Однако молодая монахиня в кратчайший миг испросила разрешения у матери-настоятельницы одним только взглядом. Ещё один миг, пока меж двух святых сестёр состоялся длинный, непонятный непосвящённому разговор движениями ресниц, покачиванием взглядов и прочими непостижимыми женскими способами - и она шагнула вперёд, окончательно перехватывая инициативу на себя.

- Приказ высокопоставленных святых братьев нашей церкви, а также вашего графа должен быть выполнен? Я та монахиня... бывшая монахиня и отныне сестра Мирдль, которую тебе следует сопроводить в замок повелителя Семигорья.

Айлекс куда пристальнее осмотрел бесформенную фигуру под балахоном. Кто их знает... у женщин и так мозги маленько набекрень - эмоции и чувства впереди всего... а тут к тому же и монашка - небось, фанатичка, ещё и донельзя злющая от ихнего воздержания, что твоя мокрая кошка...

А сестра Мирдль, завидя колебания следопыта, мягко стала закреплять первоначальный успех. Неспешно она откинула капюшон, явив миру... ух, а девчонка хороша - уж по крайней мере, мордашкой так точно. И чего подобные дурёхи заточают себя в монастырях, обрекая на пыльное и бесцветное существование? А от её лёгкой улыбки окружающий мир прямо на глазах обрёл смысл существования.

Против воли, Айлекс тоже улыбнулся и даже чуть поклонился. Оттого он и не заметил торжествующих взглядов, коими обменялась русоволосая симпатичная Мирдль и чопорная мать-настоятельница - уж о той непостижимой власти, коею смазливая девица обладает над мужскими сердцами, в монастыре прекрасно знали и при случае отнюдь не мягонько пользовались.

- Претензии и даже наказание сестре Жужу ты можешь вынести лично мне, - мягко и с заставляющей затрепетать естество недоговоренностью сообщила лукавая сестра Мирдль и шагнула ближе. - Я готова отдаться под твоё покровительство и защиту, доблестный воин. И предлагаю в интересах дела забыть недавние разногласия.

И всё же, и всё же. Тётушка Эвелин не раз и не два поправляла своего незаконнорожденного племянника - в словах следует искать не тот смысл, что ты хочешь услышать, отнюдь! Если не хочешь быть обманутым, как последний баран, коего ведут на заклание, то ищи другое. Недоговоренности, уклончивые попытки завуалировать истину, двусмысленности. Оттого-то Айлекс задумался не на шутку, распознав под словами святой сестры нешуточные подводные камни. Но отложив размышления на более удобное время, он сделал глазами знак - дескать, растерянно стоящая сбоку испачканная в пыли сестра Жужу тут лишняя. И едва та испарилась, повинуясь одному только взгляду матери-настоятельницы, как он обратился к ней.

- Сестра Маргарита, мне нужен ваш совет.

Та милостиво соблаговолила обратить на молодого человека взгляд и даже легонько кивнула.

- Их сиятельство приказал провести нужную святую сестру тайными для прочих лесными путями - и показать кое-что из того, чего не видали большинство людей.

По правде говоря, намёк в том числе и на это содержался в послании брата Зенона, и сестра Маргарита долгонько думала - что бы это значило? Потому она вскользь и поинтересовалась у молодого человека, есть ли у того соображения на этот счёт?

- Видите ли, я не столько воин, сколько следопыт и разведчик на службе повелителя Семигорья, - Айлекс вздохнул и легонько покивал. - Многие из населяющих леса и горы существ вовсе не являются врагами рода человеческого. Скажем так - равнодушны. И если я прихожу в их дом, соблюдая что-то вроде правил вежливости, то они меня не трогают, а иногда даже и помогают. Но есть и совсем иные, с коими драка идёт нешуточная.

Мать-настоятельница призадумалась.

- Ты хочешь сказать - не стоит всех скопом считать демонами и пособниками Тьмы?

- Именно так, святая сестра, - Айлекс подпустил в голос немного маслица. - И думаю, что их сиятельство граф пожелали, чтобы сестра Мирдль свежим взглядом посмотрела на обитателей диких мест.

