться начал. – «С-стартуй, д-давай!» – именно т-так м-меня Шило и отправлял упырей вым-манивать.

– В каком смысле? Ты воды, воды глотни ещё и успокойся, а потом рассказывай.

Старт послушался, глотнул ещё воды, вернее, допил последнюю, после чего заговорил уже не заикаясь, только каким-то совсем потухшим голосом:

– Мы кластеры зачищаем, вот такие вот посёлки, – кивнул он в сторону окна, – чтоб в них твари не плодились. Обычно сразу после перезагрузки в таком же, как этот, доме обустраиваемся и, дождавшись, когда жители начинают обращаться, берёмся их отстреливать. Медляки тупые, они обычно сами на выстрелы подтягиваются. Бывает, и иммунные на стрельбу выходят, и мы их… спасаем и в стаб наш отвозим. Но вот когда твари заканчиваются и больше не выходят, то Шило меня пробежаться по посёлку отправляет. Если упыри есть, то я их за собой к дому привожу, и их снова отстреливают. Если же какой матёрый попадётся, лотерейщик там или топтун, то… У меня дар: чем страшней монстр, тем быстрей я бежать могу. Без такого вот допинга не работает, – криво усмехнулся он. – Так что убегаю и тоже под выстрелы их подвожу.

Он рассказывал, а я в это время вспоминал с какой скоростью Пурген двигался… полезный дар у Старта, если он от такого монстра убежать может. Ну и стало понятно, почему он такой трусливый или пугливый, неважно. Видимо нервы, после забегов, совсем ни к черту стали, вот и трясет его при любой опасности.

– Топтун – это кто? – только и спросил у него, окончательно про себя решив, что если не дернется, то точно убивать его не стану. И оружие ему оставлю, хоть сначала хотел его испортить, а потом уже уходить.

– Это тот же лотерейщик, только еще больше разожравшийся и более опасный. Жрачи они тупые обычно, а топтун уже мозгами обзаводится, засады устраивает, – наконец-то успокоившись, Старт, перестав трястись, откинулся на спинку кресла и уже более спокойным голосом отвечать начал.

– А почему топтун? Топает громко?

– Ну да, – кивнул он. – Топтуны, они начинают уже потихоньку бронькой обрастать и первые у них пятки костенеют. Когда не на охоте, то он при ходьбе цокает громко, как баба каблуками, отсюда и топтун.

– Понятно, – протянул я, всё больше ужасаясь, какие тут монстры бродят. Если на меня Пурген-лотерейщик впечатлил по полной, то даже не хочется думать, как бы я воспринял более опасную его версию в виде топтуна. В очередной, уже даже не знаю который раз за сегодня тело обдало ознобом и я решил пока с монстрами закончить, вернулся к предыдущей теме: – Горох, его как готовят и в каких дозах принимают?

– В уксусе растворяют, процеживают от осадка и пьют…

– Не гонишь? – перебил я его, удивленный. – Уксус пить, оно как-то… как-то стремно, что ли.

– Правда, в уксусе растворяют, – усмехнулся он. – Можно не в уксусе, конечно, можно в той же лимонной или какой другой кислоте. Главное – в кислоте, в воде он не растворяется.

– И как часто его пить можно? – теперь уже не от холодка по телу передернуло, а стоило представить, как рюмкой уксуса остограмился. Гадость, наверное, еще та.

– Раз-два в неделю, вполне безопасно. Чаще – можно травануться от передоза: или сдохнешь, или опять же в кваза превратишься. Но горох не только дары развивает, он и при ранениях хорошо помогает, раны с приличной скоростью заживают.

«Раны заживлять – у меня «целитель» есть, так что обойдусь, а вот способности развивать – об этом надо будет подумать».

Глава 9

С горохом разобрался, полезная и нужная вещь, если не думать о том, как и откуда его добывают.

– Еще что есть, помимо гороха и споранов? – спросил, чтоб побыстрей закончить с этой темой и перейти к следующей, не менее для меня важной. А именно – где и как далеко отсюда мой город находится?