Сестра Маргарита опустила глаза и некоторое время уделила разглядыванию запылённых сапог парня. Возможно, конечно... но всё же, коль велено считать, что потусторонние обитатели чащоб есть исчадия Тьмы, то все остальные мнения - по определению ересь. Но и граф прав, посмотреть свежим взглядом, ещё не закостеневшим в доктринах, дело далеко не последнее.

- Возможно, воин, и так. А в чём совет мой тебе нужен?

С самым простецким и незамысловатым видом Айлекс пожал плечами. И намекнул, чтобы мать-настоятельница повелела младшей сестре Мирдль не громыхать святыми молитвами, без разбору поливая налево-направо, а прислушиваться к мнению проводника, а в иные моменты - и попросту подчиняться.

- Я отнюдь не новичок в дикой местности, и куда лучше знаю, чего стоит бояться, а где можно расслабиться. Кроме того...

И он посоветовал вместо балахона выделить сестре Мирдль иную, более подходящую походную одежду, обувь и прочее. С последним настоятельница даже не стала спорить - лишь посетовала, что мягких и почти без каблука сапожек вроде тех, что обретаются на ногах у воина, в монастыре не имеется - уж больно они специфичны.

Втихомолку подивившись, что святая сестра, по определению не могущая знать иных слов кроме содержащихся в текстах священных писаний, ведает подобные выражения, Айлекс вслух заметил:

- В селе я видел башмачника, вроде неплохой мастер. Пусть к утру пару подготовит.

И уже откланиваясь, заметил, что завтра с первым лучом солнца он будет у монастырских ворот. И лучше бы сестре Мирдль быть там же в полной готовности.

Плотно набитую котомку со священными книгами и свитками этот странный следопыт отказался нести наотрез. Мало того, посоветовал оставить эту придурь в монастыре и с оказией отправить попутным караваном в Семигорье. И досадующая сестра Мирдль едва удержалась, чтобы не объявить парня еретиком и устроить ему хорошую анафему. Но мать-настоятельница согласилась с его доводом, что идти далеко, и лучше взять только необходимое.

- К тому же, представьте, что я притащу в ваш монастырь лесного духа или саженец их священного дерева. Понравится вам такое? Небось, такой хай подымете, что от негодующего визга все уши позакладывает... - Айлекс не выспался толком, полночи ворочаясь на шуршащем и колющемся травинками деревенском сеновале, и скрывать свою ворчливость не счёл нужным. - А вы предлагаете сделать то же самое - притащить в их лес свои священные книги, и чтобы лесные обитатели подняли по этому поводу шум? Очень мудро...

Вот и пришлось сестре Мирдль ограничиться сменой одежды, свёртком со снедью и флягой воды. Да на пояс нацепить короткий рябиновый жезл, освящённый лично сестрой Зеланией, впавшей нынче в транс и творящей чудеса. Хотя на взгляд самого Айлекса, жезл этот вполне можно использовать в качестве лёгкой дубины.

Но один только вид стройной девичьей фигурки в цельном комбинезоне, с подчёркнутой почти осиной талией - белым, вышитым узорами поясом, постепенно привёл его в более доброжелательное расположение духа. Да уж, на такую деваху приятно посмотреть - ноги длинные, мордашка отпад, да и в нужных местах... гм, всё на месте. Пожалуй, лет на пару постарше его... и где ж такие цыпочки берутся? Да уж, новому проповеднику в замке можно только позавидовать - мёрзнуть ночами ему не придётся...

Он так задумался над этими вопросами, что едва не пропустил прощальное благословение матери-настоятельницы. Приложившись к сухощавой, благоухающей ладаном и вербеной ручке, он легонько поклонился. Сделал рукой жест сестре Мирдль - пошли - и молча принялся спускаться в ещё клубящийся над озером туман.

Неслышно прыгая напрямик к переправе по камням и с неудовольствием слыша сзади грохот под ногами святой сестры, он обернулся. Монашка виднелась на фоне утреннего тумана изящным силуэтом, и в ответ на взгляд проводника лишь виновато пожала плечами.

- Не все ж такие бесшумные...

Зато внизу сестра Мирдль не без удовольствия взяла реванш. Оказалось, что паромщик задержался на том берегу. Над водой сюда долетали громыхания его зычного баса, а также непреклонный голос купца, ссылающегося на какие-то там обстоятельства. Судя по всему, склока на той стороне разгорелась нешуточная, а стало быть - бодяга эта надолго. И вглядевшись в белесый туман, который так и хотелось потрогать рукой, святая сестра не удержалась от того, чтобы не поставить на место этого стоящего рядом выскочку. Прикоснувшись к жезлу, она сделалась тихой как пресловутый ягнёнок и прошептала одну хитрую молитву, которую не так давно случайно подглядела в книге, читать кои разрешалось святым сёстрам в ранге не ниже адептки.

Но видимо, Хранитель нынче находился в благодушном настроении, либо и вовсе втихомолку благоволил к сестре Мирдль, ибо девица окуталась неярким сиянием высшего присутствия.

- Дай мне руку, воин, - голос её охрип от волнения.

И едва опасливо поглядывающий на этакие дела Айлекс повиновался и вложил свою кисть в холодные как ледышки девичьи пальчики, та шагнула с дощатой пристани вперёд, увлекая за собой и его...

Они шли по слабо пружинящей и вовсе даже не скользкой поверхности озера точно так же, как и предписывалось святым писанием. Айлекс благоразумно помалкивал, прикидывая что времени сэкономили немало, и в то же время с неудовольствием признавая, что это красивое недоразумение тоже на что-то гораздо.

Мирдль внутренне улыбнулась. Какие же простодушные эти мужчины. Стоит им предъявить соблазнительную фигурку да продемонстрировать пару фокусов поэффектнее...

Но он не стал бухаться в ноги и бить поклоны, славословя Хранителя и его слуг. Лишь когда под подошвами захрустели камушки потивоположного берега, он взглянул в эти сияющие неземным светом глаза. Легонько пожав девичью ладонь, сказал "спасибо". И - пошёл вперёд, равнодушно проигнорировав тропинку и легко взбираясь по каменистой круче. Святой сестре ничего не осталось, как показать спине парня язычок и поспешить следом. Спасибо хоть, отходящие после благости Хранителя ноги дрожали не так уж и сильно.

Айлекс лишь поморщился легонько, заслышав, какой шум и треск производит на всю округу его спутница. Вот уж... с такими друзьями и врагов не надо... он свернул к выворотню, незаметному в подлеске непривычному к лесным делам взгляду. Присел у него на корточки, погладил шершавую кору. И слова, что он прошептал, остались вовсе не слышны в шелесте листвы - но живущий в стволе лесной дух улыбнулся.

И из удивительным образом раскрывшегося в дереве дупла Айлекс деловито забрал свои скудные походные пожитки, которые не стал тащить в монастырь. Заплечная сумка-рюкзак, не мешающая при ходьбе. Особым образом сделанная из коры фляга - замечательная, между прочим вещь! Вода в ней никогда не портится и остаётся холодной даже на самом жарком солнцепёке. И последним парень извлёк длинный лук - подарок старого Тиса, выросший чудесным образом прямо из его ветви. Чаровнику из дальней долины осталось лишь наложить кое-какую волшбу, да Айлекс потом приручил оружие к себе. А уж на тетиву расщедрились феи горных озёр - по серебристому волоску приносила каждая и с озорной песней вплетала часть себя в тугую податливость. Между прочим - не намокает, не растягивается, и даже в огне не горит...

Мирдль смотрела на это диво широко раскрыв глаза. Уж один только полупрозрачный и лохматый лесной дух, выбравшийся из своего жилища посидеть под утренним солнышком, чего стоил! В оружии монашенка разбиралась примерно как Айлекс в женских таинствах - но и она приметила необычную соразмерность и певучую готовность изделия неведомых мастеров. А ещё ревниво углядела колчан стрел, да не каких-нибудь, а неприрученных серооперённых, пользоваться коими умели только лесные воители. И не спрятаться от такой стрелы, выпущенной умелой рукою - они ведь почти живые, и находят указанную цель даже в темноте или если та успела нырнуть за укрытие.

Поблагодарив хозяина, Айлекс лёгким пружинистым шагом-полубегом припустил дальше, нимало не беспокоясь о пыхтящей и сопящей позади женщине. Наоборот, так даже лучше - быстрее дурная вода выйдет...