Но с этими вопросами пришлось повременить, так как Старт…

– Есть! – ответил он и неожиданно мечтательно улыбнулся. – Есть еще жемчуг. Черный и красный. Но попадается он только у совсем матерых монстров. Совсем редко, как у лотерейщика горох, жемчужину можно у рубера найти. – И не дожидаясь вопроса, сам ответил, кто это такой: – Это самый слабый из жемчужников и внешне на человека уже почти не похож, монстр натуральный. И этот монстр практически весь броней покрыт, завалить его простым оружием очень трудно. Но жемчуг того стоит, – и снова эта мечтательная улыбка. – Жемчуг – это мечта! Мало того, что он очень хорошо развивает дары, горох по сравнению с ним так, отстой, так он еще и может пробудить новую способность.

«А вот это уже очень интересно! – сразу я понял о чем он говорит, ведь не так давно меня пичкали таблетками, очень похожими на такие жемчужины. – Но почему он сказал только о красном и черном?»

Решил уточнить:

– А белый?

– Что? – перестав по-дебильному улыбаться, Старт недоуменно уставился на меня.

– Я спрашиваю, белый жемчуг есть?

– У тебя белый есть? – спросил он хриплым голосом, резко подавшись всем телом вперед и смотря на меня каким-то жадно-безумным взглядом.

– Нет. – И не знаю зачем, наверное его вид меня к этому подбил, ответил более подробно: – Меня внешники во время экспериментов таким кормили.

Если вы видели, как фанаты смотрят на своего кумира, то сразу станет понятно, как именно Старт на меня в этот момент посмотрел. Казалось он увидел мечту своей жизни, его восторженный взгляд меня чуть ли не обожествлял, и в то же время меня только нацеленный на него автомат и спасал от того, чтобы он не кинулся на меня и не убил. Эта была ЕГО самая сокровенная мечта, но она досталась мне, а я ее даже не оценил.

Страх перевесил порыв на меня броситься, он снова откинулся на спинку кресла и выдохнул:

– Теперь понятно, почему ты такой шустрый. – После чего растер ладонями лицо и уже более спокойно добавил: – От такого, парень, не бегают. Если они тебя белым жемчугом кормили… – чуть не застонал он от раздирающей его изнутри зависти. – Я бы на твоем месте вернулся и пускай они что хотят со мной делают, – сглотнул он судорожно, а взгляд, брошенный на меня, снова полыхнул ненавистью. Но как полыхнул, так сразу же и погас, и он еле слышно прошептал: – Ну надо же, белый жемчуг… не сказка.

Глядя на то, как его корежит, всерьез опасался, как бы он всё же не бросился на меня. Так что, держа его на прицеле, одновременно пытаясь понять, что же оно такое – этот белый жемчуг?

– Ты не понимаешь, – с каким-то надрывом заговорил он, в ответ на мой вопрос о нем. – Для меня мечта всей жизни была хотя бы черную, несбыточная – красную жемчужину заиметь. А тут ты говоришь даже не о мечте, а о сказке, которая оказалась явью… и ты от этой сказки убежал, – закончил он горько и обхватил себя руками за плечи, принялся в кресле раскачиваться туда-сюда. – Ты просто не в состоянии понять меня, свежак, просто не в состоянии.

* * *

После всех рассказов об ужасах Улья с трудом себя заставил дом покинуть, да еще и на ночь глядя. А уж наблюдая как зомби-пустыши пожирают мертвые тела, ранее настрелянных охотниками, совсем чуть не передумал. Но всё же решился, понимал, что слишком близко нахожусь, нужно как можно быстрее покинуть территорию, контролируемую внешниками. Так что конфисковав одну из двух машин охотников, отправился в путь.

Как и говорил Старт, проехав пару километров по раздолбанной дороге, я выехал на трассу с хорошим дорожным покрытием. Тут уже можно было не красться, боясь яму поймать или, напуганный байками о монстрах, что подобный из ближайших кустов выскочит.

Повернув на юго-запад, утопил педаль газа в пол и, разогнавшись под сотню, оставил за спиной все свои страхи, радуясь, что с каждой минутой я всё дальше и дальше удаляюсь от ненавистных броненосцев. Тем более солнце уже почти зашло, а как сказал Старт – с темнотой тут и весь движ затихает. Люди зомбаков боятся и по своим норам расползаются, в том числе и внешники. По ночам они почти не летают, не ездят. И хоть он и мне не советовал в ночь ехать, я всё же решил воспользоваться такой возможностью оторваться от них еще больше. Тем более Старт сам рассказывал, что с тварями тут более-менее безопасно, так как такие, как и его команда, чистильщики вновь перегружаемые поселения в основном под ноль зачищают.

И зачищают хорошо, монстров я не встретил, но…

Щелк! – справа в лобовике аккуратное отверстие появилось и одновременно раздался глухой удар по соседнему сиденью. За ним сразу же второй «Щелк» и удар, третий, четвертый… Время в какой-то момент замедлилось, как и в квартире с Пургеном, и я снова обреченно наблюдал только теперь не как лапа, а строчка по стеклу в мою сторону ползет, отсчитывая – «щелк», «щелк», «щелк» – последние мгновения моей жизни.

После очередного «Щелк» время снова сорвалось в галоп и отверстия уже не медленно, а практически мгновенно пересекли лобовое стекло уже с моей стороны, почему-то – гулко ударяя по водительскому сиденью за моей спиной.

Прежде чем неуправляемая машина, не вписавшись в небольшой поворот, вылетела с дороги, успел увидеть, как далеко впереди из-за деревьев взлетает знакомый, хищного вида, черный вертолет.

– Нашли! – выдохнул с отчаянием.

Но изо рта не вырвалось ни звука, а в зеркале заднего обзора, уже перед самым столкновением с деревьями, на миг мелькнул знакомый, в этот раз жутко меня обрадовавший, дымный силуэт.

«Демон!»

Машина, продавив кусты, с приличной силой врезалась в дерево, да так, что капот в гармошку собрался. Но я этого даже не почувствовал, только удивился на миг, что каким-то непонятным образом на заднем сидении оказался.

Удивляться, впрочем, было некогда, всеми силами старался не выпасть из состояния, в которое мне помогли внешники войти, а также пытался разобраться, как с этим «демоном» взаимодействовать.

Оказалось, ничего сложного, дым полностью подвластен моим желаниям. И как только я это осознал, то всё больше и больше поражаясь возможностям этого «демона» – выскользнул через осыпавшейся крошевом боковое окно и устремился в заросли.

«Хорошо, что успел поля проехать и подловили, когда уже снова в лесной массив въехал. Тут они меня фиг найдут», – прекративбездумное движение вперед я, стараясь не изгнать «демона», раскочегарил «хамелеона» на полную.

Из-за раздрая в душе дым до этого хаотично менял цвета с черного, серого на совсем белый, но как только я взял себя в руки и призвал «хамелеона», он сначала стабилизировался, потом слился цветом с окружающей меня растительностью, а затем и вовсе, став прозрачным – исчез.

Исчез очень вовремя, так как вертолет уже завис над головой, рыская туда-сюда, пытаясь меня рассмотреть. Когда же этого не получилось сделать, приземлился на дорогу…

«Котыч, тварь! Понятно теперь, как меня нашли!» – наблюдал сквозь заросли, как из вертолета сначала броненосцы выскочили, а потом и дружок мой бывший.

– Он где-то здесь! Я его чувствую, – донеслось до меня, когда, обыскав машину, они принялись заросли вокруг нее шерстить.

Искали тщательно, проламывая своими бронированными тушками кусты пытались на невидимого меня наткнуться своим телом, а куда забраться не могли – стреляли. Но всё без толку, хоть и попали в меня несколько раз, «хамелеон» и «демон» не подвели – и неуязвимость, и невидимость на сто процентов сработали.

– Улетаем! По темноте его искать – толку мало! Завтра поймаем, никуда не денется, – скомандовал стоявший возле машины, рядом с Котычем, броненосец.

Все, кроме одного, послушно покинули заросли и выбрались на дорогу. Этот же задержавшийся, прежде чем следом отправиться, решил поговорить:

– Я тебя найду, Домовой херов! Найду и лом тебе в задницу засуну.

Я чуть «демона» не развеял, так мне смешно стало. Ну прям один в один с Котычем речи толкает. Тот тоже постоянно грозился «Найти» и «Завалить», а этот еще и извращенец с ломиком.