К тому времени, когда солнце уже сползло с самого верха и уже не так, почти по-летнему припекало макушки, парочка оставила позади озёрные низины и углубилась в дикие места. На взгляд следопыта, ползли улиточным шагом - он сам успел бы отмахать вдвое больше своим вроде и неторопливым, но на самом деле дальноходным шагом. Зато Мирдль, у которой уже темнело в глазах и от пота зудело всё тело, считала, что она набегалась по глухомани больше, чем за всю предыдущую жизнь.

Она остановилась рядом и чуть позади парня, согнувшись пополам и жадно хватая воздух. Хорошее начало - дальше что, скакать по деревьям аки белка? И вообще, упаси Хранитель - потом-то как шибает!..

- Располагайтесь, - коротко скомандовал Айлекс, сбрасывая наземь рюкзак и оружие. И тут же принялся рыться в своей поклаже, что-то выискивая и бормоча при этом что-то уж и вовсе несусветнее.

В глазах у девицы уже немного посветлело. Сбросив по примеру провожатого опостылевшие тяжести с плеч и спины, она обнаружила, что они стоят вовсе не в лесу, а среди каких-то подозрительно туманных скал, а прямо у ног раскинулось крохотное очаровательное озерцо едва ли в пару десятков шагов шириной. Коротко оглядевшись, Мирдль нерешительно вздохнула.

- А почему здесь?

Перспектива спать на этих каменюках у самой воды её ну никак не вдохновляла. То ли дело в своей уютной келье, на набитом душистой травой сеннике...

- А потому, - как-то убедительно объяснил проводник. - Здесь водораздел. Да и к тому же, завтра вашей святости будет не до дурацких вопросов.

Всё же, дела обстояли не настолько плохо. В нескольких шагах от себя Мирдль углядела широкую ровную нишу в скале, почти прикрытую сверху её каменным боком... всё верно - этот бесчувственный чурбан уже тащит сюда охапку еловых лап с несомненным намерением устроить святой сестре весьма уютное гнёздышко. Ан нет - постелил сверху свой плащ, злыдень, примерился широкой спиной. И одобрительно кивнув, отправился за хворостом. Это что же, придётся спать бок-о-бок с этим... а ведь да. К тому же, весьма недвусмысленный приказ матери-настоятельницы надо если не сразу осуществлять, то хотя бы обдумать.

Прикинув сквозь вкрадчиво заползающую во всё тело усталую истому, Мирдль всё же решила, что бездельничать это как-то не то. И принялась кое-как, дрожащими руками, соображать что-то на ужин.

Айлекс принял её помощь как должное. И отвалив от котелка, даже проворчал что-то, при известной фантазии могущее быть воспринятым как одобрение. Вот же ж чурбан бесчувственный... но хоть посуду мыть не заставил... старательно открывая пальцами упрямо слипающиеся глаза, Мирдль следила, как этот непонятный парень попросту сгрёб ложки-тарелки в котелок и отнёс чуть в сторону. Пошептал что-то - и над посудой взвилась лёгкая дымка. Может, комары, а может, ещё какая гадость... но к утру вроде должны вычистить?..

- Эй, долго думаете сидеть на бережку аки святая дева? - насмешливое ворчание вырвало Мирдль из блаженной полудрёмы.

Подхватившись, она обнаружила, что чуть не клюнула носом в прогоревший костёр и вообще - её провожатый уже устроился на лапнике и даже укрылся подбитым тёмным коротким мехом плащом. Он заставил её почти безропотно надеть поверх комбинезона вязаную шерстяную безрукавку. И не стал ворчать, когда Мирдль, покопошившись рядом, наконец угнездилась поудобнее - чувствуя, как в спину пошло ровное тепло большого и сильного тела.

- От меня сильно прёт?

- Для святой сестры в самый раз, - фыркнуло в ушко его дыхание - и это оказалось последнее, что упомянутая святая сестра помнила из этого дня...

Зато утро, поначалу показавшееся просто туманно-холодным, на самом деле оказалось просто кошмарным. Понежившись в тепле под плащом, Мирдль всё-таки сообразила, что свежий воздух, напитанный ароматом чего-то вкусненького, ей всё-таки не снится. Порыв носом, она обнаружила, что осталась под плащом одна. Её живая грелка уже встала и вовсю хозяйничает в маленьком лагере.

Стало быть, пора и нам... ой!

Руки, а пуще всего ноги, спина и пониже отозвались такой ломотой, что девица попросту взвыла. Сразу оставив попытки активных телодвижений, она только жалобно охнула, попытавшись стянуть с лица край плаща.

- Вот-вот, и я о том же, - меховое тепло отъехало в сторону, и в едва успевшие зажмуриться глаза ударили свет и холод.

Хоть бы посочувствовал, болван - знает ведь, что вчера вымотал женщину этими переходами до полного немогу, а теперь ещё и ехидничает... но правда, с ложечки покормил. Хм-м... это даже почти вкусно, хоть и до ужаса непривычно.

- Раздевайтесь, - в его голосе не оказалось даже капли сочувствия.

Мысленно Мирдль воззвала к Хранителю - это что же, ублюдок графского рода возжелал её прямо здесь и сейчас? В беспомощном и потнючем виде? Утащил в глухомань и намерен натешиться вдоволь? Редкостный извращенец... но по крайней мере, накормил. Она кое-как потянулась рукой и нерешительно затеребила поясок.

- В каком смысле - раздеваться?

- В прямом, донага, - коротко усмехнулся этот насквозь непонятный тип, вертя в руках резную деревянную баночку, под крышкой которой обнаружилась странная зеленовато-прозрачная мазь..

Ох, прости мя, Хранитель, за мысли чёрные - намерения у этого... ах да, Айлекса, оказались вовсе не прелюбодейскими. Судя по всему, намазюкает этой дрянью от комаров или чем там ещё... вот уж запашок тогда будет - вообще, просто упасть в корчах и окочуриться! И Мирдль, отбросив мысль попросить его отвернуться, осторожно принялась стаскивать одежду.

Ага, щас же - коротко взвыв, она рухнула обратно, едва попытавшись вытащить руку из рукава. И Айлекс, понимающе кивнув, принялся разоблачать её сам. М-да... без одежды девица оказалась вообще отпад... но отвлекаться не дело. И он сначала осторожно, затем усиливая нажим, принялся разминать каждую мышцу и каждую косточку этого горячего и до одури привлекательного тела.

Мирдль последовательно сначала орала, пронзительно визжала, глухо ругалась, потом просто охала... а затем, когда раз за разом прокатывающаяся горячая волна до онемения напитала теплом её истерзанное тело, только благодарно и с наслаждением застонала. Ох-х, это почти как в парилке, когда святые сёстры растирают друг дружке уставшие от работы или всенощной места - только куда лучше. А руки парня вновь прошлись по ней всей, немыслимым образом разбирая на все составные части и собирая вновь, втирая в кожу жирную мазь, от которой немилосердно несло болотом и какими-то травами. Как хорошо... если б ещё не пронимало до самого донышка женского естества это некстати вспыхнувшее желание - томное, дразнящее и почти нестерпимое... ох, удержи Хранитель, хотя бы на время...

- Хочешь меня? - в её наполненным смутным блаженством голосе прорезалось что-то неистребимо женское. Всё-таки, лучшая защита это нападение.

Айлекс не стал разочаровывать девицу. Хотя на самом деле, куда милее ему были дриады и феи. О да, поначалу они в его объятиях и оказывались прохладными, словно трава под сенью леса. Но потом словно озарялись внутренним огнём - и сильнее от них пахло ароматами луговых цветов, звонче разлетались колокольчики их волнующего смеха. А потом они словно опаляли жаром... кстати, двоюродные братья говорили примерно то же. Нет, лучше о таком не говорить - рановато. Между разговором он ещё раз прошёлся ладонями по раскрасневшимся девичьим икрам. И затем, чтоб уж сильно много эта красивая монашка о себе не возомнила, он вскользь заметил:

- Только вот, я своё мужское достоинство не на свалке нашёл, чтобы во всяких святых сестёр совать... без обид?

- Ну и мерзавец же ты, - коротко и чуть хрипловато Мирдль засмеялась, когда его пальцы сильно и в то же время нежно прошлись по пяточкам. - Не любишь Хранителя?

Как раз Хранителя Айлекс очень даже уважал. Хороший человек был... Но вот насчёт его слуг, возомнивших о себе невесть что, мнения оказался невысокого. Ведь это так просто - объявить себя светочами, а всех остальных по определению слугами падшего. Зато он сам свою житейскую мудрость вынес не из замшелых книг - а из жизни. Оттого и живёт в ладу с природой и самим собой. И со всеми небожителями, кстати, тоже.