– Ты меня слышишь, тварь?! – рявкнул он напоследок.

«Стоп! Ломик? Видимо намекает на тех двоих, что я ломиком завалил», – дошло до меня, когда он, накричавшись, тоже к вертолету направился.

Еще около часа я сидел под деревом в кустах, но вертолет как улетел, напоследок причесав заросли и машину из пулемета, так больше и не возвращался.

– Улетели, но обещали вернуться, – пробормотал я, сбрасывая «хамелеона» и «демона».

Выбравшись из кустов, поспешил рюкзак с себя сбросить и флягу с наркотой из него достать. Повезло, что даже за рулем я с рюкзаком на груди ехал, боялся его лишиться, если вдруг придется быстро машину покидать. И, как оказалось, не зря боялся. Если бы он в стороне лежал, то сомневаюсь, что «демон» смог бы его с собой прихватить, а так, всё что на мне надето было, со мной же и осталось.

Хлебанул наркоты и вздохнул облегченно: дары мои, хоть я и неподвижно сидел, сил из меня вытянули прилично, так что напившись, погасил начавшуюся жажду. И только когда напился – понял, что что-то не так. Стемнело уже прилично, так что, вернув флягу на место, принялся в темпе себя ощупывать, удивляясь всё больше и больше.

– Всё чудесатее и чудесатее, – пробормотал, когда нащупал то, что «не так».

Одежда на мне изменилась, оказался снова одет в выданные броненосцами серые шмотки. В спортивном магазине я же тогда переоделся, потом еще раз в доме у Старта заляпанную кровью куртку сменил. И вот, серая одежда снова на мне, а та куда-то испарилась.

– Ничего не понимаю! – уже не понижая голоса заговорил, когда убедился, что кроме одежды ничего больше не пропало. – Не по-ни-маю!

Задрал голову кверху, подставив лицо легкому ночному ветерку, да так и замер.

Правда, ненадолго.

Закинул рюкзак за спину, часто спотыкаясь в темноте, да цепляясь одеждой за ветки, обойдя стороной разбитую машину, наконец-то выбрался на дорогу, где снова, вскинув голову кверху, замер.

«Не врали! Правду говорили!» – билось набатом в голове.

Смотрел на чужое небо и чувствовал, что надежда, до этого еще теплившаяся в душе, окончательно развеивается. С неба на меня, подмигивая, смотрели абсолютно чужие звезды, не такие многочисленные как на Земле, зато более крупные, размером с горошину, а то и с вишню. А также, будто нанесенные на небосвод безумным художником – туманности, довольно жутковато выглядящие.

Я еще дома частенько читал книги про разных там попаданцев, отдельные книги даже не по одному разу, и иногда представлял, как бы сам на их месте действовал, оказавшись в подобной ситуации.

– Сбылась мечта идиота! – хохотнул я грустно, всё также стоя с задранной головой. – Попаданец с роялем.

Попал в мир зомбиапокалипсиса с элементами Marvelа, с его суперами. Даже фанфики подобные читал, там тоже главные герои из лаборатории сбегали, после того как им там разные суперспособности подсадили/пробудили/развили.

Опустил голову и, вытерев слезы – понял, что не врали мне, а также то, что родителей я больше не увижу. Осмотрелся по сторонам дороги, но кроме как на небе в округе больше нигде ничего не светится: ни зарева города не видно, ни света автомобильных фар, ничего. А по обочинам вообще, страшно смотреть на мрачную темноту леса, хоть сам оттуда только что и выбрался.

Снова растер руками лицо, вытирая последние слезы, тряхнул головой и, пересилив себя, направился к поблескивающей в свете звезд разбиыми стеклами машине. Нужно кое-что проверить.

– Гребаные броненосцы, – бормотал, возвращаясь на дорогу. Автомат, лежавший на пассажирском сиденье, пропал. Опять я без оружия, только ножи на поясе и уцелели.

Снова осмотревшись по сторонам, ничего нового не увидел. Кинул взгляд на убитую машину – недолго с комфортом ехал, поправил рюкзак, перекинутый за спину, и потопал в западном направлении. Именно туда мне нужно, так как именно там находятся люди, которые с внешниками в контрах.