Мирдль слушала с лёгкой скептической улыбкой, в то же время наслаждаясь этими прикосновениями, чудным и непостижимым образом вылепившими из ещё недавно беспомощно ойкающей девицы нынешнюю полубогиню.

Легонько шлёпнув разомлевшую монашку по аппетитному месту пониже спины, Айлекс распорядился:

- Так, хватит теологию разводить, святая сестра. Ныряйте в озеро, и плескайтесь пока не замёрзнете. А то если мазь впитается, можете и в нимфу болотную обратиться.

Перевернувшись безо всякого стеснения на спину и отметив при этом, что никакая часть тела не отвалилась и даже не ойкнула, девица с наслаждением потянулась. Здорово-то как! И всё же, она открыла глаза и села, с любопытством заглянув в оказавшееся близко-близко лицо.

- Спасибо, - шепнула Мирдль, ощутив как отчего-то ухнуло вниз сердце. И сообразив, что ещё миг, и она сама не удержится... пришлось для разнообразия плюхнуться в озеро, благо хоть оно выяснилось вполне глубоким.

Вода оказалась почти ледяной, чуть ли не льдинки плавали под утренним солнцем - но это как раз и хорошо, в таком-то состоянии. А мазь с кожи тут же вскипела, обернув всё тело невесомыми щекочущими пузырьками, и от радостного ощущения женщине хотелось смеяться.

- А сам что же? - с затаённой надеждой спросила Мирдль, умывая оставшуюся потной и почти неразмятой мордашку. Да и волосы окунуть стоит - вода прямо волшебная, отчего-то даже петь тянет. И отнюдь не псалмы да хоралы... вынырнув, Мирдль и вовсе засмеялась от избытка радостного ощущения.

- Мне не стоит сюда лезть, - оказывается, парень разлёгся в тенёчке прямо на прибрежных камнях и вознамерился чуть ли не подремать. - Это озеро только для девчонок, и его фея не одобрит меня. Кстати, вот и она... приветствую тебя, Хранительница!

Всё же он встал и на полном серьёзе поклонился - правда, затем развалился опять. Проследив за его взглядом и обернувшись, Мирдль застыла, чувствуя пяткой некстати подвернувшийся под ногу округлый камешек. Ещё только что на противоположном берегу никого не было. И вот над одиноким серым валуном, который она уже мысленно облюбовала, чтобы вылезти-посидеть и погреться на солнышке, сгустился словно прозрачный блестящий туман. Нет, словно из кристально-прозрачнейшей воды соткалась фигурка сидящей... ну, пусть это будет фея горного озера. Потому как диковинное существо закинуло ножку за ножку, опёрлось сзади себя руками и весьма ядовитым голоском осведомилось:

- Привет и тебе, Защитник! Только, что делает в моём озере эта грудастая нахалка? - её голос словно и не слышался. Тёк легчайшим дуновением ветерка, состоял из причудливо совпавшего журчания водяных струй да шелеста травы меж камней.

Женщина смутилась. Стрельнув глазами, обнаружила себя стоящей на дне посреди хрустально-чистого и прозрачнейшего озерца... ну да, видно не хуже, чем на воздухе... спасибо, хоть Айлекс не глазеет, а воспринимает лишь как деталь пейзажа. Бесчувственный! Зато фея... м-да! Именно таких стройных, длинноногих и жутко красивых Мирдль рисовала, а потом и шила из лоскутов в детстве. Хрупкая и изящная как былиночка, с едва наметившейся и всё же несомненной женственностью... правда, из одежды на этой имелись лишь длинные волосы... но смотрится как-то естественно и ничуть не вызывающе... ну да, такого естества стыдиться нечего...

И всё же Мирдль гордо выпрямилась - ей тоже нечего стыдиться! Осторожно ступая по дну, она вышла на тот берег и уже вблизи ещё раз осмотрела фею. М-да, и впрямь дивное создание природы, как пел один полубезумный бард. И точно - пахнет луговыми цветами!

- Ты, вообще-то, живая? - осторожно спросила Мирдль, некстати обнаружив себя от холода всю покрытую пупырышками.

- Да уж живее тебя, смертная! - неизвестно, чем бы ещё фея продолжила столь впечатляющую реплику, но Айлекс с той стороны негромко фыркнул - мол, девчонки, хватит пререкаться и трещать.

- А лучше проведи, Айси, жрицу Хранителя через Зеркало Дев.

Фея посмотрела на парня как-то загадочно, затем внимательнее оглядела чувствующую себя не в своей тарелке Мирдль. И улыбнулась - да так, что женщина не смогла не ответить тем же этому колдовскому взгляду оказавшимися голубыми глаз. "Странно, а у Айлекса синие" - ещё успела удивиться она, когда вдруг почувствовала, что ей совсем не холодно. Наоборот, некое мягкое ощущение тепла обернуло её, странным образом придав бодрости и чувство защищённости.

- Да, ты достойна, - Айси снова посмотрела на парня. - К тому же, я не могу отказать тебе, Защитник.

Фея встала, оказавшись почти одного роста с Мирдль. Встряхнула длинными волосами, словно неким волшебным образом обнимая и лаская ими весь мир. Айси вспыхнула мириадами огоньков - и шагнула сюда из призрачной тени. И прикосновение её оказавшейся вовсе не бесплотной руки не вызвало у зачарованно замершей женщины брезгливости. Холодная, правда... но Мирдль вовремя вспомнила свои пальцы-ледышки во всякую пору кроме знойного лета - и осторожно погладила изящную кисть. Надо же... девчонки в монастыре обзавидуются - если настоятельница прежде анафеме не предаст.

Замершая под солнцем гладь озера вдруг встала косо, вздыбилась. По ней пошла лёгкая рябь и после себя оставила чистую зеркальную поверхность, в которой отражалась всклокоченная и странно знакомая деваха в данной лишь от рождения одежде - но почему-то сейчас это не вызывало ни протеста, ни казалось ненужным. А рядом мягко истекающая легчайшими искорками фея. Ох, защити меня, Хранитель!..

- Да не нужна тебе его защита, - беззаботно хихикнула фея, заблистав в окутавшем остальной мир тумане огоньками голубых глаз. - Пошли?

И взяв взволнованную Мирдль за руку, спокойно шагнула вперёд, прямо в своё отражение...

Когда обе девицы пропали в волшебном сиянии, оставив после себя пустое и спокойное горное озерцо, Айлекс зевнул, уже ничуть не скрываясь. Выспасться толком не удалось - это святое недоразумение... как там её обозвала Айси? Ухохочешься! Эта ... гм, нахалка всю ночь вертелась, пихалась локтями и коленками, а под утро вдруг так откровенно прижалась во сне, что всякое желание спать у парня и вовсе пропало.

А посему он поудобнее улёгся на камнях, ещё в детстве вполне усвоив непростое искусство ложиться именно так, чтобы они не впивались в спину, а наоборот - естественным образом образовывали и повторяли макушками и боками все изгибы тела. И с чистой совестью задремал, прикинув, что Айзи и Мирдль меньше чем за час своё любопытство не удовлетворят. Если ещё дольше тарахтеть не будут - в этом отношении все девицы, пожалуй, одинаковы. Что женщины человеческого рода, что феи, что нимфы, что дриады - и маменька в том числе. А цветочные феечки вообще таки-и-и-ие... ох, балаболки...

Мирдль оказалась на удивление задумчивой. Молча она взяла свою одежду, приподняла бровку, обнаружив её чистой и даже безо всяких запахов. Влезла проворно в свою просторную вторую шкурку и меланхолично затянула поясок, предъявив миру свою талию, почти не уступающую фее. Неодобрительно она покосилась на лениво приоткрывшего один глаз Айлекса и покачала головой.

- Вопросов у меня пока что куда больше, чем ответов...

Тот встал неожиданно легко и почти бесшумно, словно и не спал тут только что, легонько посапывая в своё плечо. Осторожно обнюхал озадаченную святую сестру, улыбнулся.

- Ага, вижу - озёрная фея не отвергла вас, сестра во Хранителе. Жёлтой лилией благоухаете... Ну, и как оно - обнаружить, что мир совсем не таков, как о том говорит святое писание?

Мирдль даже мрачно огрызнулась. И вообще - хватит паясничать!