С Стартом мы еще долго разговаривали, хоть поначалу и трудно было снова его разговорить, очень уже на него информация о белом жемчуге удручающе подействовала. Но всё же разговорил, всё нужное для себя из него вытянул.

Оказывается, так заинтересовавший меня поначалу горох, он мне нафиг не нужен. Больше чем есть я свои дары уже не разовью с его помощью, белый жемчуг сам на максимум свои подарки выводит.

Белый жемчуг…. Да уж, рояль для попаданца мне приличный подогнали, не с нуля стартую. Только вот куда стартовать и что делать, непонятно. Нет, куда стартовать – как раз понятно, Старт мне объяснил, что такое стабы и где нормальные иммунные живут. Даже на листе бумаги до этих «нормальных» маршрут нарисовал: с дорогами, поселками и городами. Он в тех краях бывал, даже в Бастионе был, с кем они оказывается не в ладах. Даже больше чем не в ладах – воюют между собой.

Из-за чего воюют – он не уточнял, а я не спрашивал. Люди они всегда с кем-то и против кого-то воюют, так что причина мне была неинтересна. А вот то, что внешникам туда ходу нет – это интересно. Так что с маршрутом я еще тогда определился.

А вот что делать – непонятно!

Этот мир – Улей который, он и есть фабрика по производству суперов – людей, зомбаков и супер зомбаков. А также снабженец, сыпется сюда всё что душе угодно. Города целые проваливаются со всем содержимым. Так что основная задача монстрам в зубы не попасть, ну и броненосцам всяким. В остальном же тут рай земной. Люди бессмертные, от старости не умирают, так как не стареют; магия (или как еще эти способности обозвать?) в наличии; жратвы навалом… всего навалом.

Вот что тут можно делать? Чем заняться?

Как Старт сказал – спораны, ну и всё остальное добытое из зомбаков, тут не только как наркоту и подкормку для спор используют, но и как деньги. Только вот я не понимаю, что тут можно покупать, если всё что для жизни нужно под ногами валяется, да еще и постоянно обновляется. Улей заботится чтобы мы в новой одежде ходили и только свежими продуктами питались.

«Заодно и зомбакам свежего мяса подкидывает», – хмыкнул я про себя, настороженно по сторонам взгляды бросая, как бы эти зомбаки сейчас не нарисовались. На свежее мясо. Ни о ком Улей не забывает. Обо всех заботится.

Никого не обнаружив, снова мозги напряг в извечном вопросе – «Что делать?»

Наниматься к кому-то, как Старт с его бывшей группой, чтоб работать на владельцев стабов – не вариант. Я просто не понимаю, зачем рисковать, гнуть спину на кого-то, чтоб этот кто-то тебе заплатил споранами, на которые я потом пойду покупать шмотки, жратву и… и всё остальное. Но зачем покупать, если всё нужное на халяву можно пойти набрать? Тупо не понимаю.

Еще километров пять прошел, вот так ломая голову, но так ничего и не надумал. Одно только стало понятно: прежде чем определяться, нужно в этот стаб наведаться и самому посмотреть, что тут люди делают и чем занимаются.

Достал конфискованную у Старта прикольную, мягкую флягу. Как он сказал: «Фляга американской армии на 2 кварты». Лежала на диване, в комнате с бабами. Я, когда одежду себе искал, на нее наткнулся, вот и прихватил. Очень уж она мне приглянулась. Заодно и свою флягу, от которой поначалу отказался, когда Старту «живой воды» давал напиться, обратно забрал. Вымыл ее хорошенько и наркоту в ней развел, под присмотром Старта, чтоб убедиться, что он мне не соврал. Не соврал. Спораны у них были, как и водка, так что наркота пусть и не идеальная на вкус, но лучше моих помоев получилась. Их я, кстати, без всякой жалости вылил, когда убедился, что больше давиться ими нет нужды.

Так что напился из новой фляги простой водой, «живая» сейчас в той плескается, что с «помоями» была, осмотрелся еще раз по сторонам и направился к лесу. От места аварии я удалился, теперь пришло время отдохнуть, а то завтра чувствую еще те бега предстоят.